Снежный Баб

Глава 1

В нашем дворе была алко-скамейка.

Формально она была на границе двора нашей многоэтажки и двух соседних пятиэтажек, но так как раздельность дворов этих домов весьма условная – можно сказать, что эта алко-скамейка была в нашем дворе в том числе. Вообще, удивительно как в наше время может существовать нечто подобное, но вопреки видимости всеобщего благополучия района, алко-скамейка процветала и была очень востребована.

Если по порядку – напротив первых подъездов большая детская площадка, с множеством современных и красивых детских развлечений. Молодые, красивые мамаши с дорогими колясками и радостными и активными малышами. На детской площадке непрекращающаяся возня – смех, крики, визг, беготня и игры с раннего утра до позднего вечера.

Напротив подъездов в центре многоэтажки высажены деревья – вроде небольшого сквера, там кованые скамейки и фонари вдоль мощеных плиткой дорожек. Там обычно, прогуливаются люди с собаками – собираются компаниями или гуляют в одиночестве. Наблюдая за собачниками всегда можно увидеть много необычных и редких пород, хотя и беспородных тоже немало, но все собаки без исключения выглядят как самые счастливые питомцы на планете – холеные, любимые, окружённые заботой и вниманием хозяев.

Дальше, уже в конце дома, огороженная спортивная площадка с баскетбольными кольцами и разметкой на полу для командных видов спорта.

На парковке рядом с домом дорогие тачки. Соседи приветливые и вежливые. У подъездов на скамейках сидят довольные и наслаждающиеся выходом в свет пенсионеры, ведут между собой увлекательные беседы и радостно приветствуют входящих и выходящих из подъезда соседей. На дальней границе двора два ряда старых гаражей, первый ряд которых обращен входом на наш дом, а второй ряд за ним, входом соответственно в другую сторону. Гаражи, несмотря на свой солидный возраст, выглядят ухоженными и обжитыми. На противоположной стороне двора две пятиэтажки, стоящие лесенкой друг за другом. Пятиэтажки выглядят неважно, по вечерам в окнах почти нет огней, но не заброшки, просто их лучшее время уже позади. Люди там живут приличные, просто все ждут расселения.

И вот как раз на стыке двора одной пятиэтажки и сквера как раз и располагалась эта алко-скамейка. Почему в прошедшем времени? Да, потому что алко-скамейка, на волне всеобщей модернизации столичных дворов, в какой-то момент превратилась в маргинальный островок…

Скамейку убрали, небольшую площадку на ее месте закатали резиновым напольным покрытием и воткнули туда несколько турников различных конфигураций, и тому подобные уличные спортивные снаряды. А рядышком поставили три скамейки в форме буквы «П», основав тем самым самый натуральный маргинальный островок в этом море всеобщего благоденствия. В итоге алко-скамейка просто поимела модернизацию и превратилась в три алко-скамейки. На этой площадке всегда было безлюдно, никто не ходил на ней тренироваться. А вот на алко-скамейках почти всегда был аншлаг. Посетители постоянно сменялись, там не было постоянных посетителей или завсегдатаев. Всегда разные лица, разные возраста и внешность. Но объединяло всех посетителей алко-скамеек только одно – совершенно скотское состояние пребывания в этом месте.

Для примера: однажды проходя мимо огромной компании, разместившейся на скамейках, я увидела, лежащую на полу в форме морской звезды, женщину. Остальная компания продолжала шумно веселиться и не обращала на нее никакого внимания. Я поспешила пройти мимо, но примерно через пять минут мне стало совестливо, и я решила вернуться и…может вызвать ей скорую? Вернувшись, я обнаружила ее сидевшей на скамейке, попивающей что-то из пластикового стакана и оглушительно хохотавшей. Увиденное, заставило меня довольно долгий срок воздерживаться от прохода этой дорогой. Благо, что других путей подхода к моему дому было достаточно.

