Вдоль ручья

Глава 1

Пригородная шестивагонная электричка с шипением остановилась на платформе «Семивражская». Двери распахнулись, и из вагонов высыпали пассажиры, около десяти человек. Среди них особенно выделялся двадцатилетний юноша в серой ветровке с капюшоном, своим видом напоминавший вьючного мула: спину его оттягивал рюкзак, на правом плече висела плоская сумка с ноутбуком, на левом – гитара в чёрном чехле, в руке он держал большой клетчатый баул, а к ремню на джинсах была пристёгнута маленькая сумочка с вещами, к которым нужен быстрый доступ: телефон, деньги, или наушники. Оказавшись на улице, юноша глубоко вдохнул и подставил лицо прохладному ветерку, испытывая облегчения после духоты в вагоне. Несмотря на прохладу лета, здесь было лучше, чем в переполненной электричке. Двери электропоезда с шумом захлопнулись, машинист дал сигнал, и состав покатился, набирая скорость.

Та сторона платформы, на которой вышли люди, имела крутой спуск, внизу раскинулся большой лиственный лес. Другая сторона была пологой, за рельсами расположился небольшой городок под названием Семивражск. Когда электричка уехала, все пассажиры, кроме нагруженного сумками юноши, пошли по мосткам через рельсы, все они приехали в город, а вот юноше предстоит пройти ещё несколько километров, его путь лежит через лес, за которым стоит село Побережное. Юноша ступил на железную лесенку и, придерживаясь свободной рукой за перила, стал осторожно спускаться. Лестница была старой, но ещё крепкой, но главным её неудобством были узкие ступеньки, поэтому стоило смотреть под ноги. Пару раз он чуть было не сорвался. Но вот ноги его ступили на твёрдую землю, юноша огляделся. Прямо от ступенек вела узкая тропка. Юноша глубоко вдохнул, наслаждаясь чистым лесным воздухом.

Данила, так звали парня, приехал на лето к своей бабушке. На днях он окончил первый курс в институте и теперь мог на время забыть об учёбе. Раньше Данила бывал у бабушки каждое лето, но в этот раз приехал впервые за два года – после школы юноша пошёл в армию, а после дембеля поступил в институт. Кроме того, это была его первая самостоятельная поездка, раньше в село он ездил с отцом на машине.

Данила стоял, собираясь с духом, переход через лес его немного пугал, ведь ориентироваться в нём он не умел. В школьные годы класс Данилы водили в поход, но от тех событий осталось мало воспоминаний, поэтому теперь ему придётся заново всё постигать. Наконец он сделал первый шаг в чащу, а вскоре шёл уверенно, будто гуляет по аллее парка.

Парень шёл, слушая птичьи переливы, под ногами шуршала прошлогодняя листва. В отличие от многих других лесов, этот не был загажен мусором, толи оттого, что он был менее посещаемым, толи сюда не заходили так называемые цари природы. Неожиданно у ног Данилы возник рыжий комок, тут же принявший очертания белки. Лесной зверёк с любопытством уставился на человека, потом исчез так же внезапно, как и появился. Данила улыбнулся, вспомнив, как у его одноклассницы в своё время жила белка. Сначала он тоже хотел себе завести рыжика, но, послушав совета подруги, делать этого не стал, ведь белки очень подвижны, поэтому должны жить в лесу.

В дороге Данила не замечал времени, ему нравилось это торжественное безмолвие и полное отчуждение от людской суеты. Но, наконец, он подумал о том, что слишком долго идёт, когда как должен был выбраться на опушку. В тот же миг в чаще послышался девичий голос, кто-то тихо пел. Данила вздрогнул от неожиданности. Среди деревьев промелькнула женская фигура в платье. Неизвестная остановилась, и пение смолкло. Данила замер, вглядываясь в чащу. Незнакомка направилась к нему, вскоре он смог хорошо рассмотреть её. Это была девушка не старше двадцати лет, среднего роста, стройная. Её светло-русые волосы были распущены и вились до пояса, окаймляя хорошенькое личико с небесно-голубыми глазами. Одета она была в пёстрый сарафан без рукавов на тонких бретельках. Данила невольно поёжился, глядя на её наряд, явно не соответствующий погоде.

— Ой, — произнесла незнакомка, — я думала, что одна здесь, — потом добавила, смущённо улыбнувшись, — Вы слышали, как я пела, да?

Данила, сам смущённый неожиданной встречей, не нашёлся, что ответить. Девушка казалась ему лесной нимфой, будто она была едина с этим лесом. Незнакомка, не дождавшись ответа, сделала шаг к парню. Её голубые глаза с любопытством изучали юношу с багажом.

— В поход идёте? — задала она новый вопрос.

— Нет, — ответил Данила, облизав пересохшие от волнения губы и чуть заикаясь, — в Побережное.

Незнакомка понимающе кивнула и улыбнулась.

— Неправильно Вы идёте.

— А-а-а, — протянул Данила, — то-то я думаю, слишком долго топаю.

— Хотите, провожу? — предложила девушка, протягивая ему руку.

— И не боитесь меня? — усмехнулся Данила.

— Почему Вас надо бояться? — удивилась незнакомка, — Я по глазам вижу, что Вы добрый.

— Внешность бывает обманчива, — многозначительно произнёс юноша, приняв её руку, девушка повела его по лесной тропинке.

— Вас как зовут? — поинтересовался Данила.

Незнакомка остановилась и в задумчивости взглянула на спутника.

— Не помню, — ответила она тихо.

— Это как? — удивился Данила. Девушка пожала плечами, потом спросила, с любопытством глядя на парня:

— А Вам не жарко?

Данилу настолько поразил этот вопрос, что он не сразу ответил, ведь о том, что лето в регионе холодное, гудели все СМИ.

— А Вам не холодно? — задал он наконец встречный вопрос, передёрнув плечами.

Теперь удивилась спутница.

— Да Вы что? Жара же! Я бы, честно говоря, искупалась. Кстати, мы идём к ручью!

Данилу пробрало до мурашек, мысленно он предположил, что эта девушка – «морж». Но учитывая, что она не помнила своего имени, у парня сложилось впечатление, что она странная.

— А меня Данил зовут, — представился он незнакомке.

— Красивое имя, — прокомментировала девушка с улыбкой, потом добавила, — может, на «ты»? Мне всего девятнадцать, Вам, то есть, тебе, наверное, не больше двадцати пяти.

Данила хохотнул.

— Я действительно выгляжу на двадцать пять? Мне двадцать.

— Ой, правда? — хихикнула она, — Ну вот, тем более!

— А ты из Побережного? — спросил Данила у девушки.

— Почти, — ответила та с улыбкой, — к тёте на каникулы приехала. Недавно окончила второй курс в медицинском.

— А я первый курс программиста окончил.

— Здорово! Современная специальность, нужная.

Спутники вышли на полянку, усеянную цветами, девушка, широко улыбнувшись, выпустила руку Данилы и бросилась их собирать.

— Глянь, какие красивые! — воскликнула она. Парень смотрел на неё, невольно улыбаясь, было в ней что-то детское, наивное. Её не пугал едва знакомый человек, не смущало, что он весь обвешен тяжёлыми сумками. В другое время это вызвало бы в нём досаду, но сейчас он почему-то радовался, глядя на неё. Нарвав букет, девушка прикрыла глаза и понюхала цветочки. Потом, будто опомнившись, взглянула на спутника.

— Ой, извини, пожалуйста, — проговорила она виновато, — пойдём дальше.

Вновь взявшись за руки, они продолжили путь. Вскоре они выбрались к потоку, больше походившему на речку, чем на ручей. Поток этот брал своё начало где-то в лесу и бежал к реке, на берегу которой и стояло село.

— Вот отсюда будет проще всего добраться, — сказала ему девушка, — ты ведь прямо от «Семивражской» шёл? Так ты взял слишком вправо, в следующий раз ищи ручей, и иди по нему.

— Я думал, что прямо иду, — сконфуженно проговорил Данила.

— Сразу видно, что ты никогда не ходил в лес, — ответила девушка со снисходительной улыбкой.

— Я ходил, — буркнул парень, — давно, правда, лет 6 назад.

Данила поставил на землю баул, снял рюкзак и сел прямо тут же, сильно устав от долгой ходьбы.

— Устал? — спросила девушка, присаживаясь на поваленное временем дерево, — Ну ничего, отдохнёшь, и можно будет дальше идти. А ты к кому приехал?

— К бабушке, — ответил парень, глядя на спутницу, — Алевтина Ивановна её зовут.

— Да?! — воскликнула девушка с радостной улыбкой, — Знаю её! Мы с тётей Таней часто ходим к ней в гости!

— Странно, что мы с тобой ни разу не пересеклись, — хмыкнул Данила, и тут же сам нашёл объяснение, — хотя я не приезжал сюда два года.

— Кстати, заходите к нам тоже, — пригласила его девушка, потом встала, отложив букет, — тебе точно не жарко?

— Да точно, — заверил её Данила, — и тебе в воду лезть не советую, простудишься ещё.

Девушка вновь села и скосила взгляд на левую руку Данилы.

— У тебя гитара с собой? Может, сыграешь? — попросила она, мило улыбаясь.

Данила вздохнул украдкой, снял с плеча ноутбучную сумку, потом, положив чехол на землю, извлёк гитару. Девушка с интересом наблюдала за ним. Пробежавшись по струнам, Данила взял аккорд и заиграл. Незнакомка слушала, глядя на парня, а потом вдруг закрыла лицо руками и беззвучно заплакала. Данила понял это по подрагивающим плечам. Пальцы неловко скользнули по струнам, смазав мелодию. Девушка вздрогнула и взглянула на него влажными глазами.

— Это… Было прекрасно, — прошептала она, вытирая слёзы. Данила удивлённо смотрел на неё.

— Ты чего это? — спросил он.

— Извини, Дань, — произнесла она, — просто… Ты меня так растрогал.

Данила, обескураженный произошедшим, стал запихивать гитару в чехол. Потом, подхватив свою ношу, он поднялся на ноги.

— Пойдём дальше? — спросил парень.

— А? Дальше? Эм, — девушка немного замялась, — Дань, ты иди, а я, наверное, тут ещё побуду.

Данила прищурился, глядя на странную спутницу.

— Всё хорошо? —вкрадчиво поинтересовался он.

— Да, всё нормально, правда, — заверила его незнакомка, — просто я всё-таки хочу искупаться. А ты иди, — тут она звонко рассмеялась, — а то я при тебе стесняться буду.

Данила хмыкнул, потом ответил:

— Ну, до встречи. Загляну тогда вечерком?

— Да, конечно. Будем ждать! Адрес наш твоя бабушка знает. Пока-пока!

Данила зашагал вдоль ручья, иногда оглядываясь и невольно улыбаясь. Оборачивался он не с тем, чтобы подглядеть за девушкой, тем более, та не торопилась раздеваться, видимо ждала, когда её новый знакомый отойдёт подальше. Но вот Данила оглянулся в очередной раз и никого не увидел. Это показалось ему странным, ведь он не слышал шагов, значит, уйти она не могла, плавать под водой она тоже не могла, потому что тогда был бы слышен всплеск, а на бережке лежала бы её одежда. Развернувшись, он пошёл назад широкими шагами, а, остановившись на том месте, где они расстались пару минут назад, осмотрелся.

— Эй, ты где? — позвал парень обеспокоенно. Ответом ему было лишь пение птиц, да тихий бег потока. Данила в лесу был один. Ему стало жутко, неужели он встретил лесного духа? И имени она своего не помнит, и в холод носит лёгкий сарафан, ещё и в воду хотела лезть. Но ведь, если верить ей, она знала его бабушку. Рукавом ветровки Данила вытер пот со лба и вновь пошёл по течению, мучимый мыслями о произошедшем. Парень был скептиком, в сверхъестественное не верил, поэтому старался найти приземлённое объяснение. Наконец Данила убедил себя в том, что это ему приснилось. Шёл себе, шёл, устал, прилёг, задремал, ведь такое вполне могло произойти.

Глава 2

Деревья стали редеть, впереди блеснула водная гладь. Поток, вдоль которого шёл Данила, впадал в широкую реку, на правом берегу которой раскинулось крупное село, а на левом виднелось нагромождение гор.

Поселение было выстроено в виде восьмиконечного солнца: на центральной площади стоял четырёхугольный храм с серебряным луковичным куполом, а от него, будто лучи, тянулись длинные улочки с домами. Главная улица вела от ворот храма и была шире остальных, оканчивалась она у большой пристани, Побережное сообщалось с внешним миром не только сухопутно, но и по воде. На главной улице приютились магазины, местный дом культуры и питейное заведение. Первые от храма дома были больше остальных и имели значимость: одно из строений занимала больница, другое было выстроено для школы, в третьем же размещался сельсовет, там же и жил глава администрации, четвёртый дом занимала полиция.

Данила вышел к реке и осмотрелся. Странно, но он будто никогда и не знал о существовании ручья, а ведь в Побережном, можно сказать, прошло его детство. Когда парень поравнялся с пристанью, его окликнули. Обернувшись на голос, он увидел идущего к нему человека на пять лет старше себя. Тот улыбался, широко раскинув руки.

— Дэн! — воскликнул тот, — А я тебя сразу узнал!

— Привет, Андрюха! — обрадованно отозвался Данила, позволяя заключить себя в объятия.

— Ты, что ль, к Ивановне? — спросил Андрей.

— Ага, в городе тоска смертная, вот и решил сюда свалиться, — кивнул Данила.

— Ну и правильно! — похвалил его Андрей, — Нечя в городе делать, молодец, что сюда сорвался. Слушай, сколько мы не виделись? Года два?

— Ну да, где-то так, — задумчиво ответил юноша, — как раз я в армию уходил.

— Точно! А сейчас чем занимаешься? — поинтересовался Андрей.

— На программиста учусь, первый курс окончил. Сам-то как? — спросил Данила, ставя баул на землю. Он и Андрей были старыми приятелями, в детстве много времени проводили вместе, им даже не мешала разница в возрасте.

— Если тебя спросят, кто самый счастливый на планете, сразу ко мне отправляй! Машка этой осенью в школу пойдёт, старики, слава Богу, ещё живы.

— Как? Твоей уже 7? — ахнул Данила, — Время-то как летит.

— Ага. Вот, кажется, только вчера сами школьниками были. Заглядывай обязательно. Мы сейчас у моих живём, в нашем семейном гнёздышке ремонт, батя нас чуть ли не силой к себе перетащил. Уж так хвалит Ларису, и мама моя от неё в восторге, — Андрей усмехнулся, — мне кажется, что если мы когда-нибудь поссоримся с ней, то мама скорее примет её сторону.

Данила хохотнул и подхватил свою ношу.

— Ладно, Андрюх, погнал я, позже ещё увидимся.

— Да, заходи. Ивановне привет передай и скажи, что завтра всё организую. Ну, она знает.

Данила кивнул и пошёл по главной улице. Приблизившись к храму, парень остановился, возвёл глаза к небу и перекрестился. Вообще, он никогда не задумывался о вере, ему по большей части было всё равно, но сейчас в нём что-то перемкнуло, тем более, храм этот сам по себе был величественным, он производил впечатление на многих и внушал благоговение даже неверующим.

Свернув на один из лучей, Данила подошёл к деревянному забору, за которым стоял дом с красной крышей. Едва он вошёл через калитку, как из будки, бряцая цепью, выскочила чёрно-рыжая немецкая овчарка. Пёс сначала ощетинился и зарычал, но, признав в незваном госте своего, залился радостным лаем. Верный сторож бросился к человеку, встав на задние лапы, упёрся передними Даниле в грудь. Данила потрепал пса по голове.

— Григ! Привет, дружище! Узнал меня?

На крыльце домика появилась сухенькая подвижная женщина в стареньком платье. Увидев юношу, она бросилась к нему на шею.

— Данилушка! — воскликнула она, обнимая внука. Тот, широко улыбаясь, обнял её свободной рукой. Сейчас женщина была ему по плечо, за два года она сильно состарилась, но при этом не растеряла былой живости. Григ продолжал заливисто лаять, бегая вокруг людей.

— Привет, ба. Я к тебе на лето. Пустишь? — произнёс юноша, улыбаясь.

— Да хоть на год! В кои-то веки приехал!

Данила кивнул, вновь потрепал пса по голове, а тот принялся кататься по земле.

— Уж такой озорник! Приходится держать его на цепи, а то ведь он никому жить спокойно не даст.

— Зато, если чужой полезет, он не сможет его за зад укусить, — ответил Данила, повернувшись к бабушке.

— Да кто залезет? — махнула рукой женщина, — кому я нужна? Да и цепь не такая короткая. Это я его так, чтобы по селу не бегал.

— А, кстати, ба, тебе от Андрюхи привет. Сказал, что завтра зайдёт.

— Ой, наверное, он занят сильно, ещё и я тут его загрузила работой.

— А что случилось-то? — поинтересовался внук.

— Да у меня водопро́вод прорвало, — ответила женщина, делая неправильное ударение, — кран-то я перекрыла, а как без воды? Пока, насколько сил хватает, хожу на реку. Ну ничего, жили же люди раньше.

Данила хмыкнул.

— Раньше, ба, и электричек не было, люди на лошадях неделями добирались.

Каждый раз, когда Алевтина Ивановна заговаривала на тему того, что раньше без чего-то обходились, внук приводил аргументы в пользу прогресса.

— Ну спорщик! — по-доброму пожурила внука бабушка, — Ладно, будет на улице стоять, проходи в дом.

Оставив сумки в сенях, Данила прошёл в дом, имевший две комнаты и кухню с русской печкой. С ней соседствовали предметы современного быта, например, холодильник и электроплитка. Газ в село проводить не торопились, поэтому большинство жителей готовили на электричестве, или в печах. У некоторых, правда, имелись газовые баллоны, но Алевтина наотрез отказалась от такого оборудования, боясь, что когда-нибудь её дом взлетит на воздух. Вымыв руки в рукомойнике, Данила сел за стол, а старушка принялась доставать из холодильника то, что было приготовлено. Обед состоял из щей, картофельной запеканки с мясом, овощного салата.

— Ну, рассказывай, внучок, как жизнь молодая, — сказала женщина, когда они оба сидели за столом.

— Да как, — пожал плечами Данила, — нормально. Первый курс окончил. Мама уехала на переобучение.

— Небось, у тебя уже и невеста есть?

Данила покачал головой.

— Нет, бабуль.

— Дай-то Бог до правнуков дожить, — произнесла Алевтина Ивановна со вздохом, — в тебе только и нахожу утешение.

Данила кивнул, прищурившись. Алевтина Ивановна была его бабушкой по отцу, который геройски погиб несколько лет назад во время боевых действий. Данила, для которого отец был авторитетом и примером мужества, тоже хотел связать свою жизнь с военной службой, но мама слёзно упросила выбрать другую стезю. Поначалу Данила тайно досадовал, но, когда первый курс обучения подходил к концу, парень, что называется, втянулся.

— Плохо, небось, в городе? — спросила старушка, переводя тему.

— А то! — подхватил внук, — Каждый год одно и то же, как лето начинается, так под окнами орут, музыка на всю гудит.

— Вот и хорошо, что ко мне приехал, — улыбнулась женщина, — здесь у нас тишь, да покой.

— Ты-то как поживаешь? — поинтересовался юноша.

— Слава Богу, жива-здорова. Летом всё в огороде, а зимой от скуки помереть можно.

— Ты всё ещё занимаешься огородом? — удивился Данила.

— А что? Пока есть силы, буду работать. А уж сколько слов благодарности я за свои закрутки услышала!

Данила чуть улыбнулся. Откровенно говоря, он завидовал тому, сколько энергии в его бабушке.

После обеда Данила стал разбирать вещи. Раскрыв чехол с гитарой, он замер, пытаясь понять, что тут не так. Дело в том, что гитара лежала неправильно, обычно её следует класть плоской частью к спине, сейчас же было ровно наоборот. Тут же в памяти всплыла встреча в лесу, это ему точно не приснилось, а инструмент он укладывал впопыхах. Данила подошёл к бабушке.

— Ба, тут такое было! — начал он в волнении.

— Что такое? — насторожилась женщина.

— Я, когда от станции шёл, заблудился. И тут встречаю девушку. Она меня вывела к ручью, а потом пропала. Но не это странно. Во-первых, в такой холод она была в сарафане без рукавов, во-вторых, имени своего не помнит.

— Господи, — прошептала женщина и вопросительно взглянула на внука, мол, что ещё? Данила продолжил:

— Говорит, что знает тебя. Она племянница какой-то Тани, твоей знакомой, ба.

Женщина, стоявшая в это время у рукомойника и домывавшая посуду, проследовала к скамье и тяжело опустилась.

— Господи Иисусе, быть того не может, — прошептала она, — внучек, ты точно ничего не перепутал?

— Нет, — ответил парень недоумённо, — а что?

— Да ведь Танюшки, почитай, уж 5 лет на свете нет! — воскликнула Алевтина Ивановна, — И племяшка её, Аринка, пропала!

Данила слушал её с недоверием, как может быть такое, что человек, пропавший 5 лет назад, ведёт себя так, будто вышел из дома только в это утро?

— Подожди, ба, — пробормотал он и стал описывать встреченную им девушку.

— Ну да, это Арина! — старушка тяжело вздохнула, — пропала она 5 лет назад. Приехала к Танюшке, тёте своей, на лето. Однажды пошла в лес и не вернулась. Её искали, но так и не нашли. Таня-то от всех этих переживаний и слегла. Через месяц умерла.

— Кого же я встретил в лесу? — с тревогой спросил Данила.

— Ой, Данилушка, не знаю. То, что ты рассказал, странно.

Данила чувствовал дрожь в коленях, он припомнил, что эта встреча сама по себе была странной. И невозможно всё это объяснить с научной точки зрения. Алевтина Ивановна, заметив дрожь в теле внука, встала.

— Сейчас успокоительного тебе накапаю, — потом добавила тихо, — и себе тоже.

Старушка достала из шкафчика две рюмки, нацедила в каждую какое-то лекарство, по кухне разошёлся характерный запах. Данила не стал спорить и выпил содержимое.

— А где их дом-то? — спросил он наконец, имея в виду Арину и её тётю.

— На нашей же улице, через 2 дома, как выходишь – налево, к реке. Синяя крыша, он один такой, — забормотала женщина, потом спросила, — хочешь пойти туда? Думаешь, обманываю?

— Да не, что ты? Просто, — попытался ответить Данила, но и сам не знал, что его тянуло, он понимал лишь одно – в этой истории явная мистика, как бы он ни отрицал существование потусторонних сил.

— Ты бы лучше в церковку сходил, внучок, — посоветовала женщина.

— Да, пожалуй, — согласился Данила, понимая, что сделать это необходимо. Потом он решил перевести тему, чтобы отвлечься от тревожных мыслей, — ба, может, тебе помочь чем-то нужно?

—Пока справляюсь. А вот дому бы небольшой ремонт не помешал. Ты-то ко мне давно не приезжал, а других просить не могу, тот же Андрюшка вечно занятый, у него у самого отец с матерью, тут ещё дочка подрастает. В общем, нету у меня помощников.

Данила улыбнулся.

— Вот как чувствовал, инструменты с собой захватил.

