У вас соли, случайно, не найдется?

Глава 1

Сахрахотеп при жизни был обычным древним египтянином и неплохим резчиком по штукатурке в фиванском некрополе, да и после смерти — ничем не примечательной мумией. Пока его случайно не потеряли при транспортировке на выставку в отдаленный сибирский сельский музей. Грузовик так хорошо подскочил на корнях на дороге через лес, что непривязанная тара с гробом вылетела из кузова и с грохотом приземлилась в канаве. Ящик разбился. Мумия по инерции беспардонно припечаталась к изображенной на крышке богине Нут. Сахрахотеп от такого кощунства передернулся и очнулся. Полежал немного, порвал истлевший саван, открыл гроб. Мумия ошарашено озиралась по сторонам и совершенно не знала, что ей делать. Египтянин сел у дороги в надежде, что за ним и его гробом непременно вернутся. Так прошел день, второй. Никто не приехал, только случайные грибники шарахались, думали: детишки на заморский праздник чучело сделали да посадили на обочине, чтобы людей пугать.

Не дождался Сахрахотеп музейных работников с реставраторами, встал и пошел куда глаза глядят. Днем прятался от живых, лишь с темнотой выходил из укрытия. Так добрел он до улицы Трехдорожье и стоящего на мрачном перекрестке дома номер шестьдесят шесть.

Светало. По привычке мумия решила спрятаться от живых глаз подальше. Зашел Сахрахотеп в подъезд, ткнулся в двери на первом этаже. Закрыты. А в подвал чуть приоткрыта створка. Заглянул он туда. Тепло, темно, сухо и свободно. Переночевал в углу. Хотел вечером уйти, но пошел сильный дождь. Сахрахотеп не стал мокнуть и остался еще на день. Только спать не лег, а начал в приоткрытую дверь наблюдать за жильцами. Он ожидал увидеть людей, стариков и молодежь, а увидел живших в доме вампиров, ведьм, призраков, странных мужчин и женщин и даже черного кота, занимавшего весь чердак. Мумия подумала, что ее никто не выгонит из подвала, и осталась там жить.

Как настоящий древний египтянин, Сахрахотеп любил красивую обстановку и уют. Чем он и стал заниматься в первую очередь. По ночам обыскивал мусорки в поисках инструментов, кирпичей, досок, красок, кистей и гвоздей. И вскоре мрачный подвал стал напоминать его любимую гробницу. На ее стенах он рассказал о своей земной жизни, достижениях, похвастался наградами от вельмож.

Только не знал Сахрахотеп, что трубы в подвале не для красоты и не для опоры, повбивал в них гвозди, чтобы деревянный потолок лучше держался. И вот ночью закапала вода. Потекла ручейками. А потом полилась душем на мумию, прилегшую вздремнуть в своем саркофаге. Выбежал египтянин с криками, стал звать на помощь. Весь подъезд на уши поднял. Прибежали соседи, воду перекрыли и общими усилиями поменяли в подвале трубы. Потом еще русалка такой потоп устроила, что все квартиры ниже промокли насквозь и подвалу тоже неплохо досталось.

Отсырели деревянные стены гробницы, кирпичное основание покрылось плесенью, даже красивый деревянный гроб промок. Ходил расстроенный Сахрахотеп вокруг многоэтажки, проветривал свои бинты и думал, как просушить свое жилище. И придумал! Солью высушили его тело, почему бы ею не высушить все его добро?

Взял египтянин мисочку и пошел по квартирам. Женщины, видя его страдальческое лицо, насыпали до краев и еще кулечки добавляли. Вампир вежливо послал, ссылаясь на то, что пищу свою он не солит, поэтому соли отродясь у него не было. Призрак извинился, что соли не имеет никакой за ненадобностью. Дошел Сахрахотеп до чердака. Его там встретил ухоженный черный кот.

— А у тебя, случайно, соли нет? — жалобно попросила мумия.

— Есть, конечно, — проворчал ушастый и ушел искать заначку.

— Благодарю тебя, — радостно воскликнул египтянин, получив заветный мешочек, — от всего сухого сердца! Приходи ко мне в гости. Лежанка царская есть, правда, чуток подмокшая. А, если захочешь, собственноручно сделаю для тебя саркофаг и после смерти забинтую, как любимца фараона.

— Спасибо за предложение, — мяукнул кот и подумал: «Лучше буду по запасной лестнице ходить гулять, чем мимо подвала. А то, и правда, мумию из меня сделает. А я пожииииить еще хочу!»

