Сшитые: история четвёртая

Глава 1

Их голоса особенно сильно слышно по ночам. Вот уже неделю они выли, кричали, умоляли выпустить их. Если подойти ближе, то слышно, как скребут они своими ногтями по дереву. Ни днём, ни ночью их голоса не замолкают. Крики продолжаются постоянно.

Ангелина выглядывала в окно украдкой, чтобы её не заметили. Странные люди, папа их называет одержимыми, ходят теперь повсюду. Особенно они любят прогуливаться по городскому кладбищу. Иногда они приходят к могилам и слушают крик, доносящийся из-под земли. Но одержимые не торопятся её раскапывать, они словно чего-то ждут.

Дом, в котором живёт девочка, рядом с кладбищем. Так удобней её отцу, работающему гробовщиком. С детства Ангелина наблюдает за тем, как папа роет могилы. Это его обычный рабочий день. Пара ям за смену роются довольно быстро при помощи небольшого экскаватора. Достаточно пару раз зачерпнуть ковшом, а затем лопатой подровнять края. И всё, могилка готова. После этого на кладбище появляется процессия людей. Они несут гроб, смотрят в него перед тем, как опустить в землю. А когда появляется курган, ещё какое-то время остаются на территории кладбища. Ангелина наблюдает за происходящим из окна. Ей хорошо видны силуэты людей. Чем больше на кладбище появляется свежих могил, тем дальше очередная похоронная процессия. Она любит смотреть на то, как люди отправляют своих родных и близких в последний путь. Вот только последнюю неделю никто никого не хоронит.

Мир изменился. Теперь одержимые ходят по городу. И папа говорит, что так происходит повсюду.

А затем появились крики тех, кого уже предали земле. И это вызывает очень жуткие чувства. Ангелина всегда относилась спокойно к похоронам и плачу людей, потерявших своих родственников. Но когда стали кричать сами мертвецы, это показалось четырнадцатилетнему подростку уже чересчур.

Ангелина всматривается в окно. Её комната погружена в темноту. Она уже давно не зажигает свечей. Свет отключился пару дней назад, но даже когда он ещё работал, папа запрещал использовать его. Свет в окнах привлекает одержимых. Они начинают собираться вокруг дома и не уходят, пока не получат своё. А им надо только лишь попасть внутрь и забрать очередное тело. Души их не интересуют. Им нужны тела, в которые они, словно в сосуды, помещают свои мрачные сущности.

Откуда Ангелина всё это знает? Из книг. У отца в рабочем кабинете сотни книг по демонологии, и Ангелина прочитала практически всё. Особенно ей всегда хотелось прочесть Некрономикон. Но эта книга, в толстом переплёте, под замком. Отец держит фолиант в сейфе и лишь однажды показал его дочери.

— Эта книга даст ответы на все наши вопросы, — произнёс Вадим, бережно проводя ладонью по обложке книги. — Но до того момента она должна быть скрыта от посторонних глаз.

Ангелина не понимала, о каком именно моменте говорил отец. Что может случиться в мире такого, чтобы Некрономикон мог пригодиться. И видимо, она слишком плохо знала этот мир. Поскольку, когда пять дней назад первый одержимый оказался на пороге их дома, Ангелина поняла: он ищет именно эту книгу.

Все одержимые в Безродном искали Некрономикон.

Человек с чёрными глазами осматривал их дом, словно оценивая расположение комнат. Затем несколько раз по кругу обходил фасад. Вадим всё это время наблюдал за непрошенным гостем, но не делает никаких попыток выйти на встречу с монстром. Мужчина говорил дочери, что одержимые не смогут войти без приглашения, поэтому они всячески пытаются воздействовать на хозяина. А если с ними не вступать в разговор, то тогда им ничего не останется, как просто уйти.

— А если они захотят сжечь наш дом? — спросила Ангелина.

— Не сожгут, — с уверенностью ответил Вадим и взглядом указал в сторону сейфа, спрятанного за книжным шкафом. — Им нужна эта книга. Они не станут так рисковать.

— И долго нам придётся здесь ждать?

Мужчина пожимает плечами. На этот счёт у него не было точного ответа.

— Думаю, вначале они обойдут все дома в Безродном и, когда не найдут книги, придут сюда.

— И что тогда? — не унимается Ангелина. Она не хочет ждать того момента, когда все одержимые соберутся вокруг их дома.

— К тому моменту мы уже должны будем покинуть этот дом. Вместе с книгой.

Ангелина не могла себе представить, как у них получится покинуть город. После того как объявили об эпидемии, Безродный закрыли. На границе военные отлавливали тех, кто пытался сбежать. За пределами города никто не говорил об одержимых. Их называли сумасшедшими, больными, инфицированными. Когда ещё работал интернет, Ангелина успела посмотреть несколько роликов, на которых беженцы пытались пересечь границу городского округа. Военные не церемонились с ними. А вот одержимые, даже не собирались уходить. Они оставались в городе, продолжая свои поиски.

Ангелина и сама делала несколько роликов, опубликовав их в интернете. В одном из них она рассказала о том, как не впускать одержимых в свой дом. Но, к сожалению, вскоре в городе пропало электричество.

Вадим долгое время проводил в своём кабинете. Иногда Ангелина тихонько подходила к двери и слушала. Мужчина бормотал себе под нос, перекладывая книги с места на место. Он постоянно задавался вопросом, как демоны могли выбраться из преисподней.

— Они не могли сделать это сами, — шептал Вадим, переворачивая страницу за страницей. Теперь Некрономикон чаще оказывался у него в руках. — Кто-то призвал их. Кто-то посеял эту заразу на нашей земле.

Он вновь проваливался в изучения книги, а спустя несколько часов, ложился на диван, где засыпал до самого утра. Весь рабочий кабинет завален бумагами, книгами и записями. Вадим ищет ответы, которые помогут остановить апокалипсис.

