Восхождение в бездну

Глава 1

- Выехать надо пораньше. Пораньше – это не десять часов утра, Лёша! Высадка вот в этой точке, здесь же перекусим и двинемся в путь. Ущелье обойдем с западной стороны и постепенно наберем высоту. На окраине подлеска ставим лагерь. Лес – это дрова, костровая романтика и все такое – маст хэв, короче! Утром поднимаемся выше в альпийскую зону. Снежники скорее всего еще лежат, так что будем ориентироваться по ситуации. До хребта доберемся и по хребту подойдем к вершине, перед последним подъемом ставим лагерь, а штурмовать будем уже на следующий день. Там прям реально жесть – лучше отдохнуть и по светлому туда карабкаться. Ну, как-то так. – Шаман закончил чертить пальцем по карте невидимые тропы, поднял голову и посмотрел на друзей.

Повисла пауза, которую нарушил Лёха.

- Шаман, ну ты реально мамонт! Где ты вообще эту карту откопал? Как же прогресс, а? Навигатор там, GPS-трекеры – не, не слышал?

- А по теме замечания будут? Ты же знаешь, что я люблю аутентичность. В бумажных картах есть дух приключений. Вот собрались бы мы сейчас и пялились в телефон все дружно – это похоже на клуб задротов-девственников, а не на нормальных мужиков, которые хотят упороться под тяжелым рюкзаком. Навигатор, блин. Иду я такой по тропе, а из кармана голос: «За следующим кустом держитесь правее»!

Макс заржал в голос, а Лёха на него осуждающе покосился.

- Слушай, Шаман, ну план отличный! Вообще добавить нечего, особенно в части «ориентируемся по ситуации». Планирование – наше все!

Макс немного помолчал, а потом добавил:

- Спасибо, что согласились Никиту взять с собой. У него сейчас период сложный, ему перезагрузка нужна. Он нормальный чувак, мы с ним в детстве где только не лазили. Он хоть и младше, но от меня не отставал. Просто, опыта у него маловато. Только за это переживаю. Но ныть он точно не будет, отвечаю! Мы и маршрут вроде не сильно сложный выбрали…

- Если твой брателло начнет ныть, мы его быстро спустим с маршрута – будет ему экстренная перезагрузка! – Лёшка фыркнул и отошел от стола.

- Значит порешили! Три дня на сборы, на прощание с женами, матерями и сестрами, или кто там у вас есть, а потом… караван уходит в небо.

- Караван… Это ты нас верблюдами сейчас назвал? Тьфу, на тебя, Шаман! Сам ты двугорбый. Всё, я отчаливаю, мне еще Никитоса надо проинструктировать. – Макс направился к выходу.

- Я так-то тоже пойду, - сказал Лёха, - не хочу знать, какая еще доисторическая хрень хранится у этого мамонта в шкафах. Вдруг там драконьи яйца или …

Шаман не дал ему договорить:

- Меня же не зря Шаманом называют. Ты драконьи яйца сейчас у себя в штанах найдешь! Мать драконов, блин.

Лёха поднял руки а-ля «Я сдаюсь», и они с Максом покинули скромную обитель Шамана. Шаман аккуратно сложил карту, достал из стола пучок каких-то засохших трав, слегка подпалил его, сел на диван и, окутавшись дымкой, погрузился в свой шаманский транс.

***

Сашка рано лишился родителей. Они попали в аварию, и одним днем он стал никому не нужен. Конечно, у него были какие-то близкие родственники типа дядей и тетей, но им было не до него. Так что его сослали в деревню к бабке. Сашка даже не до конца понимал, его это бабушка, или просто сердобольная старушка, которая его пожалела и приютила. Это было и не важно, - она заботилась о нем, учила его всяким премудростям. Без страха отпускала его с деревенским мужиками на охоту и рыбалку, сама бродила с ним по лесу, рассказывая ему про ягоды, грибы и травы. У Сашки было отнюдь не скучное детство, - ему он обязан всем, что знает сейчас.