— Так вот, чего сумки такие огромные! А я-то думала…

Сейчас же Данила обошёл весь дом и осмотрел. Работы, как оказалось, потребуется не так много, нужно будет заменить несколько досок на крыльце, в некоторых местах починить проводку. Бане, соседствовавшей с домом, ремонт и вовсе не требовался. Чтобы не терять времени и отвлечься от мыслей о сегодняшней встрече, парень занялся делом. Недостающие вещи можно было раздобыть в строительном магазинчике. Несмотря на малый объём работ, устал Данила сильно, когда настало время спать, он едва успел положить голову на подушку, как сон прибрал его к рукам, только Алевтина Ивановна ещё не ложилась, сначала она суетилась по дому, а потом долго молилась перед иконами.

Глава 3

Проснулся Данила раньше обыкновенного. В обычное время, если он не ставил будильника, вставал в одиннадцатом часу, а сегодня пробудился в половине девятого. Это было неудивительно, свежий воздух способствовал здоровому сну. Спрыгнув с кровати, Данила потянулся. В комнату заглянула Алевтина Ивановна.

— О, ты уже встал?

— Доброе утро, ба.

— Доброе утро. Ну, беги умываться, потом сядем завтракать.

После физзарядки Данила приступил к водным процедурам. Пока юноша приводил себя в порядок, его бабушка сварила в печи пшённую кашу на молоке.

— Чем сегодня займёшься? — поинтересовалась старушка за завтраком.

— Жалко, не спросил у Андрюхи, когда он придёт. Так бы прошёлся по улице, — ответил внук.

— Ну ты иди, а я, когда он придёт, позвоню тебе, — махнула рукой Алевтина. У неё имелся простенький мобильный телефон.

— Связь-то тут не ловит, — пожал плечами Данила.

— Это интернет тут не ловит, — возразила женщина, произнося вторую «е» так, как она пишется, — а сотовую, слава Богу, можно поймать. За годы тут с этим получше стало.

Покончив с завтраком, Данила вышел из дома. Григ, почуяв его, радостно залаял. Парень подошёл к нему, погладил.

— Я скоро вернусь, — сказал он псу и вышел за калитку. Повернув налево, он прошёл два дома и остановился напротив того, что был с синей крышей. Участок не выглядел сильно заброшенным, хотя сорная трава лезла отовсюду, было видно, что кто-то, хоть иногда, но приезжает. Из этого Данила заключил, что у прежних обитателей этого дома есть и другие родственники, например, дети Татьяны, или родители Арины. Но сейчас дом пустовал, об этом свидетельствовала заросшая калитка.

Развернувшись, Данила зашагал к храму. Остановившись перед папертью, парень трижды перекрестился и отдал поясной поклон, потом, миновав притвор, вошёл в просторное помещение, повторив действие. По церкви медленно прохаживался пожилой мужчина в чёрном подряснике с крестом на груди. Был он высок, спину держал прямо. Данила определил, что мужчине не больше шестидесяти пяти лет. Мужчина в подряснике, в свою очередь, уже изучал захожанина. Данила приблизился к нему и, не зная правил, кивнул.

— Здравствуйте, — сказал ему священник приятным баритоном.

— Здравствуйте, батюшка, — ответил Данила тихо, смущённый царящей вокруг безмолвной торжественностью.

— Вы, надо полагать, внук Алевтины? — поинтересовался мужчина.

— Да, — не без удивления ответил парень, а священник улыбнулся.

— Похожи. Она за вас всегда молится. Даниил?

— Ну, —замялся тот, — да, если по церковному. А так Данила.

— А я Валентин Сергеевич.

— Отец Валентин, я, вообще-то, как раз сюда шёл, — начал Данила. Валентин Сергеевич внимательно посмотрел на юношу, — не знаю, даже, с чего начать. В общем, вчера я в лесу девушку встретил, по описанию бабушка признала в ней пропавшую 5 лет назад Арину, это племянница Татьяны… — парень замолчал, не договорив. Отец Валентин сделал шаг назад и перекрестился.

— Господи, она что, нашлась?

— Не знаю, — пожал юноша плечами, — говорит, что ей девятнадцать, а вот имени своего не помнит.

Валентин Сергеевич вздохнул.

— Татьяна действительно почила, я сам отпевал её. А Арина пропала, даже следов её не нашли. Знаете, Даниил, я уже немолод, встречался со многими вещами, но объяснить это явление не могу.

— Жаль, — ответил Данила, потупив взгляд, — бабушка очень советовала сходить в церковь.

— Не думаю, что она отправила Вас сюда за ответами. Мало ли, что Вы встретили, вдруг это нечистый? Вы, Даниил, веруете?

— Не знаю, — признался парень, — никогда не думал об этом. В детстве один раз бывал в храме, но…

— А Вы крещёный?

Данила с уверенностью кивнул.

— Да, это я точно знаю.

— Я мог бы благословить Вас на решение этой загадки, ведь правда, странно, за столько лет ни единого следа, а тут Вы её встречаете, тем более, моя внучка, Лиза, дружила с Ариной.

Данила выжидающе смотрел на священника, а тот продолжал:

— Но я Вам настоятельно рекомендую посетить сегодня вечером службу, где будет исповедь, а завтра утром причаститься.

— Зачем? — не понял юноша.

— В таинстве Причастия мы, принимая Тело и Кровь Христа, впускаем его самого в себя. Увы, так просто и быстро этого не объяснить, но главное здесь – благоговение и искренняя вера.

Данила задумчиво кивнул.

— Да, конечно, только я ничего не знаю.

— Попросите бабушку Вас просветить, она будет только рада помочь.

— Я понял, — кивнул парень, — спасибо, отец Валентин.

Домой Данила вернулся в задумчивости. Алевтина Ивановна встретила его.

— Даня, что случилось? — спросила она с беспокойством.

— Я заглянул в церковь, пообщался с батюшкой, — сообщил тот.

— И что он тебе сказал?

— Что нужно исповедаться и причаститься, — ответил внук, пожав плечами, — будто я знаю, что и как делать.

— Ну давай я тебе расскажу. А потом вместе сходим, добро?

Парень кивнул, и старушка принялась рассказывать о том, как проходят богослужения, что из себя представляет исповедь, как себя вести на Евхаристии, и что нужно читать при подготовке. Голова от этого шла кругом, благо, он всё легко усваивал. Но больше всего его пугала исповедь, ему придётся вспомнить все свои грехи, за всю жизнь, ну или, как минимум, за десять лет, именно столько Данила не посещал церковь. Алевтина посоветовала записывать всё на листок. Взялась было помочь с составлением списка, но Данила, и без того смущённый, наотрез отказался, были вещи, которые ей знать не следовало. А ещё Данила пытался понять, перед кем ему будет страшнее исповедоваться, перед священником, или перед Богом. Хотя он был далёк от веры, но в интернете часто встречал публикации на религиозную тему, больше всего ему запомнилась формулировка «Священник -всего лишь свидетель твоей исповеди». Но пока что парню было трудно постичь это.

Ближе к полудню пришёл Андрей, о его появлении возвестил громкий лай Грига. Данила выскочил на крыльцо. Андрей держал в руках чемоданчик с инструментами, на плече висел моток гибкой трубы небольшого диаметра.

— Григ, тихо! — приказал парень псу, тот замолк, а Андрей вошёл на участок, с опаской поглядывая на будку.

— Каждый раз, когда захожу, боюсь, что выскочит и за задницу тяпнет, — нервно хохотнул старший товарищ.

— Зато зря не лает, а только, если кто-то слишком близко проходит, — ответил юноша, — помнишь собаку у Сан Саныча?

— А то! Мимо пойдёшь – всё равно облает! Голос-то громкий, а сама не больше курицы была.

На крыльцо вышла Алевтина.

— Здравствуй, Андрюша!

— Здрасьте, Алевтина Ивановна! — помахал рукой мужчина.

— Спасибо тебе, что заглянул.

— Да что Вы, не стоит. Ну что, не будем терять времени?

Андрей осмотрел коммуникации и приступил к ремонту. Выяснилось, что нужно менять трубу. Данила, хоть мало понимал в сантехнике, активно помогал своему другу.

Наконец трубу поменяли, Алевтина стала уговаривать Андрея остаться на чай, но тот, хоть и с сожалением, отказался.

— Машке сегодня обещал поездку на лодке, так что, извините, побежал я.

Алевтина проводила Андрея, а Данила сел за стол и задумался. Он стал прокручивать в голове почти всю свою жизнь, вспоминая, какие проступки мог совершить. На удивление, их оказалось не так много, точнее, они были не так разнообразны, а большинства вещей юноша уже давно не делал. Из тяжких грехов, пожалуй, была только близость с одноклассницей 5 лет назад, а так, Данила даже не матерился, находя, что русский язык и без того богат на выражения.

Вечером бабушка и внук отправились в храм, богослужение произвело на парня большое впечатление. Всё ему казалось таинственным и торжественным. А когда Данила стоял в очереди на исповедь, его била мелкая дрожь, хоть ему и казалось, что он подготовился, всё-таки юноша немного переживал. Но вот он подходит к аналою, рядом с которым стоит батюшка с епитрахилью, и начинает свою тихую речь с обращения к Господу, говорит, что очень давно не был в храме и не приступал к исповеди, потом перечисляет то, что накопилось за долгие годы. В какой-то момент Данила путается, замолкает. Отец Валентин, заметив бумажку в руках юноши, подсказывает:

— Вы ведь записывали?

Опомнившись, парень пробегает взглядом по списку, озвучивает. Свою исповедь он оканчивает просьбой к Господу о прощении и защите. Отец Валентин после небольшого наставления накрывает голову Данилы епитрахилью и читает разрешительную молитву. Данила крестится, целует крест, Евангелие. Батюшка благословляет его на Причащение, и юноша с поклоном отходит в сторону. И тут Данилу совсем разобрало, почему-то дрожало всё тело, даже захотелось всплакнуть. Сзади его обняла бабушка. Парень развернулся, с высоты своего роста встретился с ней взглядом. Она смотрела на него с ласковой улыбкой.

— Сходи, попей воды, — сказала она тихо. В храме стоял чан со святой водой, каждый желающий мог набрать её себе домой, или пить здесь, для этого рядом с чаном стояли стеклянные стаканы. В иное время Данила побрезговал бы пить из общей посуды, но сейчас он об этом даже не задумался. Выпив воды, он опустился на лавку и, закрыв лицо руками, сделал глубокий вдох, медленно выдохнул. Подумать только, сейчас он обнажил всё, что так долго носил в себе, о некоторых вещах не знали даже родные.

Вечером, после лёгкого ужина, Данила прочёл последование ко Святому Причащению. Текст ему казался сложным, много раз он возвращался к тому или иному фрагменту, чтобы лучше понять прочитанное. Некоторые вещи объясняла бабушка, некоторые он и сам стал понимать.

По утру они вновь пошли в храм. Данила с удивлением узнал, что до Причастия не принято ни есть, ни пить. На этот раз народа было больше. Это богослужение, как и вчерашнее, впечатлило Данилу, а в Евхаристии, хоть и не в полной мере, но парень ощутил святость и великую тайну. Но особенно его почему-то зацепило чтение Святого Евангелия, в этот день читали отрывок, где фарисеи и книжники обвиняли Христа в том, что Он изгоняет беса силой князя тьмы, на что Он ответил: «Всякое царство, разделившееся само в себе, опустеет».

После проповеди священника народ, поцеловав крест в его руках, стал расходиться. Данила же стоял в стороне, ожидая продолжение вчерашнего разговора. Валентин Сергеевич вошёл в алтарь, потом появился вновь, в одном лишь подряснике. Увидев юношу, подошёл к нему. Алевтина Ивановна тем временем сидела на лавке.

— Итак, Даниил, — заговорил священник, — думаю, Вы готовы. Татьяна была нашей прихожанкой, её племянница, когда гостила у неё, тоже посещала службы. Я с ней толком не успел познакомиться, но, как я уже говорил, с моей внучкой Арина была дружна. В то время Лиза пела в нашем хоре. Но в тот год, когда Арина пропала, между подругами случился разлад.

— А что полиция на этот счёт говорит? — поинтересовался юноша, думая о том, что всё то же самое могли знать и блюстители порядка.

— Ничего, — мрачно ответил мужчина, — дело завели, но на предложение опросить знакомых отмалчиваются. Но если Вы не ошиблись, тут совсем другое дело, — Отец Валентин благословил Данилу, потом продолжил, — Моя Лиза живёт в Семивражске, Успенского 3, квартира 1. Поговорите с ней, она мне говорила, что переживает за Арину. В общем-то, на мои расспросы Лиза не отвечала, говорила, что Арина просила сохранить это в тайне.

— Подождите, а что значит «не хотят опрашивать знакомых»? — спросил парень.

— То и значит. Тогда, можно сказать, у нас на всё смотрели сквозь пальцы. Но это и было при другом участковом. А сейчас, за давностью лет, при всём желании следов не найдут. Но, я повторюсь, если всё так, как Вы говорите, тут полиция в принципе бессильна. Призраки не в их компетенции.

— Спасибо, Отец Валентин, — с чувством ответил Данила и, попрощавшись, подошёл к бабушке. Женщина взглянула на него.

— Идём домой, ба? — обратился к ней юноша.

— Да, пойдём, — кивнула старушка. Вместе они вышли из храма. Данила уже чувствовал голод.

Глава 4

За завтраком Данила был молчалив и сосредоточен. Внезапно он спросил:

— Бабуль, ты веришь в мистику?

Алевтина задумчиво подпёрла подбородок.

— Не знаю. Я об этом стараюсь не думать. Божьи дела точно есть, из личного опыта знаю, а вот мистика… Ты всё из-за Аришки?

— Ну да. Я вот всё думаю, если я встретил призрака, то к чему это? Почему, в конце концов, я?

— Пути Господни неисповедимы, — изрекла Алевтина, возведя взгляд вверх, потом спросила у внука, — сегодня пойдёшь к Лизоньке?

— Да, мне эта история покоя не даёт.

— А ну как снова Аришу встретишь? — обеспокоилась старушка, — Ты, пожалуйста, береги себя. Бесы-то ведь тоже не дремлют.

— Буду, ба, — пообещал внук, потом задал новый вопрос, — а у них родственники есть?

Алевтина Ивановна задумалась.

— У Танюшки сестра Кристина, это она мать Арины. У Арины ещё и брат есть, Максим. Его я, если не соврать, раза три всего-то и видела, да и то, один раз на похоронах Тани.

— Вот Арина говорила, что бывала у тебя с тётей, — задумался юноша, — а как так вышло, что я с ними ни разу не пересёкся?

— Вспомни, ты же целыми днями на улице пропадал! — воскликнула Алевтина.

— Да, точно. Всё равно, странно.

После завтрака Данила отправился в Семивражск. Старушка долго крестила внука, призывая на него Божью помощь. Юноша вышел к берегу реки, повернул налево и, добравшись до потока, свернул в лес. Сегодня было всё так же прохладно, Данила даже накинул капюшон. Он шёл, вновь слушая лесную симфонию: где-то голосила кукушка, а неподалёку дятел выстукивал клювом по дереву. Тут Данила заметил, что по течению ручья что-то плывёт. Приглядевшись, он понял, что это венок из цветов. Присев на корточки, он дотянулся до венка и вытащил из воды, невольно улыбаясь. Дождавшись, когда с цветков стечёт вода, парень положил венок себе на голову и пошёл дальше. Выйдя к тому месту, где ещё позавчера он оставил лесную нимфу, ахнул, вновь увидев её. Девушка сидела на траве, погрузив босые ноги в воду, её обувь стояла рядом. Услышав шаги, девушка обернулась, её лицо осветилось улыбкой, лишь только она увидела своего знакомого.

— Даня! — воскликнула она, — Привет! А я, веришь ли, о тебе думала как раз! — приглядевшись, она улыбнулась ещё шире, — Это же мой венок?

Данила глупо усмехнулся.

— Если только никто, кроме тебя, их тут не пускал, тогда твой.

— А я слышала, что раньше так девушки себе жениха искали, — ответила девушка и смущённо захихикала. Данила подошёл к ней и сел рядом.

— Ты так и не вспомнила, как тебя зовут? — поинтересовался он осторожно, чувствуя лёгкую тревогу от этой встречи. Девушка покачала головой.

— Нет, прости. Кстати, ты разве уже заходил к бабушке?

— То есть?.. — недоумённо спросил юноша.

— Ну ты шёл с сумками, пара мгновений, и ты идёшь обратно уже пустой, — ответила она, болтая ногами в воде.

— Как?.. — почти шёпотом проговорил Данила, дёрнувшись, — пара мгновений?

— Ну да. Я же купаться собиралась. А-а-а! Я поняла, решил составить мне компанию, а вещи оставил неподалёку? — она задорно подмигнула парню.

Данила помассировал виски пальцами.

— Эм, послушай, — пробормотал он, собираясь рассказать то, что знает о ней, но передумал и лишь спросил, — тебя, случайно, не Арина зовут?

Девушка замерла, глядя в глаза парню, выражение её лица менялось от удивлённого до обеспокоенного. Наконец, она прошептала:

— Да, Арина. Как это я могла забыть?.. — девушка подобрала под себя ноги, — Данил, а как это может быть?

Парень разозлился на себя за свою болтливость, понимая, что сделал что-то неправильно, попытался подбодрить Арину:

— Видимо, тебе тут настолько нравится, что ты даже себя забыла.

— Да, точно! — рассмеялась Арина. Данила облегчённо выдохнул. Между тем он отметил, что девушка не осознаёт даже времени, она находится в позавчера, более того, в той же самой минуте, когда они расстались. О том, что перед ним разыгрывают представление, он даже и не думал, слишком уж естественно девушка себя вела, чтобы играть роль пропавшего несколько лет назад человека. Он хотел спросить, какой, по её мнению, сейчас год, но вовремя прикусил язык, чтобы вновь не смущать и не расстраивать её. Встав, парень торопливо произнёс:

— Ты извини, Арин, но мне надо бежать.

— А куда ты? — спросила Арина, следя за ним взглядом.

— в город, надо там кое-что, — уклончиво ответил Данила.

— Ну ладно, — вздохнула она, — мы увидимся ещё?

— Да, я думаю, увидимся. Пока.

Повернувшись, Данила пошёл быстрыми шагами. Новая встреча с девушкой потрясла его. Ему показалось, что с момента, когда Арина услышала своё имя, она стала тревожной и чуть погрустнела. Здесь и правда была замешана какая-то тайная сила, и уж точно не от Господа это исходило. Данилу передёрнуло от мысли, что он мог повстречать нечистого духа.

— Господи, спаси и сохрани, — прошептал он и перекрестился.

Остаток пути до платформы прошёл без приключений, дойдя до истоков ручья, Данила без труда выбрался к железной лестнице. Пересёкши рельсы, он оказался в городе. Это был самый обычный спальный городок, каких множество по всей стране, преимущественно он был застроен пятиэтажными хрущёвками, были дома в два этажа, но выше пяти здесь домов не строили. Прохожие, глядя на Данилу, почему-то странно улыбались. Юноша не мог понять, в чём тут дело, и решил просто не обращать на них внимание. Открыв карту в телефоне, он сориентировался по улице и выбрался к нужному дому. Двери подъездов не имели домофонов и других видов замков, поэтому он без труда вошёл. Сделав глубокий вдох, он нажал звонок под цифрой 1.

— Кто там? — послышался из-за двери женский голос.

— Я от Валентина Сергеевича, — ответил Данила и вздрогнул, когда по подъезду прокатилось эхо. Щёлкнул замок, открылась дверь. На пороге стояла женщина чуть старше Данилы. Увидев гостя, она засмеялась и тут же зажала себе рот рукой.

— Ой, извините, — пробормотала она сконфуженно, но тут же вновь засмеялась.

«Да что сегодня все щерятся?», — подумал парень, и сейчас же до него дошло. Он провёл ладонью по голове, нащупал венок из цветов, теперь и он засмеялся.

— Это я с ним всю дорогу шёл? А я и забыл про него. Простите, Вы же Елизавета?

— Да, всё верно, — улыбнулась женщина, — а Вы?..

— Данила. Может, знаете Алевтину Ивановну? Я её внук.

— Ну как же, знаю, — улыбнулась Лиза и пригласила гостя в квартиру. Данила вошёл и разулся, повесив венок на перила в подъезде. Хозяйка предложила юноше чай, а тот не стал отказываться. Беглым взглядом Данила оценил обстановку и сделал вывод, что Лиза – замужняя женщина, более того, она – мать. За чаем Лиза поинтересовалась о том, что привело Данилу к ней. Юноша, немного помедлив, коротко ответил:

— Арина.

Лиза вздрогнула, опустила голову.

— Это тёмная история, Данила, — проговорила она, — и отчасти моя вина в том, что Арина пропала. Но скажите, разве спустя столько лет полиция решила возобновить поиски?

Данила покачал головой.

— Нет. Лиза, я встретил её позавчера в лесу.

Женщина внимательно посмотрела в лицо гостю, пытаясь понять, шутит ли тот.

— Как это? — спросила она отрывисто.

Данила рассказал всё с самого начала, а потом поведал о том, что произошло, когда он шёл из села в город. Слушая его, Лиза менялась в лице, то веря, а то не веря.

— Ничего не понимаю, — пробормотала женщина, — описываете Вы её так, какой она была 5-6 лет назад, но ведь за это время она выросла?.. — запнувшись, она добавила, — бы. Но если и одета не по погоде. Вода, говорите, холодная? Моржом Арина не была.

— Мистика какая-то, — произнёс Данила на выдохе, — но в чём тут Ваша вина?

Лиза вздохнула.

— Мы с Аришкой были подругами с детства. Я чувствовала, что она тянется ко мне, как к духовной сестре. Особенно мы сблизились за год до её пропажи. В её семье случилось несчастье, ей требовалась помощь.

— А что произошло? — поинтересовался парень.

Лиза покачала головой.

— Я не могу Вам этого сказать. Так вот, в то лето, когда мы виделись последний раз, приехала она не одна, а с институтской подругой, как выяснилось, живёт здесь же, в Семивражске. Та плохо повлияла на Арину, моя подруга стала избегать меня. Так вся наша дружба сошла на нет, тут я ничего не могла сделать.

— И в чём тут вина? — не понял Данила.

— Эта её новая подруга, — осторожно произнесла Лиза, — скажем, у меня сложилось впечатление, что она ведёт развязный образ жизни.

— Думаете, Арина из-за неё пропала? — хмыкнул Данила.

— Нет, — уверенно возразила Лиза, — я думаю, что я не смогла ей вовремя помочь. Я бросила её, когда ей, возможно, сильнее всего была нужна моя помощь.

— М-да, загадки, — пробормотал Данила, потупившись, — а как быть с тем, что я кого-то там встретил? Вы что думаете?

— Не знаю, — веско ответила Лиза, потом добавила чуть мягче, — я папу спрошу. Он, как и дедушка, тоже служит в сане, только уже здесь, в Семивражске. Я бы направила Вас к нему, но папа не любит гостей, тем более, незваных.

— Да, Елизавета, простите, что вот так вломился, — смутился юноша. Женщина махнула рукой.

— Всё в порядке. Если речь идёт о моей подруге, Вы правильно сделали.

— А не знаете, где живёт эта новая подружка Арины?

— Нет, — покачала Лиза головой, — зайдите лучше в поликлинику, она работает там медсестрой, может, удастся что-нибудь узнать. Знаю только, что зовут её Даша, и что она рыжая.

Дверь в прихожей щёлкнула, кто-то вошёл. Потом послышался топот маленьких ножек, на кухню вбежал мальчик лет четырёх.

— Мама, привет! — прокричал он. Лиза с широкой улыбкой подхватила сына на руки.

— Привет, сынок!

В следующую секунду на кухню вошёл муж Лизы, её ровесник.