В этот вечер Вадим вновь опустился на диван, тяжело дыша. Он просидел за книгами семь часов, отчего глаза болели и хотелось на время забыться сном.

Ангелина заглядывает в рабочий кабинет, когда отец уже дремлет. Иногда он произносит несвязанные обрывки фраз.

Девочка плавно скользит по кабинету, перешагивая через раскрытые на полу книги. Вадим, перед тем как пуститься в бега, хочет что-то найти. Он никогда не говорил о своей цели, но Ангелина понимает, насколько важна эта информация. Возможно, впервые в истории человечества знания демонолога оказались важней всех остальных. Ни один учёный не мог дать объяснение происходящему в Безродном. Военные смогли лишь закрыть границы, но если демоны решат выйти за пределы города, то оружие их не остановит. Только Некромномикон удерживает монстров в приделах города. И Вадим пытается найти ту часть книги, которая позволит остановить хаос.

Он делал каждый день сотни записей и заметок. Пытался выявить причину и найти решение. Но вместо этого проваливался всё глубже в открывающийся перед ним хаос. Книга давала возможность узнать такие тайны, о которых мужчина не мог даже помыслить. Ангелина видела, как её отец в иной раз реагирует на очередную переведённую главу. Некрономикон написан на арабском языке, отчего скорость перевода ограничивалась скромными знаниями могильщика. Первые дни Вадим пользовался онлайн-переводчиком, а когда погас свет, пришлось достать словарь.

Мужчина дни напролёт, выписывает ритуалы и пояснения к ним. Он несколько раз перечитывает полученный текст, редактирует и складывает в специальную папку. Затем в конце рабочего дня берёт переводы, пробегая по ним взглядом. Таким образом Вадим переводил весь Некрономикон от корки до корки.

Ангелина осматривает рабочий кабинет. В сгущающихся сумерках он кажется бездонной пропастью. Стены, состоящие из книжных стеллажей, смотрели на девочку пустыми полками. Большинство книг на полу в стопках. Некоторые разбросаны. На рабочем столе кучи исписанной бумаги, несколько огарков свечей и Некрономикон в раскрытом виде. Не спеша обойдя рабочий стол, Ангелина заглядывает в книгу. На пожелтевших от времени страницах выведен текст. Тёмно-коричневыми чернилами, размашистым почерком на арабском языке, тянутся ровные, аккуратные письмена. Первая страница заполнена рукописью, на второй рисунок. Огромное нагромождение массы человеческих тел, сшитых между собой. Но при этом общая форма сшитых выглядела как один человек. На самом верху с десятка два голов, на уровне пояса, вновь головы, искажённые муками боли. Также лица можно разглядеть на руках и ногах. Рядом, словно для примера, нарисован человек, и он в три раза ниже существа.

— Сшитые, — проговаривает сквозь сон Вадим.

Ангелина смотрит на отца. Она не может себе представить, какие ужасы он вынужден переводить в поисках ответов.

Не удивительно, что демоны охотятся за книгой. Возможно, для них, Некрономикон как Библия для православных — Священное Писание, в котором находятся ответы на все вопросы.

Ангелина смотрит исписанные папиным почерком листы. На одном из них надпись: СШИТЫЕ.

Ниже текст:

Магический ритуал, признанный защитить тело от демонического проникновения.

Демоны не способны проникнуть в человеческое тело без разрешения, но они могут внушать мысли и образы. Таким образом, управляя человеком, демон становится его хозяином. Нередко находясь под воздействием чёрных чар, человек, впадая в безумие, впускает демона.

Ритуал, описанный в этой главе, даёт возможность сохранить тело...

Ангелина отрывает взгляд от текста.

— Сохранить тело, — шепчет она, — но не душу. Ни слова про душу.

Чем меньше тел получат демоны, тем меньше будет их армия. В идеале воины ада захотят получить всё человечество. Но сделать они это смогут только после прихода Антихриста...

Вадим вновь стонет, переворачиваясь на диване, и открывает глаза. Несколько секунд он смотрит на свою дочь.

— Папа? — шепчет Ангелина, не сводя с него взгляд.

Мужчина медленно поднимается, садится на край дивана. Он смотрит в сторону окна. Дождь по-прежнему омывает стёкла. Вспышки молний освещают подступы к дому, и в один из таких моментов перед домом появляются десятки людей. Они стоят на поляне и подъездной дороге, смотрят в сторону окон.

— Ищут, — шепчет Вадим.

Ангелина подходит к дивану, опускается на пол и кладёт голову на колени отцу. Он медленно гладит её по волосам.

— Но я в отличие от них нашёл, что искал, — продолжает Вадим, — поэтому они все здесь. Мне кажется, они знают, что их книгу пытаются прочесть. Чем больше я перевожу страниц, тем больше их собирается под нашими окнами.

— И ещё мертвецы, они так громко стали кричать, — добавляет Ангелина. — Когда мы сможем уйти из города?

— Скоро. Очень скоро. Как только я закончу с книгой.

Вадим встаёт с дивана и подходит к окну. Демоны смотрят на него, словно манекены, омываемые дождём. Они так сильно хотят попасть в его дом, что готовы стоять здесь круглые сутки.

***

Ангелина уже в кровати, когда отец вновь садится за перевод книги. Она слушает завывание ветра. Наблюдает за игрой теней, рождающихся во вспышках молний. Пытается игнорировать крики мертвецов. Иногда ветер уносит голоса далеко от дома, и эти моменты кажутся Ангелине затишьем.

