Сборник снов Мазесу

История 2. Соната 1 (280922)

28.09.22

Соната 1

Прекрасное летнее утро сопровождалось дальней дорогой. Она благотворила своим путникам, огородившись от мира сего прекрасными лесопосадками с мелкими кустиками и яркой сочной травкой. Дорожная пыль лежала по краям, пряталась от ветра беспечных путешествий в самые укромные уголки одноцветного бордюра. «Как страшна вечно блуждающая душа, не имеющая своего преткновения. Как легко её забрать себе в объятья», - опустошались крупинки серого мирка пути. Солнце слепило глаза, но так ласково поглаживая по личику, выкалывала всё сознание, закутывало белыми пятнами взор. «Прык-скок», - скачет автобус от бегающих по асфальтному полю камушков. Он не был забит людьми, но и не пустел от разговоров пассажиров.

Салон был как уютная утренняя постель. Когда ворочаешься, подушка набивается какими-то камками, желающими разбудить тебя. Так усердно стараясь, она причиняет столько неприятной, но терпимой боли. Может стоит соизволить усмирить свой пыл и лежать дальше? Нет. Не всегда стоит «лежать» на своём. Прислушайся, что шепчет этот скромный день? «Безрассудство, пустошь и бессмыслие~ Очнись... Сделай хоть что-нибудь», - в мыслях гуляют чьи-то слова. Может сам их придумывает кто-то? Поворот, кто-то из пассажиров, прижавшихся к окну, стукнулся об своего собеседника мыслей. Будто бы случайно ударив чайником по плите, он невольно скромно оглядывается: «А не разбудил ли я кого-нибудь? Ах~ Нет...». Автобус монотонно и спокойно следовал своему пути, свежечертившемся водителем. Окошки были приоткрыты. Какой прекрасный воздух... Как одеялко... Как одеялко.... Как о…

- Дочь, ты меня раздражаешь, - автобус стоит на месте?

Двери открылись, зашипели арматизаторы, как змеи, притаясь в длинной сухой траве- Кому они хотят помочь?

- Живо свалила из автобуса с глаз моих!

Около свежего поручня ново изготовленного автобуса стоит мужчина в лёгкой рубашке пыльного синего оттенка, с многочисленными пересекающимися полосками, исчерчивающими чужую судьбу. Обычные рабочие брюки, ничем не примечательные грязные, старые то ли кроссовки, то ли туфли. Стоит худощавый, с мелкими волосками в сторонке мужчина. Грустно ему, он злой? Я не вижу. Туман. Он — туман?.. Верно.

На сиденье, где у людей старшего возраста впиваются ноги в разрубленную стенку перед самой задней дверкой, гневно прирос полный мужчина. Его тёплых тонов светлого цвета рубашка измялась, всячески изуродовалась, но не расстёгивалась под натиском веса и где-то затерявшихся рабочих мышц. Взъерошенные короткие волосы мостились озёрным штормом. Не смотря на свою широту, он был по-настоящему узок. Выгнав свою дочь, он пылко тяжело дыша, ухватился за свои ноги.

«Ай-ай», - говорит автобус, - «Как так можно. Ты впиявил свои острые колени в меня...».

Прекрасное летнее утро сопровождалось дальней дорогой, разделившийся пунктирными белыми линиями на две, казалось бы, одинаковые, стороны. Она благотворила своим путникам, огородившись от мира сего прекрасными лесопосадками с мелкими кустиками и яркой сочной травкой. Дорожная пыль лежала по краям. «Как интересна людская жизнь среди сюрреалистичных напевов», - опустошались крупинки серого мирка пути. Солнце слепило глаза, но так ласково поглаживая по телу, выкалывала всё сознание, закутывало белыми пятнами взор наблюдающих.

- Чтобы я тебя рядом с ней не видел! Я её настоящий отец, это ты - отчим, слышишь?!

Брызги ринулись целовать дорожную пыль. Каждая крупица нашла себе противника. «Как страшна душа, примкнувшая к своей жертве», - молвили хором они. Раздавались всхлипы, крики, стоны, злостные напевы и безжалостные удары. Кровь, слёзы, пот, слюни... Как было больно худощавому мужчине, лежавшему под громадной тушкой грубияна.

Я знаю, я точно знаю. Это ты отец, ты, что прогнулся и доверился злостной светлой рубашке. А ты, ты — отчим, нежелающий принимать чужого ребёнка. Но вы, вы оба не отцы. Вы забыли про дочь, глупые дети. Где она? Что с ней? Пора ли проснуться...?

