Спасительное беспамятство

Глава 1

Гуляя по своему привычному маршруту, я, незаметно для себя, вышел к месту, которое ранее никогда до этого не замечал. Должно быть слишком ушел в себя, придумывая очередную главу для книги, и поэтому привычная тропинка внезапно свернула влево, выводя меня в место спокойствия и одиночества: зеленая, местами разбавленная яркими красками поляна, которая притягивала своим ароматом. Десятки всевозможных трав и растений, отлично гармонирующие между собой, выбрасывали в воздух настолько приятный запах, что на пару минут я закрыл глаза, наслаждаясь им.

Выйдя из непонятного для меня транса, я заметил, что в сотне шагов от меня стоит дом: старый, потрепанный временем, но тем не менее он выглядел чарующе. Этот с виду обычный, деревянный дом с уже обрушившейся конструкцией, показался мне шедевром, возведенный рукой опытного плотника. Неприступный и нетронутый человеком, разрушенный только неумолимым течением времени.

Я поднялся по ступенькам на небольшое крылечко и едва не потерял сознание от раскрывшегося передо мной великолепия. Я словно находился в облаках и был тем самым творцом, создавшим все это: и безграничное синее море, на горизонте сливающееся с небом, и закат, играющий кровавыми оттенками по морской глади. Мне хотелось ликовать, хотелось слиться с природой и стать частью этого мира. Оглянувшись назад, на путь, пройденный мной, я понял, почему поначалу не увидел этот крутой спуск, уходящий в море. Дом стоял на возвышении и я, завороженный его красотой, не сразу понял, что прилагаю некоторые усилия, чтобы подняться.

Море, раскинувшееся предо мной, манило своим безграничным спокойствием и, казалось, таило в себе сотню неразгаданных тайн. Я долго плутал в поисках спуска, но так и не смог его найти. Обрыв был все также крут, а поляна постепенно начинала уходить в лес. Боясь потеряться, я поспешил вернуться к дому, чтобы никогда больше не терять его из виду.

Чувство восхищения вновь овладело мной, когда я увидел этот старый, потрепанный особняк на фоне восхитительного догорающего заката. Пылающие деревья отбрасывали на землю тени доселе невиданных великанов. В темнеющем небе начинали проглядываться яркие и неизвестные мне звезды. Я стал придумывать для них имена, зная, что теперь они принадлежат только мне одному.

Находясь на краю обрыва, я слышал как море ласково и неторопливо касается его краев. Должно быть, я просидел так довольно долго, потому что когда вышел из раздумий, солнце уже село и где-то невдалеке я услышал тихую жалобную игру неизвестного мне инструмента. Это было восхитительно и в тоже время пугающе до безумия. Мне хотелось то прислушиваться к игре таинственного музыканта, восхищаясь звуками, которые поглощала ночь, то поспешно встать и уйти прочь — подальше от этого проникающей в мою душу мелодии.

Через пару минут я был уже в темном и прохладном помещении дома. До сюда не доходила заунывная игра моря и я принялся спокойно изучать обстановку, которая оказалась такой же потрепанной и старой, как и сам дом. Комнатка с высоким потолком была в крайне убогом состоянии, но даже несмотря на это она вызывала у меня чувство защищенности перед надвигающейся ночью. Я присел на пыльную кровать, и не прошло и десяти минут, как я устало растянулся на ней, предавшись снам, которые были наполнены восхитительно красивыми видениями о мире, в котором мне предстояло жить.

Ночью, когда вылезла рогатая и ущербная луна, мои сны в одночасье стали кошмарными. Я видел бескрайнее черное море, доверху набитое человеческими костями. Видел лунную дорожку и сошедших по ней существ, описать которых не в состоянии ни один здравомыслящий человек.

Я проснулся в обезумевшем состоянии, ибо чувствовал, что кошмарный сон проник в реальность. Первобытный страх, скрывающийся в каждом из нас, спешно начал выбираться наружу, как только я увидел море. В точности, как и в моих кошмарах: безграничное и черное, с плавающими на поверхности человеческими останками. Всего лишь шаг отделял меня от полного погружения в пучину панического страха и сумасшествия. Я спешно начал спускаться с вершины.

Поляна, ранее казавшейся мне одной из самых восхитительных творений Бога, теперь показывала миру свои жалкие сгоревшие останки. Пахло отчаянием и смертью. Деревья превратились в уродливых великанов с поломанными руками, которые с ужасающим скрипом тянулись ко мне.

Мне потребовалось огромные терпение и сила воли, чтобы найти тропу, с которой я пришел и не погрузиться в беспамятство, ставшее бы для меня спасительным. Я бежал среди деревьев, проклиная тот день, когда свернул с тропы.

Спасительное беспамятство через пару мгновений снова дало о себе знать. Я выбежал из леса в место, которое уже посещал и из которого намеревался сбежать. Рогатая луна величественно смотрела на меня своим мрачным взглядом, освещая возвышенность, на которой бесновались живые творения чьего-то больного разума. Я закричал, и, перед тем как провалиться в черный омут беспамятства, услышал, как существа начали петь... Заунывно и грустно.