Страшные истории №2

Дверь

– Квартирка не новая, но временем проверенная, - сказала костлявая бабка, показывая мне кухню, ванную комнату, коридор и прочее, - соседи, правда, шум не любят. Друзей сюда не води, - пригрозила она мне пальцем, а затем сменила серьёзное лицо на приветливую тёплую улыбку, - пойдём, я чаю налью, за столом всё обсудим.

Я кивнул, повертев головой во все стороны и задумчиво хмыкнув. Небольшая однокомнатная квартира, по первым впечатлениям, меня вполне устраивала. Да, тут воняет старость, ремонт бы не помешал, но за такую малую цену, да ещё и в не самом дурном районе… её давно должны были с руками оторвать! К тому-же, я не привереда. За два года жизни в общежитии уже готов хоть в скворечнике жить, только лишь бы одному, да в покое. Малоимущему студенту шанс урвать такой приз выпадает раз в жизни, пожалуй.

Чайник закипел, начав свистеть, и хозяйка моего будущего жилища гостеприимно поставила передо мной кружку с бурой жидкостью, над которой клубился пар.

Запивая чай овсяным мягким печеньем и разглядывая вид на городские высотки из старенького окна, я уже решил для себя, что остаюсь.

– Слушайте, меня всё устраивает. И цена, и сама квартира. Вы говорили, надо оплатить два первых месяца вперёд, так? – спросил я.

– Да-да, только два первых месяца и без коммунальных, - закивала старуха, - это не из вредности, не подумай. Просто селятся всякие, месяц живут и бросают, ни слова не сказав. А мне опять эта боль головная…

– Ну, я тут останусь на долго, - откинулся я на спинку стула, облегчённо улыбнувшись и приметив совсем незаметную дверь. Она была покрашена в белый, как и стена, к тому-же, находясь в небольшом углублении, отчего я не сразу заметил её, - а это что, кладовка?

Старуха посмотрела туда-же, прям на тяжёлый замок, висевший на двери. Она махнула на это рукой и кивнула.

– Да, там хлам всякой, не нужно тебе это.

Ну, сказать честно, мне это правда не нужно. В квартире нет балконов, куда принято оставлять всякий старый хлам, надеясь, что он когда-то пригодится, поэтому для старья тут предусмотрена отдельная комнатушка, судя по всему.

В общем, решение принято – остаюсь! Я отдал деньги и в мою руку упала связка ключей, один из которых открывал дверь, второй почтовый ящик, а об предназначении остальных я пока не догадывался.

Бабка не стала задерживаться, попрощавшись и выйдя в подъезд. Я остался наедине и это первый в моей жизни раз, когда я живу один!

Сразу же захотелось обойти свои владения ещё раз и оглядеть повторно, уже обдумывая, как я буду обустраиваться на новом месте.

Впереди долгая и утомительная перевозка вещей, с которой мне обещал помочь друг и, по совместительству, бывший сосед по общажной комнате. Но, с этим придётся разбираться завтра. Всё самое важное, а именно ноутбук, я уже притащил с собой, так как таскаюсь с ним везде.

Хозяйка квартиры оставила почти целую булку хлеба и бутылку молока в холодильнике, да ещё и огурцы в банках томились в тёмном углу под раковиной кухни. Для чего ей всё это? Она же не живёт тут, зачем еду принесла? Не для меня-же. Хотя, кто её знает. Это уже не важно, ведь молоко довольно быстро оказалось в моём желудке, а хлеб я приберёг на утро.

Сегодняшнюю ночь придётся спать на тех простынях, что уже были на односпальной кровати. Удивительно, но всё это не выглядело так уж и плохо. Все лампочки и розетки работали, мебель не была сломанной, пусть и выглядела старьём, которому лет больше, чем мне. Разве что телевизор, занявший своё место на тумбочке перед кроватью, на отрез отказывался включаться. Ну, он мне и не нужен, надо будет отнести его в ту самую кладовку за белой дверью.

В кармане внезапно завибрировал телефон и я, даже не успев увидеть, кто звонит, догадался, что это мой друг с общаги. Он уже, поди, собирается отмечать моё новоселье, да я и не против.

– Ну что, заехал? – послышался дерзкий голос из трубки.

– Заехал. Тут ничего так, жить можно.

Квартира действительно выглядела убранной и ухоженной. Бабка постаралась перед моим приездом и почистила тут всё, как могла. Конечно, после полноценного переезда, когда я привезу сюда все свои вещи, придётся провести полноценную генеральную, мать её, уборку и погонять пауков, засевших на своих сетях в углах побеленных потолков, кое-где покрытых небольшими трещинами.

– Значит, завтра отмечаем? Или мне сегодня подъехать? Я-то уже купил всё! – прозвучал хитрый смешок.

– Нет уж, давай завтра со всем этим, а то меня уже ноги не держат, - ответил я, усевшись на край кровати.

– Так ты чего, уже бухой что ли? Не по дружески это, - засмеялся мой товарищ.

Мы договорились о времени, когда я вернусь в общежитие, а затем я скинул звонок и плюхнулся головой на мягкую подушку с торчащими перьями. В нос сразу ударил запах пыли. Да уж, всё же, чем раньше уберусь, тем лучше.

Заказав доставку еды и перекусив, я не заметил, как пробежали последние часы дня и наступил вечер. Синеватый свет от экрана ноутбука осветил тёмную комнату, и я, щурящийся от него, ушёл бороздить просторы интернета, пока время не перевалило за полночь.

Пора спать, завтра много дел. Выключив ноутбук и погрузившись в темноту, я поймал себя на мысли, что впервые ночевать в пока ещё незнакомом месте было слегка некомфортно.

Гудящая тишина прерывалась только рычанием старого холодильника и скрипением полов у соседей сверху. Именно понимание, что вокруг меня есть другие люди, помогало слегка расслабиться и закрыть глаза, проведя первую ночь на съёмной квартире.

Уже на следующее утро я отправился за своими вещами и другом, которому всё не терпелось, наконец, отметить. Через время мы вернулись обратно с несколькими тяжёлыми сумками и улыбчивыми лицами, беседуя о всякой ерунде и подшучивая друг над другом.

– Ну-ка глянем, как выглядит будущее логово холостяка, - мой друг вошёл первым, кинув сумку на пол и, не снимая обуви, нагло прошёл вперёд, - слушай, я думал, будет хуже. А всё выглядит так, как будто тут даже жить не стыдно!

– Уж лучше, чем с тобой в одной комнате в прокуренной общаге, умник, - усмехнулся я, - разуйся, а то в тебя веник прилетит.

Порой этот придурок не видит никаких границ, но всё ещё является для меня дорогим человеком. Он, скажем так, не так уж плох, каким пытается казаться. Видно, детство тяжёлое или ещё что-то, я не спрашивал, да мне и не важно.

Друг начал расхаживать по квартире, заглядывая в каждый угол и каждое окно. Первым делом он, конечно-же, залез в холодильник, но, не найдя там ничего интересного, продолжил своё исследование, словно кот на новом месте жительства.

