Тьма и Борьба
Глава 1
Глава 1
Никто поначалу не воспринял это всерьёз, хоть очевидно не могли игнорировать однозначную странность.
Самира Ростова и сама видела, как в ясном небе в ночь с двадцать девятого на тридцатое октября внезапно исчезли все звёзды, а вместо них появилась гигантская, светящаяся потусторонним синим сиянием, надпись: «В ночь наивысшей уязвимости мира Живых перед миром Тьмы начнётся пятидневное царство Великой Тени! Не выходите на улицу в течение всего обозначенного срока, ибо это время ответа за грехи. И только праведники сумеют выстоять».
Мозг девушки буквально разрывало от сюрреализма происходящих событий.
«Краски, наверное, надышалась», - решила она, ведь сегодня на работе в стареньком складе начальство распорядилось провести срочный ремонт.
Ну, не работалось им в этом направлении летом: как раз самый разгар товарообмена и торговли! Кто в добром здравии согласится терять идущие прямо в руки деньги?
Честно говоря, у нас всегда так: зимой укладываем асфальт или ускоренными темпами косим триммером траву вперемешку со снегом. Главное, что всё сделано и запланированные «галочки» закрыты.
Вдоволь налюбовавшись на странную небесную надпись, Самира уже успела пожалеть, что опрометчиво вышла в полночь на улицу. Выглядящае выкрутасами видоизменённого после долгого вдыхания крайне вредной краски таинственное послание и не думало никуда исчезать. Недоумевающей девушке стало казаться, будто она не отправилась на пахнущий морозной свежестью воздух, с целью хоть как-то привести в порядок не очень хорошее самочувствие, а продолжала мирно спать в своей кроватке, пока организм неустанно боролся с накопившимися в организме вредными веществами.
Тошнота и не думала отступать, делая и без того неприятную головную боль совсем невыносимой. Борясь с мерзким позывом, Самира шумно и глубоко вдохнула через нос да в отчаянии прикрыла рот. Меньше всего сейчас она хотела заниматься незапланированной чисткой желудка, хоть для этого на всякий случай и вышла. Да и не от чего было, говоря начистоту, очищаться. Прижатая к стенке необходимостью заниматься неприятно вонючим делом работница так надышалась разведённой для экономии бюджета бензином краской, что не ела практически целый день.
«Ароматный» инвентарь «благоухал» на всю округу, а предусмотрительное начальство почему-то решило делегировать сие ответственное дело связанным по рукам и ногам обязательствами подчинённым да заперло поплотнее двери своих кабинетов.
Естественно, что из-за холода склады нельзя было толком проветрить без риска простудить напрочь коллектив.
Привычные ко всему мужики довольно стойко выносили вонь, а вот Самира отчаянно боролась то с головокружением, то с внезапным потемнением в глазах. Онемение носа и временная потеря нюха в тот момент были сущими мелочами.
Зато теперь девушка ощущала морозные запахи ночной улицы со стократным усилением. В попытке сосредоточиться на внутренних эмоциях девушка крепко зажмурилась да начала как можно медленнее вдыхать и выдыхать. Постепенно тошнота отступала, возвращалась относительная ясность сознания. Невольной свидетельнице мистического происшествия начинало казаться, будто таинственной надписи не было и в помине, а на небе по-прежнему сияли яркие звёзды в компании полной луны.
- Эй, Самирка! Я думала, ты уже спишь давно! – окликнула её неизвестно зачем бродящая среди ночи Жанна Жарова.
Разом спало волшебное наваждение улучшающегося самочувствия. Тошнота одолела девушку с новой силой. Компанию её составило острое нежелание вообще хоть кого-то видеть.
- Не спится после этой краски чёртовой, – честно призналась Самира. Какой смысл изображать из себя железную леди перед пережившей точно такую же ситуацию коллегой?
- Трудиться надо чаще! Тогда и тело привыкнет к неудобствам, – наставительно заметила Жанна.
Девушка с удовольствием бы сказала пару ласковых своей «доброжелательной» соседушке, но банально ссориться на пустом месте не пожелала. Самое обидное, что в словах коллеги всё-таки была доля истины: Самира оказалась едва ли не единствительной, кто получил во время ремонта серьёзное отравление. Обидно было до скрежета зубов, и злиться бесполезно к тому же. Привыкшие к стабильным трудностям и неудобствам трудяги не отличались сочувствием к окружающим. А откуда ему взяться, если в глазах большинства форменное издевательство – всего лишь вариант нормы?
- Слышь, я вот иду домой и понять не могу, что же такое случилось с нашим небосводом? – взгляд соседки красноречиво отражал настоящую смесь из настороженности, удивления, лёгкого страха и любопытства. – Неужели подшутил кто или голограмму каку подвесил?
- На всё небо сразу? – удивлённо спросила крайне недовольная своим самочувствием Самира.
- Ты что? Навряд ли на всё небо! Достаточно же просто определенный участок закрыть, – искренне не поняла предположения коллеги Жанна. – У нас просто нет таких технологий. – затем она выдала новый, не менее шокирующий вопрос. – Неужто инопланетяне прибыли?
Больше всего недомогающей девушке хотелось уединения, а не бомбардировки сознания основанными на сюжетах фантастических произведений гипотезами. Только она никак не могла придумать деликатного способа отделаться от навязавшейся компании.
- Станут ещё инопланетяне рассуждать на тему библейских мотивов да заморачиваться с нашим языком с целью запомнить целое небо посланием! – с отвращением проговорила Самира да снова направила свой взор вверх.
Странная надпись закономерно и не думала никуда исчезать.
- Ну, кто знает? – призадумавшаяся Жанна принялась ковырять носком ботинка прихваченную морозцем землю. – Есть предположение, будто нас как раз инопланетяне и создали…
«Избавь меня от своих рассуждений!» – раздражённо подумала девушка, но вслух решила поинтересоваться вообще другой темой. – Ты-то сама откуда на ночь глядя идёшь?
- Да от Мишки я, … – моментально растеряла свою общительность соседка.
Все жители деревни в курсе, что этот самый Миша, несмотря на то, что женат – заядлый гуляка. Пока его благоверная месяцами гоняет вахтами поваром по северам, муженёк, ничуть не смущаясь, гуляет по местным красавицам. Самое интересное, что супруга в курсе, но гнать в шею из собственного дома своего «ненаглядного» категорически не желает. Пресловутое правило «пусть плохонький, но свой» зачастую играет с панически боявшимися одиночества женщинами злую шутку.
Нет, Самира не собирается никого осуждать: слава богу, каждый человек имеет на плечах свою персональную голову. Только она не понимает одного: какого лешего любители спорного выбора, едва их ткнут носом в избранные решения, сразу же начинают юлить, врать, изворачиваться, а-то и вовсе обижаться? Пусть живут, как хотят, … ровно до того момента, пока не начинают совать нос в чужие дела (или делишки).
- Ты это… когда своего заведёшь, – невзирая на сюрреализм происходящего прямо над головами людей события, задетая за больное место соседушка сразу же перешла в наступление.
Странная конечно логика у людей порой бывает, но Самира давно уже привыкла, поэтому, усилием воли проглотив очередной подкатывающийся к горлу комок тошноты, с вяло философствующей интонацией в голосе поинтересовалась:
- А разве мужчина аксессуар, чтобы его заводить? Или мотоцикл? Или автомобиль? А, может быть, он – домашний питомец?
- Скажешь тоже? – ехидно фыркнула в ответ обнаружившая провал собственной издевательской затеи Жанна.
Несколько минут они стояли молча: недомогающая девушка по-прежнему старалась дышать ровно и глубоко, отчаянно желающая самоутвердиться за счёт менее удачливой с её точки зрения коллегой соседушка – стоически продолжала колупать сапогом покрывшуюся инеем землю и перетаптываться на месте. Спорить дальше у Жанны просто физически не получалось. Из-за бесчисленного количества аргументов, которые способна привести бойкая Самира, затея была просто бесполезной.
- Это… Интересно, надпись так и останется? – резко перескочила с темы на тему соседка, снова глупо уставившись на странное послание.
