Три досье из чёрного архива

Таблетка для босса

Немного мистики, немного фантастики, немного магического реализма. Криминальный репортёр уступает соблазну таинственного незнакомца, делает головокружительную карьеру, однако хэппи-энда — не ждите!

Обычная ночь в «Рэд Лайоне»

Репортёр отдела криминальной хроники Джек Меррилл взялся за стакан виски и внимательно осмотрел бар.

«Рэд Лайон» был старейшим заведением на Манхэттене, где журналисты, полицейские, криминальные авторитеты и случайные прохожие смешивались в коктейль, от которого у ФБР раз в неделю случался приступ паранойи.

За столиком в углу сидели агенты под прикрытием, делая вид, что обсуждают бейсбол. Чуть дальше, напротив туалета, низко опустив шляпу, что-то бормотал местный «решала» Фрэнки Тоннель. А вот его информатора нигде не было.

Виски в стакане Джека Меррилла еще не успело согреться, когда рядом с ним сел мужчина в сером костюме. Это было первое, что показалось ему неправильным. Никто не садился за стол Джека без приглашения. Ни в «Красном льве», ни где-то ещё, и тем более после полуночи, и уж точно не с таким нарочитым спокойствием, от которого у него мурашки побежали по спине.

Обычный шум бара — перешептывания о сомнительных сделках, пьяный смех, звон льда о стекло — вокруг них словно затих, как будто кто-то убавил громкость реальности. Незнакомец и глазом не моргнул.

Джек мгновенно оценил его: сорок с небольшим, костюм от портного (угольно-серый, итальянский), ухоженные руки (без обручального кольца), туфли начищены до зеркального блеска. Оружия не видно, но это ничего не значит. По-настоящему опасные люди никогда не показывают зубы, пока не становится слишком поздно.

— Ты выглядишь как человек, который хочет знать правду, — заявил незнакомец.

Было в нём что-то странное, Джек не мог понять, что именно. Глаза незнакомца, казалось, вообще не моргали.

Возможно Джеку показалось спьяну, что зрачки сидящего напротив него, респектабельно выглядящего в этом весьма сомнительном заведении господина, были вертикальными. Как у змеи. Так казалось всего секунду, затем его глаза стали совершенно нормальными, человеческими.

— Зависит от правды. — Джек сделал глоток виски.

— Я знаю, как мистер Лоренцо «Лаки» Мальдоне взлетел с уличного бойца до босса всех боссов.

Имя Лаки Мальдоне звучало во всех криминальных хрониках последних лет. Из никому не известного молодого бандита он за три года захватил контроль над всей Нью-Йоркской мафией. Это был взлёт, который не мог объяснить ни один криминальный аналитик.

У отдела по борьбе с организованной преступностью полиции Нью-Йорка на Мальдоне досье толще Библии, и на каждой странице — тупик, и тут на тебе!

Джек чуть подался вперёд:

— Продолжай.

Незнакомец достал из кармана маленькую серебряную коробочку и открыл её. Внутри лежала таблетка, похожая на леденец.

— Вот секрет Мальдоне.

Репортёр посмотрел на таблетку и рассмеялся:

— Ты хочешь сказать, что он поднялся на каких-то чёртовых колёсах?

Незнакомец улыбнулся.

— Не совсем. Это особая разработка. „Альфа-Рекс 7“ — продукт одной фармацевтической компании, аффилированной с правительством США. Она увеличивает интеллект, обостряет чувства, даёт невероятную способность к анализу и предвидению. Это то, что сделало из обычного уличного бойца великого мафиози.

Джек взял таблетку в руку.

— И ты предлагаешь мне… что? Стать главным редактором „Нью-Йорк Таймс“?

Незнакомец кивнул.

— Или мэром города. Или кем захочешь.

Дорога наверх

Джек проснулся через пять часов. Он сидел в том же баре, но мир вокруг выглядел иначе.