История 2. Соната 2 (280922)

28.09.22

Соната 2

Ночное небо, не покрыло весь этот мир своей беспросветной пеленой. Можно было спокойно наблюдать за своим родным огородом, теми же яблоньками, которые грозят спилить уже давно, старыми сараями, и теплицей вместе с деревянным забором. Не было какого-то гнетения, не было какого-то странного напряжения. Всё было легко и просто. Передо мной созидало прекрасная фигура крёстной, моей дорогой тёти Аллы. Она улыбалась и держала в руках насадку от поливочного шланга. Из неё мощной струёй пылала вода. Наш огород не всегда был таким засохшим. В какой-то момент всё полилось не так, как у крёстной в руках. Я хотела помочь. Я хотела взять из её нежных рук этот шланг.

- Крёсн, я тоже хочу полить огород.

- Зачем? Он уже полит.

Из шланга всё также плескалась вода. Тишина настигла этот огород. Всё было таким грязным, залитым. Много воды. Много влажной земли. Много залитой земли. Этот огород уже не спасти.

Пристали ворота предо мной с такой же старой грязной железной сеткой. Ворота, через которые проезжает машина. Не важно какая. Не важно чья. На них не висел замок.

- Она не закрыла ворота?

Никто ответа мне не дал. Они всегда их закрывали. Запирали. Эту железную старую грязную сетку. Вешали цепь и замок. Закрывали.

- Ладно.

История 3. Соната 0 (041022)

04.10.22

Соната 0

В большом по величине городе раздался грохот. Кругом замелькала пыль и пронеслись кусочки штукатурки. Попадали кирпичи. Из старого здания открылся вид на город. Предо мной восстал упитанный мужчина. В его руках пленился нож.

Мне стоило искать защиты, бежать, но я не отчаянно бросила вызов. В моей руке на готове была ложка, опасное оружие обороны. Я была ужасно зла. Он подорвал мой дом.

- Ты дурак! Прекрати это! Зачем ты это делаешь?

- А какая разница? ~ Хееее

Мужчина положил голову на перекладину в дверном проёме. Его росток не позволял ему держаться на ногах. Он повис, будто повесился. Его пухлые щёки с щетинкой расползлись по этой деревяшке. Из носовых дыр шёл тяжёлый воздух. Он дышал тяжело и глубоко. Руки усердно цеплялись за перекладину, как за последний шест жизни в болоте. В глазах расплывался белый свет.

Уже ничего не изменишь. Так оставайся в этом пустом мире один.

История 5. Соната 2 (231022)

23.10.22

Соната 2

Я на крыльце у отчего дома в городе С. Папа принёс старую книжку, а рядом со мной вздохнула крёстная. Когда отец пролистнул несколько страниц, произнеся: «Вот было бы всё так, как раньше», - появились воспоминания из прошлого.

Светлое и тёплое. Пень от спиленного дерева. Импровизированная песочница. Другие плиты, выложенные дорожкой к огороду, вместо деревянной старческой доски около сараев.

Мы замечаем пчелу в смоле, которая держит закрученную пятитысячную купюру. Папа сказал: «Ну и пусть себе забирает, нам она не нужна».

Во мне раздалась боль. Потекла тоска.

История 6. Соната 1 (271022)

27.10.22

Соната 1

Большая квартира-студия, помимо своих размеров о просторе отличилась и своей высотой. Её стены были высокими, потолки теряли вошедшего в квартиру человека. Само убежище было двухэтажное. Как хлопнешь входной дверью, переступив порог, так пред тобой гнездятся книги, великое множество книг в громоздких шкафах!

Неизвестный мужчина пригласил в свои просторные покои молодую незнакомку. Посмотрите на неё с его глаз. Красота. Взгляните на него с её глаз. Надежда. Её внимание привлекли книги. Они благоухали своей стариной, тяжело было оторваться от них так, что и ему с тем было невозможно отпустить её невинной. Вот он преступник. Он обнажает её, не желая спугнуть, и тянет к её горлу холодное железо.

Она спаслась. Вовремя примчался полицейский наряд.

Полицейский. Он, словно сыщик и детектив, не будучи им, окинул квартиру взглядом, но не смел проходить из дверей дале. Мужчина сторонился лишь тогда, когда мимо него стали провозить тележки-койки с телами девушек. Полицейский обратился к детективу. Тот был самый изъезженный человек: в пальто да шляпе.

И вот, закончился осмотр. Дело отложили до следующего дня.

Но не уходил лишь тот самый поражённый полицейский. В этой большой комнате, прихватывающую в себя прихожую, стояла одинокая тележка с мёртвой девушкой.

Девушка повернула голову в сторону мужчины. И, не порхая потухшими ресницами, потянулась ослабшими руками к своей вдоль порезанной груди. Еле стянув с себя плёнку, она распахнула в две стороны свою грудь, словно ставни. Её рука медленно и пронзительно вознеслась над телом, и потянула за собой кишки.

Это был ключ. Ключ из её органов.

История 6. Соната 2 (271022)

27.10.22

Соната 2

Иллюстрация

«Бейсбол на колёсах в ночном городе»