thank

Глава 1

— Погоды уёбищней, чем сегодня, я не припомню. — проговорил Гоша, потянувшись. — Андрюх, если выйдешь на работу вместо меня, я тебе скажу спасибо.

Андрей ухмыльнулся, продолжая подметать асфальт под ногами.

— В пизду такие условия, мне и дворником неплохо работается...

Подул холодный ветер. Гоша взбудоражился и поскорее присел на лавочку с кружкой горячего чая. Он аккуратно сделал глоток, стараясь не обжечься. Его взгляд петлял из стороны в сторону пока он смотрел на метлу Андрея. Посмотрев на его рваные кеды, Гоша подумал о том, как того может устраивать приближающийся холод зимы. Ведь в такой обуви не особо-то и тепло, а этот молодой дворник мог увлечься своей работой настолько, что и не заметил бы, как наступила ещё более холодная темнота. Он и в целом был одет довольно легко. Капюшон его толстовки покрывал его голову вслед за тонкой шапкой. Холод не грозил только его ушам, ведь дворник всегда носил при себе наушники. Те, если и не были надеты, то обязательно висели на шее и ждали своего момента.

Ноябрь, хоть и холодный, выдался сухим, хотя года два назад вместо листьев возле этого подъезда сейчас уже пришлось бы подметать снег.

Гоша тяжело вздохнул, в воздухе слегка повеяло завистью.

— Как же я не хочу туда переться... — заёбано сказал он, поставив кружку рядом и откинувшись на спинку скамейки.

Он взглянул на лицо Андрея. То было полно непонимания. Подойдя поближе, Андрей взял ту же кружку чая, отхлебнул, выдохнул и отдал Гоше в руки.

— Насладись и этой погодой, бро... — сказал он, нацепив наушники. — Скоро станет очень холодно.

И продолжил подметать асфальт у подъезда...

Гоша посмотрел на отражение облаков в кружке. Потом ещё минут пять сидел, пока не опустошил её. Возможно, он просидел бы ещё долго, действительно попытавшись насладиться хуёвой погодой. Но, так или иначе, время поджимало и он ушёл в более тёплый подъезд. Он поднялся в свою квартиру. Чуть-чуть собраться всё таки надо было, он ведь даже лицо не умыл...

Дверь открылась, он вошёл в свои хоромы. Атмосфера здесь стояла немного скучноватая. В гостевой в уголке располагался диван, а над ним на стене красовался старый ковёр. Посреди комнаты на столике стоял маленький телевизор. Старый, на коробку был похож. А напротив него два кресла с тёмно-красной клетчатой обивкой. Проснувшись, Гоша сидел в одном из них и смотрел прогноз погоды. Тогда яркий экран слепил его ещё не полностью проснувшиеся глаза. Теперь же, когда он вернулся с улицы, экран телевизора просто монотонно шумел, извивался серыми волнами. Гоша выдернул шнур и отправился в ванную.

— Чёрт, вот как он может так рано бодро вставать? — сказал он, посмотрев на отражение своего мокрого лица в зеркале.

Ещё раз промыв глаза, он взял всё ту же кружку, в которой чая уже не осталось. Он налил туда воды из-под крана. Этой водой он прополоскал рот после чистки зубов.

В очередной раз Гоша проверил время, в спешке накинул кожанку с мехом внутри и, звякнув связкой ключей, запер квартиру. Хоть Гоше и не приходилось во время работы светиться на улице, ему не хотелось замёрзнуть даже по пути. Даже на крыльцо магазина, в котором работал, он не выходил, потому что и не курил.

Он шёл до магазина быстро, пытаясь хоть как-то спрятаться от ебучего ветра, но воротник куртки был не таким большим и лицо мёрзло нахуй как только могло. В конце концов, Гоша прошёл мимо скамейки возле магазина, поднялся по ступенькам крыльца и остановился у чёрной железной двери. Снова взял в руки ключи, выбрал подходящий и открыл. Да, ему не хотелось на работу, но, уже открыв дверь, он влетел туда так, словно мечтал работать кассиром с самого детства. Дверь он захлопнул и принялся обтирать замёрзшие щёки ладонями.

Ладонью он нажал на выключатель и в потолке, чуть поморгав, зажглись лампы. Мимо рядов прилавков с продуктами Гоша проковылял в коморку, включил свет уже там и повесил кожанку на вешалку. Сопли пальцем подтёр.

Присев на табуретку за кассой, он отодвинулся поближе к стенке, закинул ногу на ногу и принялся думать над кроссвордом в старой газете.

— Этим словом сыт не будешь... — прочитал он загадку слова.

Но думать ему пиздец не хотелось, хотя вопрос был и не сложным. Он тут же отложил газету в сторону.

— Надо тоже наушники приобрести. — размышлял Гоша, грызя ручку. — Да и мобилу какую-нибудь. В пизду эти кроссворды... Всё равно скучно.

Уже через час он спал, скрестив руки на груди. Кроссворд с так и не разгаданным словом валялся на холодном полу. Время шло, а потенциальные покупатели не торопились что-то покупать. Хотя обычно в такую рань обязательно заваливалась какая-нибудь бабка, чтобы купить хлеб посвежее. Да и грузовик со свежими продуктами особо не торопился.

Гоша проснулся примерно через пару часов, спина его жутко болела.

— Вот вроде сиди себе, уже и ничего не делай... — подумал он. — А всё равно всрато всё как-то.

Тишину оборвали шаги с улицы. Громосткая дверь скрипнула и в магазин вошёл дворник. В отличие от Гоши, тот был навеселе от музыки, даже пританцовывал.

— Наподметался? — спросил Гоша, зевнув.

— Просто перекусить захотел.

Андрей достал из кармана штанов пару сотен денег, прихватил с полки пачку сухариков и подошёл на кассу. Гоша пропикал товар и назвал цену.

— Ну да, точно наешься. Тебе ж платят хуй да нихуя, чего ты болт на эту работу не положишь?

Дворник слегка поднапрягся.

— Да бля... Мне нравится. — ответил он, положив нужную сумму перед кассиром. — И этого достаточно.

Гоша сначала что-то пробубнил, передразнил Андрея, но потом замолчал, смотря на уходящего и вроде как счастливого работягу.

— Погоди!

— А? — обернулся тот.

— Ты вот подметал, так на улице никого не видел? Что-то день сегодня вообще пустой, ни одной живой души кроме тебя не заходило.

— Не, не видел... — задумался Андрей, пережевав сухарик из уже вскрытой пачки. — Даже странно как-то... Ладно, я ушёл.

И дверь снова захлопнулось со скрежетом. Продавец помотал головой и присел обратно на табуретку.

— Нравится... — прошептал он в тишине, осмотрев уже надоевшие ему ряды продуктов. — И всего-то.

— Ебать! — послышалось с улицы.