Она думает про отца, про то, как они будут убегать из города. Ангелина никогда не покидала Безродное. Отец не возил её на море, и бабушки в деревне у неё не было. Всю свою жизнь она видела только один пейзаж. Поэтому перспектива уехать, пусть даже и в такое опасное время, казалась лучшим решением. Она больше не может находиться в этих стенах. Крики мертвецов надоели ей. Они не просят их откопать, а просто кричат. Словно одичавшие звери.

— Помогите!

Их крики никогда не звучат как слова. Но Ангелина не обращает внимания на ветер, сложивший обрывки звуков в голос. А её воображение помогло достроить не хватающие фрагменты...

— Помогите! Кто-нибудь!

Ангелина приподнимается на кровати. Она смотрит в сторону окна. Нет, это не ветер. Это голос. Кто-то кричит под окнами их дома.

Она быстро спрыгивает с кровати. Прильнув к окну, девочка видит человека. Он одет в пижаму. Весь перепачканный в грязи, шатаясь на ветру, мужчина вглядывался в окна. Неподалёку стоят одержимые, но его не трогают.

— Это приманка! — раздаётся голос из-за спины.

Ангелина оборачивается, отец, тихонько приоткрыв дверь, заходит в комнату.

— Я уже догадалась, — отвечает Ангелина.

Мужчина на улице опускается на землю. Правая ступня у него перемотана тканью. По всей видимости, человек получил травму.

— Ты же знаешь, что мы не должны делать? — спрашивает Вадим.

— Мы не должны вестись на провокации, — отвечает Ангелина.

— Хорошо. Тогда я могу оставить тебя одну и пойти работать дальше?

— Конечно, — она улыбается отцу, — только я не могу понять, почему они привели к нашему дому в качестве приманки, душевно больного человека.

Вадим удивлённо смотрит в окно. Мужчина на газоне уже лежит на спине, раскинув руки в стороны. Дождевая вода падает на лицо, но он продолжает смотреть в небо, тяжело дыша.

— В прошлом году мы ездили с волонтёрской группой в пансионат для душевно больных, — продолжает Ангелина. — Который на краю города. Так вот, все пациенты там были вот в таких полосатых пижамах. Даниил ещё сказал, что обязательно попросит маму сшить ему такую же. Вот идиот.

— Точно, душевно больные люди, некоторые из них свободны от демонов, — говорит Вадим, глядя в окно на незнакомца.

— Что? Почему? — удивилась девочка.

— Всегда считалось, что душевно больные, они же юродивые, наиболее остальных приближены к Богу. Большинство очень быстро впадают в безумие, если есть благодатная почва, но есть и те, кто, наоборот, остаётся неприступным для тёмных сил. Именно они могли быть и прорицателями, и целителями и даже проповедниками. Но со временем необходимость в таких людях исчезла, и их стали называть сумасшедшими.

— И изолировали от общества, — добавляет Ангелина, понимая, к чему клонит отец, — впустишь его?

— А ты как думаешь? Нужно?

— Давай попробуем, — улыбается Ангелина. — Я возьму соль.

— Я биту.

Они выходят из комнаты и спускаются на первый этаж. Соль в избытке лежит в каждой комнате. По несколько пачек в зале и кухне. Ещё одна возле входной двери. По пачке в спальных комнатах и в рабочем кабинете. Каждая из них открыта. Ангелина зачерпнула горсть, приготовившись возле входной двери. Вадим тем временем обильно облил бейсбольную биту святой водой.

— Готовы? — спрашивает он.

Ангелина кивает и открывает дверь.

Мужчина, лежавший на улице в потоках грязи, поднимает голову. Увидев хозяина дома, он тут же машет рукой, пытаясь подняться с газонной травы.

— Помогите мне, — кричит он, хромая в сторону дома.

— У него что-то с ногой, — обращает внимание Ангелина.

Вадим выходит на крыльцо, оглядываясь. Одержимые стоят возле двора. Человек пять. Они смотрят в его сторону. Но как только незнакомец приблизился к крыльцу, один из одержимых в мгновение ока перемещается ближе, встав между ними. Теперь он смотрел чёрными глазами на Вадима.

— Уходи с моей земли! — приказывает Вадим, махнув рукой. Но одержимый остаётся стоять на месте. Он скалит зубы в кривой улыбке.

Незнакомец замирает, опасаясь чудовища. До спасительного дома, где его могут принять, оставалось всего несколько шагов.

Одержимый делает шаг по направлению к хозяину дома, и в тот же момент раздаётся крик со стороны кладбища настолько пронзительный, что все, включая собравшихся одержимых, поворачивают в ту сторону. Сквозь ливень на территории кладбища видны люди. Двое, одетые в балахоны и с лопатами в руках, роют могилу, в то время как третий стоит рядом на коленях. Это женщина, она закрывала ладонями лицо и плакала, слушая нарастающий из могилы крик.

— Какого дьявола они делают? — спрашивает Вадим.

— Выкапывают своих родственников, — отзывается Ангелина, — демоны управляют ими, заставляя сходить с ума.

Двое мужчин, продолжают раскидывать мокрую землю, углубляясь вниз.

— Нужно торопиться, — Вадим быстрым шагом направляется в сторону одержимого.

Тот переводит на него взгляд и хотел уже напасть на Вадима, но вдруг незнакомец нападает на одержимого со спины. В первую секунду на лице одержимого замешательство. Незнакомец схватил его за плечи, повиснув на его спине. Одержимый делает всего один резкий жест, и мужчина, слетев, падает в грязь, но этого времени хватает Вадиму. Он подскакивает к месту действия и наносит удар битой по лицу одержимому. Тот ревёт, шатается, и по его лицу расползаются чёрные трещины, из которых тут же валит дым.

— Работает, — говорит Вадим — святая вода работает!