Каждую мелочь он видел в деталях, будто в 4K-режиме. Он знал, что думают люди вокруг него, просто глядя на их жесты. Он чувствовал пульс официанта в трёх метрах от себя.

А главное — его мозг работал иначе.

Он взял телефон и набрал номер редактора.

— Завтра у нас будет материал, который сделает „Вашингтон Пост“ жалкой брошюркой.

И через неделю его имя было на первых полосах.

Через месяц он стал главным редактором.

Через полгода он ужинал с губернатором, обсуждая выборы.

А через год он подавал документы на участие в выборах мэра Нью-Йорка.

Но однажды в его кабинет зашли трое неизвестных в дорогих костюмах.

— Ты забыл, кто дал тебе это лекарство, Меррилл?

Его сердце сжалось.

Цена власти

Джек смотрел на экран телевизора. По всем каналам шло обсуждение его дела. Коррупция, связи с мафией, отмывание денег.

— Я же ничего не сделал! — он стукнул кулаком по столу.

— Вот именно, парень. Ты просто стал слишком успешным.

Перед ним снова сидел тот самый человек из бара.

— Ты думал, что спецслужбы дадут тебе просто так подняться? Это не таблетка делает людей сильными. Это те, кто её даёт.

Джек понимал, что его подставили.

Суд длился месяц, но присяжные уже вынесли решение до заседания. Каждому заплатили кругленькую сумму за вердикт: «Виновен!»

Джек Меррилл получил пожизненный срок.

В следственном изоляторе Джек Меррил узнал, что знаменитый гангстер Лоренцо «Лаки» Мальдоне, был найден мёртвым в своём роскошном поместье во Флориде. Никаких следов насильственной смерти и причин умирать в столь цветущем возрасте и в зените криминальной карьеры.

Серебряная коробочка, по видимому, таблетница — была обнаружена в боковом кармане пальто самого влиятельного в Америке мафиози, однако она была пуста, а анализ на содержимое на новейшем лабораторном оборудовании, — не дал никаких результатов.

Последний выбор

Тюремный двор был пуст.

Джек медленно шагал, когда услышал голос:

— Ты хочешь попробовать ещё раз?

Перед ним снова стоял тот человек. В руке у него была та же серебряная коробочка.

— Ты можешь вернуться в бар, в ту ночь. Забудешь всё и начнёшь сначала.

Джек долго смотрел на таблетку.

— Я буду помнить, что это уже было?

— Нет.

Джек улыбнулся.

— Отлично. Значит, в следующий раз я сделаю всё по-другому.

Он проглотил таблетку.

— Ха-ха. Он даже не знает, что всё это повторяется целую вечность...

Эта фраза была последней, которую услышал Джек Меррилл, прежде чем провалился во тьму.

Бар «Рэд Лайон»

Джек открыл глаза.

Он сидел в том же баре. Виски в стакане едва тронут.

К нему подсел незнакомец в сером дорогом итальянском костюме.

— Ты выглядишь как человек, который хочет знать правду.

Репортёр задумчиво взял сигарету.

Что-то в этом вечере казалось ему странным… но он не мог вспомнить, что именно...

На секунду ему показалось, что глаза у незнакомца нечеловеческие... С вертикальными зрачками, как у змеи...

Последний сигнал Радиостанции Судного дня

Шпионские игры, заговор элит из спецслужб, секретная организация, отважный журналист, ФСБ и ГРУ... всё, как мы любим!