Я не раз видела посетителей алко-скамеек в районе, удивительно, но это не были люди со дна общества, скорее самые обычные средние горожане. Каким ветром их занесло на алко-скамейки было загадкой.

Рядом в сквере тоже были скамейки, но на них никогда не образовывались такие тусовки. Чтобы пройти через двор нужно было двигаться по мощенной плиткой дорожке, с одной стороны которой были алко-скамейки, а с второй торцевая часть двух рядов гаражей. Крайний гараж не прилегал плотно одной из стен к стене противоположного гаража, так как между ними росло дерево. И строители гаражей его пожалели, не стали срубать, а просто сделали отступ, оставив дереву небольшую, узкую площадку. Получилась выемка между гаражами, шириной сантиметров шестьдесят, с двух сторон ограниченной стенами гаража, а в ее конце растущим деревом. Проходя по этой дорожке, главное было избежать попадания взгляда в эту выемку, потому что в лучшем случае можно было наткнуться на мусор, а в худшем – на писальщика. Короче, благое намерение привело к такому нелицеприятному использованию.

Все подобные обстоятельства привели к тому, что дорожка не пользовалась популярность. Точнее, использовалась в крайнем случае. Днем - еще куда не шло. А по вечерам там было безлюдно.

***

В начале зимы, когда снег уже выпал по-серьезному и укрыл весь двор плотным слоем, рядом с алко-скамейками появился снеговик. Снеговик был крепким и дольно здоровенным для своего племени, ростом с крупного человека, но чудовищно несимпатичным. Кривоватый, непропорциональный для снеговика (центральный шар был больше нижнего), со злобными мелкими глазками, и острыми зубами, сложенными из обломков веток, он стоял, повернутый лицом к маргинальному островку и угрюмо смотрел и на алко-скамейки и на проходящую за ними дорожку.

Я впервые увидела снеговика, когда мы с мужем возвращались с прогулки. Был ясный зимний день, настроение было замечательным.

– Посмотри, каков! – сказал мой муж, глядя на снеговика.

– Страшный, – ответила я.

– Это Снежный Баб, он не страшный, он брутальный, – муж засмеялся. – А то, что лицо такое неприветливое, так посмотри, куда он обращен взглядом! Кому понравится такое наблюдать постоянно?

– Может перепаркуем его в сквере? – я тоже уже развеселилась.

– А у тебя перчатки есть? Придется покопаться в снегу, – подколол меня муж.

Я покопалась в сумке, вытащила пару шерстяных перчаток и показала ему. Конечно же, мои шерстяные не идут ни в какое сравнение с его перчатками: у него кожаные вставки на ладонях и пальцах, такими можно вагон снега разгрузить и они не промокнут. Мои же перчатки вымокнут через минуту. С другой стороны, не думаю, что мне придется много копать, скорее всего, мне нужно только создать видимость участия.

Мы подкопали основание снеговика и крайне аккуратно, чтобы он не развалился на части, попытались его подвинуть. Снеговик был чудовищно тяжелым. А вот опасения на счет его хрупкости прошли – снеговик был будто заледенелым, все его части надежно крепились друг к другу. Пришлось еще повозиться с основание, в четыре руки мы раскапывали снег у основания, пытаясь уменьшить площадь соприкосновения снеговика с почвой. Руки начали уже ощутимо неметь от холода, но перчатки не были мокрыми, они были просто очень сильно замерзшими, как будто их вытащили из морозильной камеры.

Второй раз попытались сдвинуть снеговика. Усилиями мужа снеговик сдвинулся, я в основном просто придерживала. Хорошо, что толкать было не слишком далеко, через несколько минут снеговик был припаркован в сквере. Да, он немного потерял в росте, но буквально несколько сантиметров, зато обрел прекрасный обзор. Я еще сильно удивилась тому, как мало своей высоты потерял снеговик во время транспортировки, по моим расчетам в сквере должно было оказаться уже только половина снеговика.