Сашка вырос и, как все амбициозные парни, которым рано или поздно становится скучно в деревне, перебрался в город. Он быстро оброс знакомствами и устроился на работу. Не изменилось только одно – он жить не мог без вылазок на природу. Он обожал путешествия. Обожал горы и лесное безмолвие, где нет суеты и автомобильного гула. Он был вечным инициатором всяких ПВД, которые, по его словам, просто необходимы городскому жителю для перезагрузки. Ему не было равных в ориентировании на местности, он в любой стране без знания языка умудрялся заводить друзей и добывать информацию, живо интересовался всем, что не запятнано и не затоптано цивилизованным обществом. Технический прогресс? Да уж, это не про него. Ему нравились дряхлые бумажные книги, вечера при свете огня, травяные сборы, какие-то заговоры, мистические истории, всякие амулеты и прочая ерунда.

Его лучшие друзья – Макс и Лёха – подозревали, что он умеет читать мысли, общаться с животными и вообще устанавливать какую-то незримую ментальную связь со всем, что его окружало. Они не разделяли Сашкин походный восторг и зачастую были не рады тащиться в горы или на болота вместо диванных выходных перед телеком, но Сашке отказать они не могли – он был чертовски убедителен.

В одном из таких походов, когда они под мелкую противную морось поднимались на очередную гору по узкому каменистому карнизу, их накрыл туман. Туман был настолько густой, что уже на расстоянии вытянутой руки было видно только белое нечто, которое поглотило реальность и сузило ее до осязаемого полуметра. Ситуация была хуже не придумаешь. Друзья застряли на тропе шириной в две стопы – справа отвесные скалы, слева обрыв. С такой видимостью двигаться дальше было опасно – любой неверный шаг и adios amigos. Тогда Сашка сказал друзьям оставаться на месте, абсолютно бесшумно шагнул вперед и растворился в туманном молоке. Его не было минут десять. Макс с Лёхой стали не на шутку переживать. Они изо всех сил вглядывались в ту сторону, где исчез Сашкин силуэт.

Он вернулся также бесшумно, как и ушел. Ребята услышали шорох за спинами и онемели, когда увидели там его. Это было просто невозможно! Не было другой тропы, по которой он мог их обойти, а мимо них он точно не проходил. Пока друзья пытались сопоставить факты и логику, Саша бросил рюкзак на камень сбоку от тропы, сел рядом с ним закрыв глаза, и сказал: «Сейчас всё будет. Нужно подождать». Через пару минут туман начал рассеиваться, а вскоре вышло солнце и разметало оставшиеся клочки по каменистому склону. На безмолвный вопрос друзей Саша просто ухмыльнулся и развел руками. Так он навсегда стал Шаманом.

***

- Ты не передумал?

- Если ты на это надеешься, то облом, бро! Ты же знаешь, что у меня преддепрессивное состояние. С работы уволился, с Дашкой какой-то треш. Она говорит, что я слишком нерешительный и наивный. Брутальности ей не хватает! Нормально? В общем, мне нужно что-то сделать из ряда вон. Встряска мне нужна, мозги перегрузить, страдануть физически, иначе я душевно страдать буду, а это точно не по-мужски. Так что я с вами!

Никита был полон решимости. По крайней мере он смог убедить в этом себя и брата. Хотя, если капнуть глубже, ему просто хотелось сбежать от проблем, которые на него навалились, чтоб не нужно было решать их прямо сейчас. Он собрался с силами и набрал Дашин номер.

- Привет! Ты говорила, что нам нужна пауза. Ты права... Я уеду на пару дней. Мы с пацанами идем в горы штурмовать любимую Шаманскую вершину. Я, в общем, просто хотел сказать, что у меня остались кое-какие твои вещи. Я завезу их вечером – вдруг они понадобятся тебе в мое отсутствие…Нормально все будет, я не офисный планктон. Конечно я ходил в походы, и в горы ходил. Все мужики ходят в горы. Это же так… брутально. Всё, до вечера!

Никита положил трубку и стукнул себя по лбу.

«Это же так брутально бе-бе-бе. Вот баран! Дашка подумает теперь, что я показушник, или что я хочу ей что-то доказать. Но я делаю это для себя! Наверно…» - Никита обреченно вздохнул и стал собираться.