Говоря начистоту, в данный момент девушке было вообще наплевать, исчезнуть ли синие буквы с небосвода или так и останутся там на веки вечные. Сейчас страдалица лишь мысленно молилась о том, чтобы её не вывернуло прямо под ноги ищущей новые темы для «сенсационной» болтовни с коллективом коллеги.
- Понятия не имею, – нехотя пробормотала Самира, попутно старательно выискивая повод под благовидным предлогом прервать затянувшуюся «беседу». – Я же не ясновидящая и уж тем более не организатор светопреставления.
- Ну, не знаю, не знаю, – начала самодовольно улыбаться соседушка. – Ты же давно прославилась способностью нести всякую пургу.
- Иди лесом! Я спать хочу, – раздражённо вспылила в ответ девушка. Бесполезные переливания из пустого в порожнее надоели ей ещё на работе.
Понятно, что людям скучно и очень хочется чем-то, но это не повод недобровольно превращать кого-то в посмешище.
- Встретимся на работе, – нисколько не смутилась навязавшая свою компанию собеседница.
А Самира уже развернулась и отправилась в ограду. Вообще-то девушка ещё бы немного подышала свежим воздухом, но без свидетелей. По причине занудливо-заунывной головной боли и уже доколупавшейся до самых печёнок тошноты девушка на самом деле в кровать не спешила, однако для отведения чужих любопытных глаз ушла в старые сенки. Нужно было, чтобы непрошеная наблюдательница воочию убедилась, что тут ловить нечего, и наконец отправилась восвояси.
Удивительно, но недомогание моментально ослабило своё негативное влияние. Наверно, всё-таки неуместно любопытствующая любительница без мыла пролезть в самые неожиданные места действительно не самым лучшим образом влияла на самочувствие.
«Энергетическая вампирша недоделанная!» – мысленно проворчала Самира, на всякий случай осторожно приоткрыла входные двери и на цыпочках вышла в ограду.
От таких личностей как Жанна даже ночью не найти желанного уединения. Девушка была прекрасно проинформирована о данном обстоятельстве, но никак не ожидала, что соседушка даже после столь «ароматного» рабочего мероприятия отправится к любовнику. Уж лучше бы оставалась там до утра, а не шастала бы среди ночи и не мешала чужому добровольному уединению!
По мере улучшения самочувствия и логически-тревожное мышление Самиры тоже начало приходить в норму. Просто эта странная надпись, мягко говоря, тревожила. Уж очень она напоминала чью-то злую шутку в виде библейского назидания. Можно было бы и посмеяться по этому поводу… в канун первого апреля. Но перед тридцать первым октября подобная «велелуха» выглядела форменным издевательством.
Чем больше девушка приглядывалась к мистическому посланию, тем сильнее ей становилось не по себе. Поначалу Самира приняла фантастическое отсутствие звёзд и луны за созданный голограммой оптический эффект. Но в любом случае даже самую совершенную иллюзию выдадут на первый взгляд ничем не примечательные огрехи: те же небесные светила и прочие космические объекты хоть краешком да покажутся. А пока на небе даже ни одного облака не обнаружилось.
От осознания замеченных фактов девушке откровенно становилось не по себе. К тому же дополнительной жути к окружающей обстановке добавляло ещё нарастающее таинственное подсвечивание улицы. Между прочим, изначально при сложившихся обстоятельствах должна была быть полная темень, ведь в деревне не так и много источников ночного освещения.
«Да уж!» - начала размышлять отчётливо ощущающая неприятное сосание где-то в районе нижней части грудной клетки Самира. – «Подобными темпами и до внезапного явления миру инопланетян можно додуматься».
В факт вероятного пришествия Христа вынужденная наблюдательница странностей в принципе не верила: слишком далеки люди от идеала праведности. Добровольно принёсшему себя в жертву святому быстро разобраться со столь внушительным количеством грехов просто физически не под силу. Да и не должен он этого делать, строго говоря. Пускай человечество само разгребает, прорабатывает, осознаёт да исправляет. В противном случае любая работа над самом собой превратится в банальное переливание из пустого в порожнее.
Девушка почувствовала, что ей даже дышать стало свободнее, будто вместе с отступившими тошнотой и головной болью с груди сорвало мерзкие оковы. Только вот неприятное предчувствие чего-то странного (да вероятно ужасного) никак не желала убираться из подсознания. Теперь Самира ощущала себя словно разделившейся на пополам: одна её часть, начав долгожданное освобождение от последствий отравления, никак не могла надышаться по морозному вкусным воздухом, а другая – в маниакально паническом приступе всепоглощающего страха жаждала как можно быстрее спрятаться за спасительными стенами родного дома.
Приходящая в себя работница успешно боролась с нехорошими мыслями, но здравому смыслу всё же уступила. В любом случае завтра придётся отправляться трудиться на свой склад (пусть там наверняка по-прежнему воняет ещё не до конца просохшей «бензиновой» краской). Никого подобные нюансы в принципе не волнуют, … до определённого нехорошего момента. Самире же надо было хоть немного поспать: любое нытье в сторону, а долг – прежде всего.
Послание и не думало никуда деваться. Припозднившаяся наблюдательница, расписавшись в логическом бессилии, отказалась ломать голову да строить бесполезные гипотезы.
«Утра вечера мудренее», – по-житейски решила она и отправилась в дом.
Словно по закону подлости скрип старой двери разбудил маму. Естественно, она не упустила момента недовольно сообщить о доставленном неудобстве:
- Когда шляться уже прекратишь?! Грохот на весь дом среди ночи!
- Надо было просто дверные петли смазать, а не ныть! – не осталась в долгу не менее недовольная дочь.
- Делать мне больше нечего, как машинное масло по деревне клянчить! – нашла очередное оправдание для себя разбуженная женщина.
- Достаточно и просто подсолнечного, – предложила вполне компромиссный и вполне реализуемый способ устранения проблемы способ устранения проблемы Самира, попутно скидывая уличную обувь и снимая верхнюю одежду.
- Не хватало, чтобы я ещё и с дверями корячилась, – нашла новый повод покапать на мозги дочери и, всем своим видом выражая неудовольствие от внепланового пробуждения отправилась в направлении туалета.
- В курсе, что сейчас у нас над головами вместо привычного неба огромная надпись? – попыталась перевести разговор в более мирное русло девушка.
- Ты что курила такое, дочь родная?! – для пущего эффекта родительница выразительно покрутила пальцем у виска.
- Краску я нюхала весь день на работе всего лишь, – демонстративно развела в стороны руки Самира.
- Токсикоманка хренова! – желчно припечатала мама, с показной экспрессией хлопнув дверью туалета.
- Всё вопросы к начальству, – дала краткую констатацию факта дочь да поспешила от греха подальше запереться в своей комнате. Ночные скандалы в её планы тоже не входили.
Закрывшись с головой одеялом, Самира старательно проворачивала прожитые за день события. Сегодня стоически терпящей невзгоды работнице пришлось пережить много неприятных событий. К тому же она и поведением мамы недовольна, но понятия не имела, как всё исправить к лучшему. Родительница уже неделю как лишилась работы, попав под сокращение, однако палец о палец не ударила в решении житейских домашних забот.
Взять, к примеру, ту же скрипучую дверь: она неисправна уже очень давно. Для ремонта «наивысшей» сложности требуется пара капель подсолнечного масла. За семь дней безработицы можно было буквально залить им объект нервотрёпки.
Перед тем как уснуть, Самира осознала, что выходящее из ряда вон событие оказалось банально погребено под тяжестью обыкновенной бытовухи….
Глава 2
Глава 2
Утро встретило Самиру поразительно шокирующими новостями, которые транслировались по телевизору:
- По всему миру люди наблюдали на ночном небе внезапное исчезновение всех привычных небесных светил и появление заменившей обычный рисунок небосвода надписи.
