Видеодневник Алисы Блез

Глава 1

Отец никогда не умел развлекать гостей, поэтому все просто смотрели новости.

"Известная модель скончалась сегодня в Лос-Анджелесе. Причины смерти пока неизвестны."

"Энтони Руперт призвал власти ужесточить наказание за незаконный оборот оружия и наркоторговлю. Его коллега, кандидат в президенты Джо Бенкс полностью солидарен с Рупертом. Он озвучил свою программу во время дебатов."

"Напоминаем, что четыре года назад группа несовершеннолетних автостопщиков в сопровождении 32-летнего музыканта из Доминиканы пропала без вести на границе с Канадой. Исполнитель латинской музыки и его младший брат по-прежнему не вернулись на родину. Полиция и волонтеры до сих пор ищут школьников и граждан соседнего государства. Любую полезную информацию о них вы можете сообщить по нашему электронному адресу."

За столом было скучно. Мы с сестрой отправились в комнату, чтобы переждать, пока родители расскажут гостям обо всем, что произошло за этот год. Эмили сидела за компьютером, и набирала в поисковике всякие глупости. Затем мы начали смотреть видеоролики о знаменитостях, пытаясь как можно глупее прокомментировать происходящее на экране. Таким было наше любимое развлечение. Дверь открылась, и вошел Чарли. Он был на год младше меня, и недавно ему исполнилось 17. Чарли был сыном лучшего друга отца, но сколько бы нас ни пытались подружить, из этой затеи ничего не выходило. Вот и сейчас его позвали к нам лишь для того, чтобы мы повидались.

- Я с вами! - уверенно сказал Чарли, - Что вы тут смотрите?

Он пролистал видеоролики до самого конца.

- Ничего интересного, - вздохнул он.

- А что ты посоветуешь? - спросила Эмили.

- Я не смотрю про музыкантов. В нашем возрасте уже пора думать о более важных вещах. Я стараюсь сделать себе имидж, и всегда ему соответствовать.

Тем не менее, он не ушел за стол, а завалился в кресло, и продолжил раздавать советы.

Я с ногами забрался на диван и взял в руки гитару.

- Не надо, Джейсон! - сердито попросила Эмили.

Я лишь усмехнулся в ответ, и принялся колотить по струнам.

- Ну все, хватит, ты не умеешь играть. Что ты хочешь сказать этими звуками?

- Что мне весело, - ответил я.

Эмили снова набрала в строчке поиска имя.

- Вот, мой самый любимый, - призналась она.

По возгласам Эми я уже понял, на кого она хочет посмотреть. И в самом деле, на видео была ее любимая рок-звезда, таинственно погибшая 20 лет назад. Чарли, увидев парня с длинными всклокоченными волосами, презрительно фыркнул.

- А я вот слежу за своей внешностью, - похвастался он, - в нашем возрасте уже пора подумать о подходящем круге общения. Что может добиться такой парень, как этот?

- Это Оливер Маггетт? - спросил я, чтобы разрядить обстановку.

Эмили ответила радостными воплями, и изо всех сил обняла подушку.

- Он давным-давно умер, Эми, - сказал я.

- Ну и что! Разве от этого Оливер стал хуже?

Поспорить с ней было сложно. Мне нравился стиль и антураж хоррора, который Оливер Маггетт создавал на сцене во время своих концертов. Он погиб в автокатастрофе много лет назад, но это событие лишь прибавило ему популярности. И хотя я никогда не понимал, как можно любить незнакомого человека, к тому же, давно погибшего, личность Маггетта казалась мне интересной. Я никогда не пытался копировать его, но так уж получалось, что мы с ним были очень во многом похожи, и Эмили каждый раз с большим удовольствием замечала сходство в характере.

Теперь можно было с уверенностью сказать, что весь оставшийся вечер мы будем смотреть только на Оливера. Отобрать у Эми клавиатуру сейчас было не под силу даже нашему занудному гостю.

- Смотрите, там пять новых записей! - радостно завизжала она.

- Я пошел, - многозначительно проворчал Чарли, и хлопнул дверью.

Мы переглянулись, и рассмеялись ему вслед.

- Как интересно, - сказал я, - никогда раньше мне не попадались эти видео.

- А остальные ты все смотрел? - спросила Эмили, не отрываясь от экрана.

- Благодаря тебе. Иногда даже по два раза за вечер.

Гости собрались уходить, и это радовало. Я без особого желания попрощался с Чарли, и вернулся в комнату сестры. Заняться было нечем, и я включил новые видеоролики про Оливера. Некая Алиса Блез выложила их на памятной странице певца пару дней назад.

На первом видео все было понятно. Оливер и его группа зашли в супермаркет. Они искали прилавок с пиццей, и по дороге сходили с ума, кричали и устрашающе глядели в камеру.

С тремя другими записями дела обстояли сложнее: на них Оливер сидел в комнате, и обращался к поклонникам. Это были протестные выступления, они касались каких-то чиновников Лос-Анджелеса. Один из них, насколько мне было известно, сейчас работал в Вашингтоне, он высказывался против некоторых реформ и применения силы в других странах.

- Мистер Руперт разрушит вашу жизнь, запомните это! В будущем люди поймут, что Энтони Руперт - конец вашей свободы! - проговорил Оливер в гриме и браслетах, схватил себя за горло, и высунул язык, изображая удушье. Он пару минут отпускал разные непристойные шутки насчет политика, а затем продолжил выступление.

- Тебе нравится? - спросила Эмили, даже не вникая в речь Маггетта.

- Как странно, - сказал я, - первый раз в жизни слышу, что Оливер интересовался политикой.

- А что тут такого? - не поняла Эми.

Я попытался вспомнить интервью и выступления Маггетта. Каждый раз во время интервью Оливер заявлял, что политикой вообще не интересуется! Ему нравились только всякие странности, ужасы и средневековые сказки. Я это помнил наверняка.

Чтобы убедиться в том, что я прав, пришлось открыть страницы с интервью. В каждом из них Оливер очень сердился, когда его спрашивали о политических предпочтениях, или о том, за кого он пойдет голосовать. Но в следующих роликах он активно протестовал против Энтони Руперта, а затем и против кандидата в президенты. К тому моменту, как я досмотрел до конца, видеоролики набрали несколько миллионов просмотров, а поклонники активно комментировали увиденное. Они явно были согласны с Оливером. Протест, озвученный под видео, усиливался, а высказывания в адрес политиков становились все более агрессивными.

- Еще одна странность, Эми: Оливер славился своей неспособностью выражать мысли. Его высказывания зачастую носили характер бессвязного бреда, а тут он говорит предельно понятно, - заметил я.

На часах было за полночь. Эмили ничего не ответила. Она устало зевнула, и выпроводила меня в другую комнату.

Происходящее меня очень заинтересовало. Фанаты и случайные зрители, конечно, не вникали в такие мелочи, как трезвый и серьезный Маггетт, лаконично и ясно говорящий о мистере Руперте. Однако, мне биография странного парня из рок-группы была хорошо известна. Несоответствие казалось слишком очевидным.

Я включил свой старенький ноутбук, и внимательно присмотрелся к лицу Маггетта. Я был уверен, что Оливера просто сыграл переодетый в него парень. Однако, я пересматривал ролики один за другим, и убеждался, что это Оливер. Тот же нос, те же скулы и подбородок. Такой тип лица встречается достаточно редко, и для поиска дублера пришлось бы приложить массу усилий. А парень был копией рок-звезды. Даже его жесты были в точности, как на концертах. Но как такое могло быть, если прежний Оливер политику ненавидел, и говорил совершенно иначе? Тем не менее, это был его голос, и его лицо.

Я любил подобные загадки, и истории, в которых что-то не сходится с самого начала. Это повод пораскинуть мозгами, и придумать собственный вариант случившегося. Подобные расследования всегда доставляли мне удовольствие, даже если я знал, что никогда не узнаю правды.

Выбранные видео начали проигрываться по второму разу. Мне хотелось спать, но я продолжил смотреть в монитор просто потому, что встать и выключить ноутбук было лень.

Оливер все шагал по магазину, и изображал из себя непонятно что, а его друзья отвернулись от камеры, чтобы выбирать пиво.

"Помогите! На помощь!" - сказал Маггетт в камеру. Один из его товарищей повернулся на шум. Оливер тут же скорчил рожу, и рассмеялся.

"Ты чего там делаешь?" - спросил гитарист.

"Это не я! На помощь!" - снова закричал Оливер. На этом запись подходила к концу, потому что терпение кассира и охранника закончилось, и звезду выпроводили на улицу.

На последних кадрах охранник проводил музыкантов к выходу. Компьютер завис, превратив видео в стоп-кадр. Я изумленно взглянул на дверь супермаркета - там красовалась вывеска с рекламой современной одежды. Этот бренд появился совсем недавно, и его точно не существовало 20 с лишним лет назад. "Эйч энд Би" выпускают ультрасовременную одежду и кроссовки для подростков и молодежи, и на плакате была модель, созданная год назад! Это я знал наверняка: в прошлом году Эмили выпросила такие кроссовки у отца, и мы всей семьей ездили их покупать. Для таких, как моя сестра, подобная покупка - настоящий праздник... Но разве мог Оливер Маггетт догадываться о существовании моды двадцать первого века?

Видео вновь загрузилось, и парни направились к выходу. На Оливере и его друзьях была одежда конца восьмидесятых, потрепанные куртки и гитары за спиной. Снято было на старую пленку, изображение, как положено, было нечетким и расплывалось.

Я перемотал на начало, и вскоре заметил еще больше странностей. На этот раз у меня было, за что зацепиться. Просто нужно было пересмотреть все заново, и убедиться, что сюжет двадцатилетней давности снимали в современном магазине.

Стоит сказать, что режиссер розыгрыша отнесся к своей работе ответственно, и хорошо подобрал пленку. Мне было известно, что в отличие от цифровой съемки, на старых записях отдаленные предметы менее резки и расплываются в цветные пятна. И сколько бы я ни старался разглядеть товар на полках, у меня ничего не получилось.

В том, что ролик в современном магазине сняли профессионалы, а не друзья Оливера из прошлого, не оставалось никаких сомнений. У оператора были ассистенты, которые не подпускали прохожих к месту съемки. Силуэты покупателей вдали были такими же размазанными, как вид товаров на полках. Я так и не смог понять, во что одеты эти люди. Но когда Оливер стал кривляться на камеру, а его друзья пошли за пивом, на холодильнике с напитками промелькнул дисплей с зелеными цифрами. Оператор, снимавший видео, быстро заметил недоразумение. Поэтому дальнейшая покупка пива и крики Оливера были сняты в крайне странном и неудобном ракурсе.

Но самое интересное было связано с поведением солиста. С первого взгляда, пьяные парни просто зашли в магазин. Все они смеялись, и кричали что-то непонятное, а потом решили выпить. Однако, после того, как я заметил вывеску у входа и современное оборудование, которого во времена Маггетта просто быть не могло, слова Оливера также приобрели другой смысл.

На всякий случай я записал все на листок бумаги.

- Просто удивительно, сколько всего странного не заметили люди, посмотревшие эту запись всего один раз! - сказал я Эми на следующий день, и посвятил в детали своего расследования.

- А в чем странности поведения Олли? - спросила она с нетерпением.

- С самого начала он озирался по сторонам, и окрикивал покупателей. Теперь мне ясно, что целью было вовсе не хулиганство, а попытка привлечь их внимание. Одна женщина даже попыталась отреагировать, и подойти поближе, но помощники оператора за кадром явно объяснили ей, что не стоит мешать, - объяснил я.

- Похоже на правду, - пожала плечами Эми.

- Это и есть правда. Ролик постановочный, его снимали в этом году, или в конце прошлого. Вот вывеска с твоими любимыми кроссовками, которой не место в восемьдесят пятом году, вот, внимание! Он кричит на прохожих. Дама в пальто готова подойти. А вот кто-то за кадром отвлекает ее.

Женщина на видео отвернулась от Оливера, и принялась разговаривать с кем-то справа. Потом она махнула рукой, и ушла.

- При первом просмотре все выглядит более, чем естественно. Если бы ноутбук не завис вчера ночью, я сам бы не знал, к чему придраться.

- Но как такое может быть? - удивлялась Эми, - Это же Оливер, посмотри, это он!

- Этого я не знаю, - признался я, - смотри дальше: он пытается заговорить с охранником, и провоцирует его. И снова кто-то за кадром объясняет тому, что все в порядке. Тогда Маггетт решает попросить о помощи на камеру. Как только все отворачиваются за пивом, и оператор замечает дисплей на холодильнике, Оливер изображает свою фирменную истерику.

- Обычно он выходил в людное место, и кричал "Демоны! Повсюду демоны!" - с восторгом вспомнила Эми.

- Но тут он говорит "На помощь. Помогите мне!". После всех перечисленных несоответствий я не считаю, что это случайность.

" Это не я! На помощь! "- в очередной раз повторил парень на записи.

- Очень интересно, - сказала Эми, - только вот твои доказательства все равно никому не нужны. Почитатели Маггетта верят, что с Оливером все в порядке.

- Ну да, - ответил я, - Оливер благополучно погиб, а запись будто бы была сделана в далеком прошлом...

Мои лекции в университете, как обычно, прошли без меня. Этот день я провел, гуляя по парку в самом дальнем районе Лос-Анджелеса. В рабочее время к озеру почти никто не приезжает, и можно долго бродить среди деревьев и полуразрушенных скульптур.

Тишину нарушила женщина, бегущая от двух собак. Она была чрезвычайно упряма, и продолжала бежать, несмотря на усталость. То, что две упитанные лайки принадлежали ей, было несомненно: поводки были завязаны на поясе, как ремень, а животные едва успевали за своей хозяйкой.

Тем не менее, увидевший это пьяница решил бросить в собаку пустой бутылкой. Я успел вовремя.

- Пошла отсюда! - ругался растрепанный мужчина, пугая собак.

- Сам пошел! Проваливай отсюда! - крикнул я ему.

Пьяница обиженно пожал плечами и пошел прочь, ругаясь на собак, "готовых сожрать любого".

- Спасибо, - сказала мне пожилая леди, - они уже давно не успевают за мной. А умники, вроде этого, считают, что я от них спасаюсь.

- Тот, кто убегает от псов, вряд ли будет носить сумку с кормом, и поводки вместо пояса, - улыбнулся я.

Лицо женщины показалось мне знакомым.

- Вы очень внимательны. Не каждый разглядит такие мелочи, и за полминуты разберется, что к чему. А еще мне кажется, что я где-то уже видела вас, - сказала она, будто прочитав мои мысли, - не могу только вспомнить, где. Меня зовут Барбара.

- Джейсон, - представился я.

- Ах, Джейсон! - воскликнула она, - Тогда мы с вами, определенно, знакомы! Мы виделись на юбилее вашего дядюшки, помните, он вас пригласил, и вы весь вечер сидели с кислым видом?

- На празднике были только его сослуживцы, полицейские и следователи. Это была глупая шутка, дядя знает, как я хотел бы сам работать в полиции, - заметил я.

- Просто Гарри хотел собрать самых близких, - пожала плечами леди с собаками. Она изловила своих лаек, и посадила на поводки.

- Значит, это по его просьбе вы весь вечер твердили мне, что такая работа слишком опасна? - спросил я, не скрывая недовольства.

- Да ладно вам, Джейсон! Мало ли что я тогда рассказывала после пары бокалов шампанского? Не стоит обижаться, и спасибо, что прогнали этого забулдыгу! - улыбнулась Барбара.

Чем этот маленький район около парка действительно отличался от других, так это тем, что здесь всюду были соседи и знакомые. Я направился к дому своего дяди Гарри, на лекции ехать все равно смысла не было. Я не любил свою учебу, и относился к ней, как к чему-то, вовсе не относящемуся ко мне.

По дороге я свернул в магазин, и набрал полную тележку продуктов, чтобы дяде не пришлось таскать тяжести.

"Твой декан тебя потерял. Он звонил два раза подряд, но вряд ли тебя это беспокоит. Возвращайся домой, тут появились еще видеозаписи. Тебе понравится", - написала Эмили.

Эта новость сильно меня обрадовала. Значит, дело с Оливером нечисто, и мое расследование продолжится, решил я.

Дядя очень обрадовался встрече.

- Ты очень помог, Джейсон, - сказал он, едва приподнимая сумку с покупками.

- Это отец просил купить, если снова буду прогуливать, и поеду к тебе.

- Вот потому мы и не хотели, чтобы ты служил в полиции, - признался он, - мне всего шестой десяток, но старые ранения сделали из меня столетнего деда. Я даже в магазин дойти не всегда могу.

- Не всегда бывает так, - уперся я, - все равно однажды я стану следователем.

- Ну-ну, - только и ответил дядюшка. Сегодня здоровье явно не позволяло ему спорить.

Я показал ему видео, и свои записи.

- Вот мое первое дело, - сказал я.

Дядя Гарри пересмотрел видео.

- Не понял, почему ты называешь этот кусок видео своим делом? - удивился он.

- Посмотри внимательно. Снято в новом магазине. А Оливер не пьян, он только прикидывается.

Дядя надел очки.

- Похоже на то. К тому же, этот мальчишка сильно напуган, я по движениям вижу. Ой, а еще у них кассы новые, - добавил он, - в мои времена таких не было.

- Я найду этого Оливера, - пообещал я.

- Нет, Джейсон, не надо!

- Нет? И почему же?

Дядюшка разнервничался, и вновь начал рассказывать об опасностях. Затем он решил применить свой последний довод.

- Но зачем он тебе? - спросил он.

- Я заметил странности, мне интересно знать, что случилось. К тому же, этот парень на пленке явно зовет на помощь. Ты мне поможешь?

Старик Гарри любил меня, и точно не хотел портить отношения. Достаточно было стоять на своем минут двадцать, после этого он начинал потакать моим капризам.

- У тебя в полиции есть знакомые. Разве они не помогут спасти человека?

Дядюшка рассмеялся.

- Тут пока и спасать некого, - признался он.

- Этого человека втягивают в какое-то крупное преступление. Скорее всего, его держат взаперти, поэтому в магазине он хотел привлечь внимание, и, как мне показалось, один раз даже попытался сбежать.

- Но это запись, которой 20 лет! И не надо снова рассказывать мне про рекламу с ботинками и прочее, я и сам вижу, что сняли только что. Тем не менее, поводов заводить дело нет. Этого Оливера сто лет, как нет в живых. Кого прикажешь записать пострадавшим? Вот если бы он сам заявился в полицию, и попросил о помощи, тогда другое дело. А заодно рассказал бы, кто он такой, и кому весь этот маскарад понадобился.

- Значит, я найду его.

- Ну как ты будешь его искать? Джейсон, дорогой, займись чем-то менее опасным.

Но я стоял на своем.

- Может, там и нет ничего опасного. Простое хулиганство, и призывы к массовой панике. Видео выкладывает какая-то Алиса Блез. Мне кажется, надо найти ее.

- Ну а тебе какое дело?

- Мне все равно, что происходит на выборах. Но этому парню я хочу помочь.

- Запомни, - сказал Гарри, - есть три случая, когда помощь невозможна. Первый - если тебя о ней не просят. Второй - когда человек не достоин того, чтобы ему помогли, ну и третий, закон жизни: всех не спасешь.

- С чего ты взял, что он не достоин того, чтобы ему помогали?

Дядя пересмотрел ролик.

- Этот парень, похожий на Оливера, явно отстаивает интересы "Фейм", конторы, которая ищет моделей и занимается шоу-бизнесом. Известно, что Руперт хотел их прикрыть из-за многочисленных проблем с законом, причем еще с тех времен, когда Маггетт и в самом деле был еще жив. Вот ребята и обозлились.. В чем только эту компанию не обвиняют, а самое грустное, что улики и доказательства лишь подтверждают все обвинения... Не простая эта фирма. Шоу-бизнесом они прикрывают преступную деятельность, которую ведут и здесь, и за рубежом. Также "Фейм" подозревают в торговле девушками и незаконными товарами, оружием и прочим. А наверху у них есть очень влиятельные покровители.

Мне стало еще интереснее.

- А ты сам слышал о каких-нибудь странностях, связанных с ними? - спросил я.

- Странности... Несколько лет назад был один случай. Из Мексики в Лос -Анджелес приехала девушка, имя было такое характерное, испанское, наподобие Анна-Мария Гомез, или тому подобное. Она хотела покорить подиум, и вскоре стала моделью в "Фейм". Но прошло время, ее красота публике надоела, и на смену пришли новые лица. Известно, что снисходительного отношения там не бывает. Красавица постарела, и ее перестали снимать, но она считала себя живым идеалом. Произошел скандал, о котором даже писали в газетах. А затем эта девица якобы вернулась на родину, и "Фейм" даже выплатили ей больше положеного, согласно контракту.

Я усмехнулся.

- Что, просто так взяли, и заплатили больше, чем ей причиталось? Вот уж действительно чудеса.

Гарри рассмеялся.

- Ну да, заплатили. Только потом мать модели приехала к нам. Она уверяла, что к ней вернулась не ее дочь.

- И что вы сделали?

- Да ничего. Закрыли дело. Согласно законам, все было в порядке: внешность девушки соответствовала фотографии в паспорте, деньги ей выплатили. Сама она была очень признательна компании, и от всей души благодарила спонсоров. Ну не можем мы расследовать такое дело! В преступлении должна быть хотя бы одна жертва, а там получалось, что все счастливы... Только вот мать ее до сих пор добивается справедливости, и твердит, что это - незнакомый человек. И у криминалистов наших сохранился отчет о том, что глаза у новой Анны-Марии посажены иначе, намного ближе, чем у девушки на фото в паспорте. Только вот показать его уже никому нельзя: если дело закрыто, то можно сколько угодно представлять свои доказательства, на них никто смотреть не будет! Ты представляешь, нос, губы, подбородок - все совпадает. И только глаза эти, и переносица, разница всего на несколько миллиметров! Впрочем, наше начальство сказало, что фотография была сжата, и подобное искажение - не редкость.

- А что же там было на самом деле? - поинтересовался я.

- А кто его знает? - расхохотался дядя, - Ты спрашивал про странности, вот, получай. И понимай, как хочешь. Тут сколько не копайся, никогда не поймешь, что случилось. И таких дел, связанных с "Фейм", у нас полно.

- Но в этой истории получается, что модель либо стала жертвой из-за своего контракта, либо нет. Почему ты считаешь, что двойник Оливера сам может быть заинтересован в преступлении?

- А что, если этот человек ввязался во все по доброй воле? Что, если он получает за это деньги, и лишь в последний момент испугался, решил бросить все и сбежать, да и то, из корыстных мотивов?

Почему-то я был уверен, что это не так.

- Ой, молодость, - фыркнул дядя, - запомни, вокруг полно разнообразных жуликов, им только протяни руку! Они все откусят, по самые уши. Вот и я так же получил свое первое ранение... Где сказано, что он потерпевший? На нем такого не написано.

- Я уверен, что это просто хулиганская выходка, и стрелять в меня никто не будет. Если я приведу к вам этого Оливера, пообещай, что полиция его обо всем расспросит.

- Обещаю, приводи, - согласился Гарри, - а если серьезно, Джейсон, я запрещаю тебе даже близко подходить к этой фирме, и разборкам в шоу-бизнесе.

Эмили была счастлива. Новые видео с Оливером Маггеттом то и дело появлялись в сети.

- Такого не может быть, - сердился я, - все записи с Оливером выложены по сотне раз! В те времена не снимали все подряд, и никому не пришло бы в голову запечатлеть на пленку обычный поход в магазин. Этим и отличаются две разные эпохи. Тогда снимали что-то действительно важное, такого формата, как видеозапись всего подряд от скуки просто не было!

- Да какая разница, - ответила Эми.

- А новые видео? О чем они?

Эмили уступила мне место.

Я с нетерпением включил запись. Качество изображения по-прежнему было хуже некуда, как и положено для съемки двадцатилетней давности. Оливер шел по улице в сопровождении друзей. Место было выбрано удачно - рядом со старой железной дорогой не было ни рекламных плакатов, ни прохожих.

Запись из магазина была успешно удалена из общего доступа, и открыть ее было нельзя. Вместо нее появилась обрезанная версия, без охранника и постера с ботинком. А на новом видео никаких несоответствий не было.

Тем не менее, Оливер вел себя странно. Девизом этой прогулки могла бы стать фраза "Я хочу свернуть!". Он явно догадался о том, что детали бросятся в глаза, и старался, чтобы в кадр попало как можно больше людей и предметов. Оператор, напротив, снимал лишь с одной стороны, и определенно хотел добиться противоположного эффекта. Как только Оливер убегал куда-то, съемка прерывалась, и начиналась вновь лишь когда он возвращался на место.

Я понял, что теперь мне просто необходимо найти этого человека, и разобраться, что с ним происходит. Поэтому следующую неделю я изображал прилежного студента: брал ноутбук, и ехал в парк, около которого жил дядя Гарри. Мне предстояло самое сложное - понять, где находится Оливер, или тот, кто его изображает.

Тем временем количество новых роликов перевалило за пятьдесят, и у зрителей начали возникать те же вопросы, что и у меня. На мой взгляд, идея владельца "Фейм" использовать образ звезды из прошлого для сведения личных счетов была очень дерзкой и смелой, а также крайне сложной в исполнении. Тем не менее, сейчас мне уже хотелось, чтобы руководство компании пошло до конца, и продолжило развивать тему политики в жизни Оливера Маггетта.

