Тропою зверя

Глава 1

Глава 1

Зима. И не будет другой зимы, только эта. Когда и так все плохо, стоит мечтать лишь о смерти, а не о будущем. Ведь и будущего не будет…

Зима. Я всегда хотела умереть зимой. Чувство холода - чувство отчаянья. На что еще можно надеется? Не встретить мне лета. Осталось только последнее дело доделать – вздохнуть горестно в последний раз и замерзнуть. Можно было бы, и поплакать, только все равно слез не будет. Только пара льдинок упадет с ресниц.

Когда я умру, то превращусь в снег. Ветер поднимет меня, словно пушинку и разнесет по земле. По мне будут ходить люди, бросать окурки от папирос. Только я ни слова не скажу, буду мучительно поскрипывать под их ногами. Такова моя судьба, я умираю зимой. Умру и растворюсь в ней, чего терять.

Поднявшись с кресла, я подошла к окну. В окне я увидела ее, зиму. Она смотрел на меня через стекло, своими бездонными, холодными глазами. Ах, какая же она красивая, эта зима. Я дотронулась губами до стекла. Холодный поцелуй, теперь и я холодная. На стене остался след от дыхания. Мой последний прощальный поцелуй этому миру. Миру в моем окне. Дотронувшись пальцами до стекла, я написала « Забери меня зима». Тут сильный порыв ветра ударил окно, истекла задребезжали. За окном завыла вьюга, затанцевала метель, ветер поднял снежную бурю. Зима постучалась ко мне в окно. Из темных углов комнаты, полезли черные тени. Они шептали, они нашептывали мне: «Она здесь, она тут! Она пришла»

Я сдернула щеколду, и окно распахнулось. Поток холода кинулся на меня, словно снежный барс. И вдруг показалось, словно я стала прозрачной. Он проходил сквозь меня. Он влетел в комнату и завладел мной и моим телом. Снег не таял, ибо уже давно не топилась печь. Он покрыл все полки и стулья. Я пустила в дом зиму и в моем доме наступила зима.

И тут мне стало так легко невесомо, словно мое тело растаяло и осталось только воспоминание обо мне. Я оглянулась и увидела, как оно лежит на полу и больше не шевелится. Такое белое, такое мертвое. Впрочем, мне стало абсолютно все равно, для него все закончилось. Тогда я почувствовала невероятную свободу и стала кружиться в вальсе снежинок, порхая как они с шкафа на стол, затем перелетела несколько полок и упала на пол. Я лежала рядом со своим мертвым телом и размышляла о своей прошлой жизни.

Так думал дух мертвой женщины средних лет с белыми волосами и черными глазами. Она умерла с радостной улыбкой и горечью в сердце.

Глава 2

Глава 2

- Как же я хороша! Ах, как же я хороша!- воскликнула Марья, глядя в зеркало. Она смотрела в свое отражение и расплетала мягкие шелковистые волосы и выплетала из них шелковые ленты. Густые русые пряди в отблеске свеч, давали приятный золотистый оттенок. Нежные блики золота играли на тугих завитках и локонах, обрамляющих ее лицо.

Это было правдой. Марья была необыкновенна хороша. У нее были, ровные утонченные черты лица, ясные голубые глаза, соболиные брови, бархатные персиковые губы. Ее щеки слегка румянились. Все это ей досталось в наследство от матери. Мария крутилась перед зеркалом в одной сорочке. В дверь постучали, и в комнату вошла Настасья. Это была молодая девушка, сверстница Марии. Настасья была в их доме в услужении.

-Барышня, пора готовится ко сну.- сказала Настасья и взяв гребень начала расчесывать волосы хозяйке.

-Совсем сон не идет.- ответила Марья.- Может книгу почитать? Я давеча такой роман прочитала, опосля которого совсем не уснуть. Всю девичью душу растревожил. Только о суженном и думаю, хотя где тут в деревне его взять. Вот и остаются только фантазии, да мечты. -с грустью заключила она.

- Ах, барышня, так давайте погадаем, все ж поинтересней будет?- предложила Настасья.

-И то верно, давай. А то не уснуть мне спокойно.

Настя взяла пиалу для умывания, поставила ее перед зеркалом. Мария стала лить воск в воду по дуге пиалы и приговаривать:

« Суженый, ряженый, явись, мне покажись!

Суженый, ряженый, явись, мне покажись!

Суженый, ряженый, явись, мне покажись!

Дело мое лепко, слово мое крепко! Аминь!»

