Топь

Глава 1

-Сука! – ноги Дмитрия уходили все глубже в трясину. В панике он пытался схватиться за любой стебель, любой сук, лишь бы найти опору. Холодный ветер пробивал легкие, вся одежда была мокрой от пота, руки тряслись и метались во все стороны. Погрузившись до пояса, тело наконец-то перестало тонуть. Перевалив вес вперед и схватившись за торчащие камыши, Дмитрий начал медленно, размеривая каждый шаг, двигаться к твердой почве. В десяти метрах от него торчала рукоять его ружья. Значит там уже твердая земля! Тяжело дыша, он наконец вытянул себя на твердую землю. Грязь медленно стекала с его штанин, холодный ветер продолжал завывать над его головой. Осторожно подойдя к ружью, он схватил торчащую рукоять и потянул, однако даже такому человеку как Дмитрий, пришлось приложить всю оставшуюся силу, чтобы вырвать оружие из цепкой грязи. Стряхнув ружье и перезарядив промокшие патроны, он начал осторожно уходить с болот.

-Опять утка… Если бы я целился выше, то забрал бы целого кабана…

Ковыляя по потоптанной им же за 4 месяца дорожке, он думал лишь о полуживом кабане, что сейчас где-то хромает с пулей в ноге. Хоть утки и были легкой добычей, он питался ими уже 3 недели, городской организм хотел разнообразия.

-Ничего, завтра будет… точно будет…

Справа хрустнула ветка.

Дмитрий моментально застыл, позабыв об усталости и холоде. Осторожно, он повернул голову в сторону. Примерно в 40 метрах от него стоял кабан с пробитой ногой и жадно поедал что-то в корнях дерева. Медленно, перенося вес с ноги на ногу, он взял ружье и прицелился. Мокрые патроны заменены, ружье взведено. Наведя мушку ровно на центр кабаньей туши, он задержал дыхание…

Выстрел напугал птиц на ветках. Осколки вздернули кусты и сбили ветки, древесные щепки разлетелись с обеих сторон. Кабан моментально дернулся и убежал в лес, будто до этого в него не стреляли.

-А?! - Дмитрий ошарашено посмотрел сначала на убегающего кабана, потом на свое ружье. Быстро разрядив ружье, он посмотрел на оболочку патрона. Зеленая.

-Какого? – Стоя с зеленой гильзой в руках, он прокручивал у себя в голове весь день.

-Зеленые же заряжены пулей, почему выстрелила дробь?! Зеленый – пуля, красный – дробь. Я не мог перепутать. – ругался Дмитрий. Его уже не интересовал ни кабан, ни топи, где он чуть не утонул. Он пытался вспомнить, когда он ошибся. Когда взял не те патроны. Или зарядил не в ту оболочку?

Оставшийся путь он думал лишь о патронах.

-Нет, я не мог забыть. И перепутать. Я не болею, никогда с памятью проблем не было, мне же всего 37… Что за хрень?

Выходя к своему дому, он ускорил шаг. Его двухэтажная хижина стояла на небольшом пригорке, с которого были видны кончики деревьев вокруг. За домом стояло недостроенное здание, которое по задумке Дмитрия должно стать одновременно складом двор и погребом для еды. Войдя внутрь, его обволокла столь приятная и теплая духота дома. Угли в печи еще чуть краснели, и слабая дымка витала в потолке. Переодев всю грязную и мокрую от пота одежду, он первым делом ринулся в оружейную. Хотя оружейная – громко сказано, на самом деле это был лишь угол в главном зале, оборудованный небольшим прессом для снаряжения патронов, тисками и маленькой настенной доской с инструментами. Вытащив из-под стола ящик с уже готовыми патронами, Дмитрий задумался. Зеленые патроны, те, что должны были быть снаряжены цельной пулей, лежали горстью слева, а красные – те, что с дробью – были справа.

-Но ведь… - Дмитрий взял случайную зеленую пули и направил на свет. Внутри просвечивали маленькие металлические шарики, что слегла дрожали при движении рук. Сделал тоже самое с красной. Он не мог поверить глазам – внутри красной оболочки неподвижно лежала цельная пуля.

