Старик и Волк

Глава 1

Отшумели бои, отгремели раскаты бомбёжек, догорели дома и судьбы. По советской стране летела прекрасная птица-весть Победа. Не только радости, но и горя принесла Победа в сердца людей. Да, война закончилась, да, не нужно прятаться от самолётов, но вернуться к сгоревшему дому, пройдя через всю страну, было тяжело и больно. Не увидеть родное лицо в неровных рядах вернувшихся, ножом безумия разрывало сердце исстрадавшихся женщин, которых жили лишь надеждой.

Страна рыдала, ликовала, но неуклонно восстанавливалась. Тогда в северный город пришла новая беда. Пришла она зимой.

Первую жертву обнаружили в разрушенном доме. Случайно, прохожие заметили. Мало кого в те годы, мог удивить труп, но в милицию сообщили и тело забрали. Молодой человек, тридцати лет, фронтовик, убит ножом в спину.

Особых зацепок не было и все бы забылось, когда обнаружили вторую жертву. На ступенях гранитной набережной лежал ещё один мужчина с дырой в спине. Сорок лет, только устроился работать на завод, шел со смены, не дошел.

Чекисты озадачились этими убийствами. Возможно, это шпионы, которые убивают советских граждан... После войны и не такое бывало. Вскоре, жертвы посыпались как из рога изобилия. Было видно, что убийца почувствовал безнаказанность и вошёл во вкус. Все следы заботливо скрывал снег. Огласки делу не давали, но слухи пошли, и люди стали бояться. Особенно мужчины. Именно их убивал таинственный потрошитель.

- Леша, не убегай от бабушки, мне тебя не догнать! - пожилая женщина безуспешно пыталась поймать розовощекого карапуза, который радостно смеясь, бежал прочь. Оглянувшись на бабушку, Леша не заметил, как приблизился к

немолодому мужчине, гуляющему по парку. С разбегу малыш врезался в ноги дяденьке и упал на подтаявший снег. Мужчина оглянулся, увидел маленького мальчика и, бежавшую к нему, грузную бабушку. Он наклонился к малышу, попытался улыбнуться, но увидел ужас в глазах мальчика. Оставались считанные мгновения до начала детской истерики. Чтобы не слышать крик и причитания бабки, мужчина поспешил удалиться, оставив мальчика истерично

орать, а бабушку охать и успокаивать внука. Какой ужас увидели детские глаза тогда в лице того человека никто не

узнает, потому что Леша, с того дня больше не произнес ни слова. Ну вот и дожил, старая башка, уже дети боятся. - мужчина захлопнул дверь в квартиру на последнем этаже и, привычно говорил сам с собой.

Наступила весна и убийства прекратились. Постепенно, волна поисков сошла на нет, да и мало было сотрудников после войны, а время было неспокойное. Хозяин квартиры на верхнем этаже больше не выходил на улицу.

Сергей вышел на кухню и взглянул в окно. «В этом городе бывает солнце? По-моему, тут всегда ноябрь». За окном было пасмурно, и жёлтые фонари освещали грязный заснеженный двор. «Вот и новый бесполезный день». Сергей давно мечтал уехать из страны туда, где тепло, солнечно и есть море, но обстоятельства всегда были против. То жена не хочет за границу, то на работе должность и зарплату поднимут... В общем, все было за то, чтобы не дергаться и сидеть на попе ровно. Английский учить бесполезно, если не пользоваться, спортом заниматься вредно, есть печальный опыт спортивных травм. Наверно, судьба такая - жить как все и не высовываться. Да и чем там за границей заниматься? Таксистом работать? Что за жизнь у таксиста - мигранта? Сейчас послушаешь телевизор, так там у них не лучше чем здесь, а то и хуже. Здесь хоть жить есть где, на еду заработать можно, язык учить не надо, все проще. Через десять лет уже сорок стукнет, как жить вообще?

Сергей съел завтрак, почистил зубы, оделся и вышел в мерзость ноябрьского утра. «Истинно так, ноябрь - самый длинный месяц в этом городе».