После короткого вступления диктора студия мгновенно заменилась на целую вереницу собранных по просторам интернета многочисленных фотографий очевидцев, на которых было запечатлено одно и то же послание: «В ночь наивысшей уязвимости мира Живых перед миром Тьмы начнётся пятидневное царство Великой Тени! Не выходите на улицу в течение всего обозначенного срока, ибо это время ответа за грехи. И только праведники сумеют выстоять».
В это время ведущий программы новостей продолжал говорить:
- Никто толком не знает, о чём конкретно в действительности предупреждают эти слова. Члены правительства тоже в полной растерянности. Странное послание можно было бы в любой момент списать на жесткой розыгрыш, только не стоит забывать одно важное «но»: несмотря на то, что эти строки сняты совершенно в разных точках мира, они расположены в одном и том же месте. Указанную странность пока не в силах объяснить ни учёные, ни военные, ни представители церкви. Особо примечательно, что к шести утра местного времени послание снова исчезло.
Шокированная услышанной новостью девушка резко поставила на журнальный столик кружку с наполовину выпитым чаем, чудом не смахнув её, подбегает к ближайшему, дающему нормальный обзор неба, окну и действительно обнаруживает привычно плывущие по нему облака.
А пока голос президента из телевизора предлагает гражданам не вестись на глупые розыгрыши и трудиться в обычном режиме. Оно и верно, одной стороны: разом остановить всё производство просто физически невозможно.
Мистические строки в свою очередь вполне могут оказаться банальной пугалкой. Но кое-что в происходящих событиях действительно настораживает: к примеру, странная синхронизированность появления послания.
Вошедшая в гостиную родительница недовольно заворчала:
- Поешь нормально, егоза! Будто на работе не напрыгалась.
- Мама! – взволнованно заговорила Самира. – Мне не привиделось! Вон по всем каналам только и болтают про странные небесные строки.
- Меньше глупостей по телевизору слушаю, – вполне закономерно отреагировала та на очередную информационную суматоху. – Они-то наболтают да так приукрасят, что даже житейский прогноз погоды превратится в первостатейную сенсацию…
- Но я же видела!.. – возразила девушка и тут же была прервана на половине фразы.
- Видела ты результат чьей-то шутки и не более того. Наверняка какой-нибудь социальный эксперимент проводят, попутно проверяя граждан на моральную устойчивость и покладистость.
- Куда-то тебя не туда занесло, – обречённо вздохнула Самира да закрыла тему, потому что банально не хотела с утра пораньше портить себе настроение.
Странную новость обсуждали и работники склада. На самом деле практически никто не видел тех синих букв. Зато многие успели посмотреть утренние новости. Теперь же люди тоже строили самые фантастические гипотезы. Никто из них решительно не знал, как быть, ведь особого распоряжение по пятидневной самоизоляции правительство не давала.
В голову девушки тоже закрадывалось нехорошее сомнение. Сегодня был последний день перед началом царствования Великой Тени, а это означает, если верить предупреждающему посланию, в течении всего этого времени путь на улицу людям заказан.
Самире было откровенно страшно и одновременно не хотелось выглядеть полным посмешищем в глазах людей.
С трудом дождавшись окончания рабочего дня, девушка поспешила домой. Неприятный укол интуиции подавал ей красноречивые сигналы о необходимости хоть как-то подготовиться – в любом случае лучше потом повеселиться от души и на несколько дней избавить себя от вечерней рутинной заботы.
Естественно за Самирой увязалась вездесущая Жанна. Сплетни семейных людей для неё были давно не интересны, потому что поразительно однотипны: проделки детей, семейные разборки, необходимость жить от зарплаты до зарплаты и вечная нехватка денег даже на самое необходимое. А одинокая девушка способна больше себе позволить да затейливее накуролесить. Как минимум, у последней есть на это время и возможности.
Соседушке-то интересно, но сама Самира закономерно не желала снабжать перчёными сенсациями первостатейную сплетницу.
- Слушай, на работу завтра пойдёшь? – с особо хитрым выражением лица полюбопытствовала Жанна.
- Лучше бы для начала узнала, появятся ли тридцать первого октября директор в компании с заместительницей, – как могла, извернулась от непрошенного допроса девушка.
- Ха! – легкомысленно махнула рукой соседка. – Они могут вообще в свободном графике трудиться. – затем Жанна без разрешения начала нашёптывать собеседнице в ухо. – Ты не своевольничай сильно. Начальник предупредил, что, если кто-то устроит саботаж и не появится, пулей вылетит со своего рабочего места. На складе и так прибыли мало, а нас не сокращают чисто из жалости.
«Свежо предание да верится с трудом», – подумала Самира, а озвучить предпочла нечто более нейтральное. – Доживём до утра – потом всё будет ясно.
Эти извечные угрозы увольнением раньше пугали работницу до паники, но теперь же, после пары лет стажа она лично убедилась в бредовости всех этих заявлений. Работа на складе была очень непростая, потому и очереди не наблюдалось там даже в самые трудные времена. Если кто и приходил, то в подавляющем большинстве случаев надолго не задерживался. Да и нерентабельность своего бизнеса начальник тоже, мягко говоря, приукрашивал: надо же хоть чем-то припугнуть тех, кому на данный момент некуда податься.
- Опять к своему Мишке пойдёшь? – этим вопросом девушка нарочно попыталась вернуть с небес на землю любительницу посплетничать.
Женщина в ответ лишь горделиво задрала свой нос вверх:
- Я, в отличие от некоторых, свои потребности удовлетворяю! А ты скоро совсем мхом покроешься.
- Предлагаешь присоединиться к вашей дружной компании и организовать задорный тройничок, – не удержалась-таки от колкости Самира.
И тут же ощутила ткнувшийся в нос кулак:
- Не смей трогать МОЕГО Мишу! Другого найди! Я соперниц не потерплю.
Несмотря на внезапно агрессивный выпад Жанны, девушка не просто бровью не повела, но и кулака не отдёрнулась. Подобными выходками её даже не шокировать – слишком много пережила в своё время:
- Так-то он жёнушкин, а не твой.
- Мы уж без сопливых сами разберёмся! – нервно протараторила дёрганная собеседница да опустила разом задрожавший кулак.
- Ой! Да развлекайтесь между собой самостоятельно! Я сопли подотру да делом займусь. Это намного интереснее вашей «Санта-Барбары», – Самира лишь криво усмехнулась.
- Жизни не видала, а всё туда же лезешь, – продолжала отпускать колкости начинающая успокаиваться женщина.
- Окей! Спорить не собираюсь, – с безразличным видом пожала плечами девушка. – Я за дровами, а ты иди к своему ненаглядному.
Когда Жанна свернула в сторону Мишкиного дома, Самира не смогла сдержать вздох облегчения. Токсичная компания успела работницу порядком достать. Только деваться от неё было пока что некуда. Ведь при любом раскладе у работницы с коллегой был общий маршрут.
Едва вернувшись домой, девушка поняла, что ближайший день ей просто придётся лишиться своего привычного уединения.
- Здравствуй, Самира! – практически с порога её обнял ещё один представитель рода Ростовых. Дядя Вадим был священником, жил в соседнем районе. По причине большой занятости в делах духовных он редко приезжал в гости, но, похоже, сегодня решил сделать настоящий сюрприз.
- А вот и работница наша прибыла! – с елейно счастливой улыбкой появилась в коридоре непривычно хозяйственная мать.
Она безмерно уважала дядю Вадима за значимость выбранной стези, потому и старалась в его присутствие выглядеть едва ли не образцом женственности.
- Здравствуй! – коротко поздоровалась в ответ племянница и тут же задала первый пришедший в голову вопрос. – Как дела?
Это было, конечно, до безобразия банально. Однако всё же предпочтительнее неуместного молчания. В силу особенностей своего характера Самира не отличалась приветливостью и дружелюбием.
- Проходите за стол скорее. А-то ужин стынет, – вовсю хлопотала родительница.
Дядя Вадим отправился в указанном направлении, не переставая при этом осыпать хозяйку дома комплиментами:
- Да в твоих руках любое блюдо деликатесом станет! Умеешь порадовать гостей, Светлана, как никто другой.
- Пюрешка! – радостно воскликнул Виша Молодцов и тоже побежал на кухню.
