Волшебный коктейль

Судьба одного рейнджера.

Сектор: Атлант.

Система: Краа.

Планета: Гаалдок.

В комнате было мрачно. Света от восковых свечей было не достаточно, чтобы осветить всё помещение. Тени от резных стульев из настоящего дерева, от постаментов с черепами каких-то существ энергично танцевали на стенах и потолке. В центре этой комнаты, за массивным столом сидела девушка. Её молодое, красивое лицо обрамляли густые чёрные волосы. Не замечая вошедшего человека, она продолжала изучать лежащие перед ней гадальные карты.

—Привет, Эфия. Ты всё пялишься в эти свои карточки?

Молодой человек в форме Рейнджера пересёк комнату и сел на обшитый чёрным бархатом стул из резного красного дерева. Посмотрев в лицо девушки и поняв, что ей нет до него никакого дела, он стал разглядывать комнату.

Шкаф с бумажными книгами, картина с изображением парусника в море.

Пара стульев, ещё один стол у стены, на котором лежали пучки каких-то трав. Вот, собственно и всё убранство.

—Не понимаю я твоей любви ко всей этой рухляти. И ведь, сколько кредитов потратила на всё это старьё,- молодой человек обвёл рукой помещение.

—Лукир, я вижу смерть. Огонь. Беду,- девушка оторвала взгляд от карт и посмотрела в глаза парню. Её голос был тихим и спокойным, как дуновение весеннего ветерка.

—Что? Ааа, да не верю я во всю эту чепуху,- махнул рукой Лукир,- Эм, а подробнее можно, что види…

Лукир не успел закончить фразу, как стальная дверь открылась и в комнату вбежал гаалец в военной форме, а вместе с ним в помещение ворвались и звуки сирены. Тревога.

—Капитан Лукир, Доминаторы! На нашу систему напали!

— Чтоб им пусто было! Эфия! А по человечески нельзя было сказать?! Смерть, огонь, тьфу!

С этими словами рейнджер выбежал вслед за гаальцем.

—Активировать защитный экран. «Леска», «Волновой фазер» на Урганта. Поджарим этого Домина!

—Исполняю,- прозвучал мягкий металлический голос.

Протрещал глухой звук залпа орудий по приближающемуся противнику. Увернувшись от ответной атаки, уйдя вниз и пролитев под кораблем доминатора, Лукир выпустил несколько ракет для отвлечения его внимания, а сам сделав мертвую петлю оказался сзати.

—Отлично! Никуда не денешься… Алиса, залп из всех по орудий по этой железной мухе!

—Исполняю.

Совсем рядом, по космическим меркам, взорвался чей-то звездолёт. Судя по всему, это был корабль коалиции. Доминаторы прибывали и прибывали, как рой пчёл они разлетались по системе, кто-то из более шустрых приземлялись на планеты. Уже полыхал синем пламенем Центр Рейнджеров «Храбрый».

Корабль Лукира под названием «Михалыч» уничтожил уже нескольких противников.

—Дроид повреждён. Дроид повреждён. Дроид не исправлен.

—Да понял я, Алиса, понял!- пот струился по лицу рейнджера. Напряжение нарастало с каждой минутой. Уже несколько рейнджеров ушли в гиперпрыжок из погибющей системы. Уходя от атак нескольких Меноков, Лукир пропустил мощный залп от Эквентора. Корабль заметно тпяхнуло, бросило в сторону. Скорость резко стала снижаться.

—Защитный экран вышел из строя. Двигатель повреждён. Немедленно покиньте корабль,- металлический голос звенел и звенел, повторяя, что пора тикать отсюда.

—Ага, щщщаз!- прошипел Лукир,- Алиса, активация «Кварковой бомбы». Сейчас же!

—Исполняю.

Корабль Лукира застыл в ледяном космическом пространстве. Кое где ещё вели бой корабли военных и рейнджеров. Лукир смотрел в лобовой элюминатор, на бескрайние космические просторы, на туманность «Алые Паруса». На приближающиеся корабли доминаторов. Мимо элюминатора медленно плыла «Кварковая бомба».

—Не соврала Эфия… беда. Надеюсь, ты выжи…

Отражение.

Юная девушка с ярко рыжими волосами и зелеными, словно изумруды, глазами. Худощавый мужчина с прыщавыми щеками и большим горбатым носом. Седовласая, щуплая старушка с добрыми глазами. Два курчавых мальчишки с абсолютно одинаковыми лицами. И ещё сотни людей, а так же их питомцев: кошек, собак, птичек и даже змей. Я помню их всех. Я был всеми ими.

