В погоне за собой от себя

Глава 1

Когда всё пошло не так?

Таким вопросом задавалась Катажина, глядя на собственное отражение, где в ответ смотрело изможденное лицо, искаженное раздвоением. Цвета порой принимали неправильный оттенок, и всё ходило ходуном. По-видимому, обезболивающее стало давать побочный эффект, но, несмотря на это, женщина закинула в рот еще пару таблеток.

Выйдя из ванной, Катажина посмотрела на сидящую на кровати Марту. Девушка дрожала подобно всякому листу. Бледная, тощая, как палочник, с обгрызенными ногтями, а сальные, жирные волосы свалялись подобно ветвям плакучей ивы. Впрочем, весь вид Марты походил на это дерево, отчего она вызывала жалость. Именно поэтому Катажина взяла её под свою опеку. Спасла, думая, что девушка убегала от насильников. Это сейчас всё начало проясняться. Тогда же, если оглянуться на несколько дней назад, происходящее представлялось иначе.

— Поспи, пожалуйста, завтра с утра едем дальше, — заботливо сказала Катажина. Она погладила Марту по голове, совсем потеряв надежду отправить её в душ.

— Сон ни в одном глазу. Я попробую считать барашков.

— Хорошая идея!

— Как долго мы будем так бегать? Разве я это заслужила? — слезы вновь полились неудержимым потоком.

— Я написала Александру. Он хороший человек. По приезду он нам поможет укрыться. А там уже подумаем, — женщина кивнула собственным словам. — Осталось только добраться до города.

— Вряд ли это хорошая идея. Я уже не знаю, кому верить. Почему ты думаешь, что корпораты не будут нас поджидать?

Корпоратами Марта называла преследователей. Катажина последовала её примеру. Она не знала, что за корпорация идет по их следам. Что за могущественная организация желала получить их в свои руки. Известно только за что. В былое время женщина смеялась бы в голос, а сейчас, пораженная тем же недугом — проклятием, если угодно — стало не до смеха.

— Я удалила аккаунт и почистила историю. Уверена, Александр сделает так же.

Утирая слезы, Марта не переставала сомневаться:

— Ты так ему доверяешь, хотя он твой бывший муж. Ну и как же так?

— Мы разошлись по обоюдному согласию. Так иногда бывает, — Катажина натянула улыбку. — Тем более, что они еще не знают, что ты со мной.

На том они и закончили. Женщина еще долго не могла заснуть, терзаемая мыслями и вышагивая из угла в угол, подобно тигру в клетке. Спутница помалкивала.

— Надо же было так встрять, — шипела Катажина, добавив: — Марта, это я не тебе, если что. Просто не могу успокоиться.

Та кивнула, не одарив спасительницу никаким ответом.

И вот, пару часов спустя, перекинувшись дежурными фразами, обе заснули.

Утром, еще до восхода зимнего солнца, женщина нашла попутку. Здесь, в междугородней гостинице, это оказалось проще, чем сперва показалось. Несколько дальнобойщиков, да пара простых водителей, что решили также остановиться на ночлег.

Уже в городе, который Катажина прекрасно знала, предстояло несколько часов пешего хода. Марта постоянно озиралась по сторонам, не отпускаемая паранойей, до самого конца. Женщина понадеялась, что смена обстановки и вид нового города развеет её страдания, но, судя по всему, девушка не раз перемещалась по стране. А может быть, безумие овладело бедняжкой настолько сильно, что не могла мыслить иначе.

Добравшись до гаражей, пришлось немного подождать. Марта, в привычной манере сомнения, начала было старый разговор о доверии, но Катажина пресекла эту тему. Александр впопыхах прибыл спустя час, обеспокоенный тревожным сообщением.

— Катя, что случилось? Я весь извелся за это время! Я… Ты ведь знаешь, я женат, и не хотел бы, чтобы она ревновала.

