В больнице был ангел

Глава 1

Откровение

— Я видела ангелочка. Честно-честно. Послушай, мой воображаемый друг... Да, именно воображаемый. Чур не обижаться! Добрые врачи мне все рассказали! Так, это не то. Тут другая тема. Ангелочек! Я правда его видела. На этот раз, точно. Это не выдумка. — Я тру глаз. Так хочется смотреть в сторону окна, где я его увидела, но солнце, оно злое и мне приходится отворачиваться на другой бок, смотреть в голубую скучную стену.

— Понимаешь, когда я с тобой разговариваю, я тебя вижу смутно. Иногда, мне даже необязательно видеть чтобы поговорить. Вот как сейчас. Но ангелочка я видела отчётливо. Это была девочка, чуть-чуть старше меня.

— Я поднимаю голову и бью пузатую подушку чтобы она стала удобнее. Плюхаюсь на кровать. Снова поднимаю голову. На моем лице появляется улыбка. Я беру двумя руками подушку, и лежа на спине, поднимаю ее над головой

Тебе не кажется что подушка как облако? Она белая. Она тяжелая. Хотя дома моя подушка вовсе не белая, а даже грязная, на ней нет наволочки. Но вот все подушки в больнице похожи на облака. Я роняю подушку на голову

— Ау. — Перестаю баловаться и как говорит моя мама, «по человечески ложусь.»

Ангел правда был. Он сидел на подоконнике, и исчез когда тетя Мария принесла кушать. Правда был....

У него были очень маленькие крылья.... Друг, я не вру тебе. Ты мне веришь?

Глава 2

Грехопадение

— Эй, сонная мышка. Извольте вставать. — Слышу требовательный голос. Я игнорирую эту просьбу. Вставать? Это еще зачем? Медсестры никогда не будили меня в такую рань, а тут....

А тут.... Я недовольно мычу. Этот голос мне не знаком, и он точно не принадлежит медсестре. Я открываю глаза, но не понимаю, на кого и на что я смотрю.

Вглядываюсь и соображаю, что это чье-то лицо. А чье именно, мне неизвестно. Абсолютно точно не знаю эту девочку, которая решила наклониться так близко к моей голове. Я с непониманием разглядываю ее прищуренные хитрые глаза.

— Ты кто? — Бурчу я в сонном состоянии. Медленно потягиваюсь и резко вскакиваю

— Ангел!

— Проснулась! — Она хлопает в ладоши.

— Я ждала когда ты проснёшься. Идем скорее, у тебя осталось всего два дня.

— Идти? — Медленно спрашиваю я. Девочка берет меня за руку и тянет вперёд. Я встаю с кровати и иду за ней. Даже не успеваю надеть тапочки, потому что она упрямо сжимает мою руку. Какие ещё два дня? Зачем ангел ждал меня?

— Вообще-то мне сказали не баловаться и не расхаживать по больнице. — Предупреждаю и зеваю, прикрываю рот, как меня учили. Я смотрю на ее спину. Белые маленькие крылья. Хочу их потрогать, но грубо делать это без разрешения.

Мы подходим к окну, и она одним движением взбирается на подоконник. Поворачивается и смотрит вниз, на меня.

— Залезай. — Радостно говорит ангел, держа руки за спиной. Я делаю шаг назад. Этот ангелочек глупый? Я смотрю на босую девочку, которая стоит на подоконнике. Судя по улыбке, ей, похоже, очень весело.

— Не буду я туда лезть. — Копирую я обидчивую интонацию моей мамы.

— Тебе помочь? — Она немного наклоняется вперед и убирает свою длинную челку с глаз.

— Нет, я не буду баловаться. Я обещала.

— Мышь...

— Я Вася — сразу же перебиваю. Какая ещё мышь.

— Кто? — Она забавно хлопает глазками. И ещё забавнее сжимает губы в трубочку.

— Вася. — Повторяю я.

— Кто? — Снова спрашивает ангел. Ее недоумение почему-то выросло.

— Вася. Ва-Си-Ли-Са. А ты слезай оттуда. — Я убеждаюсь что ангел действительно глупый. Я встаю на носочки. Хватаю белую ткань ее платья в кулачок и тяну к себе.

— Слеза-а-ай — Делаю самое хмурое лицо какое могу.

Ангел вздыхает и наконец-то спрыгивает с подоконника.

— Зачем ты вообще туда забралась? — Я возвращаюсь на кровать заворачиваюсь в одеяло и смотрю вопросительно на буйную.

— Наверное, моя ошибка. — Она выставляет ножку вперёд. — Ты же, не знаешь чего я хочу. Вот и противишься. Действительно, я ангел. И моя цель, - это избавить тебя от страданий. — Она с улыбкой указывает на меня пальцем.

