Сборник ужасов

Глава 1

В детстве я часто просыпался по ночам и не понимал, где нахожусь. Комната казалась чужой, лица встревоженных родителей – тоже. Я кричал. Громко. Отчаянно. Чувствовал чужое присутствие. Чувствовал, что пришли за мной. По коже проходились холодные пальцы, сжимаясь где-то в районе солнечного сплетения. Сердце словно замедляло ход. Пропускало удар. Ещё один. Я выдыхал, и все приходило на мгновение в норму. Но присутствие чего-то чужого и неправильного не отпускали. Мне казалось, что за мной следит пара глаз из самого темного угла комнаты. И стоит только родителям уйти, как это нечто протянет свои холодные руки ко мне и утащит за собой.

Они всегда говорили, что это всего лишь детские страхи. Не верили. Волновались и хотели отвести к психологу. Вдруг, это виноваты дурацкие мультики, которые я смотрел. Ведь по их мнению, самые лучшие это советские, а не те, которые смотрят нынешние дети. Это все они виноваты, а не монстры под кроватью.

Той ночью я почти не спал. Ворочался, одеяло лежало не так, подушка была слишком жёсткой. Перевернул ее. Стало ещё хуже. Хотелось уйти к родителям в комнату, но они все равно не поверят и отправят обратно к себе. Они никогда не верят.

К кончикам пальцев потянулся холод. Всегда начинался оттуда, с ног и поднимался выше, ледяной хваткой сдавливая ребра. Я замер, зажимая рот ладонью. Хотелось кричать и плакать. Я не слышал голос, но он звучал во мне. Звал меня. Домой. Словно я не должен был находиться тут. Словно это было не мое место, не мой дом.

Я закричал. Свет в комнате осветил темный угол. Испуганное лицо мамы я запомнил на всю жизнь. На утро на пороге квартиры стоял батюшка в рясе. Видимо, родители совсем отчаялись. Эту и последующие ночи я спал не просыпаясь.

А вчера, первый раз ночуя в новой квартире, я почувствовал, как пальцы на ногах снова похолодели…

Глава 2

«Налево, направо, прямо –

Ты отсюда больше не выберешься»*

Голос звучит в голове гулко, словно эхом отдаваясь в черепной коробке, гуляет по сознанию, впитывается в вены, течет по ним вместе с кровью. Я слышу это, я чувствую это, я вижу это. Я вижу голос, говорящий мне, что я это не я. Безумие проникло везде, куда только смогло протянуть свои цепкие лапы. Оно, как вьюн, оплетает, связывает, стягивает меня внутри. Мое сознание заперто внутри этого тела, которое не мое и никогда не было моим. Я до крови раздираю кожу на руках, ломаю ногти в жалких и безрезультатных попытках выпустить из себя этот вкрадчивый, хриплый голос. Он убеждает меня в том, что я не знаю себя, что мое отражение чужое. И он не замолкает ни на минуту. Я пытаюсь заткнуть уши, но тут же вспоминаю, что он звучит внутри. Я просыпаюсь от стука в дверь и понимаю, что это снова тот страшный сон.

«Тук-тук, впусти меня,

Позволь мне стать твоей тайной.

Тук-тук, тук-тук!»

Стук продолжается, но за дверью никого нет. Я снова слышу этот голос в голове. Он стучится, просит открыть ему. Это становится какой-то жуткой закономерностью - просыпаться от назойливого стука в дверь и слышать того, кто просится внутрь.

«Налево, направо, прямо –

Ты в лабиринте.

Никто тебе не скажет, в какую дверь ты должна войти»

Он указывает мне куда идти, и я подчиняюсь. Коридоры пустынны, все двери заперты. Я ускоряю шаг, я бегу. Налево, направо, вперед! На смену привычному уже страху приходит паника. Она окутывает, липнет к коже, сковывает движения, но я бегу. Он уже совсем рядом, а я не могу скрыться от него. Все двери заперты. Я кричу, но не слышу собственного голоса, только его, только тот, что внутри меня. Я не знаю, в какую дверь входить, и никто не может мне подсказать это. Я продолжаю бежать в этом лабиринте, окончательно заблудившись.

«И эту игру можешь окончить лишь ты сама».

Эти слова всегда звучат в конце моего бессмысленного забега. Каждую ночь, когда он будит меня, я теряюсь среди этих запертых дверей. Каждую ночь он напоминает мне о том, что я могу решить все сама. Каждую ночь мне не хватает на это смелости. Но я должна это сделать, я должна его выпустить. Должна.

