Сборник стылых земель и песка

Черно-белое кино и морозная стужа

Марена прыгает вокруг него с фотоаппаратом наперевес, ловя самый удачный ракурс. Кощей щурится от яркой вспышки в десятый раз. Девушка шипит от недовольства, удаляя неудачный кадр.

- Можешь стоять нормально и не морщится?

- Нет.

Это было начало восьмидесятых годов. Может девяностых, Кощей точно не помнит. В моду только вошли маленькие ручные фотоаппараты и простые люди охотно ими пользовались. Телевидение, газеты и журналы украшали яркие фотографии. До изобретения цветных плёнок люди наловчились красить получившиеся фотографии в ручную.

- Да встань ты ровно! - женщина стукнула фотоаппаратом ему по боку. Он боль чувствует, но не так ярко. Но все равно картинно охает. - Я хочу видеть красивого и молодого юношу!

Марена рявкает.

- А не старую кучу костей!

Богиня устроилась работать в один из модных журналов и теперь третирует его(по мнению самого Кощея). Она подписалась на какой-то проект, сути которого он не особенно уловил.

Кажется эта была реклама новой коллекции одежды? Он никогда не мог до конца понять любовь людей к моде.

- Да встань ты наконец-то! Ты у нас по последней моде одетый человек! А такое ощущение, что перед мной груда сгорбленных костей!

Кощей сильнее кривит лицо в отвращении. Он сжимает сигарету в зубах. Правый глаз нервно дергается.

И сказать стоп он ей вроде бы не может, сам же подписался под контрактом. И обидеть не хочется. Все таки она нашла себе новое увлечение. И губить зачатки интереса своими колкими словами не имеет желания.

- Ты моей смерти хочешь, - вздыхая отвечает принц Нави и все таки встаёт в нужную позу. - Учти с тебя причитается.

Космос в банке

Мужчина перебирал в руке чётки. Кажется они были сделаны из настоящего камня с земли. Если верить рассказам этой незнакомки.

- О чем думаешь? - женщина перемешивала ложкой коктейль из кофе и сладкой газировки в стакане.

Он скривился от отвращения. Специфические вкусы этой дамы непонятны для него.

- Как тебя занесло на Марс?

Он вгляделся в одну из бусин. Поднял на свет убывающего солнца. Не просвечивает. Значит точно не пластик. Настоящий природный материал в их время редкость.

- Не люблю Юпитер, - она сделала глоток своего пойла. - Где сейчас половина человечества. Я предпочитаю что-то более тихое.

- Или у тебя здесь бизнес, - он положил четки на стол. - По продаже всякого с земли.

Женщина усмехнулась.

- А что?

- Просто так, - он поводил четки по столу. Звук хороший. Если бы был пластик звучало было как из под капота машины. - Может хочу помочь тебе.

У него есть возможность на постоянной основе летать на землю. С Великим переселением у многих людей остались свои личные шатлы-корабли. Так что слетать на другую планету и вернуться к ужину, не проблема.

- Мне нравится твоя идея, - она растянула губы в игривой улыбке. - Милок.

Карающий меч

Она была воплощением грации которой могли похвастаться лишь греческие нимфы. Стройная, белесая как снег богиня возмездия, карала варов и убийц. С её копья капала кровь, ежевичными гроздьями на стылую от землю.

Она была сравнима со статуями древних скульпторов, воплощавших идеал мимолетной красоты. Хрупкая женщина была обожаемая среди пантеона, но лишь единицы чуяли смрадный запах разложения. Богине претили убийства обычных смертных.

Она была весенней капелью и ярким морозным солнцем, внушая спокойствие и умиротворение. Богиня считала шрамы от лезвий и кинжалов в очередной раз оставшись в темных коридорах храма.

Она была богиней возмездия и справедливости, окроплявшей свежей кровью жертвенные столбы.

Ветры песков

Трескалось его божественное тело, рассыпаясь в тягучий песок пустыни. Муссоны уносили его в пустынные глубины, скрывая от жадных глаз богов. Весь Кемет когда-то яркий и дышащий как Нил в периоды разлива, сейчас в упадке.

Он смешался с толпой туарегов, скрыв свою божественную силу и натянув синий платок на лицо. Песок лип к походной обуви, со всех сторон дул сильный ветер а верблюд не слушался. Несколько мужчин разожгли костры, сделав остановку. Пустынная ночь обещается холодной. Сет сидел на сваленном бревне, слушая людской гомон и шум пустынных ветров.