Объяснение было, на первый взгляд, простым: какая-то Ализа Блез, ровесница Оливера, сообщила прессе, что была близка с певцом. По официальной версии, она нашла дома целую коллекцию видеокассет с записями из жизни Оливера, а также его высказывания о Руперте и членах его команды. Публика приняла это объяснение безо всяких споров, но мне было ясно, что все не так. Попытки поговорить об этом с дядей и отцом не привели ни к чему хорошему.

- Мы, кажется, договорились, что ты и близко не подойдешь к "Фейм"! Барбара рассказывала, что у них лежит три заявления: о покушении на жизнь, наркоторговле и попытке изнасилования со стороны одного из начальников этой конторы. Не знаю, зачем люди вообще связываются с ними...

Отследить место, откуда публиковали видео, оказалось невозможно. Знакомый, который хорошо разбирался в технике и компьютерах, признал, что "Фейм" использует хорошую защиту, и взломать, или отследить адрес, где держат Оливера, с помощью подручных средств не удастся.

Мою затею спасла случайная встреча с Барбарой. Она снова бежала впереди, а ее хаски едва успевали следом. Увидев меня, она остановилась.

- Джейсон! На этот раз пробежка без приключений, - рассмеялась она.

- Добрый вечер. Вы... очень любите спорт? - спросил я первое, что пришло в голову. Я не знал, о чем говорить с незнакомой дамой, работающей инспектором в полиции.

- Да, работа у нас такая, что нужно быть в форме, а не то отправят на пенсию, - ответила Барбара, - а почему вы снова прогуливаете?

- У меня есть занятие поважнее, - ответил я.

Мой ответ ее сильно удивил.

- Я расследую похищение человека, - признался я.

- Очень интересно...

Барбара подозвала своих собак, и предложила присесть на лавку в аллее.

- Раз уж вы начали говорить о таких серьезных вещах, то рассказывайте все до конца, - попросила она, - моя работа знать об этом.

- Там человека держат в плену!

- Соберитесь, и спокойно расскажите с самого начала. Кого похитили, и держат под замком, как его имя?

- А вы не скажете дяде Гарри? - спросил я, и сразу понял, что этот вопрос мог окончательно все испортить.

Но Барбара умела сохранить невозмутимый вид, о чем бы ее не спрашивали.

- Нет, - спокойно ответила она, - но мне расскажите все. А там посмотрим, можно ли что-то сделать.

- Оливера Маггетта держит в заложниках группа преступников. Они используют его в личных целях.

Услышав это, моя собеседница с трудом сдержала смех и раздражение.

- Ну в таком случае я даже не знаю, что вам сказать... - произнесла она, и собралась уйти.

- Стойте! У меня есть доказательства, что какого-то парня насильно удерживают в доме, где проводятся съемки. Из-за того, что его невозможно отличить от Оливера, "Фейм" используют его, чтобы отомстить Руперту.

- Тогда покажите мне эти доказательства, а все остальное обсудим потом, - попросила Барбара.

Я открыл видео из супермаркета, которое вовремя успел скачать на ноутбук. У меня была полная версия.

- Вот, новая реклама. Кассовые аппараты, которых в восемьдесят пятом году не было, и новенький холодильник! - показал я. Затем я объяснил ей странности в поведении солиста, так же, как несколько дней назад рассказывал об этом Эми.

Барбара слушала меня, перематывала запись, и делала выводы.

- И его речь - хорошо поставленная, как будто он преподавал в университете! Смотрите, он замялся, и замолчал, но вовсе не потому что не знает, как выразиться. Он не хочет подставлять незнакомых ему людей, потому что знает, что его речь может создать для них крупные проблемы. А теперь сравните с тем, как разговаривал настоящий Оливер...

- Согласна, - признала она, - странно все это.

- Вы подумайте, двадцать лет никаких видео не было! А Оливер до сих пор - очень популярная фигура. Если бы эта Алиса Блез на самом деле владела видеоколлекцией, она не публиковала бы ролики бесплатно по несколько штук! Скорее всего, она продала бы видеокассеты лет пять назад, когда популярность ее погибшего друга снова достигла пика. Но она зачем-то дождалась предвыборную гонку, и выложила все в сеть.

- Понимаю, - согласилась Барбара, - но вы даже не представляете, как сложно завести дело без пострадавшего!

- Но я вам все показал. Парень зовет на помощь...

- Нет, этого не достаточно. Мало ли, что он говорит. Я понимаю, что если вдруг все, сказанное вами правда - то он пытается любым способом связаться с внешним миром. В кадре, по крайней мере, над ним никто не издевается, ему не угрожают, значит, все в порядке. Тут, знаете ли, два варианта: или подозревать всех, и реагировать на любой крик "На помощь!", либо действовать только по просьбе самой жертвы. Сами понимаете, что полиция всегда придерживается второго, потому что это логично.

- Но что, если он не может просто так выйти из дома, и заявить в полицию?

- То, что этот человек - двойник Оливера, тоже странно, - призналась Барбара, - где они только нашли его?

Для того, чтобы убедить ее еще больше, я включил ролик с прогулкой, где Оливер пытался повернуть в город, и показать всем, что действие происходит сейчас, и два новых. На одном из них Маггетт незаметно от своей группы показывает на новый дорожный знак, просит помочь ему и говорит: "Посмотрите внимательно! Так не бывает! Так не может быть!", на втором он все-таки убедил всех свернуть в переулок в центре, и прошел мимо седана, выпущенного года два назад.

- Смотрите, это камера видеонаблюдения! И ее забыли выключить! - обрадовался я, рассмотрев машину и видеорегистратор.

- Хорошо, вы меня убедили. Гарри я ничего не скажу, нечего ему нервы трепать. Давайте поступим так: я возьму у владельца записи из машины, скажу, что камера могла зафиксировать особо опасного преступника. Я знаю эту улицу, тут ехать недалеко. В том случае, если вся эта веселая компания окажется на видео из машины, я посодействую вам в поисках парня.

- Я поеду искать двойника Оливера на полицейской машине, в сопровождении профессионалов? - обрадовался я.

- Нет, ни за что! - воскликнула Барбара, - С этой конторой очень опасно связываться, у них полно покровителей. Джейсон, как вы относитесь к тому, чтобы стать внештатным сотрудником, раз уж бедный Оливер так вас волнует?

Я согласился. Регистратор в машине показал, что Оливер и его друзья прогуливались по Лос-Анджелесу всего два дня назад, пятнадцатого июля в шесть вечера.

- Я передала материалы об Оливере одному новенькому. Справитесь - хорошо, нет - закроем все по-тихому. Если вы готовы, то поезжайте завтра в отдел кадров, - сказала Барбара на очередной прогулке, - и запомните, Джейсон, на это уйдет очень много времени. Мы с вами взрослые люди, и я не буду нести ответственность за ваши прогулы, если вдруг вас решат отчислить.

- Мне все равно, - ответил я, - только как я пойду в "Фейм", если я не умею ни петь, ни играть на чем-либо?

- Вы пойдете туда в качестве обслужвающего персонала, - ответила Барбара, - людей с улицы они не принимают на работу, но мы вчера арестовали одного их сотрудника. Организация там та еще... Чего только мы не обнаружили у него при обыске, и это - сотрудник низшего звена. Он сказал нам, что обслуживает дома звезд - убирается там, чинит дверные ручки, меняет лампочки. А заодно смотрит, чтобы модели не нарушали условия контрактов, не приглашали посторонних, и не закатывали вечеринки в своих квартирах. "Фейм" хотят выглядеть прилично, несмотря на все их темные дела.

- Как это поможет нам найти дом, где держат Маггетта?

- Вам нужно будет объехать несколько домов. Предполагаю, что некоторые поручения сложно будет назвать законными. Однако, вам следует все выполнять, и не удивляться. Разумеется, если вдруг вам поручат убийство или что-то в этом роде, делать этого не стоит, - рассмеялась Барбара, - просто сообщите мне. Во всех остальных случаях передавайте звездам то, что они хотят, чините им полки и старайтесь выглядеть как можно более незаметно.

У арестованного уже был пропуск для "Фейм". Теперь там было приклеено мое фото.

- Удачи, - сказала Барбара.

Глава 2

О том, что никакой подруги Оливера по имени Алиса никогда не было, я, в общем-то, и так уже догадывался. Догадки подтвердились, когда я пришел в отдел кадров для персонала.

- Выложила видео? - спросила менеджер у худощавой бесцветной блондинки в модных бархатных ботфортах.

Девушка медлительно копалась в сумке, и бормотала что-то невнятное.

- Их обязательно нужно выложить. Ты знаешь Фуззи...

- Мистера Дэниела? - непонятливо переспросила блондинка.

Менеджер воровато огляделась по сторонам. Заметив меня, она подошла и бесцеремонно взяла в руки бейдж. Увидев отметку о том, что испытательный срок я успешно прошел, она улыбнулась мне и вернулась на место.

- Да, мистера Дэниела, Бритни! Ну и бестолковая же ты.

- Простите, - ответила девушка в ботфортах, надувая пузырь из жвачки.

- Делай все, что хочешь, но видео Алисы Блез должны быть опубликованы до полудня, - приказала ее начальница.

- Но Джеронимо сказал...

- Хватит! Мне все равно, что за лапшу он вешает тебе на уши! Запомни, Бритни, я не твоя подруга, и делиться со мной впечатлениями о любовниках совершенно не обязательно.

Девица не на шутку рассердилась, схватила со стола стопку бумаг, и швырнула в мусорную корзину.

- Вы хоть раз можете дослушать до конца?! Джеронимо сказал, что ролик еще не сняли.

Она тоже оглянулась, и внимательно посмотрела на меня.

- Продолжай, - ответила менеджер, - это свой.

- В общем, Олли брыкается. Сегодня на вокзале он бросился бежать, и Джеронимо со Скалом его едва догнали.

- Они поймали его? - озабоченно спросила начальница.

- Да, но съемку он сорвал. Он пытался прыгнуть на поезд, а когда его догнали, ребят окружила толпа народа. На шум приехала полиция. Джеронимо едва отвертелся от них, сказав, что мы снимаем кино.

- Что?! Какое кино? - испугалась менеджер, - Сколько раз говорить, никто не должен его видеть!

- Никто и не посмотрел. Они только проверили разрешение на съемку у оператора, и все.

- Кстати, - сказала менеджер, обращаясь ко мне, - ты сегодня как раз едешь в гости к Олли! Этот псих переломал все замки на дверях. Сможешь починить?

- Да, - ответил я, даже не представляя, как справлюсь с основной работой.

- Отлично. Там будет такой мрачный парень в коже, его зовут Скал. Второй все время улыбается, как чеширский кот, откликается на имя Джеронимо. Будь добр, попроси у них диск с сегодняшним видео для Бритни. Объяснять ничего не нужно, они поймут.

- Хорошо, - сказал я, - а можно адреса, по которым я сегодня еду.

- Тебе повезло, - сказала менеджер, - кроме дверей Олли, работы сегодня почти нет. Проведай Кэйт, и отнеси ей это. Только не вздумай открыть по дороге!

Она протянула мне коробку в подарочной обертке.

- Повторяю, не открывать. Девочек из пентхауса тоже навести. Любимицы Фуззи сегодня с тяжкого похмелья, купи им продуктов и кофе в супермаркете. Потом проведай нашего продюсера. С ним будь учтив и вежлив. Отнеси ему корреспонденцию и письма. Ну а дальше поезжай в этот сумасшедший дом к Олли и Джеронимо... Там тебе точно не будет скучно. Сотри со стен нарисованные скелеты и рога, купи им выпить... Если решат устроить пожар, позвони мне. Вот адреса, и смотри, ничего не перепутай.

После этого она дала мне связку ключей, пояснив, что знаменитости не всегда бывают в состоянии открыть дверь. Увидев ключи с подписью "Маггетт" на пластиковой бирке, я несказанно обрадовался. Тогда мне казалось, что дело уже сделано - нужно лишь изготовить копии, и передать их пленнику.

Работа заняла не больше четырех часов. К моему удивлению, "Фейм" не предоставили мне роскошный лимузин с личным водителем, и я передвигался пешком. Неестественно худая модель с огромными глазами с радостью приняла подарок от менеджера. Похоже, она ждала его с самого утра. К любимицам босса я доехал на метро. Девушки пинали по полу пустые бутылки от виски, и жаловались на здоровье. Они схватили у меня бутылку лимонада, а на продукты даже не взглянули - сказали, что их все устраивает. От уборки они отказались: по их словам, "вечеринка еще не закончилась".

Продюсер забрал у меня письма и бумаги. При встрече он долго разглядывал меня, и я уже начал волноваться.

- Совсем заработался, - проворчал он, - мне казалось, что ты выглядишь иначе.

- Это я, - ответил я ему. Больше ничего не оставалось.

- Ладно, вижу, - сказал он, и выпроводил меня прочь. А в дом, где держали похожего на Маггетта парня, я отправился на автобусе.

Первое, что я увидел, когда подошел к вилле на загородном шоссе, была драка. Двое молодых людей в рокекрской одежде ругались, и готовились поколотить друг друга. Я присмотрелся к Оливеру, и вздрогнул: видеть ожившего покойника на видео было не так странно.

Парень был точной копией знаменитости, погибшей в 25 лет, только немного старше. Ему, судя по виду, было за тридцать. На записи, сделанной на старую пленку, этого не было заметно. К тому же, он, в отличие от Маггетта, был спортивного телосложения, и с легкостью давал отпор Джеронимо. Тот едва справлялся с ним, и если бы не пистолет, которым периодически угрожал так называемый друг, Оливер давно бы сбежал. Голос у парня был совершенно другой, хотя и похожий, и я понял, что на звуковых дорожках наложены фильтры.

- Значит, ты не Оливер Маггетт? А кто тогда? - смеялся уставший от борьбы Джеронимо. Он встал у калитки, и вновь показал пленнику свой единственный аргумент.

- Уберите оружие. Я понятия не имею, кто вы все. Я не имею ничего общего с этой тусовкой, или бандой! Я кандидат наук, вы за это ответите! - рассердился Маггетт.

Парень по кличке Скал вышел на крыльцо и закурил.

- Давай-давай, - дразнил он Оливера, - Олли Маггетт всегда должен быть злым, иначе это будет не он.

- Я не знаю никакого Оливера Маггетта, повторяю вам сто первый раз! Не знаю, и знать не хочу! Я преподаватель, у меня защита диссертации. Уверен, что меня ищут. Тогда и посмотрим, кому достанется, - сказал двойник, безо всякого страха глядя на пистолет. Он показал на Джеронимо пальцем, как будто перед ним был не преступник, а провинившийся ученик.

- Ты не должен говорить так внятно, - ответил Джеронимо, - иначе все поймут, что ты не настоящий. Запомни, профессор, теперь ты - живая легенда. Добавь в свои мысли спутанного сознания, и всякого бреда, чтобы было правдоподобнее.

- В бред вы превратили всю мою жизнь, с тех пор, как я оказался здесь! Тут вы действительно правы, и с этим я спорить не собираюсь! - произнес двойник Оливера, и зашагал обратно в дом.

Я достал ключи, чтобы проверить, подходят ли они к воротам и дверям от дома.

- Здрасте, - расплылся в улыбке Джеронимо, - ты купил еды этому чудику?

- Его, оказывается, надо кормить, - подтвердил его напарник.

- Надо, значит, покормим, - ответил я.

Парням моя шутка понравилась.

- Проходи, - сказал Джеронимо.

Я вспомнил про поручение, данное менеджером.

- В офисе просили привезти диск для Бритни, - сказал я.

- Так передай своему офису, что этот придурок не хочет сниматься! - рассмеялся Джеронимо.

- С ним одни проблемы, - согласился второй.

Мне нужно было подобраться к таинственному двойнику Маггетта, и выяснить все, как можно скорее. В голову пришла одна замечательная идея, и она могла сработать.

- Разве вы не заинтересованы в том, чтобы уничтожить Руперта? - спросил я угрожающе.

- А нам какое дело? - зевая, ответил Скал.

- Значит, хотите, чтобы он со своими законами прикрыл "Фейм", и натравил на Фуззи полицию?! Чем вы тогда будете заниматься?

- А ну-ка давай полегче, - потребовал Джеронимо, - твоя работа - чинить нам двери.

- А это меня просили передать вам. Дэниел долго ждать не будет, и выгонит вас на все четыре стороны. Не смастерите видео, способное уничтожить Энтони Руперта, и он снова полезет в дела компании.

Услышав имя босса, Скал и Джеронимо притихли.

- Ну... Если хочешь, иди и сам уговаривай его. А заодно почини двери, которые он нам каждый день выламывает, - сказали они в один голос.

Я прошел в дом. За столом сидело еще несколько парней. Они были похожи на одну из групп, в которой пел Маггетт. Первым делом я предложил им выпивку, и открыл коробку с пиццей.

- Фуззи просил передать, что дело срочное. Пойду к Оливеру, - сказал я.

Джеронимо развел руками, и пожелал мне успехов.

Комната Оливера была третьей по счету, и закрывалась на железную дверь. От нее тоже был ключ - я перепутал его с входным, когда пытался открыть ворота.

Молодой человек, одетый в знаменитую куртку рок-звезды, сидел на полу. Я зашел в его комнату, и быстро запер дверь.

- Здравствуйте, Оливер, - сказал я, пытаясь не испугаться. Передо мной точно был оживший Маггетт.

- Прекратите эти фокусы, - попросил он, - какой я вам Оливер? Я кандидат наук. Сколько можно?!

- Но вы похожи на Оливера Маггетта, - признался я, - вы даже одеты, как он, и у вас такие же длинные волосы.

- Я никогда не одеваюсь подобным образом, находясь в здравом уме! И прическа у меня была нормальная, - сердился двойник.

- Не надо кричать на меня, - попросил я, - сегодня все только и делают, что приказывают, и смотрят, как на прислугу.

Маггетт рассмеялся.

- А вы кто? Все так и есть. Пошли прислуживать преступникам, так не обижайтесь на соответствующее отношение.

Этот человек однозначно был слишком нормальным для Оливера. Настоящий Олли, увидев меня, скорее всего, сказал бы какую-то чушь, а затем напился в стельку.

- Я на вашей стороне, - сказал я как можно тише, - вот, смотрите. Только не порвите его.

Я достал из внутреннего кармана временное удостоверение внештатного сотрудника полиции.

- Прошу прощения, - вздохнул Оливер, и вернул мне документы, - я уже четыре года не видел нормальных людей.

- У вас на щеке и около носа шрамы. Маггетт сообщал в интервью, что в детстве много дрался. Шрамы на тех же местах, но по возрасту вы явно моложе. Оливеру сейчас исполнилось бы пятьдесят, значит, вы - не выжившая в аварии звезда, а кто-то другой, - размышлял я вслух.

- Да не знаю я никакого Маггетта! Я занимаюсь скалолазанием. Страховка помогает не упасть вниз, но от ударов о камни она не защищает. Была плохая погода, и дождь, а камни были скользкие.После этого я потерял сознание.

- Если вы - не Маггетт, то кто тогда? - спросил я.

- Я не знаком с вашей знаменитостью, - снова завелся пленник, - не понимаю, почему все только о нем и твердят!

- Не любите рок-н -ролл? - поддразнил я.

- Почему это? Люблю, как и многие. У меня дома целая коллекция дисков! Но я никогда не слышал об этом Оливере, понимаете? Ни разу в жизни. А теперь меня еще заставляют изображать его.

- Это очень необычно, что вы коллекционируете рок-музыку, а про Маггетта никогда не слышали, - признался я.

Жертва так и не представилась мне, поэтому про себя я продолжил звать парня "Олли". Сейчас он был в таком же мрачном настроении, как и настоящий мистер Маггетт накануне аварии.

- Значит, и машины вы тоже не любите? - спросил я у него, - Не посвящаете им свои песни, и не называете, как девушек? Не клеите на них картинки в виде поцелуев?

- Что за глупости вы опять говорите? Есть у меня машина, совершенно обыкновенная. Никакой особой любви я к ней не испытываю, как, впрочем, и каких-либо других чувств.

Я вспомнил разговор с дядей о том, что этот парень сам может быть преступником. Он вел себя очень убедительно, но я до сих пор ничего о нем не знал.

- Значит, вы преподаете?

- Преподаю, и пишу диссертацию по биологии.

- Где?

- В университете на Крэмптоне, - уверенно ответил он. Я понятия не имел, где это. А пленник, получив возможность рассказать о себе, не умолкал.

- Помните там старый вход, и двери, покрашенные зеленой краской? Я работаю там. Если войти через парадную дверь, там будут только педагоги и иностранные языки. Биологи по-прежнему сидят в старом здании, спасибо министерству науки! Впрочем, не будем о грустном. Я написал целый труд про отростки сонной артерии у млекопитающих. Вы ведь в курсе, что артерия разделена на четыре части? Наверное, они сформировались для облегчения состояния при физической нагрузке... Как спортсмен, я благодарен за это природе. Есть еще небольшая статья в журнале об L-топономной кислоте, которой у нас с вами вырабатывается каждый день до полулитра! Ее опубликовали пять лет назад, если выберемся, то я подарю вам этот номер на память. Как же это глупо, сидеть здесь...

Признаться, в биологии я совершенно не разбирался, и терминов таких никогда не слышал. Я поверил Олли лишь из-за того, что он говорил убедительно.

- Значит, вы хотите выбраться, и можете доказать, что вы - не Оливер Маггетт? Готовы дать показания в полиции? - уточнил я, строго глядя на растрепанного Оливера.

- Конечно! - так и подпрыгнул на месте Олли, - Стоит мне только выйти из этого дома, и добраться до участка, я сразу все объясню.

- Мне помогает один хороший специалист, ее зовут Барбара. Возможно, у вас была семья, и вас кто-то ищет?

- Да, точно! Родителей у меня нет, а тетя, которая меня воспитала, последние годы была очень больна. Ее не стало за пять с половиной месяцев до этого несчастья. Я должен был вступить в наследство четыре года назад. Наверное, теперь мне уже негде жить.

- Кто может искать вас? - перебил я, - Есть кто-то живой, и способный заявить о вашем отсутствии?

- Моя соседка Люси очень меня поддерживала. Мы были с ней лучшими друзьями. Любовь для ученого - странное слово, но я вполне готов был связать с ней свою жизнь. Она прекрасный человек, и знает о странностях, что случились незадолго до моего похищения. Должно быть, она спохватилась, когда я не оформил документы на дом. Я работал в другом городе, а у Люси были ключи от тетиного дома, она приходила поливать цветы. Прошу, хватит пустых разговоров. Выпустите меня, пожалуйста. Я не хочу прожить так остаток своей жизни, - сказал мне двойник Оливера, и с сожалением посмотрел на запертую дверь.

- Вы долго там будете прохлаждаться? - закричал Джеронимо, и начал колотить в дверь ногами.

- Подождите, - потребовал я.

Оливер опять раскис. Пришлось его приободрить. Я показал ему связку ключей.

- Те парни вооружены, - сказал я, - поэтому бежать сейчас - плохая идея. Но я сниму копии, и отдам их вам уже завтра. Мы что-нибудь придумаем, и во время очередных съемок вы окажетесь в полицейском участке, и расскажете Барбаре обо всем. А сейчас нужно усыпить бдительность ваших похитителей. Снимите видео, и скажите на камеру все, что они хотят.

- В том-то и дело, что от меня не песни требуют! - пожаловался Олли, - Пою я, конечно, хуже некуда, но знаете, что от меня хотят эти люди?

- Знаю, вы компрометируете политика из-за личной неприязни владельца "Фейм", - сказал я тоном эксперта, - прежде, чем оказаться здесь, я изучил ролики и все нестыковки в них. Вы здорово придумали с просьбой о помощи, и новой машиной. Именно это вас и спасло, видеорегистратор снял вас, и следователь поняла, что вы - не погибший двадцать лет назад мистер Маггетт.

- Хорошо, что хоть кто-то заметил, я очень старался, - вздохнул Оливер, - и мне не хочется подводить честного человека, и распускать про него всякие слухи. Никогда в жизни я не занимался подобным.

- От вас в данном случае ничего не зависит, - ответил я, - вам угрожают, поэтому вы не будете отвечать за то, что делаете. Сегодня вам придется выполнить все просьбы Джеронимо. Приготовьтесь, завтра я устрою ваш побег отсюда.

Спустя пятнадцать минут Оливер Маггетт опять читал свою речь, сидя в гостиной на фоне черных занавесок. Оператор отдал мне диск, а Скал даже пожал руку.

- Спасибо, мужик, - сказал он, - к этому вредине Олли ни на какой козе не подъедешь.

- Мне еще нужно починить двери, - спохватился я.

- Оставь их в покое, двери потерпят, - ответил Джеронимо, - лучше приезжай завтра. Мы опубликуем компромат на Руперта, но сделать все нужно красиво.

Я вернулся в офис "Фейм", и похвастался диском.

- Отдай Бритни, я не намерена выполнять ее работу, - высокомерно сказала мне менеджер.

Рассеянной блондинки в кабинете не было. Я положил диск ей на стол, и увидел приглашения на вечеринку для сотрудников. Дэниел, или Фуззи, как его здесь все называли, приглашал на пикник в свой загородный дом. По разговорам в коридоре я понял, что оказаться там было большой честью. Поэтому я стащил семь неподписанных приглашений для группы Оливера, и его охранников. Подписать их мне предстояло завтра во время съемок, предварительно выяснив имя каждого. Затем я позвонил Барбаре, и рассказал о своем плане. Она согласилась, что сделать все незаметно будет гораздо лучше. Таким образом мы пытались обезопасить Олли от возможного нападения.