***

УАЗик мчал по серпантину и гремел так, словно это был его последний путь. Шаман сидел впереди и, пытаясь перекричать музыку, о чем-то договаривался с водителем. На заднем сидении расположились Макс с Никитой, а Лёха ютился в багажнике в обнимку с рюкзаками, пытаясь не вывалиться и не растерять свой позвоночник на ухабах. Лёха не выглядел счастливым. Хотя недовольство – это его нормальное состояние. Лёха был ворчуном и циником, а его саркастический тон общения часто доводил окружающих до бешенства. Наверно, поэтому кроме Макса и Шамана у него не было постоянных друзей, а эти двое, видимо, сделали прививки от Лёшиного яда и воспринимали его характер снисходительно, как должное. Так-то человек был Лёха не плохой, просто немного колючий.

Ребята доехали до точки сборки, выгрузили рюкзаки и попрощались с водителем.

- Мы еще не начали, а я уже чуть не сдох – прокомментировал Лёха. – И у меня рюкзак просто тонну весит!

- Сейчас облегчим, – весело сказал Шаман, - доставай термос! Так, что у кого? Хлеб, колбаса, халва – скинулись все дружно на перекус!

Только начинало светать. Полупрозрачная дымка стелилась в ущелье и волнами накатывала на лесистые склоны, растворяясь между соснами. Роса бриллиантовой россыпью сверкала в первых рассветных лучах. Свежесть и влага наполняли каждый вдох бодростью, вдохновляя на подвиги.

Друзья позавтракали на скорую руку и выдвинулись в путь вдоль ущелья. Вел Шаман. Это была его любимая тропа, он знал ее как свои пять пальцев, ему не нужен был трекер – карта была у него в голове. Никита шел последним. Он еще не успел очистить свою голову от тревоживших его мыслей и то и дело проигрывал в памяти свой последний разговор с Дашкой. Он все не мог понять, впечатлилась ли она его «подвигом», будет ли она его ждать, есть ли у них шанс или он успел настолько все испортить, что она не заметит, даже если он потеряется в этих горах.

«Да будет она переживать, просто виду не подала. У нее брутальности больше, чем у меня. Кремень, блин!» - размышлял Никита.

- Эй, шевели булками! – окрикнул брата Макс. – И по сторонам хоть посмотри, красотища какая! А то только на пятки мои смотришь. Что это у тебя там болтается? Только сейчас заметил.

- Это? – Никита снял с пояса ракетницу. – Это Дашка дала. Сигнальный пистолет. Отцу ее принадлежал, он охотником был. Дала и сказала беречь, как зеницу ока. Это, видимо, то немногое, что он ей успел в наследство оставить, кроме чучел.

- Ты с этой штукой поаккуратней! Ты же в курсе, что она стреляет? – Макс рассмеялся.

- Спасибо, кэп! – Никита закатил глаза и зацепил ракетницу обратно на пояс.

«Дашка тоже во мне сомневается. Наверно решила, что мне капец в этом походе, и только спасатели мне помогут».

Отвлекшись на мысли, Никита споткнулся о камень и чуть не полетел носом вперед.

«Отличное начало! Да прибудет со мной сила МЧС, блин»

***

Друзья довольно быстро миновали ущелье и дошли до лесной зоны. Никита обернулся, чтоб оценить пройденное расстояние и немного обалдел. Пока он варился в раздумьях, он даже не заметил, как они отмахали приличное расстояние и набрали высоту. С этой точки ущелье выглядело потрясающе. Где-то там внизу текла река, но ее было не видно – молочная дымка все еще плескалась на самом дне разлома, куда пока что не достало набирающее силу дневное светило. Никита вдохнул полной грудью кристальный горный воздух, развернулся и ускорив шаг догнал брата.

В подлеске пахло хвоей и сыростью. Под ногами стелился ковер изумрудного мха, деревья были настолько высокими, словно они росли там с начала времён. Лесную тишину нарушали только шорох шагов, хруст ломающихся веток и чертыханья Лёши, который снова был чем-то недоволен. Возле родника друзья остановились на привал, доели остатки бутербродов и решили долго не сидеть, чтоб поставить лагерь за светло. В первый день шлось легко. Правда, не обошлось без приключений. Лёша, который шел вторым, умудрился наступить в гнездо диких ос. Пока осы поняли, что на них совершено нападение, рассчитались на первый-второй и пошли в наступление, виновник был уже далеко, а вот Макс с Никитой оказались на линии огня. Ох и досталось же им! Если рядом был медведь, то он точно удрал оттуда в мокрых штанах – Никита с Максом после первых укусов начали орать, как стадо диких баранов, а потом с топотом понеслись по тропинке вперед, сметая всё на своем пути. Обошлось без тяжких травм и увечий, но осадочек остался. Особенно у Лёхи, который получил леща за свою неосторожность.