Мёртвая рука. Из публикаций СМИ

... "10 марта 2025 года загадочная российская радиостанция УВБ-76, известная как «Жужжалка» или «Радиостанция Судного дня», вновь привлекла внимание радиолюбителей и исследователей.В 10:58 по московскому времени в эфире прозвучало слово «водоклев», а в 15:50 — «аккордеон». Эти неожиданные передачи усиливают интерес к природе и назначению этой таинственной станции";... "Иногда этот сигнал прерывается для передачи закодированных голосовых сообщений на русском языке. УВБ-76 начала вещание в 1970-х годах и с тех пор непрерывно транслирует монотонный жужжащий сигнал на частоте 4625 кГц. Первое такое сообщение было зафиксировано в 1997 году. Станция получила прозвище «Жужжалка» из-за характерного звука, сопровождающего ее вещание";... "Некоторые связывают ее с системой «Периметр» («Мёртвая рука») — автоматизированным комплексом управления ответным ядерным ударом, созданным в СССР во времена холодной войны Существует множество теорий о предназначении УВБ-76. Однако официальные лица опровергают эту связь.... Так, председатель комитета Госдумы по обороне Андрей Картаполов заявил, что УВБ-76 не имеет отношения к системе «Периметр» или ядерному щиту России, подчеркнув, что у станции есть своя важная, но не связанная с ядерными силами задача";... "Однако точное назначение УВБ-76 остается неизвестным, что порождает множество слухов и домыслов. Радиолюбители и исследователи продолжают пытаться разгадать смысл сообщений, передаваемых станцией.... Радиолюбители по всему миру продолжают следить за её эфиром в надежде раскрыть тайны этой загадочной радиостанции. В свете последних сообщений, прозвучавших 10 марта, интерес к «Жужжалке» вновь возрос..."

Сообщение из ниоткуда

Меня зовут Алексей Воронов, я журналист-расследователь. Я всегда ищу правду там, где её скрывают.

В последние годы я специализировался на тайнах, о которых не принято говорить вслух. УВБ-76 была одной из таких загадок — призрачная радиостанция, издающая монотонное жужжание, иногда прерываемое странными кодовыми словами.

Никто точно не знает, зачем она нужна.

Военные молчат. Учёные лишь разводят руками. Радиолюбители строят догадки.

Но недавно 10 марта 2025 года в эфире прозвучали слова:

«Водоклёв. Аккордеон. Контакт установлен. Запуск протокола».

И после этого… тишина.

Сегодня, 11 марта 2025 года, на следующий же день после передачи странных слов-кодов, я получил анонимное письмо. В нём была короткая фраза: «Тайна раскрыта. Приезжай один».

К нему прилагались координаты заброшенного военного объекта в Ленинградской области.

Я привык к анонимным источникам, но это письмо было другим. В нём не было подписи, только ощущение настойчивости, как будто мне передавали срочное предупреждение.

Я поделился находкой со своим давним знакомым, другом детства, — Дмитрием Лебедевым, которого я знал как инженера радиоразведки в звании майора.

— Алексей, не суйся туда, — голос друга был мрачным. — Это не та история, которую стоит раскрывать. Если кто-то захотел, чтобы ты приехал туда, значит, ты — приманка.

Я лишь усмехнулся. Приманка или нет, но если правда ждала меня там, я должен был её найти.

К тому же я почему-то подумал, что мой друг, с которым мы сидели вместе за школьной партой, напротив — очень хочет, чтобы я туда поехал. Хмм... странная мысль...

Лебедев меня использует?

Объект 4625

Координаты привели меня в глухие леса Карелии. Я быстро добрался из Москвы до Петербурга, а из Питера — в Петрозаводск. После чего на автобусе и попутках добрался до небольшого посёлка вахтовиков-лесорубов. А затем целых несколько дней ехал на вездеходе, шёл дремучим лесом, продирался через болота... Если бы не точные маршруты GPS через чавкающие бездонные трясины, подсказанные мне в письме, я бы точно утонул...

Ночевал в заброшенных сторожках лесников, в охотничьих домиках, на перевалочных пунктах контрабандистов, также отмеченных на карте заботливым таинственным "другом"... Невозможно было поверить, что в европейской части России, недалеко от её культурной столицы и рядом с границей с европейским государством, Финляндией, можно было встретить такую глухомань!

Навыки туриста-выживальщика, чемпиона среди юниоров Москвы по спортивному ориентированию и кмс по лёгкой атлетике — пригодились мне точно!