Схватив незнакомца под руку, Вадим волочит его в сторону дома. Остальные одержимые начинают перемещаться к крыльцу. Один из них оказывается в метре от мужчин. Раскрыв клыкастую пасть, он рычит и атакует. Удар приходится Вадиму в грудь, и мужчина отлетает в сторону. Бита выпадает из руки, падая в лужу. Незнакомец хватает одержимого за плечо, разворачивает к себе лицом, и монстр тут же извергает в него свой неистовый рёв. Но незнакомец даже не шелохнулся, он хватает за шею чудовище, сжав пальцы. Одержимый в ответ слегка озадаченно смотрит на нападавшего и совершенно спокойно разводит его руки в стороны.

— Вот чёрт, — шепчет мужчина.

— Демон, — поправляет его соперник. И в этот же момент на голову одержимому высыпается целая пачка соли.

Взревев от боли, существо смахивает с головы соль, при этом метаясь из стороны в стороны. Ангелина рискнула, спустившись с крыльца, но другого выхода не было. Незнакомец тут же подхватывает Вадима, и они спешат в дом. Остальные одержимые сгрудились возле крыльца. Они провожают взглядами своих соперников, не спеша ввязываться в потасовку.

Захлопнув входную дверь, все трое падают на пол в прихожей. Ангелина сжимает в руках пустую пачку соли, а Вадим, лёжа на животе, уткнулся лбом в пол.

— Смогли, — говорит мужчина, — Но я потерял биту.

— Зато живы, — отвечает Ангелина.

Она садится на полу и осматривает незнакомца. Мужчина в пижаме с логотипом психоневрологического диспансера. Перепачканный грязью, взлохмаченный. Но вот его взгляд не принадлежал человеку сумасшедшему. Немного растерянный, возможно даже замкнутый, но не псих.

— Кто вы? — спрашивает Ангелина, помогая отцу подняться на ноги.

— Меня зовут Станислав, — отвечает мужчина. Он сидит на полу, подтянув к себе забинтованную ногу.

— Вы из сумасшедшего дома, — уточняет Вадим.

— Да, сбежал оттуда пару дней назад, сразу после того, как обезумили все пациенты.

— Что там произошло? — Спрашивает Ангелина, её переполняет любопытство.

Мужчина отводит взгляд в сторону.

— Чистый хаос.

Ангелина с Вадимом переглядываются. Они сделали правильный выбор, решив впустить беднягу в свой дом. Несмотря на слабое душевное состояние, он не подвержен демоническим чарам. Сумел устоять перед натиском настоящего безумия, и Вадим рад, что оказался прав. А всё благодаря книгам, которые он собирал и хранил в библиотеке в течение всей своей жизни. В них описывались знания, которые теперь могли пригодиться и дать возможность покинуть Безродное.

Перед тем как разместиться в холле, Ангелина завешивает тёмной тканью окна. Демоны уже знают, что этот дом по-прежнему заселён людьми, но она продолжают выполнять все меры предосторожности.

Станислав сидит в кресле, его правая нога вытянута вперёд и лежит на пуфике. Закончив с окнами, Ангелина начинает обрабатывать рану, оставшуюся после откусанного пальца.

— Спасибо, — благодарит мужчина, ощущая, как лекарство плавно снимать боль. — Это лучшее, что случилось со мной за последние дни.

— Почему вы оказались в больнице? — интересуется Вадим, — вы не похожи на сумасшедшего.

— А я и не сумасшедший, — украдкой улыбается Станислав. — Во всяком случае не в той мере, как принято думать. У меня был нервный срыв. Затем я впал в долгую депрессию, которая чуть не закончилась суицидом.

Станислав закатывает рукав, обнажив на левом запястье свежий, уродливый шрам.

— Ого, — протягивает Ангелина, склонившись над шрамом, — никогда такой не видела. Это вы сами так полосонули?

— Горячая ванна, бритва. Всё по классике. Только я, видимо, резанул не слишком глубоко, поэтому провалялся в ванной какое-то время, выполз из неё в полуобморочном состоянии и даже не помню, как вызвал себе скорую. А врачи упекли меня в психушку.

На несколько секунд в комнате воцарилась тишина. С улицы доносятся крики. Кладбищенские копальщики уже сделали своё дело. Ангелина несколько раз поднималась на второй этаж, чтобы посмотреть, как обстоят дела на улице. Одержимые исчезли, а вот на кладбище разворачивалось своё действие. Люди, откапавшие мертвеца, стали его жертвой. Тела двух мужчин лежали возле вырытой могилы. Женщина и покойник исчезли.

— А что здесь делаете вы? Почему не сбежали из города? — спрашивает Станислав, проверяя повязку на ноге.

— У нас ещё есть дела, — ответил Вадим.

— Мы ищем ответы, — добавляет Ангелина, — хотим остановить это безумие.

— Каким образом? — удивляется Станислав. — Разве это возможно?

— Нам кажется, что да, — подхватывает разговор Вадим. — Я уверен, вы не просто так пришли в наш дом. Уже скоро нам предстоит отправиться в дальний путь. Поэтому не помешают лишние руки.

Станислав печально кивает в сторону своей забинтованной ноги.

— Помощник из меня так себе.

— Вы лучший помощник из всех, что мог оказаться на пороге этого дома, — уверенно восклицает Вадим, — демоны вас не трогают.

Мужчина стучит указательным пальцем по своему виску, давая понять, что именно имеется в виду.

— Лично я нахожусь в постоянной борьбе с ними. Мысли, образы, голоса, видения. Всё это переполняет мою голову. Всякий раз, как очередная тварь приближается к дому, мой рассудок начинает туманиться. Мне приходится закрыться в рабочем кабинете и бороться с самим собой.

Ангелина подходит к отцу и обнимает его за плечи.

— Мы держимся как можем, — говорит она.

— Что именно вы ищете? — интересуется Станислав.