— Я понимаю, — Катажина развела руками. Она старалась сохранять спокойный тон, но то и дело его повышала, как обычно делала, увлеченная речью. — Но не могу поступить иначе! Ты не поверишь, но случилось ужасное. Это, как бы так рассказать…

— Давай войдем внутрь. Я включу обогрев.

— А, да, спасибо. У вас тут ветрено.

Мужчина впустил их внутрь. Включил обогреватель, но Катажина не удержалась от вопроса.

— А где машина?

— Я на ней приехал. Вчера поздно приехал домой, решил оставить во дворе… Ну, давай, скорее, что там у тебя? Мне еще на работу ехать. Ой, только не говори, что у тебя на хвосте коллекторы!

— За нами гонятся, ты прав. Мы не знаем кто, точно не коллекторы, но знаем почему. Как бы так сказать… Алекс, мы стали… — Катажина набрала воздуха и на выдохе, наконец, закончила: — Мы обладаем паранормальными способностями, — она показала в сторону. Мужчина посмотрел на Марту, осмотрел с головы до ног и снова перевел взгляд на бывшую жену. — Двигаем вещи, слышим голоса друг друга, и это не всё! Пожалуйста, нам нужно укрытие, я знаю, что ты можешь помочь.

Лицо Александра окаменело. Всякий бы понял, что он решался ввязываться в передрягу, которая его совсем не касалась. Наконец, тишину нарушил шепот Катажины:

— Пожалуйста…

— Ты всегда была странной, Катя. Мне… Жаль… — мужчина зажмурился, омраченный печалью. — Ладно. Ты должна понимать, что я не хотел бы вмешиваться в эти твои дела. Ну и, сама понимаешь, вряд ли я смогу так быстро решить этот вопрос. Давай, Катя, отдыхай. Я попробую что-нибудь сделать.

— Спасибо, Алекс. Прости, что снова доставляю проблемы.

Ответа не последовало. Александр только покивал, не то на слова женщины, не то собственным мыслям. Раздвинул старый диван — Катажина помнила его еще при их семейной жизни — и ушел.

Обогреватель едва спасал в такую студеную пору, хотя нахождение под крышей уже давало чувство безопасности. Марта грела руки, когда Катажина спросила:

— Как ты... ну, получила такие способности? — она не переставала мерить шагами теперь гараж.

— Я не знаю. Мне кажется, так было всегда. Всегда мир казался как-то иначе. Все смеялись, говорили, что я дурная, — девушка выдержала паузу. Закусив палец, она спросила: — Катя, мы правда сможем спастись? — на глазах снова принялись наворачиваться слезы.

— Ну, конечно, Марта, конечно! Даже если Александр не сможет помочь, он раньше рассказывал, в шутку правда, что далеко на востоке, в тайге, всегда можно спрятаться. Вот и мы спрячемся там. Жизнь, правда, наша будет трудна, но мы справимся!

— Думаешь, корпораты не пойдут туда? — грустно усмехнулась девушка.

— А то! Побоятся пачкать свои лакированные туфли.

Катажина сходила за продуктами. Все-таки весь день, а то и не один, ей оставаться в одном не хотелось. Марта сперва жалобно просила остаться, но сдалась, когда живот утробно заурчал. Однако, прогуливаясь по улице, наслаждаясь чувством сосущей ностальгии по былым временам, появилось ощущение, будто за женщиной следили. Озираясь по сторонам, Катя наблюдала только прохожих. Они смотрели на неё, спеша по своим делам. Натянув шарф выше, Катажина отправилась дальше.

Спалось ночью беспокойно. Укрываясь пледом и вовсе не раздеваясь, Катажина прижимала к себе Марту, чувствуя ответственность, как за собственное дитя. Заражаясь её волнением, женщина с печалью решила отправляться утром дальше. Дальше и дальше.

— Проснись-проснись! — расталкивала её Марта. — Ну же!