— Лиз, я с Гришей не стал в магазин заходить, ты… — он замолк, уставившись на гостя, — ты кто такой? — обратился он уже к Даниле.

— Данил, — коротко представился юноша, глядя на мужчину. Женщина взглянула на мужа.

— Он из Побережного, его дедушка прислал, — пояснила она.

— А-а-а. А я Артём, — представился мужчина и протянул гостю руку. Данила пожал её, потом поднялся.

— Ладно, Лиза, спасибо, буду дальше искать.

— Чего искать? — поинтересовался Артём.

— призраков прошлого, — уклончиво ответил тот, направляясь в коридор. Лиза осталась с сыном, а Артём пошёл провожать гостя.

— Слушай, — пробормотал юноша, — ты только не подумай, я…

Артём, поняв ход его мыслей, усмехнулся.

— Думаешь, ревную? Моя Лиза – святая женщина, это для меня так же ясно, как то, что сейчас день. А всё-таки, чего приходил?

— Лиза дружила с одной девушкой, — ответил Данила, — она пропала 5 лет назад.

— Я понял. Ни следа не нашли, она мне говорила. Мне кажется, её похитили.

Данила достал из поясной сумки блокнот, нацарапал свой номер телефона и вырвал листок.

— Елизавета сказала, что кое-что узнает у своего папы, возможно, сообщит мне.

Артём взял бумажку и кивнул. Обувшись, Данила покинул квартиру. Мысленно он усмехнулся, думая о том, что едва не стал участником классической истории в стиле «Дорогой, это не то, что ты думаешь». К счастью, Артём оказался адекватным парнем, не ревновал свою жену. Хотя, как показалось Даниле, в его взгляде читалась какая-то насмешка, будто он хотел сказать: «К тебе, что ли, ревновать?».

Желаемого результата эта встреча не принесла, но ведь и отсутствие результата – это тоже результат, Данила сделал вывод, что Арина попала в плохую компанию, если бы Лиза не была глубоко верующей, она бы нашла для подруги-разлучницы более ёмкий эпитет. Оставалось дождаться, что сообщит Лиза, параллельно можно продолжать распутывать клубок знакомых Арины, постепенно откапывая истину. Ещё Данила задумался над словами Артёма о том, что Арину похитили. Почему-то юноша только сейчас сообразил, что стоило поинтересоваться, на чём это мнение основано. Хотя, возможно, Артём брякнул это просто так, есть такой тип людей, у которых на всё есть комментарий. С другой стороны, на первый взгляд Артём не производил впечатление болтуна. И тут до Данилы дошло – Лиза говорила о какой-то трагедии, не раскрывая подробностей, а вот Артёму они могли быть известны, женщина могла поделиться с мужем. Об этом стоило подумать, как следует.

Глава 5

Идти в поликлинику не имело смысла, потому как было воскресенье. Данила заскочил в магазин и купил шоколадку, потом, пользуясь наличием интернета, ответил знакомым, писавшим ему, после чего выдвинулся в обратный путь, через рельсы, в лес. На этот раз он без труда выбрался к истоку ручья. По пути он думал о том, что можно было бы поговорить с Ариной о последних событиях в её жизни, но стоило проявлять осторожность. О том, что она уже 5 лет считается пропавшей, не стоило и заикаться, говорить о её жизни следует исключительно в настоящем времени.

Арина сидела на прежнем месте, где Данила оставил её пару часов назад.

— О, Данил, привет! — помахала ему девушка рукой. Данила сел рядом.

— Радуешься так, будто целую вечность не виделись, — улыбнулся он.

— Я просто быстро к тебе привязалась, — смущённо ответила та. Парень протянул ей шоколад.

— Будешь?

Арина приняла сладость.

— Спасибки! Вообще-то, я на диете, но так уж и быть.

Арина, развернув шоколадку, отломила кусочек и отправила в рот, потом, отломив ещё один, протянула Даниле. Тот его принял.

— А вообще, Арин, расскажи о себе, — попросил он, привалившись спиной к дереву. Арина подвинулась ближе к нему.

— Ну, кое-что ты знаешь уже, приехала на лето к тёте, учусь в медицинском. Эх, скоро снова учёба. Кстати, — она внимательно посмотрела на него, — ты для лета как-то поздно приехал. Уже август.

Данилу передёрнуло, он стал соображать, как ответить, впрочем, Арина сама вывела его из затруднительного положения:

— Дела, наверное, были?

Данила кивнул, а девушка продолжила:

— У меня есть старший братик. Он классный, недавно вот женился.

— А друзья, подруги есть? — задал наводящий вопрос Данила. Арина чуть помедлила с ответом:

— Две подруги. Лиза и Даша. Лизу почти с детства знаю, она внучка иерея в Побережном, а Даша – моя однокурсница. Жаль только, с Лизкой в последнее время реже стали общаться, — она вздохнула, потом добавила с лёгкой усмешкой, — наверное, она меня к Даше ревнует. Вообще-то, они обе классные. Тебе бы с ними познакомиться, а то тут молодёжи-то почти нет.

— А Андрея Лисицына знаешь? — неожиданно для самого себя спросил Данила. Арина нахмурилась в задумчивости.

— Да, знаю. Только не общаюсь с ним, он сам по себе. Да подожди, Дань, не твой ли друг?

Данила мысленно плюнул с досады и кивнул. Он боялся, что будет, если Арине сказать правду, а сейчас она сложит два и два и скажет, что её новый знакомый одного возраста с Андреем.

— Ясненько, — кивнула Арина с улыбкой, Данила облегчённо выдохнул, потом сказал:

— С Лизой я немного знаком, а вот Дашу не знаю.

— Удивительно, но я познакомилась с ней только в институте, а, оказывается, она в Семивражске живёт. Адрес, если что, Литвинова 10, квартира 2. Можем даже вместе сходить!

Данила кивнул, подумав о том, что будет, если попытаться увести девушку из леса. Потом он спросил:

— И больше нет никого?

— Нет, — ответила она, отведя взгляд. Даниле показалось, что девушка что-то скрыла, но расспрашивать об этом не стал, решив, что вытянет всё у Даши, если та, конечно, захочет с ним разговаривать.

— А чем увлекаешься? — задал он новый вопрос.

— Люблю велосипед. Это моя страсть! Я даже в велогонках принимала участие.

Данила оживился.

— Правда? Я тоже велосипед люблю. Пожалуй, съезжу за ним в город, просто с сумками было бы неудобно.

Арина широко улыбнулась.

— Здорово! Можем как-нибудь вместе погонять!

Поднялся холодный ветер. Данила встал, натянул капюшон. Белые облака сменились мрачными тучами.

— Кажется, дождь собирается, — произнёс парень, — Арин, пойдём домой? — он решил проверить, что же всё-таки будет, если Арина попытается покинуть лес. Девушка поднялась на ноги и растерянно посмотрела на него.

— Эм. Ну пойдём.

Взявшись за руки, Данила и Арина пошли вдоль ручья. Ветер усиливался, трепля сарафан девушки и её волосы. Но не прошли спутники и сотню метров, как девушка стала неосязаемой и прозрачной, тая, будто туман. Ещё несколько шагов, и Арины вовсе не стало. Данила резко развернулся и крикнул срывающимся голосом:

— Арина!

Ему никто не ответил. Парень бросился обратно, но на том месте, где они недавно сидели, девушки тоже не оказалось.

— Господи, что же это такое? — в ужасе прошептал юноша, его стала бить дрожь. Развернувшись, он побежал домой, его голова взрывалась от противоречий. Он уже поверил в то, что общается с призраком, но произошедшее сейчас его всё-таки потрясло. Как такое возможно, что шедший рядом человек вдруг растворился? Это было за гранью его понимания.

Крупные капли застучали по земле. Данила бежал, стараясь ни о чём не думать, но мысли об Арине неумолимо преследовали его. Когда парень выбежал к реке, ливень уже стоял стеной. Данила остановился, тяжело дыша, от долгого бега он хрипел и кашлял. Остаток пути парень прошёл спокойным шагом, пытаясь восстановить дыхание. Когда Данила вошёл в дом, Алевтина всплеснула руками.

— Данилушка! Боже мой, да ты промок весь! Тебе обсушиться надо, сейчас я печь растоплю.

— Не надо, ба, — ответил Данила устало, стягивая мокрую ветровку, — всё нормально.

— Я те дам «не надо»! — возмущённо воскликнула старушка и, не говоря ничего более, принялась растапливать печь. Данила полез на лежанку, развесив перед этим одежду. Он всё ещё не мог переварить исчезновение Арины.

— Дань, — обратилась к нему бабушка, — что-то случилось? Ты будто смерть увидел.

— Бабуль, извини, — ответил Данила со вздохом, прикрыв глаза, — мне пока трудно говорить. Дай в себя прийти.

Растопленная печь дышала жаром, Данила лежал, стараясь ни о чём не думать. Постепенно сон прибрал его в свои объятия. Когда он проснулся, за окном уже смеркалось. Свесившись с печи, Данила увидел сидящего за столом Валентина Сергеевича, он пил чай, а Алевтина Ивановна что-то ему говорила, активно жестикулируя. Парень спрыгнул на пол, на него уставились две пары глаз.

— Здравствуйте, — сказал он сиплым ото сна голосом.

— О, проснулся, Данилушка. Садись с нами, чай пить.

Данила оглядел себя и смутился, ведь засыпал он в одних трусах.

— Ой, извините, сейчас я оденусь и…

Прошмыгнув в комнату, парень натянул на себя домашние вещи и вернулся в кухню, сел за стол.

— А я ведь к Вам, — сказал отец Валентин юноше. Данила очень удивился, Валентин кивнул, повторив, — к Вам. Есть кое-что для Вас.

Алевтина уже налила внуку чай в большую кружку. Парень сделал несколько маленьких глотков.

— Лучше бы, конечно, мой сын напрямую Вам сообщил, а то выходит испорченный телефон, — вновь заговорил Валентин, — но он знает, что в теории могло случиться с Ариной.

— В теории? — не понял Данила.

— Видели эту девушку только Вы, то, что это Арина, мы знаем лишь по Вашему описанию.

— Ну хорошо, — согласился юноша, — что, в теории, могло случиться с Ариной?

Мужчина вздохнул и кратко ответил:

— Её убили, — потом добавил, сощурившись, — а тело не было погребено.

— И по лесу бродит её неприкаянная душа? — предположил юноша.

Алевтина тихо причитала, непрестанно крестясь.

— Именно так, — ответил Валентин.

— Вот ещё что, — произнёс Данила, — для неё время остановилось. Сегодня, когда я её встретил первый раз, она спросила, почему я так быстро вернулся. А ещё… — он рассказал, как попытался увести девушку оттуда, но она растворилась, отойдя от места встречи.

— Её душа будто привязана к месту убийства, это-то как раз нормально. Странно, что её это не беспокоит, — проговорил Валентин.

— А ещё странно, что её видишь только ты, — подала голос Алевтина.

— Вот это ещё одна вещь, которая беспокоит, — пробормотал юноша.

— Может, Господу угодно, чтобы Вы, Даниил, распутали эту историю? — произнёс Отец Валентин. Данила согласно кивнул.

— И я уже занимаюсь этим. Я планирую встретиться с её институтской подругой, по словам Лизы, она живёт в Семивражске. Да, кстати, правильно ли я делаю, что не говорю Арине о том, что она такое сейчас?

Отец Валентин надолго задумался.

— Знаете, да. Не надо ей говорить.

— Интересно, а зимой она тоже, как летом? — задала вопрос Алевтина в пустоту.

— И ещё одно, Даниил, вы, всё-таки, к Лизе зайдите, она вам передаст флешку с подробной информацией. Как я и говорил, получился испорченный телефон, лучше вы прочтите, что там нашёл мой сын.

— Флешка? — удивился Данила, — он так быстро раздобыл данные?

— Не совсем, — покачал головой Валентин Сергеевич, — по его собственным словам, он этим занимался несколько лет.

Данила кивнул, озадаченный таким ответом. Если мужчина давно этим занимается, то почему о таком явлении до сих пор неизвестно никому из его семьи? Тот же Валентин мог знать больше, но рассказы юноши о призраке вызывают, если и недоверие, то как минимум удивление слушателей.

Отец Валентин вскоре ушёл, пожелав обитателям дома доброй ночи.

— Долго ждали, когда я проснусь? — спросил Данила у бабушки, ему было неловко, что Валентин почтил их своим визитом.

— Ой, внучек, нет, не долго. Минут за 15 батюшка пришёл. Ну ладно, давай ужинать, а потом… Ты, наверное, выспался? Ночью-то теперь не уснёшь?

Данила пожал плечами.

— Постараюсь уснуть. Завтра дел невпроворот.

Работы и правда хватало, Данила собирался нарубить дров для печи, потом стоило сходить в магазин, да и в огороде нужно поработать.

Глава 6

Вновь Данила проснулся рано, он чувствовал себя бодрым и полным сил. Алевтина уверяла, что со всеми делами справится сама, но внук прямо-таки рвался переделать все дела. Ещё не настал полдень, а он уже нарубил дрова, обработал грядки, сходил в магазин. После сытного обеда Данила отправился на поиски Андрея. Старший товарищ работал на пристани, как раз сейчас там разгружали баржу со стройматериалами.

— Привет, Дэн, — поприветствовал Андрей приятеля.

— Привет, — ответил тот, — вам тут как, помощь нужна?

Андрей пожал плечами.

— Ну помоги, если хочешь. Только учти, тебе с этого не обломится, —потом добавил, — хотя, пожалуй, с меня кружка. Можем вечерком заглянуть в «Воблу».

Данила молча подхватил одну из коробок и понёс к автоприцепу. От пристани на строительный склад товар отвозили на машине. Андрей пристроился рядом.

— Ну, как оно? — спросил он, — Говорят, к вам вчера настоятель заходил. С чего вдруг?

Данила бросил на него короткий взгляд.

— Андрюх, — произнёс он, — ты помнишь Арину?

— Это которая Княжна, что ль? — спросил Андрей, употребив производное от фамилии прозвище.

— Наверное. Племянница… — проговорил Данила неуверенно.

— Татьяны Парфёновой, — подсказал Андрей.

— Да, точно, — кивнул юноша.

— Ну знал. Пропала девчонка. А менты даже искать не стали. У нас раньше участковый такой фуфел был. А чего ты вдруг спросил?

— Да так, — уклончиво ответил Данила, — бабушка рассказала.

Данила думал, что Андрею могут быть известны какие-то подробности, но этот разговор не дал абсолютно ничего. Когда все коробки были погружены, парень заскочил домой, предупредил Алевтину Ивановну, что идёт в Семивражск, и вышел в дорогу.

Проходя вдоль ручья, Данила почти надеялся, что в этот раз он Арину не встретит. Парень чувствовал, что ещё немного, и он расскажет ей правду, а делать этого не стоило. Его надежды оправдались, девушки на прежнем месте не оказалось.

«Видимо, я вчера сломал какую-то тонкую грань», — подумал Данила, прикидывая, как это событие прошло в глазах его знакомой. Оказавшись в Семивражске, юноша первым делом отправился в городскую поликлинику, решив не идти сразу на адрес к Даше. Это было одноэтажное старенькое здание, внутренняя обстановка свидетельствовала о том, что ремонт здесь не проводился едва ли не с момента открытия, а поликлиника существовала лет 50.

— Вам чего? — ворчливо спросила старая женщина в регистратуре. Данила прикинул её возраст, мысленно усмехнулся, подумав, что она здесь работает едва ли не с самого первого дня существования этой поликлиники.

— Здравствуйте. Скажите, пожалуйста, у вас работает девушка по имени Дарья? — поинтересовался юноша, потом добавил, — Она рыжая.

«Регистратура» как-то криво усмехнулась.

— Ну, работает. А Вам зачем?

— Да так, — произнёс Данила неуверенно, смущённый этой усмешкой, — хотел ей пару вопросов задать.

Женщина вновь усмехнулась и, бросив короткое «щас», набрала на телефоне внутренний номер поликлиники, затем сказала в трубку:

— Маргарита, можешь ко мне Дашу прислать? — видимо, на том конце ей задали вопрос, женщина ответила, — да мальчишка какой-то её спрашивает.

Данила потемнел лицом, но смолчал. Старуха в регистратуре, похоже, ко всем относилась с презрением, вот и Данила не избежал этой участи. Вскоре к регистратуре подбежала высокая рыжеволосая девица.

— Зоя Петровна, звали? — спросила она своим звонким голосочком.

— Вот он звал, — кивнула Зоя на Данилу. Зелёные глаза медсестры с любопытством уставились на парня. Даша имела длинные стройные ноги и была чуть выше Данилы.

— Даша? — спросил он, слегка волнуясь. Он отметил про себя, что девушка была красивой, было в ней что-то такое, что кружило голову.

— Ага, — кивнула она с улыбкой и чуть поклонилась, — а ты кто?

— Дэн, хотел бы поговорить об Арине, — произнёс он, внимательно следя за её выражением лица. Даша чуть смутилась, но тут же вновь улыбнулась.

— Давай только не здесь? Я через полтора часа освобожусь, приходи через 2 ко мне домой. Адрес записать, или запомнишь?

— Литвинова 10, квартира 2, — выпалил он и тут же собрался пожалеть об этом, думая, что та начнёт допытываться, откуда, мол, адрес узнал. Но вместо этого Даша усмехнулась:

— Да ты шпионил за мной! Хах. Ну, до встречи, — сказав это, она развернулась и, сделав пару шагов, оглянулась на него, — звонок в дверь – два коротких, длинный, два коротких.

Цокнув языком и чуть покачав бёдрами, девушка побежала обратно. Данила вытер пот со лба. Сказать, что Даша была развязной, значило ничего не сказать. Данила решил, что даже на чай к ней не зайдёт, а поговорит на пороге квартиры. Ещё его напрягал шифр в звонке, парень ощущал себя участником какого-то дешёвого детективного квеста.

Чтобы скоротать время, Данила зашёл в кофейню. Взяв себе большой стакан американо и пончик, парень с комфортом устроился у большого окна, откуда открывался скучный вид на город. Потягивая напиток, Данила зашёл в интернет и стал читать статьи на тему неприкаянных душ. Большинство из них, как он понял, были написаны дилетантами, не владевшими даже базовыми знаниями о религиях и мистике, зато они умели красиво излагать любой бред. Данила и сам был не силён в этом, но шестое чувство подсказывало, где правда, а где ложь. На удивление, два часа пролетели незаметно.

Вскоре Данила уже стоял перед нужной дверью. Немного помедлив, он занёс руку над звонком. Вдохнув, он стал звонить в дверь – два коротких, длинный, два коротких. Дверь открылась через несколько секунд. Перед ним стояла всё та же высокая рыжеволосая девица, одета она была в чёрный короткий халатик с глубоким вырезом. Длинные её волосы, чуть влажные от недавнего мытья, разметались по плечам. Данила нервно сглотнул, догадываясь, что его ждёт.

— Приветик, — улыбнулась Даша, чуть склонив голову на бок, — проходи.

Данила переступил через порог, глядя в сторону.

— Выпить хочешь? — предложила девица, потом присела и сама стала снимать с него обувь. Парень усмехнулся, происходящее походило на дешёвое кино. Опустив взгляд, он вновь увидел вырез халатика и фыркнул, потом уставился на стену напротив.

— Не пью, — ответил он.

— Может, хотя бы, чай? — хмыкнула та.

— Я вообще зашёл пару вопросов задать, — проговорил Данила, немного нервничая.

Сняв с гостя обувь, Даша поднялась во весь рост.

— И что это за разговор будет на пороге? — усмехнулась Даша, — Проходи, — она кивнула в комнату. Данила вздохнул и пошёл в указанном направлении. Обстановка комнаты была самой обычной, Даниле лишь запомнился складной диван и большое кресло. Даша слегка подтолкнула гостя к креслу, и тот сел, уставившись перед собой.

«Вот же принесла меня сюда нелёгкая, — подумал он с досадой, — хотя, она ничего себе».

Даша приблизилась к нему и присела на корточки.

— Ты что, волнуешься? — спросила она шёпотом и усмехнулась, — доверься мне.

Данила облизал пересохшие губы, прокашлялся.

— Слушай, вообще-то, я хочу… — начал он, но рыжуха, приподнявшись, почти села к нему на колени, приложила палец к его губам и прошептала возле самого уха:

— Ш-ш-ш, я знаю.

Сердце Данилы колотилось в волнении, он был готов уже поддаться, уже хотел протянуть к ней руку, но пересилил себя, подумав о том, что он, скорее всего, будет даже не десятый у этой девки, и если давняя близость с одноклассницей была наполнена нежной неопытностью, нежным чувством любви, то здесь царила слепая страсть, самая грубая и безнравственная. Даша забудет, как его зовут, лишь только он покинет её квартиру. Он и раньше не приветствовал такое, а теперь ему и вовсе стало мерзко от такой мысли. Он усмехнулся, вспомнив расхожую фразу «Значит, плохо предлагали». И действительно, в его окружении не было таких, как Даша, следовательно, не было и соблазна. А вот сейчас это было так близко, стоило лишь дать себе волю. Но Данила решил, что надо быть выше своих желаний, мысленно он молился о том, чтобы Бог отвёл от греха. Даша же, восприняв бездействие гостя за нерешительность, сама взяла его руку и приложила к себе.

— Вообще-то, у меня девушка есть, — соврал парень, глубоко вдохнув и одёрнув руку. Даша захихикала.

— А она умеет вот так?..

Неизвестно, что собиралась сделать Даша, потому что в этот самый миг в дверь позвонили. Два длинных, два коротких, два длинных звонка прорезали пространство. Даша вздрогнула, с её лица исчезла усмешка. Собрав волосы в хвост, она поплотнее запахнулась в свой наряд и побежала в коридор. Данила, облегчённо выдохнув, вытер рукавом пот со лба. Даша, открыв дверь, выслушала визитёра, коротко кивнула и, сказав, что через 10 минут придёт, закрыла дверь, вернулась в комнату.

— Извини, котик, — виноватым тоном произнесла она, — меня тут помочь попросили. Я ж медсестра, сам понимаешь.

Данила встал, досадуя, что ему так ничего и не удалось узнать об Арине, но радуясь тому, что, наконец, он вырвется из этого гнезда разврата. Он направился в коридор.

— Ладно, пока, — бросил он мрачно.

— Эй, Дэн, погоди, — остановила его Даша, — что ты хотел узнать?

Данила развернулся и ответил:

— О том, кто и при каких обстоятельствах был с Ариной в те дни, когда она пропала.

Даша свела брови вместе.

— Знаю только то, что с ней должен был встретиться наш общий приятель, Игорь.

Подойдя к столу, женщина написала что-то на листке, потом отдала его Даниле, парень бегло прочёл содержимое – это был номер телефона.

— Спасибо, — кивнул он.

Даша чуть наигранно поклонилась.

— А вообще жаль, что нас прервали, — усмехнулась она, — придёшь завтра? Мы бы продолжили. Ты такой забавный.

— Я подумаю, — ответил Данила и пошёл обуваться. Даша, потеряв к нему всякий интерес, бросилась переодеваться.

Данила уходил поражённый ситуацией. Во-первых, он едва не поддался на её заигрывания. Почему-то Данила чувствовал, что, если бы это произошло, потом случилась бы беда. Во-вторых, его удивило то, как в этой женщине уживались безудержная страсть и врачебный долг. Он усмехнулся, вспомнив заповедь о том, что нельзя осуждать. Кажется, он понял, почему. А ещё он понял, почему Лиза в своё время отдалилась от Арины, действительно, это была банальная ревность. А ещё парень вспомнил, что Лиза должна передать ему информацию. Решил, что, если успеет, зайдёт к ней сегодня.