К вечеру лес стал редеть, а деревья стали ниже, появилось больше низкорослого кустарника. Поляну нашли быстро и разбили лагерь на четыре палатки. Пока разводили костер и готовили ужин, небо затянуло тучами, и начал накрапывать дождь.

- Шаман, давай, дорогой, по традиции. Замолви там словечко горным духам, ну, и в небесную канцелярию, может, тоже звякни – мы дождь не заказывали. Заодно чабреца в чай нарвешь. – Макс подмигнул Шаману, забрал у него банку тушенки и нож и отдал их Никите, мол справимся и без тебя.

Шаман кивнул и побрел в сторону от лагеря. Он долго стоял с закрытыми глазами, прислонившись спиной к высокой древней сосне, потом бродил по поляне, палил какие-то травы и беззвучно шевелил губами, обращаясь к только ему видимым призракам.

Никита какое-то время за ним наблюдал, скептически приподняв одну бровь.

- Нормально чувак устроился. Притворился крэйзи лишь бы ничего не делать. Мы тут жрать готовим изо всех сил, а он веники вяжет и с деревьями обнимается. Спасибо, что хоть голый через костер не прыгает! – подытожил он.

Шаман вернулся, когда все было готово.

- Дождя не будет! – сказал он. – Но и солнца тоже.

- Ты прям Капитан Очевидность! Солнца не будет, потому что оно село! – Никита хмыкнул, глянув на часы.

- Пфф, так это Саня его и посадил! Ты не знал, что ли? Каждый вечер Шаман отправляет солнце за горизонт и каждое утро его обратно достает! Мы его поэтому с собой и берем все время. – Макс рассмешил даже угрюмого Лёху, но чуть не получил от Шамана ложкой по лбу.

Ужин удался на славу, как и Шаманский травяной чай. Никита отхлебнул душистого варева и зажмурился от удовольствия. Столько вкусов и ароматов в одном глотке он не ощущал ни разу. Все краски разнотравья - чабрец, душица, шалфей, зверобой, медуница, лепестки цветов, - заботливо собранные Сашиной рукой, превратили обычный кипяток в какое-то чудодейственное зелье, которое теплом разливалось по телу и приносило в разум мир и покой. Никита в первый раз за весь день почувствовал, как он устал, и понял, что спать будет без задних ног.

***

Ночь была теплой, дождь так и не пошел. Видимо, Шаман все-таки договорился с духами. Ребята поржали над этим за завтраком. Никита завтрак чуть не проспал. Его еле подняли, но так и не разбудили до конца. Собрался он тоже впопыхах и с огромным трудом – всё у него не помещалось, выскакивало, рвалось и пачкалось. Макс собрал свою палатку и, не выдержав, пошел помогать брату, чтоб не задерживать остальных.

Никита снова шел замыкающим, и старался не отставать:

«Отдохнул, блин! Встал ни свет, ни заря, как на работу. Что это за отдых?» - Никита вспоминал, как тепло и уютно было в спальнике. Недостаток сна и избыток кислорода заставляли его периодически зевать.

Тем временем подлесок постепенно превратился в альпийские луга. Это был просто восторг! Невозможно словами передать это богатство видов и буйство красок. Сочная, яркая, густая трава, можжевельник, сотни оттенков цветов, бабочки и пчелы. А виды-то какие! После леса наступило прозрение. Теперь ничего не мешало видеть масштабы горных массивов, которые простирались и волнами перекрывали друг друга до самого горизонта. Под ними были бархатные склоны, укрытые густым лесом, и велюровые травянистые холмы.

- Вот это мощь! Человек – король мира? Бред! По сравнению с этим размахом, мы просто песчинки. – Шаман сотни раз бывал в горах, но каждый раз не мог побороть свой детский восторг.

- «Отчего люди не летают так, как птицы? Знаешь, мне иногда кажется, что я птица. Когда стоишь на горе, так тебя и тянет лететь. Вот так бы разбежалась, подняла руки и полетела». Кажется, это Островский писал… Шарил, чувак. – процитировал Макс монолог Екатерины из пьесы «Гроза».