Продрав глаза, что мог подумать человек, удушаемый постоянной опасностью?

— Что случилось? Где мы?

— Свет не работает, — Марта разгрызла палец до крови.

Единственное освещение давали солнечные лучи, пробивающиеся сквозь щели ворот. Кажется, обогревателем выбило пробки. Возможно, совсем недавно, раз ни она, ни Марта не успели замерзнуть.

— Давай-ка свалим отсюда. Не будем ждать Алекса, — Катажина бросила руку в сторону, спеша собрать те немногие пожитки.

На столе лежал охотничий нож хозяина гаража. Сперва женщина хотела взять его с собой, но отбросила такую мысль. У нее и так есть мультитул, который помог бы в диком окружении.

Стоило двоим подойти к двери, как та резко открылась. В проеме появился незнакомец, и Катажина поняла всё сразу. Она проломила обволакивающий купол ауры, схватившись мыслями за шею мужчины. Скрутила так, что из горла вырвалась кровь, окропляя своими каплями лицо Кати.

Снаружи их поджидали еще двое. Одним занялась Марта, другому, оказавшемуся в опасной близости, Катажина вывернула руку, что удерживала трещащий шокер. Завернула, и с хрустом вырвала её из локтевого сустава.

— Бежим, скорее! — Катя схватила Марту за руку, помчавшись куда глаза глядят.

Но далеко убежать им не удалось. После короткого хлопка в спину вонзились два электрода, пустив такой заряд, что женщину парализовало. Даже крик не смог вырваться из горла, а затем взор закрыли надетым мешком. Их поймали. Это конец.

Везли их долго. Хотя, возможно, большую часть времени похитители провели в пробках.

— Я же говорила, — голос Марты раздался в голове мягким ласкающим звуком. — Теперь нам никому нельзя верить. Мы выберемся, не переживай. Главное, жди.

Ждать пришлось долго. Катажину держали в полусознании так, что она не то, что не могла прибегнуть к своим силам, мыслить оказалась не в состоянии! Засыпала, просыпалась и снова засыпала. Потерялась в реальности и вымысле. Понимала, что находится в комнате, изолированная и защищенная от внешнего мира, но с деградирующим состоянием. Еще немного, и женщина превратится в овощ.

Слова от Марты не приходили. Катажина не смогла опечалиться из-за этого, чувствуя не больше, чем ничего.

Когда же удавалось находиться в сознании, Катю продолжали кормить лекарствами. Люди боялись. Они использовали электрошоковые дубинки каждый раз, когда заходили в камеру. Женщина пыталась кусать их за руки, но это лишь подстегивало корпоратов обдавать её током снова.

— Терпи, Катя. Скоро всё закончится, — однажды промелькнул голос Марты. Так быстро и бледно, что Катажина сочла его вымыслом.

Спустя много дней — хотя казалось, что прошла вечность — обессиленную женщина куда-то повели. Её больше тащили за собой. Привели в кабинет, где сидел Александр, а в изголовье стола расположился солидного вида человек в белом халате.

— Алекс, что ты… Как ты мог? — выдавила из себя Катажина.

— Послушай, Катя, не спеши. Послушай, пожалуйста, Сергея Вадимовича.

Сергей Вадимович кивнул. Он сцепил руки на столе. Тяжелый взгляд не сходил с женщины, и та начала ерзать на месте.

— Катажина Александровна, вы меня не помните?

— Вижу в первый раз.

— Понятно. Полагаю, за вами всё еще кто-то гонится?

— Да, и прямо сейчас меня обрабатывают. Как вы можете работать на этих зверей? А что с Мартой? Прошу вас, отпустите хотя бы её!

— Послушайте, Катажина Александровна, я не буду юлить. Вы больны. И ситуация только усугубилась. Никакой Марты нет…

— Это ложь! — закричала Катажина. Силы возвращались. — Лжецы! Она ни в чем не виновата! Это у меня, я обладаю этими способностями! — женщина только сейчас обратила внимание, что её руки скованы наручниками.