Удивившийся Гоша выбежал из-за кассы, как только произошло хоть что-то более интересное, чем прослушивание гудения холодильников. Он чуть ли не выбил входную дверь, которая так защищала его от холодного ветра. Но, либо ветер стих, либо Гоше было уже настолько похуй, а снаружи теперь было не так холодно даже в футболке.

Как оказалось, вскрикнул сам Андрей. Он стоял возле скамейки и с глазами по пять копеек смотрел под куст растущий рядом.

— Чё там!?

— Иди сюда, — ответил дворник, повесив наушники на шею. — ты охуеешь!

Дворнику не пришлось долго ждать, Гоша пулей подскочил к тому же кусту, но сначала не разглядел то, на что дворник указывал.

— Я вот с метлой иду, короче, сухарики жую, да... А тут труп нахуй!

И действительно из-под куста едва заметно торчали чьи-то ноги... Андрей бросился разгребать листву и вскоре выволок оттуда тело знакомого им обоим человека. У Гоши подкосились ноги при виде этого зрелища. Он присел на скамейку и сглотнул слюну.

— Мать твою...

Дворник стоял рядом с телом, убрав руки в карманы. То был здешний алкаш, который обычно ошивался у этого магазина и выпрашивал деньги на новую бутылку.

— Чего блять... — сказал Гоша. — Ты хоть пульс проверь.

— Уже. — ответил дворник, сняв шапку. — Он холодный.

Минуты две они промолчали, пока Гоша не прервал тишину. Ветер к тому времени и вправду успокоился.

— Бля-я-я, а я вот и думаю, чё-то его не видно сегодня. Не мог же он вдруг пить бросить. Кхм, мог конечно, но человек он не такой... Ну ладно он, а остальные куда пропали? Он же, сука, не один с посёлка, кто сюда заходил всё это время.

Андрей вздохнул. Он достал из кармана пачку сигарет, вынул одну и закурил.

— Чё делать-то будем..? — спросил он, выдыхая дым.

Теперь тяжело вздохнул и Гоша.

— Помоги-ка его сначала на скамейку положить. Щас что-нибудь придумаем...

Дворник ухватился за ноги, а кассир за подмышки. Тяжело было поднимать эту тушу даже вдвоём. Замочек свисал с его расстёгнутой фуфайки и звенел почти как связка ключей кассира. Они медленно, но верно перетащили тело на скамейку.

— Да не дыши на меня этой хуйнёй. — возмутился Гоша, смотря на курящего дворника.

— Тихо, не кипятись...

Андрей достал из кармана телефон.

— Ишак ты, у тебя же телефон есть, в скорую звони!

— Ага... — недовольно ответил Андрей. — Телефон телефоном, а связь то наебнулась.

Он попытался держать телефон повыше, но это не помогло.

— Надо к матери его идти. — предложил Гоша. — Она с моего подъезда, как и это её тридцатилетнее сокровище на скамейке...

Стук в дверь... Гоша косился на отпадавшую краску на стенах подъезда и стучался снова. И снова. Но в итоге парни сошлись на том, что дома всё таки никого нет.

— Может оно и к лучшему... — сказал Андрей. — Не хочется огорчать.

— Да схуяли к лучшему то? Нам чё с телом делать?

Андрей задумался. Он посмотрел ещё раз на дверь и что-то до него дошло... Он вдарил по ней кулаком ещё раз. Затем он подошёл к соседней двери и ударил по ней.

Гоша знатно напрягся, ведь не мог же он так вот внезапно довести дворника до злости. Но дело было не в этом. Дворник то и дело продолжал тарабанить по всем дверям без капли злости на лице. Ещё чуть чуть и со стен осыпется даже та краска, которая осталась. Он всё бил и бил по дверям, где и жили то далеко не его знакомые. Он хуярил по ебаной двери как будто там внутри хранился сейф с кучей зелени.

— Никого! — сказал Андрей, ударив в очередной раз. — Вообще тишина, так бы точно хоть кто-то да вышел.

Он подёргал за ручку, а потом жестом дал понять Гоше, чтобы тот отошёл в сторону. И со всей дури так уебал ногой по этой железной двери, что по всему подъезду раздался долгий гулкий звук...

Ещё раз почти без сил он ударил плечом и тут же повалился на пол, протерев спиной эту избитую дверь. Наконец наступила тишина... Гоша тихо присел рядом.

— Странно это всё... — глубоко дыша, Андрей достал из кармана телефон. — И связи нет.

Гоша опять тяжело вздохнул.

— Надо другие подъезды тоже проверить.

— Хехе, прикольно кстати по дверям лупасить, когда никого нет. Это, короче, как в детстве, помнишь? Постучал, но только теперь бежать никуда не надо... — сказал дворник, снова достав сигарету...

— Тьфу ты нахуй! — вскочил Гоша и пошёл спускаться по лестнице. — Опять ты с этой дрянью.

— Дак нормалёк же, чего ты...

В голосе Андрея на секунду даже какая-то жалобность прозвучала. Он медленно встал и в итоге тоже пошёл вниз. Вслед за кассиром. Перед выходом он постучал ещё в пару дверей и на первом этаже.

На улице их встретил вновь поднявшийся ветер.

Гоша с недовольством посмотрел на всю эту ситуацию. Окинул взглядом улицу, сморщив лицо.

— Хуй! — раздалось за его спиной.

— Не ори... — попытался Гоша осадить Андрея.

— Смотри, вообще никого! — он похлопал Гошу по плечу, вышел на самую середину дороги и раскинул руки. — Я могу нести любую хуйню и никто не осудит! Подметать и разговаривать с самим собой.

Он поднял камень и бросил в случайное окно. Стекло разбилось, но за шумом стекла не последовали крики недовольных жителей той квартиры. А дворник улыбнулся, затянувшись. И в этот раз Гоша ему не возразил. Может потому что его самого не меньше удивляло отсутствие одновременно такого количества людей в доме. А может и потому, что тоже ощутил безнаказанность. Он подошёл к Андрею и тоже посмотрел на то разбитое окно.

— Абсолютно никого... — повторил Андрей более тихо.

Сама ситуация в этот момент ощущалась необычайно странно. Но в то же время Гоша перестал пытаться как-то серьёзно мыслить. Он тоже взял камень с земли и начал выбирать окно...

— Давай вон туда... — добавил Андрей. — Этого мудака сейчас хоть и нет дома, но он часто прям у моих ног, сука, окурки бросал. До мусорки пара шагов. А мне мести за этим гадом.

Гоша замахнулся и попал в самый центр, оставив на стекле паутинку трещин.

— Хорош!

И он улыбнулся... Действительно ощущалась какая-то свобода. Повеяло детской беззаботностью. Ветер поднялся снова и теперь Гошу начало потряхивать не только от удовольствия свободы действий, а ещё и от холода.