Вадим наклоняется вперёд, глядя гостю в глаза. В этом взгляде Станислав видит столько решимости, что оспорить стремление хозяина дома, положить конец безумию, нет никакой возможности. В своём роде этот человек одержим, но только не демонами, а своей собственной целью.

— Вы верите в колдовство? — спрашивает Вадим, и его голос звучит с иронией.

Станислав кивает в сторону входной двери.

— А разве у меня есть причины не верить в это?

— Тогда вы должны понимать, что демоны появились в нашем мире благодаря вызову. Магическому заклинанию, которое пробудило их для определённой цели. Кто это сделал, мне неизвестно. Да и имеет ли это значение, ведь демоны почти исполнили своё предназначение. Скоро они найдут то, что ищут, и тогда мы, люди, навсегда останемся их рабами.

— А что они ищут? — спрашивает Станислав, оглядывая приютивших его хозяев дома.

Ангелина на несколько секунд колеблется, но потом отвечает:

— Некрономикон.

— Что? — переспрашивает Станислав, — Некрономикон? Так это же легенда. Выдумка Лавкрафта. В подростковом возрасте я читал его книги, и Некрономикон он описывал очень подробно. Но никто и никогда не видел эту книгу.

— Как и священный грааль, — добавил Вадим. — Но в его существовании никто не сомневается. Мало того, даже церковь признаёт его гипотетическое происхождение. И если у церкви есть свой магический артефакт, значит у тех, кто поклоняется тёмной стороне нашего мира, также могут быть магические атрибуты.

— В этом есть логика, — отвечает задумчиво Станислав, — но грааль никто не видел. И если он существует, то надёжно укрыт от посторонних глаз. Соответственно, если существует Некрономикон, то он также укрыт.

— Грааль один. Его невозможно скопировать. Но вот Некрономикон — книга.

— А с книги можно сделать копию, — заканчивает за Вадима Станислав. — Вы хотите сказать, что знаете, где находится одна из её копий?

Мужчина кивает, вновь раскинувшись в кресле. Ангелина стоит рядом с отцом, вслушиваясь в разговор взрослых. Она иногда поглядывает в сторону входной двери. Крики умерших продолжают доноситься до её тонкого слуха сквозь стены дома и плотную завесу дождя. Ей интересно, куда подевался раскопанный мертвец. И можно ли его тоже считать одержимым демоном? Или это уже зомби?

От этой мысли девочка испытывает лёгкий приступ тревоги. Если с одержимыми они знали, как бороться, то против зомби магия не действует. Ей захотелось вновь подняться на второй этаж, чтобы осмотреть подступы к дому. Но Ангелина нужна здесь. Разговор взрослых уже подходит к завершающей стадии, и, возможно, отцу понадобится её помощь. Некрономикон очень сильно воздействовал на Вадима. Чем больше он углублялся в его секреты, тем сложнее становилось бороться с наваждениями. Книга открывает свои тайны, захватывая разум.

— Я знаю где она находится, но перед тем, как мы продолжим этот разговор, я должен знать, что не ошибся в вас.

Станислав разводит руками.

— Даже не могу себе представить, каким образом я смогу доказать вам обратное.

— Этого и не требуется, вам ничего не нужно делать. Достаточно только ответить на один вопрос. Когда вы совершили суицид, вы перенесли клиническую смерть?

Станислав кивает, ощутив горькое чувство стыда. Да, он был человеком, чуть не отправившим себя на тот свет. Когда врачи приехали, то нашли мужчину без сознания. Он находился настолько в тяжёлом состоянии, что за его жизнь боролись несколько часов.

— Дважды моё сердце остановилось в карете скорой помощи, — говорит Станислав, — а когда я вернулся с того света, весь мир словно... — он делает паузу, не в состоянии подобрать слов.

— Стал другим? — спрашивает Ангелина.

— Да, — улыбается с грустью мужчина, — очень похоже на это определение. Моё восприятие изменилось.

— Что самое главное изменилось в вас? — спросил Вадим.

— Я перестал испытывать чувство страха, — отвечает уверенно Станислав, — даже когда меня поместили в дурку, я не испытывал никаких эмоций. Для меня окружающий мир стал простым, обыденным, безразличным. Умереть для меня стало столь же естественным, как лечь спать. Правда, всё поменялось в тот момент, когда пациенты больницы начали впадать в безумие. Одно дело умереть в горячей ванной, а другое — стать жертвой обезумивших психов. Один из них откусил мне палец на ноге. А ведь мог вцепиться и в горло.

Станислав смотрит на Ангелину, и в его взгляде она видит искорки надежды.

— Это тот, о ком я говорил, — говорит Вадим, гладя дочь по руке, — мы можем собираться в путь.

— Постойте, — перебивает его Станислав, — я до сих в полной растерянности. Вы не могли бы перед тем, как мы выйдем в город, кишащим демонами, объяснить, что, собственно, происходит.

Вадим поднимается на ноги и протягивает руку Станиславу, чтобы помочь тому встать.

— Магия не бывает тёмная или светлая, — говорит мужчина, провожая гостя к рабочему кабинету, — она просто есть. У каждого заклинания свои предназначения. Одни меняют ход вещей, другие помогают вернуть всё на прежнее место. Но есть сильные заклинания, способные перевернуть весь мир. И противостоять их последствиям крайне сложно. Мало того, далеко не каждый имеет способность произнести заклинание так, чтобы оно сработало. Вы знаете, что самое важное в магии?

Они входят в рабочий кабинет. Ангелина зажигает свечи, освещая творческий хаос, царящий в помещении. Ничего подобного Станиславу никогда не доводилось видеть. Это комната состояла из книжных стеллажей. Книги повсюду, и их очень много.