- Хоть поздоровайся для начала, шалопай! – подала голос из гостиной мамина племянница и двоюродная сестра Самиры Марана Шабарова, но сама ухитрилась даже голову в сторону девушки не повернуть. Наверно, была слишком занята попытками утихомирить расшалившегося сына.
Работница уже успела раздеться, и только тогда из той же гостиной выкатил, лениво почёсывая оголившееся пузо, сожитель Мораны (да по совместительству отец Виши) Влад Молодцов:
- Привет трудяге!
Девушка приветственно махнула ему рукой и тоже отправилась на аттракцион невиданной щедрости в виде приготовленного мамой ужина.
Небольшая кухня была закономерно забита до отказа, а родительница сердито шепнула «Поухаживай за гостями, бесстыдница!».
Ошалевшая от такой затаённой «доброжелательности» Самира аж замерла на несколько секунд. Она так-то устала и тоже хотела нормально поесть.
Мать же в упор не замечала этого, но зато продолжала с заискивающей улыбкой подмазываться к более успешным, с её точки зрения, родственникам.
- Я не наелся! Хочу ещё сардельку, – опять загалдел только угомонившийся Виша.
Девушка, увидев, как с деловитым видом нашла себе место за общим столом, ткнула вилкой в оставшуюся последней в кастрюле отварную вкусняшку и вручила её племяннику.
Осчастливленный парень едва ли не до потолка прыгал.
«Яичницы себе к пюрешке пожарю, если она останется, конечно», – решила вынужденная хозяйка вечера да принялась дополнительную порцию хлеба.
Дядя Вадим, мельком глянув на безупречно подлизывающуюся родственницу и окинув взглядом окружающую обстановку, задержал свой взор на хлопочущей племяннице. На лице священника вдруг отразилось понимающее сочувствие, ведь Самира по злой иронии судьбы оказалась единственной, кому не досталось даже маленького уголка.
- Ты садись, садись, – мужчина сделал попытку подняться из-за стола. – Устала ведь, наверное.
- Нет, нет, нет, – поспешила остановить его на половине действия девушка. – Нехорошо гостям неудобства создавать…
- И правильно! – поддержала вынужденное решение дочери мать. – Молодые ноги не должны подолгу засиживаться.
Вообще-то Самира сейчас бы с удовольствием и присела куда-нибудь, но не хотела потом после отъезда гостей получать дополнительную головомойку по поводу недопустимо грубого поведения. Вот и пришлось дочери заниматься хозяйственными нуждами, пока непоседливый Виша с удовольствием уплетает вперемешку с пюре порезанные ложкой куски сардельки, Морана тихо кокетничает со своим Владом, а дядя Вадим ведёт неспешную беседу с родительницей.
- С какой целью прибыл в наши края? – слащаво полюбопытствовала мама, едва не заглядывая собеседнику в рот.
- С вполне себе духовной, – с вежливой простотой принялся отвечать священник. – Все ведь наверняка слышали об оставленном неизвестными силами послании?
Присутствующие на кухне люди согласно закивали.
А Самира в это время тихо дулась на легко переобувающуюся в воздухе мать. Ещё утром родительница изображала из себя непрошибаемого скептика, теперь же она и не думала оспаривать услышанную не в первый раз новость.
- В душах людей появились сомнения, что незамедлительно спровоцировало нарастающую панику, потому-то руководство и отправило нас по особым командировкам с целью утешения и укрепления веры, – говорил дядя Вадим. – Изначально я собирался в поездку один, но за мной увязался Виша, а родители не позволили отправляться парню в путешествие накануне странных событий.
- Почему же не доехали тогда? – сорвался с губ девушки вопрос, о котором она тут же пожалела. Просто со стороны могло показаться, будто нерадивая хозяйка старается всеми возможными способами выпроводить родственников из дома.
- Как я говорил ранее, – священник провёл рукой по своей густой бороде. – После противоестественно мистического явления появились панические настроения. Местные жители в суматохе фактически оккупировали окрестные магазины, что не могло не спровоцировать практически неизвестные нам до настоящего времени пробки. На всю подготовку, если верить указанным срокам, отведено до полуночи, то есть – до тридцать первого октября.
- А что будет потом? – впервые за много лет родительница все своим видом выражала тревожную растерянность.
- Сие ведомо лишь одному богу, – с философской многозначительностью ответил дядя Вадим.
С этого момента Самире стало по-настоящему нехорошо. Она отчётливо ощутила, как гулко застучало в ушах сердце. К горлу подкатил, успевший подзабыться со вчерашнего дня, неприятный комок. От ощущения голода не осталось и следа. Зато незамедлительно вернулся острый приступ тошноты.
Отчётливо понимая, что сейчас может в любой момент похвастаться остатками непереваренного обеда перед недавно отужинавшими родственниками, Самира почти выронила в раковину принятую от племянника тарелку да опрометью выбежала из кухни. Забежав в свою комнату, девушка настежь распахнула окно и, полностью игнорируя укрепившийся морозец, высунула голову на улицу. Она жадно хватала ртом ледяной воздух, попутно пытаясь справиться с внезапно накатившей неприятной слабостью.
- Как ты? – раздался за спиной неподдельно встревоженный голос священника.
У Самиры не было сил отвечать. Тем более, девушка не привыкла кому-то изливать свою душу: там, где в любой момент даже самое безобидное слово может быть использовано против говорящего, довольно быстро отучиваются от открытости. Поэтому племянница тихо проговорила:
- Нужно сделать запас дров.
- И это говорит белая как мел девушка! – дядю явно не устроил такой ответ.
Но Самира с маниакальным упорством обречённой психопатки нахлобучила трясущимися руками на голову шапку и принялась натягивать на своё тело старую фуфайку.
Однако священник и не подумал отставать:
- Есть ещё рабочка?
Племянница молча вручила ему пыльную, много лет висевшую без дела отцову куртку.
Сейчас больше всего на свете ей хотелось получить новую порцию уединения, только ничего из задуманной затеи не вышло.
Дядя Вадим изо всех сил старался держать Самиру в поле зрения: видимо переживал, стремительно взбледнувшая девушка в самый неподходящий момент рухнет в обморок и, не дай бог, покалечится.
К счастью, всё обошлось. На свежем воздухе племяннице действительно стало намного легче. Возможно, помогло то, что священник попутно взял на себя функцию ненавязчивого психолога. Его размеренный тон действительно действовал успокаивающе.
Вскоре общими усилиями они забили дровами не только кочегарку, но и всё относительно свободное пространство в сенках. Конечно, много туда не влезло. Ну хоть при правильном подходе и должной экономии можно было растянуть ресурсы на указанный срок.
Нормально поужинать Самира смогла лишь в одиннадцать вечера. Привычная к неудобствам девушка разогрела остатки пюре и разбила к ним два яйца.
Чуть позднее девушка неторопливо ела да с унылым видом смотрела в окно. Время близилось к полуночи. Это был тот самый момент, когда написанное на небе предупреждение казалось лишь бредом чьей-то безумной фантазии.
Наверно, ей можно было успокоиться, если выпустить из внимания то, что эту ночь придётся спать на брошенном на пол матрасе. Просто кровать займёт перекочевавшая из своей комнаты мама, рядом на старой раскладушке расположится Виша, Марана с Владом лягут в гостиной, а дядя Вадим, несмотря на свои протесты, займёт мамину постель.
Ровно в полночь всё пространство улицы заполнило потусторонне синее сияние.
Сознание Самиры просто отказывалось принять сюрреализм увиденной картины.
Боковым зрением она заметила отправившегося в ванную священника и интуитивно предупредила:
- Не вздумай выходить на улицу и сам никого не выпускай!
- Уверена? – на всякий случай переспросил дядя Вадим.
- Понятия не имею, но проверять не хочу, – сказала девушка, продолжая с подозрительно отрешённым видом наблюдать за наполненной синевой темнотой.
