Три Богатыря и Поляница удачи.

Глава 1: Княжеский каприз и лишнее ведро.

Киев в это утро был непривычно шумным. Даже Князь, обычно просыпавшийся под пение птиц и крики коня Юлия, вскочил с кровати от странного металлического лязга, доносившегося с заднего двора терема.

— Юлий! — крикнул Князь, натягивая сапог не на ту ногу. — Опять ты заморскую соковыжималку из доспехов мастеришь?!

— Помилуйте, ваше величество! — Юлий ворвался в опочивальню, цокая копытами по паркету. — Какая соковыжималка? Там на площади... там такое! Наша богатырская троица экзамен принимает!

Князь высунулся в окно. На площади перед теремом стояли Илья, Добрыня и Алёша. Вид у них был озадаченный. Напротив них, сложив руки на груди, стояла высокая девушка в легкой кожаной броне, с длинной русой косой и огромным луком за спиной. Рядом с ней на земле лежало сплющенное в блин железное ведро.

— И что это значит? — Илья почесал затылок, глядя на ведро. — Ведро-то за что, Василиса?

— Это не за что, Илья Иванович, — спокойно ответила девушка. — Это вместо аргумента. Вы сказали, что в дружине мест нет, а я говорю — стены у вас в Киеве низкие, дозору глаз не хватает.

— Да куда ж тебе в дружину-то? — хохотнул Алёша, крутя в руках дубину. — Ты ж девица! Тебе бы это... сарафан, пироги, ну, или хоть Любаве помоги с бельём.

Василиса даже бровью не повела. Она молча достала из-за спины стрелу, даже не глядя, пустила её в небо. Стрела со свистом улетела вверх, подсекла веревку, на которой сушилось то самое бельё Любавы в сотне метров от них, и на обратном пути аккуратно пригвоздила край простыни к забору, чтобы та не упала в грязь.

Добрыня Никитич одобрительно крякнул.

— Глаз наметан. Но дружина — это не только стрелы, Василиса. Это устав, дисциплина, походы по три месяца в болотах...

— А я и не прошусь в вашу компанию на печке лежать, — отрезала Василиса. — Мне ваш Князь письмо прислал. Мол, требуется «специалист по особо важным поручениям, не склонный к долгим разговорам и поеданию казны в виде овса».

Юлий в окне подавился яблоком:

— Ой, это я... то есть, это Князь под моим чутким диктованием... Мы же искали того, кто будет за границей за порядком следить, пока вы, господа богатыри, по отпускам в Египтах разъезжаете!

Князь, поняв, что запахло скандалом, быстро высунулся из окна:

— Да! Именно так! Поляница Василиса приглашена как внештатный сотрудник! Четвертый... э-э... богатырь! Для симметрии и общего тонуса!

Богатыри переглянулись.

— Ну, раз Князь велел... — вздохнул Илья. — Только чур, Василиса, без этих ваших женских штук. Никаких «ой, у меня стрелы под цвет сапог не подходят».

Василиса подошла к Илье и крепко пожала ему руку. Хватка у неё была такая, что Муромец невольно поднял брови.

— Договорились, Илья Иванович. Сапоги у меня одни, зато стрел — на всё Тугаринское войско хватит.

— И чур, никакой романтики! — вставил Юлий, спускаясь по лестнице. — У нас тут серьезная организация, а не клуб знакомств!

— Не беспокойся, говорящий пельмень, — усмехнулась Василиса, закидывая лук на плечо. — У меня на любовь времени нет. У меня по плану — проверка южных границ и чистка этого самого ведра об чью-нибудь неприятельскую голову.

Так в Киеве появился четвертый богатырь. Пока троица привычно спорила, кто пойдет за квасом, Василиса уже разворачивала карту. Работа начиналась.

Глава 2: Трудности перевода (богатырского на девичий).

Утро в богатырской заставе началось не с кофе, а с грохота. Илья, Добрыня и Алёша привычно сидели за дубовым столом, планируя, кто сегодня пойдет в дозор, а кто останется чинить забор, который Алёша случайно проломил вчера, когда показывал «эффектный разворот».

Василиса вошла в горницу ровно в шесть утра. На ней не было ни пылинки, а тетива лука была натянута так туго, что звенела от любого сквозняка.

— Так, — сказала она, вонзив небольшой кинжал в карту прямо посредине стола. — Я проверила южные рубежи, пока вы спали. Там у оврага трое подозрительных личностей в серых кафтанах крутились. Похоже на разведку.

Алёша, дожевывая огромный пирог, лениво махнул рукой:

— Да ладно тебе, Вася. Это, небось, грибники. Или лешие опять в города потянулись за солью. Присядь, пирога поешь. С капустой!

