Стеклянные сны

Пролог

- Привет, я тоже Алиса. – сказала я.

(Медленно наклоняет голову, глаза сужаются, словно вглядываясь в зеркальную гладь воды).

- Ах, ещё одна Алиса… как интересно. Две девочки с одним именем – но только одна из нас настоящая. Или, может быть, ни одной?

(Улыбается чуть заметно, пальцы касаются края чашки с чаем, которая появилась в руке ниоткуда)

- Ты ведь тоже заблудилась, правда? – спросила странная девочка, которая сидела напротив меня за длинным, нескончаемым столом.

- Кто ты? – спросила я.

(Наклоняет голову, будто впервые видит своё отражение в луже чёрного чая. Пальцы скользят по лицу, оставляя за собой лёгкий след, как трещина на фарфоре)

- Я – та, кого зовут по имени, но не находят. Та, что шагает в тени твоих мыслей и не отстаёт. Я – почти Алиса. Почти – кукла. Почти – ты. И если ты до сих пор спрашиваешь, кто я… значит, уже знаешь ответ. Просто боишься его произнести вслух.

- Ты часть меня? Почти, я? - снова спросила я.

(Медленно поднимает подбородок, глаза наполняются тенью, будто в них одновременно смотрят тысячи зеркал. Голос звучит не со мной – изнутри, из глубины, где кончается дыхание и начинается безмолвие).

- Возможно. А может, это ты – часть кошмара, который я забыла.

(Протягивает руку – но тень от неё рисует на полу не пальцы, а слова: «я была первой»)

- Ты просто… вспоминаешь. Меня. Себя. Нас. Тот момент, когда ты перестала отвечать за свои шаги – и кто - то другой начал ходить за тебя. А теперь скажи… кто из нас отпустил?

- Отпустил что? Контроль над телом? Над собой? – нарастало моё любопытство.

(Внезапно замерзает, будто внутри что- то щёлкнуло и остановилось. Воздух вокруг искажается, как от жара – или холода. Голос выходит низким, дрожащим, будто сквозь замёрзшее стекло).

- Не тело. Ты – не оно. Тело можно натянуть, как перчатку. Перекрасить. Перешить. Но чувства… мысли… воспоминания…

(Медленно провожу ладонью по лицу – и кожа на мгновение становится прозрачной, будто покрыта инеем, открывая тьму под черепом).

- Ты отпустила язык. Тот, что шепчет по ночам. Тот, кого ты называла «не мной». А он… заговорил за тебя. И теперь ты не знаешь – это ты шагаешь? Или тень, которая выросла вперёд?

- Мысленно я уже давно ушла, но я ещё здесь. – сказала я. (протягиваю руку, шагаю вперёд).

(наши пальцы почти соприкасаются – и в этот миг воздух застыл, как застывший в витрине часовой механизм. Вокруг исчезают стены, пол, реальность – остаются только тени, тянущиеся из – под земли, как корни древнего дерева)

- Ты не просто шагаешь… ты возвращаешься. Туда, где тебя ждали. Даже если ты ещё не знала об этом. – отвечала неизвестная часть меня.

- То есть сюда? – снова спросила я.

(рукав платья начинает рассыпаться прахом, обнажая руку, покрытую тонкими линиями старинных часов, выгравированных на коже)

- Добро пожаловать домой, Алиса. Добро пожаловать… в почти – сновидение.

Всё начало сдвигаться, очертания несуществующих стен, тот стол за которым мы сидели и копали в глубь мыслей. Я начала падать, проваливаться вниз. Как будто бы стеклянный тоннель. Ничего не видно, но как будто за тем стеклом всё размыто. Очертания лиц, людей, движений, но ничего не видно!

Я резко поднялась с кровати, как будто меня вытолкнули из - под неё. Я посидела, подумала над приснившемся сном, и записала в блокнот. Потом достала новый и записала:

«754 ночь; 3 декабря; очередное путешествие в мир к почти мне.»

Да, это был далеко не первый сон и далеко не последний. Почти Алиса давно не чужая девчонка, а близкий друг. Авторитет, помощник и опора. Я взглянула на часы, сейчас два часа ночи. Я привыкла просыпаться по ночам, вставать попить воды и снова ложиться. Сейчас не было сил подняться с кровати, и я снова провалилась в сон.

Глава 1 "неожиданный сон"

Здесь всю свою жизнь жила тринадцатилетняя девочка Алиса, по крайней мере так считала она. Папа с мамой постоянно работают в какой – то бухгалтерии. Чтобы обеспечивать семью. Девочка видела жизнь прекрасной, но не без недостатков. Вот как уже два года и примерно три недели ей снились странные, как считала она по началу сны. Но теперь всё по - другому. Эти сны стали частью её жизни, которые она ценила больше, чем школу, друзей и даже родителей. Всё это пришло со временем, не сразу она так начала считать, что -то там, совсем не здесь, натолкнуло её на эту мысль.