Глава 3
Глава 3
Утро встретило всё той же неприятной синевой. Не выспавшаяся Самира с унылым видом смотрела в окно своей комнаты и отчётливо осознавала, что понятия не имеет об истинной природе происходящего события. В голову девушки закрались самые жуткие гипотезы: от возникновения природного катаклизма, до вероятного возникновения техногенной аварии. Вдоволь впечатлившись собственными предположениями, она панически зашуршала оставшимися со времён учёбы листами А-4, с грохотом выронила частично использованный скотч.
- Ой! Ма-а-ама, – испугался разбуженный Виша.
- Прекращай шуметь! – раздражённо заругалась родительница, так как терпеть не могла, когда ей мешают отдыхать. – И про работу не забудь!
- Никуда я не пойду, – всем своим видом выразила протест Самира. – На улицу посмотри, сразу всё по полочкам разложишь.
Парнишка осознал, что в комнате относительно безопасно, уселся на раскладушку, сладко потянувшись, зевнул.
- А ты задумалась о нашем будущем? – всерьёз опасающаяся лишиться на данный момент единственного источника дохода мать порой теряла способность даже к элементарному здравомыслию. – Если уволят, на какие шиши жить потом будем?!
Уже никого не слушая, девушка побежала срочно герметизировать, находящееся в туалете, вентиляционное отверстие. Просто не хотела, чтобы эта жуткая сияющая синева проникла в помещение. А когда Самира распахнула двери, запоздало осознала один прискорбный факт: заниматься дополнительными методами защиты дома нужно было раньше – неизвестное науке постороннее вещество за ночь уже давно попало в помещение и наверняка вступило в действие.
Немного подумав, девушка сходила на кухню, оставила там на столе свои заготовленные материалы да внимательно посмотрела на освещённый включённым в туалете светом воздух: удивительно, но никакой синевы не наблюдалось! Это было очень странно и совсем не соответствовало стандартным физическим явлениям.
Недовольные стенания матери по поводу вопиющей недисциплинированности дочери вскоре разбудили и остальных гостей.
«С меня требует, а сама не способна соблюсти хоть какие-то правила приличия!» – сердито подумала наблюдающая за происходящим бредом Самира.
Полуодетые, заспанные и недовольные родственники с недовольным видом вышли в коридор.
- Я приготовлю завтрак, – невозмутимо предложила младшая хозяйка дома.
- Пожарь яичницу с кусочками хлеба, – тут же попросил Виша.
- Яичницу – так яичницу, – девушка была не в силах отказать племяннику, хоть ей и придётся, чтобы накормить столько гостей разом, заниматься готовкой в несколько заходов, … не обихоженной и одетой в ночную сорочку.
- Умойся сначала, а потом завтрак проси, – Марана шутливо потрепала сыну волосы.
Мальчишка, протяжно протянув длинное «У-у-у-у-у!», моментально запротестовал. Он просто терпеть не мог подобное обращение. Только это не смутило засмеявшегося Влада.
Недовольная мама спохватилась, что не сумела удержать правильный имидж перед родственником-священником, поэтому моментально переключила сердитый тон на заискивающий.
Нетерпеливый Виша предсказуемо первый уселся за стол, а Самира отправилась в ванную и туалет в последней. Было, конечно, обидно быть всё время замыкающей, но девушка изо всех сил постаралась принять это как данность. В любом случае матушка в относительно нормальной организации домашних дел не помощница. Дочь сколько себя помнила, мать только и умела как вечно капать на мозги домочадцам, обвинять неугодных, с её точки зрения, окружающих в дармоедстве да бесполезности и заниматься бессовестным манипулированием. Особенно мастерски женщина почему-то отрывалась на своей единственной дочери, но сама в подавляющем большинстве случаев не задерживалась надолго ни на одном рабочем месте. Самое противное, что причина вечных неудач родительницы не в лени, а в скандальности и отсутствии элементарного здравомыслия.
Умывшейся и переодевшейся Самире снова не удалось нормально сесть за стол. Похоже, это начало становиться нехорошей традицией.
Совестливый дядя Влад успел отложить молодой хозяйке порцию, но, к сожалению, родительница, в очередной раз не совладав со своим противным характером, демонстративно перехватила тарелку прямо из-под носа дочери да обратилась к алчно облизывающемуся на кусочке Више:
- Хочешь добавки?
Наблюдающий за вопиющей несправедливостью священник лишь грустно покачал головой. Наверно, он бы и сказал что-то в своей поучительно-философствующей манере, только находился не у себя дома и даже не на территории родной поселковой церкви, а в гостях. Тут свои порядки, в которые можно вмешиваться лишь в определённых пределах.
Молча наблюдали и Марана с Владом. Это с дядей Владом, родным братом исчезнувшего в неизвестном направлении мужа мама старалась вести себя как можно вежливее. Парочку задержавшихся в сожителях, влюблённых женщина не постеснялась бы выгнать в царство мистической синевы вместе с ребёнком. Что с них взять? А вот социальные возможности представителей духовенства вполне можно было использовать в своих интересах.
- Я вообще-то ещё не завтракала, – с максимально возможной деликатностью напомнила о себе Самира.
- Трутням завтрак не положен, – с безжалостной самоуверенностью вынесла свой вердикт родительница да с той же показушной медлительностью положила испачканную тарелку в раковину.
- Так мне не есть? – растерялся невольно очутившийся в эпицентре некрасивой ситуации Виша.
- Ох, Света! – священник не выдержал и от стыда закрыл лицо руками.
- Мы пойдём, диван заправим, – быстро сориентировался в обстановке Влад и, практически вытащив не допившую чай благоверную из-за стола, поспешил удалиться в её компании в гостиную.
- Нет уж! Доедай, – Самире и в голову не пришло отбирать у ребёнка выделенную с подло-барского плеча собственной матери еду. – Сейчас ещё приготовлю.
- Эй! А точно на улицу нельзя выходить? – прозвучал из гостиной вопрос крайне удивлённого Влада.
Поражённая до глубины непонятностью происходящих событий Самира выронила из рук только что взятую сковородку обратно на кухонную тумбу и поспешила к месту наблюдения.
За ней последовали дядя Вадим и мать. Спустя несколько мгновений, все присутствующие наблюдали за невозмутимо прошедшей мимо окон Жанной. Соседка спокойна шла по дороге и ничего такого с ней не происходило.
- Прогульщица! Совсем от рук отбилась! – отвесила дочери подзатыльник разъярённая мать.
Оскорблённая до глубины души Самира впервые за много лет замахнулась на распоясавшуюся родительницу:
- Не смей поднимать на меня руку!..
Наверно, девушка бы ударила, но увидев испуганный взгляд запоздало присоединившегося к компании взрослых племянника, остановилась.
- Оу! – потряс правой рукой, будто только что получил разряд тока Влад.
- Я привожу своего сына в вашу дурную семейку в последний раз, – не сдержала рвущегося наружу гнева Марана, попутно прижимая к себе перепуганного опасной близостью надвигающегося семейного скандала мальчика.
- Побойся Бога, Света! – священник разговаривал с взбалмошной родственницей, как с помешанной, подчёркнуто ласково.
- А я её сколько кормить должна?! – никак не могла остановиться родительница. – До восемнадцати лет обеспечивала. Хватит! Теперь хочу дивидендов, а не любительницу есть чужой хлеб.
Несправедливое обвинение обидело Самиру до глубины души. Именно она последние пару лет фактически обеспечивала дом, организовывала быт и оплачивала базовые удобства. Мать же образцовой финансовой стабильностью похвастаться не могла: то на испытательном сроке, то в пролёте.
- Хорошо, если я настолько бесполезная дочь, по прошествии пяти дней съеду отсюда, и живи ты, как хочешь после этого, – девушка старалась говорить как можно спокойнее, хоть в душе и буквально клокотало от ярости.
- Куда ты денешься безработной-то? – презрительно бросила мать, демонстративно отправляясь на кухню.
Самое противное, что пока длилась эта некрасивая перебранка, Жанна без особых приключений ушла по своим делам. Вот только отправилась она почему-то совсем не в сторону работы.
Отмеченная странность отметилась лишь подсознанием девушки да так и потерялась под рутиной обыденных хозяйственных дел.