Глава 7

Оказавшись на улице, Данила шумно выдохнул. Набирая номер Игоря, он вспомнил, что Арина на его вопросы отвечала уклончиво, про назначенную встречу она не упомянула, то ли сама забыла про неё, как и собственное имя, то ли не хотела одному парню говорить про другого. В трубке раздались гудки, а потом послышался мужской голос:

— Угу.

— Игорь? — обратился к нему юноша, — Меня зовут Данил, можно Вам пару вопросов задать?

— Так, пошёл ты на*** со своими вопросами! — крикнул мужчина на том конце трубки. У Данилы от возмущения перехватило дыхание, но тут же он сообразил, что его могли принять за рядового «звонилку», и, пока Игорь не дал отбой, поспешил сказать:

— Это по поводу Арины!

— Какой Арины? — голос Игоря дрогнул, — Князевой? Ты кто?

— Мы можем встретиться? Я в Семивражске сейчас.

Игорь вздохнул и, чуть помедлив, ответил:

— Хорошо, парень, через полчаса в центральном парке. Там фонтан, у него пересечёмся.

— Лады. Я буду в серой ветровке.

Завершив звонок, Данила отправился в лесопарк, раскинувшийся в центре города. Несмотря на прохладную погоду, было многолюдно, резвились дети, гуляли парочки. Некоторые подносили ладони к фонтану и, зачерпывая воду, брызгали себе в лицо, брызгались и дети, звонко смеясь. Данила уселся на одну из скамеек. Внезапно он почувствовал, что за ним следят. Осмотревшись, он увидел девушку, стоящую на другом краю площадки с фонтаном. Лица её на таком расстоянии он разглядеть не мог, лишь отметил чёрные волосы, длинную сине-зелёную юбку и красную блузку. Эта девушка будто пыталась пронзить его своим взглядом. Поняв, что её заметили, она развернулась и пошла прочь. Данила помассировал виски.

«Цыганка, что ль?» — подумал он.

Вскоре к скамейке подошёл мужчина тридцати лет.

— Данила? — спросил он. Парень кивнул, мужчина сел рядом.

— Это я, Игорь, — произнёс он и протянул руку для пожатия, Данила её принял.

— Чего хотел узнать? — поинтересовался Игорь. Данила решил пока не рассказывать о мистике, поведав лишь, что взялся за разгадку исчезновения Арины. Игорь тихо застонал, обхватив голову руками. Данила бросил на него удивлённый взгляд.

— Ты чего?

— Если бы я пришёл чуть раньше, она, возможно, была бы сейчас с нами, — тихо ответил мужчина.

— Что тебе известно? — спросил Данила с бьющимся сердцем.

— Ничего, — глухо произнёс Игорь, — почти. Когда я шёл по лесу, услышал её крик. Выбежав к условленному месту, не увидел никого. На траве только её брошка лежала, и ещё я увидел кровь.

— Никаких шагов, ни других звуков? — стал допытываться юноша.

— Ничего больше, я же говорю! — воскликнул тот в отчаянии.

— А что полиция?

— Ты и так уже знаешь, раз ко мне пришёл, — он тяжело вздохнул, — до сих пор себе этого простить не могу.

— Знаю. Но не понимаю. Ладно по запросу родственников. Но ты – почти свидетель.

— Ты что, издеваешься? — хмыкнул тот, — Будто сам не знаешь, как оно работает. Позвонил бы я ментам, обсказал бы им всё, хрен бы они в лес попёрлись, основываясь на одних только моих догадках! — он вновь обхватил голову руками, шумно дыша.

— Ну ладно, я понял, — поспешил увести от темы Данила, — сам как думаешь, что могло произойти? Расскажи о её последних днях.

— Рассказывать особо и нечего, — ответил Игорь, — нас эта рыжая потаскуха познакомила, и…

Данила дёрнулся и оборвал его:

— А сам-то ты как с Дашей познакомился?

Игорь, смерив взглядом лицо собеседника, усмехнулся, поняв ход его мыслей. Даниле не понравилась резкость Игоря.

— Я не знал, что она такая. А когда познакомился с Ариной, разглядел сущность Даши.

— Может, она такова, как ты говоришь, но и долг медика она тоже исполняет, — произнёс Данила тихо. Игорь ответил с раздражением:

— Хочешь об этом поговорить? — бросил Игорь с раздражением, — Или тебя больше Арина беспокоит?

— Извини, — примирительно произнёс Данила, а Игорь продолжил рассказ:

— Так вот, познакомила. И я понял, что Даша плохо влияет на Арину. Девчонка она скромная, но, как говорится, с кем поведёшься. Я начал с Ариной общаться, даже симпатия к ней возникла. Наконец, мы договорились встретиться в лесу, остальное ты знаешь, — устало закончил он. Потом он достал из кармана маленький пакетик, в котором лежало украшение из серебра, это был цветок тюльпана. Данила обречённо взглянул на Игоря, ясности его рассказ не внёс, слишком мало было подробностей.

— Я понял. Спасибо, Игорь.

— Слушай, парень, — отозвался Игорь, понизив голос, — я тебе посоветовал бы отыскать её брата. Макс, кажется, зовут. Арина говорила, что у него были какие-то проблемы, из-за этого в семье случилось несчастье. Подробностей она не сообщала, но, думается мне, её исчезновение, или, если угодно, убийство, связано с ним.

— Откуда такая уверенность?

— Не знаю, — пожал Игорь плечами, — я так чувствую.

Данила задумчиво кивнул.

— Понятно. Спасибо. Кстати, её родные знают, что ты вещдок похитил?

— Да какой, нахрен, вещдок? — грустно усмехнулся Игорь, — если бы менты работали, они и без этой брошки вышли бы на убийцу. Ты так и не понял? Кстати, забирай себе. А я больше не могу хранить, — с этими словами он вложил пакетик в ладонь Данилы, потом поднялся, вновь сел, — почему ты вдруг решил искать?

— Ты веришь в мистику? — серьёзно спросил Данила.

— Чего? — Игорь посмотрел на него, как на безумного, — Я скептик.

— Тогда, я думаю, нет смысла рассказывать, — ответил Данила со вздохом.

— А ты попробуй, — попросил собеседник настойчиво. Данила немного поколебался, а потом рассказал о встрече в лесу.

— Нифига себе, — пробормотал Игорь, — ну, если так, то действуй.

Данила понял, что тот ему не поверил, просто не захотел спорить. Юноша встал.

— Спасибо, Игорь, ещё раз. Прощай.

Пожав руку Игорю, Данила пошёл прочь из парка. Можно было бы вновь встретиться с Ариной и спросить у неё про брата, а можно было самостоятельно выйти на Максима и поговорить с ним. Правда, теперь Данила сомневался, что из этого выйдет толк, он чувствовал, что ни на шаг не приблизился к разгадке. Данила взглянул на серебряный тюльпан. Мысленно вернувшись к мистической стороне исчезновения, он предположил, что брошка может сослужить ему службу. Запрятав украшение поглубже, парень остановился, раздумывая над тем, что ему теперь предпринять. Почему-то он вспомнил цыганку в парке, его даже передёрнуло. Наконец, он решил, что ему делать дальше.

Круто повернувшись, Данила пошёл к дому номер 3 по улице Успенского. Через 15 минут юноша уже звонил в квартиру Лизы. Открыл Артём.

— О, снова привет, — сказал он, — чего тебе?

— Мне бы с Елизаветой поговорить, — пробормотал Данила.

— Что, серьёзно? — усмехнулся Артём, — Ну, проходи.

Повернувшись в комнату, Артём позвал жену. Лиза вышла в коридор.

— Здравствуйте, Данила — кивнула она, — хорошо, что Вы пришли.

— Здравствуйте, Лиза. Я опять по поводу Арины.

— Вы что-то узнали? — спросила женщина, подаваясь вперёд.

Из комнаты выбежал Гриша.

— Привет, дядя! — прокричал он.

— Здравствуй, Григорий, — улыбнулся ему Данила, потом ответил Лизе, — очень мало. Только то, что в день своего исчезновения она должна была встретиться с парнем по имени Игорь. Он мне отдал это, — с этими словами Данила показал брошь. Лиза ахнула:

— Да это же мой подарок ей! —потом добавила смущённо, — Данила, вы извините, что я вам сама вчера не позвонила.

— Всё хорошо, Лиза, Валентин Сергеевич мне всё передал. А, ещё он сказал, что Вы мне флешку дадите.

— Да-да, сейчас, — женщина бросилась в комнату, вынесла флешку и протянула гостю, тот убрал её в сумку.

— Всё-таки вам лучше бы прямо с моим папой поговорить об этом, я, конечно, в этом мало понимаю, но вдруг брошка внесёт ясность?

— Так Вы не знаете, что на флешке? — спросил Данила.

— Нет, мне её папа передал, сказал, что там записи экспертов и его личные заметки.

— А что брат Арины? — спросил Данила. Лиза замерла, задумчиво глядя в сторону.

— Не знаю. Мы виделись единственный раз на похоронах его тёти. Но знаю, что в Побережное он иногда приезжает, всё-таки, там его наследственный участок.

— Я понял. Спасибо, Лиза. Извините, что снова вламываюсь в вашу жизнь.

— Прошу вас, Данила, разгадайте эту тайну, Христом Богом прошу, — заговорила Лиза с нажимом, — душа Арины должна успокоиться. Пусть она и не сознаёт своего положения, но это неправильно!

Данила кивнул, потом взглянул на Артёма.

— Ещё кое-что. Артём, ты сказал, что Арину похитили. Кому и зачем это могло понадобиться?

Мужчина замер, нахмурившись.

— Несколько лет назад в нашем регионе была серия похищений. Вот я и предположил. Но если, как ты говоришь, видел её призрак, значит, она убита. Ладно, не бери в голову.

Распрощавшись с обитателями квартиры, Данила вышел на улицу. Вновь сгустились чёрные тучи, грозя пролиться дождём. Снова идти под потоками атмосферных осадков ему не хотелось, поэтому он направился в кафе, где уже был сегодня. Размышляя над странностями истории, Данила подумал о том, что тюльпан действительно может иметь большое значение, ведь подарила его Арине лучшая подруга, а хранился он все эти годы у человека, который, кажется, любит её. Но теперь, похоже, дело сдвинулось с мёртвой точки, как минимум Данила может работать в двух направлениях: у него есть информация, которую собрал отец Лизы, есть и возможность связаться с братом Арины.

Глава 8

В кафе Данила вновь взял себе кофе и занял прежнее место. Дождь на улице уже стоял стеной, казалось, потоки воды скрывали от Данилы весь мир. Парень полез в интернет и попытался найти страницу Максима в социальных сетях. Это оказалось непростой задачей, было много людей с таким же именем и фамилией, даже фильтр поиска по городу не дал результатов. Тогда Данила стал искать страничку Арины, эта попытка быстро увенчалась успехом. Судя по фотографиям, девушка вела активный образ жизни: ездила на природу, каталась на велосипеде, ходила в спортзал. В списке её друзей Данила нашёл человека по имени Максим Князев. Казалось, успех, но тут же наступило разочарование – не было даты последнего визита, это значило, что Максим очень долго не заходил на страницу. Сам профиль мужчины был закрыт, поэтому не было возможности связаться с кем-то из его друзей, да хотя бы с его женой. Можно, конечно, искать Максима в друзьях друзей Арины, но на это ушло бы много времени.

Засмотревшись в окно, Данила вздрогнул, когда понял, что за столиком находится уже не один. Повернувшись, он так и замер. Напротив него сидела девушка-подросток. Взгляд её чёрных глаз из-под густых тёмных бровей был направлен прямо ему в лицо. Непослушные чёрные кудри были перехвачены лентой и являли собой длинный хвост. Уши девушки были украшены большими золотыми серьгами. Данила вспомнил, что уже видел её в парке. В голове бушевал ураган, парню почему-то стало неуютно.

— Дядь, угости, а? — произнесла она с лёгким акцентом.

— Нашла дядю, — нервно фыркнул Данила, тщетно стараясь избегать зрительного контакта с цыганкой, — не подаю.

— Ай-ай, — произнесла девушка с усмешкой, поцокав языком, — советую изменить правилам.

— Почему? — лениво поинтересовался парень.

— Потому что я секрет знаю, — наигранно зашептала девчонка. Данила вздохнул. Поняв, что та не отвяжется, достал из поясной сумки две сотки и положил перед ней. Та, схватив бумажки, резво подскочила к прилавку, а потом вернулась с пиццей и чаем.

— Век помнить буду, — произнесла она и стала с жадностью уплетать пиццу. Данила, наконец, отвёл взгляд, вновь уставился в окно.

— Эй, — окликнула его цыганка через минуту, — тебя как зовут?

— Донат, — усмехнулся парень, чуть коверкая своё имя, он побоялся называть ей даже англоязычную версию, — а тебя - Эсмеральда?

Девчонка рассмеялась.

— А ты, я гляжу, шутник? Нет, я Ляля. Ну а ты, наверное, Данила Разумовский? — последние слова прозвучали без тени весёлости. Данила медленно повернулся к ней и уставился в лицо Ляле.

— Откуда ты знаешь, как меня зовут? — спросил он с нажимом, чувствуя, как по спине бегут ручейки пота. Он всегда избегал общения с цыганами, подавал, если была мелочь. Хотя его отношение к этому народу и было основано на стереотипах, сейчас он чувствовал что-то большее, будто от девушки исходила какая-то сила. Ляля вновь усмехнулась.

— Я ещё и не такое знаю.

— Кто ты такая? — задал новый вопрос парень, напрягаясь всем телом.

Ляля выпрямилась, выставила раскрытую ладонь и стала перечислять, загибая пальцы:

— Цыганка, воровка, ведьма, бездельница. Хватит? — по лицу Ляли скользнула злобная усмешка.

Данила хмыкнул.

— Знаешь, я, пожалуй, пойду.

— Ой, а что такое? Испугался? — хихикнула Ляля, — Ну извини, я не хотела тебя обидеть. Только и ты уж, пожалуйста, не думай плохо о нас.

Данила обомлел.

— Да я не…

Ляля дёрнула бровью.

— Я ж всё понимаю. Ладно.

— Давно следишь за мной? — спросил Данила, допивая кофе.

— С той минуты, как ты пришёл сюда. Послушай, Донат, — она усмехнулась, делая ударение на последнем слове, — я хочу помочь тебе, потому что, как мне кажется, ты топчешься на месте.

— С чего бы вдруг? — спросил парень с любопытством. Почему-то его стала интриговать эта девчонка.

— Скажем так, есть причины. Но я без труда могу определить, где сейчас находится твоя призрачная подружка, — ответила она, загадочно улыбнувшись.

— Известно где, в лесу, — хмыкнул Данила.

— Нет, ты не понял. Найти её бездыханное тело, — пояснила Ляля.

Данила задумался. Стоило рассмотреть её предложение, может он даже узнает, что случилось с Ариной. Ляля, будто ловя его мысли, стала подначивать:

— Ну что, по рукам? Тебе это почти ничего не будет стоить, зато побыстрее с этим закончишь и упокоишь подружку. А если захочешь, может, и в мир живых вернёшь.

Данила замер, внимательно глядя в лицо цыганке.

— Почти? А чего это будет стоить мне?

Та махнула рукой.

— Ай, сущая ерунда, пара капель крови. Это вроде платы за ритуал. А, ну ещё, её брошка. Именно с её помощью я найду тело. Кстати! — воскликнула она с радостной улыбкой, — Ляля – это тюльпан, ты знал?

— А в чём подвох? — спросил Данила, проигнорировав последнюю реплику. Ляля с деланной наивностью похлопала ресницами.

— Никакого подвоха, всё честно. А если ты про возвращение к жизни, ну, всего лишь парочке птиц кровь пустить. Подумаешь, какая трудность. А, ну ещё, — добавила она, — отдай флешку с информацией.

Данила почувствовал, как его разум туманится. Его даже не удивляло то, что Ляле откуда-то известно о флешке, если, к примеру, она наблюдала за тем, как он получил брошь от Игоря, то уж передачу устройства Лизой она точно видеть не могла. Он уже готов был произнести «согласен», левая рука нырнула в сумочку, достала пакетик с брошью. Но какая-то часть сознания всё ещё сопротивлялась, внутренний голос кричал: «остановись!». Пальцы правой руки безотчётно сложились в троеперстие, вот он касается лба, живота… Широкая улыбка с лица маленькой цыганки сползает, глаза сощуриваются в ненависти. Данила видит это, будто в замедленной съёмке. Правое плечо, левое плечо. Данила будто отрезвляется и вскакивает. Вместе с ним вскочила и Ляля.

— Козёл ты, придурок! — выкрикнула девчонка и выбежала из кафешки, громко хлопнув дверью. Данила без сил рухнул на стул.

— Фу ты, блин, — пробормотал он сам себе, — чуть не влип.

Его била дрожь, он только теперь осознал в полной мере, что едва не стал жертвой тёмных сил. Сейчас он чётко понимал, что нет разделения на белую и чёрную магию, а есть просто магия, и прибегать к её помощи – грех. К этому ещё стоило добавить, что огонь огнём не тушат, парню вспомнилось Евангельское чтение. Ляля бы ему не помогла, а только ухудшила бы положение. Немного придя в себя, Данила поймал на себе изумлённый взгляд продавщицы за прилавком. Кафешка была небольшой, от его столика до кассы было всего несколько шагов.

— Ну что, обидел девочку? — спросила женщина иронично, — Ну жди теперь.

— Чего ждать? — не понял Данила.

— Ну чего обычно от цыган ждут? Порчу наведёт.

Данила фыркнул.

— Христос защитит.

Продавщица усмехнулась.

— Ну-ну.

Немного подумав, Данила взял себе ещё кофе и, наконец, стал методично искать общих друзей у Арины и Максима. Из таких была только их мама, но и она слишком долго не заходила в свой профиль. Даниле пришлось признать, что это направление привело в тупик.

Глянув в окно, Данила увидел, что дождь прошёл. Парень решил, что пришло время убираться из города. Данила боялся не порчи и проклятий, Ляля вполне могла подговорить кого-то напасть на него. Выйдя из кафе, парень направился к станции, вскоре он вновь шёл по лесу. Природа дышала свежестью, было прохладно, но не холодно. Данила дышал полной грудью, стараясь пока не думать о сегодняшних событиях.

Глава 9

Данила торопливо шёл к истоку ручья, внезапно на тропинку перед ним выскочил большой серый зверь, похожий на собаку. Юноша вздрогнул, потом замер, стараясь не показывать свой страх, прямо перед ним стояла волчица. Данила ещё в детстве слышал, что всех волков в этом лесу давным-давно перебили, но, видимо, эти хищники вновь стали обживать территорию. Волчица, повернувшись всем телом к человеку, смотрела прямо ему в глаза, задрав морду.

— Чего тебе? — спросил Данила спокойно, чувствуя, однако, как кровь стучит в висках. Главное было не нервировать, иначе эта зверюга вмиг загрызёт его. Но волчица, похоже, и не думала нападать, или хотя бы запугивать. Вместо этого она отбежала в сторону и вновь взглянула на двуногого визави.

— Давай-ка мы разойдёмся? — предложил Данила, делая осторожный шаг вперёд, не отводя от хищницы взгляд, — Я тебе зла не сделал, у тебя нет причин мне вредить. Договорились?

Волчица, отбежав ещё немного, вновь взглянула на юношу. Тот сделал ещё несколько шагов, и, убедившись, что опасность ему не грозит, смелее зашагал дальше, стараясь, однако, идти не слишком быстро, чтобы не спровоцировать лесную охотницу. Но едва он сделал десяток шагов, как волчица вновь преградила ему путь и уставилась в лицо своими жёлтыми глазами.

— Ну чего тебе надо от меня? — Данила стал нервничать. Волчица, мотнув мордой в сторону, сделала несколько шагов, прихрамывая, потом вновь уставилась на человека. Теперь Данила всё понял, кому-то из родичей хищницы понадобилась его помощь.

— Ну, веди, — произнёс парень со вздохом и пошёл за серой охотницей. Та побежала вперёд, иногда останавливаясь и оглядываясь на следовавшего за ней человека.

Шли они долго, наконец, выбрались на небольшую поляну, где находился ещё один серый зверь, на появление родича и человека он жалобно завыл. Волчица подбежала к нему и лизнула морду. Данила оглядел поляну, больше здесь никого не было. Волк, скорее всего, друг волчицы, почти лежал на земле. Данила осторожно приблизился и, приглядевшись, горестно вздохнул. Волк своей лапой угодил в капкан.

— Кто ж тебя просил лезть? — пробурчал Данила, делая ещё шаг к несчастному зверю. Пленник смотрел на человека, в его взгляде странным образом смешались гордость и мольба о помощи. Данила присел и осмотрел капкан. Попытался раскрыть его, но сил у него на это не хватило.

— Может, ты лучше себе лапу отгрызёшь? — хмыкнул парень, понимая, однако, что, будучи стайным животным, калека будет изгнан. Подруга, возможно, уйдёт с ним, но это лишь в теории. Правда, ещё неизвестно, сильно ли повреждена лапа. Но освободить волка нужно, почему-то Данила чувствовал ответственность перед его подругой. Встав, юноша сказал серым хищникам:

— Сейчас вернусь, ждите.

Войдя в чащу, Данила отыскал крепкий сук и вернулся с ним на поляну. Вставив конец сука между железными скобами, он надавил на другой конец, клешни разжались, и серый охотник, наконец, высвободил лапу. Данила убрал сук, капкан вновь захлопнулся. Потом юноша осмотрел лапу зверя, он имел представления о травмах из-за капкана, когда-то давно Григ тоже угодил в ловушку, благо, обошлось без переломов. Вот и сейчас лапа хищника не имела сильных повреждений. Волк поднялся, стоя на трёх лапах. Волчица подошла к человеку и лизнула его руку.

— Жить будешь, — пообещал Данила самцу, улыбнувшись, — в следующий раз смотри, куда лапы ставишь.

Волчица, коротко тявкнув, побежала на другой край поляны, Данила проследил за ней взглядом и ахнул. Он увидел выжженное дерево, стоявшее посреди зелёных собратьев. Такого не могло быть в принципе, ведь, если бы дерево подожгли, непременно сгорели бы и соседи, а тут… Данила даже моргнул несколько раз, подумав, что это ему привиделось. Но горелое дерево оставалось на месте. Между тем волчица, добежав туда, стала рыть землю у самых корней, а потом, схватив что-то в зубы, вернулась обратно. Свою находку она положила к ногам спасителя. Данила пригляделся к предмету. Это был нож из чёрного металла с коротким, обоюдоострым широким клинком. На рукоятке ножа, не имевшей гарды, были нацарапаны какие-то символы, с первого взгляда напоминавшие буквы, но определить, что это за алфавит, парень не смог.

— И на кой оно мне? — спросил Данила, осторожно прикоснувшись пальцем к оружию. Взглянув на своих новых знакомых, он увидел, что те уже уходили прочь, волк ковылял на трёх лапах, а его подруга шагала рядом. Данила взял нож в руки и ощутил исходящую от него непонятную энергию. Здесь чувствовалось что-то недоброе, может, даже, колдовское. Но сам клинок ему понравился, он был красив, а благодаря эргономичной рукояти удобно ложился в ладонь. Ещё Данила отметил, что нож не составной, и то ли был отлит, то ли выточен из большого слитка. В любом случае, материал был ему незнаком.

