Свой среди чужих

Глава 1

Свой среди чужих.

Яркое, отдохнувшее за время зимы, весенне солнце одаривало своим теплом всех, кому посчастливилось в этот день выйти на улицу. В небольшой рыбацкой деревушке работа шла полным ходом, то тут то там занятые своими проблемками и заботами, сновал местный люд.

У причала, два рыбака бранили, на чем свет стоит друг друга, пытаясь разделить улов поровну. Недалеко от них, старый корабельщик латал израненную, видавшую и лучшие времена, лодку. На месте его глаз зияли два черных провала, сочившиеся сукровицей. Всем миром, жители деревни, собирали деньги на лучших докторов, для несчастного старца, но те лишь разводили руками.

- Такая аномалия встречается нам впервые! — говорили они.

А после, с глазу на глаз, просили старика завещать им свое тело, дескать науке еще неизвестный случай, но получив резкий отказ, оставили эту затею.

Ходили слухи что старик потерял свои глаза во время встречи с морским чудовищем. Они лопнули у него в глазницах, будто отказываясь смотреть на тот ужас который хранят в себе глубины. С тех пор старец так и живет, постоянно подтирая кровавые слезинки уголком изорванной рубахи.

На рынке, что находился не далеко от пристани, было людно. Еще бы, ведь три дня тому назад пришли два огромных корабля с товарами разных мастей: начиная от расписных ковров и заканчивая сахаром. Со всей округи в деревушку съезжались купцы и ремесленники. Они кричали, топали ногами, пытаясь выторговать у продавцов скидку. Но те были непреклонны, гомоня в ответ то, что и так снизили цену и уступать больше они не намерены.

Гомон поднимался, висел высоко в воздухе и разносился на многие мили вокруг.

Владимир, чье имя означало «Властелин Мира», и черт побери, он собирался им стать, лежал на холме, погрузившись спиной в мягкую перину из травы, жевал свежесорванный лист осоки и бесцельно таращился в бескрайнюю синеву небес. Круглый, легкий щит, оббитый грубой кожей по краям, лежал у его ног. «Желтое солнце, разрываемое на части молнией» - герб его братства, украшал это грозное оружие.

Он был наемник. Выполнял разную «грязную» работенку за соответствующую плату. Наниматели его были люди разные, начиная от обычных купцов и заканчивая высокопоставленными вельможами. Молва о нем шла как о человеке честном, привыкшем всегда доводить начатое дело до конца. От того и золото в его карманах не имело свойство заканчивается.

Вот и сейчас торговцы наняли его и парочку его собратьев для охраны кораблей, так как товар, да и вообще нахождение их в этой деревенской гавани, было не совсем легально.

Но Владимиру было плевать. Работа есть работа. Бывало и хуже.

- Бернард! - раздался голос неподалеку.

"Однако же, чертовски хорошее имя я себе подобрал. «Бас Медведя». Оно так точно отражает мой суровый и непоколебимый дух. Я русич. И этим все сказано.

Жаль, что пришлось казнить того молодого парня, монаха одного из франксих монастырей. Он единственный знал моё настоящее имя. Но тайна личности, на то и тайна. Надеюсь, что его бог позаботится о нем. А меня защитит мой всеотец. К тебе возношу свои молитвы в этот час".

«Бас Медведя», в братстве его так и называли, лежал погруженный в свои мысли, тем временем воин подошел совсем близко. Он бы низкого роста крепок и коренаст. Квадратное лицо с близко пассажными маленькими глазками, венчал огромный непропорциональный нос. В множестве боев ни одному из противников не удавалось сломать его, чем Ален, так звали этого человека, был невероятно горд.

- Ты что, оглох что ли? - задиристо произнес он.

Не сбавляя шаг он с размаху попытался просадить ему промеж ребер тяжелым кожаным сапогом.

Бернард отреагировал молниеносно. Рывком, перекатился со спины на живот подхватывая щит, блокировал удар.

Бах! Дерево стойко выдержало удар. Потеряв равновесие, нападавший упал на одно колено. Русич перехватил щит горизонтально земле и повернувшись на одних лишь коленях с развароту вонзил его ему прямо в переносицу .

Хрясь!!! Кость хрустнула и свежая кровь залила подбородок.

- Ты что сдурел? - завыл несостоявшийся шутник, пытаясь двумя руками выправить разбухший кусок мяса, называемый когда-то носом, бывшим предметом гордости своего оппонента.

Бернард отложил щит и сел на корточки напротив. Небесно голубы глаза коршуном уставились из под густых светлых бровей. Бас Медведя был светлорус, как и многие на его родине.

- Дай посмотрю!

Ален послушно убрал руки.

"Хорошо что монах научил меня основам оказания первой помощи", - подумал Бернард.

Он аккуратно взялся за выбитый хрящ и рывком вправил его на место. «Вареник» разразился воплем боли вперемешку с проклятьями.