Совсем недавно я обрёл новое лицо. И признаться, мне оно совсем не нравится. Лицо, тело, даже сущность этого человека мне неприятны. Лежал же себе спокойно на чердаке, где было пыльно и сумрачно. Никто меня не трогал, не заставлял улыбаться, гримасничать и вот опять… и ладно бы если милая, добрая женщина или мудрый, проживший жизнь старец. Так нет! Этот! Лысый, с кривым носом, серыми рыбьими глазами, тоненькими губками и шрамом на левой щеке. Но это пол беды. С этим я смирюсь. Но вот с гнилой, зловонной душонкой… нет уж. Увольте.

Ночь.. Лунный свет холодными пальцами скользит по комнате, шарит по постели на которой лежит Он. Я стою напротив Его мирно спящего тела. Сейчас я тот, кем был очень давно: маленькая, белокурая девочка, вечно таскающая с собой плюшевого зайца. Жаль, что я не могу подойти к Нему, высказать всё, что я о Нём думаю! Заставить унести меня туда, откуда взял! Увы, это не в моих силах. Но я могу кое что другое. Дааа.

Вчера Ему снился сон: Он играл с маленькой девочкой в саду. Они веселились, смеялись, пока в один момент девочка не обратилась в нечто поистине ужасное! Руки удлинились, стали касаться земли, симпатичное личико раздулось и покрылось язвами. Ангельской красоты девочка стала исчадием самой Тьмы. Она с душераздирающим визгом бросалась на Него, царапала когтями, кусала. Как Он не старался убежать, укрыться, кошмар настигал его снова и снова, до самого рассвета.

Утром новый я проснулся разбитым, с синяками под глазами. Я показал Ему его «красоту» и даже слегка «приукрасил». День я был в одиночестве. Провёл я его, как обычно, становясь кем-нибудь из тех, кем я любил быть. Кого я любил.

Вечером вернулся Тот, кем я совсем не желаю становиться. Но пришлось.

Видимо денёк у Него выдался тяжёлый. Выглядел Он очень уставшим, будто вагоны разгружал. А может быть и разгружал? Плевать. Погасив в комнате свет, Он лёг в постель и закрыл глаза. Наконец-то можно снять Его с себя. Снова став девчушкой с плюшевым зайчиком я стал ждать, когда Он погрузится в глубокий сон. Но…

—Ааа! Какого хрена?!

В комнате вдруг стало светло. Как я так? Старый видимо стал… не успел стать Им, когда тот глаза открыл. А ведь всегда успевал, с другими. Подойдя ко мне, Он чертыхаясь, внимательно меня рассматривал. Убедив Себя, что я ему померещился, Он лёг в постель.

Этой ночью Он кричал во сне и на яву. Маленькая девочка, с поистине ангельским лицом играла на поляне с зайчатами. Она догоняла их, ловила, приносила Ему, чтобы тот их поглалил. Милота, а не сон. Картина резко изменилась. Симпатичная девчушка, улыбаясь и весело смеясь ловила зайчат и заживо сдирала с них шкурки. Отрывала пушистые уши, с хрустом сворачивала им шеи. Результаты своей игры она приносила Ему. Не в силах сдвинуться с места, Он наблюдал за этой ужасающей игрой. До самого утра.

Проснувшись в холодном поту, Он подошёл ко мне и сказал:

—Чертовщина какая-то…

После этих слов, Он взял с постели покрывало и набросился его на меня. Темнота.

С тех пор, я больше не видел Его. Не был Им. Не знаю, сколько времени прошло с того дня, но кем-то новым я пока не был. Что ж, я подожду...

Забытая игрушка.

Меня нельзя назвать, просто игрушкой. Нет, ни в коем случае. Ведь на «Просто игрушку», мальчишка не будет смотреть с такой чистой и искренней любовью. Пожалуй, нужно не много себя описать. Плюшевая, ярко жёлтая, как солнышко. И ещё, есть хвост. Да-да, прямо как молния. Вот такая вот я.

Помню, как я впервые увидела его. Копна кудрявых волос и улыбка. Эту улыбку я буду помнить всегда. Улыбка до ушей. Довольная, счастливая и зубика нету. Глазёнки сияют, прыгает, ручонки свои маленькие ко мне тянет.

Вот он уже обнимает меня и прижимает к себе. Сильно, сильно обнял и случайно надавил мне на живот. Щекотно! «Пика-пика», запищала я, «Пикачу». От неожиданности мальчуган чуть не выронил меня из рук. Смотрит на меня, смеётся, на пузико мне давит, а мне щекотно, я кричу «Пикачу! Пика-пика!»

Не забуду, как он обнимал меня перед сном. Крепко-крепко, будто боялся, что я убегу от него. Да куда уж там? Разве можно сбежать от того, кто в тебе души не чает? Кто хвастается тобой, но не даёт тебя в руки другим детям, чтобы не украли или как-нибудь не испортили? Уйти от того, кто любит так, как могут любить только дети? Никогда. Не за что на свете. Мы будем вместе всегда.