— Слова? Правильность произношения? — Станислав терялся в догадках.

— Вера, — отвечает за него Вадим. — Если вы не верите в то, что говорите, то эти слова никогда не буду иметь нужного эффекта. Но даже имея непоколебимую веру, необходимо помнить о внутренней силе. Есть люди, верующие в магию, но не способные держать этот поток энергии, отчего губят самих себя.

Они проходят к столу, и Станислав видит раскрытый Некрономикон. Его дыхание тут же становится тяжелей. Он смотрит на рукописные страницы, в которых на неизвестном ему языке выстраивались ровные письмена.

— Это он? — шепчет Станислав.

— Да. Некрономикон. К этой книге не прикасался Абдул Альхазрет — её автор. Перед вами копия, сделанная одним из его последователей. Но это точная копия, имеющая силу и хранящая в себе невероятные знания.

Станислав опускается в кресло, глядя на раскрытый фолиант. Его сердце буквально выпрыгивает из груди. С улицы вновь разносятся ужасающие крики мертвецов. Мощный порыв ветра ударяет о стены, заставив их стонать.

— Почему вы мне показываете его? — спрашивает Станислав, не глядя на Вадима.

Мужчина садится на край дивана, тяжело разминая плечи. Сегодня ему предстоит последняя ночь работы с книгой. А времени на отдых уже совсем не осталось.

— Изучая эту книгу, занимаясь её переводом, я понял как устроен наш мир. В нём нет ничего случайного. Нет совпадений. Нет событий, о которых не знало мироздание. Любое действие приводит нас к определённому моменту. Даже вы, пытаясь убить себя, не нарушили ход вещей. Наоборот, вы вступили на путь, предначертанный вам. — Вадим указывает в сторону переводов: целая кипа исписанной бумаги на краю стола, — там написано, что тот, кто побывал в загробном мире и вернулся к людям, может устоять против натиска демонической силы. Они не трогают тебя, поскольку ты один из них. Твоя попытка убить себя, обеспечила билет в ад. Ты уже богоотступник.

— А значит, один из них, — добавляет Станислав.

— Ещё нет, но очень близок к этому. Когда ты умрёшь, твоя душа попадёт в ад. За тебя уже нет смысла бороться. Твой путь выбран тобой самим.

— Но вы не демон, — добавляет Ангелина, — и никогда не станете им. Грешник, самоубийца. Но не демон.

— Я в круге седьмом, и в нём я дерево, — говорит Станислав, прикоснувшись кончиками пальцев к странице Некрономикон.

Ангелина следит за гостем, ощущая уверенность в том, что её отец прав. Этот человек казался добропорядочным. Возможно, в прошлом, до того, как попасть в диспансер, он вёл праведный образ жизни. И только тяжёлые жизненные обстоятельства, заставили совершить над собой насилие.

— Вы читали Данте, это радует, — усмехается Вадим. — Тогда, возможно, вам будет легче понять нашу цель.

— Мы должны спрятать книгу от демонов? — спрашивает Вадим.

— Не всю. Только её часть. То место, где говорится о приходе Антихриста. А главное о его способе прорваться в наш мир. Я говорю о сшитых.

Ангелина в этот момент вздрагивает. Она вспоминает страницы, лежавшие на столе. Демонология никогда не страшила её, но вот сшитые и их упоминание в Некрономикон, вызывало тревожные чувства.

— Что это за сущность? — Станислав прильнул к книге, разглядывая ужасающий рисунок монстра, сшитого из десятков человеческих тел.

— Магия. Которая сильнее той, что разбудила демонов, — поясняет Вадим. — Перевод ещё не закончен. К завтрашнему утру я смогу полностью рассказать всё об этой сущности.

— Папе нужно работать, — добавляет Ангелина.

— Конечно, я не буду вас задерживать, — Станислав выходит из-за стола, уступая место хозяину дома.

— Проводи гостя, — просит Ангелину Вадим. — И постарайтесь не беспокоить меня. Чтобы ни случилось, я должен закончить перевод.

Ангелина и Станислав возвращаются в холл. Мужчина опускается на диван, закрыв глаза. Перевязка раны и лекарства помогают. Постепенно он проваливался в дремоту и вскоре ложится на диван. Ангелина накрывает гостя пледом, после поднимается в свою комнату. Она вновь возле окна. На кладбище люди раскапывали могилы. Только в этот раз выглядели они странно. Их наряды, даже для Хеллоуина чересчур жуткие.

У двоих за спинами крепились деревянные кресты. Конструкции довольно больших размеров. Горизонтальные перекладины выпирали из-за плечей, а верхние части креста возвышалась над головами. У третьего человека за спиной каменная, надгробная плита. Ангелина решила, что этому бедолаге приходится тяжелее всего. Таскать с собой огромный кусок камня, это непростая ноша. Учитывая, что этот человек ещё плюс ко всему, довольно яростно орудовал лопатой.

Земля летела во все стороны, давая возможность копальщикам углубляться глубже. Потоки воды моментально заполняли образовывавшуюся могилу, но людей это не останавливало. Они работали быстро и слаженно. Даже одержимые, стоявшие рядом с кладбищем, не отвлекали их. Молчаливые наблюдатели вели свою игру, и часто не вмешивались в дела людей, чей разум уже был полностью запудрен наваждениями.

Ветер к тому моменту усилился, став почти ураганным. Деревья, растущие рядом с домом, раскачивались с неистовой силой. Несколько крупных веток переломились и упали на землю. Ангелина обратила внимание на одержимого, вновь смотрящего в сторону их дома. Его взгляд нацелен на её окно, и, по всей видимости, монстр видит Ангелину. Девушка прислоняет ладонь к холодному стеклу, и одержимый протягивает в её сторону ладонь.