— Так... Пошли-ка до магазина прогуляемся, я кожанку накину свою, которую там забыл.

Вскоре они оказались в магазине, где Гошу всё так же ждал не разгаданный кроссворд.

— Эх, магазин то, уходя, забыл закрыть... — подумал вслух Гоша. — Узнал бы хозяин, башку бы открутил.

И вдруг его будто осенило. Задумавшись, он приподнял палец, которым только что снова подтёр нос. Он медленно развернулся и посмотрел на Андрея.

— Погоди-ка...

Андрей сначала не понял и вопросительно кивнул.

— Какой к чёрту хозяин..? — спросил Гоша самого себя и взял дворника за плечи. — Мы же теперь свободны, да?

— Нуу, мы только один дом проверили... Да и вообще...

— Поздно, Андрюх, поздно! Я как будто всю жизнь чего-то подобного ждал! Хрен с ним, потом и другие дома проверим, а сейчас я перекусить хочу. Смотри, теперь весь магазин в нашем распоряжении!

Недоумевание на лице дворника сменилось на улыбку.

— Давай тогда ещё похрустеть возьмём? — предложил Андрей.

— Да без проблем. Ну и попить чего-то тоже надо бы...

Гоша подошёл к отделу с сухариками и начал выбирать...

Уже вскоре они сидели и что-то увлечённо обсуждали. Гоша уселся на той же табуретке, но ноги его теперь были закинуты прямо на стол, куда люди клали свои деньги. Андрей присел возле весов на том же столике и высматривал разные вкусы жвачек.

Отключив наушники, он включил погромче музыку прямо с динамика своего телефона. Медленный западный реп придавал спокойствия, проносясь с эхом по этому помещению. Они оба сидели со вскрытыми пачками кириешек.

— Со вкусом огурцов пизже... — проговорил Андрей.

— Чё..?

— Сухарики со вкусом огурца пизже.

— Ага... Со вкусом бекона, еблан. Все семь букв в слове перепутал.

— Ну окей, с беконом может тоже ничего, но соус к ним всратый идёт, как по мне. Кетчупа много не схаваешь, а вот тар-тар другое дело.

Гоша встал на ноги. Подойдя к другому прилавку, он взял оттуда коробку сока и открутил крышку.

— Во! — воскликнул он, потреся коробкой у Андрея перед лицом. — В жопу кетчуп, можно и без него есть.

Гоша преподнёс открытую коробку ко рту и принялся жадно хлебать... В конце концов вздохнул и подтёр губы.

— Главное, чтоб потом было чем запить.

Андрей протянул руку, достал у Гоши из пачки один сухарик. Взял на зубок и одобрительно кивнул. Вскоре коробка с соком уже была пуста.

После всего этого они долго гуляли по селу, пока не стемнело. Они стучали в двери, продолжали разбивать стёкла в окнах и абсолютно никто не мог помешать их веселью. Потому что и не было в округе никого... А сам вопрос отсутствия людей напрягал их всё меньше.

— Хорошо хоть ветер опять притих.

— Да... Хоть какой-то намёк на тепло остаётся. Скоро придётся много дома сидеть.

— Дома... Кстати, может у меня пооткисаем? Ты вообще давно не заходил, а мне и время то не с кем провести.

— Ну... Потопали.

Через пару минут они подходили к дому. Сверху давило тяжёлое пасмурное небо. Желтоватый фонарь освещал дорогу возле подъезда. А из темноты подглядывали разбитые окна. Андрей поднялся вслед за Гошей, но на сей раз не горел желанием постучаться к кому-то. В конце концов оба они устали и хотели спать после такого насыщенного дня.

Гоша отпёр дверь квартиры, и включил свет в прихожей.

— Разувайся.

— А здесь всё так же уютно.

— Не кури тут много, понял?

— Да понял, понял... — ответил Андрей, проходя в комнату.

Здесь всё так же пылился телевизор. Всё так же стояло рядом два кресла. Бросив на кресло пачку сигарет, Андрей присел на край и начал осматривать комнату. Он слегка покачивал головой, ведь наушники с музыкой вновь были на нём.

Гоша стукнул по выключателю.

— Чёрт, лампочка перегорела... Ладно, придётся со светом из прихожей посидеть.

С каким бы интересом Андрей не разглядывал узоры на настенном ковре над диваном, в потёмках его глаза слипались ещё сильнее.

— Чай будешь? — спросил Гоша, снимая с себя кожанку.

Андрей лишь кивнул, откинувшись назад. И чай, наверное, получился ароматным, но он этого не узнал, ибо уснул, не дождавшись пока вскипит чайник.

Гоша пришёл в комнату и сел с кружкой напротив. Он смотрел на уставшего Андрея и вспомнил ситуацию утром. Вспомнил его слова в магазине. Да, получал Андрей очень мало, но его работа ему нравилась. И от этого было видно, что он даже счастлив за ней. Через час раздумий уснул и Гоша.

Кружка снова стояла пустой, а в наушниках у Андрея играло теперь что-то ещё более спокойное. И атмосфера в целом в квартире стояла спокойная. Но не для Гоши...

В какой-то момент он проснулся от холода. И стекло в окне вроде не было разбито. Но вдруг, подумав о холоде, Гоша представил в голове лицо того мужика, которого они оставили на скамейке... Сейчас он лежал там уже давно мёртвый, а по всей округе только два человека. И этим двум чуть ли не весь день до жути было всё равно на него... Гоше поплохело с этой мысли и он встал, чтобы приоткрыть окно. Подышать и ещё немного подумать. И тут же его внимание зацепило странное явление. Из окна ведь как раз был виден магазин. И крыльцо. И скамейка с трупом...

А самое странное. Оттуда было видно какое-то белое свечение... Непонятный силуэт сначала немного помаячил вокруг скамейки, а потом скрылся за магазином. Гоша взглянул на Андрея, тихо прошёл в прихожую и обулся. Заперев его, Гоша уже спускался по лестнице и попутно надевал кожанку. Непонятное чувство движело им. Он побаивался и в то же время очень сильно интересовался. Ведь что бы то ни было, это единственный намёк на что-то живое в этом посёлке за последние сутки.

Ветер к тому моменту и вовсе пропал, будто никогда его и не было. Гоша быстрым шагом дошёл до той самой скамейки, перебегая от фонаря к фонарю, и со временем сбавил темп. Он подобрался вплотную и взглянул на тело, на его замершее синее лицо, которое в каком-то смысле было синим и до смерти. Гошу переполняло отвращение от того, на что он смотрел. И сама ситуация насколько могла, настолько казалась ему странной. Гоша опустил взгляд и увидел лужу крови под скамейкой, что ещё сильнее повергло его в ужас.

Голова его закружилась и он присел на землю возле куста.