Несмотря на острое чувство голода, младшая хозяйка отправилась растапливать кочегарку. Засевшая в кухне мать в любом случае не даст нормально поесть, а некрасивых семейных сцен на сегодня и так уже более, чем достаточно.
Печка из-за образовавшейся воздушной пробки очень плохо растапливалась, поэтому Самира так увлеклась, что не сразу услышала, как кто-то начал топтаться в сенках.
На всякий случай девушка вышла из кочегарки: вдруг непослушный Виша изловчился обхитрить родителей да, невзирая не предупреждения, отправиться на улицу?
Вместо мальчишки удивлённая девушка обнаружила топчущую и с любопытством выглядывающую в окошко Марану.
- Чем это ты занята? – на всякий случай спросила двоюродную сестру Самира.
- Неужели не видишь, что у вас по ограде какой-то мужик ходит? – вопросом на вопрос ответила родственница.
- Мне как-то не до этого было, … – озадаченно прошептала младшая хозяйка да составила компанию наблюдательнице.
То, что происходило за окнами, превосходило даже самые смелые фантазии: по ограде действительно с царственным видом расхаживал удивительно красивой внешности мужчина. Уму непостижимо, как он проник на территорию ограды, даже не скрипнув воротами. Через забор вроде тоже не перелазил, если верить следам на только что выпавшем снегу. К тому же этот странный незнакомец не походил ни на одного из местных жителей ни своей манерой одеваться в аристократическом стиле, ни безупречной ухоженностью внешности. Было в этом мужчине что-то чужеродное и одновременно притягательно-опасное.
- Пойду, спрошу, какого хрена он делает на чужой территории, – вдруг решила Марана и направилась в сторону входной двери.
- Остановись! – почуяв неладное, почти приказала Самира. На данный момент больше всего её волновало не странное синее сияние, а смешанная с наглым презрением вседозволенность.
Казалось, незнакомец не удостоил вниманием находящихся в сенках людей. Похоже, этому грубияну неведом даже элементарный этикет.
- Да ладно! – легкомысленно отмахнулась от предостережения гостья. – Навела уже шороху с утра! Не так страшен чёрт, как его малюют.
- Послушай, не выходи, – изо всех сил пыталась воззвать к голосу здравого смысла девушка, хоть и не была уверена в собственных ощущениях.
Но двоюродная сестра уже и не думала слушать «отличившуюся» родственницу. Она просто открыла двери, выглянула из сеней и обратилась к распоясавшемуся чужаку:
- Мужчина! Пожалуйста, выйдите! Это частная территория.
До настоящего момента находящийся боком к зрительницам незнакомец в секунду повернулся в анфас.
Краем шокированного сюрреалистичной дикостью увиденного явления девушка осознала, что движения окликнутого вторженца слишком быстрые для простого смертного. В голове Самиры будто завыла сирена. Поддавшись эмоциональному порыву, девушка в пару шагов добралась до Мараны, изо всех сил потянула её за подол куртки на себя.
В это время незнакомец словно материализовался у крыльца, уставился немигающим взглядом на пытающуюся навести порядок особу.
- Ой! Какой красавчик! – вдруг расплылась растаявшей лужицей гостья и пошла навстречу стоящему столбом мужчине.
- Эй! У тебя Влад так-то есть, – возмущающаяся младшая хозяйка продолжала упрямо тянуть упирающуюся родственницу за опасно потрескивающий подол куртки.
А та в мгновение ока потеряла остатки здравомыслия:
- Ну, пойдём, прогуляемся.
Незнакомец приглашающе протянул руку, но даже и не улыбнулся.
Марана, несмотря на старания Самиры, вышла на крыльцо.
- Стой!!! – отчаянно заорала девушка, на секунду отпустив выскользнувший из рук подол, обхватила торс гостьи.
Младшая хозяйка по инерции сделала пару шагов на то же крылечко да потянула лишившуюся рассудка родственницу обратно.
Но та резко вырвалась из захвата, грубо оттолкнула Самиру от себя:
- Отстань! Достала уже со своими моралями.
Отлетевшая в сторону девушка своим телом развалила небольшую поленницу, но, не обращая внимания на мгновенно занывшую спину, бросилась выручать однозначно попавшую в беду Марану.
Моментально лишившаяся рассудка под действием чужеродного сознания гостья успела спуститься с крылечка и впиться страстным поцелуем в губы жуткого красавчика.
- Не-е-е-ет!!! – прокричала девушка и сделала новую попытку вырвать двоюродную сестру из лап цепкого незнакомца.
К сожалению, она не успела. Отпустив на миг свою жертву, вторженец одним резким движением уронил Самиру на крыльцо.
«Моя спина…», – успела лишь подумать младшая хозяйка, очумело протирая за пару минут дважды ушибленную часть тела.
Попавшая в ловушку Марана очнулась лишь для того, чтобы истерично завыть:
- А-а-а-а-а-а!!! Бо-о-о-ольно!!!
Странный мужчина втянул в себя какой-то прозрачный сгусток, а потом жертва рассыпалась в пространстве чёрным пеплом.
Толком не успевшая осознать ужаса происходящего события, девушка попала в адовый оборот следующей. Ей было достаточно лишь одного пронзительного немигающего взгляда, чтобы почувствовать сильнейшую боль где-то в районе груди.
- Пошёл вон! – сказала, как плюнула Самира, когда открывший своё истинное обличье хищник крепкой хваткой вцепился в лодыжку её правой ноги.
Девушка ощущала, что её сознание стало подозрительно спутанным, однако, превозмогая себя, продолжала сопротивляться. Мужчина тянул, а намеченная в новые жертвы особа старательно брыкалась.
Наконец-то на шум выбежали остальные родственники, но Самира отлично понимала, что с напавшим монстром никому не совладать, поэтому с поразительной для себя строгостью скомандовала:
- Не выходить!
В этот момент, от души приложив опасному хищнику ногой в грудь, она сумела вырваться, на ватных ногах вбежала обратно в сени. Девушке казалось, будто окружающее пространство стало ватным, а привычные движения – слишком замедленными.
- Мамочка! – истошно зарыдал осознавший ужас потери Виша.
Недовольный неудачей монстр скинул прекрасное обличие и, представ в образе серокожего демона с горящими глазами, ощерился острыми как пики зубами.
Дверь дернулась, вскальзывая из стремительно слабеющих рук Самиры. Она, с трудом сдерживая стоны боли, потянула иллюзорную преграду на себя. Наверно, младшая хозяйка проиграла эту схватку, … если бы не помощь священника.
Дядя Вадим, чередуя молитвы с испуганными причитаниями, помог наконец-то закрыть неподдающуюся дверь на все замки и навесы.
С трудом перебарывая острый приступ головокружения и слабости, девушка на негнущихся ногах в сам дом, но вписалась в дверной проём лишь со второй попытки.
Перпуганный произошедшим кошмаром священник неистово молился, родительница держала оставшегося без матери да отчаянно ревущего Вишу.
Самира следовала в режиме «автопилота» в сторону своего матраса, чтобы бухнуться на него прямо в одежде. Пока ей точно было глубоко наплевать на сантименты вроде аккуратности, чистоплотности и порядка.
- Это ты виновата! Ты!!! – изливал свой гнев на бедную голову родственницы (пусть и не кровной) Влад. – Вытолкнула её, мразь! Убийца!!!
- Прекрати истерику, – раздался удивительно писклявый голос священника. – Самира на такое не способна. Она сама едва не погибла там же, дурень…
Рухнувшая без сил девушка чувствовала, как стремительно теряет сознание. Но напоследок младшая хозяйка успела увидеть перекошенное от ненависти лицо Влада.
Глава 4
Глава 4
Это тридцать первое октября встретило жителей планеты совсем не тыквами с подсвеченными вырезанными рожицами. Для семей Ростовых и Молодцовых – вовсе ознаменовалось настоящей трагедией. Самое ужасное, что погибшую Марану не представляется возможным и нормально похоронить: тело не существует и в природе.