Глава 10

Заткнув нож за ремень, Данила осмотрелся. Спускались сумерки, юноша понял, что заблудился. Он хотел искать свои следы и следы волчицы, чтобы по ним вернуться обратно, но едва он достал телефон и включил фонарик, как устройство, показав нулевой процент заряда, отключилось.

— Ну, блеск, — проворчал Данила раздражённо, но тут же добавил, — ладно, хотя бы зверю помог. По шее бы тому дать, кто здесь капкан поставил.

Пробираться по лесу в вечерних сумерках было опасно, Данила боялся, как бы окончательно не заблудиться. Вдобавок к этому, можно было встретиться с хищниками, например, с другими волками, вряд ли эти охотники обладали коллективным чувством благодарности, так что рассчитывать на милость всех за спасение одного не стоило. Данила передёрнул плечами.

— Хоть бы Арина вывела, — проговорил он тихо и прислушался. Вокруг никого не было, лишь где-то в листве распевали птицы на все голоса. Парень решил найти дорогу по памяти. Войдя в чащу, он зашагал по лесной тропке, стараясь не дать страху овладеть собой.

Шёл Данила долго, как ему показалось, больше часа. Совсем стемнело, луна скрылась за тучами. Теперь ориентироваться можно было лишь на ощупь. Данила шёл осторожно, иногда вздрагивая, когда под ногами ломалась ветка, или из чащи доносились звуки. И, будто мало было всего этого, лес окутал густой туман, в котором и в дневное-то время можно было сбиться с пути, а уж ночью – тем более. Парень был близок к отчаянию, больше всего он боялся, что будет бродить по кругу, ведь, если выбраться из леса, можно отыскать дорогу. Лучше всего, если он выйдет у реки, а там, хотя бы и десять километров, но вдоль берега. Разумеется, это преувеличение, лес не превышал и пяти километров ни вширь, ни вглубь.

Неожиданно перед Данилой что-то возникло в темноте. Парень замер, вгляделся. Несомненно, это был человек.

— Эй, — тихо позвал юноша. Фигура впереди обернулась, горестно простонала и растворилась в воздухе. Данилу пробрало до мурашек, он признал в фигуре Арину, только теперь это была не беззаботная девушка, бродящая по лесу, а, действительно, неприкаянная душа.

— Привиделось, что ли, — пробормотал он и пошёл дальше. Через сотню шагов всё повторилось, призрак Арины вновь растворился, лишь Данила приблизился. Парень стал двигаться ещё осторожнее. Третий раз он встретил свою знакомую уже через триста шагов. Остановившись, он замер, прислушиваясь.

— Как же холодно, — произнесла девушка тихо, её замогильный голос пробрал Данилу до дрожи, — почему я не могу уснуть?

— Арина, — упавшим голосом позвал парень. Девушка обернулась и, выставив руку вперёд, проговорила, чуть ли не плача:

— Уходи! Уходи, пока можешь!

Данила хотел приблизиться, но едва он коснулся руки девушки, как она вновь исчезла.

— Да что происходит?! — крикнул Данила в пустоту срывающимся голосом, раскинув руки, — За что она страдает?!

В ту же секунду по лесу прокатился гул, а земля под ногами закачалась. Сердце Данилы сжалось от страха, и парень побежал, не разбирая дороги. Ноги его цеплялись за корни, он ударялся о деревья, но ему некогда было осторожничать, страх перед неведомой силой пересилил все другие чувства. Кровь стучала в висках, к горлу подступал кашель, туман почему-то приобрёл запах гнили, так могли пахнуть опавшие яблоки, тухлое мясо и яйца. Вокруг продолжало что-то гудеть, а земля иногда вздрагивала. В очередной раз зацепившись ногой за корень, Данила со всего маха рухнул на землю. Перекатившись на спину, он увидел, как на него надвигается бесформенный огромный силуэт.

— Сгинь, сволочь! — хрипло крикнул парень, — Изыди!

Дрожащей рукой он перекрестился и перекрестил то, что двигалось на него. Гул резко стих, дрожание прекратилось. Силуэт истаял в тумане. Данила сел, тяжело дыша, потом закашлялся. Происходящее одновременно наводило ужас и наталкивало на определённые мысли. Данила понял, что, выражаясь фигурально, идёт он в правильном направлении. Почему-то он был уверен, что серебряный тюльпан и нож – не случайные предметы, это части чего-то общего и важного, но вот, чего именно, пока понять было сложно. Закономерность, тем не менее, улавливалась: стоило этим двум предметам оказаться вместе, как с Ариной стали происходить метаморфозы. Данила лёг на спину, глядя в темноту ветвей. Нужно было хорошенько подумать, а заодно отдохнуть. Теперь парень почувствовал боль от ушибов. Его даже бросило в жар, лишь только он подумал о том, что запросто мог выколоть себе глаз, налетев на ветку. Мелкие царапины на лице тоже были, но всё это меркло по сравнению с тем, что неведомый преследователь отступил. Впрочем, могло быть и так, что всё это Даниле лишь показалось. Враг пытается его запугать, сбить с пути. Конечно, ему страшно, но отступать уже поздно. Он просто не сможет жить с тем, что ему уже известно, да и, сказать по совести, подстёгивало любопытство. Ему было интересно, жертвой каких тёмных сил стала Арина, и можно ли её спасти.

Глава 11

Поднявшись на ноги, Данила осмотрелся. Туман будто отступил, а пространство вокруг освещал лунный свет. Подняв глаза к небу, юноша увидел, что тучи рассеялись, а из черноты вниз смотрела полная луна и россыпь звёзд. Данила широко улыбнулся, а потом рассмеялся, это была неосознанная реакция на пережитый ужас, но чувствовал себя парень в эту минуту так хорошо, как не чувствовал никогда. Из чащи раздался радостный лай, и тут же перед Данилой оказался чёрно-рыжий крупный пёс.

— Григ?! — воскликнул изумлённый Данила, — Ты как меня нашёл, дружище?!

Григ в ответ радостно взвизгнул, Данила потрепал его по голове, а пёс лизнул ему руку.

— В следующий раз я тебя с собой буду брать, вдвоём уж точно не заблудимся, — произнёс парень, присел и обнял пса. Тот лизнул его щёку и, ещё раз гавкнув, повернулся и потрусил вперёд. Данила, поднявшись, пошёл за ним.

Наконец они вышли к ручью. На этот раз Данила внимательно следил за дорогой, он отметил, что сам ни за что бы не смог выбраться к знакомым местам. Стояла глубокая ночь, но, на удивление, было тепло. Идя вдоль потока, Данила заметил впереди фигуру, тотчас признал в ней Арину и остановился. Григ тоже замер, ощетинился и зарычал. Арина повернулась.

— Только не опять, — тихо произнёс Данила, решив, что девушка вновь исчезнет, стоит ему к ней лишь приблизиться. Арина, пугливо глядя на пса, сделала пару шагов навстречу. Григ зарычал громче, и девушка остановилась.

— Григ, тише, — сказал парень псу и сам подошёл к Арине.

— Что-то не так, — произнесла Арина тихо, — я будто потерялась, Даня. Что со мной? Мне страшно.

Данила смотрел ей в лицо с опаской, хотел взять её за руку, но передумал. Арина, будто прочитав его мысли, сама прикоснулась к нему. Ничего не изменилось, девушка осталась на месте. Данила, тяжело вздохнув, проговорил нехотя:

— Тебя убили 5 лет назад.

Арина вздрогнула.

— Ты так думаешь? — спросила она недоверчиво, потом, немного подумав, стала рассуждать, — Хм. Сейчас ночь, когда я пришла сюда, был день, и было тепло. А потом резко стемнело, и мне стало холодно. Но, подожди, ты ведь шутишь? — она попыталась улыбнуться, но улыбка получилась неестественной, видимо, слова Данилы подействовали на неё.

— Какой сейчас, по-твоему, год и месяц? — задал Данила встречный вопрос.

— Август 2019, — не задумываясь ответила девушка.

— Июнь 2024, — возразил Данила.

— А почему я не ощущаю хода времени? — вновь с недоверием спросила она.

— Не знаю, — ответил Данила угрюмо, — и, кстати, почему-то за все годы увидел тебя только я. Вон, теперь и Григ чувствует, что что-то не так. А вообще, — попытался он найти объяснение, — для тебя время остановилось. Если помнишь, ты спросила меня, почему я так быстро вернулся.

Арина прикрыла глаза и кивнула в задумчивости.

— Кажется, ты прав.

— В любом случае, других объяснений попросту нет.

Пёс оставался на месте. Он спокойно сидел, но иногда тихо рычал, напряжённо глядя на девушку.

— Арина, — вновь заговорил Данила, — я знаю, что ты должна была встретиться с Игорем.

Арина хмыкнула, сложила руки на груди.

— Я не сказала тебе, потому что побоялась, что ты больше не придёшь. А Игорь, — она вздохнула, — он, наверное, любит меня, но мне он не нравится, как парень. Я и хотела ему сегодня… — тут она осеклась, — тогда хотела об этом сказать.

Данила вытащил из сумочки брошь.

— Он хранил её все эти годы.

Арина взяла серебряный тюльпан и вздохнула.

— Лиза подарила. Но как он к Игорю попал?

— Он нашёл брошку на месте твоего убийства, — пояснил Данила.

— Если меня убили, как я могу ходить, дышать? — Арина всё ещё не до конца верила Даниле.

— Твоё физическое тело, скорее всего, не было погребено. Здесь, — Данила обвёл рукой пространство, — бродит твоя душа, почему-то ставшая материальной. Одного только не понимаю, неприкаянная душа обычно страдает, а ты…

— А я страдаю? — хмыкнула Арина.

— Сейчас – нет, — ответил Данила, — а что было некоторое время назад? Ты не помнишь?

Арина покачала головой. Данила поведал о блужданиях в тумане, про то, как он встречал её, и как она велела ему уходить.

— А-а-а, — неопределённо протянула девушка, — может быть. Я не помню. Хотя, подожди. Было что-то. Кажется, тебе угрожает опасность.

— И ещё кое-что, — проговорил Данила, — если помнишь, мы хотели идти домой, я ещё сказал, что дождь скоро начнётся. Помнишь, что с тобой произошло?

Арина прищурилась в задумчивости.

— Нет, не помню. Прости, Дань.

Данила не стал рассказывать о том, как она исчезла, сейчас на неё и так слишком много информации свалилось. Потом Арина вновь улыбнулась.

— Как там мир живёт? Ты, значит, уже знаком с Лизой?

— С Лизой, с Игорем, с Дашей, — кивнул парень, — Лиза замужем, у неё сынок Гриша.

Арина кивнула с радостной улыбкой.

— Да, когда мы виделись последний раз, она уже носила ребёночка под сердцем.

— Про Игоря ничего не могу сказать, но он, кажется, до сих пор не в восторге от Даши. Кстати, она пыталась меня затащить в постель.

Арина усмехнулась.

— Ну это вполне в её стиле. Знаешь, есть такие женщины, нимфоманки.

Данила фыркнул от отвращения.

— Брр.

— А Максим?.. — спросила девушка дрогнувшим голосом, — Дань, как там мой братик?

Данила почесал голову.

— Пока что не знаю. Я нашёл его страничку, но там даже последнего визита нет. Попытался выйти на кого-то из ваших общих друзей, нашёл маму. Но та тоже долго не заходила. Арин, может, ты помнишь номер телефона брата?

Девушка сощурилась в задумчивости.

— Да, пожалуй. Ручка и листок есть?

— Я запомню, — ответил парень. Тогда Арина проговорила цифры, Данила повторил вслух, потом сказал, — завтра ему позвоню.

Данила улыбнулся, вновь можно работать в нескольких направлениях, ведь наверняка Максим что-то мог знать. Он вспомнил, что Лиза упоминала о какой-то трагедии в семье Князевых, но расспрашивать об этом Арину парень не решился.

— Дань, а как там моя тётя? — вдруг спросила Арина. Данила вздохнул и ответил, чуть помедлив:

— Она умерла вскоре после тебя. Не пережила твоей пропажи.

— Как?! — вскричала Арина, отступив на шаг, — Тётя Таня умерла?

Данила кивнул.

— Да. отец Валентин сказал, что сам отпевал.

Арина вновь вздохнула.

— Бедная. У неё только мы с мамой и были, и то, мама к ней приезжала редко. Максик, тот вообще только два-три раза гостил.

Арина присела на поваленное дерево. Данила опустился рядом.

— Дань, а что теперь со мной будет? — спросила она тихо. Данила взглянул ей в лицо.

— Я выясню это и, если получится, помогу тебе, — проговорил он твёрдо.

— Дань, это может быть опасно, — с тревогой произнесла девушка.

— Да, это опасно, — спокойно ответил парень, — но отступать поздно. Рассказав тебе о том, что мне уже известно, я сжёг все мосты.

Девушка обняла его.

— Пожалуйста, береги себя.

Данила кивнул, прижал Арину к себе и погладил её спину, потом поднялся на ноги. Арина тоже встала, вновь обняла парня, потом чмокнула в щёку и улыбнулась.

— Спасибо тебе, — пролепетала она смущённо. Данила растерянно кивнул и сделал шаг назад, глупо улыбаясь.

— Ну, я пойду, — произнёс он тихо и, бросив ещё один взгляд на девушку, повернулся к Григу и свистнул ему, после чего зашагал вдоль ручья. Пёс с радостным лаем устремился за хозяином.

Данила шёл, прокручивая в голове только что произошедшее. Неужели Арина начала к нему какие-то чувства испытывать? Это казалось ему странным, ведь они едва знакомы. А, может, она так поступила от переизбытка эмоций, ведь, право слово, не каждый день узнаёшь, что тебя нет на свете вот уже пять лет. Но что-то в Арине было, что Даниле нравилось, но чего он не мог объяснить. Возможно, это знак свыше, им, определённо, суждено было встретиться.

Глава 12

Данила вышел к реке. Водная гладь чернела в ночи, лишь лунная дорожка тянулась поперёк течения. Парень взглянул на чёрное нагромождение гор. В ночи это зрелище почему-то навивало на него жути, а лунная дорожка будто указывала путь, будто глаз ночного неба говорил: «туда, туда лежит твой путь». Данила тряхнул головой, чтобы сбросить оцепенение.

— Чем дальше, тем страньше, — произнёс он, звук собственного голоса успокоил его. Григ гавкнул.

— Да, дружище, ты прав, пойдём, — обратился юноша к нему, — бабушка, наверное, волнуется.

Над селом стояла торжественная тишина. Данила шёл неслышными шагами, чтобы не нарушать этот покой. Вот и знакомая калитка. Едва она скрипнула, как на крыльцо выбежала Алевтина Ивановна.

— Ну, слава Богу! — воскликнула она, — Данилушка, где ты пропадал? Я извелась вся! Почему телефон выключен? Я уж Григу сказала, чтобы разыскал тебя и привёл домой!

Данила подошёл к старушке и обнял её.

— Заблудился на обратном пути, если бы не Григ, я бы, наверное, до сих пор по лесу бродил, — произнёс он устало. Именно сейчас парень почувствовал резкий упадок сил и голод.

— Пойдём скорее, — потянула его за руку бабушка, — голодный, небось. Заодно расскажешь, куда запропастился.

Данила прошёл в сени, тайком положил нож в тёмный угол, решив пока не рассказывать про находку. Уже через несколько минут он сидел за столом и с жадностью уплетал всё, что разогрела его бабушка, а та в свою очередь смотрела на него сочувственно. Покончив с ужином, юноша взглянул на бабушку.

— Встретил пару знакомых Арины, — начал он, — с уверенностью могу сказать, что её убили. С ней должен был встретиться её друг, но как раз в тот самый день он слышал крик в лесу, а на условленном месте нашёл лишь её украшение и капли крови. А, когда я заполучил от него брошку, на меня насела маленькая цыганка…

— Я цыганей этих за версту обхожу! — с чувством воскликнула Алевтина, выслушав подробности этой встречи.

— Как думаешь, мне стоит теперь опасаться? — спросил Данила задумчиво.

— Осторожность не помешает. И дело тут даже не в порче. Она может попросту своих подговорить, чтобы тебя отделали. Так что ты, Даня, в Семивражске будь осторожен. А лучше всего, не появляйся там, по крайней мере, один.

Данила согласно кивнул.

Вскоре он завалился спать. Ему снилось, будто он вновь бродит по туманному лесу, ища Арину, но находит лишь её труп, который всякий раз обращался в прах. После множества попыток Данила налетел на таинственную фигуру, которая схватила его и отбросила. Данила не упал на землю, как ожидал, а полетел куда-то вниз. Сколько продолжалось падение, определить он не смог. Но вот полёт прекратился, Данила стукнулся обо что-то твёрдое, в глазах потемнело, боль пронзила всё тело.

— Умрёшь, — прошептал кто-то, но шёпот этот звучал не извне, а будто в нём самом. Данила с трудом поднялся, а когда к нему вернулось зрение, осмотрелся. Он стоял посреди всё того же туманного леса, туман этот ел глаза и пах гарью. Шатаясь, парень побрёл наугад, без цели. Где-то совсем рядом послышался женский крик, Данила устремился на голос. Пробежав несколько метров, он налетел на бездыханное тело Арины. Остановившись, парень рухнул на колени и закричал от отчаяния. Ему теперь казалось, что он будет целую вечность бродить здесь, ни на шаг не приближаясь к цели, которая, по правде сказать, ему самому не была до конца ясна.

— И почему именно на меня всё это свалилось? — проговорил он вслух, чуть успокоившись, — Я-то что могу сделать?

Почувствовав, что находится здесь не один, Данила вздрогнул. Медленно повернув голову, он увидел человека, окружённого золотистым сиянием. Одет он был в белый балахон с капюшоном. Приблизившись, человек снял капюшон. Данила ахнул, это была девочка лет 14. Подросток опустилась рядом с ним.

— Не теряй веры, — произнесла она тихо, — ты не один, с тобой Бог.

— Кто ты? — прошептал поражённый юноша. Девочка улыбнулась.

— Я та, кого ты видишь. Следуй за светом, — с этими словами она послала в туман воздушный поцелуй. В воздухе повис, покачиваясь, небольшой светящийся шарик. Данила, ощутив прилив сил, встал и сделал шаг к спасительному свету.

— Смотри под ноги, — шепнула юная неизвестная позади.

И вновь Данила шёл по лесу, но теперь у него появился ориентир. Совет смотреть под ноги оказался нелишним, повсюду были расставлены волчьи капканы. К сожалению, путеводный шарик не освящал саму дорогу, поэтому парню приходилось быть крайне осторожным, пару раз он чуть не угодил в ловушку. Но вот лес будто расступился, Данила вышел на поляну. Шар нырнул в землю, а на его месте возникла фигура Арины. Парень осторожно приблизился. Девушка взглянула на него.

— Я вспомнила тот день, — проговорила она тихо, — прямо передо мной появился мужчина. Лица я его не помню, но вот глаза… — её передёрнуло, — один жёлтый, другой зелёный. А потом пустота, через миг я оказалась одна в лесу.

Данила фыркнул, передёрнув плечами.

—Интересненько, — пробормотал он. В тот же миг на поляне появилась тёмная фигура. Взмах её руки дезинтегрировал Арину, второй взмах отправил Данилу в долгое падение. И вновь парень полетел в пустоту, лёгкие заполнял едкий дым, где-то горело дерево. Долго он летел вниз. Наконец, он ударился о твёрдую поверхность, наступила тьма.

Глава 13

Данила проснулся и не сразу понял, где находится. даже не сразу осознал, что всё произошедшее ему лишь приснилось, так сильно события отпечатались в его памяти. Потом он определил, что лежит на полу, видимо, во сне он свалился с кровати, этого с ним не случалось лет с пяти. Поднявшись, он помассировал виски и побрёл умываться, вспоминая свой сон. Определённо, этому стоило придавать значение, хотя он не был уверен, можно ли доверять снам, решил, что об этом нужно поговорить с отцом Валентином.

— О, ты уже встал? — послышался позади голос бабушки, когда он умывался. Данила оглянулся через плечо.

— Доброе, ба, — произнёс он с пеной от зубной пасты во рту.

— Ты во сне с кровати свалился. Кошмары, да? — спросила Алевтина обеспокоенно, — с этими событиями неудивительно.

Данила кивнул и продолжил водные процедуры. Уже через 10 минут они оба завтракали.

— Ба, тебе чем-нибудь помочь сегодня? — спросил Данила, решив пока отвлечься от свалившейся на него задачи. Он решил, что, как минимум, до вечера не будет ничего предпринимать, нужно было взять передышку, иначе он мог попросту сойти с ума.

— Ой, да что ты! — воскликнула бабушка, — Ты ещё недавно на неделю вперёд всё сделал, — она внимательно посмотрела на внука, — я понимаю. Ты лучше к Андрюшке сходи. Он вчера заходил, тебя искал.

— А-а-а, — протянул парень, — я понял. Помог я тут ему разгрузить кораблик, обещал отблагодарить.

— Ты только, пожалуйста, не пропадай. Опять ведь волноваться буду.

Данила кивнул, потом с досады хлопнул себя по коленям.

— Вот же блин! — воскликнул он, — Я телефон на зарядку забыл кинуть.

Алевтина Ивановна улыбнулась.

— Ты меня извини, но, когда ты уснул, я сама это сделала, поняла, что ты позабыл.

Данила изумлённо взглянул на неё.

— Вот это да! Спасибо, ба!

— Что бы ты без меня делал, — сказала старушка тихо. Тут она насторожённо взглянула в лицо внуку и спросила, — Откуда царапины?

Данила пробежался пальцами по коже на лице и пожал плечами.

— Да так, ба, не бери в голову, — ответил внук с глупой улыбкой. На это Алевтина Ивановна лишь вздохнула украдкой, решив не приставать с расспросами.

Позавтракав, Данила отправился к старому другу, захватив с собой гитару. Участок Андрея находился на соседнем луче. Его дом был окружён невысоким дощатым забором. Данила увидел, как по участку бегает девочка, крича от восторга. За ней носилась собачка, вторя ей своим лаем. Завидев человека за забором, девочка остановилась и с любопытством уставилась на него.

— Привет, — улыбнулся ей Данила, — детка, папа дома?

— Я не детка, — серьёзно заявила Маша, подбоченившись. Сначала Данила едва не улыбнулся, видя такую серьёзность в семилетней девочке, но, сдержавшись, кивнул, сказав:

— Конечно, осенью ты пойдёшь в школу, взрослая уже.

— Я хотела ещё в прошлом году пойти учиться, но папа с мамой меня уговорили остаться дома.

— Ого! — Данилу это удивило, — Такая тяга к знаниям!

На голоса из дома вышел пожилой мужчина.

— Маша, кто там?

Девочка обернулась к нему.

— Деда, тут какой-то дядя папу спрашивает.

— А-а-а, — смутился мужчина, — э-э-э. Кхм. Ну, он сейчас немного занят.

— Здрасьте, Пал Семёныч, — улыбнулся гость.

— Даня! — воскликнул Павел, — Радость-то! Зашёл бы к нам? Давно тут?

— Да не очень, — ответил тот смущённо, — в субботу приехал.

— Дядя Данила? — оживилась Маша, — Привет!

Данила, наконец, прошёл на участок. Собака, до этого не проявлявшая интереса к происходящему, бросилась на гостя, оглушительно лая.

— Не бойся её! — крикнула Маша, — Она не укусит!

— Зубы сломает, — усмехнулся Данила, глядя на собаку, едва достававшую ему до колена.

— Нала, место! — крикнул Павел Семёнович, собака тут же замолкла и убежала в конуру.