- До свадьбы заживет! - сказал русич и щелкнул его по кончику заметно распухшего носа.

«Вареник» завыл.

- Ладно тебе. Ты ж первый начал! - подавая руку сказал он.

Воин поспешно схватился за его за запястье, как было принято в их братстве. Бернард рывком подтянул его к себе. Ален выпрямился и крепко встал на ноги. Кровь все еще бежала из расквашенного носа.

- Пойдем, нас там уже ждут, - гнусаво сообщил он.

- С удовольствием, - улыбнулся в ответ Бернард. - Главный объявился?

- Недавно приехал, весь возбужденный такой. Не успев с лошади соскочить, велел трубить «общий сбор». Госсу нагайкой поперек спины попало. Видать, что-то серьезное приключилось. А я вот за тобой ринулся.

Бернард поднял из густой травы свой одноручный топор доставшийся ему от отца. Семейную реликвию передающуюся из рук в руки.

- Твой дед — говорил тогда отец. - Был могучим воином Севера. В бою ему не было равных. Держа в руке один лишь этот топор, он мог выстоять против целого отряда неприятеля. Храни его, сын мой, я верю, что он сослужит тебе добрую службу.

Бернард еще раз посмотрел на грозное оружие своих предков и сердце его наполнилось той невероятной решимостью, что всякий раз овладевала им в пылу кровопролитных сражений.

Он подкинул его перед собой, топор описал в воздухе красивую дугу, блеснув на солнце отполированной сталью и мягко приземлилось в ладонь. Он резким привычным делением засунул его в кольцо находившееся у него на поясе.

- Так идем же скорее, друг мой! Старший не любит ждать! - он хищно улыбнулся. Бернард всегда чувствовал предстоящее сражение, его рот наполнился слюной, а кровь забурлила словно в адском котле.

Друзья спустились в деревню. На узких улицах было людно. В городе все больше и больше прибавлялось народу. Пробираясь через толку Бернард заметил того самого старика, что в море лишился глаз.

Старец смотрел на него пронизывающим, немигающим взглядом.

- Что этот старец на меня так пялится — подумал он.

Сделав несколько шагов, молодой воин услышал сдавленный стон, исходящий со стороны старого корабельного мастера. Он обернулся и обомлел от ужаса.

Глазницы старика были распахнуты неестественно широко, кровь струилась из них, ниспадая на старую протертую до дыр рубаху, окрашивая ее в бурый цвет. Он обнажил свой беззубый рот и захрипел еще сильнее. Звук постепенно перерастал в вопль ужаса и восхищения. Будто старое, практически стертое из памяти воспоминание, явилось вновь пред ним во всем своем ужасном великолепии. Он поднял трясущеюся кисть и указал в море.

Русич повернулся.

Благодаря невероятной силе духа и мужеству он не сошел с ума в этот момент и твердо остался стоять на ногах.

Вода в море кипела и пузырилась словно в котле.

Вдоль береговой линии возникали водовороты. Стихия выворачивала наружу темную тошнотворную жидкость, расползающуюся по всей акватории. Воздух наполнился тошнотворным запахом тухлой рыбы.

Из моря выползали мерзкие, человекоподобные существа. Больше похожие на рыб или тритонов, чем на естественный людской облик. Твари хватали людей имевших неосторожность находится близко к воде, и утягивали в морскую пучину. Всех кто пытался схватится за оружие, они разрывали на месте своими перепончатыми лапами, являя миру все то, что скрывала оболочка упруго натянутой кожи.

Вся эта ужасающая картина сопровождалась воем старика, постоянно тыкающего в них костлявым пальцем. Он то вопил нечеловеческим голосом, то принимался смеяться как безумец.

Бернард стоял не в силах произнести ни слова. Он взирал на резню и крик застревал у него в горле.

- Что же это… что же? - металось его воспаленное сознание. - Люди… столько людей. Я же поклялся их защищать.

Рука медленно поползла к фамильному топору, но в последний миг осеклась.

Раздался звук… подобного которому человеческое сознание, не в силах найти сравнения.

На горизонте, где вода особенно бурлила и бесновалась в своем иступленном танце, возник громадных размеров гребень. Он поднимался все выше, влеча за собой чешуйчатую голову болотистого цвета. Из пучины появились громадных размеров желтые глаза.Свет, исходивший из них, внушал тот самый первобытный ужас, который испытывали древние люди во времена, когда планета была так молода, и миром правили исполинские Древние Боги.

-Брат, брат… ты чего? - ничего не понимающий Ален тряс Бернарда за плечо. Славный воин стоял и пялился на морской горизонт, не смея даже пошевелиться. Громадные капли пота скатывались по его лбу, руки добела сжимали его драгоценный топор, осознавая никчемность этого грозного некогда оружия...