Я ошибалась. Не всегда. Ну, за что? Почему? Потому что я больше не говорю тебе перед сном «Пика-пика. Пикачу.»? Или за то, что мой хвост-молния, пришитый обратно уже много раз, снова отвалился?

Ты помнишь, как, смеясь, подбрасывал меня в воздух? Помнишь, как катал меня на игрушечном КАМАЗе? Мы даже фотографировались вместе. Надеюсь, ты не потерял эту фотографию.

Кудрявый, с озорными глазёнками и без одного зубика, мальчишка. Прыгающий от радости и заливающийся звонким смехом. И пусть меня уже давно нет рядом с тобой, знай, что я тебя никогда не забуду.

Самобичевание.

Космос... Люди давным-давно поняли, что они далеко не одни во вселенной. Сейчас время, когда далёкие звёзды вовсе не недосягаемы.

В звёздной системе Завия, на заселённой преимущественно Гаальцами планете Капабланка, в одном из баров, на сцене выступал человеческий проповедник с речью о том, что мир погряз в грехе и лишь благочестие, доброта и любовь ко всему и вся спасут души от гиены огненной. Проповедь была адресована по большей мере людям. Представителям других рас было откровенно наплевать на смысл слов человека в черном одеянии.

Монотонная речь проповедника была прервана ударом ему в челюсть невесть откуда появившимся на сцене рейнджером. С криками: «Это вы во всём виноваты!», «Твари!» и «Чтоб вам пусто было!», неизвестный, пытался вновь ударить старика по лицу, но сзади его уже держал крепкого телосложения парень. Со словами: «Хватит, Грэт.» и «Какая муха тебя укусила?», крепыш стащил рейнджера со сцены и усадил за столик подальше от затихшего служителя церкви.

Никто в баре даже и глазом не повёл, будто подобные ситуации были привычным делом. На удивление, даже охрана никак не отреагировала на дебош в заведении.

- Да что на тебя нашло, чёрт возьми?

Спросил молодой белобрысый парень, тот самый, что остановил драку. Имя его было, Бор Иржан-Ру-Тусэн. Но все его звали просто Бирт.

Грэт залпом осушил заказанную минуту назад рюмку с какой-то Гаальской бурдой, которая не пользовалась спросом у людей из-за своего внешнего вида. Уж больно Гаальские напитки походили на окрашенную в цвета радуги лягушачью икру.

- Что на меня нашло? Да эти служители богу целый вид живых существ погубили! – срываясь на крик, выпалил Грэт.

- Не кричи, а расскажи по порядку, что случилось.

- У нас была миссия на планету Керши, что в системе Цуфай. Целый вид… цивилизация…

- Это же дикая планета. Нет там ничего. Какая цивилизация, ты о чём?- Бирт, поморщившись, посмотрел в свою рюмку, резко выдохнул и опрокинул содержимое внутрь,- Грёбаный запрет на ввоз инопланетных продуктов. Гаальцы, чёрная дыра их засоси... так, что за миссия то?

- Ладно, сейчас расскажу.

Грэт проводил взглядом прошедшего мимо их столика, явно уже "готовенького", Пелленга, напевающего себе под нос то, что они называют песней. Больше это было похоже на то, как если бы человек пытался что-то сказать, находясь под водой.

- Для начала, не такая уж эта планета и необитаемая. Как, оказалось, там есть жизнь. Уровень развития местного вида не высок, но ведь и мы не сразу в космос полетели. В общем, прилетели мы на Керши с миссионерской миссией. Наши проповедники, будь они не ладны, рассказали местным гуманоидам о Боге и Сыне его, и о том, как он пожертвовал собой ради спасения человечества. Короче, они делали свою работу, а мы, рейнджеры свою: смотрели, чтобы наших рясоносящих не обижали. Все прошло на удивление гладко. Благополучно распространив Веру, мы покинули планету,- Грэт залпом осушил только что принесённую дроидом рюмку Гаальской жижи,- Благополучно, ага, как же... не так давно я по делу был в системе Цуфай и решил заглянуть на эту, кстати, гостеприимную планету. Если уж и совершать аварийное крушение, то туда. Короче, прилетев туда, я обнаружил лишь одного гуманоида. Пустые города.

- Вот тебе на. А вы то тут причем и ваша миссия? Может Пираты постарались,- удивлённо сказал Бирт, явно заинтересованный рассказом.

- Бедолага рассказал мне, что случилось. Он был очень опечален, но не тем, что он остался один на планете, а тем, что он не стал Сыном Бога.

- Что?!- глаза собеседника округлились, а рука замерла, так и не донеся закуску до рта.