Василиса медленно повернула голову к Поповичу.

— Во-первых, не Вася. Во-вторых, грибники не носят за пазухой византийские шифровки. И в-третьих, я не завтракать пришла, а службу нести.

— Ох, строгая какая, — Добрыня Никитич поправил пояс. — Мы, Василиса, привыкли дела решать по мере их поступления. Если разбойники — свистнем, если войско — выйдем в чисто поле. А бегать за каждым «подозрительным» — сапог не напасешься.

— Именно поэтому, — Василиса сложила руки на груди, — у вас Змей Горыныч прошлым летом пол-Киева перепугал, пока вы решали, чья очередь его уговаривать. Я предлагаю тактику перехвата. Илья Иванович, вы со мной?

Илья Муромец, который до этого молча наблюдал за перепалкой, тяжело поднялся.

— Девица дело говорит. На упреждение работать надо. Добрыня, бери щит. Алёша... доедай быстрее. Идём смотреть на твоих «грибников».

Через полчаса они уже стояли у оврага. Разведчики действительно оказались там, и, завидев четырех богатырей, бросились врассыпную.

— Лови их! — крикнул Алёша, бросаясь вперед со своей дубиной.

Но прежде чем он сделал три шага, в воздух взвились три стрелы. Они не попали в людей, но вонзились точно перед их ногами, создав непреодолимую преграду. Разведчики замерли.

— Экономия сил и времени, — бросила Василиса, не опуская лука. — Теперь можно и поговорить.

Алёша остановился, разочарованно глядя на свою дубину.

— Ну вот... даже не размялись. С тобой, Василиса, так и заржаветь недолго!

— Зато кафтан чистый, — парировала она, направляясь к пленным.

Глава 3: Женсовет и тактическая ревность.

Пока богатыри на заставе привыкали к тому, что стрелы летают быстрее дубин, в самом Киеве назревала буря, посильнее любого набега кочевников. Весть о том, что в дружине появилась девица - да не просто девица, а «четвёртый богатырь» - долетела до женских ушей быстрее, чем Юлий успевал добежать до конюшни.

Любава, Настасья Филипповна и Алёнушка собрались в саду у терема Добрыни. Вид у всех троих был решительный.

- Это что же получается, девочки? - Любава возмущенно всплеснула руками. - Мой Алёшенька теперь в дозор ходит не с Ильёй да Добрыней, а с какой-то... Василисой? У которой лук больше её самой?

- Илья говорит, она «стратег», - задумчиво произнесла Настасья, затягивая пояс на сарафане. - Мол, профессионал. Но мы-то знаем, какие они, эти профессионалы. Сегодня она стратегию обсуждает, а завтра скажет, что у неё кольчуга на солнце не так блестит, и мой Добрынюшка бросится её полировать?

Алёнушка, как самая рассудительная, поправила платок:

- Раньше времени не паникуйте. Надо на неё посмотреть. В деле.

Словно по заказу, со стороны главных ворот послышался топот копыт. Богатырская четвёрка возвращалась с задания. Впереди на сером коне ехала Василиса, за ней - Илья, а позади Алёша с Добрыней тащили огромный сундук, конфискованный у тех самых «грибников».

Женщины преградили им путь. Богатыри синхронно натянули поводья.

- О, девчонки! - радостно крикнул Алёша. - Глядите, какого мы специалиста в команду взяли! Она этих разведчиков так запутала, что они сами нам ключи от сундука отдали!

Василиса спрыгнула с коня. Она сразу почувствовала на себе три пары пристальных взглядов. Воздух в Киеве внезапно стал таким густым, что его можно было резать мечом.

- Доброго здоровья, хозяйки, - спокойно сказала Василиса, слегка кивнув. Она не улыбалась, но и вызова в её позе не было.

- И тебе не хворать, - Любава подошла ближе, прищурившись. - А что же ты, Василиса, в мужской броне-то ходишь? Неужто в лесах платьев не шьют?

Василиса посмотрела на свой кожаный доспех, затем на Любаву.

- В платье в кустах сидеть неудобно - подолом за коряги цепляешься. А в дозоре красота - дело второе. Первое - чтобы стрелять не мешало.

- И то верно, - вдруг вставила Настасья, оценив чистоту оружия девушки. - Профессионально. А как же щи варить? Или мужиков наших кормить кто будет, пока вы по оврагам прыгаете?

Василиса усмехнулась - впервые за всё время.

- Настасья Филипповна, если я начну им щи варить, они воевать разучатся. Моё дело - чтобы к вашим щам враги на пушечный выстрел не подошли. А едят они... - она кивнула на Алёшу, который уже пытался незаметно вскрыть сундук, - слишком много. У меня на них провизии не напасешься.