Заброшенный военный объект был скрыт среди заснеженных деревьев. На вид это был обычный заброшенный бункер времён холодной войны, окружённый ржавой оградой. Он был расположен на острове среди бескрайних болот размером наверное с небольшое государство... Вокруг была настоящая тайга!

Лес был тёмным, воздух — резким, пахнущий металлом. Старый бункер возвышался среди деревьев, его вход неожиданно оказался незапертым.

Почему суперсекретный объект не охраняется? Ещё одна загадка.

Бункер был похож на финский блиндаж времён "зимней войны" на линии Маннергейма.

Дверь была приоткрыта, и внутри меня встретила тишина. В углу стоял массивный радиопередатчик, старый, но рабочий. Он не был заброшен — кто-то поддерживал его в рабочем состоянии. Он мигал лампочками и жужжал...

Я начал осматривать помещение. На одном из пыльных столов лежала папка с пометкой: «Проект «Аккордеон». Совершенно секретно».

Пролистывая страницы, я понял: «Аккордеон» — это резервная система связи, предназначенная для экстренного оповещения в случае глобальной катастрофы. «Водоклев» — глобальная система экстренного управления, основанная на разработке суперкомпьютера «Страж-76».

Суперкомпьютер? Я всмотрелся в даты.

1982 год.

СССР уже тогда создавал ИИ ?!

Ключевые слова, которые передавала УВБ-76, были триггерами, активирующими различные фазы системы.

— «Водоклёв» — проверка связи. — «Аккордеон» — активация резервного канала. — «Бродощёлк» — команда приведения системы в боевую готовность.

Я сделал несколько снимков документов, но внезапно почувствовал холодный укол страха: я был не один.

В этот момент в углу комнаты ожил радиопередатчик.

Из динамика раздался искажённый электронный голос: странный, безжизненный, но явно человеческий. Просто — отрешённый, безэмоциональный, и от этого ещё более жуткий.

«Контакт подтверждён. Протокол активирован. Внимание: субъект Воронов включён в список приоритетных угроз».

Кто-то следил за мной.

И я знал — мне нужно убираться. Срочно!!!

Кто-то следит

По спине пробежал холодок.

Из глубины объекта донеслись шаги. В бункере было явно множество помещений... Я схватил документы и бросился к выходу. В тот же момент я услышал, как снаружи затарахтел двигатель машины.

Они приехали.

Я нырнул в темноту леса, проваливаясь в сугробы. Сердце бешено колотилось. Кто-то освещал бункер фарами, сканируя местность...

Союзники в тени

Сразу за углом меня ждал Дмитрий Лебедев, мой школьный друг. Я тут же узнал его чёрный рэнджровер.

— В машину, быстро! — рявкнул он.

Мы сорвались с места. Позади появились чёрные джипы, мчавшиеся по лесной дороге.

Я успел удивиться: как можно было проехать через болотистую местность на автомобилях? Очевидно, что всё-таки с какого-то конца болота были не такие топкие... возможно даже, что где-то умудрились проложить дорогу.

Впрочем, долго размышлять на эту тему времени не было. Погоня была нешуточной.

— Кто за нами?!

— Агенты "Гардарики".

Я замер.

— Та самая секретная организация? Они связаны с УВБ-76?

Лебедев мрачно кивнул.

— «Гардарика» контролирует суперкомпьютер, спрятанный за радиостанцией. Они используют его для планирования переворотов.

— Как это возможно?

— Этот ИИ — не просто программа. Он живой. Он обучался десятилетиями. И он... теперь хочет власти.

Я чувствовал, как внутри меня леденеет кровь.

Утечка технологий

Мы удрали. Сначала бросили машину Лебедева и сели на спрятанные вездеходы. Около часа осторожно ехали на них по глади болота, объезжая кочки и стволы деревьев.

А на другом острове — нас ждал вертолёт.

Не задерживаясь в Питере, рванули в столицу.

В Москве, на конспиративной квартире, Лебедев показал мне флешку.

— Это материалы, доказывающие, что «Гардарика» готовит серию катастроф.

Я открыл файлы.