- Вы молодец, Джейсон, - сказала следователь, - вот видите, мы с вами почти все раскрыли. Как только преступники уедут на свой пикник, вы с пострадавшим сразу приедете ко мне. Завтра я позову криминалистов, медика и пару своих коллег. Жертва расскажет обо всем, а затем мы в сопровождении двух полицейских машин отвезем его домой, и некоторое время ваш кандидат наук будет находиться под усиленной охраной. Про наследство пусть не переживает, я использую свои связи, и дом парню вернут. Иногда надо поступать и так. Обещаю, что у него не будет проблем с нотариусом.

Глава 3

Ключи работникам разрешалось брать с собой. По словам менеджера, такой недотепа, как я, все равно не смог бы навредить компании. К тому, же наказание за использование ключей в личных целях больно било по кошельку. В этом случае курьер обязан был выплатить баснословную сумму, чего, конечно же, никто делать не желал. И тем же вечером я понял, почему арестованного сотрудника никто не ищет: к концу рабочего дня около менеджера столпилось столько парней моего возраста, что пересчитать их я едва ли мог. На всех была одинаковая форма, кепки и сумки с инструментами, или рюкзаки для покупок. Менеджер выдала нам деньги, и велела разойтись.

Я вернулся домой, и весь вечер изображал перед Эмили великого сыщика. Я хвастался ключами, и нарочно приукрашивал историю поиска Оливера, а Эми слушала меня, раскрыв рот. Тогда мне казалось, что все опасности позади, и ничто в этом мире не способно помешать нам с Барбарой вернуть ученого в его дом. О том, что случится дальше, я не мог даже догадываться...

С утра я, как и обещал, поехал к дому, где преступники держали свою жертву. Одна мысль не давала мне покоя: заложник так и не представился. И, несмотря на то, что я доверял Олли, это казалось мне странным. Будь я на его месте, то первым делом сообщил бы полицейскому свое имя. Впрочем, ученые всегда славились своими странностями, и отрешенностью от мира, подумал я. По всей вероятности, карьера и защита диссертации были для жертвы гораздо важнее того, как его называют.

Джеронимо и оператор уже закрывали ворота.

- Хорошо, что ты пришел. Нам нужна еще пара рук, - обрадовался Скал, - когда это чудо будет выступать, включишь проектор, и покажешь молодые годы Руперта.

- Нет проблем, - улыбнулся я, - а мне скажешь по секрету, чем этот болван занимался в студенческие годы?

Обращаться на "вы" смысла явно не было. Джеронимо рассмеялся.

- И не только скажем. Ты все увидишь. А Олли поможет нам довести дело до конца. С ума сойти, у такого экспоната до сих пор толпа поклонников!

Олли стоял рядом. Он послушал мой совет, и проблем не создавал. Сегодня он даже не спорил с Джеронимо насчет своего имени.

"Узнать ваше имя мне все же нужно", - думал я про себя.

- Энтони Руперт, Бэнкс и наш босс Дэниел учились вместе, - объяснил Скал, - на пленке они все в состоянии наркотического опьянения кричат всякие гадости про президента и Америку.

- К счастью, босс ничего не делает просто так. У него на каждого есть компромат, который он тщательно собирает, и хранит в сейфах. Эти пленки он ценит больше денег! Рано или поздно приходит время, когда их нужно использовать, - перебил Джеронимо.

- Фуззи никогда ничего не выбрасывает, - кивнул оператор, - я снимаю для него уже десять лет, босс подмечает любую мелочь.

Оливер испуганно посмотрел на меня. Я и сам понимал, что забавы преступников зашли слишком далеко, и предложением Джеронимо был ошарашен.

- Оливер! - раздался у меня за спиной знакомый голос. Я обернулся, и с ужасом понял, что Эмили шла за мной следом. Она села в тот же автобус, что и я, и полчаса провела на заднем сидении. А затем направилась к коттеджу, чтобы посмотреть на Маггетта.

- Это еще что такое? - рассвирепел оператор.

- Ты кто такая? - закричал Джеронимо, и направил на Эми пистолет. От этого ей стало не по себе.

- Это моя сестра, - сказал я, - пожалуйста, перестань в нее целиться.

- Только этого нам еще не хватало! - выходил из себя оператор, - Запомни, "Фейм" - не место для семейных посиделок, если конечно, она не решила стать моделью.

- Мне нужно домой, - заявила Эмили.

- Ты никуда не пойдешь, - ответил ей Джеронимо, - шагай рядом с братом, и без капризов. Так и быть, я сделаю вид, что тебя здесь нет.

- Идите вперед, а мы потолкуем наедине, - сказал мне Скал.

- Я очень зол на тебя, - сообщил я сестре, и понял, что все внимание нужно сконцентрировать на Олли.

-Не надо нервничать, Оливер. Нам с вами сейчас придется стать соучастниками грязного политического хода, но выбора нет, - признался я.

- Вы сами-то понимаете, что ваши попытки успокоить меня больше похожи на черный юмор? - поинтересовался пленник.

- Вполне возможно. Тем не менее, Руперт сам засветился в кадре. Святых среди нас немного, будем честны.

- Это не дает им право нашими руками показывать всякую грязь, и копаться в чужом прошлом, - решительно ответил Олли, и обернулся на своих похитителей.

- Прекратите нагнетать, - скомандовал я в ответ, - сейчас главное - выжить. Нас оправдают, я это точно знаю.

- Вам легко говорить, ведь вы будете за кадром! А я стану лицом этого безобразия, и навсегда войду в историю, как патлатый невротик, кричащий песни под видео о пьяных политиках. Мне нужно защититься, и поехать в экспедицию на Рано-Кау.

Наши спутники отставали. Джеронимо держал пистолет наготове, поэтому остальные были уверены, что Оливер никуда не денется. Они встали закурить, и посмеяться над очередным анекдотом. Было самое время спросить, как зовут двойника Маггетта, но сделать этого я не смог: его нервы и так были на пределе, и я не знал, чем обернутся подобные вопросы. Поэтому я спросил:

- Что это за место, Рано-Кау?

Олли стало значительно лучше. Он вспомнил о своем хобби, и путешествиях, и принялся рассказывать мне.

- Рано-Кау - это вулкан на острове Пасхи. Это великолепное место, такое отрешенное и загадочное! Если мы с вами выберемся из этой передряги живыми, то я обязательно приглашу вас с собой. Я научу вас ездить на каноэ, и нырять с аквалангом. И не спорьте, отказов я не принимаю! Вам нужно увидеть этот прекрасный остров своими глазами.

По натуре я никогда не был путешественником, и от поездок на курорты старался отвертеться любым способом. Тем не менее, в тот день приглашения Оливера казались мне несбыточной детской мечтой.

- Чего вы тут замышляете? - рявкнул Джеронимо у нас за спиной, но, прислушавшись к разговору, быстро успокоился.

- Джейсон просто сказал, что... - начала было Эми.

- Помолчи, - попросил я.

- Никуда ты не уедешь, Олли. Ах, дорогой Олли, после этого выступления ты сам будешь бояться отойти от нас. Ты будешь радоваться, что публика считает тебя мертвым, - сказал оператор.

Около шоссе стоял микроавтобус с логотипом "Фейм". Скал усадил нас на пассажирские места, и всю дорогу я делал вид, что происходящее меня совершенно не волнует.

- Мне всего девятнадцать, - признался я Оливеру, - наши родители всю жизнь занимаются госслужбой. Если станет известно, что мы с Эмили помогали опубликовать компромат на Руперта, и призвывали к насилию, им придется за это отвечать. Карьера отца очень пострадает.

- Успокойтесь, Джейсон, - ответил он, - мне кажется, что от сегодняшней выходки пострадаю только я, и политик, невольно ставший моей мишенью. Как мне жаль этого человека! Дело вовсе не в том, был он пьян во время той вечеринки, или нет, а в том, что под дулом пистолета мы перестаем быть людьми. Сами посудите: при виде оружия мы готовы подставить других, тех, кто ничего нам не сделал. Это удар по моей гордости. Никогда не думал, что смогу так поступить. Но вы не переживайте, вас привел сюда благородный поступок, и желание узнать правду. Вас в кадре не будет, а этим ребятам задумка их босса явно нравится.

- Если боишься, то зачем пошел работать в "Фейм"? Что это за благородный поступок? - усмехнулся Скал.

- Желание заработать, - ответил я.

Он понимающе кивнул мне.

- Если боишься, вали отсюда, и прячься за свою мамашу!

- А ну отвали, - ответил я.

- Ты мне нравишься. Вот пленка с компроматом, держи, - сказал он.

- А что бы сказали про тебя, будь это пленка с твоей вечеринки? - хитро спросил я.

- Хм, наверное, все увидели бы, что Фредди Харви и его оператор Дилан Эллиот чертовски пьяны! - рассмеялся он, - Тоже мне, новость!

Первым моим желанием было испортить кассету так, чтобы проиграть ее было невозможно. Тем не менее, была и хорошая новость: я знал, какие имена нужно вписать в приглашения.

- Даже не думай, - предупредил Джеронимо, щелкнув затвором, - испортишь пленку - твоей сестрице хана. А заодно и ему.

Я изобразил полнейшее равнодушие.

- Мне казалось, что вам нужен этот экземпляр, - удивился я, - где вы вообще нашли такого похожего на Маггетта парня?

Джеронимо похлопал меня по плечу.

- Время концерта, - сказал он.

Оператор скомандовал Эмили встать в центре зала рядом с другими зрителями. Я кивнул, чтобы она сделала это, и не усложняла ситуацию.

Петь Олли не пришлось. Ему нужно было сплясать дикарский танец, и покричать в микрофон под фонограмму. Толпа, изображавшая зрителей, шумела перед маленькой сценой восьмидесятых годов. Среди незнакомых лиц я быстро узнал модель с огромными глазами, и девушек, которым вчера привозил продукты.

- А теперь кассета! - скомандовал оператор.

- Без глупостей, малой, - предупредил Джеронимо, - Фуззи очень разозлится, если из-за тебя нам придется снимать второй дубль.

- Меня зовут Джейсон, - ответил я.

- А меня Тедди, -с издевкой ответил он, - Теодор Рональд Тайлер.

Я почувствовал, что в спину мне уперся ствол пистолета. Чувство было очень неприятным, и предостережения дяди Гарри наконец обрели свой истинный смысл. До этого момента я воспринимал их лишь как стариковское ворчание, и беспричинный страх за мою жизнь.

- Шевелиться будем? - рассердился оператор.

Я подошел к проектору, и сунул кассету в видеомагнитофон.

На стене появилось изображение. Трое студентов в отвратительно пьяном состоянии кричали ругательства, и соревновались в знании бранных слов. Энтони Рупперт ничем не уступал Дэниелу, а иногда даже обходил его под одобрительные возгласы пьяных сокурсников.

Запись была опубликована сразу после съемки. Бритни позвонила своему любовнику, и сказала, что Фуззи очень доволен. Когда она положила трубку, я сказал парням, что из офиса им прислали подарок.

- Их просили вручить лишь в том случае, если справитесь вовремя.

- Не тебе, сопляк, решать, как нам работать, - ответил Скал. Его тон был добродушным, безо всякого намека на угрозу.

Олли сидел в углу. Сейчас его вполне можно было перепутать с оригиналом мистера Маггетта, который вечно был недоволен жизнью.

- Я просто хотела посмотреть на вас, - сообщила ему Эми.

- Все очень плохо, - признался он в ответ.

- Поехали обратно, - решительно сказал я, - у меня был план, как вытащить вас, и, похоже, что он сработал. Ребята отвезут вас в дом, а сами поедут на пьянку к своему боссу. Скорее берите ключи, ими вы откроете дверь, как только я увижу, что все уехали, и постучу в окно. Мы поедем в полицейский участок. Барбара вызвала из отпуска лучших сотрудников, чтобы помочь нам выбраться из этой истории. Все хорошо, Олли. С вас снимут все обвинения.

- Мое имя - не Оливер, - раздраженно повторил несчастный солист, но выяснить его имя я так и не успел. Джеронимо приказал нам сесть в автобус, и ехать домой.

Нас с Эмили высадили на первой остановке. Оператор швырнул нам вещи.

- Еще раз повторите это - и доложу лично Фуззи, - пригрозил он мне.

- Я хотела помочь, - сказала Эми, - пропустить такое было невозможно.

- Идем, - ответил я, - нужно поспешить. Мы должны спрятаться возле дома, где держат жертву.

На дорогу ушло около сорока минут. Мы подобрались к дому со стороны забора, так, чтобы никто не заметил, и спрятались за кустами.

- Теперь остается только ждать, - сказал я, - когда эта банда уедет, Оливер откроет двери, и мы отправимся в полицию. За это время ты вдоволь насмотришься на своего Маггетта.

Часа через полтора Скал, Джеронимо и другие уехали на вечеринку. Оливера они заперли на ключ.

- Уверен, что не стоит оставить одного присматривать за ним? - спросил Джеронимо.

- Не надо, - ответил оператор, - куда он денется за железной дверью?

- Мое приглашение не подписано, - пожаловался друг оператора. Всю дорогу он молчал, и я так и не смог узнать, как его зовут.

- Ну так не будьте дураками, возьмите ручку, и подпишите их сами, - посоветовал Скал.

Компания села в свой автобус, и отправилась на пикник к Дэниелу.

- Я шестнадцать лет мечтала встретиться с Олли, - тихо сообщила Эмили.

- Неправда, - пробубнил я, - насколько мне известно, ты узнала о его существовании в тринадцать, так что мучиться пришлось не более трех лет.

- Всего-то? - удивилась она, и что-то сосчитала.

- Ну вот. Теперь пора открывать двери, и бежать к Барбаре, - сказал я ей.

- Как мне хотелось бы сделать что-то такое, что Маггетт запомнит на всю жизнь! - мечтательно произнесла Эми.

- Тогда беги к дому, и постучи в окно. Сообщи ему, что можно выходить, - предложил я, - он так ждал этого момента, что запомнит тебя на всю жизнь.

Эмили помчалась к дому. Через десять минут появился Оливер. Он закрыл двери, и калитку, и вернул мне ключи.

- Поверить не могу! - радовался он.

Я не стал вызывать такси к коттеджу, который, скорее всего, принадлежал Фуззи и его компании. Вместо этого водитель приехал к ближайшей остановке.

- В полицию! - радостно завопил Оливер, изрядно напугав ни о чем не подозревающего таксиста.

- В полицию, так в полицию, - согласился он, осматривая внешний вид Олли, - давно пора.

Я открыл дверь в участок, и пропустил вперед сестру и спасенную жертву. Я ждал, что Барбара и коллеги встретят меня с шампанским, и поднимут бокалы в мою честь. Вместо этого я увидел разъяренного дядю Гарри, сидящего в коридоре. Барбара стояла рядом, и сверлила нас взглядом. В отличие от дядюшки, она старалась выглядеть спокойной.

- Я вытащил заложника! - сказал я.

- Ты идиот! - ответил мне дядя, и отошел прочь, опираясь на трость.

Олли блаженно улыбался. Кажется, он напевал что-то из репертуара мистера Маггетта, которого до сего дня так сильно ненавидел. Только интонация песни, в отличие от оригинала, была веселой и жизнеутверждающей.

- Давайте успокоимся, и обратим внимание на потерпевшего, - попросила Барбара.

- Успеется, - ответил дядя, и встал прямо передо мной.

- Мы договаривались, что ты оставишь эти глупости, и я даже поверил в то, что ты - нормальный человек. Мало того, что устроился работать в эту контору, и носился на побегушках у моделей, ты и Эми в это втянул! У тебя совсем мозгов нет? Ответь мне, Джейсон!

- Я сама туда поехала, - призналась Эми.

- Значит, и ты тоже хороша, - еще больше рассердился дядя.

- Вы обещали ничего не говорить! - напомнил я Барбаре.

- Ничего не говорить? Конечно, она позвонила мне, как только сотрудники сообщили, что вас с Эми под дулом пистолета затолкали в какой-то фургон...

- Я очень испугалась за вас. Но оказалось, что это еще полбеды, - вздохнула Барбара, и включила голосовое сообщение, оставленное на ее рабочем телефоне.

На ее компьютере уже давно была запись последнего выступления Олли.

"Барбара Футс, к вам обращается Дэниел Саймонс из "Фейм". Прошу вас посмотреть выступление одной знаменитости. Я знаю, что вы уже догадались о том, что у нас появился новый Олли Маггетт, и его выступления тесно связаны с политическими событиями. Если вы не поняли, я объясню: он призывает молодежь к протестам и беспорядкам, и провоцирует открытый конфликт с мистером Рупертом. А теперь обратите внимание на зрителей. Видите племянницу вашего друга, стоящую в зале? Если ее брат не прекратит совать нос не в свое дело, а вы не перестанете ему в этом помогать, я отправлю видео начальству их родителей. И не надо говорить, будто оно похоже на кассету восьмидесятых годов! С этой позиции Эми сняли на современную камеру. Оливера и сцену не видно, поэтому все поймут, что дочь уважаемых чиновников приняла активное участие в протестах, связанных с роликами двадцатилетней давности. Я бы даже сказал, что она их возглавила. Посмотрите, с каким удовольствием она кричит слова скандальной песни Оливера "Быть свободным"!

Есть, впрочем, и другой выход из этой ситуации. Вы навсегда забудете о нестыковках в видео про Оливера Маггетта, и прекратите придираться к мелочам. Наша вражда с Рупертом - не ваше дело. Если вы поймете это, то сцена с Эми крупным планом будет удалена. Ее покажут пару секунд издалека на кассете из прошлого, и никто никогда не догадается о том, что девушка с концерта из восьмидесятых - дочь современных государственных деятелей. Предположить такое будет нелогично, и даже слегка ненормально.

Оливер по праву принадлежит нам. Как поступить с Эми - решать вам. С уважением, Саймонс."

- С этим нужно немедленно обратиться в суд, - рассвирепел я, - вы же примите правильное решение, и не будете удалять этот разговор!

Барбара посмотрела на дядю Гарри.

- Несомненно, я приму правильное решение, - сказала она, нажав на кнопку удаления. Голосовое сообщение исчезло с ее телефона, - я уже съездила к мистеру Саймонсу, и обо всем с ним договорилась.

- Как вы можете так поступать? Этим вы помогаете Фуззи и его друзьям.

- Нет, - ответила она, - этим я помогаю своему другу, который переживает за свою семью. Я не могу допустить, чтобы вы пострадали из-за собственной глупости. Мир не идеален, Джейсон. Я не могу отстаивать справедливость, пожертвовав здоровьем Гарри и благополучием ваших родителей. Извините меня.

- Неужели вы отдадите ему Олли? - закричал я, - Вы следователь, и не можете распоряжаться свободой этого человека!

- Замолчи! - потребовал Гарри.

- Ну уж нет! - ответил ему я.

- Тише, - попросила Барбара, - у меня есть идея, и ваш босс готов пойти на соглашение. Вам, Джейсон, это может не понравиться, но иного выхода у нас нет.

- А меня спросили? - откуда ни возьмись, появился Оливер, и встал посередине кабинета.

- Вам придется выполнить все условия контракта, и продолжить записывать выступления для Дэниела, - сказала Барбара, - но при этом вас больше не будут держать под замком. Это недопустимо, и я не могу закрывать глаза на такие вещи. Вас отвезут домой, и вы будете жить так, как считаете нужным, а наши сотрудники проследят, выполняет ли мистер Саймонс это условие. Тем не менее, на сцене вам придется изображать все, что от вас потребуют, и никому об этом не рассказывать. Таково требование "Фейм". Взамен я отпущу его сотрудников, замешанных в различных преступлениях, и уничтожу дело, заведенное на самого владельца компании. Что же касается протестов, мы все сделаем вид, что мистер Руперт нас не интересует. Я не чародейка, и большего, к сожалению, сделать не могу.

- Я согласен, - ответил я, трезво обдумав положение Барбары.

- Я тоже, - неуверенно сказал Олли, - главное, чтобы они снова не украли меня.

- Не украдут, - пообещала следователь, - спасти репутацию Энтони Руперта я , увы, не в силах. Но если Дэниел снова похитит вас, он об этом пожалеет.

- Я могу идти! - завопил Оливер, - Домой! Скорее, домой!

Дядя Гарри снова начал ругаться на нас. В кабинете поднялся шум.

- Стойте, - попросила Барбара, - Гарри, пожалуйста, успокойся. Оливер, вернитесь на место.

- Но вы же сказали, что я могу идти! - рассердился двойник Маггетта.

- Пока нет. Давайте на время забудем о ссорах, и вернемся к самому важному вопросу. Для того, чтобы установить личность этого молодого человека, и помочь ему вернуться домой, мы с Гарри вызвали лучших сотрудников. Наш судмедэксперт и двое офицеров полиции вынуждены были прервать свои отпуска, и приехать сюда. Так что ваш дядя не так уж плох, Джейсон. Благодаря ему все эти специалисты сейчас с нами. А теперь мне нужна тишина, и ваше внимание. Все остальное вы решите немного позже.

В дверь постучали. На пороге стояли Джеронимо и Скал. Они вежливо поздоровались, и заняли свободные места.

Барбара попросила Олли сесть за стол.

- Джейсон провел расследование, и выяснил, что банда Дэниела Саймонса насильно удерживала в своем коттедже кандидата наук, преподававшего в университете. У меня нет оснований сомневаться в этом молодом человеке, он доказал, что собран и очень внимателен. Уверена, что дознание будет простой формальностью, и потерпевший вскоре отправится домой.

- Здравствуйте, - сказал один из офицеров Оливеру.

- Добрый вечер, - ответил Олли.

- Итак, нам известно, что по контракту с "Фейм" вы вынуждены выступать от имени давно погибшего мистера Маггетта. Но давайте выясним, как ваше настоящее имя?

Барбара улыбнулась мне.

- Все будет хорошо, - сказала она.

Олли уставился на офицера, широко раскрыв глаза. Сейчас он, как никогда, был похож на известного исполнителя.

- Меня зовут не Оливер! - сказал он.

- Да-да, мы поняли. Прошу, назовите свое настоящее имя.

- Имя? - переспросил Олли, с удивлением глядя на нас с Эмили.

- Сэр, как вас зовут? - не выдержала судмедэксперт.

Оливер надолго задумался.

- Я не знаю! - признался он наконец.

Глава 4

Офицер слегка улыбнулся, и покачал головой, а его настойчивая коллега так и приставала к Олли с вопросами.

Услышать от Оливера такую глупость в решающий момент было очень обидно и неожиданно. Я решил посмотреть, как на это отреагирует парочка, замешанная в похищении. От Маггетта все равно ничего нельзя было добиться, это я уже понял. А Скал и Джеронимо переглядывались, и довольно улыбались друг другу.

- Поверить не могу! Что происходит? - ругалась Барбара.

- Поглядите лучше на этих, - теребил ее я, - они явно в курсе того, что жертве отбило память.

Инспектор посмотрела на похитителей, и что-то записала.

- Скорее всего, они многое знают. Хоть кто-то сейчас рад, - ответила она.

- А у вас черный юмор, - усмехнулся я.

- Ваше имя! Имя, слышите? Как вас звали до этой передряги? - вскочил с места Гарри, на несколько секунд забыв про свою трость.

Оливер снова погрузился в раздумья.

- Меня никак не звали... Сэр. - ответил он.

- Мы не можем опознать человека, у которого нет имени, - сказал офицер.

Джеронимо встал, и учтиво поклонился инспектору.

- Миссис Футс, - сказал он как можно вежливее, - с прискорбием напомню, что последние дни наша компания вынуждена была общаться с полицией на повышенных тонах. Причиной для недопонимания стал мой любимый кузен Оливер. И теперь, раз уж все зашло так далеко, и мы собрались здесь, позвольте мне прояснить некоторые подробности.

- Подробности удержания человека в плену, - напомнила Барбара.

Джеронимо улыбнулся.

- Разумеется, вы считаете, что произошло преступление, или похищение. Но, позвольте спросить, где мы смогли бы найти того, кто ни капли не отличается от нашего Оливера?

- Что вы хотите сказать? - спросил дядя.

- Ваш племянник - замечательный человек, я ценю его смекалку и активную гражданскую позицию. Да, мы снимали ролики об Олли совсем недавно, но никакого преступления не было! Это и есть наш Оливер Маггетт.

- Значит, вы утверждаете, что аварии не произошло?

Джеронимо хитро заулыбался, и достал из кармана какую-то справку в картонных корочках. Такие документы обычно носят при себе опекуны инвалидов, чтобы оформить бесплатный проезд и положенные старикам льготы.

- Авария произошла. К великому сожалению, ее результат вы сейчас видите прямо перед собой. А если учесть, какой образ жизни мой кузен вел до этого, не удивительно, что мы до сих пор вынуждены запирать его на ключ. Ради его собственного блага. Конечно, карьера Олли на этом оборвалась, но мы не хотели, чтобы поклонники видели его в таком виде.

- Он врет, - сказал я Барбаре. Она облокотилась на стол, и потирала лоб.

- Нужно было оставить его в покое, так всем было бы проще... Зачем я послушала вас?!

- Он врет, врет! Поверьте мне! Я был на месте преступления, и никакой заботой о жертве там даже не пахло.

- Я уже не знаю, чему верить, Джейсон, - разочарованно ответила она, - Только представьте, какой будет скандал, если сказанное мистером Тайлером окажется правдой.

Офицеры и психолог окружили Олли, и упрашивали его вспомнить собственное имя. Тот озирался по сторонам и уверял, что он его не знает.