Женщины переглянулись. В словах Василисы не было ни кокетства, ни попытки понравиться. Только сухой расчет и усталость воина после долгого дня.

- Слышь, Алёша! - крикнула Любава мужу. - А ну отойди от сундука! Иди вон, коней расседлай. А ты, Василиса... - она помедлила. - Заходи к нам вечером. Мы пирогов напекли. Расскажешь, как ты этих разведчиков без единого синяка повязала. Нам такие хитрости тоже в хозяйстве пригодятся.

Богатыри открыли рты. Они ждали чего угодно: слез, скандалов, приказа «уволить немедленно». Но чтобы их суровые жены пригласили «четвертого» на пироги?

- Вот те на... - пробормотал Добрыня. - Илья, а мы? Нас на пироги звали?

- Нас, Добрынюшка, звали коней чистить, - вздохнул Илья Муромец, похлопав друга по плечу. - Смирись. Похоже, в Киеве теперь новая иерархия. И мы в ней явно не на первом месте.

Василиса коротко кивнула женщинам и повела коня в конюшню, оставив богатырей стоять посреди площади с сундуком. Она понимала: самый сложный экзамен - на доверие - она только что сдала. И никакой Змей Горыныч не был так страшен, как неодобрение Любавы.

Глава 4: Брянский капкан.

Дорога к границе пролегала через густой туман. Богатыри ехали кучно: Илья впереди, Добрыня и Алёша по бокам. Василиса держалась чуть поодаль, постоянно присматриваясь к веткам деревьев.

- Да чего ты там высматриваешь? - хохотнул Алёша. - Тут из опасностей только коряги да комары размером с воробья.

- Птицы молчат, - коротко бросила Василиса. - Уже полчаса как молчат.

- Может, спят? - предположил Добрыня, поправляя щит. - Время-то обеденное, тихий час у них.

В этот момент туман впереди сгустился, и из него вылетела огромная сеть, утяжеленная камнями. Богатыри, привыкшие к честному бою «меч на меч», среагировать не успели. Сеть накрыла всех троих вместе с конями, повалив их в кучу малу.

- Ага! Попались, голубчики! - из чащи выскочила банда разбойников в серых кафтанах. - Теперь посмотрим, как вы махать своими железками будете!

Илья дернулся, но сеть была пропитана какой-то липкой смолой - чем больше он тянул, тем сильнее запутывался. Алёша и вовсе оказался придавлен конем Бурушкой, который от испуга пытался лягнуть воздух.

- А девка где? - крикнул главарь, озираясь. - Была же четвертая!

Василисы на тропе не было. Она словно испарилась.

- Да в лес сбежала, со страху-то! - заржал разбойник. - Обыскивай богатырей, за них Князь гору золота даст!

Но стоило главарю сделать шаг к Илье, как над его ухом свистнуло. Стрела сбила шапку с его головы и вонзилась в дерево за ним. Через секунду вторая стрела перебила веревку, на которой держалась натянутая между соснами засада. Огромное бревно, приготовленное разбойниками, сорвалось и с грохотом перегородило им путь к пленным.

- В лесу я не бегаю, - раздался спокойный голос сверху.

Василиса сидела на толстой ветке дуба прямо над ними. Она двигалась так быстро и бесшумно, что казалась тенью. Ещё три выстрела - и луки разбойников в их руках разлетелись в щепки.

- Она... она ведьма! - закричал один из лесных братьев, бросая обломки оружия.

Пока разбойники в панике пытались понять, откуда прилетит следующая стрела, Василиса спрыгнула вниз и коротким ножом перерезала путы сети.

- Вылезайте, «голубки», - усмехнулась она, подавая руку Илье. - А то у нас график сбивается, скоро ужин.

Освобожденный Илья Муромец поднялся во весь рост, отряхивая смолу. Разбойники, увидев перед собой разъяренного Илью, сразу решили, что тюрьма в Киеве - не такое уж плохое место.

- Спасибо, Василиса, - серьезно сказал Илья, глядя на повязанных врагов. - Кабы не ты, сидели бы мы сейчас как караси в неводе.

- Признаю, - буркнул Алёша, выковыривая липкую смолу из волос. - Стреляешь ты быстрее, чем я думаю. Хотя думать - это вообще не моё...

Глава 5: Тени прошлого и княжеский долг.

В тронном зале Князя Киевского пахло сургучом и паникой. Князь метался от окна к столу, а Юлий пытался копытом прижать край огромной карты, которая постоянно сворачивалась.