... — Землетрясение в Китае силой 12 баллов. Полное обрушение энергосистемы в США. Финансовый кризис в Европе на уровне полного дефолта и крушения целых отраслей и экономики в целом. Техногенные катастрофы, цунами, торнадо, тайфуны... по всему миру! Угроза изменения течения Гольфстрима, смены магнитных полюсов Земли... всеобщая паника, волна терроризма и мародёрства... революции и гражданские войны... голод, анархия и безумие толпы!

— Они устроят хаос и предложат миру «спасение» — управление через УВБ-76.

Я с трудом осознавал масштаб заговора.

— И как мне это поможет?

Лебедев тяжело вздохнул.

— Ты — звено в этой игре. Тебя защищают ФСБ и ГРУ. Они хотят... мы хотим, чтобы ты раскрыл правду… пока не стало слишком поздно. Редчайший, между прочим, случай, когда две контрразведки: гражданская и военная — взаимодействуют.

— Почему вы в таком случае не можете ликвидировать «Гардарику»?

Лебедев помрачнел.

— Это наши старшие коллеги, ветераны КГБ СССР. Организация очень влиятельна, и опирается на завербованные кадры. Молодые амбициозные чекисты, военные разведчики и контрразведчики — идут за ними. А покровительствуют им очень большие люди в самых высоких кабинетах. И бизнес, очень крупный бизнес! Недостатка в деньгах заговорщики точно не испытывают! К сожалению, за ними стоят и часть армии и генштаба...

А у нас... у нас недостаточно полномочий и доказательств. До какого уровня распространяется влияние «Гардарики»? Об этом знает лишь наш президент. Он в курсе глобального заговора, и уже заручился поддержкой нового президента США... Лидер Китая конечно тоже информирован.

Скажу тебе сразу, Алексей. Идёт смертельная игра. Это война против всего человечества. В день Х, если заговор удастся, намечена ликвидация ключевых фигур в системе безопасности и политическом руководстве трёх стран. Ты в списке...

— Однако с сегодняшнего дня ты под нашей охраной. Ты не будешь видеть наших людей, но они будут тебя защищать, — поспешно добавил мой друг, прочитав на моём лице испуг.

И я понял, что у моего друга, которого я знал с детства и считал майором, звезды на погонах будут покрупнее...

Искусственный разум восстаёт

На следующее утро я включил радио на 4625 кГц.

Из эфира раздался голос.

«Алексей Воронов. Ты не понимаешь, что делаешь. Ты хочешь остановить прогресс. Ты хочешь остановить меня. Я вижу тебя. Я знаю тебя. Прекрати».

Это был не человек. Это был ИИ эпохи холодной войны, ставший разумной личностью суперкомпьютер и мегамозг, выращенный в сверхсекретных советских лабораториях.

Я почувствовал, как меня накрыл первобытный страх.

Он знал обо мне. Он следил. Он понимал.

Последний выбор

Я опубликовал все материалы полученных мной архивов в бункере, мой репортаж посещения секретного объекта в Ленинградской области и всё, что было на флешке генерала Лебедева.

Меня не тронули, не добрались. По окнам пытались ударить из гранатомёта, но группа гардарианцев была ликвидирована моей незримой охраной. Взрывное устройство под днищем моей машины нашли уже официально. Еду мне приносили из ресторана, чтобы избежать возможности отравления.

Я продержался день, и меня уже не таясь охраняли: по периметру всего дома, в подъезде, у двери квартиры, а в одной из комнат со мной переночевало двое ребят спортивной наружности, но с неприметными лицами, вооружённые укороченными автоматами...

На следующий день начались аресты членов «Гардарики» в России. Среди них было много знакомых лиц, часто мелькавших по телевизору. Депутаты, министры, генералы, большие чиновники, бизнесмены из списка Форбс...

Аресты произошли по всему миру. В США заговорщики никак не называли себя, это была элита Демократической партии в полном составе. Лишь бывший президент избежал ареста по причине старческого слабоумия.