К сожалению, горе дополнилось возникшей на пустом месте агрессией. А должно было быть всё наоборот.
Пока у Самиры отсутствовали силы нормально этим заниматься. Честно говоря, она решительно не понимала, за какие такие заслуги удостоилась внезапной волны ненависти от Влада. Девушка до последнего, рискуя собой, попавшую под влияние создания Тьмы двоюродную сестру, но вместо элементарной благодарности получила лишь слышные в течение всего дня угрозы от безутешного сожителя покойной женщины.
Единственное, на что хватило сил у младшей хозяйки – это кое-как вывалить своё измученное тело из старой фуфайки из-за слишком высокого риска загнуться от вполне прозаического перегрева.
Никто и не подумал подобрать, да унести в прихожую брошенную на пол верхнюю одежду.
Эгоистичная родительница почему-то не посчитала нужным войти в комнату и хотя бы поинтересоваться, как себя чувствует пострадавшая в неравной схватке дочь.
Више сегодня явно было не до того. Обычно непоседливый и общительный парень весь день рыдал да звал маму, а папаша только и делал, что покрикивал на него да требовал прекратить вой.
Не знающий куда себя день парнишка попытался найти утешение у лежащей без сил тёти, но едва тихо прилёг ей под бочок, тут же был окликнут словно сговорившимися родительницей и Владом.
Самира и Виша даже с поразительной синхронностью вздрогнули от этого шума.
- Какого хрена ты к ней лезешь, пацан? – рассерженный сожитель покойной, желая спасти своего отпрыска от «подлой убийцы», даже удосужился заглянуть в комнату.
- Не ползи к ней! Мало ли что? – вторила ему мать, и не подумав, хотя бы попытаться вступиться за свою дочь.
Мальчишке пришлось ретироваться под давлением авторитета ослепших от своей эгоистичности взрослых. Никто и не подумал, что потерявшему в восемь лет любимую маму ребёнку настоятельно требовалась хоть какая-то поддержка.
А вот дядя Вадим куда-то пропал, и это тревожило Самиру больше всего. Долго девушка морочиться не смогла потому что просто отключилась.
Она очнулась из странного забытья уже вечером от прикосновения к плечу.
- Самира, вставай, – раздался прямо под ухом тихий шёпот священника.
- Нет сил, – честно призналась девушка.
- Если проводить целыми днями голодом, их неоткуда будет взять, – с максимальной деликатностью настаивал на своём дядя Вадим.
Пришлось младшей хозяйке, превозмогая себя, подниматься на ноги, в чём тоже помог добросердечный родственник.
Поначалу Самира понять не могла, по какой же причине священник позволил себе войти в комнату в присутствии бывшей жены родного брата. Как оказалось, никто кроме обессилевшего Виши спать и не ложился. Все собрались и тихо плакали на кухне.
Когда дядя Вадим, поддерживая едва держащуюся на ногах племянницу, нечаянно задел дважды ушибленную спину, от чего та выгнулась дугой и зашипела от боли.
- Прости ради Бога, я не хотел, – неистово извинялся священник за доставленные неудобства.
- Ничего страшного, – храбро улыбнулась, с трудом взявшая себя в руки, девушка.
Как только она появилась на кухне, Влад и родительница мгновенно прекратили плакать. Они застыли, словно статуи да прожигали молодую родственницу ненавидящими взглядами.
Дядя Вадим будто вообще не замечал окружающего негатива. Едва усадив пострадавшую за стол, мужчина тут же принялся хлопотать на кухне.
- У вас тут у молока срок годности к концу подходил. Вот я и взял на себя наглость немного похозяйничать.
Священник подошёл к стоящей на тумбе, на деревянной подставке кастрюле, лихо поднял крышку. Из посуды моментально повалил густой, ароматный пар.
- В любом случае нам эти оставшиеся пять дней проводить вместе, поэтому продукты надо расходовать разумно.
Самира лишь сейчас поняла, как сильно хотела есть, ведь с утра у неё во рту и маковой росинки не было.
Влад резко поднялся из-за стола, отправился из кухни со словами:
- Я не голоден! Вишу забрал к себе в гостиную.
- Ну, не голоден – так не голоден, – не стал спорить с ушедшим мужчиной, затем из вежливости поинтересовался у Самириной мамы. – Тебе каши подать, Света?
- А как же твой пост, святой отец? – зачем-то задала странный вопрос женщина.
- Ничего страшного! В экстремальных условиях допустимы и отхождения. Уж замолю как-нибудь этот грех с Божьей помощью, – с поразительной для столь трагического дня добродушностью улыбался священник.
Попутно он успел не только поухаживать за всеми присутствующими, но и поставить тарелку с рисовой кашей перед собой.
- Вадим, твоё жизнелюбие Марану не вернёт, – тихо проговорив, родительница принялась лениво колупаться в своей тарелке.
- Никто из нас понятия не имеет, в какой момент и при каких обстоятельствах предстанет перед судом Божьим. Я горюю вместе с вами и искренне желаю, чтобы душа покойной Мараны оказалась там, где ей будет хорошо, – дядя говорил с той стоически-философской манерой, которая больше всего свойственна представителям его стези. – Жизнь и смерть ходят рядом, порой одновременно приходят в одно и то же место, разом расставляя все истинные приоритеты. Тебе же, Светлана, настоятельно советую выгнать из своего сердца злобу и прочие пороки. Именно они становятся для людей самым настоящим испытанием. Пока ты злишься, упустила из внимания очень важное обстоятельство: да, Марана погибла, пав жертвой порождения ада, но твоя дочь же выстояла. Хотя бы одна отвоёванная у сил зла победа даёт возможность добру торжествовать над жестокостью.
Пока дядя Вадим говорил, Самира успела относительно спокойно доесть свою кашу да крепко задуматься над услышанными словами. В действительности девушка понятия не имела, куда отправилась душа погибшей двоюродной сестры, но искренне надеялась, что жертва не стала с этого момента вечной пленницей сил Тьмы.
Самира хотела прибраться после позднего ужина, но священник её остановил:
- Не нужно! Лучше отдыхай. Я всё сделаю сам. За печкой, кстати, тоже прослежу.
Вот так младшая хозяйка под неодобрительным взглядом матери получила хотя бы временное освобождение от домашних обязанностей. После проведённого в беспамятстве дня пока она понятия не имела, хотела спать или нет, но зато чётко знала, что для нормального отдыха нужно из домашней одежды перелезть в сорочку и хотя бы попытаться умыться.
На сложные гигиенические кульбиты у Самиры просто не хватило сил. Зато, оголив спину в ванной, она вдоволь «налюбовалась» полностью покрывшими её синяками.
«То-то мне было мучительно больно лежать», – криво усмехнулась девушка.
Удивительно, но, пролежав долгое время на боку, она сумела снова уснуть, а утром первого ноября проснулась от коллективного испуганного возгласа вставшей ни свет ни заря родительницы.
- Жанна такого красавца себе выцепила!
Младшая хозяйка, забыв про ноющую боль в ушибленной спине, буквально подорвалась в гостиную. После продолжительного отдыха от вчерашней слабости не осталось и следа. В противном случае Самира просто бы рухнула.
Вбежав в гостиную, она застала очумело наблюдающих за обнимающейся с эффектным блондином соседушкой Влада, Вишу и мать.
- Уберите ребёнка от окна! – почуяв неладное, потребовала девушка.
- Достала уже! – раздражённо отмахнулся от неё отец мальчика. – Тут ничего такого не происходит.
- Вчера то же самое было до одного ужасного момента, – как бы между делом напомнила о трагической причине внезапной ненависти Влада по отношению к ней, потом сама буквально оттащила начавшегося упираться парня от окна, развернула его от странного зрелища и прижала к своей груди. – Виша, слушай меня! Тебе это видеть не стоит.
- Не тронь моего ребёнка, дура сумасшедшая! – буквально разъярился от выходки несостоявшейся родственницы мужчина.
- Не обижай Самиру, – быстро расставил приоритеты обожающий свою тётю мальчик и прижался к ней покрепче.