Чем выше ребята поднимались, тем более промозглым становился ветер и тем более фееричные открывались им виды. Каждый шаг того стоил. А шагать было не просто – долго траверсили по наклонному склону, трава не успела просохнуть и предательски скользила под ногами. Никита был весь в напряжении, казалось, что тело – натянутая струна. Так и виделось, что нога срывается и он катится по склону далеко вниз и прямо в обрыв. Но когда Шаман сказал про снежник, и Никита поднял голову, он понял, что до этого были в прямом смысле цветочки. Выше начинался курумник из нагроможденных друг на друга валунов, которые выглядели совсем неустойчиво. Еще выше виднелся огромный снежный карниз.

- Место ночевки выше, над снежником. Там должно быть плато. Нужно сегодня сделать рывок, а на завтра останется легкотня! – Шаман попытался подбодрить друзей.

- Зная тебя, легкотня – это отвесная стена со скорпионами и змеями, вокруг которой летают голодные орлы и клюют всех, кто пытается подняться. – Лёша не поддался на призыв к оптимизму. Типичный Лёша.

Ребята привалили, перекусили и начали трудный и затяжной подъем. Камни были скользкими. То и дело попадались «живые» валуны, мечтающие защемить и размолотить ногу, неаккуратно ступившую на них. Медленно идти было невыносимо, быстро – страшно. Какой бы они не выбирали темп, движение вперед превращалось в пытку. Пот катился градом, кто-то то и дело спотыкался и матерился от души, на что Шаман только одергивал, мол горы – это святое место, не стоит сквернословить. И вообще, космос ближе, чем никогда, а в космос нужно правильные сигналы посылать, а не вот это вот всё.

Когда добрались до снежника, сил уже не было. Леха рухнул на снег. Никита тоже готов был умереть, но его мозг был занят обработкой информации, которая в него поступала, и не справлялся: «Лето. Снег. Я на снегу летом. Жара. Снег и жара. И немножко холодно. Как это вообще возможно?»

Никита поднялся и аккуратно сделал несколько шагов по снежнику. Снежный карниз был довольно широким. Под ним виднелся обрыв, камни и коварный травянистый путь, которым они добирались.

- Эй, аккуратней! Дальше, чем на метр от скалы, на карниз лучше не выходить. – Шаман с опаской посмотрел на Никиту, а потом на Макса.

Макс понял намек и аккуратно подошел к брату, чтоб не дать ему оступиться.

- Это просто невероятно! – Никита все еще не мог поверить в происходящее.

Он сделал еще один шаг вперед в попытке выглянуть как можно дальше за карниз. Макс краем глаза уловил это движение и резко дернулся в сторону брата. Они оба поскользнулись и грохнулись на спину. Повезло, что снежник был довольно пологим, и они не покатились вниз. Макс быстро поднялся и помог Никите. Никита ошалело оглядывался по сторонам.

- Я думал нам п**дец! Нужно сойти с этого чёртового снежника, он хочет меня убить. – Никита кивнул в сторону скалы и приготовился аккуратно сделать пару шагов, как заметил, что по карнизу пошла трещина вдоль скалы. Максим в этот момент уже сделал шаг и протянул руку Шаману, чтоб тот помог ему сойти со снега.

Движение снега было осязаемо. Никита в прямом смысле почувствовал, как опора уходит у него из-под ног. Он увидел, что Макс впереди него потерял равновесие и вот-вот соскользнет. В последнюю секунду он со всей силы толкнул Макса в спину прямо в руки Шаману. Последнее, что у видел Никита, - ужас и растерянность в глазах Шамана. Последнее, что увидел Шаман, - как карниз, словно в замедленной съемке, отделяется от скалы и вместе с Никитой устремляется вниз.

***

Никита открыл глаза. Он лежал, вокруг него был густой туман.

«Может, это у меня в голове туман?»

Никита вытянул руку и, как слепой, поводил ей перед собой в попытках нащупать пространство. Он потрусил головой, резко зажмурил и снова открыл глаза. Туман никуда не делся.

«Маааакс!» – он попытался крикнуть, но не издал ни звука.

«Вот чёрт! Я вообще живой?»

Он пошевелил второй рукой, потом ногами, потом с трудом поднялся. Под ногами была трава. Куда делся снег? Как долго он лежит? Где ребята? В голове Никиты роились вопросы, а ответов не было. Он понимал, что просто стоять на месте – это не лучший вариант.