– А ты чего сюда замок повесил? – вдруг спросил меня он и тыкнул пальцем в ту самую белую дверь между кухней и ванной комнатой.

– Да это хозяйский, там кладовка, - махнул я на это рукой и достал из своей сумки пластмассовый контейнер с сделанными заранее бутербродами, чтобы хоть как-то подкрепиться после таскания вещей.

– Давай глянем, у тебя же есть от сюда ключи? – в его глазах загорелись знакомые мне огоньки. Обычно, когда я их вижу, дело ничем хорошим не кончается. Этот прохиндей сразу представил, как найдёт там чемодан с деньгами или ещё чего-то. Чёрт знает, что у него в голове.

Но, смотря на его разыгравшийся азарт, я поймал себя на мысли, что и мне стало интересно, какие вещи оставила старая хозяйка. Это было лишь детское любопытство, не более. К тому-же, не думаю, что что-то, хранящееся там, может быть кому-то нужным. Забирать мы ничего не планировали.

Я вытащил из кармана связку ключей, мысленно сразу откинув два из них, которые открывают дверь в саму квартиру и почтовый ящик. Осталось ещё три, один из которых был настолько старым и непригодным, что пытаться использовать его мы решили в самую последнюю очередь, если другие не подойдут.

Первый блин комом. Небольшой зазубренный ключик отказался полностью входить в замоченную скважину и уж тем более поворачивать механизм. Со вторым примерно то же самое. На наших лицах уже появлялось разочарование, но, вместе с тем, большее любопытство.

– Блин! – воскликнул друг, когда и последний ключ не подошёл.

– Да погоди ты, - шикнул я и попытался закончить дело.

В отличии от остальных, этот хотя бы полностью входил, а значит, он именно тот, что нам нужен. Но дело сделало своё время. Интересно, когда вообще в последний раз им пользовались?

– Давай в ремонт ключей отнесём, может, починят? – предложил друг, смотря на меня игривым детским взглядом.

– Ага, а вещи мы когда разложим? Зимой? Давай сначала со всем этим разберёмся, потом уж с фигнёй всякой.

Дверь открыть нам так и не удалось. Мы выпили чаю с бутербродами, распределив работу. Я взял на себя уборку своей комнаты и разгребание вещей, а друг же решил остаться на кухне и перемыть всю посуду, да разложить то, что мы привезли сюда. Удивительно, что он не жалуется на то, что я «бросаю» его и не предлагаю жить вместе, деля оплату пополам. Он не любит нашу общагу не меньше моего, но ему хватает ума понять, что однокомнатная квартира слишком мала для двух парней. Однако, уже сейчас я понимаю, что проводить время у меня в гостях он будет достаточно много.

Мы разошлись по своим рабочим местам, если можно так сказать. Я перетащил сумки с одеждой на кровать, принявшись разбирать всё по своим местам и попутно оттирать от пыли. Как удачно, что возле кровати стоял большой и массивный шкаф из какого-то чёрного дерева, в котором уместилась почти вся моя одежда. Напарник же возился на кухне и в коридоре, гремя посудой и прочей кухонной утварью.

Внезапно с его стороны послышался отчётливый и довольно громкий мат. Я, уже предвкушая, что увижу его с разбитой тарелкой или порезанным пальцем, вышел в коридор и удивился.

Товарищ стоял напротив той самой запертой двери, вылупив свои два карие глаза, как мопс. В правой руке он сжимал мокрый, только что помытый кухонный нож.

– Ты головой ударился? Давай ты будешь кончать с жизнью не у меня дома? – шуточно высказался я и хлопнул его по плечу, уставившись в ту же сторону.

– Ты слышал? – испуганным голосом спросил он, не отводя взгляда от весящего на двери замка.

Я ненароком глянул на бутылку спиртного, ждущую нас на столе, приметив, что она, вроде как, не открыта.

– Всё, завязывай с приколами, а то мы до вечера не успеем, - не заостряя на нём внимания, я вернулся к себе и продолжил.

Больше ничего подобного не происходило, да я так и не понял, что именно произошло. Когда мы вдвоём, мы не может не шутить друг над другом. Уверен, ему просто стало скучно и, чтобы разбавить утомительную суету, он решил приклониться, и я даже почти поверил.

Когда вся работа на сегодня была выполнена и осталось разобраться только с незначительными мелочами, мы уселись за кухонный стол, когда за окном уже горели фонарные столбы и фары проезжающих мимо машин.

Из слегка приоткрытой форточки подувал летний приятный ветерок. Мы пилы, громко шутили и обдумывали планы на жизнь. Я размышлял о ремонте, друг же метался в выборе купить себе машину, о которой он мечтал с самого детства, или же поступить как я и подыскать себе подобную квартирку где-то неподалёку.

– Слушай, а чего ты днём выделывался тут на кухне? – вспомнил я про недавний случай, положив локти на стол.

– Да я стою, посуду перемываю, слышу, что стучит кто-то. Сначала подумал, что соседи сверху ходят, воду выключил… - друг наклонился ко мне поближе, глянув на стену, разделяющую запертую кладовку и кухню, - а это оттуда звуки исходят. Ну я схватился за нож как-то на автомате, а затем и ты подошёл.

– Я подошёл, потому что ты заорал, как будто тебя тараканы режут. Думал, что опять разбил что-то, - ухмыльнулся я и сам невольно обратил внимание на это место, - блин, может, там мыши живут? Если да, то это фигово, они мне жизни не будут давать.

– Да какие мыши, ты с ума сошёл?! Там такой звук был, будто человек по стене лбом ударил! – воскликнул мой товарищ, размахивая руками.

Чушь какая-то. Даже если просто предположить, что хозяйка моей квартиры старуха с потёкшей крышей и она закрыла в той кладовке мужа своего, допустим, то он уже с голоду бы помер там за долгие годы, в течении которых дверь вообще никто, кроме нас, не трогал.

– Ладно, выдумщик, померещилось тебе, - ответил я и сделал глоток спиртного.

– Пошёл ты...

Друг глянул на часы, время уже позднее. Мы посидели ещё пару часов, и он собрался уезжать, набирая в телефоне номер такси.

Мы попрощались, я поблагодарил его за помощь и предупредил, что в ближайшие дни вернусь за всем, что не успел забрать.

Товарищ покинул мой дом, было хорошо слышно, как он спускается по тёмному подъезду с неработающими лампочками вниз.

Я остался один и, уже чуть-чуть качаясь от хмеля, подошёл к запертой белой двери и несколько раз дёрнул за ручку, а затем и за сам замок, надеясь, что тот от старости отвалиться, но этого не произошло.

Ну и фиг с ним, потом разберёмся. Так думал я, но, упав в кровать и накрыв себя одеялом, всё не мог избавиться от приставучих мыслей.

Верить моему другу дураку, конечно, не стоит. Я больше чем уверен, что он пошутил, а затем не захотел заканчивать прикол, да так и уехал, оставив меня с вопросами.