- У меня нет имени! И никогда не было, понимаете? - сморозил он после очередных размышлений.

Я начал быстро соображать.

- Барбара, послушайте! То, что он не помнит своего имени - моя оплошность. Мне следовало спросить, как его зовут в самую первую очередь, а я этого не сделал.

- Ладно, Джейсон, вы ни в чем не виноваты. Что теперь говорить об этом...

- Пожалуйста, давайте продолжим дознание. Я прошу вас! Джеронимо врет, он рассказывает только то, что выгодно Фуззи.

- Кто бы сомневался, - ответила она.

- На родственника не направляют пистолет, даже если он страдает от амнезии и пытается убежать. Всем известно, что Теодор Тайлер был самым младшим кузеном Маггетта. Он играл в его группе с тринадцати лет, и просто боготворил Оливера. Сами подумайте, стал бы он так обращаться с ним? А значит, этот парень - совершенно другой человек, и Джеронимо об этом знает, - сказал я Барбаре на ухо.

Она внимательно посмотрела на меня, а затем на жертву.

- Ладно, Джейсон. Вы снова меня убедили, - сказала она и объявила перерыв.

Мы с дядей и Барбарой позвали медиков и офицера в другую комнату.

- Какой-то цирк, - сказал высоченный полицейский, и изобразил Оливера. Судмедэксперт сочла эту шутку чрезвычайно удачной. Дядя Гарри тоже невольно усмехнулся.

- Да уж, - сказал он.

- Он говорил, что знает свой адрес! - суетился я, - Надо спросить, где он жил, и так мы вскоре сможем установить личность. У него была девушка по имени Люси, к тому же, он должен был оформлять наследство. Он работал преподавателем, и знает, где находится его институт! Я это точно помню. Рассказывал, как там у них все устроено, и как расположены кафедры. Он писал диссертацию о гормональном фоне млекопитающих, и о строении артерий. По этим данным, при желании, тоже можно узнать имя ученого - темы диссертаций обычно не повторяются. Кроме того, он обещал подарить мне номер журнала, где опубликовал свою работу незадолго до похищения. Научные журналы рассылают во все библиотеки, им присвоены специальные библиотечные номера. Мы можем найти ту статью, там наверняка будет написано имя автора.

- Тогда давайте немного успокоимся, и продолжим, - решила Барбара.

- Еще кое-что! - вспомнил я, - Шрамы, которые Оливер получил в драке, новому Олли достались после восхождения. Он профессиональный скалолаз, и знает все горные хребты. Осмотрите его, может, так удастся доказать, что это другой человек.

- Так и быть, - сказала Барбара.

Мы вернулись к несчастному Оливеру.

Джеронимо заботливо протягивал ему куртку, и настаивал, чтобы Олли собирался домой.

- Мы еще не закончили, - сказал Гарри.

- Зачем мучить инвалида? - укоризненно спросил Джеронимо, - Мы, кажется, все уже выяснили. Позвольте, я заберу брата, и мы уйдем.

- Мистер Тайлер, здесь я решаю, когда расходиться, - ответила Барбара.

Все заняли свои места.

- То, что потерпевший не помнит своего имени - совершенно нормально, - проговорила психолог, пообещавшая немного подыграть нам, - предположительно, речь идет о похищении. Амнезия может быть последствием стресса. В большинстве случаев жертвы все равно помнят свое имя, и называют его, как только возвращаются домой и адаптируются к нормальной жизни.

Она улыбнулась Оливеру. Тот посмотрел на нее исподлобья.

- Не подведи меня, - попросил я. Олли обернулся и кивнул.

- Джейсон! - строго сказала Барбара, - Вы не должны переговариваться с потерпевшим. Это не по правилам.

- Давайте продолжим, - улыбнулась психолог.

- Ага, - ответил Оливер.

- Наш внештатный сотрудник сообщил, что вы знаете свой адрес. Это так?

- Я не Оливер Маггетт, - Олли снова заговорил спокойно и вдумчиво, - до этого нелепого происшествия у меня был дом. Там прошло все мое детство, а когда тетя, воспитавшая меня, скончалась от эмфиземы легких, я должен был вступить в наследство. Но я не сделал этого вовремя, потому что писал кандидатскую.

- Хорошо, что вы что-то помните, - приободрила эксперт, - эта информация может оказаться полезной.

- Олли! Не забудь про свою подругу! - выкрикнул я.

Барбара неодобрительно посмотрела на меня.

- Джейсон, я предупреждаю вас, - сказала она.

- Точно! Люси, - вспомнил Оливер, - Мне обязательно стоит рассказать вам про Люси. Она, должно быть, не понимает, почему я прекратил заходить к ней, и не оформил документы на дом.

- Подробнее, пожалуйста, - попросил офицер, записывая слова Олли в протокол.

- Люси Сквортон, она была моей подругой детства. Все время мы проводили вместе на веранде моего дома, и спустя некоторое время все начали считать, что мы помолвлены. Люси знает эту историю с самого начала. Спросите у нее, она вам все подтвердит!

Оливер вскочил, и со злостью показал в сторону Джеронимо.

- Когда эти негодяи пытались меня украсть в первый раз, я сидел дома. Они до смерти меня напугали. Второй раз мы были в походе, и Люси была свидетелем.

- Как именно было совершено нападение? - поинтересовался офицер.

- Страховка сама по себе дернулась. Меня подбросило вверх, а камни под ногами оказались скользкими...

Полицейский нахмурился.

- Вы сказали, что эти господа хотели вас похитить. Как они пытались это сделать?

- Ну я же только что вам сказал, - развел руками Оливер.

- Сэр, вы сказали, что поскользнулись. Какая тут взаимосвязь? - не поняла психолог.

- Я потерял сознание, - многозначительно ответил Олли, - тогда я впервые видел этих людей в их отвратительной одежде, и дом, больше похожий на свинарник. Но в тот раз, благодаря Люси, я смог вернуться.

- Не пойдет, - твердо решил полицейский, и вычеркнул свидетельство из протокола.

Барбара опять начала нервничать, а Джеронимо просто сиял от счастья.

- Мистер Тайлер, как вы объясните шрамы на лице потерпевшего? А также то, что этот человек выглядит значительно моложе, чем настоящий Оливер Маггетт? Ведь будь он жив, ему бы исполнилось пятьдесят два, - спросила инспектор.

- Это следы бурной молодости, - заулыбался Джеронимо, - и пластических операций. Я очень люблю своего кузена, и мне больно видеть, как он стареет. Звезда всегда должна оставаться молодой, не правда ли?

Он подошел к Барбаре, и протянул ей бумаги. В них было написано, сколько денег ушло на коррекцию лица.

- У меня не было никаких операций, - упрямился Олли, - я сорвался, и получил глубокие ссадины. Вот и все.

Офицер уже ничего не понимал, поэтому просто перестал записывать, и глядел на происходящее вокруг, как на сцену в воскресном ток-шоу.

А дядя Гарри в ужасе смотрел на Оливера, и не мог произнести ни слова. Он побледнел, и не мог шевельнуться.

- Гарри, милый, что случилось? Неужели опять сердце? - поспешила на помощь Барбара, но тот ничего не отвечал, и продолжал разглядывать жертву.

- Я принесу лекарства, - сказала эксперт, - вам нужно было сидеть дома. И зачем вас только втянули в это?

- Ну и ну... быть не может, - шептал Гарри, побелевший от страха.

- Да что произошло? - спрашивала Эмили, сидящая рядом с ним.

Дядя ничего ей не отвечал. Коллеги принесли воды, и открыли окно.

- Мне ничего не нужно, - наконец сказал он, - но теперь я очень хочу услышать продолжение допроса.

- Итак, вы утверждаете, что девушка по имени Люси Сквортон может опознать вас. Скажите, где она живет, или назовите адрес своего дома, - попросил полицейский, - после того, как она подтвердит, что знает вас, мы немедленно отведем вас домой, и оставим в покое.

- Конечно, я знаю, где мой дом! Напротив него длинный бетонный забор, и старые деревья. Мы выходим из дома в сумерки, когда все вокруг серое, а луна неестественно ярко светит в небе.

- По такому описанию только пейзаж рисовать, - проговорила Барбара, - но нам сейчас нужна полезная информация.

- Разве этого мало? - удивился Олли, - Мы всегда выходим на веранду в это время, а до этого нас будто и нет на свете.

- Очень поэтично, - дружелюбно ответила психолог, - но сейчас намного важнее выяснить адрес этого дома. По какому адресу вы жили?

Я уже начал догадываться, что дела у нас с Олли - хуже некуда.

- Неникс, - ответил Олли.

- Что это? - спросил офицер, держась из последних сил.

- Неникс, сто тридцать.

- В честь кого названа эта улица? - поинтересовалась Барбара.

Еще один полицейский вбил адрес в базу, и развел руками.

- В каком городе вы жили? - догадался спросить офицер.

- Просто, в городе. В этом, наверное, - беззаботно ответил Олли.

- Вы уверены, что жили в Лос-Анджелесе? - нервничала инспектор, - Учтите, это ваша последняя попытка вернуться на свободу.

- А что, есть еще города? - удивленно ответил Оливер.

- Разве вы не путешественник? Такие простые вещи надо знать, - сказала Барбара. Она безуспешно пыталась навести Маггетта на нужные мысли.

- Какой фирме принадлежала территория за забором? - невозмутимо спросила эксперт.

- Я никогда об этом не задумывался, - признался Маггетт, - у нас очень красиво, а время течет совершенно иначе. Вот я дома, потом раз - и уже спешу на работу. Еще мгновение, и мы с милой Люси покоряем вершину, держа друг друга над обрывом.

Офицер вышел в коридор, и в голос расхохотался. Дядя Гарри, не отрываясь, смотрел на Оливера вытаращенными глазами. Ему было не до смеха, но нам он по-прежнему ничего не объяснял. А Скал с Джеронимо смотрели выступление своего пленника, как веселую пьесу. По их лицам было ясно, что они уверены в скорой победе.

- Я полез в Интернет, - сообщил полицейский. Вскоре он объявил, что улица с похожим названием есть в Латинской Америке.

- Может быть, вы были гражданином Доминиканы? - поинтересовалась Барбара, - Один человек оттуда пропал почти в то же время, что и вы. Вы с ним одного возраста, оба были профессиональными альпинистами. Внешность у вас, правда, совершенно разная. Он ехал на фестиваль в Торонто с младшим братом и группой автостопщиков. Такая информация вам о чем-нибудь говорит?

Оливер смотрел на нее, и пожимал плечами.

- Вы говорите по-испански, сэр? - решила помочь судмедэксперт, - ¡Buenas tardes! ¿Cómo fueron las cosas?

Приветствия Олли не понял.

- Я пишу диссертацию, и хочу как можно скорее вернуться к работе, - ответил он.

Барбара схватилась за голову.

- Зачем я только ввязалась во все это? - пробормотала она со злостью.

- Давайте поговорим о том, где вы работали, - предложил офицер, - вы преподавали в университете?

- Да.

- Очень хорошо. Вы имеете в виду Калифорнийский университет, не так ли?

Я обошел комнату, встал перед Олли, и отчаянно закивал головой, пытаясь всеми способами привлечь его внимание.

- Нет, - уверенно ответил Оливер.

Офицер удивился.

- А где, по-вашему, находится заведение, в котором вы преподаете?

- Мы договаривались, что вы дадите показания. Ну давайте, подыграйте мне, - тихо сказал я.

- Джейсон! Мы собрались не для того, чтобы потерпевший вам подыгрывал, - рассердилась Барбара, - продолжайте. Оливер, говорите только то, в чем сами уверены. Если вы не знаете ответа на вопрос, подсказки слушать не стоит.

- Где ваш университет?

- На Крэмптоне.

Все переглянулись.

- Это улица? Это площадь? Что это за Крэмптон? - спрашивал офицер.

Оливер пожал плечами.

- Просто Крэмптон. Биологи до сих пор работают в старом здании, на нашу кафедру можно зайти только со двора.

- Сэр, вы упомянули, что пишите научный труд. Скажите, о чем он? Вы уже публиковали свои работы в журналах? - проговорила психолог, даже не надеясь услышать в ответ что-либо путное.

- Мои работы! - обрадовался Олли, - Вы ведь знаете, что сонная артерия ближе к ключице делится на четыре крупные вены?

- Никогда о таком не слышала, - призналась эксперт.

- Вы что? - нахмурился Олли, - Почитайте на досуге, это все знают.

- Продолжаем, - поторопила Барбара, - дальше.

- Хорошо. Что если я скажу вам, что написал труд об L-топономной кислоте, и в этом мне помогли стипендиаты? - похвастался Оливер.

- Что скажете? - спросила Барбара.

- Такой жидкости у млекопитающих нет, - пожала плечами ее коллега, - я понятия не имею, что он подразумевает под этим термином.

- Давайте посмотрим адрес пропавшего из Доминиканы, и проверим, была ли там какая-то Люси, - предложила Эми, чтобы хоть как-то спасти Олли.

- Ничего вы там не найдете, - ответил ей дядя, и направился на улицу.

Коллеги окружили Гарри вниманием, а Эмили держала дядю под руку, чтобы тот не свалился на землю.

- Выпейте воды, - настаивала его бывшая коллега.

- Ничего мне не надо, это не поможет! - ответил дядя, и попросил у нее закурить.

-Тебе же нельзя, - напомнила Эми.

- Сегодня можно, и я бы даже сказал, необходимо. Это дело нам раскрыть не удастся, - сказал он.

- А почему ты так уверен? - не понял я.

- Парень говорит, что ударился о скалу во время путешествия. Я только что осмотрела его - это похоже на правду. Но в то же время, шрамы вполне могут быть следами пластической операции, сделанной в спешке и не очень качественно. Их расположение как раз таково, что через эти разрезы можно было изменить нос, скулы и надбровные дуги, - сообщила нам эксперт.

Дядя ее не послушал, и упрямо замахал руками.

- Говорят, на том свете есть целый мир, где обитают двойники всех людей, когда-либо живших на Земле, - сказал он, - однажды в молодости мне посчастливилось увидеть такого призрака.

- Какого призрака? - оживилась Эми.

- Ко мне пришла девушка, очень красивая, изысканно одетая. У нее была машина без номеров, что очень удивило коллег. Барбара к нам тогда еще не пришла, я работал со стариками, которые помнят времена Аль Капоне... Ну так вот. Ее звали Люси Сквортон, она оставила мне заявление с просьбой как можно скорее найти ее соседа. Парень был молодым ученым, и подавал надежды. Он готовился защититься, а родная тетка, воспитавшая его, недавно умерла от болезни легких. Девушка жила в доме напротив, и знала обо всем, что происходит в жизни ее друга.

- Как его звали? - не выдержал я.

Гарри задумался.

- Не помню! - признался он, - Но там и имя было, и адрес. Все совершенно нормальное, или, может, я просто этой девушке поверил. По ее словам, парня зазывали куда-то каждую ночь. Посреди ночи кто-то громко кричал его имя, стоя у окна. Ему звонили в дверь, а когда он открывал, на пороге никого не было. Он боялся выйти из дома, хотя и там тоже творилось невесть что. Однажды он сказал соседке, что в зеркалах появляются силуэты, и тащат его за собой. Конечно, этого мы в заявлении писать не стали. Люси считала, что молодой человек переживает из-за смерти тетки, она надеялась, что скоро все пройдет само собой. Он стал замкнутым, твердил, что его хотят похитить. Но девушка другу не верила. Вскоре ученый уехал готовиться к защите - он переехал на съемную квартиру в центре. Там, по его словам, было безопаснее, и дорога в библиотеку не отнимала так много времени. Он должен был вступить в наследство спустя полгода. К удивлению Люси, в положенный срок ее друг не приехал. Она поливала цветы, прошло семь месяцев, а затем год. Дом опечатали, и признали недвижимостью без владельца. Затем его продали на аукционе. Признаться, я был настолько очарован незнакомкой, что бросил все дела, и помчался по указанному адресу. Я думал, что смогу пригласить ее на свидание, сославшись на уточнение деталей в заявлении, но ни девушки, ни ее дома я не нашел. Такого адреса в нашем городе нет, и никогда не было, а заявление через неделю пропало, и больше я никогда его не видел...

- Значит, это было еще до рождения самого Маггетта? - спросила Эми.

- Маггетта тогда и в помине не было, - согласился дядя, - его родители тогда, наверное, даже не знали о существовании друг друга... А Люси эта была, со своим похищенным кандидатом наук.

Барбара подошла к нам, и дослушала историю дяди до конца.

- Истории про призраков мы к делу прикрепить не можем, - сказала она.

- Но это он! - нервничал дядя, - Это и есть тот ученый.

- К сожалению, мы ничего не можем поделать, - признала инспектор, - сейчас он вполне реален, и не знает элементарных вещей. Я не могу отпустить его. Подумайте, что натворит человек, страдающий от столь сильной амнезии. Куда он пойдет, и что будет делать? Вы уверены, что он знает правила дорожного движения и сможет правильно воспользоваться электрической розеткой?

- Но его нельзя отдавать преступникам, - твердил я, - Олли нормальный. Более того, он очень сообразителен, раз даже в такой ситуации догадался, как привлечь внимание зрителей. Мы узнали о нем лишь благодаря его смекалке. Он подмечает гораздо больше мелочей, чем я.

- Мне очень жаль, Джейсон, но с Тайлером он сейчас будет в безопасности. Пойдемте, закончим все достойно. Я вынуждена отпустить этого Джеронимо, и его так называемого родственника.

- Дайте ему еще один шанс! - попросили мы с Эми в один голос.

- Считайте, что просите меня об одолжении, - вздохнула Барбара, и попросила у полицейского как можно быстрее связаться с послом Доминиканы, и сотрудниками, ведущими дело пропавшего.

- Может быть, они каким-то чудом признают в нем своего гражданина, который так и не добрался до Канады, - вздохнула она.

Мы вернулись к Оливеру.

- Нужно потянуть время, хотя тут и так уже все понятно, - тихо сказала Барбара офицеру.

- Скажите, на какую автостанцию вы пойдете, чтобы добраться домой? - спросил тот, посмеиваясь.

- Да на любую, - жизнерадостно ответил Олли.

- О, это интересно. А на какой автобус сядете?

Олли засмеялся.

- Ну, вы же знаете, что у них есть номера.

- Я не придаю значения такой ерунде, - ответил Маггетт, - любой транспорт отвозит меня в нужное место, спросите Люси.

Сотрудник вошел в кабинет, и сообщил, что связаться с Доминикой невозможно.

- Дипломатические отношения на грани разрыва из-за политики в отношении группы мигрантов, - сказал он.

- Энтони Руперт мог бы это изменить, - едва слышно произнесла эксперт.

- Мы не смогли дозвониться до посольства, и полиции Доминиканы. Связь оборвалась, и уточнить сведения о пропавшем гражданине мы не можем, - закончил полицейский.

- С меня хватит, - проговорила Барбара, - мистер Тайлер, я приношу вам свои извинения.

- Ну что вы, миссис Футс! - лицемерно ответил Джеронимо, - Я все понимаю, таков долг. На вашем месте мы поступили бы так же.

Оливера увели. Автобус, в котором он сидел, направился обратно к дому на шоссе, а дядя Гарри повел нас домой, обещая серьезно поговорить по дороге.

Глава 5

Дядюшка отпустил нас домой лишь после двухчасовой беседы.

- Подумать только, какой позор! - кричал он, - Впервые в жизни мы оказались перед коллегами в таком положении. И все благодаря вам, дорогие мои.

- Простите, дядя Гарри, - сказала Эми. Впрочем, я заметил, что она нисколько не сожалеет о сегодняшнем приключении. А Гарри все ругался, и ругался.

- Значит, доброе имя вам с Барбарой важнее, чем справедливость? - не выдержал я. Этот скандал уже давно следовало прекратить...

- Не важнее, - обиделся дядя, - но почему ты не мог предупредить нас, что парень совершенно ничего не помнит? Для таких, как он, существуют совершенно иные виды экспертизы. Нам надо было звать тех, кто опознает его по отпечаткам пальцев, ДНК и по внешним признакам -шрамам, одежде...

- Но внешне он точная копия Маггетта, одежда и шрамы тоже его, разве ты не видел? О том, что он не знает элементарного, я понятия не имел. Этот человек разговаривал рассудительно, замечал все, и я не мог и предположить, что обычное дознание создаст столько проблем. Так странно, что его научные работы не существуют на самом деле! Он часами мог рассказывать про университет.

- Не вздумай вернуться к своему расследованию, - предупредил меня Гарри.

- Завтра утром я отвезу менеджеру ключи, - согласился я, - и никаких проблем больше не будет.

Наконец, мы с Эмили отправились домой. Транспорт уже не ходил, и мы шли пешком мимо незнакомых домов, районов и улиц. Гарри дал нам денег на такси, но машиной мы не воспользовались. Нам не хотелось выяснять отношения с родителями, к тому же, погода была просто прекрасная.

- А что, если там тоже живет какой-нибудь Олли? - размышлял я, - Этот ученый привлекает к себе внешностью и скандальной биографией человека, которого он даже не знает. А у других, может быть, и этого нет? Они попадают в чужой мир, а потом всю жизнь проводят, изображая судьбы других людей.

- Мы этого не знаем, - ответила Эми, - но один мой знакомый рассказывал о подобном случае. Ему кажется, что его подругу подменили.

- Опять проделки "Фейм"? - усмехнулся я.

- Нет, только догадки и размышления. Мой друг несколько раз подряд встречал девушку, живущую в домах за железной дорогой. Помнишь жилой комплекс "Синяя роща"?

- Помню, - ответил я, - жуткое название.

- Как оказалось потом, та девушка появлялась одновременно в двух местах. Одна ее копия всегда успешная, радостная - берет от жизни все. Только беда в том, что реальный человек при этом сидит в своем странном доме, и у нее все валится из рук. За что бы ни взялась - пиши пропало. Однажды эта женщина даже рассказывала, будто бы видела свою жизнь со стороны. Там было все, и деньги, и дорогие подарки, и куча друзей вокруг, но было и кое-что страшное... Поделать с этим она ничего не смогла. Так и сидит теперь дома, ни с кем почти не разговаривает. А те, кто узнают ее, обвиняют в проделках, совершенных двойником - только винят, и совершенно не слушают. А знаешь, что? Давай расследуем ту историю после того, как Маггетту удастся сбежать, и вспомнить свое имя?

- Давай, - согласился я, - видимо, прав был дядя насчет того, что у каждого есть двойник.

Эми первой заметила, что за нами следом едет полицейская машина.

- Просто свернем с дороги, - сказал я с уверенностью.

Мы оказались в темном школьном дворе. За ним был переулок с маленькими домами. Машина, сопровождавшая нас с середины пути, стояла за зданием электростанции и будто поджидала нас.

Мы свернули с проспекта, и петляли по незнакомой улице с однообразными домами. Эми уже час, как просила перекусить, но все магазины и киоски были закрыты. Только один ларек, встроенный в многоэтажный дом, светился. Мастер по ремонту обуви и изготовлению ключей просто забыл погасить свет, и ушел в квартиру. Я достал из кармана связку.

- Это ключи из "Фейм"? - спросила Эми.

- Да. Эми, у меня идея! - сказал я, и нажал на звонок. Я звонил, и звонил, до тех пор, пока не разбудил хозяина.

- Машина заехала во двор, - сказала Эми.

Я обернулся. Полицейские выключили свет, и заглушили двигатель, как будто старались привлечь как можно меньше внимания. Я нашел это очень странным.

- Должно быть, Барбара и наш дядя подослали к нам этих ребят, - рассерженно сказал я.

- Они ведут себя неестественно, - ответила Эми, - по закону, они либо должны догнать нас, и выяснить все, что нужно, либо оставить в покое. Ты где-нибудь видел, чтобы полиция подобным образом преследовала людей?

- Это еще один повод не идти дальше, - заметил я, - сейчас мы сделаем для Олли ключи, а заодно и расскажем владельцу ларька обо всем.

- О том, что за нами едет полиция? - рассмеялась Эми, - Ну уж нет! Только представь, что ответит тебе незнакомый человек, к которому ты ломишься в час ночи!

Выхода не было, и я продолжил звонить.

- Проходите в квартиру, пятьдесят один "Б", - сердито сказал мастер, отвечая на звонок.

Мы обошли дом, и я набрал нужные цифры.

- Джейсон, что за нелепые шутки? Мы усложняем свое положение, - испуганно сказала Эми.

- Этот ключ - последний шанс Маггетта оказаться на свободе, - ответил я ей, - Эмили, не подведи меня!

- Ну, и что привело вас? - спросил мужчина в растянутом свитере и шортах.

- Нам нужны ключи, сэр, - сказал я.

- Я вызову полицию, - ответил он, - сколько вам двоим лет, и почему вы в такое время шляетесь по улицам, вместо того, чтобы спать дома?

- Зачем полиция? - перепугалась Эми.

- Думаешь, я не понимаю, что вы, бродяжки, сейчас хотите кого-то обокрасть? - прищурился мастер.

- Нет-нет, - ответил я, и протянул хозяину документ, который не успел вернуть Барбаре. Инспектор была так расстроена поведением Олли, что забыла забрать корочки с удостоверением внештатного сотрудника, и они остались при мне.

- Если бы я хотел кого-то обокрасть, то не стал бы тратить деньги на копию, - уверенно сказал я.

К моему счастью, хозяин ларька ничего не понимал в таких документах. Скорее всего, он не очень хорошо видел, поэтому смог разглядеть только герб полиции, и печать. А мой довод его убедил.