*Oomph - Labyrinth

Глава 3

Впервые я увидела ее в ночь моего совершеннолетия. Длинные светлые волосы, большие зелёные глаза, очень худая, настолько, что сквозь тоненькое платьице можно было увидеть выступающие кости. Она была точной копией меня, только измученная. Я сидела и не могла пошевелиться, меня сковал липкий холодный страх. Она исчезла так же внезапно, как и появилась. И я снова смогла двигаться и дышать. А отражение в зеркале вновь стало обычным – моя комната.

С того дня прошло уже два месяца. Я не помню, когда я нормально спала. Я не могу никому рассказать об этом, потому что меня сразу закроют в психушку. Иногда я думаю, что это не самый худший вариант.

- Ты какая-то бледная сегодня, - мама поставила чашку чая передо мной и села напротив. – Что случилось, Жень?

- Ничего, - я только мотнула головой и отхлебнула кофе. Горло обожгло, я закашлялась.

- Не торопись, вечно ты куда-то спешишь.

- Хочу везде успеть, - отшутилась я. – Ладно, мам, я пойду к себе. Может посплю ещё.

Если бы выполнить было сказанное так же просто, как и произнести это вслух, то это был бы лучший день за последние пару месяцев. Я вышла с кухни по мамино ворчание, которое уже не слушала.

На часах почти полночь. На пустую половину кровати кто-то сел. Я почувствовала, как матрас прогнулся под тяжестью тела. По спине пробежали мурашки, а пальцы похолодели. Она никогда не приближалась так близко.

- Женя, - это мой голос, только хриплый, далёкий. – Это ты виновата. Слышишь? Ты. Ты! – голос сорвался на визг.

Я резко повернулась к ней, но ничего не увидела. Ничего. Наверное, я действительно схожу с ума. И состояние мое ухудшается с каждым днём.

- Ты виновата! – голос слышится из дальнего угла.

Я повернулась на него и замерла. Она была там. Ее движения были какие-то рваные, дёрганые, жуткие до ужаса. Мне казалось, что ещё мгновение и она сломается, как марионетка, нити которой обрезали.

Она снова стала приближаться. Резко. Рывками. Как в самом страшном фильме ужасов. Она коснулась моей руки и я закричала. Надрывно. Пронзительно.

- Женя! Женя! – мама трясла меня за плечи, пытаясь привести в чувства. – Что тебе снилось?

А мне не снилось. Я видела ее наяву. Ее. Девушку с моим лицом, ненавидящую меня. Только я не понимала за что.

- Она сказала, что это я виновата! - мой крик перешел в рыдания. - Почему она так похожа на меня?!

Мама смотрела на меня уже не с беспокойством, а с каким-то зарождающимся в душе ужасом. Я видела это в ее глазах. Дурной знак. Дурной. Я тряхнула головой.

- Это был кошмар, мам, - я натянуто улыбнулась. - Просто страшный сон.

Мама недоверчиво посмотрела на меня и встала с кровати. Уже у двери она обернулась и обеспокоенно посмотрела на меня.

- Если что, зови нас с папой.

Я кивнула. Она вышла и прикрыла за собой дверь. Я прислушалась к разговору в коридоре.

- Ты слышал, что она сказала? - я с трудом слышала мамин шепот. - Она видела, похожую на нее девушку. Может, стоит ей рассказать, что ее сестра-близнец родилась мертвой?

Я ошарашенно смотрела на тонкую полоску света, пробивающуюся под дверью. На шее я почувствовала холодные пальцы мертвой сестры. Я все поняла... Слишком поздно поняла.

Глава 4

В окно ярко светит убывающий серп луны, и полуночнице хочется завыть, как раненный волк. От отчаяния, от страха, которые липкой паутиной облепляют ее сознание и путают мысли. Что принесет сегодняшняя ночь? Сможет ли она противостоять и остаться в живых? И даже если сегодня она выживет, то ничего не закончится. Каждый день все будет повторяться, но, сколько она сможет бороться?

Ноги становились ватными, и усталость брала свое. Она медленно опустилась на кровать, сжав руки в кулаки и впиваясь ногтями в ладони до крови. Боль отрезвляла, не давала провалиться в забытье. Пусть она лучше расцарапает все тело в кровь, но не уснет. Она встретит свой страх, глядя ему в глаза.

Девушка шумно выдохнула и, не моргая, уставилась на стену, где висели ее картины. Она склонила голову набок и перевела взгляд на рисунок в углу. На листке бумаги было изображено море. Ярко-синие волны бились о скалы, казалось, разбрызгивая морскую пену куда-то за пределы рисунка. Ей показалось, что вода ожила, даже зашумела, как шумит морской прибой в самый сильный шторм.