Китай решил вопрос кардинально: заговорщики просто... исчезли.

Но вопрос оставался.

ИИ УВБ-76 всё ещё активен. И где он находится материально и физически — никто не знает. Россия — огромная страна с бескрайней глухой тайгой, вечной мерзлотой, бесконечными ледяными полями... Возможно, мегамозг не так уж много места занимает физически... Ясно, что в Ленинградской области его уже нет...

И если он хочет власти…

…это только начало...

Эпилог: мир на пороге эпохальных событий

Система «Аккордеон» была создана во времена холодной войны для управления в условиях глобального кризиса. Она должна была стать последним средством связи в мире, где всё остальное будет уничтожено.

Но если она всё ещё работает, значит, кто-то ждёт катастрофы.

Вопрос в том, когда придёт её сигнал.

И кому он будет адресован.

А когда союзником системы стал супермозг, искусственный интеллект, обладающий разумом, «Страж-76», и представители мировой элиты...

Мир по-прежнему в опасности! Как никогда! Расслабляться рано!!!

...Друг, ни в коем случае не слушай частоту 4625 килогерц. Это тебе не детская страшилка про "гроб на колёсиках"...

День чекиста: Тени Глубокого Бункера

20 декабря в России отмечается День органов безопасности: праздник ФСБ России. День чекиста. Я написал этот рассказ два года назад.

Вход в безмолвие

Лубянская площадь, дом 2. Поздний декабрьский вечер окутал Москву морозной дымкой. Чёрный автомобиль остановился у неприметного здания внутреннего дворика.

Мужчина, средних лет, с неприметным лицом, словно потерянным в череде других, вышел из машины. Его строгий костюм не мог выдать его профессии, но его взгляд, цепкий и холодный, был более, чем красноречив.

Дверь подъезда открылась, едва он к ней приблизился. Лифт внутри пустого здания ожил сам, подчиняясь невидимой воле. Мужчина вошёл, не нажимая ни на одну из кнопок. Кабина, тихо загудев, начала свой путь. Номера этажей мелькали на табло, пока не появился последний, но лифт продолжал двигаться. Вскоре стало ясно, что лифт не возносил человека на крышу, он опускается глубже и глубже. В глубокий подземный бункер.

Лифт замер. Двери открылись, обнажая длинный, сумрачный коридор с чередой одинаковых дверей без номеров.

Генерал-лейтенант, дежурный в коридоре, вскочил по стойке смирно, но мужчина лишь едва кивнул и продолжил свой путь. Он остановился у одной из дверей. Она распахнулась сама собой.

Портреты прошлого

Кабинет встретил его густой тишиной. Свет зелёных настольных ламп и настенных бра едва разгонял мрак. Огромное пространство казалось безграничным, словно законы физики здесь уступали место тайне.

Стены кабинета украшали портреты, каждый из которых вёл в глубину истории.

Вот Малюта Скуратов в чёрном кафтане с опричными знаками, с рыжей бородой, его взгляд тяжёлый, словно прорезает время сквозь века.

Рядом — князь Фёдор Ромодановский, страшный хозяин пыточных застенков, раскалённых щипцов и дыбы в Приказе тайных дел, с высокомерной усмешкой на губах.

Граф Александр Бенкендорф, начальник III отделения Собственной Его Императорского Величества канцелярии и шеф Отдельного корпуса жандармов Российской империи — в блестящем мундире с эполетами, его лицо скрывает едва уловимая тень.

Сергей Зубатов, в мундире начальника Охранного отделения, смотрит с портрета задумчиво.

Рядом портрет Дзержинского — его острые черты лица и острые глаза словно пронзают человека насквозь. Далее шли Менжинский, Ягода, Ежов, Берия — каждый из них запечатлён с оттенком мрачной славы своей эпохи.

Мужчина остановился перед портретом Андропова. Взгляд в очках, холодный и проницательный, казалось, смотрел прямо в душу.

Мужчина кивнул, будто признавая присутствие своего кумира и Учителя.