- Это катастрофа! - причитал Князь. - Мой заграничный коллега, султан заморский, прислал ультиматум! Пишет: «Верните мой фамильный скипетр, который якобы ваши богатыри прихватили вместе с сундуком разведчиков, иначе объявлю торговую блокаду на сладости!»

- Позвольте! - Юлий возмущенно вскинул голову. - В сундуке были только карты и заплесневелые сухари! Я лично проводил инвентаризацию!

В зал вошла четверка. Илья, Добрыня и Алёша выглядели хмурыми, а Василиса - подозрительно спокойной.

- Скипетра в сундуке не было, - отрезала она. - Я проверяла его еще до того, как мы пересекли границу. Но я видела четвертую тень у оврага. Кто-то забрал самое ценное и подставил нас.

- И кто же это мог быть? - Добрыня нахмурился, сжимая рукоять меча.

Василиса выложила на стол маленькое черное перо с металлическим блеском.

- Соловей-разбойник опять взялся за старое. Но теперь он работает не один. У него появился «заказчик» из тени.

- Соловей?! - Алёша радостно подпрыгнул. - Ну, это мы быстро! Я ему сейчас все свистелки-то повышибаю!

- Погоди, Алёша, - Илья Муромец остановил его тяжелой рукой. - Василиса права. Если он решился украсть у султана и подставить нас - значит, он стал смелее. Или умнее.

- Нам нужно разделиться, - предложила Василиса. - Вы, троица, идите в лоб через Брянские леса. Он будет ждать вас. А я зайду со стороны болот. Там он меня не ждет, потому что думает, что я - просто «приложение» к вам.

Князь недоверчиво посмотрел на девушку:

- А не боязно одной-то, Василисушка? Соловей - он же... громкий!

Василиса проверила натяжение тетивы и едва заметно улыбнулась.

- Ваше величество, я пять лет прожила в лесу, где соловьи - самая тихая живность. Пусть свистит. Главное, чтобы слушать было кому после того, как я закончу.

Глава 6: Свистать всех наверх!

Брянский лес в районе Чёртовых болот всегда славился тем, что здесь даже эхо боялось откликаться. Илья, Добрыня и Алёша, согласно плану Василисы, демонстративно ехали по главной тропе, громко рассуждая о том, как они «сейчас этого свистуна за бороду притянут».

- Громче, Алёша, громче! - шептал Добрыня. - Соловей должен думать, что мы только на шум и способны.

Тем временем Василиса, скинув сапоги и обмотав ступни мягкой кожей, буквально текла по веткам деревьев в паре сотен метров от них. Она не шла - она была частью леса. Внезапно её ухо уловило странный звук: не свист, а низкое гудение, похожее на работу огромного механизма.

«У Соловья никогда не было техники», - пронеслось в голове у богатырши.

Она раздвинула еловые лапы и замерла. На поляне, спрятанной за густыми зарослями, стояло нечто странное: огромная деревянная башня на колесах, оббитая медными листами. На вершине башни сидел Соловей-разбойник, но на его шее блестел странный ошейник с рунами, а в руках он сжимал тот самый заморский скипетр.

- Свисти, пернатый! - раздался внизу холодный голос.

Василиса присмотрелась. Под башней стоял человек в темном плаще, чье лицо скрывала тень. Это был не Колыван и не Тугарин. От него веяло холодом, как от открытой могилы.

- Не могу больше! - прохрипел Соловей. - Скипетр силы вытягивает! Свист уже не тот!

- Свисти, или я превращу твое гнездо в пепел! - приказал человек.

Соловей набрал в грудь воздуха, и в этот момент Василиса поняла: если он свистнет сейчас, усиленный магией скипетра, богатырей на тропе просто сдует вместе с лошадьми.

Она не стала ждать. Прыжок с ветки был бесшумным. В полете она выпустила две стрелы - не в Соловья, а в медные листы башни. Раздался оглушительный звон. Соловей вздрогнул, сбился с дыхания и вместо смертоносного ультразвука издал лишь жалкое «пхить».

- Кто здесь?! - закричал человек в плаще.

Василиса приземлилась на край башни, балансируя как кошка.

- Служба лесного контроля. Предъявите документы на использование скипетра в неположенном месте.

Из леса с криком «За Киев!» выскочила троица богатырей, привлеченная звоном. Ловушка захлопнулась, но человек в плаще лишь тихо рассмеялся, поднимая руку, окутанную черным дымом.

Глава 7: Магия против стали.

Воздух на поляне мгновенно стал тяжёлым и липким. Человек в плаще поднял руку, и от него во все стороны поползли тени, похожие на живые чернильные кляксы.

- Назад! - крикнул Илья, прикрывая собой Алёшу. - Это не обычный супостат, тут колдовством пахнет!