- То. Они поняли нашу Веру по-своему. Они занялись самобичеванием, стали прибивать друг друга к крестам, помогая друг другу стать Святыми. Каждый хотел стать Сыном Бога. Они не так поняли нас, Бирт... наше вероисповедание оказалось не для их понимания... Это мы виноваты. Это они виноваты!- крикнул рейнджер и ткнул пальцем в сторону сцены, где уже не было священнослужителя, а выступал какой-то человеческий певец,- Уничтожили целый вид.

Ошарашенный услышанным, Бирт спросил сдавленным голосом:

- Но ведь один остался в живых. Что с ним стало, друг?

- Он умолял меня распять его. И... я подумал, что так будет правильно. Один, он бы не выжил. Все равно бы умер. А так, он ушёл счастливым...

В баре играла музыка, между столиков шнырял дроид. Со всех сторон доносились разные голоса, разные наречия. За столиком, понурив головы, молча сидели два человека...

Месть забытых богов.

— Ну что, нравится? Нравится?! – злорадно прорычал Перун. В его глазах, чёрных, как грозовые тучи, сверкали молнии.

Совсем ещё юный парень был скован цепями и висел подвешенный за руки в каком-то обветшалом зале.

Когда-то это был храм. Своей красотой и великолепием он мог бы удивить даже самых искусных зодчих, существовавших на свете. Но не сейчас. Прекрасные фрески, украшавшие его стены и сводчатые потолки облупились, местами и вовсе стерлись под влиянием беспощадных ветров, что гуляют по храму, как у себя дома. Резные белокаменные колонны были в трещинах и сколах. Некоторые и вовсе рухнув, лежали на полу грудой обломков.

— Слышишь? Они теряют веру в тебя, братец,- пойдя к мальчишке, нежно прошептала красивая женщина в иссиня-чёрном платье, будто блистающем мириадами звёзд.

— Отойди от него, Мокошь. Мало ли что,- обратился к богине сидящий в резном кресле из слоновой кости Мардук.

— "Мало ли чего", не случится. Я эти цепи выковал специально для него,- сказал Сварог, секунду назад создавший из пламени огромного орла. Взмахнув огненными крыльями, птица взлетела под купол зала и стала кружить над собравшимися внизу Богами,- так что, не волнуйся,- сказал он обращаясь к всё таки отошедшей от юнца даме.

— Зря стараетесь, братья. Ничего у вас не получится,- приподняв голову, звонким голосом сказал парень,- Вы уже прошлое. Всего лишь обветшалые рисунки и развалившиеся статуи. Примите это и смиритесь.

По храму оглушающим эхом прокатился громовой раскат. Это Перун ударил ладонью по лицу осмелившегося дерзить мальца.

— У тебя тяжёлая рука, Громовержец. Не переборщи,- вмешался стоявший поодаль, облокотившись на колонну, Велес,- Он должен узнать на себе, какого это, когда тебя забывают.

— Да,- коротко ответил Перун.

— Они меня любят,- прозвенел голос пленника,- Они...

— Нет, милый братец,- перебила мальчишку Мокошь,- они уже винят тебя во всех бедах и проблемах. И знаешь ещё что? Люди думают, что надоели тебе. Что ты их покинул.

— Ложь.

— Нет, она не врёт,- прогудел Стрибог,- вот, послушай, что пишут про тебя люди:

Он лепит фигурки из грязи.

Из пыли творит города.

Ими правят великие князи.

Те, что грязью были вчера.

Они живут и даже не знают,

Что над ними стоит Кукловод.

Куклы глупые, не понимают,

Что мирок их рухнет вот-вот.

Ведь случается, надоедает,

Одна и та же Богу игра.

И вот, уже все разрушает

Детская божья рука.

Пленник зашевелился, пытаясь вырваться из сковавших его цепей. Дергаясь и извиваясь, он выкрикивал проклятия в адрес присутствующих.

— Угомонись,- спокойно сказал Сварог,- Мои цепи тебе порвать не под силу.

— Вечность будете меня пленить?! Вас все равно не вспомнят!- кричал юноша, оставив попытки освободиться.

Зал наполнился смехом. Забытые боги окружили висящего белокурого мальчишку.

— Может, нас и не вспомнят, хотя… всякое может случиться,- ухмыляясь, молвил Велес,- но и ты канешь в небытие, братец,- Бог, приобнял Мокошь за талию.

Храм озарила яркая вспышка. Все помещение наполнились слепящим голубоватым светом. В зале появился высокий, крепкий мужчина в длинном чёрном плаще с кроваво-красным подбоем.

— А вот и тот, кто поможет нам вернуться,- с улыбкой на лице прогремел Перун,- Приветствуем тебя, Несущий Свет.

— Вечной вам жизни,- будто промурлыкал гость. Обведя храм взглядом, он остановился на пленнике, чьё лицо выражало ненависть и презрение,- И тебе привет, папа...

Возможно будет продолжение...