— Нала? — удивился Данила, — это из «Короля льва»?

— Да, — с гордостью ответила Маша, по её ответу парень понял, что имя выбрала она. Гость присел перед девочкой и обнял её.

— Логичнее было бы так назвать кошку, — хмыкнул гость, — всё-таки львы – это те же кошки.

— А кота у нас зовут Чешир, — ответила девочка.

— Кто-то очень любит сказки, — улыбнулся Данила, потом добавил, — ты так выросла. Я тебя года два не видел.

Маша бросила короткий взгляд на деда, потом прошептала Даниле на ухо:

— Папа занят, они с мамой делают мне братика.

Данила, услышав это, онемел. Такая осведомлённость ребёнка его поразила, причём, она свою осведомлённость тщательно скрывает. А девочка мотнула головой в сторону бани. Данила хмыкнул. Тут Павел, видимо, догадавшись, что за секретики выкладывает внучка, обратился к ней:

— Мария, иди-ка ты к бабуле.

— Ну деда! — по-детски возмутилась та.

— Мария! — строго повторил дед. Маша, поняв, что он серьёзен, без лишних слов побежала домой. Павел сделал пригласительный жест гостю к беседке.

— Она у вас умная, — похвалил девочку Данила.

— Ага, слишком уж, — проворчал старик.

— Андрей говорил, что у них ремонт, живут у вас.

— Ну да, хотя они почти закончили. Эх, парень, я тебе так скажу, дай Бог каждому такую жену, как у моего— произнёс мужчина мечтательно, — и умница, и красавица, и мать хорошая, — потом прибавил злобно, — ни то, что у неё самой.

— А что у неё? — поинтересовался Данила, и тут же добавил, — а, я помню. Лариса всегда в синяках ходила.

— Именно! — воскликнул Павел Семёнович, — Это мать её била! Палкой лупила! Даже, когда она в невестах ходила!

Данила хмыкнул. Он знал, что Павел Семёнович любил поболтать, особенно он расходился, когда дело касалось всяческих несправедливостей. Ему в очередной раз пришлось выслушать длинную историю о том, как Андрей отбил невесту у её матери.

Как раз, когда старик окончил пламенную речь, дверь бани открылась, и на улицу в обнимку вышла парочка. Направившись к дому, они заметили Павла и Гостя, Данила по их изменившейся позе распознал смущение.

— Как дети, — вздохнул отец Андрея. Данила встал и подошёл к ним.

— С лёгким паром, — произнёс он с улыбкой. Лариса, коротко поздоровавшись, метнулась в дом, а Андрей пожал руку другу.

— Я тебя вчера ждал, — произнёс он смущённо.

— Чего глаза прячешь? — усмехнулся Данила, — Лучше скажи, откуда дочка такая осведомлённая и не по годам умная?

— Вот же проныра, — проворчал Андрей и, махнув рукой, потащил гостя в беседку, — посидим по-мужски? — предложил он.

— Вот это дело! — обрадовался Павел.

Следующие несколько часов трое мужчин провели за горячительным. Гитара пришлась кстати, каждый из них что-то играл, а Павел поразил Данилу любовью к русскому року.

— Ну что, покатал Машу на лодке? — спросил Данила у друга.

— Не-а, — помотал тот головой, — она оказалась неисправной.

— Кто, Маша? — хмыкнул парень, язык его чуть заплетался, а голова с трудом переваривала услышанное.

— Чё? — не понял Андрей, — Да нет же! Лодка!

— А чё там? — заинтересовался Данила.

— Не знаю, — махнул тот рукой, — но её надо чинить.

— Тогда пошли чинить, — предложил юноша.

— А пошли! — воодушевился Андрей.

— Да сидите уже, чинилы, — охладил их пыл Павел Семёнович, — чинить они что-то собрались.

— Но заняться этим надо будет, — пробормотал Андрей, — Дэн, слушай, а ты где вчера был? Ивановна сказала, ты в Семивражск потопал.

— Да так, — уклончиво ответил юноша.

— Да ладно тебе, колись! — стал настаивать друг.

Данила прищурился, оглядел компанию.

— Я уже говорил про Князеву, так вот… — и, почти не владея рассудком, парень рассказал о событиях последних дней. Оба слушали его с открытыми ртами, а Павел Семёнович, и без того самый трезвый из всех, и вовсе протрезвился.

— Вот, что я скажу тебе, сынок, — заговорил он внушительно, обращаясь к Даниле, — у нас молодые парни и девки пропадали всегда. Раз лет в 50-60 один человек.

— Батя, — возразил Андрей, — это ж местные сказочки.

— Да, я тоже так думал. А теперь, оказывается, нихрена это не сказки. Сам по суди, известно как минимум о двоих, пропавших без вести в наших краях. Следов их никто никогда не нашёл! Непонятно только, почему за всю историю нашего края повезло только Даниле.

— Может, не только мне, — отозвался Данила, с которого тоже сошёл хмель, — просто, остальные молчали.

— Может и так, — кивнул мужчина, — никогда не думал, что скажу это, но лучше ты расскажи об этом священнику.

Данила смолчал, поняв, что Павел Семёнович неверующий. Впрочем, удивляться здесь нечему – старик был убеждённым коммунистом. По выражению лица Андрея Данила догадался, что выпад отца его тоже смутил. Чтобы разрядить обстановку, юноша взял в руки гитару, и, ударив по струнам, затянул песню, как нельзя лучше подходившую к ситуации:

— Чистил Фред колодец свой…

Оба мужчины подхватили.

Разошлись они ближе к вечеру, вернее, их начала разводить Лариса, ведь Андрею утром на работу, да и бабушка Данилы, наверное, волнуется.

— Чудесная женщина, — прошептал Павел Даниле, кивая на Ларису. Через пару минут Данила шёл по улице, мурлыкая себе под нос песенку. Григ встретил его радостным лаем, на который из дома вышла бабушка.

— Ну, я вижу, хорошо посидели.

Данила сел на крыльцо.

— Ба, ты знала, что народ тут каждые 50 лет пропадает?

Женщина присела рядом и внимательно посмотрела на внука.

— Этими сказками нас в юности пугали, чтобы мы в лес не шастали.

— Походу, не сказки. И, вот ещё… — он пересказал свой сон.

— Да-а-а, — протянула Алевтина, — тебе противостоит сам сатана. Внучек, Христом Богом заклинаю тебя, береги себя.

Данила поднялся на ноги.

— Да, ба. Спасибо.

Пройдя в дом, Данила засел за свой ноутбук. Перенеся файлы с флешки, он принялся их изучать. Это были электронные документы, фотографии страниц из книг. Если свести воедино всё то, что там содержалось, складывалась такая картина: по мнению некоторых исследователей непознанного, существует магическая практика, при которой можно забирать себе Чьи-нибудь годы жизни, в основном жертвами становились юноши и девушки, иногда животные, а в редких случаях - дети. Был описан и сам ритуал: Жертву убивали особым ножом, тело клали возле специального кристалла, служащего «энергетическим пылесосом», он передавал колдуну отведённые годы жизни убитого. Душа несчастного, поскольку тело не было погребено, оставалась бродить неподалёку от места проведения ритуала. Жертвенный нож обычно зарывали у корней дерева, которое потом странным образом выгорало, а то место и место, где совершилось убийство, создавали радиус, за пределы которого душа жертвы не могла выйти. Иногда колдуну везло, и он прятал в этой зоне личные вещи жертвы, их присутствие заставляло душу страдать, удваивая переходящую энергию. Но бывали случаи, когда личная вещь убитого попадала в руки третьих лиц и, если те хранили о нём добрую память, его душа находилась в относительном комфорте. Некоторым людям удавалось встретить души пропавших жертв, этому не существовало никаких объяснений, кроме одного – Божий промысел. Но вот зафиксированных случаев, когда чары удавалось разрушить, пока не существовало. Как, собственно, их разрушить, тоже не сообщалось.

Один из текстовых документов носил название «Тебе», Данила открыл его и прочёл с особым интересом. «В рассказы о «душекраде» уже никто не верит. Я же долгие годы собирал информацию, боясь, что новой жертвой станет моя дочь. Но когда пропала подруга Лизы, я понял, что моя миссия состоит в том, чтобы вооружить знанием того, кто встанет у него на пути. Касаемо Арины, я считаю, что у «душекрада» были личные мотивы, дочь одному лишь мне поведала о том, во что ввязался старший брат девушки. Видимо, Господь избрал тебя. Надеюсь, я всё сделал правильно. Степан».

У Данилы уже болела спина от долгого сидения, голова будто разламывалась, а глаза слезились. Но рассудок его был ясен, парень сопоставил всё произошедшее с полученной этим вечером информацией. Игорь, скорее всего, спугнул негодяя, потому тот не успел подобрать украшение, которое, вероятно, отлетело от одежды Арины. Парень все эти годы хранил тюльпан, именно это позволяло душе Арины находиться в таком мини-раю. А вот, когда сам Данила заполучил и брошку, и орудие убийство, он, что называется, открыл ящик Пандоры. Собственные блуждания по туману он в расчёт не брал, но то, что к Арине вернулось ощущение времени, лишь подтверждало информацию из заметок. Оставалось только неясным, почему убийца до сих пор не отыскал Игоря и не отобрал тюльпан. Ведь пыталась же цыганка воздействовать на Данилу. Тут парня бросило в жар от воспоминаний. Про человека с гетерохромией в записях не было не единого слова, даже намёка на личность убийцы. Из этого Данила предположил два варианта: или таких людей много, или же он один, а авторы заметок так и не пришли к общему согласию и не смогли локализовать место, где действовал этот, как назвал его Степан, душекрад. И опять в истории семьи Арины фигурировала таинственная трагедия, о которой знало несколько человек, но никто не раскрывал подробностей. Данила взялся было за телефон, чтобы прямо сейчас позвонить Максиму, но, увидев, что время перевалило далеко за полночь, передумал.

Алевтина Ивановна несколько раз заглядывала в комнату к внуку и спрашивала с беспокойством, всё ли хорошо. Данила заверял, что всё в порядке, и что он скоро ляжет спать. Но в постель он лёг только тогда, когда небо за окном тронула алая зоря. Как раз Данила, решивший законспектировать всё, поставил точку на бумажном листке. Здесь он кратко изложил всё, что знал об убийстве Арины, перемешав с данными с флешки.

Глава 14

Данила спал, не видя снов. Пробудился он от назойливой мелодии будильника. Вслепую парень отключил его, хотел было снова заснуть, но понял, что спать ему больше не хочется. Однако, чтобы встать, сил тоже не было. Но, как-никак, в армии ему привили дисциплину, поэтому он выработал для себя правило – после будильника надо вставать. Соскочив с кровати, Данила приступил к зарядке, чтобы взбодриться, а после этого пошёл умываться. Алевтина Ивановна стояла у плиты, готовя завтрак.

— Доброе утро, внучек, — сказала она.

— Доброе, ба, — ответил парень.

— Честно скажу, не думала, что ты встанешь после бессонной ночи.

После водных процедур Данила сел за стол. Старушка подала к завтраку оладьи, к ним были добавлены мёд и сметана.

— Я думала о том, что ты вчера сказал, Даня, — заговорила вдруг женщина, — и, ты знаешь, много лет назад у нас в селе пропал один парень. Его тоже искали, но не нашли, история точь-в-точь, как с Ариной.

Данила кивнул.

— Всё понятно. Слушай, ба, вот ещё что, — Данила наконец рассказал о встрече с волками и неожиданной находке.

— Ох, Данилушка, отнёс бы ты этот нож батюшке, может, он что-то сможет сделать?

Данила задумался. Совет был дельным, он решил, что так и поступит.

После завтрака Данила наконец набрал номер Максима. Однако, его ждало разочарование, бездушный голос выдал, что абонент не в сети. Парень сначала подумал, что и с ним что-то случилось, но тут же вспомнил, что, по словам Лизы, мужчина иногда приезжает в Побережное, значит, позже можно будет ещё раз ему позвонить. Тогда Данила собрался к отцу Валентину. Старушка наотрез отказалась даже смотреть на нож, найденный в лесу. Настаивать Данила не стал. Заткнув оружие за ремень, он вышел из дома. Григ, завидев хозяина, радостно залаял, всем своим видом показывая, что готов идти с ним. Данила потрепал пса по голове.

— Извини, дружище, но тебя не пустят туда, куда я собираюсь, — произнёс он со вздохом.

Выйдя за забор, юноша направился к храму. Почему-то его стала мучать тревога, это его удивило, ведь до этого он не испытывал особого беспокойства. Страх был, любопытство тоже, но тревога, или даже предчувствие беды – это было странно. Усилием воли Данила отогнал от себя такие мысли. Выйдя к храму, он перекрестился и отдал поклон.

Занеся ногу над ступенькой, юноша упёрся в невидимую стену. Это его сильно удивило, попробовал ещё раз – результат тот же. Он начал раздумывать над тем, что же это может быть, вспомнил истории о том, как некоторые люди, пытавшиеся войти в храм, натыкались на невидимую стену, обычно это связывали с какими-то тяжкими грехами. Данила похолодел, стал перебирать в голове всё то, что произошло с ним за последнее время. Вроде бы, ничего такого он не совершил, разве только допустил мысль о том, что серебряный тюльпан – это какой-то связующий оберег. Но даже это подтверждалось записями, которые передал ему сын отца Валентина.

— Господи, — прошептал Данила, — я не понимаю, почему.

Едва он это произнёс, как его бок в области пояса что-то сильно обожгло. Данила сразу догадался, в чём дело, схватившись за рукоять ножа, вскрикнул от нового ожога, но, вырвав оружие из-за ремня, отбросил его в сторону и опрометью взбежал на паперть. Перекрестившись дрожащей рукой, юноша вошёл в храм и в третий раз наложил на себя знамение. Чуть успокоившись, он подошёл к старушке-свечнице.

— Здравствуйте, — проговорил он, — мне бы с батюшкой поговорить.

— Дак нет его сегодня в храме, милай! — ответила женщина, — Ищи его дома. Живёт он, как выйдешь, строго налево. Войдёшь на улицу, третий дом по правую руку. Зелёная крыша над кирпичным забором.

— Спасибо Вам, — поблагодарил юноша. Выйдя из храма, он с опаской приблизился к брошенному ножу, прикоснулся пальцем. Ничего необычного не произошло, поэтому Данила вновь приладил клинок и зашагал в указанном направлении.

Зелёную крышу Данила заприметил сразу, только дом окружал вовсе не кирпичный забор, вернее сказать, кирпичными были лишь столбы, между которыми протянулись стальные прутья. Юноша отметил добротный дом и яблоневый сад. По саду прогуливалась молодая девушка, иногда она поднимала лицо к небу и прикрывала глаза. Данила сначала изумился, думая о том, кто бы это могла быть, но тут же сообразил, что это или дочь настоятеля, или его внучка. Парень с минуту переминался с ноги на ногу, ожидая, когда на него обратят внимание, но девушка будто находилась вне этого мира, погружённая в собственные мысли. Данила постучал по металлическим прутьям. Девушка вздрогнула и повернулась на звук. Торопливо приблизившись, она вопросительно уставилась на нежданного визитёра своими большими голубыми глазами. Данила, будто зачарованный, смотрел на неё. Наконец, вспомнив, что, вообще-то, пришёл по делу, кашлянул и проговорил:

— Извините, могу я поговорить с Валентином Сергеевичем?

— Дедушка на рыбалке, — ответила та пугливо.

— А-а-а, — протянул парень, — спасибо.

Он хотел уже спросить, была ли она знакома с Ариной, но, успев примерно оценить её возраст, передумал, девушка была не старше его самого.

— Вы сейчас пойдёте его разыскивать, да? — поинтересовалась девушка, — Пожалуйста, отнесите ему ведёрко для рыбы. Дедушка ушёл, забыв его взять.

С этими словами она приоткрыла калитку между двумя кирпичными столбиками и выставила металлическое ведро. Захлопнув калитку, она убежала в сад. Данила, проводив её взглядом, пожал плечами, и, подхватив ведро, направился к берегу реки.

На пристани суетились грузчики, вновь разгружали баржу. Данила, разглядев среди мужчин Андрея, окликнул его. Тот обернулся и махнул свободной рукой.

— Андрюх, отца Валентина не видел? — спросил юноша. Андрей помотал головой. Другой из грузчиков, мужчина лет сорока, указал рукой вверх по течению, как раз в сторону ручья.

— Туда пошёл, видал его с удочкой.

Кивнув, Данила зашагал в указанном направлении. Вскоре он увидел человека с удочкой в руках. Он сидел на низеньком складном стульчике, закинув одну ногу на другую. Одет он был в джинсы и клетчатую рубашку, на голове его была соломенная шляпа от солнца. Парень сразу узнал отца Валентина, хотя такой его вид немного обескуражил парня, ведь он привык видеть священника в облачении. Валентин Сергеевич, заслышав шаги, обернулся, увидев юношу, кивнул ему.

— Клюёт? — тихо спросил Данила и приблизился.

— Нет, увы, — ответил священник, — если бы даже и клевало, всё равно, не в чем домой нести.

Данила молча поставил на камни ведро.

— Внучка просила передать, — ответил он на немой вопрос отца Валентина.

— Эх, — вздохнул мужчина, — рассеянным становлюсь. Спасибо, Даниил, что принесли ведро.

Парень сел рядом, прямо на камни.

— Не знал, что у вас две внучки.

Отец Валентин кивнул.

— Да, две. Мирославе в этом году 18 лет исполняется. Подождите, а как вы с ней пересеклись? — спросил мужчина, повернувшись к юноше.

— Искал Вас, отец Валентин, — ответил тот, — в храме Вас не застал, мне указали адрес. А там, собственно…

— Понятно. Итак, чем я могу помочь?

Данила сложил пальцы в замок, поставив локти на колени.

— Арина стала жертвой некоего душекрада. Есть колдовская практика, которая позволяет забирать годы жизни у жертвы, питая ими практикующего этот ритуал.

Священник нахмурился.

— Нехорошо. Это Вы всё вычитали из записей, которые передал мой сын?

— Да. Отец Степан – один из немногих, кто верил в рассказы об этом колдуне. Он боялся за свою дочь.

— Я этого не знал, — произнёс Валентин Сергеевич задумчиво, — я думал, у него от меня нет секретов. Он, конечно, сказал мне в тот день, что у него есть информация, но что в этом были его личные мотивы - для меня это новость.

— А Павел Семёнович, отец Андрея Лисицына, сказал, что здесь молодые пропадают раз в несколько десятилетий.

— Это правда, — ответил священник мрачно, — много лет назад исчез один мой хороший товарищ.

— Ну вот, 5 лет назад отмеренный ему срок истёк, и колдун нашёл новую жертву.

Данила пересказал подробности, известные ему. Потом достал нож и показал Валентину Сергеевичу. Тот с опаской взял его, вгляделся. Лицо его исказила гримаса ужаса, он отбросил клинок.

— Быть этого не может! — вскричал мужчина, Данила с удивлением взглянул на него.

— Вы о чём? — спросил он, подобрав нож.

Отец Валентин тяжело вздохнул.

— Вон те горы видите? — кивнул он на противоположный берег, — В молодости я выучился на шахтёра. А там, — он указал на горную гряду, — как раз начали выработку редчайшего металла. Я был включён в группу, направленную в те шахты. К несчастью, произошёл обвал. Погибли все, кроме меня, я отделался переломом ноги. Люди сверху тщательно изучили этот случай и, учтя все ошибки, собрали новую группу. Но и она погибла. В третий раз рисковать не стали, идею о добыче металла оставили, шахты с тех пор заброшены. Я видел тот металл. И я с уверенностью могу заявить, что нож отлит из него!

Данила помассировал лоб.

— Думаю, не случайно шахтёры погибли. Скорее всего, и логово душекрада находится там же.

— Очень возможно. Даниил, послушайте, если всё так складывается, то в Ваших силах остановить этого колдуна.

Данила встал, отец Валентин тоже поднялся.

— Я, — проговорил священник, — благословляю вас. Если сможете, разрушьте его чары, а тело Арины нужно предать земле. Я могу провести заочное отпевание.

— Я сделаю всё, что в моих силах, — произнёс Данила и, развернувшись, пошёл домой. Юноша немного тревожился, ведь он не задумывался всерьёз о том, что ему придётся столкнуться лицом к лицу с колдуном. Но Валентин Сергеевич был прав, Господь, кажется, до сих пор благоволил Даниле, быть может, Он и дальше не оставит его. Парень возвёл глаза к небу и произнёс:

— Господи, я иду. Помоги мне.

Глава 15

Вернувшись домой, Данила прошёл на кухню и сел на скамью. Алевтина Ивановна внимательно посмотрела на внука.

— Данилушка, объясни, наконец, что происходит. Мне нужна полная картина.

— Сядь рядом, ба, — попросил внук. Старушка, видя такую серьёзность, охнула, но тем не менее села на скамью.

— Слушай, — начал Данила и поведал о том, что только сегодня рассказывал отцу Валентину. Лицо Алевтины Ивановны выражало то беспокойство, то не доверие, а то и вовсе ужас. Завершил свою речь Данила тем, что намерен отправиться на другой берег и спуститься в старые шахты.

— Внучек, ты понимаешь, что идёшь на смерть? Обо мне-то хоть подумай! — воскликнула старушка, — Хотя бы о матери! У нас ведь только ты и остался!

Данила вздохнул.

— Что ты предлагаешь? — спросил он.

— Сообщить, куда следует, — неуверенно ответила женщина. Данила рассмеялся.

— И нам поверят? — хмыкнул юноша, — Даже ты до конца мне не веришь, ведь так?

Старушка нехотя кивнула.

— Ну вот. «Куда следует» нас пошлют куда подальше. Ну хорошо, даже если нам поверят, если представить, что они согласятся отправить боевиков в шахты. Они ведь тоже могут погибнуть. Если эту девушку за столько лет увидел лишь я, имею ли я право перекладывать эту ответственность на других?

— Да, ты прав, — согласилась женщина, вздохнув, — но ведь ты один. Тебе, разве, не страшно?

— Не знаю, ба, — пожал Данила плечами.

Алевтина Ивановна обняла внука и заплакала, положив голову ему на грудь. Данила смотрел на неё, не зная, что говорить, как успокоить её. Он понимал, как тяжело ей принять всё это, но пути назад уже не было.

— Ладно, бабуль, не плач, — попытался подбодрить её внук, — если повезёт – вернусь. А если нет, то, — он вытащил сложенный вчетверо листок, — отдай это маме. Там всё описано. Я всю ночь изучал и конспектировал.

Дрожащими руками старушка взяла листок и кивнула, потом встала, перекрестила внука.

— Господь да не оставит тебя.

Парень кивнул, тоже встал, обнял бабушку.

Пришло время собираться. Подумав немного, Данила решил ничего с собой не брать, лишь дьявольский нож и серебряный тюльпан, парень счёл, что украшение, возможно, поможет ему. Ещё он взял фонарик, а телефон решил оставить.

— Кажется, всё, — произнёс Данила тихо, — я готов.

Старушка обняла внука на прощание, вновь перекрестила. Данила вышел на улицу. Дул лёгкий ветер, солнце светило с безоблачного неба. Григ, завидев хозяина, забегал возле своей будки, будто предчувствуя что-то. Данила подошёл к псу и погладил его.

— Извини, дружище, но и в этот раз ты останешься дома. Будь умницей.

Сказав это, Данила вышел за калитку и зашагал к пристани.