Сон подступал медленно. Всё, что я слышал, это звуки улицы и соседей. Да уж, стены в этом домике едва ли не картонные, слышно всё хорошо. И, не смотря на всё, мне получилось заснуть.

На утро меня разбудил будильник. Я вяло поднялся на ноги, найдя ими тапки, да протерев глаза. Вышел на кухню и понял, что вся сонливость пропала. Что-то было не так. Что именно – не скажу, но я хорошо чувствовал, что что-то было во мне изменилось.

Сел за стол, взглянув на пустую бутылку спиртного и начав вспоминать прошлый вечер. Какие-то странные и даже слегка страшные образы мелькали перед глазами. Мне как будто снился сон, как кто-то смотрит на лежащего меня, а я смотрю на него в ответ и не могу ничего с этим сделать. В темноте силуэт разглядеть почти нереально, но он был похож на человеческий.

Жуть какая. Чего только не приснится на хмельную голову. Благо, дневные дела, учёба и подработка быстро помогли мне забыть дурной сон, заняв все мои мысли.

Я вернулся домой только к вечеру, уставший и голодный, как собака. Благо, руки согревала тёплая пицца, которую я заказал по дороге. Сегодня вечер должен быть прекрасным.

Упав на кровать, я нашёл в недрах ноутбука скаченный когда-то давно фильм, глубоко вдохнул запах пиццы и отдался греху чревоугодия.

За звуком собственного жевания и фильмом я вдруг услышал шум, сразу затихнув и сделать громкость поменьше. Шум пришёл ко мне со стороны кухни, как будто бы. Он сразу напомнил звук, о котором говорил товарищ: как будто кто-то ударился об стену.

Скажу честно, что-то внутри меня тогда шепнуло разуму, что идти проверять лучше не стоит. Как-то невольно вспомнился вчерашний случай с другом. Может, он реально что-то слышал?

Да ладно, что за бред у меня в голове? На кухне открыто окно ещё со вчера, к тому-же никто не отменял звуков соседей.

Отбросив страх, я решительно вышел в коридор, в темноте нащупав выключатель. Конечно-же в квартире, кроме меня, никого не было. Однако, я всё же закрыл форточку и уже расслабленно вернулся обратно в комнату, но остановился прям на против замкнутой двери, тихо подойдя к ней и попытавшись заглянуть в узкую щель. Не знаю, что я наделся увидеть там, кроме темноты. Скорее, я рассчитывал услышать что-то, а потому старался даже не дышать.

Никаких звуков по ту сторону не исходило. Во всяком случае, я ничего не слышал. Какой-то неприятный холодок пробежался по телу, особенно коснувшись спины. В момент мне стало как-то неуютно в этой квартире, но, отбросив дурные мысли, я вернулся к пицце и фильму, оставив тот на минимальной громкости.

На утро всё моё плохое самочувствие повторилось. Я проснулся разбитым, словно не спал всю ночь. Зайдя в ванную комнату и включив воду, чтобы умыться, я привычно взглянул в зеркало, заметив на лбу несколько бурых точек, похожих на родинки или грязь. Раньше у меня их не было, точно помню.

Коснувшись лба мокрым пальцем, сразу понял, что это пятна. Перед сном я всегда умываюсь. Не может же быть такого, что я испачкался в чём-то вчера и не заметил это, так и заснув? Оглядев всё тело на предмет подобных пятен какой-то засохшей на мне грязи или жидкости, я сразу испугался того, что, вероятно, у меня протекает потолок.

Вернулся в комнату и внимательно всё оглядел. Да нет, вроде всё нормально. Его бы, конечно, стоило избавить от трещин, но никаких подтёков я не видел. Странно…

В голову словно ударила молния. Я сел на край кровати, начав массировать виски. Перед глазами снова предстала картина ночного кошмара, как что-то большое нависло надо мной и бездейственно смотрело. Уже вторую ночь эта дрянь мне снится!

Позвонил другу, рассказал всё, чтобы как-то разгрузить свои мысли. На удивление, он не стал смеяться в ответ, ответив не характерным для него серьёзным и взволнованным тоном:

– Чувак, может, ну его?.. Что-то мне не нравится твоя квартирка уже.

– Ну не неси фигни, я уже два месяца оплатил, - буркнул я в ответ, - ты был вполне доволен ей, как я помню.

– Да, пока не услышал звуки странные, был доволен. Ты ключ отремонтировал? Проверим, что там, за дверью?

– Иди ты с этим ключом, мне не до него сейчас! – разозлился я, попытавшись сразу остудить свой пыл, - ладно, давай завтра увидимся, починим ключ и проверим всё.

– Окей, чувак, осторожней там.

Успокоил блин, товарищ! Только сильнее нервничать заставил…

Мимо белой двери я уже старался не проходить. Уже не знаю, что именно вызывало в ней моё недоверия. Наверное, то, что я не знаю, что по ту сторону. Звонить хозяйке было бессмысленно, она бы сказала, что это обычная кладовки и заглядывать туда мне не стоит. Однако, я уже не мог по-другому.

Завтра всё выяснится. Если план с ключом не сработает, то мы выбьем эту дверь к чёртовой матери. Уверен, даже у меня одного это бы получилось, ведь она на вид выглядит так, будто сама готова отвалиться при первом удобном случае.

Снова вернувшись домой с учёбы и решив приготовить себе что-нибудь на вечер, я, вдруг, встал в ступор. Куда-то пропали некоторые продукты, которые я купил ещё вчера.

Куриные грудки, пол хлеба, яйца. Всё просто исчезло. Может, я с ума схожу уже? Да нет, точно помню, что я не ел всё это, довольствуясь одной пиццей, коробка из-под которой до сих пор лежала рядом с мусорным ведром.

Так, это меня уже не на шутку бесит. Подозрения сразу упали на хозяйку, ведь только она могла войти в дом, пока меня не было. Набрал ей, приложил телефон к уху и на протяжении несколько минут слышал монотонные гудки.

Абонент недоступен. Почему-то я этого ожидал. Всё настроение, которого и так не было, к чёрту. А ведь только жизнь наладилась, так тут новые беды…

Пришлось ложиться спать голодным. Вот только спать так невозможно.

Я валялся несколько часов, смотря на весящую старую люстру, и думал обо всём, что происходило со мной за эти дни. Переезд, звуки, которые слышал мой товарищ, а затем и я, пропажа еды, не отвечающая хозяйка. Всё это попахивало каким-то криминалом. Так думал я, пока вдруг снова не услышал шум.

Поняв, что это был звук поворачивания ручки той самой двери, я почувствовал, как у меня застыла кровь в жилах. Я хорошо запомнил этот чёртов звук, ведь много раз слышал его в попытках открыть дверь.

Затем послышался удар чего-то металлического и протяжный скрип, от которого я едва не сошёл с ума, облившись холодным потом. Это упал тот самый замок, от которого дверь распахнулась.

В этот момент захотелось провалиться под землю, выпрыгнуть в окно или ещё куда-то, лишь бы не быть в этой квартире.

Что-то или кто-то вышел из запертой кладовки и пошёл на кухню, открывая шкафчики и чавкая моей едой, словно ко мне зашёл медведь.