— Хочешь войти? — шепчет Ангелина, и мощный порыв ветра ударяет по дому.

Одержимый опускает руку и продолжает стоять на своём месте.

— Даже не думай, тебе сюда нельзя.

Ангелина отходит от окна, ложиться в кровать. В последние дни ей становилось всё труднее засыпать. Осознание опасности, обитающей вокруг дома, не даёт расслабиться. Каждую ночь девочка спит тревожными снами, наполненными жуткими образами. Она осознаёт возможность демонов воздействовать на её сознание. Но нужно бороться с наваждениями, иначе труды отца, его попытки вернуть мир в привычное русло, потерпят крах. Стоит только одержимым ворваться в дом и заполучить Некрономикон, как человечество сразу же проиграет.

Она закрывает глаза, вслушиваясь в звуки ветра и крики мертвецов. Её мысли вернулись к Станиславу. Единственному человеку, которого её отец впустил в дом. За последнюю неделю к ним в двери стучалось человек пять. Каждый из них находился под воздействием демонических чар. Они просили и умоляли впустить их. Двое даже пытались выломать дверь, но тут же получали в лицо целой россыпью соли. Одержимому человеку соль не вредила, если только не попадала в глаза. Но при этом люди отступали, чем очень сильно злили демонов. А Станислав был другим, он мог спокойно перемещаться по городу, не боясь за свой разум. Это было очень необычной способностью, и Вадим верил, что именно этому человеку они могут довериться в своей миссии.

Ангелина постепенно проваливалась в сон, вслушиваясь в голос ветра. Она морально была готова выйти из дома и отправиться в путь. Теперь у них была команда, а значит, больше шансов противостоять.

***

Оставался последний абзац главы, и Вадим ощущал, как его разум пытается сохранить рассудок перед открывающимися письменами. Каждое новое слово оставляло свой отпечаток. Временами Вадим впадал в панику. Страх овладевал всем его существом. Описываемые в книге события, словно выстраивались перед ним. Он ощущал древнее зло, записанное в Некрономикон. Те, кто нашёптывал Абдуле Альхазрету все эти слова, теперь начали говорить с Вадимом. Он слышал их шепчущие голоса. Их было много, и они повсюду. Летели со всех сторон, заставляя оглядывать рабочий кабинет. Несколько раз мужчине показалось, что он видит тени. Они прятались по углам комнаты, тараща на него чёрные глаза. Царапали когтями мебель и не отпускали, заставляя продолжать перевод. Словно каждое произнесённое слово становилось прочтением заклинания, дарующим им жизнь. Некрономикон питал собой силы, которые описывал в себе. Эти заклинания нельзя произносить вслух, но они иногда вырывались из уст Вадима. Неосознанно он произносил отрывки, после чего мерк даже свет свечей.

Ближе к утру он приступил к последней части главы. К тому моменту ураган на улице набрал максимальную силу. Было слышно, как что-то тяжёлое летит по улице, разбиваясь при каждом ударе о землю. Несколько раз он слышал крики о помощи, был слышен даже вой воздушной сирены. Но Вадим не отвлекался, он утонул в переводах, аккуратно выписывая каждое новое слово. А затем раздался страшный грохот, сопровождаемый звуком бьющихся стёкол и ломающегося дерева. Их дом содрогнулся под натиском, но Вадим не поднял головы.

— Осталось совсем немного, — прошептал он, впиваясь взглядом в новые, ещё не известные ему строки, — пара предложений, и всё.

Менее чем через минуту, вбежала Ангелина. Девочка испугана, но её голос оставался относительно спокойным.

— На наш дом упало дерево, — сообщила она.

За спиной Ангелина появился Станислав, он был весь мокрый.

— В холл, — добавляет мужчина за словами девочки, поясняя, куда именно упало дерево, — снесло крыльцо и развалило часть стены, в которой была входная дверь.

— Наш дом теперь открыт, — подмечает Ангелина.

Вадим поднимает на них взгляд, и в его зрачках замелькали чёрные тени. Он какое-то время смотрит на гостя и дочь, словно не понимая, кто перед ним находится.

— Папа? — шепчет Ангелина, но в ответ мужчина качает головой. Он вновь опускает взгляд к тексту и продолжает перевод. При этом улыбаясь, но улыбкой странной, почти дикой.

— Нужно уходить, — торопит Станислав.

— Книга ещё не готова, — отвечает Ангелина. Она выходит из рабочего кабинета, увлекая за собой гостя.

Они быстрым шагом возвращаются в холл. Сквозь образовавшуюся в стене дыру врываются потоки ветра и дождя. В одно мгновение уютная комната превратилась в место погрома.

— В гараже машина, — Ангелина указывает на дверь возле лестницы, ведущей на второй этаж, — в багажнике есть все необходимые вещи. Бак полный, нам нужно выиграть время до того момента, как отец закончит перевод.

— Каким образом? — интересуется Станислав, глядя в сторону зияющей в стене дыры. Часть дерева перегораживает обзор, но даже сквозь поломанные ветки видно несколько силуэтов. Они медленно, словно в нерешительности, приближались к дому.

— Святая вода, соль и грубая сила, — отвечает Ангелина. Она спешит на кухню, где стоят пластиковые бутылки с водой. В крышке каждой из них сделаны дырки. Рядом раскрытые пачки соли.

Ангелина берёт бейсбольную биту, обильно заливает её святой водой и засыпает солью. Затем протягивает получившееся оружие Станиславу.

— Бить умеешь?

— По голове попаду, — отвечает он, принимая биту.

— Этого достаточно. Но смотри не вырони, одну мы уже потеряли. Будем пытаться сдержать одержимых на подходе в дом. Как только отец закончит, мы уедем.

Они выходят в холл. Одержимый уже стоит рядом с разрушенной стеной. Он аккуратно, боязливо перешагивает через руины.