Около офиса запарковаться было негде, пришлось кататься по узким дворам, чтобы найти местечко. Хмурые коллеги собирались на своих местах, нехотя делились новостями и исчезали за мониторами. Самый приятный момент утра на работе - это кофе в узком кругу. Сергей со своим коллегой и двумя девушками из других отделов, всегда завтракали уже после одиннадцати, так наверняка, им никто не мешал. Но кофе выпит, булочки съедены, шутки рассказаны, комплименты развешены. Пора снова за работу. Потом обед, ещё несколько часов и домой. Сон, ранний подъем в ноябрьское утро. «Самый, сука, длинный»!

Как же душно, надоела эта духота. Но открыть окно и пустить в комнату шум и смрад осточертевшего города? Никогда. Я задохнусь здесь, но не вдохну больше ни грамма этого смрада. Все что мне нужно, у меня есть. Соседка принесет поесть, приготовить могу и сам. Скрипнуло старое кресло. Какое оно удобное. Сколько лет я сижу на этом кресле? Двадцать или сорок? Оно знает меня лучше, чем кто-то еще в этом мире. Даже старая пружинная кровать в углу так меня не знает. Когда я сплю на ней, то это не я. Во сне я другой, во сне я Там... Зачем я храню этого дурацкого деревянного орла? Хотел в горы? Дурак! Кому ты там нужен, ты старый и никчемный... Ты даже не человек. Когда ты еще выходил на улицу - дети плакали от твоего взгляда. Дети видят пустоту в твоих глазах.

А эта картина на стене у окна. Опять эти горы? Море? Яхта? Чайки? ЧУШЬ!!!! Все это чушь и бред. Все это иллюзия. Это для кого-то другого, с другой планеты, из другого времени, из другой Вселенной. Помню... Всегда хотелось на море, хотелось спускаться с подножия горы, проходить сквозь редкий сосновый лес, вдыхать аромат хвои, смешанный с соленым запахом моря. Опять размечтался старый дурак! Море - это выдумки, сосен не существует, а из запахов бывает лишь, пыль, клопы и вонь немытого тела. Вот мой мир! Вот моя Вселенная.

Темнеет, наконец-то солнечный свет не будет пробиваться сквозь дыры в плотной занавеске. Скоро ночь. Скоро спать. Ненавижу спать. Во сне я Там... Что ты на меня уставился с таким упреком, глупый деревянный орел? Посмотри, сколько книг в шкафу, на котором ты стоишь. Ты читал хоть одну? А я прочитал их всех и некоторые даже по несколько раз. Так что не смей винить меня в чем-то. Что ты понимаешь? Если бы не был последней памятью

об отце, я бы давно сжег тебя в печке.

Отец, кто ты? Ты же был, почему я тебя не помню? Куда ты пропал? Почему я помню себя только с детского дома, когда мне было лет шесть? Эти противные надзиратели никогда не отвечали мне на вопросы про тебя. Матери у меня не было, это я знаю. Ну конечно была женщина, которая произвела меня на свет. Наверно она тебе очень нравилась в какой-то момент, раз я умудрился появиться. Но ты был, когда закрываю глаза - чувствую твои сильные руки. Помню запах табака. Твой голос. И этот орел. Он в моих воспоминаниях. Его мне передали в день выпуска из детского дома. Сказали, что принесла какая-то женщина и просила отдать мне в память об отце. Кто была эта женщина? Мать? Твоя любовница? Дева Мария? Какая разница. Орел на шкафу и время не идет ему на пользу. Как и мне. Может уже пора тебе

отправляться на свалку? Сейчас я тебя достану и выброшу, чтобы не смотрел на меня своими деревянными глазами. Где этот чертов табурет, без него мне не дотянуться до орла. Вот он. Ну, иди сюда, птица, которая была деревом....

Пролетая над темнеющим лесом, орел увидел жертву. Какой жирный заяц там внизу. Уже пикируя вниз, он увидел, что это вовсе и не заяц, а седая полысевшая голова старика, который пришел к концу своего пути, так и не побывав на нем. Нельзя жить так долго вдали от Пути. Пора возвращаться.

Яркий свет, он ослепляет, но глазам не больно. Вокруг ничего, пустота и яркий свет. Даже тела нет, ни рук, ни ног, ни головы, только свет.