- Вы полицейский? - спросил он совершенно другим тоном.

- Да, - ответил я, - эта девушка вызвала меня, потому что подозревает своего мужа в преступлении. Посмотрите в окно. Видите машину с моими коллегами?

Мужчина посмотрел на полицейский автомобиль.

- Муж, говорите? - скривился хозяин, глядя на логотип "Фейм".

- Всем кажется, что миссис Лидия Маггетт похожа на ребенка, - сказал я, - но я убедился, что ей 32. А ее муж, кажется, ввязался в очень неприятную историю, связанную с "Фейм". Я уже проверил документы потерпевшей.

- Ну так отвезите ее в участок, и выясните все, - пожал он плечами.

- Сэр, мне нужны ключи. Прошу, помогите полиции в виде исключения. Я настаиваю, потому что в противном случае эта женщина рискует остаться без собственной квартиры.

- Прошу вас, скорее! - взмолилась Эми, - Томми вот-вот придет. Если он узнает, что я забрала ключи, и вызвала полицию, он снова меня поколотит.

- Копии этих трех ключей должны оказаться у меня и моих сотрудников прямо сейчас, - строго сказал я.

- Как скажете, сэр, - ответил хозяин ларька, и включил станок. Через полчаса все было сделано.

Когда мы вышли на улицу, полицейских во дворе не было. Мы дошли до нашего дома, разговаривая о призраках и всяких невероятных происшествиях.

На следующий день я, как и обещал, отправился в офис, чтобы вернуть форму, ключи и инструменты. Идти туда после происшествия в участке было страшно.

- Джейсон, погодите, - донесся голос Барбары. Она сидела в своей машине напротив здания, принадлежавшего "Фейм", и поджидала меня.

- Что вы здесь делаете? - удивился я.

- Пытаюсь раз и навсегда закончить вашу нелепую авантюру, - ответила инспектор, - мы пойдем туда вместе, потому что я не знаю, насколько вам теперь безопасно там находиться. Но при мне они вас не тронут.

- Значит, мы продолжим? - обрадовался я.

- Ни за что! - воскликнула Барбара, - Вы даже не представляете, как я сожалею о том, что послушала вас тогда в парке.

- Но этот человек в беде, разве вы не видели?

- А по-моему, в беде сейчас мы с вами, - ответила она, - Дэниел Саймонс шантажирует меня. Из-за этой историей с Оливером он требует все больше, и больше. Он заставляет меня покрывать его, в противном случае наш с ним договор и видео с Эми будут использованы против нас.

- Но вы же оказали ему услугу, уничтожив дело, и отпустив заключенных.

- Именно этим он теперь и пользуется. По словам Фуззи, если я перестану ему помогать, то эти подробности вскроются в вышестоящих инстанциях. Тогда меня обвинят в помощи преступникам, а это потянет на крупный тюремный срок. Поэтому теперь требований с его стороны все больше, и больше, и он знает, что я никому не расскажу об этом, потому что отпускать бандитов и договариваться с такими, как он было противозаконным поступком.

- Чего же он хочет теперь? - было непонятно мне, - Обвинения с Дэниела сняли, его люди на свободе. Что еще можно желать?

- Много чего, - вздохнула Барбара, - Дэниел Саймонс не хочет тихо управлять "Фейм". Из-за личной ссоры с Рупертом, которая произошла много лет назад, он намерен уничтожить Энтони, как политика, а заодно и всю его команду. Теперь ему нужно, чтобы я "помогла" кандидату в президенты выйти из гонки. Тогда, по словам Фуззи, он подумает, оставить ли меня в покое.

- Расскажите Гарри! Сообщите своему начальству. В жизни бывает всякое, они должны понять вас.

- Они поймут меня, как люди. Но инспектор полиции не должен заключать сделки с преступниками, - ответила Барбара, - особенно, если дело проиграно, и ничего не удалось доказать.

- Значит, если бы нам удалось вызволить Оливера из плена, и доказать, что человека держали в плену четыре года, ваше начальство согласилось бы принять такие методы? - уточнил я.

- Возможно. Я не знаю наверняка, но если бы этот кретин назвал свой адрес, и предъявил хотя бы одно неопровержимое доказательство того, что он не является Оливером Маггеттом - ситуация была бы гораздо более благоприятной. Мы могли бы задействовать сми, и даже обющество фанатов этого Олли... Кого угодно, кто не был бы равнодушен. В этом случае меня не так-то просто было бы обвинить - жизнь спасенного стоила бы этого. А сейчас что получается? Дэниел получил свое, преступники на свободе, а у нас ничего нет. И мои договоренности никому не помогли.

Я задумался.

- У меня идея! - воскликнул я, - Вы подали мне прекрасную мысль!

Барбара открыла дверь, и жестом показала на нее.

- Только не это, Джейсон! - сказала она в лифте, - Больше никаких идей, и чудесных мыслей. Вы отдадите ключи и экипировку, и после этого навсегда забудете о том человеке. Повторяю, навсегда.

Я понял, что смысла спорить с ней нет.

- Хорошо, - согласился я.

- Посмотрите, до чего уже довели ваши прекрасные идеи, - сердито сказала она.

Мое терпение закончилось.

- Поэтому вы подослали к нам с Эмили полицейский кортеж посреди ночи? - спросил я.

Барбара уставилась на меня.

- Кортеж?

- Полицейскую машину, которая сопровождала нас по всем закоулкам.

- Понятия не имею, о чем вы. Или, может, вы с сестрой уже успели натворить еще что-то?

- Да как вы можете!

- Хватит, Джейсон, - ответила она, - отдавайте вещи, и расходимся. С этого дня у нас с вами нет ничего общего.

Я вернул менеджеру инструменты, форму и связку ключей. Последнее она тщательно проверила, и пересчитала.

- Распишитесь, - попросила она.

Затем я направился к кабинету Бритни. Я был уверен, что она скажет что-то полезное.

- Вам что-то нужно в этом кабинете? - поинтересовалась инспектор.

- Кажется, да, - сказал я, - нужно ведь отдать все, чтобы не возвращаться потом одному.

Барбара понимающе кивнула. Тем временем Бритни разговаривала по телефону. Она показала на кресло для посетителей.

- Нужно поддерживать контакты с сообществами поклонников, мистер Саймонс? - медленно спросила она, и тут же убрала трубку подальше от уха.

- Простите, мистер Саймонс, я просто не хочу подвести. Конечно, мы будем работать со всеми желающими. Общества фанатов дадут хороший старт протестам против Энтони Руперта. Мы освободим большой актовый зал для встреч с поклонниками.

Наконец, она оставила телефон в покое.

- Вы что-то хотели? - рассеянно спросила она, глядя неизвестно куда.

- Я не помню, брал ли у вас что-то во время работы.

- Брали у меня? - переспросила она.

- Да. Не могу вспомнить, может, какие-то документы, диски, или ручки с блокнотами? Сегодня мой последний день, и нужно все вернуть.

- А, последний день, - проговорила Бритни, как в замедленном кино, - понимаю. Кажется, вы ничего у меня не брали. Всего доброго.

Мы с Барбарой вышли из офиса, и попрощались.

- Что будет с Оливером? - спросил я.

- Ничего хорошего, - ответила инспектор, - этот человек - главный свидетель того, что происходит в "Фейм". Они убьют его, как только сорвут предвыборную кампанию Бэнкса, и добьются отставки Руперта. Мертвый Маггетт навсегда останется мертвым, и никто ничего не докажет. Никто, кроме тебя, не стал подмечать мелочи, и не заинтересовался их жертвой. Тем более, никто не будет ничего искать спустя много лет. Так обычно преступники поступают с теми, кто знает слишком много, исключения встречаются крайне редко.

- Спасибо, что рисковали из-за меня. Простите нас с Эми за эту историю, - попросил я.

- Хорошо, Джейсон.Удачи вам. И запомните, больше никаких расследований! - ответила инспектор.

Я потянул время еще минут пять, рассказывая ей про Гарри. О нем Барбара всегда готова была поговорить, и я даже начал подозревать, что инспектор в свое время испытывала к дядюшке чувства. Что касается меня, мне этот разговор нужен был для того, чтобы машину с преследователями кто-нибудь увидел. Утром, когда я выходил из дома, чтобы отправиться в "Фейм", машина стояла за нашим домом. Я был уверен, что и сейчас она неподалеку.

Наконец, Барбара устала от разговоров, и уехала. Я прошел метров двести, и увидел автомобиль. Он сопровождал меня до самого дома, при этом стражи порядка даже не пытались остановить меня, или поговорить. От этого становилось не по себе.

За Эми тоже следили, только это была не загадочная машина, а наши родители. Ее на неделю оставили дома, и Эмили бродила из угла в угол со скучной книгой.

- Найдите себе приличное занятие, - назидательно сказал отец. Он даже отвлекся от газеты, и наконец заметил, что Эми покрасила в розовый цвет пару прядей волос.

- Это было две недели назад, еще до каникул, - ответила она.

- Хорошо провести время можно и дома, - заявил папа, - пригласите Чарли, поиграйте в свой любимый компьютер. Делайте все, что угодно, но учтите: Гарри просил меня следить за тем, чтобы вы не шатались по улицам.

- Разве тебе не жаль человека, которого держат одного под замком? - поинтересовалась Эмили.

- Вот именно. На ваш взгляд, это справедливо? - спросил я у родителей.

- Справедливо, или нет, этого я не знаю! - начал отпираться отец.

В конце концов он признал, что ему жаль двойника Оливера Маггетта.

- Мы ничего не можем с этим поделать, - заключил он, - и нечего лезть к преступникам со своими законами, главное, что наша семья живет прилично.

- Вот это да, - удивился я, - когда дело касалось лишь теории, ты всегда учил нас обратному! Получается, что эти слова не имели никакой ценности.

- Если мы полезем к "Фейм" и их боссу, нам достанется так же, как и Барбаре, - ответил он.

- А ей помогать вы с братом тоже не будете?

- Мы не можем ей помочь! - вышел из себя папа, - Тебе скоро двадцать, Джейсон. Прекрати вести себя, как скандальный ребенок. Ты уже посмотрел, как все устроено в "Фейм". Разве ты хочешь сам оказаться взаперти на месте этого Оливера?

Разумеется, такого мне не хотелось.

- Тогда оставь его в покое, и радуйся, что можешь жить дома, и прогуливать свои летние экзамены. А сейчас, дети, мне пора на работу!

Затем он отправился на службу, а мать поехала в магазин купить продуктов.

- Все неправильно! - злилась Эми.

- Не забывай про ключи, - улыбнулся я, - пока мы одни, надо придумать, как доставить их мистеру Маггетту.

- Нас с тобой к дому, где заперт Оливер, не подпустят, - сообразила она.

- Надо позвонить Чарли. Эми, твой сайт для фанатов Маггетта все еще работает?

- С тех пор, как похитители начали публиковать свои видеоролики, количество посетителей увеличилось раз в двадцать, - ответила она, - там только Олли и обсуждают.

- Мне всегда казалось, что зрителям, по большей части, все равно, - признался я, - но это хорошо. Одна девушка из офиса, сама того не зная, подсказала мне одну идею. Сейчас поклонники Маггетта для "Фейм" - как бесплатная армия. Они будут принимать все сообщества, чтобы организовать протесты. Известно, что большинство фанатов- противники Руперта, а сейчас их недовольство подогревается все больше и больше. Многие из них выйдут на улицы, и попытаются сорвать предвыборное выступление соратника Энтони. Таким бойцам не надо платить, им кажется, что они делают все по доброй воле.

- А для Чарли это не будет опасно? - уточнила Эмили.

- Нет, - пообещал я, - фанаты будут приходить к Бритни сотнями. А она такая рассеянная, что даже собственных сотрудников запомнить не может. После того, как Чарли передаст Олли ключи, он исчезнет, и никогда больше не поедет туда.

- Искать его не будут, - согласилась Эми, - они не имеют права делать это.

Чарли приехал часа через два. Маме идея пригласить друга семьи понравилась.

- Чарли -это другое дело, - улыбнулась она, - в этом парне мы с вашим отцом уверены. Не забывайте, что он - ваш лучший друг.

Идея о выборе друзей родителями всегда казалась мне более чем странной. Возможно, именно из-за этого принуждения, положиться на "лучшего друга" было нельзя ни в чем... Но сейчас у нас не оставалось выбора: других знакомых после такого происшествия мы пригласить в дом не могли.

Мать отчиталась отцу о том, что мы заняты учебой, а затем даже испекла для нас с Чарли пирог.

- Зачем вы позвали меня? - недовольно спросил наш "лучший друг".

Эми закрыла дверь.

- Чарли, пожалуйста, помоги нам!

- И что же вам нужно? - высокомерно спросил он, забрав сразу половину пирога.

- Помоги спасти одного человека, - попросил я, - он попал в беду.

Чарли в ответ только фыркнул.

- Я не записывался в отряд спасателей. Что мне нужно делать, лезть неизвестно куда, или искатьь кого-то под завалом? Так я этого не умею.

- Не будет никаких завалов, - ответил я, как можно дружелюбнее, - просто передай ему ключи.

- В данном случае это можешь только ты, - подтвердила Эмили.

- Ладно, так и быть. Напиши мне на листке адрес, и я отвезу туда то, что ты просишь, - сказал Чарли, - но учти, что я не контора по доставке вещей.

- Я понимаю, что просьба звучит странно, - согласился я, - но мне никак нельзя появляться по указанному адресу.

- И что же за адрес? - спросил он, забросив ногу на ногу.

- В этом и вся проблема. Ключи не мои, они, скажем так, принадлежат другому человеку, а его дом охраняет вооруженная группа.

Чарли в голос рассмеялся.

- Это правда, - подтвердила Эмили, - а ключ очень нужно отдать.

- И кто же эти вооруженные? - оживился Чарли, дожевывая пирог.

- Несколько знаменитостей из "Фейм", - ответил я.

- Это уже интересно, - ответил он, - может, мне и стоит поехать туда. Я, знаете ли, слежу за собой, и постоянно развиваюсь. Мне не подходит обычная работа вроде продавца, или сотрудника офиса. Съездить в "Фейм" на какой-нибудь кастинг - моя давняя задумка.

- Чарли, не надо, - попросил я, - достаточно будет просто отдать ключи. Дело в том, что я недавно устроился на работу в эту компанию, а затем, после нескольких неудачных дней, уволился. Но я забыл отдать ключи владельцу дома. Это его личная связка, а не то, что мне дал менеджер. Дело в том, что хозяин дома - человек странный. Он целыми днями сидит взаперти. Позавчера он дал мне ключи, потому что свои я забыл. Ехать домой было некогда - тот человек просил купить в аптеке лекарство. У него, кажется, что-то с сердцем. А когда я отнес ему покупку, обо всем остальном совершенно забыл.

Чарли смеялся мне в лицо.

- Моя просьба звучит довольно странно, - продолжил я, - пожалуйста, не беспокой его охрану. Я не справился с их поручениями, и даже испортил кое-что в доме.

- Так ты был прислугой... - заносчиво протянул Чарли.

- Да. Я пытался чинить то, что сломалось, но полка упала, и я разбил коллекцию посуды. Она стоит полмиллиона. Охрана и менеджер так на меня рассердились... Если они узнают о том, что я несколько дней ходил с ключом от комнаты хозяина, на меня точно подадут в суд. Я не шучу, правила договора очень строгие. Но хозяин был очень спокойный, мы с ним поладили. Постучи ему в окно, и передай это.

- Ты даже табуретки не смог починить, какой стыд. Дайте подумать. Ключи, окно... Что-то здесь не так, - размышлял Чарли, шагая по комнате, - получается, что они запирают хозяина дома в его комнате?

- Можно и так сказать, - признался я, - возможно, виной тому его вредные привычки, но это не наше дело, не правда ли? Я просто хочу, чтобы ты помог вернуть то, что принадлежит ему. Это поможет мне избежать проблем с менеджером "Фейм". А в отношения хозяина дома с его группой лезть не стоит.

- Если его друзья вооружены, то где гарантия, что они не начнут стрелять в меня? - задумчиво спросил Чарли, - Особенно, если ты что-то натворил.

- Не то, чтобы я сильно их обидел, - замялся я, - но тебе лучше перестраховаться.

- Вот если бы ты смог съездить туда, как репортер из общества поклонников Оливера Маггетта, - мечтательно сказала Эми, и завороженно уставилась на плакат со звездой.

- Мне нравится эта идея, - согласился Чарли, - так я смогу заявить о себе. Так и быть, я назовусь поклонником Маггетта. Сайт Эми мне очень поможет, я скажу, что основал его. А вскоре компания заметит меня, и мой талант.

- Чарли, пожалуйста, не забудь про ключи, брось их на пол сквозь прутья решетки, которая закрывает окно, - попросили мы в один голос.

- Хорошо, - ответил он, - считайте это одолжением. Я отдам их хозяину дома, и никто ни о чем не узнает.

Мать проводила Чарли, как дорогого гостя. Она передала его родителям какие-то мелкие подарки, выпечку и упаковку полотенец, и закрыла дверь.

- Ты уверен, что он не испортит наш план окончательно? - спросила Эми.

- Я уже ни в чем не уверен, - признался я, - но медлить мы не можем. Сейчас Чарли - единственный, кто может нам помочь. Главное, чтобы он отдал Оливеру копии ключей, пока не поздно.

Глава 6

Вместо последнего экзамена я снова поехал к озеру. В середине рабочего дня там никого не было, если не считать пары спортсменов в аллее на другом берегу. Я отправился к своим любимым статуям около моста. К моему удивлению, там гулял Оливер. К счастью, поклонники Маггетта и подобных ему звезд не обитают в таких тихих местах, и Олли почти удалось остаться незамеченным: пока я пробирался через заросли, к нему подошла девочка лет четырнадцати.

- Вы изображаете певца из восьмидесятых? - спросила она.

- Отстаньте от меня, я никого не изображаю! - ответил ей Маггетт.

Девчонка рассмеялась, и пошла прочь.

- От меня вы так просто не отделаетесь, - сказал я Оливеру.

- Джейсон, какая встреча! Я ждал вас.- растерянно и мечтательно произнес Олли.

Я рассердился еще больше.

- Ждали меня? Как вы добрались до парка?

- Это было не сложно. Пока мы с вами беседовали, вы часто рассказывали об этом месте, когда мне нужно было успокоиться. Я получаю положительные эмоции от дальних странствий, а вы, по всей видимости, каждый раз направляетесь сюда.

- Как вам удалось найти парк, если вы совершенно не знаете город?! Или, может быть, во время допроса вы просто валяли дурака?

Оливер был совершенно спокоен.

- Ваш друг передал мне ключи, он просунул их сквозь решетку на окне. Я так вам благодарен! Когда преступники уехали, я выбрался на свободу, и только после этого понял, что вы совершенно правы: идти мне было некуда, а город казался огромным, незнакомым и очень непривычным. Странное место, сколько помню себя, никогда не видел ничего подобного... Я запомнил, что вы любите бывать здесь, у моста со скульптурами. Так как вы - единственный, кого я знаю, и кому могу доверять, я шел сюда пешком. Спрашивал прохожих, как мне добраться до парка, пару раз даже заблудился.

От его слов я был в отчаянии.

- Но Чарли передал вам ключи почти неделю назад. Где вы жили все это время?

Олли пожал плечами.

- Я никогда не задумывался о времени так, как это делаете вы. У меня дома все совершенно иначе. Поэтому я просто добрался до парка, и сидел здесь.

- А чем же вы питались всю неделю? - поинтересовался я. Мне действительно был интересен ход мыслей этого человека. Однако, Олли ответил, как подобает путешественнику:

- Я взял у похитителей пакеты с едой, хлеб и консервы. Воду тоже прихватил. Их пиво оказалось очень странной гадостью, но мне и оно понравилось! Про запасы не волнуйтесь, перед походом опытный альпинист всегда запасается необходимым.

-Значит, вас не смутило то, что пришлось ночевать на земле, в парке?

- Я привык к такому, - сказал Оливер, - и пусть это будет еще одним доказательством того, что я - не ваша знаменитость.

Человек, живший во время гастролей в номерах "люкс", и не привыкший к долгим походам, вряд ли был бы сейчас так спокоен, подумал я.

- Но зачем вы говорили глупости во время допроса? Путешественник обязан знать, что у транспорта есть номера, так же, как любой нормальный человек знает название своей улицы...

- Неникс, сто тридцать, - сообщил Олли.

- Опять какая-то чушь! Почему вы не сказали, в каком городе живете? И зачем было выдумывать про работу?

Оливер меня совершенно не понимал. Через некоторое время он тоже вышел из себя, и принялся кричать.

- Моя жизнь до похищения была совершенно нормальной! Да, она сильно отличалась от того, что я вижу здесь, но там как раз было хорошо!

- Как человек, не знающий совершенно ничего, может работать ученым? - твердил я, - Как вы умудрились жениться? Разве ваша девушка не замечала странностей?

- У нас с Люси нет никаких странностей, - недовольно ответил Олли, - а вот у вас их предостаточно.

Я задумался. Расспросы о названиях города и страны, где родился похищенный, опять ни к чему не привели. Олли только злился, и думал, что я над ним издеваюсь. Но на пациента с амнезией он был совершенно не похож, и я решил проверить одну необычную догадку.

- Вы говорили, что у вас там другое время, и события не связаны друг с другом? - спросил я наконец.

- Я понял это, только когда смог выйти из той комнаты. Было непривычно видеть столько событий. Мы с Люси обычно или путешествуем, или оказываемся на веранде при сияющей луне, поздним вечером.

- А днем вы там бывали? - на полном серьезе решил узнать я.

- Днем? Какие странные вопросы вы задаете! Нет, не припоминаю.

- Вы что, ни разу не выходили на веранду своего дома в дневное время?

Оливер был совершенно невозмутим.

- Кажется, нет, - ответил он, считая такое положение дел нормой.

- А чем-нибудь, кроме скалолазания и научной работы вы еще занимались? Вы когда-нибудь ездили в магазин?

- Да, запасы перед походом! - улыбнулся Олли.

- А что-то, не связанное с путешествиями, было? Вы когда-нибудь покупали Люси новое платье, или выбирали костюм? Обувь вы покупали?

- Нет, - пожал плечами Оливер, - ни разу в жизни.

Затем он подошел к самому краю моста, развел руки, и оттолкнулся ногами.

- Оливер, что вы делаете?! - закричал я.

Опасности не было: высота мостика была от силы метра два, и мокрый Оливер вскоре вылез на берег.

- Почему-то, не сработало, - извинился он.

- И что же должно было произойти? - вопрос действительно интриговал меня.

- Я наконец на свободе, а этот парк со скульптурами так красив, что я хотел оторваться от земли. В такие моменты гравитация начинает работать по-другому. Или, может быть, люди становятся невесомыми.

- Вы меня пугаете, Оливер, - произнес я.

- Раз уж здесь все иначе, меня начали всерьез беспокоить два вопроса: кто я такой, и где буду жить? - спросил Олли.

- Понятия не имею, - честно признался я.

Нужно было срочно что-то придумать. Моя одногруппница Мэри жила неподалеку. Эта девушка хвасталась тем, что живет одна: ее родители постоянно были в разъездах. Из-за этого в квартире Мэри все время происходили вечеринки. Там ночевали ее друзья, и даже малознакомые люди, с которыми она встречалась впервые.

- Пойдемте, - сказал я Оливеру.

Найти квартиру не составило труда: я с одногруппниками бывал там уже много раз. Самым интересным было то, что Мэри совершенно не интересовалась музыкой и актерами. Известных исполнителей она не знала, и из-за этого многие над ней подшучивали. В свободное от учебы время она была тренером в танцевальной студии. По ее словам, музыка была нужна лишь для исполнения танцев, и не более. Еще одним удобным обстоятельством было то, что недавно Мэри изъявила желание сдать пустую комнату по довольно высокой цене. Она говорила, что хочет накопить на путешествие, а зарплаты в студии на это явно не хватало.

- Привет, - сказала Мэри, глядя на нас.

- Могу я попросить тебя кое о чем? - спросил я.

- Конечно, Джейсон! - весело ответила она, - Проходите, у меня никого нет.

Оливер расположился в дальней комнате, поблагодарив хозяйку квартиры.

- Мэри, дорогая, сдай комнату этому человеку.

- А он готов заплатить? - строго спросила она, рассматривая мокрые сапоги и куртку.

- Да. Это мой родственник. Он попал в трудную историю, но все уже позади. Я заплачу за его проживание, - соврал я.

- Хорошо, - улыбнулась она, - видимо, мне все же удастся увидеть Филиппины своими глазами!

- Конечно, удастся. Здесь деньги за месяц, и даже если твой гость проживет меньше, возвращать ничего не нужно.

Мэри обняла меня, и поцеловала в щеку.

- Ты прелесть, Джейсон, - сказала она.

- Взамен у меня есть одна просьба. Никому не рассказывай про этого человека! Это очень важно. Пока он живет в твоей квартире, не зови гостей и не пускай ночевать случайных знакомых из нашего университета. Я обещаю, что совсем скоро Оливер отправится домой.

- Он что, в розыске? - поинтересовалась Мэри, - Впрочем, мне все равно, только пообещай, что меня он не обидит.

- Олли - ученый. Все они оторваны от материального мира, и живут лишь исследованиями и работой. Платят Оливеру мало, и у него, кажется, долги. Его тетя недавно умерла от эмфиземы, а потом выяснилось, что за дом она не платила уже пять лет. Я ничего об этом не знал, но родители приняли меры. Теперь все позади, нужно лишь дождаться, когда Олли вернут его дом.