— Я не впускаю тебя в свой дом! — кричит Ангелина, и незваный гость замирает, скалит зубы, отступает.

Станислав выходит вперёд, держа биту наготове. Одержимый одаривает и его злобным взглядом, после чего исчезает за стенами дома.

— Сейчас придут остальные, — напоминает Ангелина.

В этот момент новый порыв ветра врывается в разрушенный дом. Он проносится по коридорам, ударяя в дверь рабочего кабинета, и раскрывает её настежь. Все свечи в комнате гаснут. Вадим, подняв взгляд, кладёт шариковую ручку и не спеша пересматривает последний листок.

— Готово, — говорит он самому себе, — вот их тайна: свет, ангел и огонь. Сшитые — это не спасение. Это не оружие. Это возможность антихриста попасть в наш мир.

Вскочив на ноги, мужчина бежит к шкафу и достаёт жидкость для разведения огня. Затем осматривает сделанные записи, вырывает одну из страниц Некрономикона и заливает книгу вместе с переводами текста жидкостью. При этом он смеётся, а когда огонь занимается рабочим столом, Вадим уже хохочет в голос.

— Свет, ангел и огонь! — кричит он, выбегая из кабинета.

Станислав стоит в центре комнаты, глядя на одержимого, беспрепятственно перешагивающего через разрушенную стену. Когда Вадим вбегает в холл, все смотрят на него, но мужчина, не замечая происходящего, быстрым шагом проходит в кухню. Там он открывает шкаф, где стоят три газовых баллона, наполненные пропаном. Он откручивает вентиля, продолжая шептать:

— Ангел, свет и огонь! Они остановят антихриста!

Станислав и Ангелина переглядываются, но продолжают стоять на месте. Одержимый наступает, и, держа биту наготове, Станислав выступает вперёд.

— Папа? — кричит Ангелина, — ты скоро?

В ответ мужчина выбегает из кухни, плотно закрыв за собой дверь. Он подбегает к дочери и, схватив её за плечи, говорит:

— Я нашёл как спасти нас. Я знаю, что нам теперь делать!

— Что нам делать? — спрашивает она, поглядывая в сторону одержимого, готового вступить в схватку со Станиславом.

— Это ещё одна магия. Чёрная, древняя, она предназначена противостоять демонам. Люди, это всего лишь средство, ресурс и не более того. На нашей земле случилось пробуждение зла! Идёт антихрист!

Он вскидывает руки вверх, словно эта новость могла обрадовать Вадима.

— Где Некрономикон? — спрашивает Ангелина.

— Я сжёг его! — выкрикивает Вадим.

Ангелина смотрит в сторону рабочего кабинета, из-под двери которого валит густой дым.

— Нужно уходить, — шепчет она, но в этот момент одержимый атакует их.

Станислав ловко уворачивается и ударяет битой. Удар скользит мимо головы и приходится в ключицу. Переломив её, словно сухую ветку, мужчина вновь принимает стойку, глядя, как одержимый падает на пол. Но не ощущая боли, он поднимается на ноги. Рука висит, словно плеть. Станислав вновь бьёт, но в этот раз промахивается.

Одержимый выхватывает биту, полностью обезоружив соперника. Но не атакует, а бежит в сторону рабочего кабинета, из которого уже вырываются языки пламени.

— Уходим сейчас! — кричит Ангелина, торопясь в сторону гаражной двери. Мужчины спешат за ней, и только в конце Вадим вновь смотрит в сторону разрушенной стены. Там стоит одержимый. Он чёрными глазами смотрит на хозяина дома. Их зрительный контакт длился всего несколько секунд, но этого достаточно для осознания той звериной силы, которая пыталась захватить их город. Они никогда не отступят и будут идти по их следу до тех пор, пока не убьют каждого. Уничтожив Некрономикон, он поставил под удар самого себя, поскольку знания, которые Вадим получил после перевода книги, станут для демонов важной информацией. К тому же он знал, что именно сможет остановить Антихриста.

Из рабочего кабинета выбежал одержимый. Его тело окутано огнём, он держит в руках горящий фолиант. Пламя охватило его тело целиком. Вадим чувствует горький запах горящего мяса. Но одержимый не кричит, он, не спеша, несёт книгу в холл. Она пылает в его руках, видно, как сворачиваются страница за страницей, превращаясь в пепел.

— Нужно уничтожить её, — шепчет Вадим, но Ангелина тащит отца за руку.

— Огонь, — кричит Вадим, сквозь смех, — ангел и свет!

Он разворачивает дочь лицом к себе, глядя прямо в глаза.

— Ты сможешь, — говорит Вадим, держа дочь за плечи. — Беги в церковь, что рядом с озером. Именно там можно остановить пришествие сына Сатаны. Пророчество сбывается. Я вижу знаки даже сейчас!

— А как же ты, — удивляется Ангелина, но Вадим уже толкает дочь в сторону гаражной двери.

— Не думай обо мне, ты единственная, кто знает, как остановить антихриста!

— Я? Но постой, папа!

— Увези её, — кричит Вадим Станиславу, — я знаю слишком много, чтобы оставаться в живых. Все одержимые города будут охотится за мной.

— Нет! — выкрикивает Ангелина, но Станислав буквально вталкивает её в салон внедорожника, — оставь меня! Отпусти! Папа!

Вадим прикасается ладонью к стеклу, не сводя взгляда с дочери. Она смотрит на него заплаканными глазами, и мужчина улыбается в ответ. Его взгляд спокоен и решителен.

Станислав ударяет по педали газа, и машина, выбивая гаражную дверь, выезжает в дождь за мгновение до того, как кухня, наполненная пропаном, взрывается, превращая дом в руины.

Продолжение следует.