— Катя, прошу, успокойся, — постарался встрять Александр, положив руки на бывшую жену. Лицо той исказилось отвращением… — Послушай, Сергей Вадимович хочет сказать… Как бы это, блин… Что ты запуталась в себе. Ты страдаешь от потери ребенка. Марта умерла, прошу, отпусти это!

— Как ты мог? — по щекам полились слезы. — Мы же разошлись, потому что я бесплодна. Почему? Зачем ты подыгрываешь им? Ты же видел девушку со мной.

— Катя… — мужчина не мог подобрать слов. Безысходно сжав зубы, он продолжил: — Не было никакой девушки. Ты всё это время была одна. Прошу, поверь уже мне!

— Понимаете, Катажина Александровна, вы уже были в этом заведении. В тот раз вам полегчало. Скажем так, мы вас отпустили, и вы посещали своего психиатра. Затем пропали. И вот теперь зашли слишком далеко. Мы будем разбираться, из-за чего ваша параноидная шизофрения снова начала прогрессировать. Может быть, стресс на работе или еще что-нибудь. Уверяю, вы здесь в безопасности. Хоть вам и грозил тюремный срок, но мы смогли отправить вас на лечение. Сомневаюсь только, что теперь мы сможем вас отпустить.

Как же гладко звучали слова. Так правдоподобно, что Катажина на миг поверила в них. В голове мелькнули воспоминания, что на работе действительно докучали коллеги вечной болтовней, а начальство всё душило дедлайнами на отчеты. Десятки отчетов. Сотни. Тысячи! Так много бумажной пустой волокиты.

— Катя. Пора, — голос снова раздался в голове. Четкий, сильный, шершавый, как наждачная бумага. — Я не смогу больше терпеть. Эти муки ужасны!

Катажина сфокусировала взгляд на Сергее Вадимовиче. Впервые за долгое время мысли встали в ряд. Чувства взяты под контроль. Короткий отрезок времени, когда пора действовать.

Спаси меня.

Сергей Вадимович, бросив руку вниз, поднял её уже с пистолетом. Выстрел с грохотом заставил комнату задрожать, но свинец так и не достиг цели. Укрепив свой купол, Катажина смогла защититься. И как только пуля отлетела в сторону, она незамедлительно послала вперед поток, проломив мужчине голову. Другого же, что стоял у двери, пронзило ядовитым взглядом, и от множества ран человек повалился.

— Я иду, Марта, девочка моя. Я иду, — тяжело дышала Катажина. Закружилась голова, но вскоре отпустило. — Алекс. Алекс! Пойдем, я покажу тебе её. Ну где ты?

Бегая взглядом, Катажина нашла тело Александра за столом. Видимо, отклоненная пуля попала именно в него, зацепив горло. Мужчина еще жил, но эта жизнь угасала.

— Нет, нет, нет! О, нет, Алекс! — женщина бросилась к нему, машинально закрывая рану.

Кровь не переставала литься. Александр издавал булькающие звуки, словно пытался что-то сказать, да только уже не мог.

— Дорогой, как же так? Как же так? — Катажина отдышалась, удержала слезы и осталась с бывшим мужем до самого конца, пока его рука не расслабила хватку.

Несмотря на горе, Катажина спешила действовать. Обыскала кабинет, находя разные документы, но ничего полезного, что могло бы им помочь. Понадеялась, что здесь будут её документы, но ни этого, ни личных вещей не оказалось. Вероятно, скрыты в защищенном месте, чтобы создать при побеге еще больше проблем.

На столе лежал нож для вскрытия конвертов. Им она кое-как сняла стяжки на руках, наконец, освободившись.

— Я выберусь через окно. Где ты? — Катажина послала свой голос в пространство. Не знала куда, надеясь, что Марта услышит.

— На третьем. Я в комнате. Не знаю какой.