Воспользовавшись моментом, я тихо встал и, не придумав ничего лучше, залез в большой шкаф с одеждой, оставив дверцу приоткрытой. Мне не хватило смелости выйти к нему и, возможно, именно поэтому я до сих пор жив.

Вот дебил! Меня найти тут совсем не сложно! Но было уже поздно. Закрыв рот рукой и став ждать чего-то непонятного, я корил себя, что не послушал друга и не свалил от сюда ещё днём.

Неизвестный начал приближаться, я слышал его странные шаги по коридору, словно он передвигался на четырёх конечностях. Мой страх до этого показался мне лёгким испугом, ведь сейчас разум охватила настоящая паника, когда я, привыкнув к темноте, увидел нечто, показавшееся в моей комнате.

Это был не человек. Большое, голое создание с белоснежной кожей и широкой, натянутой улыбкой до места, где у людей находятся уши, но у него их не было, как и носа или волос на голове. Только безумные глаза и такой-же безумный оскал.

Оно перемещалось на четырёх… не знаю, как это назвать. Это было четыре ноги. Четыре метровые ноги с чем-то, похожим на копыта, обтянутые кожей, или отрезанные культи. Существо двигалось медленно, дрожало, словно вот-вот упадёт.

Звуки, которые оно издавало, приближаясь к моей кровати… твою мать… это было самое страшное. Что-то между стонами от боли и тихим смехом сумасшедшего.

Оно медленно подходило к кровати, словно боясь, что его увидят, вытянув свою шею и уставившись на подушку. Меня там не было, но я видел всё из щели между дверьми шкафа.

Эта тварь издавала свои звуки и долго смотрела на подушку, словно не понимая, куда я делся. Все сны, которые я видел… не были снами! Это была самая настоящая реальность, от которой хотелось заорать во всё горло, но я сжимал свой рук рукой и слезящимися глазами смотрел на тот ужас, что начал происходить.

Существо, поняв, что меня нет, подняло одну свою переднюю конечность и стянуло с кровати одеяло, нюхая всё и стоная от непонимания. Мои глаза постепенно привыкали к темноте, я всё лучше видел его и то, как с его рта капают тёмные слюни. В нос сразу ударил запах пропавших продуктов, плесени и гнили.

Оно начало злиться, когда не нашло меня, широко расставило свои конечности в разные стороны и, сгорбатившись, заглянуло под кровать, но, не найдя меня и там, ударило своим кожаными копытом прям по подушке с такой силой, что вся кровать содрогнулась.

Тварь была недовольна. Она продолжала бить копытом по кровати, став издавать свои стоны и смешки, но уже с гневной, даже слегка обиженной интонацией. Через время кровать была уничтожена и паскуда, всё ещё топчась на её развалинах, скалила свою улыбку, смотря в разные стороны. Когда оно смотрело на шкаф, было особенно страшно.

Внутри меня всё сжалось. Я молился, чтобы просто умереть от сердечного приступа или телепортироваться в другом месте, но не видеть того, что видел.

Оно всё это время жило рядом со мной, все эти несколько дней выбиралось из своего логова, жрало мою еду и весь остаток ночи пялилось на моё спящее лицо!..

Как я рад, что у безмозглой твари не хватило ума продолжить поиски. Через, примерно, минут двадцать, она, шатаясь на своих кривых конечностях, подошла к окну, став выглядывать туда и жалобно стонать, разглядывая проезжающие мимо машины и стуча лбом по стеклу…

Я этот звук никогда не забуду.

Не могу сказать, сколько это продолжалось. От едкого запаха и сжирающего меня ужаса темнело в глазах и кружилась голова. Я боялся сделать движение или нормально вдохнуть.

Но затем всё прекратилось. Создание, не дождавшись меня, просто ушло обратно в кладовую. Но я ещё слышал его громкое дыхание и стоны с смешками, а потому боялся даже моргнуть.

Первые солнечные лучи пробились сквозь стекло и упали на комнату. Кажется, я заснул стоя, облокотившись на одну из стенок шкафа, буквально спасшего меня от ужасной участи.

Только когда с улицы стали слышаться голоса прохожих, пение птиц, а света стало достаточно много, я рискнул покинуть своё убежище, ещё раз ужаснувшись тому, во что превратилась комната.

Надев на себя первую попавшуюся одежду, я пулей, даже не оборачиваясь, вылетел в подъезд, а затем на улицу, чувствуя, как сердце вырывается из груди, а рвотный рефлекс давит на горло.

Меня стошнило прямо в кусты и бабки, с самого утра сидящее на лавке, закивали головами и осуждающе цокали в мою сторону. Но мне было не до них.

Я добрался до общаги, нашёл друга и рассказал ему всё, что произошло. Тот, конечно, не поверил, несколько раз спросил меня, чего я принял и сколько выпил, но, видно, мой испуганный вид заставил его прислушаться.

Мы позвали ещё двух знакомых, вооружились кто чем смог и решили вернуться назад. Не знаю зачем, это была не моя идея. Я меньше всех хотел идти туда.

Снова подходить к этому дому было страшно. Я не решился войти первым, испуганно смотря на своих верных товарищей, которые, видно, думали, что на меня напал бездомный или вор.

Их недоверие окончательно рассеялось, когда они увидели, что стало с моей комнатой и особенно кроватью. Я же обращал внимание совсем не на это, а на то, что злополучная белая дверь была настежь открыта, а замок валялся на полу.

Мы заглянули туда и ужаснулись. Нет, это вовсе не кладовка. Оттуда воняло помоями, гнилью и грязью, словно мы попали на свалку. Помещение было намного больше, чем казалось, словно ведя в соседнюю квартиру.

Там мы и нашли труп хозяйки с разбитой головой. И трупы других бедолаг, которых словно переехал грузовик. Вероятно, всё это прошлые жильцы. Меня и ещё одного парня вырвало прям там.

Мы рванули оттуда, вопя, как резанные, благо, не встретив на пути то, что приходило ко мне этой ночью.

Звонить в полицию никто не стал. Я вернулся в общагу и пытался не вспоминать, что произошло, как и мои друзья. Уже сейчас, спустя пару месяцев, я вспоминаю те дни и каждый раз чувствую фантомный запах гнили, слышу эти проклятые стоны.

Оно снится мне каждую неделю. Я пью мощное снотворное и успокоительные, но всё четно. Стоит закрыть глаза, как сразу вижу фигуру, нависшую надо мной. И я не могу ничего с этим сделать. Только лежу в своей кровати и смотрю на него в ответ… каждую ночь…

Лес

Вездесущие лапы ёлок, свисающие вниз, цеплялись за крышу моей машины, стуча по ней, словно сами деревья пытаются сообщить мне, чтобы я был здесь аккуратнее. Но я хорошо знаю эти места, знаю, как надо ездить по местному бездорожью.

На пассажирском сидении качается и дрожит фотоаппарат, чем-то напоминающий мне ребёнка, которого я веду на прогулку в дикие и живописные места.

