Шершень

Глава 1

На балкон залетел шершень, довольно крупный, с широким пушистым затылком, внушающий опасение одним видом и низким гудением. Сентябрь, пора гигантских азиатских шершней, падающих и быстро гниющих осенних яблок, пронзительно-голубого неба, ещё тёплого моря, ароматных жёстких трав, разноцветного леса, рассечённого чистыми речками, возлежащих на нагретых солнцем камнях змей, набирающей горечь калины, утреннего холода и дневной почти летней жары. Хороша осень в этом относительно суровом краю. И край сам хорош, пусть и не для всех. Но он никого не держит, кому не нравится – добро пожаловать отсюда туда.

Шершень совершал облёт некогда полностью стеклённого балкона. На первый взгляд глупо не мог вылететь, бессмысленно перемещался, опасно гудя. Но он что-то искал. Возможно, давно, когда здесь не жил человек, а стояло дерево, в его густой и уютной кроне было гнездо шершней. И по памяти предков этот приятель хотел обосноваться здесь. Облетал углы, искал лучшей жизни. Медленно туда, исследуя стену из серого кирпича, сюда. Люди более суетны, люди меньше продумывают и быстрее делают. Кто отсюда, а кто сюда, кто куда, кто туда, а кто там по этому «здесь» всё тоскует. Но незачем возвращаться навсегда туда, откуда однажды навсегда.

Знать высокие здесь были деревья много лет, несколько веков назад. Всего лет двести тому лес здесь стоял. Разные, постепенно привыкшие к ставшему более холодным климату, деревья. Тайга – она тайга и есть. Жившие здесь лет семьсот-тысячу назад люди высоких домов не строили, родники свои не закапывали и «чистую» воду в пластиковых цистернах не возили. Асфальтом землю свою не закатывали, моде не следовали и комплексами не страдали. Сериалов не смотрели, к нападению всегда были готовы и проблема «как сбросить лишний вес» и «избавиться от страха завтрашнего дня и легко завести друзей» их не волновала. Приверженцами культа потребления не являлись. Рациональный же минимализм и гармония у этих людей имелись в наличии. Не селились они в неподходящих местах, которые зальёт при первом же сезонном наводнении, а селились на сопках, чтоб потом не плакать о безвременно утраченном имуществе и погибших друзьях – животных. Природу жившие здесь ранее люди чуяли хорошо, а контрактов с гадодейственными силами, в отличие от варваров, не заключали. Власть и завоевания чужого добра им были ни к чему.

Много прошло времени, много поколений варваров сменило друг друга на этой земле, но для природы, для вселенной, какая-то жалкая пара тысчонок лет – ничто. Климат не изменился, животные не изменились, помимо добровольно социализировавшихся раскормленных людьми лесопарковых белок, например, но даже последняя жирная белка хранит в себе инстинктов больше и пробудит их раньше, чем среднестатистический зажиревший на страхе и забывший про энергообмен человек. Жадность зверя не идёт ни в какое сравнение с жадностью человека. Люди, жаждут новых зависимостей, активаторов, ускорителей и ускорений (начальных и не очень), усилителей (вкуса и ощущений извне, ибо нутро молчит и не трепещет). Когда заигрались в грязные психологические игры, основанные на страхе и манипуляции, забыли люди, кто они есть и что тут делают. Чутьё спит, а разум затуманен сиянием отражённых в нужном свете историй и «камня Мары», люди не цари природы, а бессознательные кредиторы, не определившиеся с выбором.

Не найдя дерева, шершень разочарованно, но спокойно, улетает искать и обретать свою цель в другом месте. Дерево, растущее на определённой энергетической жиле земли. Движется материя, первоначально движется дух. Энергопотоки ли, память генетическая ли, и то, и то правда. И птицы летят по определённым «дорогам» в небе, и течения знают, куда деваться в океане. Природа движется в правильном ритме.

Ситуации повторяются, покуда живо дыхание земли, случайностей нет. Будет то, что уже было, пока внутри не произошло больших перемен. Внешнее являет собой дух внутреннего. Глупо пытаться хорошо жить, не зная истории и географии местожительства. Земля будет разверзаться там, где ей положено разверзаться, вода будет прибывать там где ей до́лжно прибывать. Незнание природы, у которой живёшь в гостях, не значит умение подчинить её. Над подземными реками негоже строить жилища, кто приехал с запада, тому не понять особенностей этой земли. Кто, не зная законов, со своим уставом сунулся, тому кого винить кроме своего невежества? Тонущие в изобилии информационного мусора и при этом парадоксально не знающие основ, кто вы такие, люди? Чьи вы? Сами-то хоть свои? Источники подземных вод бесполезно зарывать, над старыми пустотами бесполезно селиться на тонком слое земли, в низинах вблизи наземных рек тоже селиться не следует, как и у оврагов. В сезон тайфунов жди беды. Садить бы здесь рис, воды бывает много, да уж больно холодно особенно на севере. Но осень на юге в краю голодных шершней хороша.

Ситуации повторяются, кто, не зная истории земли, не зная самой земли, пришёл вершить историю новую, проигрывает. Всяк проигрывает, кто дух земли не чует. Можно сотни раз переписывать историю, обвешивая её выгодно блестящими в нужном свете подробностями. Но сути это не изменит. Дух земли и дух воды, дух воздуха, дух огня и дух металла живут по своим законам, требуют и получают приношения, дают дары. Они-то помнят про энергообмен, они знают его.

Вода камень точит. Внезапно в мире ничего не бывает. Все процессы проистекают постепенно по пути наименьшего сопротивления.

Сколько бы душ шаманов былых веков вновь не посетило эту землю, нести истину массово с трибуны им незачем. Просто наблюдать за теперешней тайгой. Тайга – тайгой и останется. Однажды она восторжествует.

05-06 сент 16