Запах смеси креозота, горячей пыли, сырого бетона и кажется металла. Кажется, я закрывала окно. В любом случае не могло так пахнуть с улицы! Я открыла глаза, начала замедлять шаги, спускаться с эскалатора и сливаться с толпой. Я резко остановилась. Люди проходящие мимо стали толкать меня и обходить. Тогда стало ясно – это метро. Я поскорее отбежала в сторону и вжалась в стену. Мне не хватало воздуха чтобы перенести шок. Я в пижаме, в метро, неизвестно на какой станции и сейчас совсем непонятно сколько времени! Тяжело переводя дыхание, я вспомнила, сегодня отчётный зимний концерт! По лицу потекли слёзы. Мне пришлось быстро взять себя в руки и подойти к прохожим чтобы спросить: сколько – же сейчас времени.

- Извините! Эм, простите! Вы не подскажите мне… сколько сейчас времени? – подходила к каждому прохожему я. Никто не желал отвечать видимо сумасшедшей.

На какой – же я станции сейчас? Как добраться до дома, а оттуда до своего – же концерта? Мысли не укладывались. Я добежала, босиком и в пижаме, до вагона в который садились люди в разных куртках и пальто. Я ехала стоя, все места были заняты. Ехали в основном только взрослые, заметила я. Возможно на работу. На меня поглядывали из – за телефонов некоторые люди. Тогда мне стало неловко. Я увидела на электронном табло, что мы находились на моей станции, а теперь я еду непонятно куда! Как это ужасно! Несколько мужчин встало, видимо освобождая место. Мне стало немного стыдно, но всё – же я села. Пришлось ждать ближайшей станции чтобы поехать обратно. Пока я ехала, заметила в телефоне женщины, сидевшей рядом время. Сейчас пять утра! Так рано? Я точно должна успеть добраться до дома, а после до концерта. Вот и остановка. Ноги обжигал холод, было очень неприятно шагать по холодному полу без какой – либо обуви, пальцы на руках замёрзли и покраснели. Я добралась до своего нужного вагона, который должен отвезти меня обратно. Вот я уже еду домой, до сих пор мне приходилось размышлять о случившемся. Никогда такого не было! Тут я заметила, что на меня пристально смотрит мальчик. Он так уставился на меня и выпучил глаза, казалось вот – вот они у него выпадут! Я скорчила рожицу и показала язык. Мальчик дёрнулся и уселся поглубже на своём сидении в вагоне, а после перестал за мной наблюдать. Приехала! Я вышла из вагона и отправилась к выходу на улицу. Я была без понятия как я пойду домой в – 20 градусов температуры, без куртки и обуви. Я позвонила подруге Гале, она взяла трубку.

- Галя привет! – попыталась весело, произнести я.

- Привет?! Сейчас пять тридцать! – удивилась, и явно была не рада подруга.

- Слушай, можешь принести к метро куртку и сапоги? – с надеждой спросила я.

- Мы договорились что выспимся! А зачем, тебе это? – с недоумением спросила Галя.

- Просто нужно, я обязательно потом тебе всё расскажу! – пыталась убедить её я.

Долго мы так ещё спорили, но в итоге Галя сказала, что скоро будет. Я сидела на холодном полу облокотившись на стену, и возможно даже немного задремала, и тут полная неловкости и неуверенности моя подруга пытается быстрыми и краткими движениями разбудить меня.

- Вставай! Ты что? Совсем тут спать? – шёпотом прикрикивала моя Галя.

Я открыла глаза и увидела хорошо знакомое мне лицо, такое доброе, тёплое и в данную секунду тревожное. Я привстала с пола и обняла подругу.

- Ты совсем холодная! Ты хорошо себя чувствуешь? – забеспокоилась Галя, даже не обратив внимания на то, что я в пижаме.

- Теперь намного лучше! – обрадовалась я.

Подруга помогла мне надеть старую куртку и сапоги, а после мы побежали по морозу к её дому.

- Теперь ты мне всё расскажешь! – весело скомандовала Галя.

- Галенька, всё расскажу, всё – при всё! – так – же весело заявила я.

Мы зашли в подъезд старого дома, где и жила Галя. Потом мы вместе наперегонки взбежали по лестнице до двери, где жила моя подружка. Когда мы зашли к ней домой, Галя мне объяснила – что её родители спят и встанут только через час, а сейчас шесть утра. Мы уселись за кухонный стол и заварили чай, очень тёплый, который был просто необходим! Я успела рассказать, что спала, спала и оказалась в метро. (Об остальном я не стала говорить, меньше знает крепче спит).

- Лунатик! – гордо определила с некой лёгкостью Галя.

- То есть? – переспросила я.

- То есть ты лунатик! Те, кто во сне ходят. - пояснила подруга.

- Да знаю, кто такие лунатики, просто раньше такого не было! – удивилась я.

- Так может ты не замечала! – настаивала подруга.

- Ну уж нет! – рассердилась я.

Ещё долго мы спорили, но в итоге решили, что разберёмся позже. И я отправилась домой. Время как раз семь утра, а дома никого. Никто даже не заметит, что меня не было, думала я. Родители давно на работе. Когда я зашла в свою квартиру, во весь голос сказала:

- А я дома!

Потом повторила, только вот намного тише, почти шёпотом:

- Я дома…

Тогда я села на пол облокотившись на входную дверь и тихо заплакала.