Он аккуратно двинулся вверх по склону. Он ведь со снегом упал вниз, значит, чтоб вернуться, в любом случае нужно пониматься. А там, глядишь, и туман рассеется.

Шаг за шагом Никита поднимался в неизвестном направлении. Пелена перед глазами сводила с ума. Хотелось ее снять, стереть, разогнать. Краем глаза Никита заметил движение. Он резко обернулся и увидел, как мимо него в тумане проплывает конь. Конь появился на секунду и тут же снова нырнул в туман. Никита сглотнул.

«Откуда здесь конь? Не было тут коней. Хорошо, что не медведь.»

Конь замаячил в другой стороне. Снова полупрозрачным силуэтом, снова на секунду, словно дразня. А потом еще раз, но уже чуть дальше. Потом он остановился прямо напротив Никиты, поднял голову и… наверно, он заржал, но звука Никита не услышал. Он прислушался и решил, что от падения потерял слух. Звуков не было вообще, словно в вакууме. Ни ветра, ни шелеста травы, ни птиц, ни фырчанья коня – только безмолвное колебание стихии вокруг и пар из конских ноздрей.

Конь посмотрел Никите в глаза, перешагнул с ноги на ногу и раскрыл за спиной огромные белые крылья, края которых терялись в тумане.

«Зашибись! Я, похоже, в раю. Я ударился головой и умер. Глухой лузер-турист и призрачный пегас. Вампирская сага отдыхает!»

Пегас мотнул головой, мол следуй за мной, и, медленно развернувшись уплыл в туман. Никита неуверенно пошел за ним. Пегас не выглядел зловещим, других проводников у Никиты не было, да и какая вообще разница – если он уже умер, то ему ничего не грозит. Пегас шел впереди, периодически оглядываясь и дожидаясь спутника. Он вел Никиту вверх.

«Я шел вверх, и пегас идет вверх. Значит нам по пути. Видимо, мне все-таки суждено упороться.»

Туман постепенно рассеивался, но силуэт пегаса оставался все таким же призрачно неуловимым. Никита шел за ним, не чувствуя голода и усталости, не ориентируясь во времени и пространстве. Пегас придавал ему спокойствие и уверенность, что все плохое позади и теперь все будет хорошо.

Звуки вернулись вспышкой, все одновременно. Никита схватился за уши - он чуть было не оглох по-настоящему. Грохот был просто невыносим. Никита на секунду отвернулся на источник шума, а когда повернулся обратно, пегаса уже не было.

- Ну и ну… Я ударился головой сильнее, чем думал. Не хило меня глючит. – Никита высказал свои мысли вслух и еще раз порадовался тому, что слышит свой голос.

- Макс! Шаман! Лехааа!

Нет ответа. Как их искать теперь? Куда идти? Назад возвращаться не хотелось. Никита вспомнил туманную неизвестность и поёжился. Видимо, вперед и вверх – направление неизменно.

Он как робот карабкался все выше и выше, спотыкаясь, срываясь, обдирая кожу. Когда солнце уже готовилось спрятаться за гору и начало смеркаться, Никита осознал, что у него нет палатки и ему придется ночевать под открытым небом в холодных и бездушных горах. Бездушных. Шаман бы с ним поспорил. Он видел духов везде, он умел с ними договариваться, но бы точно сказал, что делать и куда идти. Никита шагал уже практически без сил и без надежды. Он перестал думать куда и зачем он идет, просто не мог остановиться, потому что понимал, что, если сейчас присядет хоть на секунду, это конец его пути. Он с трудом забрался на очередной уступ и увидел небольшую пещеру.

«Отлично! Здесь я хотя бы не промокну, если ночью пойдет дождь».

Он забрался в самый дальний угол и свернувшись в клубок почти сразу уснул. Ночью ему снились сумбурные сны – пегас, мигающий свет, разговоры людей, из которых он не мог уловить ни слова, снова вспышки, какой-то писк, провода и снова голоса. В какой-то момент среди этого беспорядочного шума он услышал голос Шамана. Он ухватился за него, как за тонкую нить и стал тянуть к себе, стараясь приблизить, сделать более осязаемым.

- Ты должен бороться, ты должен подняться на вершину. Тропа всего одна, ты дойдешь. Просто не сдавайся, слышишь! Мы все ждем тебя…

- Шаман, я так устал. Можно я просто останусь тут?