- А пожить у вас он не может?

- Ты знаешь моего отца, Мэри. У него все по распорядку, с утра - на службу, вечером - газета и тишина, а в девять вечера наступает время отдыха. Оливер - творческая личность, он так жить не может. Сегодня он даже с моста прыгал...

- С того, который в парке? - рассмеялась Мэри, - Да парень просто герой трагедий! Мы с подругами тоже там ныряем, каждый вечер, когда идем на пляж.

- Если моя просьба тебя затруднит, то мы сейчас же уйдем, - сказал я, пытаясь забрать деньги обратно, - просто я помню, как ты хотела сдать комнату, и накопить на поездку. Оливер оставит очень хорошие отзывы в объявлении.

- У меня он может жить по своему расписанию, - ответила Мэри, и сунула купюры в копилку, - пусть ходит в парк, и купается в одежде, раз уж это часть ваших семейных традиций. Не волнуйся, никто не будет его беспокоить. Гостей я звать не буду.

Я поехал домой. Сидя в автобусе, я попытался вспомнить все факты, и соотнести их друг с другом. Самой главной задачей теперь было установить личность странного человека, который в тридцать с лишним лет верил в то, что от хорошего настроения можно полететь. Мир, который все время освещен луной, и дом, где на веранду выходят лишь ночью, а анатомия человека отличается от людей нашего мира, существовал параллельно с нашим. Но как могло получиться, что его обитатель попал сюда, думал я?

Дядя Гарри сидел у нас в гостях.

- Ты, конечно же, продолжил свое расследование? - спросил он. Я не понимал, чего он хочет добиться этим вопросом.

- Оливер на свободе, - сказал я, - я отдал ему ключи.

- Это хорошо, - ответил дядя, - только вот надолго ли? И куда он пойдет дальше?

- Что ты имеешь в виду? - удивилась Эмили.

- Хочу сказать, что Джейсон нарушил свое обещание, рисковал, но совсем скоро все вернется на исходную позицию: парня заберет полиция, и вернет этим дружкам из "Фейм", потому что денег у него нет, и жить ему не на что. Они быстро догадаются, что копии снял ты - больше сделать это было некому.

- Его адреса никто не знает. Олли уедет, а потом устроится на работу. Только вот я хочу понять, кто он.

Родители с изумлением смотрели на нас.

- Джейсон, ты обещал, что это будет история без продолжения, - сказала мама, отпивая чай. Она, как обычно, избегала шума и скандалов, но понимания это не прибавляло.

- Я не мог бросить Олли. Кого-то другого - может быть, но этот человек обязательно должен выбраться из своего плена.

- Да откуда ты знаешь, кто он? Наверняка и в плен попал по собственной глупости, работая на бандитов, - сказал отец.

- Узнать, кем является этот мужчина, будет невероятно трудно, - заявил дядя Гарри, чтобы прекратить ссору.

Эмили принесла телефонный справочник.

- Ты рассказывал, что когда-то его искала Люси Сквортон, - озадаченно произнесла она, - мы можем позвонить людям с таким именем и фамилией.

- Эмили, это было более тридцати лет назад, - попытался остановить ее Гарри.

- Если девушке тогда было лет двадцать пять, значит, она еще жива, и может рассказать о своем друге.

- Я даже в архиве в свое время был, искал и девушку, и ее приятеля. Только ничего прояснить не удастся! Людей с такой фамилией, и именем в Лос-Анджелесе сотни две. Из них многие подходят по возрасту, а некоторые даже обращались в полицию в связи с тем, что муж ушел из дома. Чаще всего, все прояснялось само собой через пару дней, сами понимаете, каковы были причины. В одном случае, правда, все закончилось печально: мужа одной леди убили, а тело вскоре опознали. Но пострадавшая не была даже похожа на мою Люси Сквортон. Мужья остальных женщин либо выпивали, либо проводили время с любовницами, и никакой мистикой там даже не пахло. А так как заявление той самой Люси пропало, все успокоились, и сочли, что моя гостья была одной из этих дам. Старый инспектор настоятельно требовал выбросить дурь из головы, и заняться настоящими делами, что я, собственно, и сделал спустя некоторое время. Только вот все равно я уверен, что моя Люси была призраком, как и ее любимый.

Я вспомнил прогулку по парку.

- Оливер прыгнул с мостика у озера, - сказал я, - он утверждает, что умеет парить над землей. Так и сказал, мол, когда настроение хорошее, поднимаюсь вверх на несколько шагов, и дрейфую в воздухе...

- Значит, он и парк нашел?

- Олли - не идиот, он знает, что делает. Но в законах физики он иногда путается.

- В наших законах! - произнес Гарри, глядя на своего брата.

- Я в это не верю! Какое-то безумие, призраки и параллельные измерения. Уверен, что к тебе в участок приходила одна из ныне живущих миссис Сквортон, например та, у которой пил жених, или муж, - отмахнулся отец, и спрятался за газету.

- Почему тогда этого ученого невозможно отличить от Оливера Маггетта? - задумчиво спросил я.

Дядя Гарри нашел на нашем компьютере египетскую фреску. С первого взгляда не было понятно ничего, и было видно, как две толпы людей, перевернутая и обычная, шли навстречу друг другу.

- Даже предки знали, что помимо этого мира есть и другой, - сказал Гарри, - я тоже в это верю. Люди там такие же, как мы. А может, это мы и есть?

- Кто знает. Такие вещи наука все равно никогда не объяснит, - ответил я, и присмотрелся к росписи.

Теперь я увидел, что на фреске было два неба. Их условно обозначали два портрета богини - обычный и перевернутый. Люди из нашего мира шли следом за своим проводником Упуатом, а в мире потустороннем шествие продолжалось. Я представил тот мир, улицы и города, в которых обитают люди. Названия тех мест, должно быть, ни о чем не говорят живущим здесь...

- Есть и более реальное объяснение, - предложила Эми, - так могли изобразить земной шар. А что касается нашего случая, ответом могут стать пластические операции, проведенные пленнику из Доминиканы.

- Это невозможно ни подтвердить, ни опровергнуть, - ответил я, - связи с посольством Доминиканы и их полицией по-прежнему нет. Я слышал новости о нем, но фото найти пока не могу. Если версия о пластической хирургии - ключ к разгадке, то доказать уже ничего не выйдет. Человек не похож сам на себя, и ничего не помнит, что тут можно прибавить? Как, впрочем, и во всех остальных случаях. Я верю в мистические события, хотя и считаю, что проявляются они через людей и окружающий мир, но полиция дядин рассказ не сочтет убедительным доказательством. Что же касается третьей версии о том, что это и есть настоящий Маггетт, которому отбило память - она, как ни странно, тоже может оказаться правдой. И если бы не отношение Джеронимо к пленнику, я бы даже поверил в его спектакль у Барбары.

А на следующий день по всем каналам говорили только о скандальном прошлом Энтони Руперта. Его соратника Джо Бэнкса также упрекали в разнообразных преступлениях.

- Дружба с криминалом, пьяные посиделки и оскорбления в адрес президента: чем еще удивит нас Энтони и его команда? - произнесла диктор. Репортаж с места событий показывал толпу подростков на главной площади. Они требовали отставки Руперта, и снятия кандидатуры его протеже.

- Я - давний фанат Оливера Маггетта, - сказал кто-то знакомым голосом, - и как гражданин, не могу стоять в стороне. Мой сайт, посвященный творчеству Маггетта, набирает миллионы просмотров, и сейчас мы хотим заявить о чем-то более важном, чем музыка. Оливер знал о темном прошлом Руперта еще в конце восьмидесятых. Это настоящее послание из будущего, друзья! Наш любимый певец пытался открыть правду, и предупредить о том, какие люди попали во власть. Возможно, из-за этого и произошла та авария, кто знает... Когда Алиса Блез показала мне видеоролики, не опубликованные ранее, я понял, что не могу молчать.

Я присмотрелся к лицу выступающего, и узнал Чарли.

Глава 7

Мне хотелось увести Чарли подальше от "Фейм". Я никогда не понимал его, и в любом другом случае не сказал бы ни слова, но сейчас мой друг слишком рисковал. К тому же, в опасности был не он один: армия фанатов, кричащая "Долой Руперта!", и "Проваливай, Бэнкс", преимущественно состояла из подростков, не способных понять того, что происходит на самом деле. Все эти люди ничего не знали о роликах, снятых пару недель назад, и даже не догадывались о том, кого они видели в кадре.

Я мчался по площади, отталкивая от себя незнакомых людей. Чарли стоял немного поодаль, рядом с ним были репортеры, Бритни и представители городской богемы, которые не собирались вмешиваться в конфликт, а лишь наблюдали со стороны. Среди них я узнал пару музыкантов, композитора и двух писателей. Они обсуждали собственное творчество, лишь иногда присоединяясь к возмущенным возгласам.

- Эта молодежь так невоспитанна, Джордж, - жаловался один из них, - каждый день на почту мне приходит всякая брань, будто они - не взрослые люди, а малолетки, впервые в жизни услышавшие запретные фразы.

Молодой мужчина в пальто и длинном шарфе понимающе кивал.

- Нет, я конечно не говорю, что все они хамы. Большинство читателей - понимающие и образованные люди. Попадаются даже интересные индивидуумы, очень интересные, которые становятся образами для книг.

- Это точно, - оживился его приятель.

- Что, и у вас тоже такое случается?

- У меня? О, да! Недавно судьба подарила мне одного читателя. Спортсмена. Я бы сказал, что это увлечение было его призванием.

- Среди ваших читателей есть знаменитости? - спросил писатель с нескрываемой завистью.

- Об этом судить не могу, но спорт явно был его главным предназначением на этой земле. Я никогда не слышал от него ругани и оскорблений. И все у него было про лыжи: публикую детектив, он про лыжи, роман новый выложил - он пишет о том, в какой последовательности надо передвигать ноги. Целеустремленный человек, нам бы его упорство.

- И чем же закончилась эта история? - поинтересовался его друг.

- Я ограничил ему доступ к своему творчеству. Нечего такому дарованию на книжки отвлекаться, да время даром терять...

А вот Бритни было не до бесед. Она требовала от Чарли, чтобы толпа не расходилась.

- Как я должен это сделать? - возмущался тот, - Мы тут третий час стоим, должны у них быть какие-то дела, помимо вашего Руперта?

Бритни огрызнулась в ответ.

- Хочешь работать в "Фейм" - придумай что-нибудь! Мистер Саймонс решил рассмотреть твою кандидатуру, если Руперт и компания подадут в отставку. Успех будет зависеть от того, будешь ли ты делать все, что нужно компании, с максимальной отдачей!

Когда я пробился к Чарли, он по телефону требовал, чтобы главари уличных банд переходили в открытое наступление, и ломали все на своем пути.

- Вы этого хотели? - спросил он у Бритни, - Пожалуйста, теперь ребята повеселятся.

- Чарли, стой! Во что ты ввязываешься? - закричал я.

Бритни, увидев меня, долго пыталась понять, виделись ли мы раньше. К счастью, она не смогла определить это наверняка.

- Мы с вами незнакомы, - прервал я ее сомнения.

- Руперту конец! - сказала она, села в машину, и скомандовала коллегам как можно скорее уезжать с площади.

- Чарли, ты же не пойдешь вместе с ними бить окна? - спрашивал я, - Подумай, ты видел, что двойник Оливера сидел взаперти, значит, весь этот шум вокруг посланий из прошлого - не более/, чем грязный трюк, выгодный компании.

Буйство протестующих достигло апогея, где-то загорелся автомобиль, и раздался звон разбитого стекла.

- Пойдем, скорее, - шепнул мне Чарли, и толкнул в сторону пустой улицы.

- Зачем тебе все это? - спросил я, пытаясь отдышаться.

- Бритни пообещала сделать меня знаменитым.

- Серьезно?! Знаешь, сколько таких, как ты ошивается там каждый день? - усмехнулся я.

- А сколько туда приходит тех, кто может выполнить поручение босса? - вопросом на вопрос ответил Чарли, - Я, между прочим, сделал то, что им было нужно, хотя и на Руперта, и на твоего Олли мне плевать.

- Вот как? Отлично! Тогда почему бы тебе не прославиться как-то иначе, не втягивая других в неприятности?

- Едем домой, - с пренебрежением сказал он мне.

В сквере за площадью мы дождались трамвай, и отправились к себе. Маршрут подходил нам обоим. Я жил неподалеку от кольца, а Чарли выходил на три остановки раньше.

- Пока едем, есть время поговорить, - предложил он.

- Как получилось, что ты возглавил эту ораву поклонников? - удивлялся я, - Ты кривился от одного его вида.

- Оливер был лишь предлогом, Джейсон. Когда тебе предлагают выгодное дело, не стоит придираться ко всяким глупостям. Просто надо было начать с чего-то. А твоя история и сайт, который сделала Эми, пришлись очень кстати.

- Эми делала этот сайт, потому что ей действительно нравился Оливер. Ты можешь считать, что это глупо, или наивно, но она никогда не предполагала, что ее творчество будет использовано для разжигания конфликта.

- Конечно, нет, - согласился Чарли. Он говорил тоном победителя, позволившего проигравшему озвучить свою точку зрения, - но так совпали обстоятельства. Никто не мог предугадать.

- А Руперта тебе не жалко? Ты ведь не знаешь этого человека. Что, если он не заслуживает такого скандала?

- Мне совершенно все равно, виновен Энтони, или нет. Есть видео, где он пьян, есть видеодневник Алисы Блез. А я - лишь новое лицо "Фейм", а не борец за мировую справедливость. Дело сделано, публика спровоцирована, значит, спорить уже бессмыссленно.

Я собрался с мыслями. Пришлось изобразить нейтралитет, больше похожий на понимание. А Чарли все рассказывал, развалившись на сидении:

- Дам тебе один совет, Джейсон. Ситуацию надо брать в свои руки, иначе всегда будешь оказываться на месте прислуги. Когда ты попросил меня отвезти ключи в коттедж, и представиться организатором общества поклонников, я сразу начал соображать, как это может мне помочь стать успешным. Наконец, я понял, что нужно убедить Бритни и ее коллег в том, что образ Оливера уже использован, и теперь им нужны новые лица. Мне все равно, кем был тот несчастный за решеткой, главное, что он никак не мог помешать мне. Видео с этим человеком позиционировали, как записи из восьмидесятых. Зато я - настоящее и современное лицо, помогающее "Фейм" реализовать их проект с видеодневником Алисы Блез.

- А кто это? - с интересом спросил я.

- Такого человека нет. Ее изображает латинская модель, вышедшая с подиума по возрасту, больше я ничего не знаю.

Мы подъезжали к дому.

- Джейсон, - сказал Чарли, - скажи мне, где этот человек сейчас?

- Ты про Олли? - уточнил я.

Чарли кивнул.

- Раз уж я выполнил твою просьбу, помоги и ты: нам нужно снять его в последний раз.

- Ну уж нет! - вскочил я с места.

- Ты что, не доверяешь мне? - с досадой спросил Чарли.

- Нет, что ты? Тебя мы всегда ждем в гости. Другое дело - Бритни, и "Фейм". Если они найдут Оливера, то уже не отпустят его.

- Всего один ролик, Джейсон. Просто назови его адрес. Это важное условие для моей карьеры.

Я решительно отказал. Чарли начал демонстрировать обиду и полное безразличие. Впрочем, я не обижался, потому что давно понял: отношение Чарли к человеку зависит лишь от того, готов ли его друг выполнять все капризы и пожелания. Мы попрощались.

А на остановке за мной продолжала следить полицейская машина. Она сопровождала меня до самого дома, но никаких претензий по-прежнему не было.

На следующее утро я поехал в посольство Доминиканской республики. Мне нужно было узнать все о пропавшем без вести четыре года назад. Неприметная девушка в темно-синем костюме пригласила меня в кабинет.

- Вы гражданин нашего государства? - спросила она.

- Нет, - ответил я, и протянул ей удостоверение, которое Барбара так и не успела забрать, - но мне нужно узнать как можно больше об одном человеке.

Сотрудница посмотрела на меня с недоверием.

- Мы можем выдать информацию только сотрудникам полиции, по специальному разрешению.

- Что, если я приютил у себя лицо без адреса и документов, и по всем приметам он является вашим гражданином?

- Минуту, - ответила она, и нашла в своей картотеке данные пропавшего музыканта.

- Пабло Марио Сантес, исполнитель музыки и профессиональный альпинист, вы его имеете в виду? Подойдите, посмотрите на фото.

Я подошел к ее столу, и принялся разглядывать фотографию человека, ни капли не похожего на Олли. Темные торчащие в разные стороны волосы никак не походили на прическу Маггетта, так же как его брови, нос и губы не имели ничего общего с жертвой "Фейм". Я вспомнил слова судмедэксперта о расположении шрамов. Она говорила, что лицо можно было полностью изменить. Но самым главным отличием были глаза, темно-карие, и совершенно не похожие на серый хмурый взгляд Олли. Я знал, что таких операций никто не делает, и изменить цвет радужки невозможно.

- Понятно. Спасибо, - сказал я, собираясь уходить, но сотрудница меня остановила.

- Это он? Пабло находится у вас? - расспрашивала она с характерной латинской эмоциональностью.

- Я... не уверен, - ответил я.

- Ну как же так? Я только что показала вам его фотографию, сэр! Скажите, этот человек хотя бы похож на Пабло?

- Он попал в аварию. О его внешности до операции я судить не берусь, - сказал я сотруднице. Услышав это, она схватилась за сердце, выражая слова сожаления.

- Разве ваш гость не говорил вам, как его зовут? - наконец догадалась она.

- После аварии он почти ничего не помнит. Именно поэтому он оказался у меня. Но он говорит, что ему 32, его рост такой же, как у этого парня, и дома он не был четыре с лишним года.

- Почему бы не расспросить его обо всем в нашем посольстве? - спросила сотрудница, - Если уж вы считаете, что этот господин может иметь отношение к Пабло, нужно все выяснить.

- Как только он будет готов, мы непременно приедем, - пообещал я.

- Как бы я хотела сделать что-то значимое! Например, отыскать пропавшего, и помочь ему вернуться домой, или спасти чью-то жизнь! - призналась девушка, - К тому же, за это мне дадут повышение.

Когда я уже стоял в дверях, она вспомнила про одну важную формальность.

- Сэр, стойте! Скажите, как вас зовут, и назовите адрес! Наши сотрудники могут приехать к вам, чтобы помочь опознать Пабло! - попросила она, но я сделал вид, что не услышал.

Я поспешил к Мэри. Нужно было отвезти Оливеру продуктов. Хозяйка дома справедливо утверждала, что не обязана кормить его.

На этот раз Мэри была взволнована, и почти не улыбалась.

- В чем дело? Где Оливер? - спрашивал я.

- Я надеялась, что ты расскажешь мне правду, - обиженно ответила Мэри.

- О чем?

- О твоем приятеле. Он может сколько угодно притворяться ученым, и говорить на непонятных терминах, только вот дружкам из "Фейм" это шоу не показалось оригинальным.

Я вскочил с кресла.

- Из "Фейм"?! Мэри, мы договаривались, что ты не будешь приглашать гостей!

- А я и не приглашала, - спокойно ответила она.

- Тогда как "Фейм" узнали, что Оливер здесь?

Мэри отвернулась.

- Сначала расскажи мне правду. Давай, Джейсон, с самого начала. Кто этот парень?

- Хотел бы я сам знать ответ, - проговорил я.

- То есть, ты не знаешь, кто он?

- Почти. Давай сделаем так: мы вместе ответим на все твои вопросы, как только Олли снова окажется в безопасности. Потому что если буду рассказывать я, ты все равно мне не поверишь.

- Мне нравится такое начало, - заулыбалась однокурсница, - чувствую, что история интересная.

- Невероятно. А теперь скажи, где Оливер?

- В полиции.

- Что?! Он опять купался в одежде, или повздорил с узнавшими его прохожими?

- Нет, - пожала плечами Мэри, - он был в своей комнате. К нам пришел твой друг.

- Чарли! Он угрожал вам? Требовал открыть, и говорил, что иначе полиция взломает замок?

- Нет, - удивленно ответила Мэри, - он принес продукты, и сообщил, что ты болеешь. Разве вы с ним - не лучшие друзья? Об этом ведь все в округе знают.

Я ходил взад-вперед, пытаясь понять, что теперь делать.

- Мы не друзья, Мэри, - сказал я, - он обманул нас, и из-за этого мерзавца жизнь Оливера теперь в опасности.

- Какой кошмар! Кто бы мог предположить? - развела руками моя подруга.

- Я говорил тебе, Мэри, говорил: не открывай никому! Неужели моя просьба оказалась невыполнимой?

- Но ты не приехал в положенное время. Я уже решила, что мне придется накрывать стол на двоих за свой счет...

- Я был в посольстве. Да, Олли - не мой родственник, но он не виноват в том, что его преследуют. И я все равно бы приехал, и рассчитался с тобой.

- Извини, Джейсон. Чарли обманул нас. Он уверял, что ты обо всем знаешь, и сам поручил отвезти сумки. Он от твоего имени просил Оливера закончить общее дело, и снять какое-то видео. По его словам, это был последний ролик. Олли согласился, а потом я увидела, как его посадили в полицейскую машину, и увезли.

- Чарли, вот кого точно нужно было туда посадить! Но как он узнал адрес? Неужели ты рассказывала кому-то?

Мэри уверяла, что ничего не рассказывала о своем постояльце, а я догадался, что полицейские, следившие за мной, давно знали об Олли, и обо всем доложили в "Фейм".

Глава 8

Я вернулся домой. Отец, как обычно, сидел перед телевизором, и слушал новости.

"Из-за политики в отношении группы мигрантов владельцы отелей Доминиканы выселяют постояльцев из США. Туристы забронировали номера, но сейчас они не могут попасть на курорты. На пару из Калифорнии совершено нападение в бедном районе. Жители фавел поддерживают Энтони Руперта."

"Президент Доминиканы сделал заявление о том, что полиция США не заинтересована в поиске пропавших гражданин его страны. По словам Доминго де Марио, это обострит уже существующие проблемы. Глава Доминиканы пообещал крупное вознаграждение за любую информацию о пропавшем четыре года назад Пабло Сантесе и его двоюродном брате Джуане Перейро."

"Протесты против Энтони Руперта вышли на новый уровень: к протестующим поклонникам Маггетта, известного певца ушедшей эпохи, сейчас присоединяются и другие сообщества. Их требование - отставка мистера Руперта, и снятие кандидатуры Бэнкса с предвыборной гонки."

" И снова о Доминикане: крупный скандал разгорелся на днях в посольстве. Сотрудники, ответственные за выдачу паспортов, оказались замешаны в подделке документов. Несколько лет подряд Анна Санчес выдавала паспорта и гражданство людям, желающим скрыться от полиции США и Канады. Схема преступлений была отлажена до совершенства. По версии обвинения, Санчес использовала имена и адреса молодых граждан Доминиканы, которые недавно умерли. В базе данных менялось фото, а затем преступники получали паспорта, и беспрепятственно выезжали за границу под другим именем. Помощник Энтони Руперта заявил, что Энтони Саймонс и его коллеги в "Фейм" активно пользовались подобными услугами. Мистер Руперт просит считать свои слова официальным заявлением, и готов дать показания в суде в качестве свидетеля. Местонахождение сотрудницы доминиканского посольства сейчас неизвестно, Санчес отрицает свою вину."

Эми постоянно расспрашивала о нашем новом знакомом. Она была почти влюблена, и от этого ее настроение было просто прекрасным. Эмили даже вспомнила про украшения и красивый макияж, которому обычно не придавала значения.

- Что нового слышно об Олли? - спросила она, налетев на меня в коридоре.

- Ничего хорошего. Эми, у тебя есть телефоны и контакты кого-то из поклонников?

- Конечно! - радостно ответила она. Все, что касалось Оливера, поднимало ей настроение.

- Этого болвана опять похитили, несмотря на все мои усилия. Иногда мне начинает казаться, что он - не человек, а мешок с картошкой.

Эми испуганно посмотрела на меня.

- Потому что взрослого тридцатилетнего мужчину невозможно похитить третий раз подряд, - объяснил я.

- Джейсон, ты же вызволишь его оттуда? - еще более встревоженно спросила Эмили.

- С каждым разом делать это становится все сложнее. Сейчас Фуззи и его друзьям помогает полиция. А учитывая то, какие блестящие показания даст им наш Оливер, можно не сомневаться, что все будет очень плохо.

- Его снова отправят за решетку в тот дом?

- Это в лучшем случае. Дело сделано, Эми: против Руперта голосуют члены его собственной партии, на улицах беспорядки, одни граждане его поддерживают, другие выступают против. Интернет переполнен историями протестующих фанатов, и растиражированными видео из дневника так называемой Алисы Блез, которой никогда не было!

Мой рассказ очень нравился сестре. Она слушала его, не отрывая взгляд от плаката с настоящим Олли. А я в это время пытался понять, каковы реальные шансы бедного биолога оказаться на свободе...

- Нам снова поможет Чарли, - задумчиво сказала Эми.

- Он уже помог нам, да так, что Оливера вот-вот убьют, - мрачно произнес я.

- Из-за Чарли? - Эми была искренне удивлена.