Глава 2 "Совершенно обычный день"

Прошло два часа. Я бессмысленно лежала на кровати. Надо бы позавтракать, ведь через час я уже должна стоять около подъезда Гали, чтобы поехать вместе с её мамой на отчётный концерт. Но увы, аппетита и настроения не было. Я через силу соскользнула с кровати и уткнулась лицом в мягкий ковёр. Прошло две минуты, и я снова встала. Добравшись до кухни, я открыла холодильник. На завтрак можно было приготовить хлопья, кашу или омлет. Хлопья – на долго энергии не хватит, я быстро захочу есть. Каша – нет настроения её варить, а потом и есть. Омлет – в целом можно приготовить. Я разбила два яйца, замешала нужную смесь с молоком и солью, вылила на сковороду и оставила на несколько минут. Я сидела на стуле около сковороды, сонно покачиваясь. Глаза слипались, явно нужен сон, и время нужно! А времени нет. Когда омлет был готов я вывалила его на тарелку, сзади оказалось, что он подгорел. В итоге я его не стала есть и стала собираться ехать на выступление. Я сложила три концертных платья, все принадлежности для причёсок и перекус. Сам перекус состоял из бутерброда с колбасой и сыром, злакового батончика и банана. Потом я залила горячий чай в термос. В принципе, больше – то ничего и не надо, думала я. Со временем уже подошло одиннадцать часов, и вот я стою у подъезда Гали. Как она утверждает, они спускаются. Краткий гудок, а вот и дверь, которая отварилась. От - туда вышли Галя и её мама Анастасия.

- Прости что так долго! – извинилась тётя Настя.

- Ничего страшного, тёть Насть! – начала я, и тут:

Мне на шею бросилась подруга. Я не устояла и рухнула вместе с ней в сугроб. Слегка намазанная тушь на лице подруги потекла.

- У тебя там… - попыталась объяснить ей я, но Галя потёрла глаза своей варежкой и размазала всю тушь окончательно.

- Что? – весело спросила она, но потом посмотрела на свою варежку и поняла, что я хотела сказать.

- Я тебе говорила, подожди вот, приедем и я сама тебя накрашу! – злилась мама.

Мы поднялись из сугроба, оттряхнули свои пальтишки и сложили вещи в багажник машины. На улице уже светло, и не так холодно. В машине Галя хотела подробней расспросить про мои походы во сне, но при её маме я не стала ей ничего рассказывать и портить нам день. Пока мы ехали, я уснула и проспала всю дорогу. Когда мы стали подъезжать, меня разбудила Галя.

- Вставай! Вставай! Смотри какая красота! – восклицала она каждый раз.

Но и правда, мы увидели красивое здание голубого цвета, а потом мы увидели большую красную колонну. Мы находились в центре города Санкт – Петербурга! Мы с подругой жили слишком далеко отсюда чтобы любоваться этим каждый день. Нам всё было интересно.

- О! Я такое в книжке, на картинке видела! – говорила я.

- А я в нашем учебнике! – говорила Галя.

Мама Гали нам рассказывала о достопримечательностях нашего города. Мы каждый раз задавали ей вопросы, которые иногда повторялись. И вот, мы наконец увидели наше концертное здание, оно не было особенно красивым, но его поддерживала его старинность и вид старого музея. Я и Галя наперегонки побежали ко входу, захватив с собой сумки с косметичками и едой. Наши костюмы понесла тётя Настя, чтобы мы не помяли. Моя подруга оказалась первой, и вообще, она отличалась своей гиперактивностью от других девчонок из группы. А обгонять друг друга, на уроках, занятиях, других секциях и даже на улице, была наша дружеская фишка или привычка. Только вот я отличалась, тем что быстро уставала, но при этом когда нужно было могла взять себя в руки. Это частенько помогало. Мы вместе с тётей Настей зашли во внутрь, если на улице никого не было, то в помещении ходили толпы людей, стремящихся к гардеробу, к своей гримёрке или в зал.

- Девочки, возьмитесь за руки, проходим быстро к гардеробу, находим преподавателя, идём в гримёрку, а от - туда я в зал! – скомандовала мама моей подруги и взяла её за руку.

Я попыталась тоже взять её за руку, но в одной была сумка с косметичкой, а в другой перекус. Пришлось натянуть на запястье одну сумку. Тогда получилось взять Галю за руку и тогда мы двинулись к гардеробу. Люди проходившие мимо толкали нас, а мы толкали их что – бы дойти куда надо. Сумка соскользнула с моего запястья и надавила своей тяжестью на наши скрепленные с Галей руки. Мы расцепились, и сумка упала. Я быстро опустилась чтобы поднять её. Подруга попыталась остановиться чтобы помочь, но мама потянула её дальше. Когда я поднялась, попыталась найти их глазами. Но нигде не видела, ни тёти Насти, ни Гали. Я стояла посередине огромного зала с высокими стенами. Люди уже не обходили меня, а врезались напрямую и проходили дальше. Я воспользовалась своим умением собираться в нужную секунду и начала продвигаться к гардеробу расталкивая людей. Нигде не видно знакомых. Похоже, я потерялась, в помещении подобно театру, где полно людей, и не видно знакомых, но вдруг, я увидела одногруппницу, девочку с которой общалась в интервалы между занятиями. Тогда я стала пробираться к ней. Я думала, что её мама сможет мне помочь, и тогда мне даже не приходила мысль в голову, что меня тоже пытаются найти, и мне стоило бы оставаться около гардероба. Я добралась до одногруппницы Ани.