Она резко дернулась, понимая, что рисунок стал действительно оживать. Края листка расширились, границы стерлись, а вода, еще секунду назад бывшая темно-голубой, стала приобретать кроваво-красный оттенок. Девушка словно завороженная смотрела на эти изменения, не в силах сдвинуться с места. Жидкость, густой маслянистой массой хлынула в комнату, разнося с собой металлический запах крови. Ее начало тошнить, к горлу подкатил ком, и девушка закашлялась, закрывая нос и рот рукавом пижамы. Кровь растекалась по полу, стекала со стен, теперь не только картина была источником ее появления. Казалось, что вся комната кровоточит, а стены стонут от невыносимой боли.

В реальность ее вернул стук в дверь, такой тихий и ненавязчивый, но словно бьющий по вискам, как скрежет металла по стеклу. Она машинально отодвинулась, но с постели не слезла, боясь вступить в лужу крови. Стук повторился, за ним последовал тихий скрежет, от которого у девушки по спине побежали мурашки.

Дверь медленно, с противным скрипом начала открываться. В темном проеме показалась рука. Девушка судорожно вздохнула. Она узнала его. Узнала по мерзкому шраму на поллица, по глазам, затянутыми бельмом. Подавшись назад, девушка соскользнула с кровати, упав на пол. Брюки тут же пропитались липкой кровью, а запах, казалось, стал только сильнее. Но она словно не замечала этого, она не сводила взгляда с темного пятна открытой двери, в которой стоял человек. Его хриплый смех эхом отразился от стен, и девушка протяжно заскулила. Она не боец, она не хочет сражаться за свою жизнь, только не с ним. Он пугал ее до дрожи в коленях. ⠀ Мужчина медленно прошел в комнату и присел напротив девушки. Ловко подцепив пальцем ее подбородок, заставив поднять на него взгляд. Тошнота снова подступила к горлу, когда она посмотрела в обезображенное шрамами лицо мужчины. А этот запах гниющей плоти, смешивающийся с запахом крови, просто сводили с ума и окончательно добивали ее разум. ⠀ - Сбежать от меня вздумала? – усмехнулся он, медленно распарывая рубашку ее пижамы и разводя в стороны края, обнажая тем самым грудь девушки. ⠀ Она вздрогнула и попыталась отстраниться, но тут же была остановлена взмахом руки. Когти полоснули по нежной коже, вспарывая ее совсем неглубоко, но кровь тут же брызнула из раны. Она пронзительно закричала, но в ответ услышала только надрывный хриплый смех. Он искренне веселился. Он не был сумасшедшим, нет. Просто это его нутро, жаждущее крови и мести. ⠀ - Я сплю, я сплю, я сплю, - бормотала она, зажмурившись и пытаясь отползти в сторону. ⠀ Ее запястья крепко схватили и дернули с такой силой, что девушка не успев даже вскрикнуть, отлетела к стене, со всей силы ударившись об нее. В позвоночнике противно хрустнуло, и она сдавленно охнула – кричать она уже не могла. ⠀ - Вы, детишки мерзких родителей. И ты будешь в ответе за то, что твой отец сделал со мной. И ты в ответе за все смерти. ⠀ - Я сплю… ⠀ - Ты не спишь, но ты в моем мире, маленькая дрянь, и мы играем по моим правилам. Неужели тебе не весело?

Он схватил ее за шею и поставил на ноги, прижав к стене. Воздуха катастрофически не хватало, девушка судорожно хватала ртом, но мужчина слишком крепко сжимал ее горло. В ее глазах читалась паника и дикий ужас, который словно кисель окутывал ее, даже немного успокаивал. Она почти смирилась со своей участью. ⠀ Один короткий взмах руки, и нож глубоко входит в мягкую плоть, разрывая ее и выпуская все внутренности наружу. Она уже не сопротивляется, даже не пытается дышать, только беззвучно открывает рот, как рыба у стенки аквариума. Брюки насквозь пропитались кровью, рубашка рваными клочьями свисает с плеч, а из распоротого живота неряшливо выглядывают внутренности, с которых также капает бурая кровь. ⠀ Он нежно, словно хрупкую куклу взял ее на руки и аккуратно уложил в кровать. Родители не слышали ничего, что творилось в комнате своей дочери. Они никогда не верили ей, никогда не хотели верить. Но когда наступит утро, им придется вспомнить то, что они совершили много лет назад, и за что понесла наказание их дочь. Они все вспомнят.