На самом-то деле у меня нет детей, да и девушки нет. Но есть хобби, о котором я стараюсь не забывать уже на протяжении многих лет – фотоохота.

Почти каждый отпуск я забираюсь в самые дальние от урбанизации и шумных человеков места, чтобы запечатлеть почти не тронутую природу в своём естественном хрупком обличии.

На этот раз мне выпал шанс увидеть глухарей, у них как раз брачный период, во время которого найти их не так сложно по характерному пению и цоканью. Правда, поют они утром, да ещё и всего час, не более, а потому я уже был мысленно готов к ночёвке в машине, если не найду какой-нибудь домик егеря или лесника. Шанс этого мал, но пару раз мне удавалось отыскать жилища тех, кому, так же, как и мне, не по душе вся эта городская суета и людские проблемы.

Погода была хмурой, небо закрыли облака. Как бы не пошёл дождь и не подпортил мне фотоохоту. Проезжая мимо живописных пейзажей, я не ленился остановить авто и, взяв фотоаппарат, сделать пару фотографий. Так передо мной предстали опушка, речка, скрытая от любопытных глаз камышами, и гнездо диких пчёл, к которому я не рискнул близко приближаться.

Через пару часов захотелось заглушить мотор, опустить боковые стёкла и просто насладиться природной тишиной. Ветер колышет ели, заставляя тереться друг об друга, в траве что-то шуршит и не торопится приближаться. Пожалуй, это один из лучших моментов в каждой моей охоте. Я из тех людей, что любят не только глазами, но и ушами.

На лобовое стекло упало несколько маленьких капель, что сразу заставило меня напрячься. По прогнозу ожидался небольшой дождь на пол часа, но уж точно не дневной ливень, это меня успокаивало.

Пора накинуть капюшон на голову и выйди вдохнуть свежий разряжённый воздух, насытившийся ароматом нектара лесных цветов, коры деревьев и речки, что сопровождала меня почти всю дорогу.

В такие моменты понимаешь – жизнь прекрасна. Почему-то всегда я ловлю себя на мысли, что, окунувшись головой в природу, не хочется даже дышать, а уж тем более открывать рот и что-то говорить. Да и не с кем здесь разговаривать, кроме скачущих по веткам белок, пролетающих над головой птиц и квакающих лягушек.

Дождь не начинался, а потому я принял решение оставить машину у дороги, представляющей из себя яму на яме, и отправиться в одном направлении, пока не найду что-то интересное.

Долгие годы опыта нахождения в лесу дали о себе знать. Мне уже совсем не трудно пробираться сквозь заросли травы и низкие ветки деревьев. Только вот под ногами хлюпает, возможно, где-то рядом находится болото. Этому свидетельствует и специфических запах тины и ила. Кто-то сочтёт его мерзким, но я уже так к нему привык, что даже морщиться не начинаю, как только учую.

Всё имеет свой запах: лес, болото, поля и горы. Один раз я был даже в пустыне Египта пару лет назад. И даже она имеет свой запах. Считать, что среди них есть более и менее приятные - наивно. Просто есть такая данность, которую можно принять или пропустить мимо.

Размышляя над всем этим, я вышел к небольшой полянке с старым, вековым дубом, гордо смотрящим на меня сверху вниз. Он был насколько величественен и огромен, что, чтобы обойти его по кругу, мне пришлось прошагать несколько минут. Его толстый ствол чем-то напоминал живот, он был так же вздут. В нескольких метрах от земли находилось дупло, ставшее убежищем для какого-то зверька или птицы. Заметив там пару больших серых перьев, я сделал вывод, что это владения совы.

Такое точно должно уйти со мной в виде пяти-десяти или даже пятнадцати фотографий. Лучше сделать сразу побольше, а уже дома выбирать самые удачные. Тем более, спешить мне уже некуда.

Я принялся за свою работу, подбирая самые интересные ракурсы и играя со светом плывущего по заволоченному облаками солнца. Из-за пасмурной погоды свет этот был мягок, это именно то, что и было мне нужным. Конечно, хотелось бы запечатлеть древесного богатыря, хозяйствующего над округой, на фоне заката, сияющего оранжевым пламенем над тёмно-зелёными концами ёлок, но точно не в этот раз.

Как раз тот факт, что поблизости нет ни одного лиственного дерева, говорил о том, что этот дуб появился здесь не без помощи человека. Может, когда-то давно где-то здесь было поселение, которое поглотило время плывущих веков. Но этот красавец пережил тех, кто его сюда посадил. По виду, он пережил даже их правнуков.

Это одна из лучших моих находок. Я обязательно запомню дорогу сюда и буду навещать дуб и поселившуюся в нём сову хотя-бы раз в год.

Но сейчас меня больше увлекало то, что, вероятно, где-то поблизости могли сохраниться остатки быта и жизни тех, кто жил здесь три, а то и больше, века назад. Я ещё никогда не находил заброшенные русские деревни староверов, это было одной из моих целей.

За Уралом таких поселений много и большинство из них всё ещё не брошено людьми. Они живут отдельно от цивилизации, крайне аккуратно пуская в свой быт современность. Я общался с ними, это были самые добрые люди, которых я встречал!

Пробираясь сквозь валежник упавших елей, покрывшихся белыми грибами паразитами, я не переставал думать об этом. Я готов провести тут несколько дней, у меня ведь даже палатка есть! Спать в машина мне, конечно, безопасней, но если приходится ночевать несколько суток, то лучше обустроить себе место, чтобы с комфортом и без боли в спине и шее продолжать фотоохоту.

Однако, сколько бы я не бродил, ничего не попадалось на глаза. Самым интересным помимо векового дуба стала звериная тропа. Эти тропы намного уже человеческих, неопытный исследователь даже не заметит их и может переступить, чего делать крайне нельзя.

Дело в том, что большинство животных во многом полагаются на свой нос и умение улавливать запахи. Оставив на их тропе свой запах, вы рискуете испортить её и вынудить зверя искать другие пути. А значит, ни фото ловушки, ни прямое выслеживание уже не помогут. Лучше всего находится от этих троп в метрах десяти и не бывать там долго. Ведь даже самые опасные хищники в виде медведей, стай волков и одиноких рысей сделают всё возможное, чтобы не сталкиваться с человеком.

Прошлогодние листья шелестели под ногами, сухие ветки хрустели и предательски выдавали лесу моё присутствие. Охотник должен быть тихим, это и таких, как я, касается. С годами я научился обдумывать каждый шаг, чётко чувствовать поверхность под ногами и замечать почти всё, что было вокруг.

Так я и наткнулся на странную находку, которая заставила меня впасть в ступор и почесать затылок, вылупив глупый взгляд.

Скрываясь в жёлтой листве и зелёной траве, на грязи остался след – отпечаток хождения какой-то птицы. Больше всего меня удивил в нём размер. Он был едва ли не вровень с моим, а у меня далеко не самый маленький размер стопы!