Удостоверившись, что снеговик теперь в хорошем месте и хорошей компании, мы попытались прикрепить его основание к новому месту. Собирая снег, мы прилепляли его к основанию, стараясь плотнее утрамбовывать. Руки уже просто жгло как огнем.

И довольные собой отправились домой.

***

В следующий раз мы увидели снеговика через несколько недель. Удивительно, но он как-то оказался на своем прежнем месте – рядом с алко-скамейкам.

– Да, блин! Обратно потащим? – воскликнул муж.

– Не, как-то странно это, – ответила я. – И в первый раз то было странно, а уж во второй совсем дичь.

– Может он сам вернулся, может ему здесь больше нравится, – задумчиво произнес муж.

– Похоже на то, – ответила я.

***

Зима подходила к концу. Денек был морозный, но солнце светило уже по-весеннему, было понятно, что времена года уже договорились о смене, зима пакует вещички и на дежурство заступает весна. Но сегодня зима пока еще в городе.

Когда день уже походил к концу, я закончила тренировку в спортзале недалеко от дома, и довольная отправилась домой. По пути вспомнила, что необходимо зайти в пункт выдачи маркет-плейса, забрать посылку. Нужно идти сейчас, иначе, если я уже вернусь домой, никакая сила не заставит меня снова выйти из дома. Сегодня была тренировка ног, самая тяжелая тренировка на неделе. Приседания в машине Смита, выпады с гантелями шагая по залу, сгибания и разгибания ног в тренажере. Но сегодня не было жима ногами в платформе, после которого проблемой становится даже дойти до дома. У меня есть немного времени, прежде чем ноги начнут адски болеть и походы куда-либо будут занимать в два раза больше времени, чем обычно. Поэтому нужно идти сейчас.

Я как-то удивительно быстро и ловко для своего положения добралась до пункта выдачи. Да, было довольно скользко и ноги уже противились подобному виду активности, особенно когда необходимо было подняться по ступенькам пункта выдачи посылок. На лестнице мне вдруг показалось, что мои мартинсы слишком тяжелые и скользкие (как я раньше не замечала?) и что, несмотря на ребристую подошву, мне все равно очень скользко, и возможно это было плохое решение идти сюда, а не домой. Дойти бы до дома теперь.

Как назло, в пункте выдачи была очередь и мне пришлось простоять минут десять. Это была большая ошибка. Ноги, оказавшиеся в покое в эти десять минут, просто отказывались возобновлять деятельность.

На улице уже наступил вечер, снег подсвечивался светом фонарей, так что не было темно. Был отличный тихий, морозный вечер.

Походкой нетрезвого матроса во время качки я отправилась домой, нужно было перейти дорогу по переходному переходу, обойти пятиэтажку по объездной дорожке, пройти по мощеной дорожке минуя алко-скамейки и гаражи, а дальше уже по подъездной дорожке гаражей пройти к своему подъезду. До мощеной дорожки я добралась с трудом, но без потерь. Ступив на мощеную дорожку, меня охватил ужас – вода, которая оттаяла днем, застыла в стыках плитки и превратилась в очень скользкий лед. Мне и так было тяжело идти, а пройти довольно длинную дорожку было для меня почти невозможно. Я попятилась назад, подумала: насколько глупо будет выглядеть, если я вызову такси? Если, например, проехать вокруг квартала, получится ли минимальный тариф? Если я еще постою без движения, я вообще не сдвинусь с места. Да, нет. Бред какой-то. Пройти сто метров и я дома. Просто нужно не раскисать. На мне теплые спортивные брюки, толстая теплая худи, и болоньевая куртка. Спортивная сумка через два плеча. Даже если я шлепнусь, ничего страшного не случится. Просто нужно перестать ныть и быстренько проскочить, как зайчик до своей норы. Прыг-скок.

На алко-скамейках никого не было.

