Снег

Глава 1

Снег

Глядя в застывшее небо, отраженное в лакированном подоконнике, неуклюжими пальцами она потянулась к потемневшему веку и, нащупав свое лицо, окончательно пришла в себя.

Эта комната ей знакома, только как будто что-то не так… Ничего и никого необычного — стол, диван, кресло, книги и прочие домашние вещи, но что-то незнакомое появилось в этом, так и не успевшем стать родным, доме.

Но что это?

Бескрайних размеров степь, которую видно из окна, завалена снегом. - Так вот как он выглядит в жизни. Может эта пустыня своей преступной безграничностью действует так угнетающе? Интересно, когда он успел выпасть, да ещё в таких количествах, точно вокруг Антарктида? Стоп. Что значит: "когда", если ты не помнишь сколько здесь просидела, и что было с тобой перед этим. Тогда...тогда может, это действительно Антарктида?...

Поднявшись с кресла, она услышала грохот, и только потом осознала, что лежит на полу. Сильной боли от падения не чувствовала, только покалывание в конечностях. Постепенно овладевая телом, добралась до двери, но двигаться дальше не получилось — дверь заперта. В кармане халата оказались сигареты, спички и телефон. Последний, при первом же нажатии кнопки «пуск», вспыхнув в сгущающейся темноте, ослепил и, характерно дернувшись, потух.

Выключатель на стене ничего не изменил. Не изменила ничего и зарядка торчащая из розетки. Любимый настольный светильник и тот, как сговорившись, не разогнал тени, набухающие по углам. Надеясь увидеть дефект, она выкрутила допотопную лампочку Ильича, такую же, которая (это она помнит) сначала в школе, а потом в институте согревала её, мерзлячку, во время работы. И которую теперь ей разрешали иметь только в этой комнате. Но что значит "разрешали иметь"? Что за глупость?...

Она силилась привести свои мысли в порядок.

Тогда она увидела бледную полосочку, опоясывающую безымянный палец правой руки. И она его вспомнила.

А потом вспомнила ещё лучше, увидев на подоконнике, вместо ставшего уже привычным отражения неба, детскую соску. Она странно улыбнулась на несколько секунд и стала серьёзной, непоколебимой, только в глазах, несмотря на смиренную решимость, читалась уставшая, но не убитая, мольба о пощаде.

В следующий миг взгляд загорелся, стал пристальным, цепким, как дуло пистолета.

Рано наступающий зимний вечер не успел спрятать, а снег только ярче подчеркивал, медленно появившуюся фигуру на горизонте.

Вглядываясь вдаль, худыми трясущимися руками, она с трудом достала сигарету и закурила. Когда, отвлекшись на мгновение на спичку, она подняла глаза, перед ней было только, казавшееся сном, белое поле.

Она длинно затянулась, надеясь унять расходившуюся дрожь, и в это же мгновение смутный страх чего-то непонятного, чужого сменился животным ужасом, а волосы из чёрных, как родная южная ночь, стали серыми, как пепел, когда за спиной в шкафу раздался, как будто нечаянно оброненный, короткий смешок.

Судорожно прихватив маленькую ручку обожженными пальцами, она распахнула дверь и инстинктивно зажмурила глаза.

Ничего, тишина. Молитв она не знала, волосы стояли дыбом, протянув руку вперёд, она пошарила по сторонам. Несколько платьев, пару свитеров и пиджак, которые давно не надевала. Она открыла глаза, не веря своему счастью, неровно выдохнула и отчётливо увидела ехидную улыбку, шагнувшую на неё из глубины старого шкафа.

Фигура стояла рядом с домом, собираясь заглянуть в окно, но крик, вопль, будто маленького ребёнка, а может даже, как ему показалось, отчётливый хлопок разорвавшегося сердца, оцепенил его. Но скоро он заставил себя оторвать взгляд от стерильно белого полотна под ногами и, словно получив ответ на давно мучавший вопрос, уверенно отправился куда глядели его, теперь помутневшие как у старика, глаза на ещё молодом лице.