Один старый туарег подсел к нему, склонив свое морщинистое лицо к нему:

- Ты знал, боги всегда среди нас.

Сфинкс и механический мопс

Дождь барабанил по крыше домов, пахло изморозью и человеческими отходами. Чертовы корпы, им плевать что свалка с годами разлагается.

Ви прижался спиной к мокрой стене дома, укрывшись курткой. Во рту полу-потухшая сигарета а в голове пустота. Он не думал о том что как будет добираться до маленького Китая из такой дыры. Эдди кончились, Деламейна не вызвать а ближайшая автобусная остановка в пятидесяти километров отсюда.

- Эй, ты чего тут трешься?

Ви опустил голову, глянув на худощавую кошку , кружащуюся вокруг ног.

Ви мрачно хмыкнул, животные и люди, как же похожи:

- Еды нет.

Кошка деловито подняла мордочку, прыгнула в пустую коробку и свернулась калачиком. Тельце тряслось под холодными каплями дождя. И ведь же не попросит помощи, как и он сам, подумал Ви.

Он наклонился ближе, приподняв край куртки над кошкой, укрывая:

- Ладно уж.

Ви разглядывал темно зелёные глаза бродячей кошки. Сфинкс, тут же понял он. Ну конечно, кому нравятся лысая кошка похожая на худощавый труп. Людской массе подавай красивых роботизированных мопсов в смешных костюмах хот-догов.

Ви качнул головой в задумчивости:

- Может забрать тебя?

Его жена

Вечная тьма, ласковым зверем ластилась к её ногам. Ведьма говорили они, моя жена говорил он. Жизнь скрутилась в змеиное колесо, пустив яд под кожу. За ней тоже когда ни будь придёт, обезумившая толпа по имени история.

Капля за каплей утекала жизнь, вода скрыла от чужих глаз. Тонуть оказалось намного приятнее, волны обволакивали её. Она не видела что творили проклятые захватчики с её страной и мужем.

Она открыла рот, пытаясь инстинктивно вдохнуть но захлебнулась водой. Перед глазами плавала темнота, такая добрая и нежная. А на глазах горели слёзы.

Никто её не вспомнит. Её сотрёт история, как стирались целые города и империи древних. Жена, царица и женщина вот все что останется. Не должен был ты милый мой господарь, доверять проклятым церковным папам из Рима! Уроды родных детей не пожалеют, изобьют до полусмерти и отправят на войну!

Память о ней затерялась в годах. Для современников она лишь легенда и сказка. Мифическая жена, чей кроткий нрав мог умолить зверя. Да только не зверем был её князь, человеком с большим сердцем.

Кто бы помог ей, проснуться ото сна, сбросить с себя кокон истории и вновь восстать, показав истинную правду. Она не была ведьмой, колдовкой или укротительницей упырей.

Стекается любопытный люд на реку ту, где якобы сбросилась жена господаря. Обмельчала речушка, раскрыв уродливые равнины, хранившие тайны давней истории.

Одинокий, покосившийся крестик стоит на холме уже давно. Гадают люди в честь кого стоит символ божий.

На той то реке, говорит старик смотритель, жена валашского князя сбросилась, когда на замок турки напали.

Холодная ванна

Перед глазами плясали цифровые коды, сигнализируя о сбое всех систем. Голова кружилась а к горлу подступала тошнота. Ви схватился дрожащими руками за бортики ванны, жадно глотая воздух.

Тело трескалось по швам, болезненно вгрызался зверь по имени боль. Он ничего не понимал. Все вокруг кружилось в вихре, мир сливался в единое пятно.

Кто-то дернул его за плечо, громко крикнув:

- Ви! Очнись!

Затуманенным взором он посмотрел на Джонни и просипел севшим голосом:

- Помоги.

Мир троился, смешиваясь в причудливый и цветастый калейдоскоп. С каждым вздохом ему становится все хуже и хуже.

Ви чувствует как Джонни отдергивает провода от кибердеки. По ушам резко бьет лезвием а изо рта вырывается сдавленный хрип. Наконец-то отсоединился от сети.

Ви ослабленно оседает в холодной ванне, едва не до самого носа. Морозная температура воды медленно приводит в чувство. Какого черта он вообще согласился на этот заказ? Знал же ведь, что дерьмово кончиться все.

Джонни выдыхает сизый сигаретный дым ему в лицо:

- Вставай, самурай. Корпы идут.