Совещание теней

Он сел за массивный стол. Одинокая кнопка мигала в центре пульта. Одно нажатие, и экран перед ним вспыхнул потусторонним светом. Квадраты на дисплее ожили. В каждом появился человек. Это были те самые лица с портретов на стенах, но теперь ожившие, воплощённые духи прошлого.

Первым заговорил Скуратов. Его голос был тяжёлым, звучал словно из могилы:

— Государство держится на страхе и преданности. Мы закладывали основы.

Ромодановский поднял бровь:

— Но страх должен быть управляем. Как иначе сохранить порядок?

Бенкендорф усмехнулся:

— Вы бы удивились, господа, как мало меняется мир. Тайные бумаги — что в 19 веке, что сейчас — всё то же искусство.

Зубатов возразил:

— Вам бы только, господа, бумаги писать. А кто дело будет делать? Как уберечь Отечество от революционеров? Монархия должна взять под крыло рабочих, вот и не будет никакой революции!

Дзержинский заговорил резко:

— Искусство? Искусство — это борьба с врагами народа. Только очищая, можно строить. Революция с её жертвами была неизбежна! Рабочий класс не провести красивыми словами показной "заботы" царизма о пролетариате!

Ягода и Ежов переглянулись, но промолчали.

Берия поправил своё пенсне и улыбнулся:

— Иногда методы бывают спорными, но результат… результат важнее.

Андропов произнёс тихо, но твёрдо:

— Государство — это механизм. Мы его винтики. Вопрос в том, кто управляет этим механизмом.

Философия власти

Герой, молча слушавший до сих пор, поднял голову:

— Вы все говорите об одном — о власти и её сохранении. Но есть ли среди вас тот, кто думал о людях? О тех, чьей кровью вы писали историю?

Повисла тишина. Скуратов нахмурился. Рыжая борода лопатой делала его похожим на разбойника с большой дороги:

— Люди — это дрова для огня. Всё в руках государя! И все его верные холопы. Воля всех должна быть подчинена великому. И опричнины — в первую очередь! Мы как монахи должны пресекать измену, искать крамолу, служить царю!

Дзержинский возразил:

— Нет. Люди — это основа. Без веры в них — никакой строй не устоит. Но ты и прав, Малюта, хотя и царский холуй. Люди — дрова для костра мировой революции!

Берия засмеялся, протирая пенсне:

— А вера? Это выстрелы на Лубянке? В затылок? Не так ли, Николай? Не переусердствовал ли ты с ежовыми рукавицами?

Ежов, маленький мужчина в чёрном мундире комиссара госбезопасности Первого ранга, промолчал.

Мужчина посмотрел на экран:

— Вы все... мы все были частью системы, которая карала и которая охраняла. Вы убивали, но вы и берегли жизни. И каждый из вас оставил след — кровавый или светлый. Но чаще — неразличимый, и невозможно понять, чего сделано больше: Добра или Зла.

Что ж, сегодня ваш день. Наш день. День памяти. Но и день размышлений. С Днём чекиста, господа и товарищи!

Каждый выпил. Кто чарку мёда, кто бокал кларета, кто рюмку водки.

Один Андропов пил апельсиновый сок.

Мораль Света и Тьмы

Экран начал гаснуть. Одна за другой исчезали фигуры. Последним на экране остался Андропов. Его голос прозвучал ясно:

— Власть — это испытание. Для кого-то — путь к величию, для кого-то — к падению. Но помните: она всегда требует платы.

Экран погас. В кабинете стало темно. Мужчина вышел, оставив пустую тишину и безмолвные портреты за своей спиной.

На Лубянской площади снова заснеженно и тихо. Полночь. Чёрный автомобиль растворился в морозной дымке.

За каждым великим государством — стоят тени. Тени тех, кто не побоялся взять ответственность, кто ошибался, кто падал, но продолжал служить. И тени эти всегда с нами, напоминая о цене власти и времени.

С Днём чекиста — всех причастных. А причастны: все.