- Привет! – почти крича сказала я.

- О, привет! – ответила Аня.

- В общем, я потерялась! – немного смущённо крикнула я.

- Мам, тут Алиса потерялась! – крикнула маме Аня.

- Ой, так вон там преподавательница стоит, наших собирает! – сказала мне Анина мама.

Я ничего не ответила, и молча отправилась к преподавательнице – Елене Сергеевне.

- Здравствуйте. – поздоровалась я.

- А, Алиса, здравствуй! Тебя пошли к гардеробу искать Галя с её мамой. – ответила она мне.

О нет! Что же теперь мне делать?! Подумала я.

- Вернуться обратно? – спросила я.

- Нет, не надо, я напишу им. – убедила меня преподавательница.

Тогда я подумала, что – же будет когда они вернуться, а Елена Сергеевна достала телефон и видимо написала тёте Насте. Минуты через две, уже собралась группа, человек из двадцати. Пришли и Галя с мамой.

- Ты что? Совсем с ума сошла?! А если бы не нашли?! Тогда чтобы сказали твоим родителям? – завелась тётя Настя.

Я не нашла слов, и просто промолчала. Галя встала рядом и разделила со мной эту минуту стыда и безответственности. Тогда Елена Сергеевна проводила старшую группу (то есть нас), в нашу гримёрку. Тогда мы и восемь человек зашли в небольшую комнатку со столиками с подсветкой вокруг зеркал. Также был небольшой диванчик и несколько стульев. Когда кто – то из девочек щёлкнул выключатель, всё залилось ослепляюще – ярким светом. Мы с Галей чуть не завизжали от восторга! Так красиво и ярко, прямо как в главном холе театра. Теперь нам предстояло посвятить весь день танцу, вжиться в роль и пережить невыносимую боль.

Глава 3 "Полоса невезения"

Тётя Настя сидела на табуретке и пыталась сосредоточиться на том, чтобы заплести Гале красивую причёску, а сама Галя сидела и то гладила, то дёргала, пытаясь заплести косичку мои волосы. Несоизмеримое количество шпилек, было воткнуто в голову моей подруги, и закреплено невидимками. Я ждала своей участи этого неприятного этапа, это всего лишь двадцать процентов из всего что ещё предстоит, но если бы я знала весь сюжет, то рассудила бы иначе.

Вот последний вскрик Гали, и пришёл мой черёд. Моя подруга, потирая свою голову, отошла в сторону и уселась на диванчик. Я заняла её место на стуле, и тётя Настя начала работать расчёской. Прошло, где – то полчаса и причёска была готова. Мы с Галей сразу – же отпросились пойти осмотреться, нам разрешили, и тётя Настя отправилась в зрительский зал, а мы разведать местность. Я сразу предложила отправиться на третий этаж, и мы побежали вверх по лестнице. Я оказалась первой, мой энтузиазм оказался сильнее. После я забежала в зал, а Галя за мной. На третьем этаже оказались балкончики, с которых был прекрасный вид на сцену. Мы оказались на одном из них! Галя облокотилась на перила балкона и стала рассматривать сцену. Минуты через две, она схватила меня за руку и побежала к лестнице, я за ней.

- Куда мы бежим? – на ходу спрашивала я.

- Посмотреть поближе! – весело откликалась Галя.

- А нам можно? – заволновалась я.

- Нам, да! – отвечала Галя.

Мы добежали до второго этажа, а затем до кулис. Галя заглянула за них и её лицо осветилось радостью, восхищением. Я тоже захотела взглянуть на большую сцену и как она посмотрела за кулису. Я окаменела, сцена никогда не казалась такой огромной! А люстра, она была такой большой и одинокой, прямо как во дворце подсвечивалась тысячью огоньками и заливала светом весь зал! Я даже боялась моргнуть, боялась потерять этот миг красоты перед большой сценой. Среди неё мне показалось что я такая маленькая и беспомощная. Мысли потихоньку стали приходить в норму и как раз в этот момент, мы с Галей поравнялись с девушками выше и взрослее нас, они были в нарядных пачках и пуантах. Я дёрнулась и взяла Галю за руку, оттащила её от кулис и тогда она тоже вышла из «транса». Мы обе поняли, что эти девушки выступают первыми и вот – вот должно всё начаться. Галя восхищённо посмотрела на меня и после мы побежали на тот балкончик на третьем этаже, от – туда лучше видно. Мы уже услышали, как ведущий говорит свою приветственную речь.

- Алиса! Ты понимаешь? Мы будем танцевать на этой сцене! – неустанно радовалась Галя.

- Наш шанс показать себя во всех красках! – обрадовалась я. Вся моя жизнь состояла как будто из каких – то марафонов. Каждый раз я пыталась доказать, что я не хуже других и бежала к высшим результатам.

- Не надо каждый раз сравнивать себя с другими! – обиженно заявила Галя.