- С возвращением! - приятный и такой знакомый голос. - Давно тебя не видно было.

- Ты кто?

- О, да, время губительно. Ты так давно не был дома, так далеко бродил, что забыл меня.

- Я был дома, на меня упал этот орёл, я в больнице?

- Ну, частично, да. Что от тебя осталось, окажется на время в больнице, но ненадолго.

- Я, что, умер?

- Там умер, здесь вернулся, все как обычно.

- А ты кто? Бог?

«Смех»

- Можешь называть так, если тебе удобно.

- А где тогда вся эта мишура, про которую болтали глупые бабки? Врата, апостол Петр, и прочие радости. Ну, или хотя бы, пламя, кипящие котлы и вопли грешников?

- Зачем тебе это? Мало было ада там, на Земле?

- Да уж, нахлебался. Если ты - бог, то знаешь, что я там творил...

- Конечно знаю, я все знаю, с самого начала.

- Слушай, а почему голос у тебя такой знакомый, я уже умирал?

«Смех»

- Уморил. Конечно, умирал и рождался, это непрерывный процесс. А голос знакомый, потому что ты слышишь его всю жизнь в своей голове. Так звучат твои мысли.

- То есть, ты озвучиваешь мысли людей?

- Ну, ты совсем-то меня не унижай. Я не озвучиваю, просто голос един у всех нас.

- Нас? И у тебя есть мысли?

- А чем я хуже? У тебя и у меня и у всех. Разницы нет, мы все - единое.

- Интересно. Почему я не помню этого, если ты говоришь, что я уже умирал?

- Помнить это не нужно, иначе жить будет неинтересно. Каждому нужно начинать путь с чистого листа. А то получится, как игра с cheat-кодами...

- С чем?

- Не бери в голову, в твое время это ещё не изобрели.

- Ты был в будущем?

- Ну конечно, просто будущего нет, как и прошлого, все в этот момент и одновременно, а время, лишь иллюзия движения.

- Скажи, бог, почему ты позволил мне убивать?

- Я не судья тебе, вы сами договорились перед возвращением, что они станут твоими жертвами. Тебе хотелось такого опыта.

- Что-то произошло в детстве, я не помню. Что-то важное.

- Да, ты свернул с пути очень рано, но это было необходимо, чтобы выполнить твой заказ.

- Я могу увидеть этот момент?

- Конечно, он ведь происходит прямо сейчас, смотри...

Сумерки. Серость вокруг скрашивает желтый свет от фонаря. Снег, все в снегу. Снег быстро летит в свете лампы под конусообразном колпаком. Скоро наступит ночь. Надо торопиться. Папина рука, такая теплая и сухая, моя ладошка полностью скрыта в его руке. Папа - сильный и единственный на Земле родной человек. Его длинное черное пальто, шляпа. Я поглядываю наверх на него, лица не видно. Мы торопимся. Нам надо успеть. Мы почти бежим. Точнее бегу я, а папа просто идет широко шагая. Мне не страшно, ведь рядом с папой ничего произойти не может.

Они ждали у фонаря. Вот уже наш дом совсем рядом, не дошли совсем немного. Вот детская площадка с грибком, на которой я играл летом. Три фигуры отделились от столба и двинулись нам на встречу. Я не помню их лиц. Все произошло быстро. Папа резко встал между ними и мной. Они молчали, молчал и он. Папа упал почти сразу. Они стали бить его ногами по голове, он лежал, закрывая голову руками. Потом один из них достал что-то из кармана. Вспышка, хлопок, папа дернулся и перестал двигаться. Фигуры не оглядываясь убежали в сторону нашего дома.

Не было слез, я кричал у трупа папы, крик был без звука. Душа замерзла мгновенно, когда пришло осознание, что теперь я навсегда один. Снег падал на папино пальто. Тишина.

- Ух ты, я вспомнил, как было холодно. Ведь с того момента, я больше не жил.

- Ну почему же? Ты жил и делал все, что хотел. Просто в тот момент, свернул на дальний путь. Какой бы путь ты не выбрал, он приведет тебя сюда.

- Но ведь была жизнь, была война, был завод, много чего было. До «тех жертв».