- Да хоть горшком назови, только в печь не ставь! - рявкнул Алёша Попович и, размахнувшись, запустил свою верную дубину прямо в Незнакомца.

Но произошло нечто странное. За фут до цели дубина врезалась в невидимую стену, заискрилась и просто рассыпалась в труху, будто пролежала в сырой земле сто лет. Алёша так и остался стоять с открытым ртом.

- Твоя сталь - прах, твоя сила - суета, - прошелестел Незнакомец. Его голос теперь звучал сразу изо всех сторон. - Я пришёл из места, где время течёт иначе. Ваш мир - лишь пыль на сапогах истинных правителей.

Василиса, всё ещё балансируя на краю башни, быстро оценила ситуацию. Она видела то, чего не видели богатыри: от ошейника Соловья-разбойника к руке Незнакомца тянулась тонкая, едва заметная фиолетовая нить.

«Связь!» - поняла она. - «Он не просто командует, он питается силой Соловья через скипетр».

- Добрыня, щит! - крикнула Василиса, прыгая вниз.

Добрыня Никитич среагировал мгновенно. Он выставил свой огромный щит, и Василиса, приземлившись на него, спружинила и взмыла высоко в воздух, выше макушек деревьев. В полете она выхватила из колчана особую стрелу с наконечником из белого камня - подарок матери, о котором она никогда не рассказывала.

- Эй, Тень! - крикнула она сверху. - Посмотри на это!

Незнакомец поднял голову, и в этот момент Василиса выпустила стрелу не в него, а точно в фиолетовую нить. Белый камень при соприкосновении с магией вспыхнул ослепительным светом. Раздался звук лопнувшей струны.

- А-а-а! - взвыл Незнакомец, хватаясь за руку.

Черный дым вокруг него начал рассеиваться. Соловей-разбойник на башне обмяк, и скипетр выпал из его рук, покатившись по медной крыше.

- Ах ты, девчонка! - прошипел злодей. - Ты нарушила баланс! Ты не знаешь, кого навлекла на этот город!

Он взмахнул плащом, и на месте, где он стоял, взорвался столб темного пламени. Когда дым рассеялся, на поляне не было ни Незнакомца, ни башни. Только испуганный Соловей-разбойник висел на ветке дуба, запутавшись в собственном кафтане, а рядом в траве тускло светился заморский скипетр.

Илья Муромец подошел к Василисе и положил руку ей на плечо.

- Молодец, Поляница. Но чует моё сердце - это была лишь тень. Настоящий враг ещё даже не переступил наш порог.

- И скипетр... - Василиса подняла артефакт. Он был холодным как лед. - На нем знаки, которых нет в наших летописях. Илья Иванович, нам нужно к Бабе Яге. Только она знает, что это за «другие миры», о которых он твердил.

Алёша, тем временем, грустно ковырял ногой кучку трухи, бывшую когда-то его дубиной.

- Ребята... а мне теперь чем воевать? Палкой-копалкой?

- Не ной, Попович, - усмехнулась Василиса, протягивая ему запасной нож. - Пойдем. Кажется, твоя дубина - это самая малая потеря, которая нас ждет.

Глава 8: Избушка с секретом.

Дорога к Бабе Яге всегда была испытанием для нервов. Лес здесь не просто молчал — он прислушивался. Деревья криво улыбались трещинами в коре, а туман под копытами коней закручивался в причудливые фигуры.

— Не нравится мне это, — пробормотал Алёша, сжимая в руках простую дубовую корягу вместо своей легендарной дубины. — Раньше тут хоть кикиморы хихикали, а теперь — тишина. Словно всё живое попряталось.

— Тишина — это когда враг ждёт, — Добрыня ехал, прикрыв тыл. — Василиса, ты уверена, что Яга нас не зажарит раньше, чем выслушает?

Василиса, ехавшая впереди, даже не обернулась.

— Не зажарит. У неё ко мне старый должок. К тому же, она чует этот скипетр. Такие вещи для неё как магнит.

Избушка на курьих ножках обнаружилась на полянке, заваленной ржавыми рыцарскими доспехами и разбитыми корытами. Она не танцевала, как обычно, а сидела, припав к земле, словно огромная напуганная птица.

— Поворачивайся, старая, к лесу задом, к нам... — начал было Илья, но дверь избушки распахнулась с таким грохотом, что кони присели на задние ноги.

На порог выскочила Баба Яга. Но выглядела она странно: вместо привычной ступы в руках у неё был странный светящийся жезл, а на носу — очки с десятком линз.