- Да, именно из-за него. Он отдал Оливеру ключи, но лишь затем, чтобы спустя несколько дней самому поймать его. Чарли заинтересован в работе, и выполнит все, что потребуют от него преступники. Другого способа стать знаменитым у него нет: он этого очень хочет, но не может ни петь, ни запоминать тексты. Внешность нашего Чарли также далека от образа кумиров с экрана, так что он не пройдет ни одного кастинга ни в одной нормальной студии. Поэтому единственный шанс для него - ввязаться во что-то скандальное, и доказать этой дуре Бритни, что он умеет убеждать людей, и привлекать к себе внимание.

- Никогда бы не подумала, - расстроилась Эми, - Чарли, конечно, всегда был очень вредным и заносчивым, но я не ожидала, что он так равнодушен к чужой беде.

- С этим придется свыкнуться, - ответил я, - а сейчас мне нужны фанаты Маггетта. причем, как можно больше.

Эми с недоверием посмотрела на меня.

- Почти все в нашей школе его любят, если можно так выразиться. Так уж получилось, тут что-то вроде моды: главное найти тему, на которую можно говорить и писать. Если обсуждать знакомых, они обижаются. А Оливер Маггет вроде как уже давно в рай попал, уж он-то не расстроится из-за наших сплетен! Когда-то ты говорил, что этой дурью под названием "Олли" одноклассников заразила я. Только зачем они тебе? Ты же всегда смеялся над теми, кто умудрился влюбиться в человека с экрана? - напомнила она.

- Да, но сейчас эти дистанционно-влюбленные могут кое-кого выручить. Эми, мне нужно, чтобы они дружно начали искать все несоответствия в видео, которое я выложу. Непонятливым пришли текст, в котором все подробно изложено. И пусть они тиражируют его еще быстрее, чем Бритни.

Я опубликовал ролик из магазина, а затем видео с машиной. Эмми позвонила друзьям, и спустя минут сорок в сообществе фанатов начался ожесточенный спор о подлинности видео.

" А я вам две недели назад говорил!", -писал какой-то обрадованный умник, - "Видите прогулку на любимой машине Олли? Тогда его группа устроила пикник на фоне сотовой вышки..."

Наконец мы добились нужного эффекта.

"При чем тут Энтони Руперт?" - спросил пользователь с невероятным именем.

" При всем", - ответил ему другой толковый пользователь.

"Все затеяно ради Энтони? Видео - подделка?"

"Тогда и видео с пьяным Рупертом может быть не настоящим."

"Какие идиоты те, кто из-за этой глупости вышел на протесты."

"Ребята, это просто шутка! Не надо паниковать!" - написал кто-то наподобие Бритни.

"Моему другу из-за этой шутки сломали руку. Когда приехала полиция, началась паника. Вас бы туда вместо него..."

"Шизики всегда и во всем видят несоответствия", сто минусов за десять минут, и комментарий в продолжение мысли: "Поэтому если вы нормальный, то посмотрите на вышку, и просто поверьте в то, что перед вами обман зрения."

Какие-то интеллектуалы увлеченно спорили о модели кроссовок, выпущенных год назад. В конце диалога они даже пришли к мировой, обменялись телефонами, хотя так и не поняли, была ли такая обувь во времена Маггетта.

- Эми, ты молодец! - сказал я, - Мне нужно к Барбаре. Даже если она выпроводит меня обратно, я должен посоветоваться с ней.

- Возьми меня! Я хочу поцеловать Олли, - сообщила мне Эмили.

- Эми, дорогая, я все понимаю. Но Барбара намекнула, что сейчас начнется самая опасная часть приключения. Оливеров у "Фейм" хоть отбавляй, как показывает практика, а ты у меня одна.

- Что за интересное приключение?

- Не приключение, а попытка убийства. Этот человек для них - отработанный материал, и самый главный свидетель. Теперь он представляет опасность из-за того, что знает все о спектакле с видео. Они избавятся от него после очередного протестного ролика, тянуть дальше Фуззи не будет. Я понятия не имею, можно ли вытащить Оливера из этой переделки. Тебе там точно будет небезопасно...

В дверь позвонили.

- Джейсон, к тебе пришли! - сообщил отец.

Почему-то я решил, что это Чарли.

- Пусть подождет немного, - сказал я, и принялся шарить по полкам книжного шкафа. Настойчивый звонок в дверь повторился.

- Что ты ищешь? - спросила Эми.

- Диктофон. Без него я больше не выхожу на улицу. И уж тем более, не пойду без него к Чарли.

- Но зачем?

- Слушай, Эми: как только этот подлец хоть словом обмолвится о предстоящем убийстве, или о том, что Олли продолжат держать под замком, мы выложим все в сеть: пусть и это обсуждают. Я постараюсь задавать вопросы так, чтобы было предельно ясно, о ком идет речь.

- Удачи! - поддержала меня Эмили.

Я открыл дверь, но на пороге никого не было. Оглядевшись по сторонам, я направился в сторону остановки. В арке на выезде со двора мелькнула фигура в кожаной куртке, которая показалась мне знакомой. Через пару секунд невысокий, но сильный парень прижал меня к стене.

- Кто вы? - спросил я, и дал незнакомцу сдачи.

- Тише! - ответил он, увернувшись от удара, и стянул с лица шарф.

- Скал, это ты! - проговорил я, нащупал в кармане диктофон и нажал кнопку записи.

- Вот, держи, - сказал Скал, и протянул мне пистолет.

Я был сильно удивлен.

- Это мне? А ты ничего не перепутал, братец? - усмехнулся я, оглядываясьпо сторонам.

- Не бойся, Джеронимо тут нет. Бери, быстрее.

Он сунул пистолет в другой карман моего пальто, и начал торопливо объяснять, что заставило его приехать. По его виду я понял, что он несколько остановок пробежал бегом.

- Слежка сообщила Джеронимо, где ты живешь. Они искали, они его повсюду искали... Защита. Не потеряй его. Это может сработать...

Спортсменом Скал явно не был - он все никак не мог отдышаться. В то же время он продолжал говорить, но я ничего не понимал. Я попросил его сесть на скамейку во дворе, и настроил запись на максимальную громкость.

- А теперь давай все по порядку, - сказал я.

- Оливер Маггетт мертв, начнем с этого, - сообщил Скал.

Услышав это, я даже заглянул в карман, чтобы убедиться, что диктофон работает. Скал как раз пытался закурить, но его зажигалка не работала.

- Ты сам видел его тело? - спросил я, и протянул свою.

- Да, несомненно! Я видел это... После аварии там такое было. Я тоже был на опознании, а потом на похоронах. Это был наш настоящий Оливер.

- Понятно. Сочувствую!

- Да, да. Прошло уже много лет. И зачем только боссу понадобились эти ролики и заложник?

- А откуда он взялся? Ты знаешь, кто это такой?

- Нет! Понятия не имею. Когда Энтони Руперт и наш босс, Дэниел по кличке Фуззи не поделили очередной доход с какого-то грязного дельца, нам сказали, что мы будем охранять одного человека. Мы с Джеронимо решили, что станем телохранителями, но вскоре нам привезли... этого.

- Оливера?

- Да. И не спрашивай, как его зовут на самом деле, я этого не знаю. Впервые я увидел его четыре года назад. Была сухая, душная летняя ночь, и настроение, что хоть на стену залезай. Как будто предчувствие того, что с кем-то произошла беда. Не с тобой, и не с теми, кого ты знаешь, а с кем-то другим. Но лучше от этого не становилось. Больше я никогда не испытывал ничего подобного, я, вообще-то, человек не сентиментальный. А на рассвете привезли его, привязанного к носилкам. Все его лицо было изрезано, смотреть на это не мог даже Джеронимо. С тех пор он так и жил у нас в доме, запертый на ключ.

- Значит, была пластическая операция?

- Нам об этом не говорили. Он сам постоянно бил ногами в дверь, просил его выпустить, утверждал, что он альпинист, и сорвался. Джеронимо слушал такие концерты с ухмылкой, а я тогда пришел к мысли, что плен - пытка не только для того, кто с той стороны двери.

- А почему ты не ушел, Фред? Тебя ведь так зовут?

- Да. Не ожидал, что ты запомнишь. Значит, не зря рискую сейчас ради вас с этим придурком, - грустно усмехнулся Скал, - но я не такой, как ты, Джейсон, я боюсь. Боюсь Джеронимо, и Фуззи. Даже Бритни.

- Бритни? - удивился я. Скал хоть и не был атлетом, но выглядел не настолько беззащитно.

- Она туго соображает, но вполне может испортить жизнь. Если ты копал что-то про "Фейм", то наверняка знаешь историю Лидии Гомез. Она была красавицей, и ходить бы ей по подиуму еще лет пять, а то и десять.

Я насторожился.

- Это она теперь Алиса Блез?

- Погоди, - остановил меня Скал, - все немного сложнее. Красавица эта, приехавшая из Мексики, была старовата для модели, да и фигуру ее многие критиковали. Но при этом она была так привлекательна, что поклонники до трех ночи торчали под ее дверями. Шоу с ее участием поднимали рейтинг любому телеканалу, ее выступления считали праздником. Мисс Гомез не столько была красива внешне, сколько умела заворожить характером и обаянием. Ее погубила зависть Бритни. Сама Бритни так и не смогла покорить подиум. Она подходила по всем параметрам, но все делала не так, а затем, вместо того, чтобы мило улыбнуться, начинала все переспрашивать. В общем, сам понимаешь. Но было у нее и преимущество. Она росла вместе с любимой дочерью Фуззи, поэтому наш "папочка" добр к ней. Удивительно, но он ни разу не приставал к ней с двусмысленными намеками, не задерживал зарплату, а когда она сдала отчет, в котором было перепутано все на свете, он лишь отругал ее, и Бритни продолжила работать. Остальным ошибаться не следует.

- Ясно, любимчик, - сказал я.

- Да. Но одно дело - Бритни, и другое - все остальные.

Я решил, что было бы неплохо записать историю той модели.

- И что, Бритни убила мисс Гомез? - поинтересовался я.

- Не своими руками, конечно. Во время одной премьеры они повздорили. Повод был глупый, что-то вроде случайно облитого платья. Обычно во время пьянок никто не обращает на такое внимание. Скорее всего, Бритни уже тогда решила избавиться от модели. В то время, как Лидия была лицом модного дома, Бритни перевели в наш офис, и каждый день она работала с документами, напоминавшими об успехе конкурентки.

- А что было после корпоратива?

- Бритни заставила мисс Гомез купить ей новое платье из одной коллекции. Та просьбу выполнила, но на следующий день узнала, что ее сокращают из-за возраста. Дэниел об этом ничего не знал, ведь все документы вместо него подписала его любимая сотрудница. У Бритни был доступ к печатям и формам таких документов, вот она и свела счеты. Когда Лидия начала скандалить, и в отместку боссу рассказала о парочке криминальных тайн, Фуззи не оставалось ничего, кроме как убить болтушку.

- А домой отправить другую, похожую девушку, хорошо заплатив ей? - вспомнил я, - Где-то я уже слышал эту историю.

- Да, все так и было. В "Фейм" знают толк в пластике.

- Но мать Лидии все равно поняла, что к ней вернулась не дочь.

- Дэниела это не интересовало, поверь мне. Подать на него иск при живой девице, точь-в-точь похожей на мисс Гомез, мать убитой не могла. А модель даже не думала оставаться в Мексике. Как только слухи утихли, она сняла со счета все деньги, и вернулась в Лос-Анджелес.

- Но как она может быть Алисой Блез? Если она похожа на Гомез, ее непременно узнают.

Скал достал телефон, и показал мне видео. Оно, как и прежние записи, было снято на старую пленку плохого качества. На скачущем расплывчатом изображении была видна женщина в белом парике и старомодных очках. Она рассказывала что-то о своем близком друге Оливере, и о политике молодого сенатора Энтони Руперта.

- Зачем ты привез мне пистолет? - спросил я.

- Я следил за тобой, меня просил босс. Это я сказал полицейским в машине, что вы с Эми идете пешком от своего дядюшки.

Я рассердился.

- Но только это не все, Джейсон. За Оливером я тоже присматривал. Когда ты рассказывал ему про парк, где все время гуляешь, я стоял за дверью и все слышал. Но ни Джеронимо, ни Бритни я не сказал ни слова. Когда Джеронимо поклялся пристрелить тебя, я убеждал его, что ты - обычный полицейский, который выполняет свою работу. Я не храбрец, и не герой, и не могу сделать большего. А после того, как этот олух Олли сбежал во второй раз, я вызвался прочесать парк в одиночку. Убедившись, что Оливер не уходит дальше моста, я сообщил, что в парке нет ничего интересного, а затем неделю всеми правдами и неправдами уводил своих коллег от озера. А тебе не пришло в голову, почему его так и не нашли? А теперь самое главное, Джейсон: тебе надо поспешить, если ты все еще хочешь спасти этого человека. Его жизнь в опасности. Нам с Джеронимо приказано убить нашего пленника, и избавиться от тела, как только мы снимем последний ролик про Оливера Маггетта.

- Думаю, нам нужно торопиться, - сказал я, - где сейчас Олли?

- Сейчас они его не убьют. Фуззи нужна запись, где Оливер будет говорить об автокатастрофе. О том, что он боится за свою жизнь, и о том, как Энтони Руперт угрожал ему. Мол, вот такие дела, ребята: если со мной что-то случится, то сделал это Энтони и его компания. Ты же знаешь, сколько теорий раздуто вокруг обычной пьяной аварии. Но есть и хорошие новости: снимать им сейчас не на что. Найти такую пленку в наше время не так то просто, а рабочую камеру - еще сложнее, - засмеялся Скал, и достал из рюкзака технику прошлого века.

- Что это значит? - не понял я.

- У нас есть время до завтра. Я сказал, что забыл забрать аппаратуру из ремонта. Фуззи пообещал, что мне за это достанется, но к тому времени, как он вызовет меня в свой кабинет, мы с Олли уже пересечем границу Доминиканы.

Скал вытащил два паспорта, и довольно улыбнулся. Я удивился еще больше.

- Слышал про скандал в посольстве? Одна сотрудница подделывала паспорта.

Я кивнул.

- Так вот, братец Джейсон, ты - далеко не первый, кто знал о нашем пленнике, и хотел ему помочь. Я тоже этого хочу. А еще мечтаю сбежать от Дэниела и этой противной Бритни. Но я труслив, в отличие от тебя. Я с молодости работаю в "Фейм", а у нас там не любят тех, кто самостоятельно принимает решения. Но когда появился ты, такой безумный и решительный, я наконец-то взглянул на проблему иначе, и перестал бояться.

Мне стало смешно. Я вспомнил, как Скал направил на меня пистолет, а я в тот момент едва не умер от страха.

- Фуззи всех убеждает, что он непобедим, что идти против него - самоубийство. Но когда я увидел, как обычному студенту удалось дважды обвести его вокруг пальца, я решил действовать. Я увидел в новостях сюжет про альпиниста. Он тоже пропал четыре года назад, и по возрасту подходил. К тому же, наш "профессор" все ночи напролет кричал из-за двери о том, как покорял вершины. И я рискнул.

- Ты хотя бы видел фото этого пропавшего Пабло? - спросил я, - Они не похожи!

Скал на минуту задумался.

- Ты тоже был там? И тоже сделал ему паспорт? - неуверенно спросил он. Я рассмеялся.

- Нет. Сначала у меня был простой интерес, я хотел разобраться, почему в сети появилось так много новых видео с участием давно умершего человека. Вы даже не представляете, сколько раз выдали себя деталями. А Оливер, между прочим, быстро разобрался, что к чему. На видео он просил о помощи, и вставал на фоне тех вещей, которых раньше не было. Хотя я, если честно, не представляю, как он смог до этого додуматься.

- Он ничего не помнит, - согласился Скал.

- Он будто не из этого мира, - продолжил я его мысль, - из измерения, в котором всегда сумерки, и в котором все люди живут очень просто и счастливо. Рок-н-ролл там появился не менее пятидесяти лет назад, а вот называть города и по сей день не научились!

- Я присмотрю за ним, - пообещал Скал, - мы скажем, что приходимся друг другу братьями. Отправимся на какое-нибудь рыболовецкое судно, в крайнем случае, в банду наймемся.

Он снова начал смеяться, а я строго посмотрел на него.

- Да шучу я, шучу. Я пообещал своему покойному отцу, что подделка документов для этого олуха будет последним преступлением в моей жизни. Я просил папу присмотреть за тем, чтобы я не смог нарушить этого обещания. Мы, творческие люди, очень суеверны, и теперь я точно начну другую жизнь.

- Но играть на гитаре ты не перестанешь? - спросил я, улыбаясь.

- Играть? Никогда! Я и Оливера научу. Вот уедем в Доминикану, и я сделаю из него звезду побезумнее настоящего Маггетта. После этого подделкой будут считать прежнего Олли... Нам пора заканчивать, Джейсон. Напоследок расскажу, как сделал документы.

- Их делала новая сотрудница, которая принимает все очень близко к сердцу?

- Точно, она! - узнал Скал, - Мне долго пришлось убеждать ее. Она не хотела редактировать базу данных,и менять фотографию пропавшего на фото Олли, но в то же время, твердила о том, что хочет сделать что-то важное. Таких речей я никогда в жизни не произносил. Я убедил ее в том, что так она поможет человеку, попавшему в беду. Я рассказал ей все, как есть, всю историю с самого начала, а заодно прибавил, что за четыре года пропавшие либо объявляются, либо...

- Остаются в земле навсегда.

- Точно. Девушка и сама это прекрасно понимала. У них в посольстве сейчас бардак из-за расследования. Все подобные дела должны списать на предыдущего специалиста. Она поставила нужные даты, и все закрыла. Ее ни в чем не должны обвинить.

- Аесли ваши документы признают недействительными? Что вы тогда будете делать? - спросил я.

- Не знаю. Оставаться в Лос-Анджелесе мы с Олли точно не можем, - ответил Скал, - но мы будем держаться вместе, и что-нибудь придумаем. За работу вроде моей в "Фейм" неплохо платили. Я снял все деньги, на какое-то время нам хватит. Я чувствую свою вину перед этим парнем. Думаю, будет честно, если первое время мы поживем за мой счет.

Фредди снова завернулся в шарф, и накрылся капюшоном. Он вызвал такси.

- Не потеряй пистолет, - сказал он, - я хотел отдать его Олли, когда вы убежали в полицию, но после допроса понял, что это не лучшая идея.

- Действительно, Джейсон, не потеряйте его, - раздался голос Барбары у нас за спиной. Услышав это, Скал вскочил, и попытался сбежать, но лямка рюкзака зацепилась за доски скамейки. Паспорта упали в траву.

- Джейсон, твою мать, - прошептал Скал.

- Нет, Джейсон тут ни при чем, - ответила ему Барбара, и забрала документы.

- Отдайте! Это наш единственный шанс! - возмутился Скал.

- Отдам, Фредди. Я обязательно отдам вам их, как только вы выступите в суде свидетелем. Вы дадите показания против Саймонса, и поможете спасти репутацию Энтони Руперта, а заодно и мою. А вот от вашей жертвы я бы не ждала многого, хотя он тоже должен будет выступить. Джейсон, давайте ваш диктофон.

- Диктофон? - съежился Скал. Он посмотрел на меня с разочарованием и злостью.

- Я не говорил ей, - уверял я.

- Да прекрати! - рассердился он.

- Не обвиняйте его, - вступилась за меня Барбара, - Джейсон - одиночка, он просто хотел понять, сможет ли докопаться до правды. Последнее время все, включая меня, пытались его остановить, так что он не сообщал мне. А приехала я по просьбе Гарри, чтобы убедиться, что наш сыщик сидит дома.

- Я почти дома, - ответил я ей.

- После такого признания все наше дело выглядит совершенно иначе. Давайте мне диктофон, Джейсон. Отсюда хорошо видно, что находится у вас в карманах...

Неизвестно зачем, я попытался спрятать пистолет. Барбаре этот момент понравился. Она подошла, и забрала то, что ей было нужно.

- Оружие оставьте, - сказала она, - завтра вы поможете мне снова вытащить своего Оливера. Мало ли что там может произойти... А выдать вам табельный пистолет я, увы, не в праве.

- Что вы хотите? - спросил Скал.

- Восстановить свою репутацию, и честь Руперта. Я немедленно свяжусь с ним, и предоставлю ему копии разговоров. Я хочу остановить битье машин на улицах, и помочь заложнику выйти на свободу.

- Но Фуззи не оставит нас в покое.

- Это я прекрасно понимаю. После того, как вы дадите свои показания, я верну вам паспорта, и вы уедете. Но сначала, Фредди, будьте добры помочь мне исправить ситуацию, к которой вы с Джеронимо в прошлом приложили руку. А потом пожалуйста, начинайте новую жизнь. Я даже поговорю с коллегами, чтобы ваши документы не аннулировали. Это, конечно, нечестно, но иногда надо и так, - улыбнулась она.

Глава 9

Повисло неловкое молчание. Я, Барбара и Скал стояли посреди двора, и просто смотрели друг на друга.

- Фредди, все же, почему вы вдруг решили помочь Джейсону? - спросила инспектор, - Неужели всему виной только сочувствие к пленнику, и никаких личных мотивов?

Скал пожал плечами, и посмотрел на Барбару, будто на малое дите.

- Конечно, личный мотив есть. Я знаю кое-что об этой истории с Энтони Рупертом, о том, с чего началась вражда. Кроме этого, мне бы очень не хотелось оказаться в тюрьме из-за протестов и видео с Оливером.

- А подробнее? С чего вы взяли, что за это могут посадить именно вас?

- Ни с того ни с сего фанаты Маггетта ополчились на него самого. Они нашли все недочеты наших записей, а протестная кампания Саймонса против Руперта провалилась. Но наш босс никогда не признает своей вины. Он привык обвинять в своих поражениях того, кто ему помогает, и мы с Джеронимо - не исключение. Моя подруга Бритни сказала, что заявления в полицию уже готовы. Как только жертва будет уничтожена, нас вместе с Чарли арестуют, и обвинят в организации беспорядков. А затем Дэниел превратится из подозреваемого в свидетеля. Он скажет, что ничего не знал об этой интриге. Пообещает помочь, чем сможет, раздаст пострадавшим свои визитки. Раскроет в суде все наши грязные тайны про оружие, угоны и прочее... Таким образом, мои показания против босса никто не воспримет всерьез.

- И что же вы предусмотрели на этот случай?

- Я думал, что свяжусь с вами немного позже, когда самолет уже приземлится в Доминикане. Я хотел обезопасить себя, и помочь вам избавиться от Дэниела. Вы же этого хотите?

Барбара кивнула.

- Значит, наши желания совпадают. Дэниела все в "Фейм" ненавидят. Он строит отношения с коллегами на угрозах, и нелегальных услугах, за которые потом непременно берет огромную плату. Если мы с Олли окажемся в безопасности, я свяжусь с остальными, и попрошу, чтобы все одновременно выступили против Фуззи. Люди готовы это сделать, но они боятся действовать поодиночке.

- А почему вы думаете, что сможете их убедить? - недоверчиво спросила инспектор.

- Потому что я был свидетелем того конфликта Дэниела с мистером Рупертом. Джеронимо, Бритни, наша менеджер Кира и еще человек десять подтвердят мои слова! Обвините их в пособничестве, и они заговорят, как миленькие.

- А вы стратег, Фредди, - произнесла Барбара, улыбаясь, - вот уж от кого не ожидала! Я думала, вы просто выпили, а потом решили спасти Оливера, отдать свое оружие и рвануть за границу.

- Любой план кто-то должен выполнять. Я не герой, и не намерен погибнуть просто так. Когда появился Джейсон, и вы, мне представился удачный шанс выступить против босса и порвать с преступным прошлым. Я не стал бы рисковать, сложись все иначе. Такова жизнь, миссис Футс. А что касается Олли - это бескорыстное желание помочь заложнику бежать. Я как никто другой понимаю его: почти все сотрудники "Фейм" - такие же пленники.

- Ты просчитался насчет Оливера, - сказал я ему.

Скал удивленно посмотрел на меня.

- Тот, кого много лет держали взаперти, никогда не станет твоим другом.

- Но почему? Мы с Джеронимо и настоящим Олли тоже не всегда бывали свободными, в прямом и переносном смысле. Мы бывали под арестом, а потом строили свою жизнь по указке "Фейм": образ, подруги, которых назначил босс, поручения, которые непременно должны быть исполнены в срок... Это та же самая темная комната, запертая снаружи на замок. В жизни много чего случается, разве удача - не повод забыть плохое?

- Вы с Джеронимо - простые парни, и привыкли к переменчивой судьбе. Может быть, ты и смог бы забыть. Но этот ученый - человек совершенно другой натуры. Я думаю, он никогда не согласится отправиться в Доминикану вместе с тем, кто удерживал его столько лет.

Скал задумался.

- Именно поэтому я привез пистолет тебе, Джейсон. Я решил не отдавать его Олли. И причина вовсе не в глупостях, которые он болтал при допросе. За те годы, которые этот человек провел под замком, в нем что-то изменилось. Сначала он был добродушным и странноватым "профессором", большим оригиналом на словах и в действиях. Тайком от других я приносил ему нормальную еду, учил пользоваться электроплиткой, заваривать чай, и читать, как он говорил, "на нашем языке"...

Барбара усмехнулась.

- Он этого не умел. Был, как дикарь, или какой-то пришелец - зажимался в стену, кричал, пытался поджечь сухпайки и обогреться ими, как ветками во время похода. Я пытался сказать ему, что сам подневольный. Хотел составить ему компанию, и разбавить собственное одиночество и тоску. Поначалу он был открытым, и мы много общались. Но потом прошло время, и я понял, что за решеткой любой человек становится диким зверем. Разговоры со мной не давали ему ответа на самый важный вопрос - почему один все время остается в клетке, а второй выходит на свободу? Тогда в нем что-то сломалось.