— Я найду тебя по следу. Жди. Я иду. Слышишь? Иду!

Выглянув в окно, женщина нашла себя на четвертом этаже. Будет непросто добраться вниз, тем более, что ливнёвая труба не внушала доверия. Однако, когда сзади послышался вздох и шорох, выбирать не пришлось. Видимо, думала Катажина, Сергей Вадимович каким-то образом выжил.

Как и ожидалось, перемещение по стене оказалось более, чем непростым. Холод, ветер, босые ноги. Ледяной кирпич и металл. Прошло немного времени, прежде чем пальцы одубели. В голове лихорадочно выстраивался план побега. Ведь куда они обе отправятся: раздетые, без документов и денег? Разве что мистические силы снова придут на помощь. Интуиция подсказывала, что чем чаще она прибегает к ним, тем больше внимания привлекает. Как знать, что за ними не гонятся несколько корпораций, каждая из которых заинтересована в изучении аномалии.

Вот уже Катажина оказалась напротив окна третьего этажа. Человек, который там проходил, замер, глядя на женщину. Та размахнулась кулаком и разбила стекло, пробивая себе путь. Незамедлительно прыгнула на свидетеля, но не стала его убивать. Метнувшись в сторону, Катажина ускоряла себя, и никто не мог её поймать. Никто не мог поспеть за ней. А потом она добралась до камеры с Мартой как раз в тот момент, когда наружу выходил ученый. От одной мысли о пытках, что такие люди называли изучением, Катажина забрала его жизнь. Быстро. Не раздумывая. Внутри комнаты лежала Марта, прикованная к постели. В кровоподтеках, ранах, ожогах, что уже покрылись струпьями.

— Господи, Марта, что же они наделали?! — Катажина схватилась за голову.

Как только она освободила девушку, то уже собиралась бежать дальше, но слабая на вид Марта схватила женщину за руку крепкой хваткой.

— Давай убьем их. Взгляни на меня, — цедила девушка сквозь зубы. — Мне так больно! Так пусть же они все умрут, раз так к этому рвутся.

— Марта, послушай, так нельзя. Мы должны бежать. Прорвемся на первый этаж, схватим куртки, еще что-нибудь и убежим!

— Нам больше не надо бежать. Довольно! Мы убьем всех, кого они пришлют, пока не сдадутся сами.

— Прошу тебя, не надо, — у Катажины перехватило дыхание.

Бедная девочка, как же её замучили!

Катя решила перейти к решительным действиям. Несмотря на те убийства, что она сделала, женщина не желала усугублять ситуацию. И затем решила внушить ту же мысль и Марте. Проникнуть в её голову и вложить эту деталь в её пазл. Тем самым допустив страшнейшую ошибку.

Почувствовав вмешательство, Марта закричала. Её крик оглушительно рвался тысячами голосов. Девушка обращалась в нечто, отчего Катажина попятилась и тут же упала на спину. Многоокое чудище, что заполоняло всё пространство, продолжало расти. Впервые Катажина увидела настоящую сущность подопечной. Её сковал такой ужас, что не могла сдвинуться с места, лишь глядя, как монстроидальное чудовище продолжало расширяться.

— Ты смеешь применять мою силу против меня?! Меня, что даровала тебе её! — голос исказился, доносился отовсюду и больше не принадлежал той жалостливой на вид девушке.

— Извини, — простонала Катажина. — Умоляю, прости. Я нич… Я хотела сделать как лучше. Умоляю, прости меня!

Сквозь скрипучий смех, чудище ответило:

— Так и быть. В качестве наказания, ты послужишь моей воле. Так будет лучше для нашего выживания.

Вечером того же дня вышел репортаж. Его трубили по телевизору, в соцсетях — везде, где только можно. С картинами ужасающей бойни. Страшнее оставалось только то, что полиция еще искала подозреваемых. А значит, чудовище, что совершило множество убийств, на свободе.