— Поворачивайся, говоришь?! — закричала она. — Да я её еле приструнила! Ноги у неё от этого вашего скипетра чесаться начали, в другое измерение рвётся! А ну, заносите артефакт в дом, пока нас всех в лоскуты не порвало!

Внутри избушки всё изменилось. Вместо печки и связок грибов повсюду висели странные чертежи, на которых были изображены не леса, а переплетающиеся линии — мировые нити.

— Так, — Яга выхватила скипетр у Василисы длинными щипцами. — Ну точно. Руны Междумирья. Тот, кто его прислал, не просто воришка. Это Тень из Пустоты. Они ищут Точку Невозврата в нашем мире.

— Какую ещё точку? — Алёша почесал нос. — Точку я могу поставить. Вот, дубиной по лбу — и точка.

Яга посмотрела на него как на неразумное дитя.

— Если они активируют этот скипетр в Киеве, ваш мир превратится в безжизненный черновик. А ключ к активации — не в золоте и не в силе. Ключ — это человек, который родился на стыке времён.

Яга медленно повернула свои очки-линзы на Василису. Богатыри замерли.

— Она, что ли? — тихо спросил Илья.

— Она, — кивнула Яга. — Василиса-поляница. Дочь воеводы и лесной девы, рождённая в день, когда солнце и луна стояли на небе вместе. Именно поэтому Тень охотится за ней. Она может открыть портал... или закрыть его навсегда.

Василиса побелела, но рука её привычно легла на лук.

— Значит, я — не просто помощник. Я — приманка.

Глава 9: Кузница Мироздания.

Баба Яга лихо свистнула, и пол в избушке разошёлся в стороны, открывая не тёмный погреб с огурцами, а винтовую лестницу, уходящую в сияющую бездну.

- А ну, марш вниз, герои липовые! - прикрикнула старуха. - Пока скипетр не перегрелся, нужно ваши железки в порядок привести.

Спустившись, богатыри замерли. Под избушкой располагалась огромная пещера, где вместо огня горели звёзды, а вместо мехов работали огромные гранитные шестерни, вращаемые самой землёй. В центре стояла наковальня из чистого метеорита.

- Здесь ковали мечи первых правителей, - Яга бросила скипетр в чашу с небесной ртутью. - Илья, клади свой меч. Добрыня, щит на наковальню. Алёша... ты чего стоишь?

- Так это... - Алёша протянул свою обугленную корягу. - У меня только палка.

- Эх, горе луковое, - Яга выхватила палку и бросила её в звёздный огонь. - На, держи!

Из пламени вылетела дубина, окованная металлом, который переливался всеми цветами радуги. Стоило Алёше коснуться её, как по пещере прокатился гром.

- Ого! Тяжёлая! - обрадовался Попович.

- Не тяжёлая, а «материальная», - поправила Яга. - Теперь ты сможешь бить тени так же легко, как сухие дрова.

Василиса стояла в стороне, глядя на свои руки.

- А мне? Какое оружие дашь мне, Яга?

- Твоё оружие - не лук, Василиса, - Яга подошла к ней и коснулась лба костлявым пальцем. - Твоё оружие - воля. Ты - «замок» этого мира. Когда Тень придёт, она предложит тебе силу всех миров. Она скажет: «Иди со мной, и ты станешь богом».

Василиса вздрогнула. В её глазах на мгновение отразились бесконечные миры и фиолетовые искры Пустоты.

- И что мне ответить? - прошептала она.

- Ответь ей стрелой, - отрезала Яга. - Но помни: чтобы закрыть разлом, тебе придётся отдать часть своей искры. Готова ли ты перестать быть «избранной» и стать просто человеком?

Василиса посмотрела на богатырей. Алёша восторженно крутил новую дубину, Добрыня сосредоточенно проверял заточку меча, а Илья смотрел на неё с тихой, отеческой тревогой.

- Готова, - твердо ответила Василиса. - Если Киев будет стоять, мне никакие искры не нужны.

В этот момент своды пещеры содрогнулись. Сверху донёсся истошный крик коня Юлия:

- Спасайтесь! Там... там небо лопнуло! В Киеве фиолетовый туман! Князь заперся в казначействе и требует валерьянку!

Глава 10: Фиолетовый закат над Киевом.

Когда богатыри выскочили из Избушки, небо над лесом уже не было синим. Оно напоминало разбитый витраж: сквозь рваные тучи проглядывало нечто фиолетовое, пульсирующее, чужое.

- По коням! - скомандовал Илья, вскакивая на Бурушку. Его новый меч, перекованный Ягой, гудел в ножнах, как рой рассерженных пчел.