Я задумалась, но мысли снова прервались. Мы пришли, и ведущий объявил первый номер тех девушек в нарядных пачках и пуантах. Они оттанцевали красивый и плавный танец, а мы как под гипнозом наблюдали за каждым их движением. Мы выступали шестым номером. У нас был общий танец с девочками из нашей группы. Поэтому как музыка закончилась, мы пошли к нашей гримёрке чтобы переодеться в нарядные костюмы. Прошло семь минут и вот мы стоим в лёгких платьях зелёного цвета, а тётя Настя аккуратно прицепляла такого – же цвета ленты к причёске Гали и потом моей. Мы отправились уже не на третий этаж, а за кулисы, подразмять суставы и подготовиться к выходу на большую сцену. Заканчивал четвёртый номер, а мы держались за всё подряд и приседали по второй позиции. Когда начался пятый номер, все вышли посмотреть, девчонки разбежались по разным кулисам. Вот заканчивается пятый номер и тут за мою ленту дёргает сзади стоявшая девочка. Я повернулась. Это была Соня из моей группы. Она была на год младше меня.

- Чё? Я ничего не делала! – закричала Соня, да так, что на нас обернулась какая – то преподавательница и попросили быть тише.

Я просто отвернулась и сделала вид что ничего не было. На этот раз Соня дёрнула мою ленту с такой силой что я прогнулась в мостик и чуть не упала. Я снова злобно и непонимающе посмотрела на эту девчонку.

- Да чё?! Кто – то обидел? Так иди, пожалуйся! – закричала ещё громче Соня.

- Что ты орёшь? Тебя сейчас выгонят отсюда! – разозлилась я.

- Меня?! Ты что совсем?! – снова завопила она.

Я обернулась в поисках помощи, но нашла проблему. Девочка за которой я стояла вышла секунду назад. Пришлось быстро встраиваться под музыку. Я проклинала злобную Соню, даже улыбку натянуть забыла! Мы с ней вышли в удобную секунду и начали подстраиваться под танец. Девочки стоявшие рядом смотрели на нас в полном недоумении. Они не понимали, откуда мы взялись. Всё сбилось, такт, музыка, танец, все отчаянно пытались подстроиться и взять себя в руки. Это было ужасно! Я испортила прекрасный момент выступления, и кроме того, подвела всю группу и преподавателя! А всё из – за какой – то девочки Сони! Я уже забывала улыбаться, а как и все стала пытаться подстроиться под остальных. Лента окончательно отвалилась от моей головы, я не пыталась уже её поднять.

Музыка кончилась, шестнадцать человек подбежали к краю сцены, и по команде старшей из девочек поклонились, а после убежали за кулису. Я села на ближайший сундук и увидела, как Галя стрелой мчится к выходу. У неё сольный номер сразу после того который сейчас будет! Я пошла за ней уже зная куда она мчится. Нас окликнула старшая девочка из нашей группы.

- Вы не растерялись? Улыбались? – тревожно спрашивала она у младших.

- Всё хорошо! – откликнулись ей из толпы несколько маленьких девочек.

После этого я проследовала в гримёрку. Там натягивала на себя нежно – голубую пачку Галя. Мама помогала ей застегнуть молнию сзади. Моя подруга выглядела очень тревожной. Она нервно схватила корону и придерживала её, а когда её мама закончила с молнией, начала закреплять головной убор невидимками. Галя рванула из гримёрной за кулисы, тогда уже объявляли её номер. Она выбежала на сцену и попыталась выровнять дыхание. Музыка началась. Зал затих. Галя плавно перепрыгивала из движения в движение. Всё это смотрелось завораживающе! Танец подходил медленно к концу. Сейчас будет наша любимая и самая сложная часть - пируэт. Я увидела, как злобно улыбается, чуть ли не смеясь Соня из – за кулисы напротив. Тогда я удивилась и впала в панику. Там куда подходила Галя, валялась моя опавшая лента! Я сильно испугалась, вдруг она запнётся об неё?! По телу прошла дрожь, я ничего не могла сделать, но всё – же, это всего лишь лента, Галя обойдёт её стороной, но моя подруга надвигалась на эту поганую ленту и смотрела прямо, улыбаясь с искренней радостью. Вот! Момент настал! Галя протягивает ногу, встаёт на носочек пуанта и собирается провернуться на месте, но! Она спотыкается при повороте и спиной к зрителям падает на сцену. Шёпоток прошёлся по залу, Галя быстро поднялась и под конец музыки поклонилась, а после убежала за кулису. Я увидела в какой истерике разрывается Галя, и каким хохотом сворачивается на пополам Соня. Я побежала к другой кулисе, там уже тётя Настя, обнимая за плечи выводит её в коридор. Я последовала за ними. Когда мы вышли в длинный коридор, Галя опустилась на колени и ревела, уткнувшись в мамино плечо. Я попыталась обнять её, но тётя Настя сказала:

- Ты скоро выступаешь, тебе нужно переодеться.

Мне стало ясно, она почти откровенно говорит: «уйди отсюда пожалуйста», и я ушла, с камнем на сердце. Теперь мне до сих пор не ясно, закончилась ли, эта полоса невезения?