- Это не жизнь, дорогой, это ожидание. Если бы движение времени было настоящим, я бы сказал, ты потратил его зря.

- Но это моя жизнь.

- Любил ли ты кого-то после смерти папы? Нет. Радовался ли? Нет? Ты получил то, что хотел, а прожил двадцать лет не выходя из дома. Погряз в собственных обвинениях, эти двадцать лет ты варился в своем котле греха. Я не виню тебя, ты сам все сделал, а ведь изначально, судьба у тебя была другая. Жизнь в горах, у моря.

- Ну, можно же все исправить? Сам же говорил, что все здесь и сейчас.

- Исправить, что уже есть, нельзя, но можно сделать по-новому. Это твое желание? Отдыхать не будешь? Сразу в бой?

- Спасибо, Господи, наотдыхался уже, надо жить!

- Ну, хорошо, вот тебе жизнь. Судьба схожая, если справишься, то и море и горы будут. Да и время другое, без войны. Но вот без отца придется опять. Пойдет?

- Пойдет, я готов.

- Хорошо, ты как осознаешь себя, сразу бы действовать начинай и помни про волка!

Вот и новый год, а значит скоро весна. Новые надежды. Не самый простой год был, да ещё это расставание...

... Помни про волка!

«Какого такого волка?»

Странное решение дать россиянам десять дней выходных в начале года. Не все могут позволить себе отдых в жарких странах, не все любят зимние виды спорта. По-моему, летом было бы логичнее дать людям отдохнуть, прибавить к отпуску дни, может, и голова бы отдохнула и сознание посветлело. Но нашим властителям виднее. Народ спивается и это очень удобно.

Что-то случилось в этот год. Стал смотреть на мир иначе, что-ли? Будто медведь проснулся от спячки. Но ещё сонный, брожу по берлоге и не могу понять - где я и как отсюда выбраться. Какие-то мысли про волка лезут. Сплошные зоологические ассоциации.

Жизнь действительно меняется к лучшему. Тяжёлые расставания приводят к новым знакомствам. Нудная работа открывает двери новым возможностям. Сформированные желания неожиданно сбываются, несмотря, на их смелость. Захотелось творить и радоваться.

Ноябрь, такой длинный и грязный стал удивительным месяцем, когда преподнёс маленький свёрток с глазками-бусинками. Новая работа, такая непонятная и сложная обернулась интересным и прибыльным делом. Захотелось узнать больше, что и как устроено в этой жизни, почему бывает так, а не иначе. Почему желания сбываются, но не все. Захотелось познать суть.

Когда человек начинает поиск, то обязательно находит путь. Точнее, вспоминает свой путь, возвращается на него. Этот путь полон перекрестков и, выходя на один из них, человек задаёт вопрос «Куда дальше?» И получает ответ. Движение всегда верное, всегда правильное. Только в действии можно обрести свой путь. Губительно - простаивать на месте, тогда человек начинает терять себя.

Сергей выбрал движение и нашел ответы внутри себя. Он осознал, что внутри есть все ответы, все отгадки, все секреты, там есть Всё! Рядом оказывались люди, которые могли помочь, которые постигли какие-то уровни саморазвития и несли в себе знания. Когда Сергей искал, он находил. Один учитель взглянул на Сергея и увидел холод. Это груз, который был из другой жизни. Холод, безмолвный, отрешенный, как бездна, как глаза мальчика Лёши, сидящего на снегу и смотрящего вслед удаляющемуся монстру.

Любую проблему внутри нас мы в силах разрешить, нужно просто на бояться, рассмотреть ее со всех сторон, а потом просто сдуть с ладони, как пух одуванчика. Но, иногда, то что находится внутри может пугать. Так было и с Сергеем. Он не был один, рядом был опытный человек. Нужно идти, спускаться внутрь своей вселенной и что там, доступно лишь тебе!

Отсчёт: «Десять, девять, восемь, спускаюсь все глубже, семь, полностью расслаблен, шесть, пять, четыре, все глубже, три, два, один...» Темнота. Случалось ли вам заходить в абсолютно пустой и темный спортивный зал? То ещё удовольствие... А теперь, представьте, что у зала нет стен, нет потолка, есть только ощущение, что ты в пещере, размеры которой тебе не постичь. Ты идёшь или летишь, неясно, привычных ощущений на физическом плане нет. Но двигаешься, однозначно. Слышишь голос учителя: «Иди дальше, ничего не бойся. Там где ты сейчас нет никого, кто был бы сильнее тебя».