Не к месту правильному отцу пришлось вынужденно сбавить обороты.
- Ну всё! Теперь Мишку своего она точно бросит, – алчно предвкушала продолжение занимательного зрелища родительница.
После вчерашнего обманчивого светопреставления девушка понятия не имела, действительно ли скандальная сплетница Жанна оказалась той самой праведницей или прикинувшиеся людьми демоны разыгрывали перед своими потенциальными жертвами очередной спектакль.
Самире было страшно, но в тоже время по чьей-то адской воле было просто необходимо узнать, чем же кончится история. А ещё успевшей столкнуться с истинной сутью созданий Тьмы хотелось буквально оттащить зрителей подальше разом ото всех окон. Но они почему-то, даже воочию столкнувшись с воплощениями истинной опасности, предпочли напрочь забыть и горе, и элементарное здравомыслие.
Зрители хотели хлеба и зрелищ. Порождения ада легко их подловили на этом. Кричать и требовать бесполезно – ценители сенсаций лишь отмахнутся да жестоко высмеют. От осознания этого девушке было по-настоящему страшно. Смотреть за милующейся с красавцем-блондином в подозрительно удобном для обзора месте жутко до встающих дыбом волос. В голове по-прежнему крепко прижимающей к себе Вишу возникали нехорошие ассоциации с наблюдением за тонущим в воде человеком и делающими на его фоне зрителями. Самира предполагала, что нужно было срочно помогать, но просто физически не обладала требующимися для праведного дела ресурсами.
- Мишка-то ей точно этого не простит! – ликующе сделала свой вывод из наблюдений родительница.
- У него же жена есть! Так пусть не возникает, – самодовольно заявил Влад.
- Хи-хи-хи! – захихикала мать. – Мало одной, видите ли, мужику.
- Ну и баба тут не пропах, как я посмотрю, - поддержал собеседницу отец мальчика.
Самире было откровенно противно, но, если верить словам послания, ближайшие четыре дня деваться из этой мерзкой компании некуда.
В это время в гостиную вошёл дядя Вадим и сразу же дал о себе знать ожидающим продолжения перчёного зрелища зрителям:
- Пока я кочегарку растапливал, вы уже успели себе оконный телевизор организовать. Чего же обычный не смотрите.
Вдруг Жанна обмякла на руках блондина и замерла с переполненной невыразимым блаженством улыбкой, запрокинув голову.
Почуяв неладное, Самира быстро попросила священника:
- Срочно уводи Вишу…
Едва парень повернул голову в сторону окна, тётя прошептала ему:
- Не смотри и иди к дяде Вадиму.
Мальчишка успел вовремя, поэтому не увидел, как из груди умирающей Жанны вылетела прозрачная субстанция и она мгновенно рассыпалась в чёрную пыль.
- Матерь божья! – в ужасе воскликнули Влад и родительница.
«Всё-таки это не иллюзия», – с грустью успела подумать девушка.
Демоны на этом закономерно не остановились. Внезапно перед самым окном, в опасной близости от стекла появился вчерашний «знакомец» Самиры, оскалился пока ещё обычными зубами, ткнул в её сторону пальцем, громко стукнув при этом по стеклу.
Зрителям после столь впечатляющего представления закономерно «продолжения банкета» не потребовалось. Сказать, что они с дикими воплями отпрыгнули от окна, значит, промолчать.
Младшая хозяйка ощутила резко навалившуюся слабость и тянущую боль в груди. Она слышала, как где-то за спиной плакал повторно испуганный Виша, но ничего не могла с этим поделать.
Складывалось впечатление, будто жестокий демон никак не желал отпускать улизнувшую из-под носа жертву.
Самира лежала на полу и корчилась от боли всё время, пока оппонент держал указательный палец на стекле.
Неизвестно, как долго бы мучилась несостоявшаяся жертва, если бы священник не сообразил подбежать к злополучному окну и не приложил на стекло с противоположной стороны от указующего перста свой крест с рясы и не прокричал:
- Сгинь, исчадие Сатаны!
Вроде подействовало, но эффект получился неожиданный. Да, девушку отпустило, только создание Тьмы вместо того, чтобы испепелиться (ну, или хотя бы отпрянуть в ужасе), задорно рассмеялось. Сюрреализм происходящих событий связывал по рукам и ногам: веселящийся демон от души веселился до тех пор, пока дядя Вадим не убрал со стекла символ веры.
Печально знакомый незнакомец с той же улыбкой переводил немигающий взгляд с жертвы на её защитника и обратно. Такое чувство, будто он отплатил чересчур любопытным узникам квартиры той же монетой: то есть, беспринципно наблюдал.
Самира была больше не в силах терпеть эмоционально давящую картину, поэтому, собравшись с духом, решительно поднялась на ноги и резким движением задёрнула прямо перед носом создания Тьмы. Те же манипуляции она проделала со всеми окнами в доме. Стало темно, но зато не видно этих жутких мастеров иллюзий.
Младшая хозяйка включила свет в маминой комнате и только сейчас увидела испуганно жмущихся друг к другу «наблюдателей».
Возле старого шкафа, в самом дальнем углу сидел тихо хныкающий Виша. Сердце девушки сжалось от сочувствия к совсем ещё маленькому мальчику: вот уж кто точно не заслуживал происходящего ада!
Самира присела рядом с парнем, осторожно взяла его за руку:
- Успокойся, злые дяди больше сюда не заглянут.
Младшая хозяйка и понятия не имела, кого на деле убеждала озвученным утверждением, права ли была или ошибалась. Пока это было не важно, зато было необходимо хоть как-то привести в чувства испуганного ребёнка.
Тот отчаянно зарыдал и крепко прижался к сидящей рядом тёте. Ей же пришлось стоически вытерпеть новый приступ боли в ушибленной спине. Но оно того стоило, ведь вскоре Виша отогрелся в тёплых объятиях, расслабился и затих.
Едва мальчишка нашел в себе силы заняться конструированием башен из кубиков, Самира, не удостоив взглядом Влада и мать, отправилась в гостиную, проверить, как там дядя Вадим.
А священник был, мягко говоря, в плачевном состоянии. Казалось, будто он оставил все моральные силы на противостояние с убившим Жанну иллюзорным красавцем. Сейчас же мужчина с дикими глазами смотрел куда-то в пустоту, по-прежнему держал в сжатых ладонях свой крест и мелко дрожал всем телом.
- Дядя Вадим, дядя Вадим, очнись! – изо всех сил старалась привести в чувства священника Самира, потому что слишком хорошо понимала: находящегося в шоке человека нельзя оставлять без внимания: если нервы дали сбой, в любой момент может не выдержать и тело, а оказавшимся в заточении людям однозначно не нужен для полного комплекта сердечный приступ. Просто откачивать будет некому. Дома никаких специальных препаратов нет, и скорая точно не приедет.
Привести родственника в относительно вменяемое состояние оказалось непросто. Девушка успела и поговорить с ним, и подержать испугавшегося мужчину за руки, и потрясти за плечи. Она даже резко растёрла священнику щёки, но и это не подействовало.
«Так-с! Если дома есть нашатырка, значит, не всё потеряно!» - старательно соображала Самира, попутно зарывшись в домашнюю аптечку.
Медицинского нашатырного спирта не оказалось, зато нашёлся он же, но в почти пустой литровой бутылке предназначенной для удобрения огорода. Немного подумав, тут же отставила вещество в сторону, потому что небезосновательно опасалась ненароком отравить пострадавшего: приписанной в жертвы Мараны было более чем достаточно.
Помощь пришла с неожиданного для Самиры места.
К находящемуся в шоке священнику подошёл Виша и с сочувствием начал трепать его за колено:
- Дядя Вадим, что с тобой? Тебе плохо? Ну, не молчи, пожалуйста! Хочешь, водички принесу?
Тут мужчина отмер и крепко обнял усевшегося ему на коленки мальчишку:
- Прорвёмся с Божьей помощью!
Наблюдающая за доброй сценой Самира осознала, что всё-таки есть лучик света в этом царстве жестокости.
Спасибо за чтение
Вернуться к книге