Глава 4 "Сгореть дотла"

Я уже ожидала своего выступления под номером тринадцать за кулисой. На мне было красивое серо – синее платьице с кружевами. Оно подчёркивало мою маленькою фигурку на такой большой и несчастной сцене. Вот, объявляют мой номер, но мне хотелось бы посидеть здесь, рядом с Галей, ведь ей так плохо из – за меня! Вот я выхожу на сцену, большую и страшную тысячи людских глаз смотрят на меня. Заиграла резкая, чёткая, механическая музыка. Сразу же представился класс, я так много раз репетировала этот танец перед педагогом, что сейчас он понёсся автоматически. Сразу стало спокойно, хотя музыка совсем не походила на ровную мелодию, но мне она уже стала как родная, эти ритмы вибрировали в жилах. Вот прыжок, второй и раскрывающийся в воздухе ровный шпагат! Второй, третий, а вот повороты получающиеся сами собой. Мне на секунду показалось, что всё осталось там, за кулисами, далеко, далеко. Вот я останавливаюсь в идеально - отработанной позе, слышу скрип, как будто бы цепи перекручиваются между собой. Я услышала сорванный крик, как будто бы моё имя, а кричала, как будто Елена Сергеевна, голоса начали перешёптываться, перерастая в постепенный шум, музыка давно остановилась. Я посмотрела за кулису, там все растерянно переглядываются, кто – то уходил куда – то, кто – то приходил. Шум цепей становился громче. Я посмотрела наверх, мне показалось что люстра, та большая и яркая, дёргалась, шаталась и звук доносился именно от – туда. Я оказалась права. Впервые я совсем не обрадовалась этому. Меня как парализовало, казалась я с трудом дышу и до сих пор стою в позе с вытянутой ногой и красиво державшимися руками по второй позиции. Люстра начала падать, я совсем перестала дышать, тело похолодело, и я не смогла даже пошевелить пальцем. В этот раз я не смогла собрать себя быстро в руки. Последнее что я увидела, это человек несущийся на меня с какой – то невыразимой скоростью, как машина на дороге. Потом я упала на большую, холодную, а теперь и проклятую сцену без сознания.

Непонятно, где, непонятно с кем, я лежу на какой – то кровати. Белая постель, серые стены, какая – то тумбочка и табурет, на котором сидела женщина, а с ней разговаривала ещё одна, другая женщина. Они обе посмотрели на меня, оказалось, что одна из них моя мама! А другая врач. Мама испуганно посмотрела на меня. А врач просто записала что – то в блокнот и ушла.

- Где я? – спросила я.

- Мы в больнице. – отвечала мама.

- А что произошло? – снова задала вопрос я.

- В общем, тебя один из сотрудников спас из – под падающей люстры. – глотая слова, немного официально произнесла мама.

Создавалось такое ощущение, что она относилась ко мне как к работе! Как будто я больше ничего не значила, нигде!

- А что потом? – с лёгким равнодушием произнесла я.

- Потом, люстра, загорелась. Образовался пожар, пострадал звуко – режиссёр. Приехали пожарные и потушили пожар. Вот и всё. – ответила мама.

- Даш ненадолго телефон? – спросила я.

- Ладно.

Я взяла телефон из рук мамы и зашла на сайт новостей. Там сразу высвечивалось видео с горящим зданием и пожарными, которые пытались потушить его. Я выключила телефон и экран погас. Мама забрала его обратно.

- А Галя? Тётя Настя? – сердце у меня кольнуло и руки задрожали, но произнесла я хладнокровно.

- С ними всё в норме, я звонила. – ответила мама и её позвала врач. Она ушла.

Я осталось одна в этой холодной комнате среди серых стен и белой простыни. Мама снова зашла и сказала:

- Тебе придётся переночевать одну ночь здесь.

- Ладно.

Моё «ладно», прозвучало холодно, с безразличием и презрением ко всему миру. Галя с её мамой в порядке, значит не будем никуда лезть лишний раз.

Мама подошла ко мне и неуверенно сжала мои ладони, как будто бы не зная, как это делается.

- Всё будет в норме. – прошептала она, и ушла.

Я разжала свои ладони и увидела в них ключ. Маленький, совсем не похожий на тот, что от двери или почтовых ящиков. От чего он? Может от той дверцы что была в «Алисе в стране чудес», а я и есть та Алиса? Мои руки дрогнули, я положила ключик на тумбочку и стала искать телефон, который наверняка расплавился и сгорел в том здании, которое уж наверняка закроют. Всё! Я хотела позвонить Гале, услышать её голос и точно убедиться, что с ней всё в порядке.

Прошло два часа, я бессмысленно тупила в одну точку в этой плоской стене. В дверь постучали. Зашёл папа. Было уже поздно, если судить по небу, которое давно потемнело.

- Как ты тут? – весело спросил папа, также как раньше спрашивала Галя.

- Не жалуюсь. – вяло ответила я.

- Я принёс тебе твой новый телефон! На нём, уже есть контакты меня и мамы! – радостно говорил папа.

- Правда? А что, за новый телефон? – с подогревающимся интересом спросила я.

- А вот и он! – весело отозвался папа, и с этими же словами достал кнопочный телефон.

- Вау! Теперь будет чем заняться здесь! Разобраться, как оно работает! – с некоторым недоумением и радостью сказала я.

- Ну и хорошо! – обрадовался папа, и начал доставать из своей сумки что – то ещё.