До Киева они долетели быстрее ветра. Но город было не узнать. Ворота были сорваны с петель, а по улицам стлался густой, тяжелый туман. Люди застыли в нем, словно мухи в янтаре - живые, но неподвижные, запертые в остановившемся времени.

- Смотрите! - Алёша указал дубиной на княжеский терем.

Над крышей терема зависла огромная воронка, в центре которой парил Незнакомец. Он держал в руках скипетр, и от артефакта к воронке тянулись жгуты темной энергии. Воздух вокруг него трещал от разрядов.

- Юлий! Ты где?! - крикнул Добрыня.

- Я здесь! В бочке с квасом! - донесся приглушенный голос из-под навеса. - Тут антимагическая среда, я читал об этом в... ой, мама!

Из тумана начали формироваться фигуры - безликие воины в доспехах, похожих на застывшую смолу. Их было сотни.

- Василиса, твой выход! - Илья обнажил меч, который вспыхнул золотым светом. - Мы проложим дорогу, а ты должна добраться до верха. Помни, что сказала Яга: ты - замок!

- Алёша, Добрыня - клином! - скомандовал Илья.

Богатыри врезались в армию теней. Новая дубина Алёши работала как громоотвод: каждый удар выжигал в тумане дыру, распыляя врагов на атомы. Добрыня, прикрываясь щитом, который теперь отражал магические выстрелы обратно в тени, расчищал путь.

Василиса бежала следом, чувствуя, как внутри неё что-то откликается на пульсацию скипетра. Её кожа начала светиться мягким белым светом.

- Ты опоздала, Поляница! - голос Незнакомца ударил сверху, как гром. - Мир уже начал переписываться! Стань частью новой истории или исчезни в старой!

Он направил скипетр на Василису, и из него вырвался луч фиолетового пламени. Но девушка не закрылась. Она вскинула свой лук, и вместо обычной стрелы на тетиве сформировался луч чистого света - её собственная «искра».

- В старой истории, - крикнула она, отпуская тетиву, - у богатырей всегда был четвертый! И это я!

Стрела столкнулась с фиолетовым пламенем прямо над головами богатырей. Произошел взрыв, отбросивший тени к стенам города.

Глава 11: Тень на престоле.

Лестница княжеского терема превратилась в полосу препятствий. Ступени уходили из-под ног, становясь зыбкими, как болото, а стены покрывались инеем, который шептал на тысячу голосов. Илья, Добрыня и Алёша остались внизу, сдерживая бесконечный поток теней у подножия крыльца.

- Иди, Василиса! - проревел Алёша, впечатывая светящуюся дубину в скопление фиолетовых клякс. - Мы их тут веником пошпыняем!

Василиса ворвалась на верхний ярус, где небо над головой уже окончательно превратилось в воронку Пустоты. В центре тронного зала, прямо на княжеском месте, восседал Незнакомец. Скипетр в его руках пульсировал в такт биению сердца самого мира.

- Ты пришла отдать ключ? - Незнакомец медленно поднялся. Его капюшон откинулся, и Василиса замерла.

Её лицо. То же самое лицо, те же русые волосы, только глаза - два провала, полных фиолетового тумана. Это не была сестра или мать. Это была она сама, но из мира, где Тень победила.

- В моем мире я тоже была «четвертым богатырем», - прошипела Тень, обходя Василису по кругу. - Я тоже верила в дружбу, в Киев, в Князя... Но когда небо лопнуло, твои «герои» не смогли меня защитить. Они пали первыми. И тогда я взяла скипетр. Я стала силой, которую нельзя уничтожить.

Василиса крепче сжала лук. Белое свечение вокруг неё начало меркнуть под давлением тьмы.

- Ты - это не я. Ты - это страх, который сдался. Мои богатыри не падут, потому что теперь у них есть я.

Тень рассмеялась, и звук этот был похож на скрежет металла.

- Глупая. Ты тратишь свою «искру», чтобы согреть тех, кто завтра о тебе забудет. Отдай скипетр мне. Мы сотрем этот мир и создадим новый, где никто не будет слабеть, где не будет боли.

- В этом мире не будет и жизни, - отрезала Василиса.

Тень резко вскинула руку, и жгуты фиолетовой энергии оплели ноги Василисы, пригвождая её к полу.

- Тогда я заберу твою искру силой! Без неё ты - никто! Просто девчонка с палкой и веревкой!

Василиса почувствовала, как тепло внутри неё начинает вытягиваться через скипетр. Свет внутри неё угасал, оставляя холод. Она видела, как внизу Алёша пропустил удар, как Добрыню теснят к стене, как Илья тяжело опустился на одно колено под напором тумана.

- Нет... - прошептала она. - Искра - это не магия. Искра - это выбор.