— Ээ — Странный звук выходит из меня. Бестия. Так бы назвала тетя Мария этого ангелочка, если бы увидела его. Она называла так, каких-то особенных детей, кто сумел по странному отличиться. Я не знаю по каким особенностям она выбирала счастливчиков, которые будут носить это прозвище. И я не знаю, что значит это слово, но я чувствую. Тетя Мария безоговорочно назвала бы ее бестия.

— Но я совсем не страдаю.

— Пока нет. А через два дня ты будешь мучиться душевно и физически. И я здесь, для того, чтобы сохранить твое невинное счастье. — Она подходит ко мне и берет двумя руками мою ладонь.

— Для этого, я должна забрать тебя с собой. Возможно, многим это не понравится, но как настоящий ангел дам тебе совет. Послушать меня - твой лучший вариант. — Какой странный ангел. На подоконник зачем взбираться?

— А насколько ты хочешь меня забрать? — Вообще-то, я хотела спросить куда ангел хочет увести меня. Но ангелы добрые. Мне рассказывали, что они самые добрые существа. А это значит, она бы не увела в плохое место.

— Что за глупый вопрос? Конечно, навсегда. — Возмущённо говорит девочка и садится возле меня.

Глава 3

Проповедь

— О, температуры нет, ты большая умничка. — Она трясёт ртутный градусник и сует его в стеклянную капсулу. — Тебя выпишут через два денька. — Я сижу на кровати, не могу сдержать улыбки. Как она отреагирует? Добрая тетя Мария всегда мне верила.

— Тетя Мария, а знаете кого я видела? — Я поднимаю голову чтобы посмотреть на ее уставшее лицо. Совсем как у мамы, знакомая серо-красная эмоция. Почему серо-красная? Взгляд грустный, усталый, оттого не торопливый, но губы находятся в легкой улыбке. Поэтому серая и красная эмоция.

– Зови просто Мария. Я не такая старая. — Поправляет она, вздыхая. — И кого же, ты увидела? — Спокойно интересуется и кладёт градусник в свой карман на груди. Я поднимаюсь с кровати и указываю на окно.

— Я видела настоящего ангела! Целых два раза.

— Твой друг был вместе с ним? — Она как-то помято спрашивает и смотрит на меня

— Нет конечно, он же воображаемый, а ангел был настоящим. Я его видела и даже смогла потрогать. Я с ним говорила и он мне отвечал. — Очень быстро тараторю я.

— Ангелы приходят только к хорошим людям. О чем говорили? — Спрашивает девушка.

Она всегда задавала вопросы про тебя. О чем мы болтали, как выглядишь, здесь ли ты.

Пока школьный психолог пытался доказать что я тебя выдумала, тетя Мария сделала это непроизвольно. Когда она спрашивала, я осознавала. Я додумывала внешность, про голос не знала. А кто ты? Девочка или мальчик? Я сказала что девочка, с пониманием, что ответила за тебя. Бесчисленные вопросы Марии, подтолкнули меня к признанию. Однако с тобой все равно не рассталась, ты мой собеседник, мой слушатель пусть и выдуманный.

— Ангел был такой глупенький, ну совсем дурнушка. Он хотел чтобы я вместе с ним залезла на подоконник. — Надеюсь слово дурнушка существует, иначе у меня нет оправданий почему я его использовала вместо дурашка.

— Чего? — тетя Мария резко наклоняется вперед. Я пугаюсь. Впервые я слышу ее строгий тон. Она со мной никогда его не применяла, только к другим детям.

— Я его не послушала. Он хотел открыть окно.... Ты представляешь какой он дурак? — Медсестра кладёт руку мне на плечо, мне чуть чуть больно.

— Вообще к окну не подходи, слышишь? Даже просто возле него не стой. Ты все равно не сможешь его открыть. — Очевидно она говорит о специальной штучке, которая мешает всем открыть окно, кроме избранных. А избранные это взрослые

— Конечно я не буду. — Немного испуганно говорю я.

— Обещай мне

— Обещаю. — Не думает ли она что я совсем дура? Чего вдруг она ругает меня? Я знаю эти очевидные вещи. Мне всегда вбивали в голову что к окну нельзя подходить. Нельзя значит нельзя. Я это прекрасно понимаю, а вот ангел нет. Я конечно не знаю почему нельзя, но если все это говорят, значит есть причина.

Она садится на кровать, и обнимает меня. Я чувствую какую-то нотку страха, словно она испугалась чего-то. Но почему?