-Так. Я… нет, это бред какой-то. Я точно помню, я не мог ни перепутать, ни забыть. - Оглядевшись вокруг себя, он забрал оба патрона и убрал ящик. -Нужно отдохнуть, я слишком устал.

Закинув пару бревен в печь, он медленно поднялся наверх, все еще думая о патронах, о цветах оболочки и их содержимом. Упав на кровать, он выключил свет и отключился.

Виски сжало под прессом. Темнота вокруг будто звенела, и Дмитрий не сразу смог нащупать светильник. Острый свет ударил по привыкшим к темноте глазам и ослепил его.

- Да твою мать…

Щурясь и потирая глаза, Дмитрий попытался встать с кровати, но неудачно поставил ногу и навернулся. С глухим ударом он приземлился спиной и застонал. Такое резкое пробуждение сразу же привело его в сознание, но гул в ушах и сухость во рту не позволяли сосредоточиться. Осторожно поднявшись, он вытащил из тумбочки керосиновую лампу и попытался зажечь. Маленький рычажок для поднятия стекла никак не давался, пальцы заплетались будто он впервые держит ее в руках. Наконец открыв зазор, он взял из той же тумбочки уже спичечный коробок. В сонных руках он чуть не выронил их, но зажечь одну спичку все же мог. Поднеся ее к открытому фитилю, он долго не мог его зажечь, будто лампа всеми силами сегодня не хотела отдавать свой свет.

- Ай!

Как только фитиль зажегся, он пальцы пробила острая боль и почти сгоревшая спичка выпала из рук. Потирая обожжённый палец, Дмитрий наконец опустил стекло и направился с лампой вниз.

Все время его держало странное ощущение озноба, которое только усилилось, спустившись на первый этаж. Доковыляв до кухни, он включил кран и набрал воды.

-Уыаа, фу! – Дмитрий резко выплюнул воду и уронил кружку. Мерзкое вяжущее ощущение облепило весь рот, будто он попытался съесть улитку. Сама вода отдавала слабым сладким привкусом и… железом?

-Господи, что произошло с резервуаром? – Еле как выхаркавшись, Дмитрий пошел к резервуару с водой, что стоял снаружи дома, прямо перед складом. Выйдя на улицу, его будто скрутило: все тело пробило жутким холодом, глаза сильно защипало, а ноги онемели. Прильнув к стене, Дмитрий чуть не упал, но продолжил медленно ползти вдоль стены.

Выйдя к коллектору, он поднял руку со лампой и застыл – весь бак был покрыт рубцами от зубов и когтей, а крышка была сбита. Оглядевшись вокруг, Дмитрий попытался подойти поближе, но не смог сдвинуться. Все вокруг вдруг стало казаться враждебным, любой шелест или шорох воспринимался с ужасом, тени в краях глаз превратились в волком, медведей или еще что хуже. Голова плыла, но никто другой воду не проверит, поэтому Дмитрию пришлось идти вперед, прилагая огромные усилия для каждого шага. Наконец добравшись до лестницы, он уже собирался сделать на нее первый шаг, но замер. Во всем этом кошмаре он заметил одну деталь, которая заставила его забыть обо всем что было до этого. Деталь столь несущественная, что ему ничего не оставалось как просто глазеть. На фоне беззвездного неба виднелась крыша склада. Дмитрий даже забыл, что хотел проверить резервуар. Он просто стоял и смотрел с недопонимание на небольшое здание, которое не мог достроить уже месяц. Но вот оно – готовое и достроенное. С каждой секундой он начинал все больше осознавать неправильность всего вокруг, как все вокруг перестало быть знакомым. Точно, резервуар с водой. Вспомнив, зачем Дмитрий вообще вышел на улицу, он развернулся и наконец залез на небольшую лесенку к баку и попытался заглянуть внутрь, держа над собой лампу. Керосиновую лампу. Лампа? Какая еще лампа? У него никогда не было никакой лампы, он же пользуется фонариком! Откуда она вообще у него? От осознания этого, Дмитрий выронил лампу в резервуар и увидел, как устройство упало в темную субстанцию. По мере того, как лампа медленно тонула в неизвестной жидкости, она освящала внутренние стенки, что так же были изрезаны когтями. От такого вида Дмитрий чуть не навернулся с лесенки, и резко спрыгнув, и, держась за стенку дома, потащился до двери. Он чувствовал себя все хуже и хуже, казалось его сейчас вырвет. Сердце в груди бешено колотилось, а руки тряслись. Он уже не понимал, где находится, вокруг совершенно ничего не было видно. Осторожно ощупывая себе дорогу вперед, он завернул за угол и наконец провалился в дверной проем, упав на входной ковер. Сил встать не хватало, слабость накатила с такой силой, что даже думать было тяжело. Он лишь перевернулся лицом к двери и увидел. Не было звезд. Не было луны. Не было даже черноты ночного неба. Было лишь оно. Огромное существо, закрывшее собой небосвод. Структура из костей, не похожей ни на что. Стена, распустившая свои конечности в обе стороны, обхватив горизонты. Огромные рога, что уходили настолько далеко вверх, что обрывались в пустоте. Бесконечные ряды ребер, уходящие вглубь земли. Челюсть, раскрытая так широко, что кости уже даже не держали ее. Черные глазницы, точно смотревшие на Дмитрия.