- Ты пошел, чтоб доказать себе и всем, что ты сильный, что ты боец! И что? Бросишь все и просто канешь в небытие? Я не верю… Ты сможешь! Я здесь, и я жду тебя. Вершина – вот твоя цель! Поборешь себя, преодолеешь страх и желание сдаться, - и ты спасен. Я не могу сделать это за тебя, никто не может. Иди! Иди. Иди… - голос Шамана удалялся, и как не пытался Никита ухватиться за него, он становился все тише, пока не растворился в бездне.

Сквозь веки пробивался солнечный свет, но Никита не спешил открывать глаза. Шаман был так близко… Так не хотелось терять это ощущение. Но осознание того, что это был лишь сон, пульсировало в висках, вселяя отчаяние. Стоит ли верить очередному видению? Это всего лишь игры разума. Что на вершине, какой смысл туда лезть?

- Аааа, твою мать! – Никита выругался, окончательно проснувшись и уставился на свод пещеры. Вставать и куда-то идти не было ни сил, ни желания. Он перевернулся на спину и нащупал рукой что-то странное под боком. Нерешительно Никита поднес находку к лицу и моментально подорвался, не веря своим глазам. В руке у него был букетик из полевых трав, заботливо перевязанный ниткой. Запах трав дурманил, напоминал о горячем и живительном шаманском чае.

- Что за дичь здесь происходит? Шаман, какого чёрта?

Он был здесь? Почему ушел, почему оставил одного? Все происходящее не укладывалось ни в какие рамки. Вот и не верь после этого в горных духов и прочие шаманские сказки.

- Вершина значит? Веришь в меня? Ну, жди, Шаман, я иду! Я вам всем навешаю за то, что вы меня бросили!

«Будет день и будет пища. Это явно не про меня. Будет день и будут горы! Вот моя реальность».

Никита собрался с силами и отправился в путь. Снова камни, рододендрон, который хватает за ноги, порывы ледяного ветра, вверх, вверх, вверх… Вершина была уже в зоне видимости, но остаток пути казался просто непроходимым. Почти отвесная скала с редкими уступами. Никита стоял у ее подножья и смотрел вверх. Обреченность достигла своего пика, сомнения не оставляли ни на секунду.

«Мне точно туда надо?»

Никите показалось, что он увидел чей-то силуэт прямо наверху, всего на долю секунды.

- Шаман! Макс! Лёха! Ребята, вы там?

Нет ответа. Только ветер в ушах и яркий свет. Солнце такое яркое, что его даже не видно – просто сгусток света.

- Иди… - в порыве ветра почудился шепот Шамана.

«Я точно сошел с ума» - подумал Никита и медленно начал карабкаться на скалу.

Руки то и дело соскальзывали, камни крошились под ногами. Эта пытка была мучительной и долгой. Несколько раз Никита чуть не сорвался вниз, но чудом цеплялся за очередной уступ, словно мантру проговаривая:

- Я смогу. Я боец.

Наконец Никита преодолел последний уступ и, подтянувшись, заполз на небольшое плато. Это была вершина. Выше были только облака и небо, и свет. И кроме Никиты там никого не было. Он подошел к краю и безжизненным взглядом уставился в бездну, которая простиралась под его ногами. Бездна была затянута дымкой и таила в себе нечто, скрытое от глаз и понимания.

- Ты справился.

Никита обернулся и увидел Шамана. Шаман стоял прямо за его спиной и улыбался ему.

- Зачем? Зачем ты меня сюда привел? На кой чёрт??? – Никита сорвался на крик отчаяния.

- Это был твой путь. Остался один шаг. – Шаман кивнул на бездну.

- Ты серьезно? Ты в своем уме? Я что лез на эту чёртову вершину, чтоб просто с нее сигануть? Эпик фэйл просто! Твою мать, Шаман! Это какой-то бред.

- Макс ждет тебя внизу. И мне тоже пора возвращаться. Давай вместе. Другого пути нет. Другой путь – это смерть.

Шаман подошел к Никите и положил руку ему на плечо.

- Так надо. Ты мне веришь?

- Я уже не знаю, во что верить. - Никита смотрел в бездну и не понимал, как она может его спасти.