Полностью сосредоточившись на задаче, я начала свой путь. Почти не поднимая ног, как на лыжах, шмыгая ботинками на весь двор, опустив голову в капюшоне вниз, чтобы был лучший обзор дорожки, я преодолела половину пути. И чего я раскисла, я так целый вечер могу шмыгать. Еще немного и начнется асфальт, будет легче. Соберись и шмыгай дальше. Еще пару шмыгов и я поравняюсь с выемкой гаражей, а там уже почти финиш.

Сильнейший удар в плечо и по корпусу заставил отлететь меня в выемку гаража, как кеглю. Серьезно, я почти что въехала боком в выемку, уцепившись за край гаража одной рукой и сразу же развернувшись, уцепилась второй рукой за другой край. Не успев полностью справиться с изумлением от того откуда я могла получить такой силы удар, я попыталась вытолкнуть себя из выемки с помощь рук, но в ту же секунду получила еще один удар в центр корпуса, заставивший одну руку расцепиться с углом гаража.

Весь проем выхода из выемки заполнило нечто ледяное, колючее, холодное, но движущееся. Свет в выемку почти не проникал. Что-то пыталось протолкнуть меня дальше в выемку. Рука, которая держалась за угол гаража, казалось полностью обледенела. Еще немного и она разожмется. Нужно во что бы это не стало ухватиться другой рукой. Воздух, который я вдыхала был настолько холодным, что я чувствовала как он ледяными иголками попадает мне в легкие и я замерзаю изнутри.

И тут я услышала голос.

Он шептал, но тон был угрожающим и злым.

– Вот выпивка тебя и сгубила, – он шептал с ненавистью, в голосе чувствовалось отвращение. Повторял и повторял эту фразу. С каждым повтором голос был все злее. После каждого произнесенного повтора следовал удар.

– Вот выпивка тебя и сгубила, – удар в корпус.

– Вот выпивка тебя и сгубила, – удар в голову.

– Вот выпивка тебя и сгубила, – удар по руке.

Нужно пнуть его своей бесполезной ногой, нанести хоть какой-то урон и уцепиться рукой. И я пнула. Пинала и пинала носком ботинка. Вот и мартинсы пригодились. Била свободной рукой, пытаясь ухватиться за край гаража. Смерзшийся, обледенелый снег разлетался острыми осколками, заполнял все пространство выемки, не давал дышать и видеть. Все же уцепившись второй рукой, я немного сменила положение и увидела лицо нападающего. Маленькие злобные глазки. Острые зубы из обломков веток. Долбанный, неблагодарный страшила.

Я поняла - он не забьет меня своими ударами, не сожрет, не причинит вред еще как-то. Я просто замерзну. Замерзну насмерть. И это произойдет прямо сейчас.

Я заорала, как смогла. Получилось что-то вроде сиплого шепота:

– Я с тренировки иду, при чем здесь выпивка??! – орала и била носком ботинка, пытаясь прорубить снежную преграду. Повторяла и повторяла, одно и тоже. Била ногой и пыталась вытолкнуть и себя и страшилу руками.

Злой шепот стал тише, затем прекратился. Я вывалилась на мощеную дорожку в комьях снега. Вскочив на ноги, повизгивая и трясясь, припустила к подъезду с прытью марафонца. Боли в ногах казалось и не было. Почти удалось влететь на ступеньки подъезда – на последних ступеньках все-таки шлепнулась. В слезах поднялась, обернуться назад не хватало смелости. Заскочила в подъезд. Пулей поднялась в квартиру.

Когда дверь квартиры закрылась за мной, я попыталась снять с себя вещи. Штаны стояли колом – как в детстве, когда накатаешься на ледяной горке. Куртка была промерзшей, казалось, что она сейчас просто разобьется как стекло. Скинув с себя мерзлые шмотки, проглотила два стакана кипятка, залезла под горячий душ.

***

Я провалялась с ОРВИ почти две недели. Высокая температура, жуткий кашель и насморк, даже врача пришлось вызывать. Когда я выздоровела, в городе уже была весна. Маргинальный островок демонтировали. Снежный Баб растаял.