- Но мне Оливер показался прекрасным собеседником, очень вежливым и воспитанным, - сказал я.

- Я знаю его немного дольше, Джейсон. В этом человеке куда больше жестокости, чем кажется на первый взгляд. Виноваты в этом мы с Джеронимо, и наш босс, мы вынудили его стать таким, но фактов не изменить. Возможно, поэтому во время допроса я не стал мешать своему напарнику, и не поддержал Барбару.

Я был озадачен словами Скала. А он продолжил:

- Но со мной Оливер будет в безопасности. А заодно я присмотрю, чтобы никто не пострадал. Будь я на его месте, все равно не упустил бы возможности выбраться отсюда. Поначалу вдвоем выживать будет проще, а дальше, как повезет. Найдем работу, подруг. Может, тогда наши пути разойдутся, и он сможет навсегда меня забыть.

- Одно мне нравится: вы всегда остаетесь оптимистом, - заметила Барбара.

- Неудивительно, что он стал таким, - сказал я, - но я уверен, что ум ученого поборет жестокость.

- Хотелось бы верить, - ответил Скал.

Барбара вытащила из кармана пиджака ключи от машины.

- Это автомобиль моей сестры. Я взяла его, чтобы не привлекать внимание. Садитесь, Фредди, я подвезу вас. А по дороге вы расскажете все, что знаете о ссоре мистера Саймонса с Рупертом.

- Все знали, что Руперт - старый друг босса, - начал объяснять Скал, - в начале карьеры он был неосторожен, постоянно пил с Дэниелом, проводил время в ночных клубах. Это Руперт дал Дэниелу Саймонсу кличку Фуззи. Он был пьян, и у него все расплывалось перед глазами. А еще из-за этого у босса сейчас полно видео с компроматом. Но это не все. То, о чем я хочу рассказать в суде, произошло, когда я уже работал в "Фейм". Сначала Дэниел приставал к Энтони с разнообразными просьбами. С каждым разом они становились все менее законными, и Руперту это не нравилось. Если в первый раз Фуззи просто требовал найти модели апартаменты, за которые не нужно будет платить, то дальше он стал выяснять, где можно купить оружие. Просил помочь с торговлей всевозможной контрабандой из соседних стран, затем была просьба подыскать жилье на самой окраине. Это как раз и был дом, где держали Олли. Его криков никто не слышал, потому что Энтони помог соорудить превосходную шумоизоляцию. Окна были из материала, который используется при допросах. Это стекло невозможно разбить, а решетку не распилить подручными средствами. К тому же, дом стоит на пустыре.

- Очень занятно, - вздохнула инспектор.

- Вы бы видели, как Энтони возмущался, когда вынужден был "помогать" своему другу! Но дальше Дэниел предложил ему крупную незаконную сделку - ту самую, из-за которой и начался шум в прессе. Руперт хотел разорвать отношения с "Фейм", и заявил об этом, после чего босс пригрозил, что в случае отказа один его знакомый судья припомнит Энтони все услуги, оказанные "Фейм". Тогда Руперт согласился. Если бы кто-то узнал, что дом, оборудованный для содержания пленника, построен на деньги сенатора, а в деле Лидии Гомез Энтони помог поставить точку с помощью взятки судмедэксперту, это потянуло бы лет на пятнадцать.

Я увидел, как Эмили возвращается домой. В руках у нее был смятый листок бумаги. Тем временем вокруг нас собралась толпа соседей - они были недовольны тем, что мы заняли их любимую скамейку, и решили досадить нам излишним вниманием. Барбара торопила Скала сесть в машину.

- Все по дороге, Фредди, - говорила она.

- Поезжайте, - сказал я.

- До встречи в старом павильоне для киносъемок около парка, - улыбнулся Скал, - веселье начнется завтра, в полпятого вечера.

- Оливера привезут в заброшенный павильон для съемок кино! - сообщила мне Эми.

- Я знаю. Но откуда тебе это известно? - удивленно спросил я.

Эми слегка обиделась.

- Ты все знаешь наперед. Я так надеялась, что смогу быть полезной для моего любимого Олли!

Я вспомнил разговор с Фредди, и прикоснулся к магазину пистолета. Эми увидела подарок Скала, и пришла в восторг.

- Мы вдвоем пойдем спасать моего Олли! - завизжала она, - Прямо, как в вестерне!

- Тихо! - зашипел я.

Эмили поняла, что совершила глупость: на наши возгласы пришла мать.

Ее реакцию я не смог бы предугадать, даже если бы пытался. Она со скукой посмотрела на пистолет, который я не успел спрятать.

- Ты все в игрушки играешь? - спросила она, зевая.

- А у меня есть страница из старинной книги, - поспешила разрядить обстановку Эмили. Она старалась отвлечь внимание от моего трофея, - я зашла в библиотеку, нашла там старинную книженцию про призраков, а этот кусок мне так понравился, что я вскочила, и вырвала его, а потом унесла с собой.

Это сработало.

- Ну-ка, дай посмотреть! Надеюсь, это неправда?! - испуганно спросила мать.

Эми заулыбалась.

- Нет конечно, это мне Ли дала. Мы вырезали из старого журнала статью про призраков.

Мать с облегчением вздохнула, а затем отправилась по магазинам.

- Как хорошо, что это был не папа... - только и сказала Эми.

- А чем это хорошо? - не понял я.

- Мама вообще не разбирается в оружии, а отец и дядя Гарри быстро сообразили бы, что к чему.

- Эми, пообещай, что завтра ты останешься дома, - попросил я.

- Не выйдет. Мы договаривались, что последнюю запись Маггетта сорвет толпа фанатов. Кто по-твоему, приведет их к ангару? - хитро спросила сестра.

- Можно это сделает кто-то другой? - настаивал я, - Посмотри, Скал дал мне пистолет. Это значит, что мы с Олли в опасности.

- Скал - это тот, кто его сторожил? Теперь вы с этим бандитом дружите? - удивилась Эми.

- Что-то вроде того. Рассказать, где найти Олли, мог только тот, кто держит его в плену. А это либо Чарли, либо Фред. Лучше объясни, кто тебе сказал про павильон?

Эми положила на стол обрывок книги.

- Я ездила к Алисе Блез.

Я внимательно слушал сестру. А Эми, как ни в чем ни бывало, продолжила свой рассказ:

-Девушка, которую сняли в видео про Маггетта, работает моделью. Одна из поклонниц Оливера также, как и мы, подозревала, что дело нечисто, а образ Олли нужен лишь для того, чтобы привлечь внимание людей. Она узнала Лидию Гомез даже за толстенными очками и белым париком, и написала мне, где модель будет выступать. По словам ассистентки из "Фейм", на последней записи Оливер и его подруга должны быть вместе. Когда они снимут "видео из прошлого", и сообщат, что виновник аварии - Руперт, а заодно расскажут о его дружбе и сделках с преступниками, сенсация привлечет внимание миллионов. Многие при этом не будут молчать, так же, как и несколько дней назад, а обвинить в новой волне беспорядков будет некого - Оливер жил в восьмидесятых.

Мне удалось найти павильон, в котором фотографировались модели. У Лидии был перерыв, она сидела перед зеркалом, и требовала ассистентку принести ей холодный лимонад. Когда я спросила, кто такая Алиса Блез, модель грубовато сказала, что это не мое дело, и попросила покинуть гримерку. Я вспомнила рассказ дяди Гарри про девушку с подиума, и поинтересовалась, зачем убили Лидию, и как зовут модель, которая сейчас передо мной. Девушка вскочила с места, закричала, что в помещении посторонний. Она толкнула на меня шкаф с реквизитами, и выключила свет. Выбраться из-под завала тряпок мне помогла ее помощница, которая накануне дала адрес. Она сунула мне в руки страницу из книги, и проводила к запасному выходу.

Я спросила у нее, не трудно ли девушке с хорошим образованием работать среди всех этих звезд и моделей. Она ответила, что умение оставаться веселой и улыбчивой дурой - гораздо более сложный навык, и модели владеют им в совершенстве. Она просила прочитать главу из старинной книги, говорила, что в ней и скрыт секрет двойников "Фейм". На прощание она сказала мне, что Скал и Джеронимо тоже проводили этот ритуал, хотя сами потом твердили, что в подобные глупости не верят.

- Значит, ассистентка сообщила тебе адрес павильона, и время, в которое привезут Олли?

- Да. Это самое главное. Я спешила домой, чтобы поделиться новостью.

- А о чем эта книга? - спросил я, рассматривая вырванный листок.

- О магии, - ответила Эми, - тут сказано, что у всех есть двойник в параллельном измерении, и описан способ его вызова. Какой-то знаток написал, что там живут так же, как и здесь: рождаются, потом стареют и умирают. Но время там течет совершенно иначе, а условия жизни и законы природы в тех мирах могут сильно отличаться от того, что мы видим здесь.

- Это мы уже поняли, спасибо, - устало сказал я. Недели две назад находка Эмили увлекла бы меня на несколько дней, но сейчас нужно было приготовиться к более серьезным вещам.

Эми убрала вырванную страницу в ящик, где хранились фотографии Оливера и украшения с его именем.

- Все равно это не сможет послужить доказательством в деле, - вздохнула она, - те, кто не верит в мистику, посчитают слова ассистентки ерундой.

- А она, в свою очередь, посчитает глупостью вполне разумную версию о схожем человеке, и пластической операции, - произнес я.

Съемки последнего ролика начались на следующий вечер. Я прибыл к обгорелому павильону в четыре вечера. Когда-то здесь снимали сериалы, но затем произошло короткое замыкание, и случился пожар. Спустя год "Фейм" выкупили всю площадь, и вновь провели во всем здании свет. Никто не мог понять, зачем им нужна эта развалина.

Несмотря на то, что выступление Олли не требовало большого количества сотрудников, в ангаре столпилось полно народа: в основном, это были охранники Дэниела, а также его близкие друзья. Вскоре приехал и сам мистер Саймонс.

- Я лично прослежу, чтобы после съемок парень не смог сболтнуть лишнего, - сказал он.

Приезд босса вызвал небывалый ажиотаж у его коллег: все они столпились перед Дэниелом, и спешили поздороваться с ним.

В это время я пробрался к гардеробу. На почерневших крючках висела чья-то одежда, и форма уборщиков. Там же я увидел две куртки: Скала и ту, в которой обычно ходил Олли.

- Вас вызвал мистер Саймонс? - спросил менеджер по персоналу, - Сюда нельзя без приглашения.

- Босс сказал, что мы понадобимся на завершающем этапе, - усмехнулся я.

- Ах, вот оно что... - протянул толстяк-менеджер, - проходи. Пока я не скажу, сиди тихо, и не высовывайся.

Я потерял к нему интерес, и попытался пройти дальше, но ответственный за уборку остановил меня.

- Не зевай, разиня. Вот средства, ими после нужно будет обработать пол. Ясно?

- Да, - кивнул я, отвернувшись.

- Весь пол! Не только тот кусок, где... ну, сам понимаешь.

- Разумеется, - ответил я.

- Гуляй пока. Только на глаза никому не попадайся, - сказал мне толстяк.

Я сновал между охраной и подельниками Фуззи. Обмануть Бритни не составило труда, достаточно было натянуть кепку на лоб, и уткнуться взглядом в пол. Наконец я нашел Скала.

- Джейсон! Нам не стоит разговаривать сейчас.

- Эми и толпа поклонников Маггетта скоро приедут, и сорвут выступление. Полиция едет следом.

- Шансы на успех высоки, - подмигнул мне Скал.

-Так это правда? - спросил я, - Ты вызывал двойника Оливера?

Скал скривился.

- Джейсон, что ты привязался к этой ерунде? Сейчас гораздо важнее, чтобы твоя сестра приехала вовремя, и нам удалось бежать.

- Но время пока есть. Мне просто интересно. Столько времени я пытаюсь вызволить на свободу неизвестного, но при этом мне так и не удалось понять, откуда он взялся.

- Переживаешь за свое расследование? Это все чушь, Джейсон. Да, местная шарлатанка-экстрасенс приезжала в наш дом по просьбе босса. Мы что-то делали, расставили зеркала, зажгли свечи. Но я ни за что не поверю, что эти действия вызвали двойника Олли! Мы тогда посидели в темноте, и разошлись, а привезли его позже. И вариант с туристом в любом случае более правдоподобен.

- Но у них разные глаза. Это невозможно изменить. А этот человек неотличим от мистера Маггетта.

- Забудь про глаза, - устало проговорил Скал, - он теперь Пабло Сантес. Просто забудь про свои нестыковки.

- Начали! - сказал Джеронимо.

Скал затолкал меня за бутафорскую колонну, покрытую сажей. Двое вооруженных в сопровождении полиции привели Оливера.

- Что происходит? - спросил я, - Это не полицейские Барбары.

- Это те, кому Дэниел сообщил о побеге опасного парня с амнезией, - сказал Скал, - сами они не преступники, но совсем не понимают, что делают. Начальство отдало им приказ, они его исполняют. Где твоя сестра?!

- Записываю, - произнес Джеронимо, и включил современную камеру.

- Что это? - спросил Дэниел у оператора.

- Скал так и не отдал нам свою камеру. Поэтому мы используем фильтры. Результат будет невозможно отличить. Включить прямой эфир? Так, чтобы все видели запись прямо сейчас?

- Моя работа, это я уговорил их включить трансляцию, - шепнул мне Скал, - смотри, что будет дальше.

- Протесты сейчас в разгаре. Это видео подтолкнет их еще больше, - уговаривал оператор, - завтра будет совсем не так актуально.

- Тогда пусть говорит в прямом эфире, - сказал Саймонс, - можешь это устроить?

Оператор кивнул, а Скал довольно улыбнулся.

Один из углов павильона был обклеен обоями, и напоминал грязную квартирку восьмидесятых годов, в которой все время проходили вечеринки.

- Привет. Мы с Алисой записываем эту пленку для своих друзей на тот случай, если со мной что-то случится, - сказал Оливер, - у меня есть подозрения, что моя жизнь в опасности.

Его кулаки сжались, и он встал с места.

- Поэтому я заявляю вам, что это видео - обман и подделка, как и все предыдущие!

- Остановите это! - закричал Саймонс.

Он подбежал к оператору, и выдернул провода из сети.

Дэниел рявкнул на своих охранников. Один из них вытащил пистолет, и направился к Олли. Но в то же самое время дверь в павильон сорвали с петель, и владельца "Фейм" окружила толпа фанатов Маггетта.

- Убирайтесь отсюда! Вызовите полицию! - кричал Джеронимо.

- Полиция уже здесь! - ответила ему Барбара, - Почему ваши люди вооружены?

- Мы просто снимаем фильм. Миссис Футс, задержите эту толпу! Они мешают нам работать, - требовал Дэниел.

Но инспектор и ее коллеги сделали вид, что ничего не понимают. Барбара тянула время, призывая говорить по порядку, и жаловалась, что не может работать в столь неподходящих условиях. Саймонс орал во всю глотку, а толпа во главе с Эмили прыгала по павильону, и толкала охранников Дэниела.

- Не стрелять! Не стрелять! - крикнул Джеронимо какому-то типу с туповатым лицом.

Мы протиснулись поближе к Олли.

- Уходим! - закричал я.

- Подожди, - остановил меня Скал, - полминуты для Барбары и суда.

Олли продолжил говорить, а фанаты бесились в фойе павильона, и оттеснили сотрудников "Фейм" к выходу.

- Но запись не работает, - сказал я.

Оливер расстегнул рубашку, и снял с шеи микрофон и камеру. Нас со Скалом он не видел.

Нас снова оттолкнули.

- Это подарок от нашего оператора, - сказал мне Скал, - прямая трансляция на все телеканалы в хорошем качестве.

- Я не помню, как меня зовут, но я - не Оливер Маггетт. Люди не достойны такого обращения. Они не должны получать травмы на протестах, не должны сидеть под замком по несколько лет, и не должны страдать от клеветы. Энтони Руперт не заслуживает такой подлости, хоть я и не знаю, виноват он, или невиновен. Дневник Алисы Блез - дешевая провокация, с помощью которой Дэниел Саймонс хотел свести личные счеты со своим врагом. Это видео снято сегодня, 15. 07. 2015 в пять вечера.

- Теперь вперед! - скомандовал Скал.

Я подбжал к Оливеру.

- Джейсон, какая встреча, - все так же растерянно произнес ученый, путаясь в проводах.

- Бегом, если все еще хотите на свободу, - торопил я.

А Дэниел не терял времени даром: дверь с другого конца павильона выбили вооруженные люди. Они направлялись к нам.

Я попытался окликнуть Барбару и офицеров, но это была глупая затея: давка у входа в павильон превратилась в настоящий хаос. Полиция пыталась успокоить толпу. Я увидел, как Барбара схватила Эми, и отвела подальше.

Вооруженные приближались к нам. Модель спряталась за обгоревшим реквизитом, и закрыла голову руками. Она не переставая визжала бандитам, что ничего не знает.

Мы с Оливером попытались следовать нашему плану, и затеряться в ораве фанатов. Однако добежать до них нам не удалось: две металлические загородки, разделявшие павильон на несколько студий, с грохотом ударились об пол. Еще одна стена поехала по рельсам сбоку, но ржавчина мешала ей двигаться так быстро.

- Все прогорело, а тросы работают! - воскликнул Джеронимо, глядя на нас.

Бандиты окружили нас, и ждали приказа.

- Оба выхода перекрыты, - сказал я.

Барбара была в самом эпицентре давки. Она даже не поняла, что произошло, и не обратила внимание на шум в другом конце ангара.

Оливер бросился наверх по полуразрушенной лестнице. Я едва увернулся от бандита, пытавшегося схватить меня, и последовал за ним. Внизу я увидел силуэт Скала - тот растолкал окруживших его подростков, и в последний момент успел протиснуться к нам. Загородки с грохотом ударились друг об друга.

Наверху было маленькое помещение для осветителей. На полу валялись обугленные лампы, и какие-то бумаги.

- Что нам делать? - повторял я, вертя в руках патроны, - Я не умею пользоваться пистолетом!

Я не рассчитывал на помощь Олли в этом вопросе. Тем не менее, он выхватил у меня оружие, зарядил, и щелкнул затвором.

- Вы умеете стрелять? - удивился я, - Значит, в вашем прошлом не все так просто? Прав был...

- У меня нет прошлого, - перебил Оливер, - а обращаться с пистолетом я научился от своих похитителей. В те редкие дни, когда меня выпускали из комнаты, я только и смотрел, как они этим занимаются.

Я понял, что в словах Олли снова появилось много спорного. А заодно вспомнил, как настоящий Оливер Маггетт хвастался, что может зарядить оружие и выстрелить быстрее, чем профессиональный военный. Судя по уверенным движениям Олли, его навык был практическим, и он не только смотрел на пистолеты, но и сам блестяще владел огнестрельным оружием... Но выяснять подробности нам было некогда.

- Вы уверены в том, что делаете? - спросил я.

- Я защищаю вас. И себя, - угрюмо ответил Оливер.

Вооруженные бандиты уже почти нашли нас, и спорить было глупо.

- Хорошо, тогда послушайте меня!

- Позже, - отозвался Маггетт, спрятавшись за стеной около двери.

- Но это важно! Я должен сказать вам про Скала, то есть Фредди!

Олли ухмыльнулся, и снял пистолет с предохранителя.

- Я больше не хочу про него слышать, - ответил он.

В тот момент я решил, что это просто оборот речи. Я высунулся вниз, и увидел, как вооруженные доложили Скалу о поисках.

- Я наверх, - ответил тот.

Один из наемников направился следом, и тут же получил удар ногой.

Оливер затащил меня обратно в комнату.

- Спрячьтесь, Джейсон, - сказал он, - они могут попасть в вас.

Раздался возмущенный крик, выстрелы, а затем все очень быстро стихло. Так прошло минут десять.

Я сообразил, что Скал убил наемников, и направляется к нам.

- Идемте вниз, - скомандовал я Олли.

Спускаясь по разломанной лестнице, я удивлялся тому, как мне удалось забежать наверх. Перила давно обрушились, ступени буквально разваливались под ногами, а местами их и вовсе не было. Эта лестница напоминала мне детский кошмар Эми: ей часто снилась ее школа, и высоченные лестницы, которые качались под ногами, и с которых она все время падала. Наяву зрелище оказалось еще более захватывающим: сквозь торчащие голые прутья я видел нижние этажи, толпу поклонников и разъяренного Дэниела. Барбара и офицеры, видимо, догадались, что мы наверху. Они оставили фанатов в покое, и все вместе крутили ржавый механизм. Загородки отодвинулись обратно. Наконец инспектор пробралась к лестнице. Эми шла за ней следом, и испуганно озиралась по сторонам.

Мы спускались с другой стороны ангара. Самым трудным участком оказался этаж, который решили не освещать. Я достал брелок с фонариком, и понял, что так спускаться будет еще страшнее. Олли целеустремленно прыгал по ступенькам, сжимая в руках пистолет.

Я услышал, что кто-то бежит наверх, и тут же едва не потерял равновесие: вместо одной ступеньки разрушенными оказались сразу три, а те, что уцелели, выглядели так, что наступить было некуда. Оливер помчался вперед, а фонарик замигал, и я едва мог рассмотреть дорогу.

Когда я преодолел препятствие, и поднял глаза, Скал стоял прямо перед нами. Он поднял руки, и попытался что-то сказать, но Оливер дважды выстрелил.

Внизу раздался крик Эми. Она не стала подниматься дальше, а к нам примчалась взволнованная Барбара. Она бросилась к умирающему Скалу.

- Фредди, очнитесь! - просила она, - Не засыпайте. Вы сможете выжить!

Но раненый ее уже не слышал. Некоторое время она пыталась привести его в чувства, а затем убрала руку с сонной артерии.

Оливер стоял рядом с убитым.

- Что вы наделали?! - закричала инспектор, - Этот человек был моим главным свидетелем! Он знал, как убедить остальных выступить в суде. Вчера я отвозила его домой, и мы обо всем договорились. Без живого свидетеля все мои улики напрасны!

- Ну почему же напрасны? - спокойно спросил Олли.

- Оливер, что вы натворили?! Почему оружие у вас? - проговорила Барбара.

- Джейсон сказал, что не умеет им пользоваться. Я думаю, что убив негодяя, поступил справедливо.

- Оливер, этот негодяй вам жизнь спас! - сказал я, - Фред не подпустил к нам банду Дэниела. А до этого он сделал так, чтобы вас не нашли в парке.

- А еще он добыл вам документы и пропуск в новую жизнь, - подтвердила Барбара, и швырнула Олли два доминиканских паспорта, и сумку с деньгами.

Некоторое время Оливер стоял молча. Он в ужасе смотрел то на тело, то на оружие в своих руках.

- Мне так жаль, - тихо проговорил Олли, глядя на меня.

- Отдайте, - потребовала инспектор, и выхватила пистолет у него из рук.

Оливер схватился за голову.

- Я не хотел, чтобы так получилось. Я не знал! Я могу выступить в суде.

- Нет, только не вы! - воскликнула Барбара без тени иронии, - С таким свидетелем мне точно рассчитывать будет не на что.

- Я убил его. Но я ученый, это невозможно. Так не должно было произойти. Я был уверен, что стреляю во врага, и защищаю вас, - говорил мне Олли.

- Я знаю, - ответил я. Больше ничего не оставалось.

- Что вы встали?! Убирайтесь! Оба! И чтобы я вас никогда больше не видела! - возмутилась инспектор.

Офицеры уже поднимались по лестнице. Оливер все смотрел на мертвого Фредди, и не мог произнести ни слова. Я пришел в себя быстрее, схватил сумку и паспорт на имя Пабло Сантеса, и поторопил Олли. Когда полицейские увидели тело, мы уже выбрались через дальние ворота ангара, и мчались по улице.

В гардеробе Олли снял с крючка куртку Скала, и надел на себя. До такси к аэропорту мы бежали со всех ног - через мост, и через весь парк.

Наш пленник едва успел на свой рейс. Посадка уже закончилась, но удача улыбнулась моему другу, и его пропустили. Возможно, сотрудники аэропорта посмотрели последнее видео Оливера Маггетта, и решили помочь ему. На этом мы попрощались.

Всю неделю я переживал из-за Эми. Мы договорились ни о чем не рассказывать Гарри, и между собой избегали тем, которые касались Оливера. Постепенно жизнь вернулась в привычное русло. Наступила осень, я все также прогуливал учебу, а затем отправился работать. Барбара ко мне больше не подходила. Теперь она занималась пробежками в другом парке.

Из новостей я узнал, что инспектор добилась разбирательства с Саймонсом, и ее оставили в покое. С Рупертом все обстояло сложнее: во время суда вскрылись такие факты о сотрудничестве Энтони и Дэниела, что их обоих арестовали прямо после заседания.

Чарли стал новым кумиром зрителей, пришедшим на смену Олли. Оставалось только надеяться, что со временем он не повторит судьбу печально известной знаменитости. Мое расследование подошло к концу. Пленник оказался на свободе, и начал новую жизнь. Спустя несколько лет он прислал нам с Эми свой дневник, в котором рассказывал о Доминикане. А я, несмотря на все свои усилия, так и не смог понять, какая из наших версий оказалась правдой, и кем на самом деле был человек, которого все называли Оливер Маггетт.