Повторив эти заветные слова несколько раз, она стала вглядываться в воду, ловя в ней отражение, словно в зеркальном коридоре. На одно мгновение она увидела в воде смутный образ ее судьбы. Ей показалось, что в нем отражается не она, а какой – то мужчина с горящими глазами и густой черной бородой. Этого мгновения оказалось достаточно, что бы разглядеть его. И казалось, что и он тоже разглядывает ее. Словно он видит девушку полностью, целиком. Разглядывает ее тело, ее нежное личико, гладкие плечи, мягко вздымающуюся от волнения грудь, весь ее стан. Все это длилось лишь пару мгновений, но так сильно взволновало Марию, что она всхлипнула от испуга.

- Что с вами, барышня? – встревожилась Настасья.

- Да так, пустяки, отозвалась Марья

- Может чего плохое увидали?- расспрашивала служанка.

-Ничего не увидела,- отрезала хозяйка,- а ты болтаешь много.

Конечно же, Настасья понимало, что дело совсем не в болтовне, однако не стала более допытываться. Если барышня захочет, то сама все расскажет. А Марья же, в душе не ожидала такого увидеть. Этот сильный прямой взгляд мужчины ошарашил ее. Он был настолько пронзительным, настолько откровенным, что казалось ее сердце и душа оголены, как и ее тело. И она предстала перед ним абсолютно ногой и открытой.

« Что ж, возможно это судьба»- подумалось ей.

Настасья помогла ей переодеться в ночную рубаху и одеть чепец. Взяла чашу с водой и погасив свечу вышла из комнаты, тайком перекрестив спящую Марию.

Утро наступило не раньше девяти часов. Первые солнечные лучи, проникшие в комнату, совсем не грели. Солнце было холодным и равнодушным ко всему миру. Марья позвонила в колокольчик и в комнату вошла Настасья. Девица в услужении была уже одета и причесана. На свежем лице красовалась приятная улыбка, голову обрамляла дуга из тугой косы. Девица, позевывая, поставила на стол большой кувшин слегка подогретой водой. Марья, ласково поблагодарив подругу, стала умываться.

-Настя, не знаешь, дедушка уже спустился к завтраку? Ему в последнее время нездоровится.

- Нет еще, к нам гость приехал, видимо Вас ждать будут.

-Кто же? Ах, хоть бы маменька с папенькой. Вот так сюрприз был бы. -Невольно улыбнулась Мария.

- Нет, не из наших. Это из Петербурга сказывают.

- Ах, вот как. Тогда оденусь по наряднее.

Сняв ночную сорочку и оставшись при голом теле, она открыла деревянную шкатулку, лежавшую на трюмо.

- Какие бы бусы выбрать? Выберу в тон к платью, зеленые, самые редкие.

Ничуть не смущаясь, служанки, она стала примерять бусы. За окном сияло солнце. Холодные зимние лучи ярко играли на дорогих камнях, зеленого оттенка и на юном теле хозяйки. Фигура Марьюшки была очень слажено, выточена из белого мрамора. Ее белоснежные руки никогда не знали черновой работы. Легкий румянец на щеках говорил о хорошем здоровье, а жемчужная улыбка о ласковом и добром нраве. Девушка с детства купалась в любви и заботе родителей.

Семья Никушиных считалась очень зажиточной и все относились к ним с почетом и уважением. Дед Никушин был из простых селян, и вот тебе раз, выбился в богатеи. Никто не знал секрета его зажиточности. Однако ходили толки о том, что он еще по молодости с нечистой силой знавался и благодаря ней все свои богатства нажил. Поэтому многие побаивались этой семьи. Правда Марьюшка об этом ничего не знала, в силу своего юного возраста. Стоя ногой перед зеркалом, она вертелась рассматривая свою фигуру.

-Не замерзните барышня? –спросила ее Настасья.

- Надо одеваться. – Согласилась Марья.

Одевшись в шерстяное зеленое платье, девушка села на стул перед трюмо. Настя, причесав ей волосы, вплела в них шелковые зеленые ленты и заколола волосы красивой заколкой. На шее Марьюшки красовались бусы из зеленых камней. Свежая, чистая, нарядная, словно молодой зеленый лес, Мария спустилась вниз к завтраку.

-Доброе утро дедушка! – воскликнула она.

- Доброе утро, моя красавица! – отозвался дедушка. - А у нас гости!

-Кто же это?

- А вот знакомься, наш новый друг, Михаил Филимонович.

Она встретилась с гостем взглядом, и он ошарашил ее. Это был он.