Подвал высох, но Сахрахотеп продолжал собирать соль. Он обошел все квартиры во всех подъездах уже по пятому разу. Жильцы еще давали понемногу, но неохотно. А в подвале соль лежала уже везде: горками на ящиках, комоде, табуретах и столе, в банках, склянках, мешочках и даже горой в новом саркофаге.

Во время шестого «собирательного» похода мумия учуяла изумительный аромат ладана, проникшего в подъезд из квартиры экзорциста. Египтянин стоял под дверью и жадно вдыхал терпкий запах. Створка резко распахнулась и перед не на шутку испуганной мумией возникла высокая мужская фигура.

— Чего опять надо? — злобно прошипел экзорцист.

— Немножко этой приятно пахнущей смолы. Пожалуйста... — жалобно процедил Сахрахотеп. — ... с запахом чайной розы, если можно.

Мужчина тихо выругался, но отсыпал приличную горсть душистых камушков.

— Благодарю, щедрый человек! Да будет твоя душа после смерти в царстве Осириса!

— Иди отсюда! — зычно рявкнул экзорцист, чем напугал спускавшегося демона, который в ужасе бросился к себе домой.

Теперь Сахрахотеп пошел по квартирам собирать все, что приятно пахнет: травы, масла, смолы, даже современную парфюмерию. И все это раскладывалось, разливалось и воскуривалось настолько интенсивно, что жильцы проходили мимо подвала, зажав нос, а потом дружно жаловались негласному главе своего дома. ВРиО управдома — инквизитор — снова шел в подвал, предварительно надев противогаз, но вид потрепанной щуплой мумии с жалостливым взглядом в очередной раз трогал до глубины души, и борец с нечистью уходил со вздохами.

К счастью жильцов, увлечение египтянина ароматами быстро сошло на нет. Точнее, его сменило желание Сахрахотепа стать самой стильной мумией на свете. И снова он пошел по квартирам с протянутой рукой.

— У вас не будет бинтика или ленточки? Не поделитесь кусочком вашего тюля? А можно одну полоску от ваших жалюзи? — просил он, показывая истлевший грязный обмоток на руке.

И ему снова давали. Вскоре весь подвал напоминал логово паука, завешенное паутиной. А Сахрахотеп с довольным видом каждый день заматывался в новенькие «бинты» и щеголял по улице.

— Хоть плащ наденьте или пальто! — возмущались жительницы с маленькими детьми. — Не пристало мужчине солидного возраста ходить в нижнем белье! Совесть поимейте!

Но египтянин не реагировал на их увещевания, только тихо хихикал.

Последней каплей для жильцов стала навязчивая идея Сахрахотепа развести священных скарабеев. Выловив за обедом солнцеликого жука из супа, инквизитор завопил на всю квартиру:

— Хватит! Довольно!

На шум сбежались соседи. Выяснилось, что жуки захватили канализацию на первых трех этажах, поели крупы и травы у лекарок и колдуний, погрызли обои и обивку во всех квартирах.

Срочно собрался тайный совет жильцов на чердаке, любезно предоставленном для этой цели черным котом за связку вяленых мышей. Речь шла о выселении мумии из дома.

— Мумии... Хлопотно с ними... — сонно произнес вампир, кутаясь в плащ с капюшоном от тонких солнечных лучей. — Бессмертные они...

— И на бессмертных управа есть! — воскликнул инквизитор, озаряемый идеей. — Кто «за»?

Весь дом единогласно проголосовал.

К подвалу принесли чан со смолой, натянули проволоку возле двери, поставили на лестнице большую тарелку с солью, ладаном и марлей, постучались. Сахрахотеп выглянул из подвала, обрадовался подарку, зацепился и упал.

Его быстро скрутили, запеленали во все имеющиеся бинты, которые надежно склеили смолой. Вопящую мумию запихали в саркофаг, щедро присыпали солью, полили всевозможными благовонными маслами, забили крышку огроменными гвоздями. Всем находящимся в «гробнице» хламом завалили ящик с телом, сверху добавили мебель, чтобы уж наверняка.

Дверь в подвал закрыли на амбарный замок, скрепили заговоренную нить сургучом и печатью, повесили большую табличку «Не открывать и не будить в ближайшие три тысячи лет». После этого в доме провели поквартирную дезинсекцию от скарабеев.

А что же Сахрахотеп? Сначала он истошно выл и пытался вырваться, но потом пригрелся и заснул сладким сном, каким спят только мумии.

И снова жизнь в доме шестьдесят шесть по улице Трехдорожье потекла своим чередом, как и текла до появления там Сахрахотепа.