Удачливый рыбак

Глава 1

В это лето на Сухом лимане было особенно жарко. Каждый день, как только меня будило солнце, я вставал и шёл на своё любимое рыбацкое место. Старый, заброшенный, покрытый мхом мостик ещё выдерживал вес одного-двух рыбаков. С первых дней я, как всегда, подготовил его к новому сезону: подлатал несколько досок, забив в них новые гвозди. Подход к мостику особенно зарос камышом и плющом так, что мне пришлось потратить не один час, расчищая секатором тропу для нормального прохода.

Это место я по праву считал своим, потому что ловил на нём уже несколько лет и уже долгое время не видел никого, кто бы мог помешать мне порыбачить в одиночестве. Тем более что ловил я с рассвета, не более двух-трёх часов и практически всегда уходил с рыбой. Это было моей маленькой, личной планетой во вселенной, сошедшей с ума от войны и глупости людей.

И вот в один из самых жарких дней, когда вода в водоёме нагрелась слишком сильно для нормальной рыбалки, я, не надеясь на хороший клёв, взял с собой небольшое раскладное рыбацкое кресло. Солнышко, проснувшись, пригревало с самого раннего утра, и я расселся в кресле, глядя на спящий на поверхности воды поплавок, и щурился от отражающихся от воды лучей.

Нежная и незаметно положенная на мою шею рука, почему-то ничем меня не смутила. Не было ни неожиданности, ни страха. Через мгновение я уже утопал в объятьях роскошной женщины и в тёплых водах Сухого лимана под мостиком. Я осознавал всё, что со мной происходило. Наверное, так чувствует себя кролик, глядя на удава. Это был не просто гипноз. Сладкий плен из ласк в подводном царстве не оставлял мне никаких шансов на какие-нибудь лишние мысли. Я просто наслаждался происходящим.

В этой толще воды царила тишина. Здесь не было слышно ни взрывов ракет, ни выстрелов орудий ПВО, ни злобного воя сумасшедших сирен, предупреждающих об очередном обстреле города. Тёмные воды лимана оказались не такими уж и тёмными. Они напомнили мне больше густой туман в пасмурную погоду. Я, зная, что нахожусь под водой, даже не задумывался о том, как дышать. А дышать приходилось интенсивно.

Эта русалка была неутомима. Она сводила меня с ума своими ласками и жаждала их от меня всё больше и больше. Туман не позволял мне рассмотреть всех деталей происходящего, но самих ощущений было предостаточно. Как только мой взгляд задерживался на её теле или обстановке вокруг, туман сгущался именно в том месте, которое меня интересовало больше всего. Я не знаю, сколько времени провёл под водой, но, очнувшись в своём рыбацком кресле, не сразу понял, что это был сон…

Поплавок лениво стоял на поверхности воды, как и мой член в шортах. Что за хрень? Последняя поллюция случалась у меня в давней юности. Я взял удочку и, подтянув катушкой леску, обнаружил на крючке нетронутый рыбой опарыш. Делать было нечего, я начал собираться домой, всё ещё находясь под впечатлением сна. Каково было моё удивление, когда я увидел в своём садке вместо двух маленьких плотвичек для кошки целую кучу рыбы. Садок был полон. Я испуганно оглянулся по сторонам, абсолютно не понимая, что происходит. Моё место, как и всегда, радовало одиночеством. Собрав свои скромные рыбацкие снасти, я направился домой, продолжая оглядываться по сторонам. Пошутить так над спящим рыбаком было некому, да и незачем.

Придя домой, я засолил рыбу, накормил до отвала кошку, а потом отправился в душ. Снимая шорты, я увидел, как из карманов выпала пачка крупных денежных купюр… Твою мать… Таких денег я не видел со времён моего довоенного бизнеса. Я как ошпаренный влетел под душ и начал с остервенением вымывать свой до сих пор влажный, чуть покрытый слизью с кусочками рыбьей чешуи член.

На следующее утро я встал ещё раньше пяти и бежал на мостик, в первую очередь взяв кресло, едва не забыв про саму удочку. Теперь мне казалось самым сложным — уснуть на рыбалке, так как моё сердце выпрыгивало из груди от перевозбуждения. Но мои опасения были напрасны. Как только я сел в кресло и прикрыл веки, тут же провалился в подводное царство. Это был портал. Я обрёл не только рыбное место, но и источник денег.