— Блять... Откуда кровь-то..? — прошептал он и примолк.

Краем глаза он снова заметил какое-то свечение и залез под куст, сжавшись как только мог. Ему хотелось так скрыться, чтобы не спугнуть это непонятное явление. Он лежал комком в этих листьях, зажмурив глаза. Его сердце колотилось, будто нарочно хотело выдать его. Яркость свечения со временем начала прибавляться и в какой-то момент рядом стало настолько ярко, что Гоша всё таки рискнул открыть ебучие глаза.

От увиденного он остолбенел полностью, стараясь даже не дышать. Сквозь ветки куста, половина листьев которого уже валялась не земле, его хоть и тускло, но слепил белый силуэт по форме напоминающий человека. Силуэт этот был около двух метров в высоту и как-то непонятно дёргался, глючил. В нём как-будто роились помехи как на экране того телевизора. Непонятный шёпот слышался по сторонам, где-то на границе сознания. Гоше хотелось верить, что всё это ему мерещится.

Это нечто пробыло рядом около двух минут, а потом прошло мимо куста и отправилось в сторону двухэтажных домов, где Гоша с Андреем разбивали окна квартир. И хотя Гоше было по пути с этим непонятным явлением, отправляться обратно в квартиру в ту же секунду он совсем не хотел. Он обождал пару минут. И лишь когда в округе, кроме жёлтых фонарных столбов, не осталось намёка на свет, он переметнулся с одной стороны улицы на другую. Андрей спал и даже не подозревал, что ему предстоит услышать этим утром. А вот Гоша спать после этого и не думал. Хоть в итоге и вырубился.

На утро возле трупа снова стояло двое.

— На что-то напоролся видимо... Чёрт, а я думал он от бухла откинулся. — сказал дворник.

— Не ты один...

— Слушай, от него уже прёт вроде. Надо было его тут где-нибудь прикопать ещё вчера...

Гоша помолчал немного, а потом взглянул на метлу Андрея.

— А метлу ты где берёшь? И прочие инструменты.

— В подъезде. Там дверь в подвал открыта и прям возле неё всё есть. Ты же про лопату сейчас?

— Да, вот она самая. Сейчас очень в тему будет...

Ближе к середине дня они сидели на крылечке магазина, а рядом у стены стояла чёрная от земли лопата. Гошу чуть подташнивало. Ещё и Андрей, как на зло, опять рядом закурил. Зайдя в магазин, Гоша взял ещё одну коробку сока, но на сей раз он пил уже не так жадно. Ощущения от такого кетчупа, который им преподнёс тот алкаш, не запить никаким мультифруктом...

И Гоша снова присел на табуретку. Он поднял с пола газету с кроссвордом и смотрел на неё без какого-либо желания разгадывать.

— Гошан, ты там где пропал?

Гоша порвал газету, оставив обрывки на столе.

— Тут я...

Он вышел и захлопнул за собой дверь.

— Чё напрягся?

— Чё я напрягся? — Гоша начал размахивать руками. — А чё, бля, у нас нет из-за чего напрягаться!? Все, ебать, пропали куда-то бесследно. Только что мы с тобой закопали труп нахуй. По ночам здесь какая-то хуетень светящаяся бродит и тебе после всего этого нормально?

— Что бродит..? — спросил Андрей, затушив ногой сигарету.

— Я ещё не рассказывал? Да, я ещё не рассказывал. Так вот слушай, пока ты спал, я заметил через окно какую-то будто бы тень светящуюся что ли... Высокая, мать его, и светится тускло, а по форме человека напоминает. А сегодня ночью она стояла прямо на том месте где, сука, ты стоишь прям щас. Над телом тоже постояла и свалила куда-то в сторону вон этих домов.

Андрей сначала долго молчал.

— А я думал это я укуренный и мало сплю.

— Да какой, в жопу, укуренный!? Я тебе честно говорю, я это видел, лёжа под этим кустом. Тут точно какой-то пиздец творится.

— Да ладно, расслабься...

— Алё, нахуй! Ты как предлагаешь мне расслабиться в такой ебанутой обстановке? Дурак, мы же с тобой одни остались. Ты заебал, будь серьёзней или, сука, ляжешь рядом с ним тут же...

Гоша снова открыл дверь магазина.

— С метлой своей ебаной... Так тебе понравится?

И снова захлопнул. Снова оперевшись спиной в стену, он скрестил руки и задумался, а затем ненароком провалился в сон. Лампы редко моргали, а холодильники шумели. Проснулся он за столом от того, что отлежал себе руку.

Проснулся лёжа головой в обрывках газеты. Такими же обрывками проскакивали мысли в его голове. Путались. Ситуация нуждалась в объяснении так же, как пустые клетки кроссворда нуждались в буквах. Чего-то не хватало... Гудение холодильников в тишине снова начало его доводить. Он вышел на крыльцо, чтобы подышать свежим воздухом и малость застопорился, увидев, что Андрей дремлет на скамейке. Снова вечерело. Он подошёл к нему, взялся за плечо и встряхнул.

— Ты чё, всё ещё тут сидишь?

— Да, тебя жду...

Эта мысль знатно задела Гошу. Он почувствовал, что всё таки зря накричал на него.

— Слушай, я тут подумал. — продолжил тот тихо говорить, протирая глаз. — Я же, короче, ключи где-то проебал и мне теперь ночевать негде.

В голове у Гоши тут же созрела подходящая мысль. Он мог предложить переночевать у себя, но в голову ему пришло кое-что более интересное. Возможно этот вариант оказался бы сложнее, чем просто впустить к себе, но внутри появилось желание как-то подбодрить друга...

— Давай это... — начал кассир. — Давай какую-нибудь хату вскроем? Всё равно ведь никого нет, никто не помешает.

Сонность потихоньку начала пропадать из голубых глаз Андрея и тот даже улыбнулся. Оперевшись о скамейку, он встал, чуть пошатнулся и положил руку на плечо Гоше.

— Да... — он вдохнул, ответил и похлопал по плечу. — Пошли, я не против.

И они пошли в сторону двухэтажки. Ветер снова поднялся. На горизонте закатывалось оранжевое солнце, такое редкое в последнее время. Но толком тепла от него было не дождаться.

— Блять! — выплеснул Андрей, посмотрев на свою толстовку. — Ёбаный Саныч, не надо было на эту скамейку ложиться...

— А чего так?

— Ты посмотри, я себя кровью зафоршмачил.

Он матерился всю дорогу, пока они не дошли до подъезда... Через пару минут они уже определились с квартирой. И выбор пал на одну из тех квартир, чьи окна оказались не в лучшем состоянии.

— Смотри-ка... — по сравнению с тем, как Андрей выражался на улице, тут он значительно сбавил тон и перешёл почти на шёпот. — Даже дверь не запер, вот дурак.