Мелькают черные тени. Да, черные в черной темноте. Их больше ощущаешь, чем видишь. Страха нет, но комфорта тоже. Глаза постепенно открывают для себя грани темноты и вот, она уже не монолит, уже заметны острые пики скал. Как змеиные клыки они устремлены вверх. Под ногами осыпается каменистая порода. Теперь, я полностью осознаю себя здесь. Да, я тут не одинок. Есть попутчики. Но надо идти, они безопасны. Надо идти глубже.

Первая волна холода сковывает тело. Как будто, натыкаешься на стену изо льда. Дальше хода нет? Учитель твердит: «Не бойся, иди дальше, я рядом!» Вторая волна сильно пугает. На физическом уровне ощущаю, как что-то мечется внутри меня.

- Ладно, выходи, что там случилось?

- Я видел какого-то монстра, видел снег, видел кровь. Потом пришел холод. И он стоит рядом. Справа.

- Хорошо, не бойся. Если он был внутри, то это не враг, а друг. Просто поменяй отношение, просто приручи его.

Снова отсчёт и снова скалы. Теперь я знаю куда идти. А вот и он. Огромный, злобный, оскаленный. Что ты там охраняешь? Я иду к тебе и кладу руку на твою голову. Без страха. Ты принял меня, успокоился. Я глажу тебя по большой шерстяной голове, держу тебя за мягкую холку, пальцы утопают в серой шерсти. Такая сила и мощь, и это мой друг, это моя сила. Дальше мы вместе.

Что охранял огромный зверь? Видно плохо. Ночь, снег, фонарь, двое - мужчина и мальчик.

- Ты нашел свою точку заморозки, - сказал учитель. - теперь отправляй туда своего Зверя.

Снег так и идет, он почти покрыл две фигуры. Лежащую фигуру мужчины и молча рыдающего маленького мальчика, стоящего на коленях рядом. Как здесь холодно. Зверь невольно поежился и приблизился к мальчику. Именно мальчик был источником холода, а не снег и ветер. Теперь этот мальчик - его хозяин на века. Он уткнулся мальчику в грудь, обжигающую холодом, а потом аккуратно взял его зубами за одежду и унес во тьму. Мальчика так и не нашли.

Стало легче дышать, жизнь изменила свои характеристики. Кажется, что добавилось ещё одно измерение. Многое стало ясно и элементарно. Посмотришь на человека и уже видны его проблемы, а поговоришь, так все становится явно. Но мало кому нужна помощь какого-то Сергея. Люди ищут помощи у тех, кто сначала вложился в рекламу, потом прочитал пару книг по психологии, ничего там не понял, но возомнил себя мессией и открыл курс по личностному росту. Признаться, у Сергея тоже была идея открыть свою школу, но это быстро прошло. Он понял, что вести за собой никого не надо, что он идёт своим путем, а люди идут своими путями и это прекрасно. Ведь, когда ты можешь по своему пути, все что на нём - только твое. А когда уныло плетешься по вытоптанной тропе за толпой, там уже ничего нет, только объедки и мусор. Это открытие стало для Сергея откровением. Он стал иначе смотреть на окружающих, уважать их стремления и внутренний мир. Конечно, большинство людей проживает чужую жизнь, которая им навязана, но это их выбор и пусть так будет. Когда кто-то подойдёт и скажет: «Расскажи, что ты знаешь», тогда можно и поделиться, но не раньше. Лучшей рекламой успеху может стать сам успех, поэтому, его сначала надо достигнуть, а потом и вопросы пойдут. Иногда Сергей думал, кто был тот старик, куда ушел волк и что за странное место он посещал в медитации, но ответа не было и, в то же время, ответ лежал на поверхности. Во всяком случае, этот опыт был, и он что-то изменил, что-то разморозил. Этот лёд сдерживал порывы души. А сейчас - полная свобода и неограниченные возможности. Все для меня и моего удовольствия!