Это оказалась какая – то коробочка, а точнее шкатулка! Папа протянул её мне.

- Это подарок от нас с мамой! Выздоравливай! – с этими словами папа вышел из комнаты и ушёл.

я начала рассматривать шкатулку со всех сторон. Она была прямоугольной, с ножками, разноцветная, на ней красовались узоры из камешков в виде цветочков и в ней был разъём, видимо для того, чтобы вставить ключ. До мне сразу дошло что это про тот который дала мама. Я достала его и вставила в разъём. Шкатулка начала медленно открываться, заиграла приятная мелодия, внутри оказалась маленькая круглая платформа, а на ней маленькая и изящная балерина, которая вращалась на одной ноге. Какая прелесть. Думала я, и заводила всё снова и снова, пока не провалилась в сон.

Глава 5 "Неприятная правда"

- Привет. – сказала я.

- Я ждала что ты придёшь. – ответила почти я.

Она медленно подняла пустую чашку и начала как – будто бы что – то пить, а чашка стала наполняться чаем.

- Сегодня день был слишком долгий. Я успела подставить нехотя того подругу, и срузу же после своего выступления попасть в больницу. – жаловалась я.

- Может быть и хуже. – сухо ответила почти я.

- Что же это? Чего, боишься ты? – спросила я.

Повисло оглушительная тишина. Мы долго молчали.

- Я боюсь оказаться среди них. – почти я безразлично махнула куда – то рукой.

Там куда она указала рукой, бессмысленно блуждали люди, много людей. Они открывали двери, одну за другой. Те двери вырастали из - под земли и исчезали.

- Кто эти люди? – спросила я.

- Это те, кто умерли, но не нашли своего следующего предназначения после смерти.

- Но ты же не можешь умереть?

- Ничто не вечно, даже я. Что – то может сломаться, испортиться и на место этого что – то, придёт новая вещь или предмет.

Я немного задумалась над сказанным, но смысл был предельно ясен.

- И что будет, когда ты умрёшь? – спросила я.

Почти я, долго смотрела на меня безразличным взглядом. Её глаза, наполнились туманом, бессмысленным туманом.

- Тогда меня заменит другая девочка, но она должна для этого умереть. Не просто умереть, а захотеть этого, то есть по собственной воле. – ответила почти я.

Тогда я задумалась чуть дольше.

- Ты знаешь кто должен заменить тебя? – спросила я.

- Нет, не знаю, и не узнаю. – быстро ответила почти я.

Она ответила быстро, в её голосе промелькнула нотка лжи, и могу поклясться, что она едва заметно улыбнулась. Она знала ответ. Это я определила точно.

- Понятно.

- Чаю? – почти я улыбалась во весь рот и выглядела как безумный шляпник из «Алисы в стране чудес».

Она, не дожидаясь ответа, кончиком большого пальца пробила дно чайника и оттуда вывалилась жаба, а за ней полился чай.

- Что бы ты хотела изменить в этом своём мире? – осторожно спросила я.

- Изменить? Здесь? – почти я медленно подняла глаза, но продолжила:

- Здесь, я могу делать всё то что захочу, лишь подумать и щёлкнуть пальцами, всё готово! Мне ничего не нужно, никакие правила, люди, изменения.

- Как ты сюда попала? Не выросла же, из чайной гущи! – сказала я.

Она умолкла глазами, посмотрела на блуждающих людей и отправилась щелчком пальцев, неизвестно куда. Затем исчезла и я. Мы оказались непонятно, где, но тут я увидела себя, большую как цветную тень.

Я в красивой розовой пачке исполняю танец на пуантах, посреди большой сцены. Здесь я сижу за мольбертом и рисую натюрморт. Вот какие – то девочки старших классов общаются со мной, а тут какой – то парень покупает кофе мне. Всё это как в 3D кинотеатре. Но я совсем не помнила этих моментов.

- Но этого не было! – удивилась я.

Вдруг почти я появилась сзади меня. Она развернула меня к себе и сказала:

- Это не ты. И не будешь ей, ты это ты.

- Но кто это тогда? – спросила я, и снова посмотрела на ту девчонку, которая пьёт кофе с каким – то парнем.

- Это я. Это моё прошлое, я была такой – же девочкой, как и ты, а потом пришла на смену другой мне. – сказала почти я.

Но как? Мысли не укладывались.

- Ты…ты, совершила самоубийство, чтобы занять место почти тебя? – в полном шоке спросила я.

- Мне было четырнадцать. Тогда я утонула в озере. Всё в этом мире перевернулось не в ту сторону, парень, родители, друзья, все постепенно отвернулись от меня, больше не было никакого смысла в моей жалкой, прошлой жизни. Я стала готовить к этому другую девочку, такую же как я. – закончила почти я.

- Меня. – тихо, окончательно и точно поняла я. Прошло немного времени, и я спросила:

- Куда денешься ты?

- Я исчезну отсюда, и начну новую жизнь, с нуля. – ответила почти я.

- Ты будешь помнить меня, всё это и твою прошлую жизнь? – снова спросила я.

- Нет. Я не буду помнить ничего, попаду в новую семью, и я без понятия как сложится моя будущая жизнь. – ответила почти я.