По обыкновению Андрей был на берегу, обычно он разгружал баржи, в другое время он занимался техобслуживанием. Завидев друга, мужчина махнул ему рукой.

— Эй, Дэн!

— Снова привет, Андрюх, — ответил Данила, — как там лодка? Починил?

— Э-э-э, — растерялся Андрей, — нет ещё, мне не до этого.

— Мне нужна лодка, сойдёт и твоя.

— Зачем? — насторожился Андрей.

— Надо. Я потом тебе расскажу, — произнёс Данила.

Андрей внимательно посмотрел на друга.

— Слушай, я даже не знаю. Эта лодка, дно речное её побери, на ладан дышит. Того и гляди…

Но Данила его не слушал, он подошёл к белой с жёлтой полоской лодке, что покачивалась на воде. Андрей вздохнул, вытащил из кармана ключ от речного транспорта и бросил приятелю. Данила поймал его на лету.

— Скажи хоть, куда собрался? — спросил старший товарищ.

— Туда, — мотнул Данила головой в сторону гор.

— Эге-е-е, — протянул Андрей тихо, но возражать не стал. Данила отвязал лодку, завёл мотор и выехал на открытую воду.

Лодка резала речную гладь. Данила сидел у руля, встречный ветер швырял ему в лицо брызги. Парень обернулся, за лодкой тянулся белый пенистый шлейф. Вновь подставив лицо ветру, юноша прикрыл глаза, наслаждаясь моментом. Всё-таки было в этом что-то такое.

Внезапно лодочный мотор зачавкал, зарычал как-то неестественно и затих. Лодка пролетела несколько метров по инерции и остановилась. Данила нахмурился, только этого ему ещё и не хватало. Он попытался вновь завести мотор, но безуспешно – мотор окончательно вышел из строя. Данила почувствовал неладное. Принюхавшись, он уловил сильный запах бензина. Взглянув на топливный бак, юноша похолодел – бензин вытекал из бака, и не куда-нибудь, а прямо на моторную коробку, там уже образовалась порядочная лужица. Дотронувшись кончиком пальца, юноша одёрнул руку, крышка была раскалена.

Счёт шёл на секунды, ещё немного, и лодка взлетит на воздух. Не раздумывая, Данила бросился в воду и устремился на глубину. Через несколько секунд водяное пространство содрогнулось от взрыва, а Данила был отброшен в сторону, лишь чудом от испуга он не глотнул воды, а вот драгоценный кислород он потратил, ему пришлось плыть наверх чуть ли не быстрее, чем он погружался. Вынырнув, Данила шумно задышал. Глаза болели от воды, уши тоже оказались ей заполнены. Юноша осмотрелся. На поверхности плавали горящие остатки лодки. Он даже содрогнулся от мысли, что было бы, не заметь он вовремя протечку.

Оглядевшись, юноша определил, что гористый берег находится ближе, чем сельский, значит, ему в любом случае придётся двигаться вперёд. Посмотрев назад, он подумал, что кто-то мог услышать взрыв, тот же Андрей. Данилу наверняка сочтут погибшим. Что же, может, он и правда погибнет, только позже, а сейчас нужно просто добраться до берега. Придя в себя после взрыва, юноша поплыл к ближнему берегу, который, как выяснилось, лишь казался близким, несколько раз пловец останавливался, чтобы отдохнуть. Мокрые одежда и обувь сковывали движения и тянули на дно. Когда Даниле казалось, что силы окончательно покинули его, ноги коснулись дна. Здесь воды ему было по грудь. Добредя до каменистого берега, Данила рухнул на спину без сил и уставился в безоблачное небо, с которого приветливо светил жёлтый круг солнца. Сам не зная, чему, юноша широко улыбнулся. Сейчас он был жив, а это, пожалуй, главное. Но раз случилось то, что случилось, враг не дремлет, враг знает, что к нему идут, и он боится своего противника. Внезапно Данила подскочил, стал обшаривать себя. Облегчённо выдохнув, он вновь лёг на камни. Что же его так встревожило? В какой-то момент ему показалось, что во время «кораблекрушения» он потерял нож и брошку, однако, всё его имущество было при нём, даже фонарик не потерялся, хотя, теперь от него нет никакого толку. Данила попытался для верности включить его, но устройство, как и ожидалось, вышло из строя. Данила отбросил его в сторону.

— Ну и фиг с тобой, — пробормотал он, прикрыв глаза.

Пролежав несколько минут без движения, Данила, наконец, стянул с себя мокрую одежду и обувь, стал отжимать воду. Он решил, что не будет ждать, когда вещи совершенно просохнут, придётся идти в мокром, но теперь хотя бы вода не лилась с него ручьями. Данила осмотрелся на местности. Почти сразу от берега вверх уходил склон, юноша пошёл по нему. Через несколько метров открывалась широкая площадка, на которой расположились развалившиеся деревянные постройки, юноша предположил, что когда-то это был шахтёрский лагерь. Впереди возвышались горы, а по одному из ущелий пролегли рельсы. Данила взял их себе за ориентир, рельсы приведут его ко входу в шахту. Пройдясь по остаткам строений, парень не нашёл ничего ценного, кроме нескольких ржавых кирок, одну из которых он прихватил с собой на тот случай, если придётся прорубать путь сквозь камень, хотя он не имел ни малейшего представления о шахтёрском ремесле, один неосторожный удар мог обрушить на его голову тонны каменной породы.

Данила медленно шёл по старым рельсам, вглядываясь вперёд. Перед ним открывался чёрный проход в шахту, деревянные подпорки поддерживали каменный потолок. Остановившись перед входом, юноша чуть помедлил. Он понимал, что как только он сделает шаг под каменный свод, обратной дороги у него точно не будет. Неизвестность слегка пугала, и одному только Богу известно, что там ждёт парня. Наконец, он тряхнул головой.

— Будь, что будет, — произнёс Данила и смело шагнул вперёд. Ничего не произошло, лишь скрипнула одна из подпорок у самого входа. Второй шаг, ещё один, всё было по-прежнему. Но вот Данила сделал ещё несколько шагов, деревяшки позади треснули, не выдержав нагрузки, камень рухнул, закрывая и без того с трудом пробивающийся свет. Данила вскрикнул от неожиданности. Предчувствие его не обмануло, теперь точно вернуться он не сможет. Передёрнув плечами, Данила сделал глубокий вдох и тут же закашлялся, это он вдохнул пыль, поднятую упавшим камнем. Инстинктивно парень зажмурился, чтобы пыль не попала в глаза.

Подождав, пока пыль осядет, Данила открыл глаза. Его окружала кромешная тьма, нельзя было разглядеть и кончика носа. Теперь ему придётся ориентироваться лишь на слух. Юноша стал аккуратно двигаться вперёд, стояла звенящая тишина, на её фоне звук собственного дыхания немного пугал. Понемногу глаза стали привыкать к темноте, Данила смог разглядеть стену на небольшом расстоянии. Аккуратно двигаясь вперёд, парень набрёл на развилку. Под его ногами всё ещё тянулись рельсы. Логика подсказывала, что двигаться ему надо по коридору, ведущему вниз, и он свернул налево. Вскоре глаза совсем привыкли к темноте, ориентироваться стало легче.

«Зря пришёл, теперь умрёшь, — прозвучал в голове Данилы дикий шёпот, — дурак!»

— Я тебя не боюсь! — крикнул парень в пустоту срывающимся от раздражения голосом. Прямо над его ухом раздался хриплый смех, и чей-то голос произнёс:

— А стоило бы.

Данила дёрнулся от неожиданности, нога его соскользнула с камня, он оступился и полетел вниз по крутому спуску.

Падение было недолгим, Данила ударился о груду камней. Удар был сильным, парень с минуту лежал без движения, пытаясь прийти в себя. Наконец, встав, он осмотрелся. Перед ним развернулись последствия давнего обвала, унёсшего жизни шахтёров. Данилу передёрнуло от одной мысли об этом. Но здесь коридор не заканчивался, парень заметил небольшой проход в стене и заглянул туда. Там он увидел естественные пещеры, об этом говорило отсутствие подпорок. Плотно сжав губы, юноша пошёл туда. И вновь дорога вела вниз. Миновав спуск, Данила оказался на развилке, прямо, налево и направо вели коридоры. Парень в задумчивости остановился, решая, в какую сторону пойти.

«Как в сказке, прямо пойдёшь – смерть найдёшь», — мысленно усмехнулся он. Подумав ещё немного, он действительно пошёл прямо. Дорога, как и прежде, вела вниз.

Вскоре Даниле показалось, что он видит голубоватый свет. Пройдя ещё дальше, он понял, что свет этот усиливается, а, взглянув под ноги, парень увидел растущие то тут, то там, светящиеся грибы. От удивления он даже ахнул, до сих пор о подобном он знал лишь из учебника по биологии, но встретить биолюминесцентные грибы вживую – это дорогого стоит. В воздухе пахло сыростью, где-то что-то чавкало. Вскоре к запаху сырости примешалась какая-то затхлость, у Данилы закружилась голова. Он сделал шаг, пошатнулся. Двигаясь дальше, он оказался в просторной круглой пещере, имевшей только один выход, он служил и входом. Внезапно его окружили человеческие полупрозрачные фигуры, все они были вооружены холодным оружием. Кто-то сжимал прямые мечи, кто-то – кривые сабли. У двух из них Данила заметил винтовочные штыки времён гражданской войны. Всего фигур было десять, они плотным кольцом окружили юношу. Тот, нетвёрдо держась на ногах, выхватил из-за пояса нож и крепко сжал его в руке, кирку он давно бросил за ненадобностью, так что другого оружия у него не было.

— Ну, давайте, — произнёс он холодно. В армии ему довелось обучаться бою на ножах, это была инициатива командира части. Призраки разом бросились на парня, тот выбросил руку с крепко сжатым ножом вперёд. Но едва лезвие коснулось одного из нападавших, как все они обратились в туман, рассеявшийся по комнате. Данила вновь пошатнулся, в глазах его потемнело, он рухнул на пол, на некоторое время потеряв сознание.

Спустя пару минут Данила пришёл в себя. Поднявшись, он осмотрелся, прокручивая в голове произошедшее. Он догадался, что нападение призраков – это галлюцинация, вызванная светящимися грибами, парень просто надышался их спорами. Возвращаясь прежним путём, Данила задержал дыхание, чтобы вновь чего-нибудь не случилось.

«Создала же природа эту гадость!» — подумал он с досадой.

Вернувшись на развилку, Данила решил исследовать коридор, что вёл направо, но не прошёл и сотни шагов, как упёрся в стену, это был тупик. Выходит, что ему остался только один путь – налево. Вновь вернувшись на развилку, юноша пошёл по последнему доступному ему коридору.

Некоторое время спустя Данила обратил внимание на то, что становится жарко, это ему показалось странным, ведь, насколько он знал, в пещерах обычно холодно, а тут почему-то стоял жар. Температура воздуха была такой, что одежда юноши почти просохла, а по телу стал течь пот. Данила в шутку предположил, что путь его лежит прямиком в ад.

Глава 16

Ещё какое-то время прошло в блужданиях, Данила спускался всё ниже, становилось всё жарче. Юноша вышел в просторную комнату искусственного происхождения, об этом говорила её идеальная пятиугольная форма. Данила примерно оценил её размеры, была она, как небольшая квартира, если брать общую площадь, без стен. Комнату освещали камни, вделанные в потолок. Обстановку юноша оценить не успел, потому что его взгляд приковала каменная плита в противоположном от входа углу, на ней лежало тело девушки, а у её изголовья был закреплён голубоватый кристалл размером с хороший арбуз. Данила вскрикнул, узнав в девушке Арину. Подбежав к ней, парень прикоснулся к её руке – тело было мертвенно ледяным, хотя и не окоченевшим, этого Данила не мог уложить в голове. И, вроде, он вычитывал каждую строчку, всё понял о ритуале, но именно это его поразило, Арина была будто жива, но в то же время было совершенно ясно, что девушка мертва. На ней был всё тот же сарафан, юноша прикоснулся губами ко лбу Арины. Позади Данилы появился человек, парень понял это по шороху. Обернувшись, он увидел в паре метров от себя болезненно худого мужчину среднего роста, черт его лица разглядеть ему не удалось, но вот глаза были чётко видны, были они точь-в-точь такими, как описывала Арина.

— Пришёл-таки? — спросил тот холодно, — И, я вижу, у тебя множество вопросов. Спрашивай.

— Кто ты? — выпалил Данила первое, что пришло в голову.

— Ты уже знаешь. А если ты об имени, то я Антип.

— Зачем тебе всё это? — вновь спросил Данила, делая шаг навстречу.

— Глупый вопрос, — хмыкнул Антип, — я живу очень долго, я видел победы Иоанна Васильевича. Даже такая долгая жизнь может быть прекрасна, если правильно ею распорядиться.

— Разве нет другого способа продлить свою жизнь? — от возмущения у Данилы перехватило дыхание. Антип усмехнулся.

— Можно. Но с животными, обычно, сложнее, у них нет души. Да и с людьми, поверь, интереснее, — по его лицу скользнула ухмылка, — особенно с молодыми девками.

Данила шумно выдохнул, в глазах потемнело от ярости.

— В тебе есть хоть что-то человеческое?! — крикнул он в лицо Антипу.

Антип выставил перед собой ладонь.

— Не волнуйся, твою подругу я не трогал.

— Кстати о ней, — Данила чуть успокоился, — почему за столько лет увидел её только я?

— Это ты у своего Бога спросишь, когда окажешься перед ним, — фыркнул Антип, — не знаю. Ты мне все карты спутал, щенок.

— Скажи, Антип, — произнёс Данила, кладя руку на рукоять ножа, — почему ты меня сразу не убил?

— До сих пор ты меня лишь забавлял, — ответил колдун раздражённо, — я даже был уверен, что ты выживешь на реке! Но ты зашёл слишком далеко.

— Ты слишком самонадеян, Антип, — хмыкнул Данила.

— Не без этого, — ответил тот спокойно, — но, надо признать, 5 лет назад я совершил оплошность. Если бы я был внимательнее, все козыри были бы у меня.

— Почему же ты сразу не вышел на владельца брошки?

— Это же тебе не кольцо всевластия. Или, выражаясь по-нашему, пойди туда, не знаю куда, найди то, не знаю, что, — пояснил колдун, — но вот когда ты появился рядом с девкой в третий раз, я понял, что за тобой надо следить.

— То есть, все мои злоключения в тот день – это твоих рук дело? — поинтересовался Данила, сверля его взглядом.

— И как же ты догадался? — с деланным удивлением произнёс Антип.

— А ещё я догадался поговорить с несколькими людьми. Если бы полиция сделала то же самое, тебя бы давно припёрли к стене.

Антип усмехнулся.

— А ты спроси, как звали предыдущего участкового в Побережном.

— Отдай Арину! — потребовал Данила, которому надоел этот разговор, тем более, он удовлетворил своё любопытство.

— А ты отними! — рассмеялся Антип.

В его руках появился длинный меч, он, замахнувшись, бросился на Данилу. Парень нырнул под колдуна, перекатился на бок и встал на ноги, замахнувшись ножом, приготовился к прыжку. Антип усмехнулся. Данила сделал рывок вперёд, но тут же был отброшен телекинезом в стену. Ударившись спиной, он сполз вниз. Колдун оказался возле него. Данила попытался встать, но понял, что не может пошевелиться, Антип сковал его магией.

— Хочешь продолжить? — спросил он, нависнув над юношей, — изволь. Но учти: если повредишь мне – повредишь и ей, — он кивнул на каменную плиту, — её тело питает меня, это как, как… Сам придумай сравнение.

Данила вновь попробовал встать, на этот раз попытка увенчалась успехом.

— Я не отдам тебе её хотя бы потому, — продолжал Антип, — что у меня личные счёты с её братцем. Он уничтожил то, что я собирал много лет!

Данила хотел уже спросить, о чём говорит колдун, но пересилил своё любопытство, лишь сказал:

— Так и отыгрывался бы на нём, причём тут Арина?

— Для моего ритуала нужны невинные люди, — нехотя пояснил Антип. Данилу вновь затрясло от возмущения, он сжал рукоять ножа и вновь бросился на Антипа. А тот снова отшвырнул его в стену, на этот раз юноша упал возле ложа Арины. Колдун, оказавшись возле него, посмотрел ему в глаза.

— Похоже, мы в тупике, да? Ты проиграл. Меня тебе не убить, — заговорил он издевательским тоном, — это всё твой бог. Это ведь он привёл тебя сюда! Ты слепо верил, и к чему это привело?

Данила замер, частью себя понимая его правоту. Парню стало обидно, всё зря, и Арину не спас, и себя погубил, и колдуна ему не остановить. А ещё он обрёк на горе всех своих близких. Неужели Бог и правда оставил его? За что?

Антип, прочитав это в его глазах, усмехнулся.

— Но мне нравится твоё упорство. Хорошо, отпущу тебя и твою подружку, тебе стоит лишь признать, что твой Бог не всесилен, а что есть тот, кто сильнее. Только вдумайся! — колдун говорил с жаром, чувствуя, как его слова влияют на «церковного фанатика», — Много лет он и дьявол ведут борьбу, но он проигрывает!

— Почему? — спросил Данила хрипло, всё больше сомневаясь в своей вере.

— Потому, — заговорил Антип тоном учителя, объясняющего урок, — что несмотря на все усилия его служителей, человечество с наслаждением развращается. Мой хозяин знает, как вами управлять, хотя, честно тебе скажу, иногда у вас это и без него получается. В иных же есть вера, да, но она не так сильна, чтобы противостоять подобным мне.

— Ты и есть дьявол, — прошептал юноша, тщетно пытаясь пошевелиться.

— Что? — отозвался Антип, досадуя, что его тираду прервали.

— Ты не прав. Бог сильнее дьявола, — сказал парень, сам едва веря в это.

— Тогда скажи мне, фанатик, почему он не защитил Арину? — расхохотался колдун, нависнув над юношей, — Не можешь ответить. Потому что не знаешь, или не веришь!

— Если бы я не верил, я бы не дошёл сюда, — возразил Данила.

— И верно, ты здесь, — кивнул тот, — но устоять против соблазна шалавы – это не вера, а установка. Ты просто знаешь, что это – грех, тебе об этом сказали. И отказаться от помощи колдуньи-побродяжки – это тоже не вера, просто тебе сказали, что это грех, — Антип усмехнулся, присел и похлопал Данилу по плечу, — вот и выходит, что ты не верил, а думал, что веришь.

— Ты не прав! — рявкнул Данила и вновь дёрнулся – тщетно.

Колдун поднялся и продолжил речь, не обратив на это внимание:

— Да взять хотя бы нас с тобой, воинов, если угодно, света и тьмы. Я не только физически сильнее, но и словесно.

Данила чувствовал, как его сознание раздвоилось, одна половина шептала, что колдун прав, потому что говорил сухими фактами, а другая половина отчаянно сопротивлялась, говоря, что Истина восторжествует несмотря ни на что. На глазах выступили слёзы, мысленно он воззвал к Богу о помощи, уже сам не зная, осталась ли в нём хоть капля веры, если она вообще была.

— Итак, — продолжал свою речь Антип, — моё условие – ты признаешь, что, по крайней мере сейчас, твой Бог не так силён, как мой хозяин, а залогом нашего договора станет жертва, которая ляжет на эту плиту вместо твоей подружки.

Данила сделал над собой усилие, хватаясь за остатки веры, едва не уничтоженной этим служителем дьявола. Он резко зажмурился, стараясь не слушать условий, которые ему ставили. Нет, раз ему суждено погибнуть, пусть так и будет. А уж он постарается, чтобы его жертва не была напрасной. Морок с его сознания отступил, парень явственно осознал, что всё, сказанное Антипом, было ложью, все эти дни Данила поступал по совести, не по установке. Юноша почувствовал, что может шевелиться.

— Знаешь, что? — заговорил он, поднимаясь на ноги, — на пиру у царя Валтасара произошло чудо: на стене появилась надпись, — парень нахмурился, — мене, мене, текел, упарсин, — с этими словами он, будто руководимый кем-то другим, выхватил из кармана брошку-тюльпан и ударил ею о рукоять ножа. Данилу ослепила яркая вспышка, а когда к нему вернулась способность видеть, он почувствовал, что оружие в его руке стало значительно тяжелее. Взглянув на нож, он изумился, вместо чёрного короткого ножа его ладонь сжимала серебристый меч с изогнутой гардой, посреди которой находился орнамент, изображавший тюльпан. Антип был не менее него поражён произошедшим. Данила, пользуясь его замешательством, сделал крутой разворот и ударил лезвием меча по кристаллу, который тут же разлетелся на осколки. Данила и сам не понял, зачем это сделал, но, увидев в глазах Антипа неконтролируемое бешенство, смешанное с отчаянием, догадался, что поступил верно.

— Теперь играем на равных? — усмехнулся юноша.

— Всё равно это тебе не поможет, — прошептал Антип с ненавистью, — множество дураков до тебя сюда пришло, и после тебя столько же будет.

— Ты действительно веришь в это, или тебе всего лишь хочется в это верить? — спросил Данила почти с нотками искреннего сожаления, он-то знал - нет у Антипа этой веры.

Колдун, размахнувшись, ринулся на Данилу. Тот выставил свой меч перед собой, раздался звон стали. Антип попытался ударить парня сбоку, но тот увёл меч врага в сторону. Потом, ударив Антипа ногой под колено, обрушил на него всю силу удара, но колдун парировал его атаку. После этого противник попытался нанести удар сверху, но юноша скользнул вниз, пару раз перекатился и, вскочив на ноги, нанёс удар сбоку. Антип вскрикнул, обернулся к дерзкому юнцу, сделал прямой выпад и, конечно, он бы убил Данилу, но тот вовремя нырнул вниз, уходя от острия, попутно его клинок прочертил дугу, отсекая колдуну руку. Антип дико закричал от боли, его меч с лязгом упал на каменный пол. Но, казалось, враг не собирался сдаваться, в ту же секунду он подхватил меч другой рукой и вновь бросился на Данилу. Тот принял рубящий удар на своё оружие, потом, сделав крутой разворот, ударил колдуна кулаком в грудь, тот отшатнулся. Пользуясь моментом, юноша, вложив остатки сил в удар, пронзил его рёбра. Антип захрипел, сделал несколько шагов назад и медленно рухнул. Оба его глаза потухли, а на лице навсегда застыл злобный оскал.

Данила, тяжело дыша, без сил рухнул рядом, эта битва вымотала его.

— Мир твоему праху, Антип, — произнес он тихо.

Глава 17

Данила лежал, глядя в потолок. Понемногу к нему приходило осознание, что только что он лишил человека жизни. В пылу битвы это ощущалось иначе, а сейчас его сознание будто перевернулось. Он подумал об отце, который сражался множество раз, жаль, теперь не получится спросить, что тот чувствовал, лишая врагов жизни. Ещё он думал о том, что едва не отрёкся от Господа, ведь слова колдуна действительно едва не уничтожили его, и теперь у него не осталось сомнений в могуществе Господа. Подумал он и о том, что это событие, наверное, сделало его другим. Юноша тихо произнёс:

— Слава тебе, Господи.

Встав, он прошёлся, остановился возле плиты, склонился над Ариной. Странно, но выглядела она так, будто с момента смерти прошло менее часа, а уж как выглядят покойники, он знал: несколько лет назад умерла его бабушка по линии мамы, да и на похоронах других родственников он тоже бывал.

