Все осталось позади

Глава 1

Время распадалось на пылинки. Двери из последних сил сдерживали натиск вражеского подкрепления. Самуил не выдержал свалившегося на плечи горя и навсегда вышел из себя. Я остался один.

Меня не страшила смерть, яростно пытающаяся пробиться в зал, не пугало будущее, которое погрязнет в многовековой междоусобице князей – сейчас важен только дар, способный явить человечеству надежду на спасение. Но я не уверен, что выдержу ответственности. А решиться надо сейчас.

Раздался грохот. Стальные латы с мечами наперевес ввалились в храм, рассредоточиваясь по сторонам. Арбалетчики держали пальцы на спусковых крючках, рыцари прикрывались щитами. Растолкав вояк, вперед вышел воевода, сокрушая голосом слои грязи:

- Алдияр! От имени короля предлагаю сдаться. Твои родные и близкие получат свободу, а ты примешь смерть с достоинством.

Я не сдвинулся с места, глядя на одинокое, бьющееся сердце. Каждое его движение укрепляло веру в то, что нужно было сделать уже давно. Зависший в воздухе запах, испускаемый уходящими в рай душам, напоминал об истинных ценностях и задачах. А лицо командира, плохо скрывающее эмоции, только подчеркивало необходимость решения. Больше ждать нельзя.

Рука медленно зашла за пазуху, обнажая ритуальный нож, при виде которого почти все присутствующие в здании пошатнулись. Все, кроме одного:

- Подумай, на какие муки ты обрекаешь мир! – военачальник сделал шаг вперед. – И ради чего? Ради эпохи, не имеющей ценности? Ради страны, которая обязана погибнуть вместе с прогнившими гражданами? Или ради себя?

Эти слова больше ничего не значили. Я в последний раз обвел взглядом товарищей, проделавших тяжелый путь к безвестной гибели. Простите, что не поверил вам сразу. Но сейчас все исправлю.

Клинок перерезал узел на шее, как воздух, сбрасывая мантию на пол. Солдаты медленно наступали, а сердце почти перестало биться. Мои глаза посмотрели на воина, готового всадить меч в мою грудь. Придется его разочаровать – я перехватил оружие острием вниз, сказал:

- Прощай, друг.

И резким движением всадил нож глубоко к собственному сердцу…

Время остановилось. В нем замерли чьи-то лица, крики, слова и чувства. Жизнь, мелко нарубленная и перемешанная, предстала в одном мгновении, за которым больше ничего не было: ни войн, ни разрухи, ни любви.

Быть может, где-то время продолжает ход, наполняя летописи новыми событиями, героями, законами. Где-то, но не у меня – здесь лишь один миг, подводящий итог всему, что было. За ним либо рай, либо ад. Я надеюсь, что отказ от всемогущего дара не сильно испортит карму. Ведь справиться с такой силой мне точно не дано. И я предпочел не рисковать, ставя на кон судьбы тех, у кого есть шанс на спасение.

Моя история завершена. Однажды земля родит воинов, достойных великой силы. А от меня больше ничего ждать не нужно – это были мои последние слова.

Точка. Файл сохранен успешно. В нижнем левом углу светился счетчик, гордо заявляющий о 980 745 словах. Сколько это будет в часах и съеденных консервах? Муки творчества перешли в разряд «наконец-то позади», награждая заслуженным отдыхом и правом недолгой прокрастинации; отправлю редактору текст завтра утром, а пока буду смаковать момент осознания и победы над ленью, глупостью и неверием со стороны. Все осталось позади.

Плотно вспотевшее кожаное кресло не хотело отделяться от меня, чему способствовали затекшие суставы. Первая попытка походить на прямоходящую субстанцию оборвалась болью и упором на стол, чтобы об него не удариться. Клишированного затемнения перед зрачками не возникло. Но меня одолело неприятное ощущение прикосновения.

Распрямившись и выдохнув, я осмотрел ладони – на них плотным слоем лежала пыль, словно здесь постригли сотни немытых мышей. Сколько же времени потрачено на дописывание книги за одни присест? Внутренние часы давно сбоили, а настенный механизм явно требовал свежей батарейки. Ладно, это лирика – хочется поскорее похвастаться свежеполученным успехом.

Экран несостоявшегося компьютера служил единственным источником света в комнате. Проделав триаду шагов, распинывая вонючие жестяные банки, я потянулся к выключателю. Щелчок не изменил положения дел с освещением. Вся надежда на открытие жалюзи, но проще совсем покинуть кабинет. Что я и сделал. И чему не особо обрадовался.

Состояние коридора в квартире настораживало: паркет прогнил до полного иссушения, стены покрылись плесенью и грибками незнакомого происхождения, а воздух преисполнился горьким, забивающим горло ароматом. Любое телодвижение сопровождалось страхом, который сильным ветром проносился где-то за стенами. Но я стремился на кухню, откуда доносился характерный для такой локации звук.

Конец пути ознаменовался шокирующим впечатлением: словно пережившая не одно столетие, комната покрылась стеблями, трещинами и пылью, а по полу бегала мелкая живность, образуя магистрали и племена. Сквозь зашторенные окна пробивались лучи водородного гиганта. Апогеем происходящего абсурда стала незнакомка, стоявшая у залавка спиной ко мне, занимающаяся чем-то медленным.

Оправившись от удивления, я обратился:

- Вы кто такая? Что здесь происходит?

