12+Царь
Стены психиатрической лечебницы могут удержать тело, но не дух, отягощенный короной. Для санитаров он — сломленный старик с украденной безделушкой, для «старца» Сильвестра — единственный законный владыка.
Тяжелый, венчанный черным агатом, в глубине которого застыл двуглавый орел.
Читать фрагмент
Читать ещёГлава 1Ноябрь дышал в окна кельи колючим инеем. Царь Иоанн Васильевич склонился над «Хронографом», но буквы плыли, превращаясь в черных вязких червей. В углах палаты, где не доставал свет чудотворной лампады, шевелились тени — густые, липкие, пропитанные медью запекшейся крови.— Ты принес его? — голос царя треснул, как лед под копытом опричного коня.Старец Сильвестр молча положил на стол предмет, завернутый в потемневший шелк. Это был перстень. Тяжелый, венчанный черным агатом, в глубине которого застыл двуглавый орел.— Это не золото, Великий Государь, — выдохнул старик. — Это кость последнего императора Константина. Она помнит, как в 1453-м рушились своды Софии. Она чует, как подгнивают опоры Третьего Рима…— Глянь за дверцы, — приказал царь, сжимая перстень. — Не подслушивает ли кто из боярских лазутчиков?Сильвестр скользнул к двери, прислушался к тяжелой тишине коридора.— Тихо, Госуда…
Иногда самые важные истории начинаются с первой страницы.






Комментарии 0