В этот раз она была ещё красивее. Её волосы, глаза, губы… всё как-то виделось мне по отдельности. Общую картину, я мог себе только представить. Ласки русалки снова сводили меня с ума. Тая в объятьях её нечистой силы, я угождал ей как мог. Единственного, чего мне не хватало в этой толще воды тогда, — звуков. Я видел приоткрытый от удовольствия рот, но не слышал из него ни одного слова или стона. Да ведь это не женщина… Это мечта…

Когда я очнулся, на часах было 6:00. Садок был полон. В карманах шорт денег оказалось в два раза больше. За час я заработал столько, сколько капитан дальнего плавания зарабатывает за месяц.

Лето стремительно подходило к концу. Время полетело на удивление быстро. Каждый день в 5:00 я был на работе – на мостике. И ближе к осени начал замечать, что иногда не беру с собой удочку. Моя кошка растолстела от рыбы. Моё финансовое положение росло с каждым днём в геометрической прогрессии. Каждый последующий день моя русалочка давала денег в два раза больше, чем в предыдущий. Я погасил кредиты, раздал долги, купил несколько объектов недвижимости. Моё внезапное богатство и увлечённость ранней рыбалкой не остались незамеченными обществом…

Ближе к ноябрю слишком похолодало. Пора было уже подвязывать с рыбалкой и уезжать в город. Но я стал одеваться получше и ходить на работу до первых морозов. Когда я всё же выехал в город, в салоне моего нового автомобиля приятно лежали несколько тяжёлых чемоданов с деньгами в крупных купюрах.

Потянулись длинные, скучные зимние дни. Имея целую кучу денег, я никак не мог уехать из страны или хотя бы спокойно погулять по улицам Одессы. Мир по-прежнему сходил с ума от войны и глупости людей, а я уже не мог дождаться первого весеннего тепла и нового сезона рыбалки.

Как только первые лучики солнца в апреле начали нагревать одесский воздух, я рванул на лиман. Я не шёл, я бежал как мальчишка к заветному месту. Зелени ещё было мало. Пробираясь по тропинке сквозь заросли прошлогоднего камыша, я скорее почувствовал, чем увидел, что тропа — хоженая.

Когда я выскочил на мостик из зарослей, то увидел на нём глубоко спящего в кресле мужика. Я вежливо поздоровался, но он не ответил, видимо, спал крепко. Удочка лежала рядом с ним, так и не вынутая из чехла. Штаны рыбака топорщились. Ему явно снилось что-то приятное. Я подошёл к краю мостика и приподнял опущенный в воду садок. Он был полон рыбы. Моим первым желанием было скинуть этого самозванца с мостика. Но когда-то же он уйдёт…

Я нехотя отошёл от своего места и спрятался в зарослях густого кустарника, дожидаясь, когда этот чужак наконец исчезнет. Ровно через час мужик прошёл мимо меня, неся полный садок рыбы. Я с бьющимся как телячий хвост сердцем выскочил на мостик. Внутри бушевала жуткая ревность, и всего лишь одна мысль: «У чудес нет хозяев».

Глядя на своё отражение в воде, я крикнул в зеленоватую воду под мостиком:

— Значит я у тебя не один?

Только испуганная моим криком маленькая птичка вылетела с камыша. Я со злости топнул ногой по доскам шаткого мостика и разрываемый ревностью и странным чувством обиды поспешил домой.

На следующее утро, после бессонной ночи, я пришёл на мостик до рассвета. Не забрасывая в воду ни садка, ни удочки, сел в темноте в кресло и начал ждать своей участи. Сон пришёл не сразу. Я мучительно проваливался в него, судорожно сжимая в кармане рукоять охотничьего ножа.

В этот раз она была божественно красива. Я снова тонул в её ласках и, забывшись, отдавался ей полностью. На самом пике соития, когда чудный рот нечистой силы раскрылся в так обожаемом мной экстазе, я засадил охотничий нож по самую рукоятку в податливое, обласканное мной нежное тело.

Синяя русалочья кровь застилала водянистый туман. Широко раскрытые изумрудные глаза смотрели на меня с наивным удивлением.

— Ты был моим любимым удачливым рыбаком, — тихо прозвучал её голос в моей голове.

Она растаяла в синем тумане, а я очнулся в своей мягкой, мокрой постели.