А пока Андрей высмеивал хозяина квартиры, снимая обувь, Гоша наоборот напрягся. Не запертая дверь показалась ему очередной странной неожиданностью.

— Стрёмно мне, слушай.

— Тогда дай сюда мою метлу. — сказал Андрей, не оборачиваясь, и лишь протянул руку. — Будем, если чё, ей обороняться.

— Так ты её вроде как на скамейке забыл...

Андрей повернулся.

— Чё наху..? Меня за эту метлу... А, в прочем, уже ничего.

И продолжил идти осматривать квартиру. Она оказалась довольно уютной. В гостинной их ждал просторный диван. По середине комнаты располагался большой стеклянный столик. Приметив его, Гоша заметил, как дворник сжал кулаки. В большинстве своём почти всё здесь выглядело гостеприимно и уютно, но всё таки была одна деталь, которая не позволяла увидеть всей картины и нарушала уют. Это был холод. И у Гоши уже были догадки на то, откуда тот взялся. А подобрав с ковра камень, окончательно убедился в чём была причина. Возле батареи под окном блестели осколки битого стекла...

— Эх мудак, я ж тебе тут всё сейчас окурками забросаю... — сказал дворник.

— Обожди, понимаю отомстить хочется, но может тут ещё пепельница найдется. — ответил кассир, выходя из комнаты. — Пошли на кухню заглянем. Может у него и похавать в холодильнике осталось.

Андрей молча прошёл вслед за ним, но в итоге ему пришлось остановиться. Ведь остановился и сам Гоша. Тот завис перед кухней с удивлённым лицом и всё не мог себя заставить шагнуть дальше.

Его снова дождалось ужасающее зрелище. Возле холодильника разлёгся ещё один труп. Это был хозяин квартиры. Он лежал, сжавшись в клубок, а глаза его были закрыты, но всё равно пристально и мёртво смотрели на Гошу. Могло бы показаться, что он просто спит, если бы из его живота едва заметно не торчала рукоять от кухонного ножа. И за эту рукоять он будто бы держался обеими руками. Будто бы сам себя захуярил.

— Пиздец...

Андрей всё таки прошёл в кухню и склонился над телом.

— Вот дела... Ещё один. Мне на вас толстовок не хватит...

— Заебал, — перебил Гоша. — не говори ничего. Вообще не до шуток.

Руки Гоши с каждым разом подрагивали всё сильнее.

— Надо что-то решать, я так больше не могу.

— А что решать, чувак? — дворник развёл руками. — Мы одни в грёбаном посёлке и можем делать что хотим.

— Всё это неправильно...

— Вообще всё, Гошанчик! — перебил он. — Свобода, разве не этого ты хотел? Разве не ты вчерашним утром жаловался мне на то, что не хочешь ходить на работу?

Гоша опустил глаза. Повисла долгая пауза, которую он в итоге не выдержал. Быстрым шагом он вылетел из того подъезда и отправился дальше по улице. Вслед же ему кричал Андрей.

— Ну и куда ты пошёл!?

— В участок!

Андрей тяжело вздохнул и отправился следом за ним. Через некоторое время они пришли к одноэтажному кирпичному зданию с решётками на окнах. Над входом тускло светилась одинокая лампочка. Снова железная дверь и снова не заперта...

Со скрежетом Гоша приоткрыл её и взглянул в темноту. Внутри было темно и пусто. Чуваки переглянулись.

— Чё смотришь? — прошептал дворник. — Иди давай, твоя же идея.

Покумекав, Гоша кивнул и приоткрыл дверь посильнее. Через пару шагов уверенности в нём прибавилось, а через десять и вовсе страх пропал. Дойдя до дежурной части, он обернулся.

— Ну вот. — добавил вошедший следом Андрей. — А ты засс...

По голове ему прилетело дубинкой, но предупредить его Гоша не успел. Андрей упал на пол и ухватился за затылок. На этот раз он матерился в разы громче, чем в случае с засранной толстовкой...

— Р-руки! Руки за голову!

Молодой человек в форме и очках достал из кобуры пистолет и направил прямо на Гошу. А тому оставалось только слушаться.

— Да пошёл ты нахуй! — выкрикнул извивавшийся на полу дворник. — Метлой бы тебе переебать не помешало.

— Молчать, я-я здесь власть. — осадил того полицейский и пнул по ноге.

Андрей вскочил на ноги, поправил наушники на шее и со злостью посмотрел на ствол пистолета.

— За-зачем вы сюда пришли? — спросил полицейский, поправив пальцем очки на переносице. — С какой ц-целью?

— Мы за помощью пришли... — ответил Гоша, после чего ствол пистолета направили на него. — Мы нашли два, сука, трупа, а из живых в посёлке вообще никого. И вы единственный, кого мы нашли. Поймите, нет смысла махать стволом. Мне просто нужен участковый, я думаю он сможет помочь.

Полицейский ударил по руке Андрея, который попытался выхватить оружие из его рук. Он проглотил слюну и выдохнул.

— Товарища сержанта больше н-нет с нами...

— Как? Что с ним?

И человек в форме опустил пистолет... Беседу они продолжили уже в отдельной комнате. Стрелки на часах тикали, пока полицейский оживлённо жестикулировал, пытаясь адекватно преподнести хуёвость всей ситуации.

— Мне удалось допросить его до того, как он разбил себе голову об стену...

Гоша присел на стул, а дворник расселся прямо на столе с документами.

— Как он рассказывал, он что-то постоянно слышал в последние две ночи. Кто-то постоянно что-то ему говорил. Это были голоса, да, он слышал к-какой-то шёпот. Именно это его и довело. Боль и голоса в голове. Он рассказал, что два дня тому назад он вышел ночью покурить и лицом к лицу встретился с чем-то, что в итоге начало... Я не знаю, н-насылать ему эти голоса.

— Подожди. — перебил Гоша. — А как он описывал то, с чем столкнулся?

— Он говорил, что это какая-то непонятная, простите, п-по-поебень, которая светится в темноте и ходи...

Дальше Гоша не слушал, потому что резко окунулся в мысли и воспоминания. В голове тут же всплыл образ той самой сущности, от которой он скрывался под кустом. И пазл в его голове сложился...

— Стой, — снова он перебил и посмотрел на Андрея. — так выходит и Саныч тоже на эту хуйню наткнулся! Он сам себя чем-то ёбнул, мы просто сначала не разглядели!

Он вскочил со стула и показал на Андрея пальцем.

— Как и неприятель твой, квартиру которого ты выбрал занять!

— Ебать... Чего он пригрустнул-то так...

— Да ты ишак! Он же не сам... Ну вернее сам, но вынудила его именно та светящаяся срань, про которую я тебе рассказывал. Про которую и он тебе только что рассказал. Теперь веришь, нет?

Андрей достал из кармана пачку сигарет и принялся курить.