Удивительно! Я хорошо знаю, какие звери, насекомые и птицы водятся в наших краях. Здесь не может быть страусов, чей след я, судя по всему, нашёл. Как такая птица забрела сюда, в такую глушь? Именно это и заинтересовало меня, вызвав детское любопытство. Ведь не может сова или ворона вырасти до таких размеров.

Я прошёл чуть вперёд и почти сразу увидел второй след. У его хозяина три пальца, два передних их которых могут похвастаться нехилыми когтями. Не помню, есть ли у страусов когти? Вроде как нет. Странно.

Не уверен, что хочу встречаться с тем, по чьим следам иду. Кроме ножа, которым я открываю консервы и стругаю ветки, у меня нет никакого оружия на случай нападения хищника.

Внезапно над головой начался шум. Ветер разыгрывается всё сильнее, заставляя ёлки танцевать хоровод. Становится прохладно. В голове уже мелькали мысли о том, чтобы начать возвращаться к оставленной возле дороги машине, но мой азарт был сильнее. Он и привёл меня в странное место.

Продолжая выискивать необычные следы и внимательно осматриваться, я поднял голову и взглянул на окружающие меня деревья, почувствовав неладное. Спустя время я понял, что именно заставляет меня чувствовать тревогу, а оттого стал волноваться ещё сильнее. Куда-то пропали все звуки. Не было слышно ни пения птиц, ни прыгающих по веткам белок. Только ветер свистел и деревья шуршали.

Внутреннее чувство говорило, что это ненормально. Интуиция подсказывала, что нужно немедленно возвращаться назад, что я и хотел сделать, как вдруг увидел впереди дом.

Покосившаяся, деревянная избушка с прогнившими брёвнами и покрытой мхом крышей. Я нашёл, что искал! Дом стоял совершено одиноко, его дверь была раскрыта на распашку и словно манила заглянуть внутрь, что я и собирался сделать.

Подойдя поближе и ещё даже не заглянув в окна, я уже понял, что этот дом не брошенный. В нём недавно были люди. Перед порогом в земле валялось несколько окурков, на внутренней части двери ножом кто-то выскрёбывал заметки, считая либо дни, в течении которых он здесь находился, либо количество дичи, которой ему удалось поймать, если это сторожка охотника, либо ещё что-то.

Что ещё странное, следы большой птицы прервались где-то рядом, именно это и заставило меня проявить всю свою осторожность, обойди дум по кругу и только потом уже войти туда.

Старые доски заскрипели под ногами. Весь сруб завыл, поняв, что в него вошёл человек. Почти сразу почувствовался кислый запах плесени, сырого дерева и, что не так обычно, пороха. Да, это логово любителя охоты, как я и думал.

Сделал ещё несколько шагов, зачем-то оставив дверь открытой. Внутри пусто. Убранство выглядело так, словно тут случилась какая-то драка или, что вероятнее, большой зверь по типу медведя смог как-то открыть дверь и войти внутрь, разворошив всё в поисках чего съестного.

На двух окнах, одно из которых открывало вид на порог, а второе – в глубину чащи леса, появились капли. Пошёл дождь. При чём не просто дождь, а целый ливень!

В том, что дело дрянь, я убедился, когда снаружи послышался раскат грома. Вовремя-же я отыскал эту избушку… Надеюсь, машина не увязнет в грязи, ведь мне придётся тут ночевать, судя по всему. Ведь пока я найду дорогу назад – промокну как собака.

Что-ж, не просто так судьба меня сюда привела. Раз уж я уже здесь, значит осмотрю всё, как следует, приберусь немного, да пофотографию быт лесного охотника.

Из интересного первым на глаза попалось настоящее ружьё, висящее на гвозде прямо над лежаком, на котором было несколько покрывал и маленькая подушка. Трогать оружие я не решился, но вот запечатлеть обязан, иначе не прощу этого себе в будущем.

Найдя в укромном углу веник из упругих сухих веток, я принялся выметать всю грязь и пыль с пола на улицу. Именно это заставило меня увидеть странные тёмные пятна. С первого взгляда понятно – это ничто иное, как кровь.

Нет… ведь не убили же охотника прямо в доме? Не думаю. Не факт даже, что это кровь, да и слишком мало её. Больше похоже, что кто-то разлил какую-то жидкость, впитавшуюся в древесину. Или, что очевиднее, хозяин дома не очень аккуратно разделывал свою добычу.

Попытавшись не обращать на это внимания, я продолжил уборку, встряхнув все покрывала и подушку на лежаке, а затем принявшись и за стол, на котором стояла кастрюля, внутрь которой заглядывать не очень хотелось. Только смотря на неё, я чувствовал рвотный позыв, а открыв крышку, закрыл нос пальцами и отвернулся.

Какая мерзость! Там было что-то похожее на грибной суп, время с которым сделало что-то крайне ужасное. Можно сказать, там развилась самостоятельная экосистема, которая крайне дурно выглядела и ещё хуже пахла.

Я не придумал ничего лучше, чем просто вынести эту кастрюлю на улицу под дождь и пусть тот сам сделает за меня всю работу. После этого запах в доме стал заметно приятнее.

Однако, продолжив разгребать мусор на столе, среди которого были пустые гильзы, золотой крестик на цепи, сгнивший хлеб и пара гвоздей с угольным карандашом, я обратил внимание на листок бумаги, всё это время лежавший под ужасной кастрюлей. Взяв его в руки, я понял, что вполне могу разобрать неаккуратный и торопящийся почерк.

Я не смог разобрать всех слов, к своему счастью, но написано там было что-то подобное: «Закрывайте на ночь дверь, обязательно на засов! Все окна должны быть занавешены, а лучше забиты досками, так надёжнее. Ни в коем случае не шуметь и не отвечать на просьбы впустить или посмотреть в окна. НИКОГДА НЕ СМОТРЕТЬ НА НИХ. Сидеть в темноте бесполезно, если они пришли, значит, точно знают, что вы здесь. Лучше всего пережидать в дальнем углу за шкафом и ждать рассвета. Только утро заставит их уйти...»

Жуть какая… Прочитав это, я почувствовал, как по спине и рукам пробежали мурашки. Уже и так понятно, что это советы по безопасности. Тот, кто писал их, явно сталкивался с теми, на кого запрещает смотреть. Вероятно, он имеет в виду диких животных, часто забредающих сюда. Но, в таком случае, что значат строки «не отвечать на просьбы впустить или посмотреть в окна»? Отвечать кому? Волку? Хозяин этого жилища любил грибные супы, как я уже выяснил.

Что-ж, это пусть и интересно, но не так важно. Кстати. Только после прочтения жуткой записки, я заметил, что окна действительно были когда-то забиты, о чём свидетельствовало большое количество дырок в стенах вокруг и одна доска, свисающая на единственном гвозде.

Честно сказать, с каждой минутой оставаться здесь хотелось всё меньше и меньше. Но уже некуда деваться. Посплю одну ночь и утром же отправлюсь обратно. Да уж, чего только не встретишь в лестных домах…

Организм уже давно просил еды или хотя бы отдыха. Первого я ему дать не мог, все запасы оказались в машине. Разве что шоколадный батончик, уже слегка потёкший, ожидал своего часа в моём нагрудном кармане. Перекусив им, я забрался на лежак и закрыл глаза, надеясь, что ливень прекратится до вечера и я успею вернуться в машину. Но этого не случилось. А всему виной то, что я заснул не на двадцать минут, как того хотел, а на несколько часов!