Данила провёл пальцами по щеке девушки, ловя себя на мысли, что с поражением колдуна Арина вернётся в мир живых, по крайней мере, он надеялся на это. Но чуда не произошло, видимо, ему придётся с этим смириться. А раз так, что делать дальше? Данила стал рассуждать вслух:

— По-хорошему, тело стоит предать земле. Над ней нужно провести отпевание. Допустим, это можно сделать заочно, а Арину похоронить здесь. Отец Валентин говорил об этом. Могу я это сделать? — Данила огляделся, будто желая услышать ответ, — Не могу. Во-первых, где? Здесь, в пещере? Тут везде камень. Вытащить наружу? Там могилу найдут, а после эксгумации… — он резко помотал головой, пытаясь не думать о том, что за этим последует, — ну а во-вторых, где я тут лопату найду? Значит, мне нужно вернуть её тело в Побережное, пусть тогда решает Отец Валентин, Макс, кто угодно. Кстати, я ему так и не дозвонился. Надеюсь, хоть на похороны сестры смогу позвать.

Данила сел на пол.

— Ладно. Для начала нужно выбраться из этого лабиринта.

Резко поднявшись, Данила осмотрелся. Из этой комнаты вёл ещё один коридор, парень решил, что попробует пойти по нему. Потом он взял Арину на руки.

— Ну, с Богом, — произнёс он и пошёл в выбранном направлении. Как именно выбираться, он не представлял, знал лишь одно – тем же самым путём он не выберется, значит, стоит отыскать другой, благо, по логике, у этой сети пещер должно быть несколько выходов на поверхность. Был, правда, велик шанс выйти совсем в другом месте, но это не так существенно, главное, он найдёт выход. Ещё стоило выбирать ту дорогу, которая уходит вверх, это было логично. О дальнейшем он не думал, решив, что с проблемами нужно разбираться по мере их поступления.

Путь его был долгим, снова бесконечные сети коридоров, повороты и развилки. Но предчувствие и логика не подвели, вскоре жар подземелья, к которому парень привык, сменился на естественную прохладу, юноша догадался, что скоро найдёт выход.

Выбравшись из-под каменного свода, Данила без сил рухнул на землю. Стояла глубокая ночь. Было прохладно. Парень, глядя в чёрное небо, рассмеялся, он был жив, а Антип – уже нет. Полежав немного, он сел, взглянул на Арину. Во что бы то ни стало, он должен вернуться. Можно было оставить Арину здесь, переплыть реку и вернуться за ней на лодке, но на это уйдёт много времени, а девушка и так слишком долго не имела покоя. Данила снял обувь, вытащил шнурки и, обдумав свой замысел как следует, стал привязывать тело покойной к себе. Идея казалась простой – он переправится через реку с ней на спине. Данила понимал, что шансов у него практически нет, но иного выхода он просто не находил.

Надёжно привязав Арину к себе, Данила вошёл по колено в воду. Холод обжёг его, инстинктивно он сделал шаг назад. Бросив взгляд через плечо, юноша перекрестился.

— Господи, не оставь меня, — прошептал он и пошёл вперёд, всё больше погружаясь в воду и чувствуя тяжесть тела у себя за спиной.

Уже через несколько минут Данила плыл, загребая руками. Это оказалось сложнее, чем он мог себе представить – тело Арины давило на него, а мокрая одежда сковывала движения. Данила только сейчас вспомнил, что не снял с себя джинсы и футболку, тогда ему было бы проще. Но пути назад у него уже не было. Не кстати он вспомнил, что, в теории, мог докричаться до Побережного, к нему немедленно направили бы спасательную команду из местных жителей. Шансы докричаться были, эхо, отражённое от гор, долетело бы. Но что теперь жалеть о том, на что уже нельзя повлиять, остаётся только продолжать путь. Если сейчас он будет кричать, то потеряет много сил, которые стоило бы поберечь. Данила решил, что позовёт на помощь, если его собственные силы будут на исходе.

Пока он просто плыл, постепенно приноравливаясь к грузу на спине. И хорошо ещё было, что лодку он потерял по пути к горам, случись это на обратном пути, он бы погиб наверняка, пытаясь не потерять тело Арины. Каждый взмах – это один метр водной глади, А сколько взмахов ему нужно сделать? Данила стал лихорадочно вспоминать ширину реки. От одного берега до другого было около километра.

Взмах, ещё один, другой, четвёртый. Вдох, есть ещё силы. Чтобы отвлечься, Данила стал считать взмахи. Вскоре ему стало казаться, что он плывёт уже целую вечность, а тот берег будто не становится ближе. В глазах начало темнеть, парень чувствовал, что ещё немного, и он пойдёт ко дну. Но нет! У него нет права на смерть!

«Не здесь и не сейчас!» — подумал он и, вкладывая остатки сил, поплыл дальше. На пристани мигнул огонёк, кто-то включил фонарь. Данила решил, что пришло время. Набрав побольше воздуха в лёгкие, он крикнул:

— Сос!

Его услышали, потому что кто-то отозвался с пристани:

— Чего? Что случилось?

— Тону! — вновь крикнул Данила, тратя последние силы. Сердце его чуть не выпрыгнуло из груди, когда он услышал, как у пристани взревел лодочный мотор.

Глава 18

Данила плыл из последних сил, разум его затуманился. Последнее, что он явственно помнил, это чьи-то руки, ухватившие его и тело Арины. Почувствовав, что он лежит на чём-то твёрдом, парень ушёл в забытье. Очнулся он оттого, что кто-то делал ему искусственное дыхание. Открыв глаза, он выставил руки вперёд и, судя по всему, кого-то ударил. Какая-то женщина охнула. Данила открыл глаза. Горел большой фонарь, парень лежал на деревянной пристани. Над ним склонилась Лариса.

— Чего дерёшься? — спросила она обиженно. Рядом присел Андрей.

— Ну ты, собака, и напугал нас. Ты что вообще устроил?

Данила прокашлялся и сел.

— Это ты мне неисправную лодку дал, Андрей, — упрекнул он приятеля.

— А я тебя предупреждал, — буркнул он, затем добавил виноватым тоном, — прости, Дэн, но ты мог мне сказать, что Хароном заделался? Ты…

Данила взмахнул рукой, прерывая его.

— Слушай, не грузи. Я за эти сутки несколько раз чуть не погиб.

Осмотревшись, парень увидел, что тело Арины лежит здесь же, возле него суетились другие селяне. Он подполз ближе.

— Слава Богу, мы сможем её теперь похоронить, — полушёпотом произнёс он.

— Дань, это Арина?.. — спросила Лариса, садясь рядом, — значит, она столько лет была мертва? Я не хотела верить… — она не договорила, женщину задушили слёзы. Андрей обнял жену и вопросительно взглянул на друга детства.

— Сложно объяснить, — пробормотал юноша, — как там бабуля?

— С ней Валентин, — ответил Андрей, — когда лодка взлетела на воздух, мы тут все охренели. Батюшка нас тут успокоил, как мог, сказав, чтобы не теряли веры. Сам же к Ивановне пошёл, её успокаивать.

Данила поднялся на ноги. Состояние было вполне ничего, благо, он не успел нахлебаться воды. Присев на корточки, он взял Арину на руки, на него недоумённо посмотрели. Кто-то осторожно заметил:

— Лучше не трогай до приезда судмедов.

— Заткнись, Серый, — шикнул на него Андрей, — он, похоже, знает, что делает.

— Да, знаю, — коротко бросил Данила и зашагал к своему дому.

Григ, почуяв хозяина, залился радостным лаем. На крыльцо выбежала Алевтина Ивановна, а, увидев внука с девушкой на руках, замерла.

— Данилушка, Бога ради! На кого же ты оставил меня?!

— Прости, ба, — ответил парень сконфуженно, — но я ведь жив.

— И ещё можно с уверенностью сказать, что всё было не зря, —произнёс появившийся на крыльце Отец Валентин. Данила поднялся на крыльцо. Старушка разглядела девушку в свете фонаря.

— Господи, помилуй! — вскричала она, — Так это правда?!

— Как видишь, ба, — кивнул юноша, потом обратился к священнику, — отец Валентин, что дальше?

Валентин Сергеевич провёл ладонью по волосам Арины.

— Бедная девочка, — прошептал он, потом добавил, —раз она здесь, всё должно пройти по закону, хотя будут сложности. Наш врач может выписать свидетельство о смерти. Потом я отпою Арину, после этого – похороны. Тогда её душа, наконец, покинет наш мир.

Даниле стало немного грустно. Ему хотелось ещё раз увидеть Арину в лесу, почему-то он успел к ней привязаться. Но юноша пересилил себя, долг был прежде всего, нужно довести дело до конца.

— Разве можно в этом случае идти на подлог? — насторожилась старушка, на что священник ответил:

— Если её тайно похоронить, могилу могут найти, провести вскрытие. Сейчас не лихие годы, виновных найдут быстро.

— Если бы можно было – я бы похоронил её в пещере, — отозвался Данила, — но там один лишь камень. Да и не хотелось бы, чтобы она лежала рядом с этим мерзавцем. Кстати, отец Валентин, можно мне перед похоронами Арины исповедаться?

Священник ненадолго задумался, потом понимающе кивнул. Алевтина Ивановна, похоже, догадалась, о чём идёт речь, потому что после вопроса внука она трижды перекрестилась.

— А, вот ещё, — вспомнил юноша, — как звали предыдущего участкового?

— Антип Евграфович, — недоумённо ответила Алевтина Ивановна.

— Вот ведь скотина, — прошипел Данила, потом пояснил, — это и был тот самый душекрад, он не дал делу о пропаже Арины ходу.

— Вот это новости! — воскликнула старушка, а священник лишь грустно покачал головой.

Вскоре Валентин Сергеевич ушёл домой, Данила внёс тело Арины в дом и уложил на скамью в сенях, сам сел рядом. Алевтина Ивановна позвала внука ужинать.

— Ты ж не ел весь день, устал, — стала уговаривать старушка внука.

— Не, ба, не хочу, — ответил Данила, чуть прикрыв глаза.

— Давай-ка через «не хочу», — настаивала старушка.

Данила посмотрел на бабушку, обнял её.

— Ба, я хочу посидеть возле неё. Есть не буду.

Алевтина кивнула, отступая, потом перекрестилась и прошептала:

— Господи, помоги ему, он ведь помешался…

Причитая, она вошла в комнату, а юноша повернулся к покойной, уставившись на неё.

Глава 19

Данила просидел возле Арины всю ночь. Он и сам не понимал, что с ним происходит, у него будто не осталось ни сил, ни желания что-то делать. Ранним утром Алевтина Ивановна выглянула в сени.

— Внучек, доброе утро. Ты что, не ложился?

— Доброе, ба, — ответил Данила вяло, — нет, я не спал.

—Ну хоть поешь, а? — неуверенно предложила женщина.

— Не хочу, — упрямо повторил парень.

— А куда обувь девал? — только сейчас обратила внимание старушка. Данила взглянул на ноги.

— Тьфу, блин, я забыл уже, — пробормотал он устало, — пришлось бросить на берегу, там. Мне нужны были шнурки, чтобы тело привязать, да и ботинки тяжёлые, мешали бы только.

В дверь постучали. Алевтина Ивановна пошла открывать. На пороге стояли трое. Одним из них был Отец Валентин. Второй – низенький мужчина чуть за пятьдесят, с морщинистым лицом, в очках. Это был главврач сельской больницы. Третьим визитёром был высокий широкоплечий молодой мужчина, местный участковый.

— Здравствуйте, — пробормотала старушка, делая шаг вперёд, — а…

— Здравствуйте, Алевтина Ивановна, — ответил ей священник, — как я и говорил, можно найти лазейку. Вы позволите? — он кивнул на дверь. Алевтина отступила, и троица проследовала в сени. Данила всё это время не обращал на происходящее никакого внимания. Участковый и врач подошли к скамье. Каждый из них протянул руку юноше, тот вяло ответил на рукопожатие. Доктор приступил к осмотру тела.

— Валентин Сергеевич рассказал, в чём дело, — произнёс он, чуть заикаясь. Данила отвёл взгляд. Участковый же с интересом наблюдал.

— А где же рана? — спросил полицейский отрывисто.

— Действительно, — хмыкнул доктор. Тут и Валентин взглянул на покойницу. Данила, влекомый любопытством, обернулся.

— Ёлы-палы, — только и смог произнести юноша. Кожа Арины оставалась гладкой, не было никаких намёков на насильственную смерть.

— А почему вы решили, что её убили именно ножом? — спросил доктор, обернувшись к юноше.

— Ну как же? — удивился тот, — всё слишком уж совпало. Не помешался же я?

— Я, простите, скептик, — хмыкнул участковый, — в ваше это колдунство не верю.

— Ну так и дайте вердикт, что она не была убита ударом ножа, — умоляюще произнёс священник, — так даже будет лучше.

— Но мы не можем идти на подлог, — протестовал участковый, — раз вы говорите, что она была убита, это надо расследовать. А иначе полетят головы. В первую очередь – моя. Нам хватило и этого Типа Графыча, — на этих словах мужчина фыркнул.

Доктор вскинул голову.

— Я дам заключение. Даже больше скажу, нет вообще никаких признаков насильственной смерти, ни удушение, ни утопление. Борис, будь ты человеком, — обратился он к участковому.

Борис немного поколебался, потом ответил:

— Только из благодарности Вам за то, что вылечили мою жену, Илья Тарасович.

Данила вздохнул, думая о том, что единственный враг человечества, которого нельзя одолеть – это бюрократия. Без неё мир был бы намного лучше.

В десять минут все бумаги были оформлены, участковый и врач ушли. Валентин сказал:

— для Арины уже приготовлен гроб. Сегодня же совершим отпевание, потом похороны.

Данила кивнул. И, хотя сейчас он почувствовал резкую усталость и голод, вызвался помочь обрядить Арину, помочь во всём остальном. Алевтина Ивановна попыталась отговорить внука, но Валентин Сергеевич мягко прервал её, сказав, что юноша знает, что делает. Данила, улучив минутку, вновь позвонил Максиму, но и на этот раз абонент оказался вне зоны доступа. Можно было и не звонить, ведь, если бы мужчина появился в сети, об этом пришло бы сообщение, но юноша надеялся, что ему повезёт, ведь Максим будет лишён даже прощания с сестрой.

Когда все приготовления были закончены, Данила и отец Валентин подошли к аналою.

— Я совершил тяжкий грех, Господи, — заговорил Данила, мысленно возвращаясь в подземелье, — убийство. Не знаю, испытываю ли я сожаление, но иначе и нельзя было, — он говорил, чувствуя, как его бьёт дрожь, вновь в голову полезли слова Антипа, опять юноша вспомнил, что едва не отрёкся от Господа.

Валентин Сергеевич взглянул на юношу сочувственно, неверно истолковав его состояние.

— Иногда нам приходится совершать плохие вещи, чтобы стало лучше. Иисус Христос сказал: нет больше той любви, чем положить жизнь за други своя.

— И ещё, — продолжил Данила, — я чуть не отрёкся от Господа. Колдун своими словами проник в мой разум, почти заставил поверить, что он и его хозяин сильнее.

— Но Вы здесь. Что удержало Вас на правильном пути? — спросил Валентин Сергеевич, явно удивлённый такой исповедью.

— Не знаю, — честно и коротко ответил парень.

— Христом сказано: если будете иметь веру с горчичное зерно, то не будет ничего невозможного для вас, — произнёс священник с грустной улыбкой, — Ваша вера помогла Вам, Даниил.

Накрыв голову юноши епитрахилью, он прочёл разрешительную молитву. Данила поцеловал крест и Евангелие, потом вновь посмотрел на священника.

— Была одна странность, о которой я только сейчас вспомнил. Когда Антип стал давить на меня, его речь стала какой-то, я даже не знаю, пафосной, что ли.

— Это неудивительно, — пояснил Валентин Сергеевич со вздохом, — Вы знаете, что сатана – значит обвинитель? А кто, как ни обвинитель, знает закон? Естественно, он должен обладать красноречием. Может, Антип и не сатана, но методы у него были схожие, судя по тому, что вы говорите.

Данила кивнул, вновь содрогаясь. Отец Валентин мягко улыбнулся.

— Скоро начнётся отпевание. Вы не спали больше суток. Останетесь?

— Я останусь, — кивнул юноша.

Глава 20

Через пару часов над селом разлился траурный бой церковного колокола. Народ в растерянности стал стекаться к храму, никто не понимал, что происходит, большинство из них не знало о том, кто бы это мог умереть, ведь обычно о смерти человека становилось известно всем ещё до отпевания. В центре храма уже стоял гроб с покойницей, одетой всё в тот же сарафан, в правой части залы стоял Данила, Андрей и Сергей, тот самый, что был ночью на пристани, по левую – Алевтина Ивановна, Лариса и ещё несколько женщин. У гроба стояла Лиза, кто-то из селян подошёл к ней.

— Лизонька, здравствуй.

Женщина вздрогнула, посмотрела на землячку.

— А, здравствуйте, тёть Ир…

— Господи, такая молодая, — прошептала Ирина, глядя на покойницу.

— Моя подруга, — пояснила Лиза, — пять лет назад пропала, только ночью нашли.

— Господи, что же случилось?

— Извините, я не могу говорить об этом, — произнесла Лиза тихо и отошла от гроба. Взглянув на Данилу, приблизилась к нему. Юноша повернулся к ней.

— Спасибо Вам, Данила, за Арину. Мне утром дедушка позвонил, — произнесла та, — хотел, чтобы я простилась, и… — она вздохнула, слёзы задушили её. Данила молча и тупо смотрел перед собой. Сказать ему всё равно было нечего. Он ждал только одного – чтобы над Ариной побыстрее совершилась молитва. Ещё до обряжения в нём жила призрачная надежда, что девушка оживёт, но время шло, приближалось богослужение, а за ним неумолимо последует погребение. Арина совершенно точно была мертва. «Но ведь, если её убили, где же рана?» — спрашивал он сам себя и не мог ответить. В конце концов, он принял всё, как должное. Если так случилось, значит, так тому и быть. Лиза отошла, затем к парню приблизилась ещё одна девушка, Мирослава.

— Я её плохо знала, — произнесла она тихо, — Лиза с ней дружила.

— Вы родные сёстры? — поинтересовался юноша, чтобы хоть немного отвлечься от гнетущих мыслей.

— А? — не поняла сначала девушка, — Нет, двоюродные.

Данила кивнул, а Мирослава встала рядом с Лизой, взяв её за руку.

Почти все селяне пришли в храм. Немногие знали Арину, происходящее их тревожило. Данила слышал перешёптывания о ней, кто-то даже указывал в его сторону, то ли её обнаружение связывали с его появлением, то ли по селу уже ползли слухи о том, что произошло ночью. Говорили и о взрыве лодки, многие слышали его, а некоторые даже видели. Шептались о том, что, дескать, надобно и заочное отпевание провести, другие на это возражали, что ещё неизвестно, погиб ли водитель лодки. При этих словах Данила невольно вздрагивал, ему захотелось, чтобы никто не обращал на него внимания, хотя где-то в глубине души и сидел червячок тщеславия, ведь это он, Данила, распутал этот дьявольский клубок, смог сделать то, с чем не справилась полиция, а надо-то было поговорить с несколькими людьми, даже без того, чтобы встретить призрак Арины. Да, определённо, он молодец, благодаря ему Арина будет упокоена. При этих мыслях Данила резко зажмурился, вновь открыл глаза. «Не, друг, — сказал он сам себе, — так не пойдёт. Ты сделал то, что должен был сделать, твоей личной заслуги в этом нет». С тем и отбросил любой повод для гордости.

Отец Валентин подошёл к внучкам, что-то им прошептал, те поднялись на клирос. Началось заупокойное богослужение. Священник читал молитвы, кадил вокруг гроба, хор пел. Данила полностью сосредоточился на молитве, оставив все другие мысли.

Вдруг по храму прокатился ропот. Отец Валентин, стоявший у изголовья гроба, замолк на полуслове. Данила невольно обернулся туда и вздрогнул, увидев, что покойница шевелится. Арина лежала, обводя всех взглядом.

— Слава тебе, Господи, — прошептал Валентин и рухнул на колени. Народ перешёптывался, переглядывался, кто-то истово крестился, никто не мог поверить в то, что покойный человек вдруг взял и ожил. Данила и сам сомневался, что происходит это наяву, но, пав на колени, воздал хвалу Господу и совершил долгий земной поклон. В этот момент мир будто перевернулся, теперь всё для него потеряло значение, даже его собственный путь, полный опасностей. Воскрешение покойной – вот что было истинным чудом.

— Да она спала, — шептал кто-то.

— В коме была, — возражали другие.

— Говорю вам, это Танюшкина племяшка, — ответила какая-то женщина, — и выглядит точь-в-точь, как тогда, когда пропала.

Арина села и, вновь оглядев окружающих, спросила в пустоту:

— Что происходит?

Отец Валентин, коснувшись лбом пола, поднялся.

— Мы думали, ты умерла.

— Странное чувство, — пробормотала девушка и попыталась вылезти из гроба. Данила вскочил на ноги, подбежал к ней и помог. Арина взглянула на него.

— Всё было будто во сне, — произнесла она, — трудно описать, что я чувствовала, но теперь я с ужасом вспоминаю то время…

Теперь уже все люди пали на колени, хваля Господа. Священник возгласил, а хор стал петь уже не заупокойные, а совсем другие молитвы. Когда служба окончилась, отец Валентин вышел на амвон и начал проповедь:

— Сегодня мы все стали свидетелями истинного чуда – воскрешения мёртвой, подобно Лазарю четверодневному! Многие из вас сомневаются, но я свидетельствую о том, что это та самая девушка, что пропала пять лет назад! В тот год ей было девятнадцать лет, и сейчас она остаётся в том же возрасте!

Священник говорил, а все слушали, лишь Лиза, уже сошедшая с клироса, обнимала старую подругу и плакала. Арина всё ещё была потеряна, поэтому никак не отвечала на её объятия. Данила слушал отца Валентина и в который раз убеждался в истинности расхожей фразы «пути Господни неисповедимы». Он и представить не мог, что ему когда-нибудь доведётся стать участником и свидетелем таких событий.

Поздним вечером Данила и Арина сидели на пристани. Солнце давно ушло за горы, было темно и тихо. Данила рассказывал подруге, как и что с ним было. Девушка теребила подол сарафана, слушая его, иногда нервно передёргивая плечами.

— Даже и не знаю, Дань, что сказать. Столько лет прошло, как я теперь вернусь в мир? — она взглянула на друга, — Всё изменилось, все, кого я знала, стали старше.

— Мы что-нибудь придумаем, — твёрдо произнёс парень.

— Бедный мой братик, он и так страдал после…

Арина замолчала, готовая расплакаться.

— Теперь всё будет хорошо, — пообещал Данила.

Девушка взглянула на своего спасителя, порывисто обняла его. Данила прижал Арину к себе, прикрыв глаза. Арина ещё не знала, что завтра Данила поедет в свой родной город и возьмёт её с собой. Там Данилу будет ждать Максим, до которого юноша смог дозвониться несколько часов назад. Он сообщил, что у него есть сведения о пропавшей пять лет назад сестре.

— Арин, — произнёс вдруг парень, — сгоняем завтра ко мне в город? Мой велик заберём, одолжим второй для тебя.

— Да? — оживилась девушка, — Было бы здорово!

Данила улыбнулся, гладя её спину.

— Пойдём тогда спать, а то я больше суток… — он недоговорил, зевнув. Арина встала и потянула друга за собой, кивая. Она не стала вновь заговаривать о брате, о маме, потому что знала – всё будет хорошо, в этом она была уверена.