— Наверное скучно в этой палате лежать. Родители тебе не телефон, не игрушек не принесли — Прерывает тишину тетя Мария

— Хочешь я принесу тебе бумагу и карандаши? — Она гладит меня по голове. Я киваю.

Хочу сказать спасибо, но так неловко, что для балбесины что-то делают. Я же видела как она постоянно ходит по этим коридорам, всегда занята, всегда вспотевшая.

***

Тик-так, тик-так. Часы на стене шумят в палате. Я не умею определять время, но прошло довольно долго, после того как Мария ушла, строго косясь на меня.

И мне снова скучно, может поговорить с тобой?

Глава 4

Атеизм

Слово «окно» для меня белое. «Кровать» имеет розовый оттенок. А вот «стекло» - зелёное. Ты ведь не понимаешь о чем я говорю? Друг, никто не понимал. Для меня слова цветные. Когда я о них думаю или произношу вслух, я ощущаю их цвета. Само «слово» для меня жёлтое. «Понедельник» - красный, «среда» - пурпурная.

И впервые, не чувствую эти цвета. Я наступаю голыми ногами на холодный пол. Какого цвета «холодный» и какого цвета «пол»? Я не знаю. Я не чувствую, даже когда думаю об этом. Я стою на подоконнике. Какого цвета слово подоконник? Я не имею понятия. А глагол облокотиться? Почему все стало так понятно. Где мои мысли, я как будто потеряла мысли.

Не можешь уловить суть? Я кое-что пообещала себе. Не раскладывала тебе все по полочкам. Я не стала рассказывать что нарисовала, что ангел сказал мне. Я не искала и не косилась на тебя весь день. Но сейчас происходит что-то непонятное. Мне страшно, что я не чувствую цвета. Мне странно, что я испытываю такое неописуемое спокойствие, делая плохую вещь. Меня будут ругать.

Вдруг прохладный ветер дует на мое лицо. Так освежает. Больница как и мой дом находится рядом с еловым лесом. Очень темно, я гляжу в окно и не вижу своего домика. Зато вдыхаю хвойный запах.

Дверь в палату открывается. Раздаются торопливые шаги. Чьи-то руки охватывают мои бока и меня поднимают. Что-то грубое говорят. Я не слушаю. Даже не знаю кто это. Кладут обратно в постель. Может это и хорошо. Ведь цвета возвращаются. Я смотрю на потолок все вернулось. А что именно вернулось? Фигура закрывает окно и уходит из комнаты.

За три секунды мое состояние меняется от покоя до очень знакомой тревоги. Мое сердце сжимается от чего-то. Я ныряю в одеяло с головой, хотя мне невыносимо жарко.

Меня никто не любит, меня никто не жалеет. Дома мне нельзя плакать, а в садике меня не жалели потому что я не плакала. Других детей жалели, только стоило им закричать, а я так не умею. Меня так не учили. Другие... Другие... Почему я не другие...

— ...минаю что ваша дочь выписывается завтра, во сколько вы приедете? — Голос женщины раздается за дверью. Мне кажется она очень хорошо знакома с мамой. Я вообще не должна была быть в этой больнице, но эта женщина позволила.

— Ну нет, так не пойдет. Вы лично должны забрать ее. — Повышает она голос. Сейчас ночь, но она не боится шуметь. И зачем именно ночью звонить?

Я не вылезаю из своего укрытия, пусть и глубоко дышу из-за жары. Я не хочу видеть папу, но я хочу видеть маму. Ангел не прав. Пускай по дому ходит странный папа, но что я буду делать без мамы?

— Ладно, но пусть он возьмёт ее документы. Вы знаете какие приносить? — Несчастно вздыхает женщина.

А мама постоянно грустная, несчастная, почти не улыбается. Это из-за тебя да? Из-за тебя? Если так, то я не буду с тобой дружить.

И ангел! Ангел без имени. Больше не буду его слушать, больше никогда. О чем я думала сегодня? Он злой, злой!

— Ну что же ты винишь меня. Я же хочу как лучше. Чтобы ты не страдала, там ты не будешь страдать. Тебя не будут бить. — Появляется из ниоткуда он. В своем шалашике не вижу что вокруг меня, зато слышу как ангел садится на мою кровать

— Жалеть тоже не будут — Выглядываю я из одеяла.

— Стоит ли одна ласковая ладонь тысячам ударов?

— Он меня не бил — Чуть-чуть приподнимаюсь я

— Он будет. — Она резко поднимает руку к потолку.

— Уходи и не возвращайся, не хочу с тобой разговаривать — Снова залезаю в свой личный шалашик

— Я уйду. Но завтра ты будешь помнить: в больнице был ангел, который пытался тебя спасти.