Вскочив с лежака от боли в спине, ведь спать на нём не так удобно, как хотелось бы, я сразу выглянул в окно и обомлел, увидев, что уже давно на землю спустилась ночь.

Вот же чёрт!

Но было не так обидно, ведь дождь всё ещё шёл, пусть и не с такой силой. Через время он прекратился, но было уже поздно.

В доме стало заметно прохладнее. Я посмотрел на небольшую печку буржуйку, часто присутствующую в подобных домах, и заготовленные заранее наколотые дрова, которые так и просились к ней в топку, набитую пеплом, который я вычистил небольшой лопаткой и выкинул на улицу.

Вдохнув свежий воздух, сразу вспомнил про генератор, стоявший с обратной стороны дома. Да, здесь было электричество, что немного успокаивало. Печка не осветит дом так, как его освещает лампочка.

Подошёл к генератору и пустой канистре рядом. Удача, в нём ещё есть топливо, а значит, в темноте на эту ночь я не останусь. Стоило мне его включить, как по всей ближайшей хвойной круге разнёсся могучий рёв. От такого громкого звука стало даже не по себе, ведь уже несколько часов я нахожусь в полнейшей тишине, перебиваемой только стуком капель об крышу и окна в то время, пока шёл дождь.

Птицы до сих пор не поют. Лес тих и будто бы мёртв. Всматриваясь в кромешную тьму, поселившуюся между стволами елей, мне казалось, что пространство между деревьями сужается, а в вечерней черноте что-то быстро шевелится и смотрит на меня в ответ.

Это чувство, что кто-то пронзает взглядом спину, обычное явления в лесу. Если вы никого не видите, то будьте уверены, вас видят все, кто рядом, и они не спустят с вашей фигуры взгляда, пока вы не уйдёте. Но именно сейчас чувство наблюдения мне не нравилось. Как-то сами собой в голове всплыли воспоминания о следах большой птицы и появилось резкое желание вернуться в дом и закрыть дверь на засов. Так я и сделал.

Затем я подошёл к выключателю на стене и затаил дыхание, протянув указательный палец. Этот момент может решить всё.

Лампочка над головой замерцала, а затем засияла жёлтым тусклым светом, которого было мало, чтобы осветить все тёмные углы этого места, но достаточно, чтобы я стал чувствовать себя немного спокойнее. Гора с плеч.

Почти сразу за окном что-то промелькнуло. Я вздрогнул, уставившись туда и в миг облившись липким холодным потом. Я увидел его краем глаза и это не было похоже на зверя. Высокое и быстро, но тонкое, как человек.

Я невольно уставился на дверь, ожидая, что услышу стук в неё и это окажется хозяин дома, вернувшийся по звуку рёва генератора, но этого не происходило, что наводило меня на жуткие мысли.

Так и оставшаяся лежать на столе записка словно издевалась надо мной за то, что я её не послушал. Так уж и быть, закрою эти чёртовы окна занавесками, чтобы воображение отныне не играло со мной злую шутку.

«Лучше всего попытаться снова заснуть» - подумал я и, забравшись в очередной раз на лежак, перевернулся к стене, погасив свет. Поленья трещали и стучали по металлическим раскалённым стенкам, словно моля выпустить их. В доме становилось теплее, а вот на моей душе – нет. Мне было неуютно и отнюдь не только из-за неудобного лежака.

На улице кто-то был. В лесной тишине я хорошо слышал шаги. Они то становились громче, то отдалялись. Иногда кто-то подходил к окну, я понимал, что он пытается разглядеть в нём меня, иногда приближался к двери, но не дёргал за ручку и не стучал. Его шаги были похожи на человеческие. Животные не ходят так нагло вокруг дома, заглядывая в щели.

Почему я не открыл незнакомцу, не впустил его внутрь? Да потому что мне было страшно. Слова из записки сами вертелись в голове, я не мог собраться с мыслями.

Наконец, не выдержав, я тихо встал, подошёл к окну и, аккуратно приподняв штору, выглянул на улицу. Кромешная темнота, в которой нельзя было различить небо и землю.

Но фигуру, неподвижно стоявшую вплотную к двери, я увидеть смог. Лучше бы я этого не делал... Высокая, человеческая фигура почти под два с половиной метра ростом качалась на ветру, вся в чёрном и с широкими плечами.

Не знаю как, но ночной гость почувствовал, что я за ним слежу. Стоило мне коснуться его взглядом, как он начал медленно поворачивать свою голову, пока не повернул её почти на сто сорок градусов.

Я попятился, едва не упал и, нащупав в темноте выключатель, включил свет. Почти сразу с этим послышалось три негромких, даже в какой-то мере вежливых, стука.

Ком подошёл к горлу, и я не решился как-то ответить, попытался сделать вид, что меня здесь нет. Тогда стуки повторились чуть громче, а возле окна послышались шаги.

– Эй, мужик, открывай давай, холодно же! – прозвучал глухой мужской голос снаружи.

Я встал посреди комнаты, как вкопанный, пялясь на дверь взглядом испуганной косули и не зная, как быть. Может, это путник какой-то, а то и вовсе хозяин дома? А я заперся в его халупе, открывать отказываюсь, не отзываюсь.

Не знаю, как быть…

Моя рука уже потянулась к дверному засову, как вдруг в стекло окна кто-то постучал пальцем, и я вновь вздрогнул. Либо их несколько, либо неизвестный способен ходить довольно бесшумно.

На этот раз я уже подошёл к окну и, взяв всю волу в кулак, отдёрнул штору и увидел лысого худого мужчину. Он стоял в темноте, но его лицо и, почему-то, голый торс, освещал свет из моего окна. Мы смотрели друг на друга, он не произносил ни слова и просто пялился на меня стеклянными глазами. Что-то меня в нём смущало. Даже не то, что на нём нет одежды, что тоже странно. Дело было в нижних конечностях, которые сложно разглядеть в темноте.

Я уже хотел было открыть рот, чтобы поприветствовать его и как-то перебить жуткую и неловкую паузу, как вдруг незнакомец начал подниматься. Тогда-то я понял, что совершил огромную ошибку.

У этой твари не было нижней части ног. Вместо этого торчал только оголённый позвоночник с десятком отростков, напоминающих лапки сороконожки. Создание поднималось на этих самых лапах по стене, забираясь ими на крышу дома.

Я воскликнул, закрыл окно шторами и упал на пятую точку. Сразу с этим в дверь снова постучали, но уже не так, как прежде, а более настойчиво.

– Открывай немедленно! – голос звучал угрожающе, словно это сказал какой-то зверь.

Что-то начало царапать дверь, я слышал, как длинные когти вонзаются в деревянную плоть и прорезают её сверху вниз.