Ответ выразился молчанием. Следуя инстинктивному желанию, я собрался в силы и пересек расстояние, стараясь не контактировать с микрофауной. На легкий толчок в плечо девушка отреагировала, обернулась… и оказалась настолько пожилой дамой, что я поначалу заподозрил в ней свою бабушку.

Вопреки ожиданию, она не закричала, не попыталась изувечить встреченную физиономию на память – ее лицо из удивления быстро переросло в радость с неподдельным желанием сделаться, как без чувств.

- Вы! – женщина протянула руки. – Вы вернулись!

- Что здесь происходит? – отклонился я. – Кто вы такая?

- Я… Вы…Какие красные глаза…

Возраст вынудил незнакомку усомниться в стойкости и присесть на стул. С громкими выдохами пожилая спросила:

- Вы закончили книгу?

- Ну, да. А при чем здесь это?

- Господи, это случилось! – нескрываемая радость способствовала лишь устрашению. – Все эти годы прошли не зря.

- Какие годы? В чем дело? – я повысил голос. – Где моя семья?

- Дмитрий Викторович, - прозвучало мое имя. – Сейчас все расскажу, не волнуйтесь. Меня зовут Александра. И я – самый преданный фанат вашего творчества.

Повисла пауза, потраченная на восстановление запаса воздуха.

- Помните заявление, что новая книга о похождениях рыцаря Алдияра станет завершающей?

- Помню…

- Возможно, прозвучит странно, но… Это было задолго до моего появления на свет. А несколько лет назад я вообще встретила девяносто третий день рождения.

Нервный смешок, многозначительное молчание или постукивание по виску – разум генерировал не самые оригинальные реакции. Но нашлось место и отчетливому воспоминанию:

- Фанаты подхватили слова – бурная реакция и волны поддержки замотивировали сразу сесть за работу. Что хотите сказать, Александра?

- Вы слишком сильно увлеклись творчеством. Больше не было никаких новостей, мероприятий, сведений о грядущем завершении франшизы. Людская страсть с годами начала угасать – оставались лишь наиболее верные поклонники. И со временем в их числе появилась я.

- Хотите сказать, что…? – здравый смысл не позволил закончить вопрос, бросив в другую сторону волнения. – Где моя семья?

- Они… они умерли.

- Что? – по глазам ударило затемнение. – Как? От чего?

- От старости. Жена, дети – насчет остальных не знаю, извините. Просто… прошло слишком много времени.

Информация не помещалась в голове без напильника. Наверное, я бы принял все за неудачную шутку, если бы не побежавшие по ноге миниорганизмы. Избавившись от них нервной тряской, я спросил:

- Если мои родные скончались, значит, и друзья, сотрудники, фанаты тоже?

Ответом стал молчаливый кивок.

- А что произошло с квартирой? Почему она в таком состоянии?

Александра поднялась с места и одернула шторы. Я подошел к стеклу.

- Города больше нет. Многолетняя эпидемия сильно проредила ряды человечества – выжившие объединились в мегаполисах. А природа начала быстро захватывать улицы, площади и здания, сравнивая их с землей. Этот дом – единственное, что держится вопреки всему.

Груды камней, обхваченные зеленью, стаи птиц, взмывающие к небу, и протяжный, волчий вой – именно так теперь выглядела моя родина. С этого момента стало бы глупостью попытаться списать все услышанное на юмор.

- Но как… почему тогда дом еще стоит? И – я посмотрел ей в глаза, - что Вы здесь делаете?

Женщина улыбнулась. Где-то сверху раздался шорох.

- Я, как самая преданная и, пожалуй, единственная живая фанатка пришла, чтобы помочь Вам – кормила, убирала все эти годы. Вы так сильно увлеклись вымышленным миром, что совсем позабыли про собственную жизнь. К сожалению, с этим никто не смирился. Кроме меня.

Потолок выразительно треснул, бросив на голову немного сыпучести. План дальнейших действий представлялся ясно.

- Надо уходить. – понимал я. – Дом собирается рухнуть.

- Он должен был разрушиться еще давно. Как и я. – спокойно заключила не молодая. – Дом стоял только для того, чтобы вы закончили книгу. Ведь ничего больше в Вашей жизни не оставалось.

За стеной что-то громко упало. Под ногами возникло движение, быстро набирающее скорость.

- Но раз книга закончена – что дальше?

- Скажите, - Александра посмотрела мне в глаза. – Алдияр нашел сердце Черной смерти?

- Да, нашел. Но не принял – слишком большая ответственность. Он покончил с собой.

- Я знала, - улыбнулась она и вернулась на стул, пока по стенам ползли разломы. – Знала, что ему хватит ума.

Женская голова опустилась на грудь, руки повисли, как белье на резинке. В непрекращающемся шуме сверху упал бетонный груз, проломив пол передо мной.

Я заметался в разрушающемся помещении. Бежать вниз с пятнадцатого этажа – бессмысленно. Забраться под стол – за десятилетия он стал слабее бумаги. Больше вариантов не оставалось. Кроме как попрощаться в последние секунды со всем, что было.

Но… Я не мог ничего вспомнить. Долгая работа над сюжетом стерла из памяти лица родных, впечатления о детстве и те планы, которые никогда не реализуются. Выходит, я погиб уже давно. Стоило ли это сюжета, который безвестно исчезнет через несколько секунд? Боюсь, что нет. Остается одно – лечь на пол, сделать глубокий выдох и закрыть глаза.

Это были мои последние слова.