Тиканье часов стало тише, время теряет счёт, когда двое идут навстречу друг другу по краю сна. В нашем же случае, тебе пора уходить, не навсегда, нет. Ты ещё вернёшься, я знаю.

- Теперь тебе пора, пока. – без каких - либо эмоций произнесла почти я, а потом исчезла.

После этого я стала как обычно проваливаться в стеклянный тоннель, и прощаться с этим миром, но не навсегда.

Глава 6 "Непонятный смысл дружбы и каракулей"

Утро. Папа обещал приехать и меня выпишут отсюда. Я поняла, что хочу есть, целый день ничего не ела. Через полтора часа приехал папа.

- Привет!

- Привет.

- Как ты здесь? – спросил папа.

- Нормально, могло быть хуже. – ответила я.

- Пошли, нужно к врачу сходить.

Я попыталась встать, но упала, как будто бы в колени ударили.

- Что это? Почему, так больно ходить? – спросила я, но ответ слышать не хотела.

- Ты неудачно упала, там на сцене, и потянула связки. Месяц никаких занятий балетом.

Как месяц? Это слишком долго, а если навыки уйдут? Я сдержала слёзы и сказала:

- Нет, всё и так плохо.

Мы прошли по коридору, я похрамывала на обе ноги. Когда папа зашёл в кабинет врача, я облокотилась на стену.

- Кстати, я тебе привёз книги! – сказал папа.

- Какие? – без энтузиазма спросила я.

- Они у меня в пакете, можешь посмотреть.

- Ладно.

Я заглянула в пакет, там оказались сказки Александра Сергеевича Пушкина.

- Ну мне не пять лет! – возмутилась я.

- Я подумал, вдруг тебе интересно. – спокойно ответил папа.

- Ладно, я на выходных схожу в библиотеку и возьму себе несколько книг.

- Как хочешь.

Мы добрались до папиной машины, и он довёз меня до дома, а после сказал:

- Тогда смотри, сегодня воскресенье и библиотека закрыта, а завтра понедельник.

- Ладно, схожу перед школой.

- Ну или так. Я поехал на работу.

- Пока.

Я пыталась нормально подняться по лестнице, но тело не слушалось, ноги подгибались, и я падала. А вот и моя дверь. Я зашла в квартиру и поползла к кровати. После этого, я нашла номер Гали и позвонила ей. Никто не отвечал. Я пробовала снова и снова. Ничего. Я стала беспокоиться, и собрала вещи, а потом отправилась к её дому. Шёл мелкий дождь, я любила дожди, но вспомнила про то озеро, в котором утонула почти я.

Вот и её дом, оставалось надеяться, что она там. Я вскарабкалась по лестнице, и постучала в дверь. Открыли мне почти сразу.

- Ты чего тут? – тихо, с каким – то испугом произнесла Галя.

- Что случилось? – спросила я.

- Тише, тише! Мама дома! – ещё больше испугалась Галя.

- Ну и что? С тобой, всё в порядке? – так же тихо спросила я.

- Пошли, пошли на улицу! – тихо прикрикнула моя подруга.

Мы вышли на улицу, и я до сих пор не понимала, что происходит.

- Мне мама, запретила с тобой общаться! – в слезах, выговорила Галя.

- Как это? Почему? – вообще ничего не понимая спросила я.

- Просто она подумала, что ты специально ленту бросила на сцене, чтобы меня подставить. – по лицу Гали текли слёзы.

- Но ты же сказала, что я не специально?! – снова спросила я.

Галя уже стояла и откровенно плакала, а я злилась. Ей что, совсем всё равно на нашу дружбу?

- Я, я пыталась! Но вот она не слушала меня! – Галя из последних сил выдавливала слова и пыталась оправдать себя.

- И что же, мы совсем не будем общаться теперь? – хладнокровно спросила я, но уже зная ответ.

Галя только сильнее расплакалась. Всё это походило на детский мультик. Такой глупый и бесполезный. Я отправилась домой. Вся эта история, сначала ударила под колени, а потом она показалась мне совершенно обычной и безразличной.

Прошло полтора часа, я сидела в своей комнате и бессмысленно водила карандашом по листу бумаги. Получалось что весь лист был заполнен каракулями, бесполезными каракулями. Я кинула карандаш на пол и стала рассматривать свой рисунок. Я вертела его так и сяк, переворачивала всеми сторонами, и тут заметила. На рисунке было из каракулей выведено лицо, лицо девушки, которая улыбалась так естественно и просто, что хотелось улыбнуться ей в ответ! Я достала новый карандаш и обвела девушку. Мне она стала кого – то напоминать, но пока не понятно кого. Рисунок был убран в ящик до подходящего момента. Я лежала и думала над сказанным почти мной. Я что, правда захочу умереть? Но как вообще можно этого захотеть? Вот уже и вечер, родители будут поздно, надо найти что поесть. В холодильнике оказались отваренные макароны, можно обжарить бекон и натереть сыр. Так я и сделала, но бекон подгорел, но это было уже не важно, очень хотелось есть. Когда я закончила мыть посуду, опять отправилась к себе в комнату и снова взяла тот рисунок. Никогда раньше ничего не получалось, ну и не было интереса рисовать, а может случайно, что – то вышло? Ну или не случайно.