Она не стала сопротивляться оттоку силы. Напротив, она рванулась вперед, в самое сердце фиолетового пламени, сокращая дистанцию. Тень не ожидала такой атаки - её «другое я» всегда выбирало защиту, а не нападение.

Василиса выхватила из-за пояса тот самый нож, которым перерезала сеть в Брянском лесу, и вонзила его не в Тень, а в навершие скипетра - прямо в фиолетовый кристалл.

- Что ты делаешь?! - закричала Тень. - Он уничтожит тебя! Ты станешь смертной!

- Я уже ею стала! - выкрикнула Василиса, и в этот момент вся её оставшаяся магическая энергия мощным потоком хлынула в трещину кристалла.

Глава 12: Обыкновенное чудо.

Кристалл на вершине скипетра лопнул с оглушительным звоном, похожим на тысячи разбитых зеркал. Вспышка была такой силы, что на мгновение Киев стал белее самого чистого снега. Фиолетовая Тень издала пронзительный крик, который перешёл в шепот и растворился в воздухе. Вместе с ней начала рассыпаться и воронка в небе.

Василиса почувствовала, как из неё уходит всё: жар «искры», тяжесть чужой магии и даже та сверхъестественная легкость, что позволяла ей бегать по веткам. Она падала в полную темноту, и последним, что она услышала, был грохот обрушивающегося свода терема.

***

Когда она открыла глаза, над ней было небо. Обычное, нежно-голубое декабрьское небо. В лицо летел мягкий пушистый снег.

- Живая! - над ней склонилось круглое и очень напуганное лицо Алёши Поповича. - Илья, Добрыня! Глядите, глаза открыла!

Богатыри обступили её. Они выглядели так, будто прошли через мясорубку: кольчуги помяты, плащи порваны, но в глазах - нескрываемая радость. Илья осторожно помог ей сесть.

Василиса попыталась привычно прислушаться к лесу, но лес молчал. Она попробовала сосредоточить свет в ладони - рука осталась пустой.

- Всё... - прошептала она, глядя на свои ладони. - Нет её больше. Искры нет.

- Ну и слава Богу! - вдруг рявкнул Добрыня, вытирая пот со лба. - А то ходила как лампада, за версту видать. Нам в дозоре маскировка нужна, а не иллюминация.

- Ты это, Вася... Василиса, не переживай, - Алёша протянул ей её лук. Он был обгоревшим, обычным деревом без всякого свечения. - Мы тут с ребятами посовещались. Ты это... щит мой прикрывала, Илью из капкана вытащила, город спасла. Магия - она ведь как квас: сегодня есть, завтра выпили. А характер - он навсегда.

Илья Муромец снял с плеча свой алый плащ и набросил его на плечи Василисы.

- В дружине место твоё за тобой закреплено. Не как за «ключом» или «поляницей», а как за четвёртым братом. То есть... сестрой. В общем, за Богатырём Киевским.

Со стороны терема послышалось деликатное покашливание. Это был Князь, за спиной которого прятался Юлий.

- Кхм! Герои! Подвиг зафиксирован, казна... ну, почти не пострадала. Василиса, я тут подумал... раз ты теперь без спецэффектов, может, в секретари пойдешь? У Юлия почерк плохой.

Василиса посмотрела на Князя, потом на своих друзей, которые уже начали спорить, кто первый пойдет в баню. Она взяла лук, уверенно вскинула его на плечо и улыбнулась.

- Спасибо, ваше величество. Но я лучше в дозор. Там воздух чище и... коллеги душевнее.

***

Вечером Киев гулял так, что стены дрожали. Юлий, стоя на бочке с медовухой, вдохновенно врал иностранным купцам, как он лично загрыз Тень зубами.

А далеко за городскими стенами, на холме, откуда виден был весь город, стоял человек. Его лицо скрывал капюшон, а на плечах был накинут длинный синий шарф, расшитый странными узорами. Он молча наблюдал за огнями праздника.

- Справились, - негромко произнес он, и в его голосе не было ни капли удивления. - Искажение устранено. Мир стабилизирован.

Человек достал из кармана маленькое устройство, похожее на компас, нажал на кнопку, и пространство вокруг него на мгновение подернулось рябью. Через секунду на холме остался только примятый снег и забытый в суматохе обрывок синей нити.

Василиса, сидевшая у костра с богатырями, вдруг резко обернулась и посмотрела на темный холм. Ей показалось, что кто-то очень знакомый и одновременно бесконечно далекий кивнул ей на прощание.

- Эй, сестрица, ты чего? - Алёша протянул ей кружку сбитня.

- Ничего, - ответила Василиса, возвращаясь к теплу огня. - Просто показалось, что история только начинается.