Сборник зарисовок по снам

Невозможное убийство

Я стояла около большого здания буквой С, внутри которого был уютный дворик с лавками, деревьями, кафешкой. Жаль, что моя школа не была даже отдаленно похожа на эту.

Вокруг ходили роем молодые люди.

А один парень просто вышел из главного входа, прошел пару метров по опоясывающей здание плитке, вышел на середину дворика и упал на землю лицом вниз.

Я даже не успела подумать о том, что с ним могло произойти. Успела только увидеть спину его джинсовой куртки — расцветку хаки во всю спину сложно было не заметить — и понять, что он умер. Больше ничего не успела — ко мне подошел улыбающийся парниша и повел куда-то. И я пошла.

Мы давно знакомы. Друзья. Или неопределившиеся друзья — я не определилась.

Он шел немного быстрее меня, а я все пыталась обернуться, рассмотреть упавшего парня, понять, что случилось. Мой друг приобнял меня левой рукой, и повел еще быстрее, чтобы не оборачивалась и не отставала. На нем тоже была голубая джинсовка, но в этот момент я не придала этому значения. Может, в этой школе/гимназии все ходили в джинсовках.

А через пару дней я находилась с ним в одной квартире. Искала что-то, когда из горы вещей в огромной коробке вытянула за рукав его голубую джинсовку.

Я так и не поняла до конца, что это было.

Спина его джинсовки была расцветки хаки.

Поняла только, что приобнял он меня тогда не для того, чтобы я не успела разглядеть упавшего парня. А чтобы спина его собственной джинсовки не попала в мое поле зрения...

Это был он.

Маньяк в городе гаражей

Это был странный город — параллели узких улочек и дома из гаражей.

В гаражах люди жили, торговали, вывесив одежду на раскрытых дверях, наливали выпивку, подавали еду и развлекались. Днем.

Но когда наступал вечер, улицы пустели.

Двери гаражей плотно закрывались на ряд замков. Ветер гонял по улицам одинокие пакеты и потрепанные газетные листы. Лишь иногда какой-нибудь по ошибке загулявшийся глупец опаздывал закрыться дома. Намеренно выходить на улицу не рисковал никто.

Потому что вечером на эти улицы выходил ОН.

Метра три ростом, худой, сутулый, руки длинные, кожа обтягивает подсохшие мышцы.

Он медленно ходил по улицам и… просто беспощадно вырезал всех, кто попадался на пути.

Мое сердце разрывалось, я чувствовала каждый их страх. Каждую дрожь в поджилках, когда трясущиеся руки соскакивают с замков, а ты пытаешься прислушаться к шагам вдалеке и убедиться, что у тебя еще есть время, но слышишь лишь собственное сердцебиение.

Хотелось освободить этих людей. Дать им спокойствие, вечера, жизнь.

Я выследила маньяка и зарезала его так, как он резал горожан.

Облегчение.

Чувство, когда ты можешь дышать. Теплая струящаяся радость от того, что другие дышат свободно благодаря тебе.

Впервые двери гаражей в городе были открыты вечером. Люди ходили по улицам, общались, смеялись, гостили и не боялись за себя и детей. Музыка, легкость и веселье доносилось из каждого гаража.

В городе наступило спокойствие и счастье.

Но оказалось, лишь на несколько дней.

Вскоре появился новый маньяк.

Он вышел на очередную охоту на горожан, я — на него.

Только меня прервали. Трое мужчин в костюмах, плащах, шляпах. Не из местных. Разговаривал со мной только один. Ну как разговаривал… Он сказал лишь пару фраз, которые поставили меня в тупик:

— Думаешь, ты сможешь их спасти? Все изменить? Если ОН убивает, значит, это кому-то нужно. А пока это кому-то нужно, ОН будет убивать.

Я смотрела на гаражи, на проплывающую среди них тень и понимала — на место убитого всегда придет новый. Пока это кому-то нужно.

Бог и Дьявол

Я стою на земле и смотрю вверх.

Я, маленькая девочка 8 лет.

Вокруг — тишина, ветер, поднимающий с земли песок, полумрак, который начинает растворяться под первыми лучами солнца.

Надо мной они, словно свечение в танце с дымкой. Синий, как холодный огонь, образ Бога и красный, как пламя адского огня, образ Дьявола.

Я не слышу их, но понимаю — они спорят.

Спорят за душу маленькой 8-летней девочки, что стоит и просто наблюдает за ними.

Прошел 21 год. Я так и не знаю, кто победил.