— Да верю, верю... — проговорил он тихо, зажав сигарету во рту. — Думаешь, после всего увиденного я всё ещё не думаю головой..?

— П-попрошу не курить здесь, это полицейский участок, а вы сидите на столе, на котором не следовало бы сидеть. Да и в-в-вообще... Не следовало бы и вам обоим здесь находиться. Уже темнеет, мне нужно запереться, чтобы эта дрянь не навестила и меня.

Андрей недовольно покосился на полицейского и слез со стола. Он сильно затянулся и, слегка пошатнувшись, отправился к выходу.

— Я наслушался.

А Гоша посмотрел на полицейского, кивнул и молча вышел вслед за Андреем. Он догнал его на входе и ухватил за плечо.

— Ты чё..?

— Долбаёб он зелёный ещё, вот чё.

— А... Ну понял. Ладно, пошли. В своей новой квартирке, я так понимаю, тебе выспаться теперь не получится?

— Нет, сегодня ночую у тебя...

Вот они снова сидели в квартире наполовину в темноте. На этот раз Гоша даже чайник ставить не пошёл.

— Да ты внатуре заебал уже... — сказал он, снова увидев Андрея с сигаретой. — Я ведь просил.

— Ладно, блять, конечно, ради тебя одного щас бросать буду.

— Да вот лучше б реально бросил, вонищи этой меньше.

— А лучше б ты сам попробовал и понял.

— Я? Нет, спасибо... Я уже и бросил, потому что не хочу специально гробить себя, как эти двое бедолаг, один из которых уже под землёй.

— Ну и всё тогда.

— Ну и всё...

На улице уже совсем темно было. Кассир стоял у окна и высматривал тот же силуэт... Но сегодня возле магазина не виднелось ничего подобного. Андрей со временем уснул. А Гоша снова отпавился к магазину. Он сидел на скамейке, отодвинувшись от уже засохшего пятна крови.

В какой-то момент он услышал шаги. Точно так же кеды Андрея шёркались по асфальту. Улыбнулся, подумав о нём. Но обернувшись, увидел, что это был всего лишь сухой опавший листик, который гоняло по асфальту слабым ветром.

На утро оба снова отправились в полицейский участок. На удивление... Дверь, которую полицейский так торопился запереть в итоге оказалась не запертой. Она, наоборот, была распахнута, будто очкарик в форме ждал их с хлебом и солью.

Удивлённый Гоша влетел туда быстрым шагом.

— Э! — крикнул Андрей. — Ты по сторонам смотри, а то так же, как мне, уебёт!

Но уебать оказалось некому... Полицейский лежал на полу посреди помещения, а пол вокруг был измазан его же кровью.

Гоша встал на месте и сначала долго вглядывался, словно пытался убедить себя, что ему всё это кажется. В итоге он опустился рядом на колено и начал осматривать раненного полицейского.

— М-м-мне надоели эти голоса, я не знаю, что на меня нна-на-на... — полицейский пытался успокоить дыхание, но ничего не получалось. — Башка резко заболела, а ещё и шёпот этот... Я ничего не помню... Я умру..?

— Ты... тебя как звать то хоть?

— Н-николай... Николай Иванович Власов...

— Колян... — кассир переглянулся с дворником. — Иди поищи аптечку... Всё будет хорошо, Колян.

Он говорил это и смотрел на множество резанных ран на теле полицейского. Колян держался за живот, а Гоша придерживал его голову.

— Всё так неак-куратно получилось, ёлки палки. То, что убило товарища сержанта. Оно пришло ко мне и увидело меня в окно пока я спал... Оказывается этого достаточно. Я п-понял в чём дело...

— В чём?

— Все они всё таки погибли от рук этой непонятной сущности... Н-но, я не дам погибнуть вам.

Андрей, ничего так и не найдя, взглянул на полицейского, который потерял уже много крови, и не понимал, как тот, кому осталось жить совсем немного, может помочь им.

Полицейский достал ключи из кармана штанов.

— В-вот... — сказал он, протянув Гоше ключ. — Это ключ от ящика в столе. Там лежит мой пистолет... Понимаете, своими манипуляциями она как-то заставляет людей покончить с собой. Любыми способами... Поэтому я убрал пистолет подальше... Но забыл про нож в ботинке и получилось, что он попался мне под руку.

Гоша кинул ключ Андрею и кивком дал понять, чтобы за пистолетом сходил он.

— Главное не...

Кассир дал полицейскому лёгкую пощёчину.

— Не попадайтесь этой твари на глаза, не высовывайтесь, по крайней мере в тёмное время суток. Если оно вас не увидит, то и за мозги взять не сможет...

Глаза полицейского продолжили потихоньку закрываться, а рука на окровавленном животе совсем ослабла.

— И вы не умрёте... — добавил он, умерев в ту же секунду.

Гоша закрыл ему глаза... А сам упёрся взглядом в пол, где на плитке извивались красные разводы и отпечатки рук.

Андрей уже копошился в ящике и достал пистолет на глазах у вошедшего Гоши.

— Как он там..? — спросил он.

Гоша вздохнул. Он подошёл к Андрею, взял у него пистолет и присел на стул. Он долго рассматривал этот пистолет и рассуждал.

— Я вот хоть и не особо его знал до этого... Хоть и лицо знакомое, относительно давненько здесь работает. Но почему-то всё равно не хватать его стало. Вот, что с Санычем, что с хозяином той квартирки, что с Коляном... Да нет даже, я вообще про всех. Я всё ещё не могу принять, что их больше нет. Что вот раз и всё...

— Помер, да..?

— Понимаешь, Андрюх, люди они как воздух, как кислород. Пока не проебёшь их, не поймёшь, что без них то и не можешь...

Андрей вдохнул, опустил голову и выдохнул.

— Пиздец, короче, — сказал Гоша. — бросай ключ здесь и пошли до магазина сходим. Поесть не помешает, нам тут теперь с телом Коляна пол дня возиться...

Они вышли. Гоша продолжал осматривать по пути пистолет.

— О, дай шмальну пару раз. — ухмыльнулся дворник.

— Да я в тебя щас шмальну!

Дворник напрягся и притих.

— Ты угашенный или что? Ты вообще не понимаешь что тут происходит!? У тебя только что человек на глазах кровью нахуй истёк, а ты просишь пострелять из валыны, пока рядом бродит непонятно что. Это всё что ты можешь вкинуть? Ты конченый нахуй?

В разговоре на пару секунд повисла пауза. Будто бы и ветер стих...

— Да пошёл ты... — ответил дворник, напялив свои наушники.

Он плюнул в землю и спокойно отправился куда-то в сторону квартиры...