Шаман подошел еще ближе к краю и сказал:

- Давай я первый. Только пообещай, что ты за мной. Я больше не смогу за тобой вернуться. Пообещай!

- Обещаю…

Шаман улыбнулся и просто шагнул в бездонное ничто. Никита только увидел, как за ним взметнулась дымка. Он поднял голову к солнцу и стоял так несколько секунд с закрытыми глазами, пытаясь принять неизбежное.

- Другого пути нет…

Никита сделал шаг вперед и растворился в дымке вслед за Шаманом.

***

В палате пахло луговыми травами. Шаман потер глаза, медленно встал с кресла и потянулся. Он потормошил Макса, спящего в соседнем кресле. Макс подорвался в панике, непонимающе озираясь по сторонам и наконец сфокусировался на Саше.

- Нормально все, скоро очнется. А я пошел пить кофе – я двое суток не спал.

Шаман еще раз потянулся и пошел на выход из палаты.

***

Вы когда-нибудь падали в бездну? Падение может быть очень долгим. Тело вообще не имеет веса в этот момент. Когда ты так долго летишь в никуда, ты ждешь, что сейчас твое тело превратится в лепёшку – таков логический исход падения с большой высоты. Но приземления так и не последовало. Никита прислушивался к своим ощущениям. Яркий свет сменился мраком, и единственное, что он чувствовал – это нарастающая тяжесть. Его тело словно медленно наливалось свинцом. Даже просто пошевелить пальцем казалось очень сложно – палец весил десятки килограмм. Никита боялся снова очнуться в тумане. Он осторожно принюхивался, прислушивался к звукам. Запах трав и каких-то медикаментов, странный писк и гул. А сквозь веки пробивается свет. Никита собрался с духом и открыл глаза. Свет был невыносимо ярким, а во рту было суше, чем в пустыне в засушливый год.

- Никита! Бог мой, ты вернулся! Как ты? Братиш, ты нас так напугал! – Макс тараторил еще что-то, схватив Никиту за руку. – Медсестра, кто-нибудь! Он очнулся!!

Зрение постепенно приходило в норму. Палата, два кресла. Макс, который сияет от счастья.

«Вот так Шаман. Не обманул. Вытащил». Никита сжал руку брата и слегка улыбнулся ему в ответ.

***

Они впятером сидели в кафе и отмечали годовщину Восхождения в бездну. Шаман, Лёха, Макс и Никита в обнимку с Дашей.

- Шаман, я обязан тебе жизнью! Ты вытащил меня с того света. Я не верю, что я был в бреду, - я видел и слышал тебя также ясно, как сейчас.

- А я тебе обязан, брат! – Макс положил руку на плече Никиты. – Ты вытолкнул меня в последнюю секунду. Я ведь тоже был на волоске. Ходил по афигительно тонкому льду, так сказать.

- А я? – Лёха поднял бровь и посмотрел на Никиту. – Я нашел ракетницу. Может именно благодаря сигналу спасатели подоспели вовремя.

Даша возразила:

- Ну, если копать еще глубже, то ракетницу, которую ты нашел, дала я!

Друзья рассмеялись, а Шаман сказал:

- Ты сам себя вытащил, я просто показал тебе путь. Ты мог сдаться и никогда не вернуться. Мог не дойти до своей вершины. Но ты это сделал! Красава!

- Мой герой! – Дашка, прижалась к Никите и чмокнула его в щеку. – Расскажи еще раз, что ты там видел, пока отлеживался без сознания?

Никита потер лоб, пытаясь вспомнить.

- Горы, горы, горы и Шамана, который говорил мне, что смерть не является уважительной причиной для освобождения от скалолазания. А так всякий бред. Я вообще очнулся в тумане, а из тумана меня вывел пегас. Вообще не понимаю, каким боком пегас там оказался. Больное подсознание, видимо.

- Я кажется знаю, каким боком пегас. Когда спасатели примчали, на боку вертолета был нарисован конь с крыльями. Так что, да, можно сказать, что пегас тебя спас. Вот это история! Вашим внукам будет не скучно. – Макс подмигнул влюбленной парочке, на что Даша ему возразила, что с такими приключениями до внуков можно не дожить.

- Какие планы на выходные? – спросил Шаман с коварной улыбкой. – Может в горы?

- Я пас. Внуки – это святое! – хитро улыбнулся Никита.