Сначала включилось сердце, забившись так сильно, что каждый удар оглушал его как колокол. Потом включились легкие, начав вбирать в себя кислород с прежде невиданной силой. А за ними мозг, отдавший главный сигнал.

Дмитрий не понимал, где он. Так же не понимал, откуда в нем столько сил. Но он бежал. Сквозь кусты, через овраги, мимо деревьев. Перепрыгивал корни, взбирался на камни, пролетал над ямами. Его сердце готово было лопнуть. Легкие не успевали вдыхать и выдыхать. Мозг был на пределе, но он бежал. Вдруг его ноги начали неметь. Дмитрий попытался поднимать их выше, но они продолжали вязнуть. Потом перестали сгибаться колени. Холодная слякоть облепила пояс и руки начали грести. Потом начали вязнуть и они. В последний момент, когда субстанция почти поглотила голову, он отключился.

Странное ощущение в ногах. Будто кто-то жует его. Или тащит? Все тело ныло, холод охватил каждую клетку тела. Потом вспышка. Яркое солнце стрельнуло в глаза, приказывая вставать. Медленно подняв голову, он приоткрыл глаза и увидел коричневую морду. Она слабо сопела, а маленькие глазки пристально смотрели на него. Кабан? Попытавшись встать, он спугнул существо, и оно медленно уковыляло в сторону леса. Когда глаза привыкли к свету, Дмитрий понял, что угодил в топи. Опять.

- С-с-сука, как же холодно… - стуча зубами проговорил он. Все-таки домашняя рубашка, измазанная в грязи, не сильно спасает от мартовских ветров. Наконец встав, он огляделся. Гора с четырьмя пиками стояла на севере, а сейчас он на топях, значит…

- На восток, лишь бы не замерзнуть.

Он шел почти два часа. Сначала он обошел топи, ведь каким-то образом оказался на другой стороне. Потом по дорожке. Затем на пригорок. Его дом стоял как обычно, однако входная дверь была открыта. Зайдя внутрь, он впервые за два дня искренне обрадовался – печка все еще слабо топилась, излучая тепло. Закрыв за собой, он переоделся и начал собираться. Он помнил. Очень смутно, размыто и без деталей, но он помнил. Собрав все основные вещи, Дмитрий еще раз оглядел свой домик и развернулся. Он все равно уже планировал скоро уезжать обратно в город, однако последняя ночь значительно ускорила его планирование. Выйдя из дома, он почувствовал что-то в своем кармане. Вынув странный цилиндр, Дмитрий увидел зеленый патрон от своего ружья. Он захотел выбросить его, но любопытство взяло вверх. Дмитрий неохотно направил патрон на солнечный свет. Силуэты множества маленьких шариков просвечивали сквозь зеленую оболочку.