Время шло. Через несколько часов рядом с могилой Саныча появилась ещё одна. По началу Гоша долго пытался отвлечься. Он бродил по посёлку, как та сущность, но днём. Отвлечься не особо-то и получалось. Теперь он знал, что посёлок пустой душами, но не телами. В конце концов нагнетала приближающаяся темнота. И в любом случае ему пришлось бы вернуться в свою квартиру, чтобы спокойно выспаться.

Подумав, он достал пистолет и додумался как может решить проблему с Андреем...

И он вернулся в подъезд... Медленно приоткрыл дверь квартиры... Тут было всё так же тихо и, если бы не кеды в прихожей, Гоша бы подумал, что Андрей сюда и не возвращался. Было темно.

В свете экрана телевизора летал дым, а окно в комнате было слегка приоткрыто.

И Андрей не спал. Он медленно покуривал неизвестно какую по счёту сигарету. Он смотрел в безжизненный экран, где по прежнему показывалось отсутствие сигнала. Возможно эти помехи как-то действительно его заинтересовали, но у Гоша знал, что скорее всего тот не поворачивает голову лишь от обиды.

Гоша подошёл поближе и приставил пистолет к его затылку.

— И чё ты, — спросил Андрей, выдохнув очередное облако дыма. — реально шмалять собрался..?

Он обернулся и посмотрел пиздец какими уставшими глазами. Гоша же слегка крутанул пистолет в руке так, что теперь в сторону Андрея был наставлен не ствол, а рукоять.

— На, — сказал он. — в знак применения.

Андрей было сначала отвернулся, но потом тут же вздохнул и выхватил его из руки.

— Ладно, спасибо...

Гоша присел рядом на второе кресло и с удовольствием смотрел на счастливого обладателя этой пушки. Владелец кивнул головой.

— И это... — добавил он. — Извиняй в общем, что я себя веду так. Я ж всё понимаю, ну просто вот такой я...

— Проехали. Чай будешь..?

Вечер прошёл спокойно. Проснувшись, Гоша долго лежал на диване и смотрел на приоткрытое окно. Небо удачно было розовым с утра. За окном он слышал, как кто-то подметает асфальт. Он встал, глаза его не слипались. Он включил телевизор и день его начался с хорошего прогноза на неделю... Заварив себе чаю, он вышел на лавочку возле подъезда, чтобы посидеть в тёплый день. Дворник подметал.

— Хорошо в выходной, да? — спросил он, радуясь моменту.

— Охуенно. — ответил Гоша, положив локоть на спинку скамейки. — А ты то чё не отдыхаешь?

— А хуй его знает... Не могу просто лежать.

Гоша вздохнул и сделал глоток из кружки. А потом поднял взгляд и охуел. За спиной у Андрея он увидел человека. И его бородатое лицо показалось ему знакомым. Тот прошёл молча, выбросил окурок точно в мусорку и вошёл в подъезд...

Кассир переглянулся с дворником.

— Погоди, так ведь это он.

И, не медля, Гоша вскочил со скамейки. Он забежал в подъезд вслед за мужиком, всё лишь из-за того, чтоб убедиться, что ему не показа лось.

Но, войдя в подъезд, он никого не обнаружил.

— Что за хуйня? — подумал он. — Не мог же он так быстро подняться по лестнице.

И, поднимаясь по лестнице, наткнулся на Саныча, который пьяный вывалился из квартиры под ругань матери. Дверь, по которой тарабанил Андрей, теперь была открыта. Саныч спускался по лестнице навстречу Гоше. В той же фуфайке. Он остановил Гошу, схватил за плечи и толкнул, спустив вниз по лестнице. Гоша лежал на полу, в его глазах всё начало темнеть. Над собой он увидел подошедшего Саныча. Тот наклонился и посмотрел Гоше в закрывающиеся глаза.

— Спасибо... — прошептал Саныч.

И Гоша снова открыл глаза. Сидя в кресле, он смотрел на помехи на экране телевизора. Телевизор тихо шипел, всё так же пытаясь поймать сигнал. Боль в голове продолжалась ещё пару минут после пробуждения. Рядом, во втором кресле спал Андрей, которого совсем не напрягал шум телевизора. Он спал в наушниках, под музыку. В его вялой руке лежал пистолет.

В комнате было всё так же темновато. Ближе к зиме, темнее по утрам. Но, так или иначе, спать Гоше уже не хотелось. И не от странного сна. Он попросту выспался впервые за долгое время. Это было важнее. Это не испортило его настроение. Хуй знает почему, но, не смотря на ебанутую концовку, сон показался ему более тёплым, нежели страшным. Он снова увидел других хоть и неприятных ему людей живими. И это его радовало...

Не радовало его лишь то, что ему снова захотелось хавать, а еды в холодильнике не осталось.

— Андрюх... — пихнул он его слегонца. — Вставай.

— А?

— Давай в магазин за продуктами сходим, у меня живот крутит.

Едва проснувшийся Андрей протёр глаза. Он вздохнул, повесил наушники на шею.

— Выруби, глаза режет.

Гоша выключил телевизор и посмотрел на Андрея. Тот хлопал по карманам в поисках заветной пачки сижек.

— Да где же они...

— Эй, потом покуришь, пошли уже.

— Ну ладно... — вздохнул дворник.

Он встал с кресла, сунул пистолет под ремень и поправил на себе толстовку.

— Пошли...

Ветер на выходе снова перестал беспокоить. Андрей шёл очень не хотя. Его ноги чуть ли не волоклись. Они шёркались по асфальту, словно тот листик, который подталкивало ветром.

— Всё равно не понимаю нахуя в такую рань переться.

Гоша даже улыбнулся.

— Это мне тебе объяснять, какой кайф, когда выспался, рано прогуляться? Когда проснулся не от будильника, а тупо бодрячком глаза открыл, как будто и не засыпал. Ты же обычно такой, я думал тебе понравится... И ещё я жрать хочу.

— Да, бро, но... Я то не выспался.

Гоша просто махнул рукой. Они уже подходили к магазину.

— И голова чё то болит пиздец как.

Андрей остановился и присел на скамейку.

— Уф... Нахуй ты меня позвал? Ебать, у меня в ушах зазвенело, дай я посижу тут...

Гоша отошёл на пару шагов.

— Бля... Ладно, пойду сам посмотрю чё можно взять.

Андрей ему не ответил. Он продолжил сидеть на скамейке. Ноги его были расставлены широко, а голову он откинул назад, даже взявшись за неё руками.

Гоша вошёл в магазин, закрыв за собой дверь. Пройдясь вдоль рядов, он набрал разных продуктов. Принеся всё это на кассу, он потянулся за пакетом. И его взгляд ненароком упал на обрывок той газеты. На том обрывке умещалось лишь одно слово, и это было то слово, над которым он однажды передумал думать...

— Этим словом сыт не будешь... — прочитал он снова. — Бля, да щас бы хоть что-то да съесть.