– Идите нахрен! – от испуга огрызнулся я и нарушил ещё одно правило, указанное в письме, которому надо было строго следовать, как оказалось. Я ответил им, хоть это уже мало на что влияло.

В дверь начали ломиться, кто-то бегал вокруг дома и уже не стеснялся стонать, рычать и выть, как сумасшедший. По крыше дома ползала эта гадкая человек-сколопендра, ища в ней дырки, чтобы первой пробраться ко мне внутрь.

Господи, куда я попал, что за ад?! Это всё было похоже на страшный сон, но не являлось таковым.

Взгляд упал на ружьё. Я никогда в жизни не стрелял и не знал, как это делать, но мне было плевать, я схватился за него, как за единственный шанс выжить! Этих тварей много, они стучат в окна, которые пока чудом держатся, пытаются выбить дверь и уговорить меня впустить их, меняя голоса, угрожая, умоляя, а иногда завывая на неизвестном мне языке.

Сжимая в одной руке заряжение ружьё, другой я схватился за листок бумаги и стал перечитывать его, ища своё спасение в неровном почерке. Как же тяжело читать, когда в дом ломятся лесные чудовища, а рука дрожит, словно её бьёт электричество.

Выключать свет бесполезно, они всё равно меня найдут. Я говорил с ними, смотрел на них, делал почти всё, что делать нельзя! Но у меня был шанс. Вся моя жизнь сейчас завесила от крепости окон и надёжности дверного засова, который сдерживал их.

Как было написано, самое безопасное место – угол за шкафом, который специально поставлен так, чтобы за ним мог поместиться человек. Прятаться внутри я не стал, отодвинул его и пролез в узкое пространство, молясь всем богам, которых знал.

Шанс, что меня не найдут, почти нулевой. Но у меня целых два патрона. Попасть бы хотя бы в одну тварь… Утро, наступай же скорее!

Я затаил дыхание, слушая, что происходит на улице. Эти гадкие существа догадались, что проще выбить окна, но те были слишком малы, чтобы пролезть в них.

Я видел, что происходит, через узкую щель между шкафом и стеной. На улице бесновались какие-то дикари с грязными телами, палками на головах, имитирующими рога оленя и камнями в руках, которыми они кидались в дом. Смотря на них, мне казалось, что у меня вот-вот остановится сердце.

Это продолжалось на протяжении многого времени. Дверь упорно старалась не поддаться, хотя в неё ломилось несколько тварей разом. Но и ей пришёл конец.

Я услышал оглушительный звук, похожий чем-то на взрыв, а затем грохот, и понял, что засов треснул и разлетелся, а дверь упала на пол. Почти сразу лампочка стала мерцать. Создания не трогали генератор, им это не нужно. Их волновал только я.

Тяжёлые шаги слышались по дому. Такое-же тяжёлое, хриплое и безумное дыхание звучало так громко, что заставляло мои глаза слезиться. Боже, как от них воняет! Это запах болота, гнили и крови.

Я закрыл свой рот рукой, старался даже не дышать и прижимал к себе холодное ружьё, положив палец на курок.

Затем в доме появилось то, что я увидел первым в окне и не понял сразу, что это монстр. Двухметровая чёрная фигура, покрытая перьями и кожаным плащом с капюшоном, скрывающим лицо, которое всё равно было хорошо видно. Это создание было похоже на что-то между совой и женщиной. Морщинистая кожа натянута на череп, вместо глаз две чёрные впадины, в которых блестят маленькие жемчужины, нос острый и длинный, словно клюв, рот, наполненный острыми зубами, кровожадная улыбка. А вместо ног птичьи лапы, когтями цапающие пол. Вот, чьи следы я видел! Вот, за кем следил, не понимая, что творю…

Высокое существо встало по центру дома, судя по всему, являясь вожаком всего этого безумного сброда монстров и дикарей. Оно внимательно оглядывало каждый угол, пока резко не посмотрело прямо мне в глаза и душу. Я прижался к стене, отодвинулся от щели и зажмурился, тихо всхлипывая.

– Выходи… - вызывающе и зловеще сказало оно мне, - выходи… - повторялось одно слово наглым тоном.

Тварь знала, где я прячусь, она не так тупа, как остальные. И она знала, что я уже никуда не убегу, а потому просто улыбалась и ждала, пока я сам не угожу ей в лапы. Но я этого не делал и тогда на шкафу прям над моей головой появилась большая бледная рука с неестественно длинными пальцами, оканчивающимися жёлтыми когтями.

Я заорал во всё горло и нажал на курок. Уши сразу заложило от невероятно громкого выстрела, но я успел услышать не только его, но и визг одной из тварей, упавшей на пол в крови.

Не теряя ни секунды, я сделал второй последний выстрел, попытавшись задеть эту гуманоидную сову, а затем кинулся сквозь них, но вдруг почувствовал резкую боль в спине и упал на колени. Меня ударили длинной палкой и схватили на ноги, потащив обратно вглубь дома.

Последнее, что я помню, это как в разбитое окно проникают первые лучи солнечного утра. А затем только боль в спине и гулящая тишина, которую перебивало только биение моего сердца.

Я проснулся весь в крови на полу, лежа возле разряженного ружья. По ощущению прошло около часа с момента, как я потерял сознание.

Со стоном перевернувшись на спину и увидев качающуюся лампочку, я, к своему счастью, понял, что вся кровь на мне и на полу – не моя. Но рядом не было ни одного трупа. Все эти твари пропали, оставив разбитые окна, поваленный на бок стол и выбитую дверь.

На улице пели птицы, шелестела хвоя деревьев, а трава покрыта блестящей росой. Я медленно встал на ноги и сел на край лежака, закрыв лицо руками и истерично засмеявшись от понимания, что всё прекратилось. Это самая ужасная ночь в моей жизни.

Не знаю, сколько я просидел так, то смеясь, то рыдая, но в конце концов я встал, поднял с пола свой разбитый в хлам фотоаппарат и вышел на улицу.

Генератор перестал реветь, в нём кончилось топливо. Но мне было не важно, я валю назад. Надеюсь, больше никто не найдёт это чёртово место.

Одарив проклятый дом последним взглядом, я приметил глубокие порезы на всех стенах, а затем развернулся и быстрым шагом пошёл прочь отсюда.

Это была моя последняя фотоохота. Больше я в лес один ни ногой. Перед глазами всё мелькает лицо этой женщины-совы, которая жадно улыбалась, когда вчера смотрела на меня, как на добычу.

Солнечный свет спугнул этих существ, днём я в безопасности. Моя машина цела и невредима. Только сев за руль, я выдохнул с облегчением и, скривившись от боли в спине, нажал на педаль газа и отправился назад в город к людям.

Этот случай навсегда в моей памяти, я никогда не забуду, что со мной произошло, но и не расскажу об этом никому. Мне просто-напросто не поверят и сочтут сумасшедшим.

Уже спустя годы жизни я вспоминаю этот случай и в глубине сознания слышу мерзкий голос, манящий меня обратно в темнолесье… С каждым годом он всё громче и заманчивее… Мне становится всё тяжелее сопротивляться…