И вдруг Гоше в голову ударило слово, которое ему сказал во сне уже покойный алкаш.

— Спасибо... — подставил он. — Блять, подходит!

Но вписывать это слово в уже разорванный кроссворд он не увидел смысла...

Вдруг, тишину прервал пугающий звук снаружи... И, сука, это был выстрел. Гоша бросил продукты и переметнулся к выходу. А открыв дверь, остолбенел от ужаса... Одним словом, снаружи его ждал такой пиздец, которого он совсем не хотел и не ждал. Блять, да. На скамейке, откинув голову назад, лежал Андрей. Его висок был прострелен, а пистолет лежал в его же руке.

Гоша моментально подбежал к нему и переложил в лежачее положение трясущимися от страха руками.

— Н-нет, нет, нет...

Он уже не видел в попытках помочь никакого смысла, но в то же время пытался достучаться до него, тряся за плечи всеми силами. Но глаза Андрея так и не открывались, а уже безжизненное лицо застыло без эмоций. И ни малейшая часть его тела не давала надежды на то, что он всё ещё жив. Его толстовка ещё больше испачкалась в крови.

И голова Гоши со временем начинала побаливать. Возможно смерть друга настолько сильно повергла его в шок... А возможно...

На секунду Гоше даже показалось, что Андрей попытался что-то ответить. Как будто прохрипел что-то или прошептал. Но всё это ему лишь казалось и повторные попытки пробудить дворника из уже вечного сна оказались четны. А голоса продолжали что-то говорить.

И тогда он понял что происходит на самом деле. Нет, бля, это всё далеко не сон. Гоша обернулся и увидел приближающийся к нему светящийся силуэт человека. Силуэт приближался к нему, всё так же мерцал помехами с экрана телевизора. И смотрел прямо в душу, хоть глаз на его пустом лице было не разобрать...

Сообразив, Гоша взял пистолет из руки Андрея, прицелился и выстрелил. Удачно он попал в ногу этой хуйне и заметил это по странным белым трещинам появившимся на месте попадания. Силуэт начал тухнуть, но продолжил прямо идти. Он всё так же прямо приближался и всё больше давил Гоше на мозг своим присутствием.

Гоша сунул пистолет в карман и, взглянув на тело дворника, сбежал. А, убегая, разгонял все мысли. Переполненный страхом он хотел кричать, чтобы приглушить голоса в голове. Со временем они утихли, но Гоша продолжал концентрироваться на другом, ведь помнил о пистолете в своём кармане. О таком доступном при желании.

Он лежал в прихожей своей квартиры, когда заперся изнутри. Долго лежал и не мог прийти к осознанию происходящего. По началу он ревел, матерясь на всё и на себя, но со временем успокоился и замолчали даже его мысли...

Весь день он просидел в кресле. Пускай и темнота уже прошла, он боялся даже подходить к входной двери. Он не хотел даже пытаться настроить сигнал на телевизоре, потому что не вынес бы шума от этих помех. Он не мог переносить ничего, что напоминало ему о той сущности и о смерти друга.

Но... Время шло. И вместе с ним к Гоше всё таки начали приходить хоть какие-то соображения на этот счёт. Он сидел в кресле и смотрел на второе кресло, где до этого постоянно сидел Андрей. На кресле Гоша только сейчас приметил забытые сигареты и зажигалку. Поднявшись и подойдя к креслу, он аккуратно взял пачку. Достав оттуда одну сигарету, он присел в кресло вместо Андрея. Он зажал её между губ. Поднёс к ней огонь зажигалки... И закурил.

Дым в лёгких дал ему лёгкое расслабление. В голове проходили разные образы. Тени людей, силуэты людей. Кто-то светлый, а кто-то не очень. Ему вспоминались все события. Он курил сигарету совсем недолго, но по его ощущениям время будто замедлилось. И вот он остановился на одной мысли, которая вернула его в более уравновешенное состояние... Он достал из кармана пистолет и ещё раз взглянул.

Это было воспоминание о полицейском...

— Если оно вас не увидит, то и за мозги взять не сможет... — вспоминал он его слова.

Он бросил сигарету на пол и затушил ногой.

— А ведь точно... Не попадаться на глаза.

Время близилось к темноте, которую Гоша теперь очень ждал... А когда стемнело, он отправился к скамейке, где всё так же лежал очередной мёртвый человек. В этот раз он шёл, не пряча лицо от ветра. Ветра всё так же не было. Он пропал, как кислород. После потери человека. У Гоши в голове был хитрый план...

Подойдя к магазину, он сел на крыльцо. Рядом с ним лежала та самая лопата, которая повидала уже многое. Которой ещё предстоит повидать. Гоша взял её и принялся ждать... А долго ждать не пришлось. Он ощутил присутствие ебаного силуэта как только снова начал слышать шёпот. За спиной его манила прочная безопасная дверь, которая могла защитить не только от холодного ветра.

Но отступать у него не было желания. Подняв взгляд, Гоша вновь увидел эту сущность. Она приближалась и от этого казалась всё больше. Было страшно и теперь было не обойтись одним зажмуриванием глаз.

Гоша встал с крыльца и приподнял лопату. Да приподнял в аккурат так, чтобы она закрывала его лицо. Количество голосов в голове продолжало нарастать, но они позволяли остаться в здравом рассудке. Он подступал прямо навстречу этому существу и продолжал скрывать голову от поля его зрения.

И когда подойти осталось достаточно, чтобы уверенно попасть, Гоша выставил пистолет. Он убрал лопату и шмальнул твари прямо в голову. А потом выстрелил ещё раз и продолжал стрелять до тех пор, пока силуэт совсем не потух. Это было сравнимо с бросанием камня в окно в отместку за брошенный окурок. Точно так же как по стеклу по силуэту сущности расползлись трещины, из которых ещё сильнее сочился свет. В конце концов эта поебень словно растворилась в воздухе... Растворилась вместе с голосами в голове... Потухла, как экран телевизора, провод которого выдернули из розетки. Опасность пропала...

И после всего этого Гоша выдохнул. Но выдохнуть именно с облегчением у него не получилось... Наступило долгое молчание.

Он присел рядом с телом друга... Боясь даже прикоснуться, он аккуратно снял с его головы наушники и достал из его кармана мобильник.

В тишине. Без ветра. Он надел эти наушники, с осознанием того, что дворник больше не услышит эту музыку. И осознал, теперь действительно осознал боль того, что сам он больше не услышит его голоса. Дворник оставался единственным живым человеком рядом с Гошей. И Гоша вдруг понял, что не был благодарен даже за это... Не сказал спасибо...

В эту секунду ощутить его живое присутствие помогала только эта спокойная музыка в его наушниках. Теперь он понял насколько хорошей была хуёвая погода. Но погодой насладиться не успел...

С неба медленно начал опускаться холодный снег...