Самайн. Зов глубин

Глава 1

Дверь за спиной захлопнулась. Связка ключей полетела в старую деревянную плошку на комоде. В нос привычно ударил запах пыли и вонь дешевых сигарет, которая просочивалась в квартиру от соседей через вентиляцию.

Как же они достали курить на кухне!

Щелчок выключателя. Под потолком пару раз моргнула, а только потом зажглась одинокая лампочка, отбросив рваные тени на когда-то розовые, а теперь пожелтевшие от времени обои.

Голова раскалывалась. Мир предательски качнулся. Потеряв равновесие, я судорожно вцепилась в комод и уронила голову на руки.

Ну почему именно сегодня приступы усилились? У меня же были грандиозные планы на этот Самайн! Подруги, клуб, веселье...

— Ничего, пара таблеток обезбола, и буду как огурчик, — успокаивала я себя.

Я сделала глубокий вдох и медленно выпрямилась. Мой взгляд машинально скользнул по зеркалу над комодом. Оттуда на меня смотрело моё изможденное лицо. Бледная кожа, темные круги под глазами. Но цвет радужки показался мне грязной или мутной, что ли. Я моргнула. Зрачки хищно сузились, превратившись в две вертикальные щели.

Я в ужасе отшатнулась. Тряхнула головой, прогоняя жуткое видение. С опаской я вновь приблизилась к зеркалу. Наваждение пропало: глаза как глаза, болезненные только.

К черту эту лампочку! Завтра же куплю новую. Нет, целую люстру. На три плафона.

— "Нурофен", "Нурофен ", — бормотала я "лечебное заклинание", идя на кухню.

Но на пороге я замерла. Одновременно шевелиться и лихорадочно выуживать из памяти, куда я могла засунула заначку обезболивающего, я не могла. Ведь пачка, живущая в сумке, предательски опустела еще позавчера. Взгляд метнулся к потертому кухонному гарнитуру. Дверцы подвесного шкафчика перекосились от времени и закрывались неплотно, оставляя треугольные темные щели.

Точно, там!

Один за одним пустые блистеры летели на столешницу. Туда же отправлялись и пустые пачки. Ракушка! Маленькая, перламутровая, она лежала в аптечке среди лекарств.

Да откуда они только берутся?!

Последний раз я ходила на местную речку-вонючку лет в пять. И чуть не захлебнулась! Благо бабушка вытащить успела. С тех пор от походов на пляжи как отрезало. Но уже месяц эти проклятые ракушки преследуют меня. Они появляются повсюду: в карманах пальто, на дне сумки, даже под подушкой.

В приступе бессильной ярости я швырнула очередную находку через всю кухню. Ракушка со стуком врезалась в стену и раскололась.

Вновь запустив руки в аптечку я наконец-то нащупала её. Красная капсула. Без упаковки, правда. Не раздумывая, я закинула её в рот, эти таблетки ни с чем не спутать, и потянулась к графину. Пусто. Вспыхнуло дикое желание отправить его вслед за ракушкой, но я, хоть и с трудом, смогла погасить этот порыв. Не хватало ещё с осколкам потом разбираться.

Я крутанула на себя вентиль кухонного крана. Что-то натужно хрюкнуло, плюнуло ржавой каплей и затихло.

Ну почему сегодня всё против меня?!

Внезапно дыхание перехватило, будто кто-то схватил за шею и начал душить. Паника.

Вода. Мне нужна вода...

Не давая себе отчёт, я кинулась к холодильнику, распахнула дверцу морозилки и начала отковыривать дрожащими пальцами снег.

– Совсем крыша поехала? – ужаснулась я своим поступком, когда приступ удушья спал.

Выплюнув остатки снега с крошками льда, я вернулась в прихожую за телефоном.

Меня не покидала пугающая, назойливая мысль. Откуда-то во время приступа появилось чувство, что потребность в воде стало не обычным желанием запить таблетку, а глубинным, первобытным. Как будто от этого глотка зависело само моё существование.

Глупости какие-то...

Всё еще дрожащими пальцами я набрала номер аварийной службы. Гудки. Длинные, издевательские.

— Да отвечайте же, твари! — крикнула я в трубку, начиная метаться по квартире.

Гудок. Ещё один. Внутренности начало скручивать в тугой узел.

— Алло, аварийная служба, — наконец раздался на том конце безразличный женский голос.

— Воды нет! — выпалила я и, взяв себя в руки, чуть спокойнее добавила. — Улица Трёхдорожная, дом 66, квартира 22. Когда дадут?!

– Ваша заявка из этого дома первая, девушка, – всё также монотонно отвечала диспетчер. – Мастера приедут, разберутся.

— Когда?! — мой голос сорвался на визг. Я вцепилась в телефон так, что побелели костяшки. – Когда приедут?! Когда разберутся?!

— Может к утру, а может и через полчаса, если они в вашем районе. Ждите, — равнодушно бросила женщина и повесила трубку.

"К утру. Я не доживу до утра," – эта мысль пронзила сознание с ледяной ясностью.

К сожалению, и сил дойти до магазина тоже не было. Максимум – сползу на первый этаж, а там свернусь калачиком и умру.

Я зашла в комнату и швырнула телефон на диван. Точнее хотела попасть им в диван, но не рассчитала силы, и он с хрустом ударился о стену.

Проклятие...

Ближе всего ко мне стояло старое, подавленное кресло. В него я и рухнула. Хотелось разрыдаться от бессилия, но слез не было. Видимо и во мне тоже закончилась вода.

Съеду отсюда... Завтра же!

Деньги на съем чистенькой квартиры с хорошем ремонтом были. Я жила в этом клоповнике, доставшемся по наследству от бабушки, лишь для того, чтобы подкопить на покупку жилья в новом доме.

Не знаю, сколько прошло времени, пока я сидела в трансе, разглядывая по старинке заклеенные бумажными полосками окна. Кожа на руках начала чесаться. Сначала еле ощутимо, но с каждой минутой это чувство усиливалось, становясь невыносимым. Я в одно движение сорвала с себя свитер, и впилась ногтями в плечо. Под пальцами было что-то шершавое.

Я бросилась в ванную, к зеркалу. На плече, прямо над ключицей, кожа странно блестела. Чешуя. Мелкие, переливающиеся перламутром чешуйки на глазах прорастали изнутри. В ужасе я схватилась за край раковины, и от моего прикосновения она пошла трещинами.

Галлюцинации! Этого не может быть!

Кожу жгло. Я закричала, но звук вышел странным — булькающим, низким. Мир снова качнулся. А в следующее мгновение я уже летела в ванну. Не успев сгруппироваться, я с размаху приложилась затылком о край ванны. Странно, но боли я не почувствовала. Зато холодная поверхность приятно успокаивала кожу.

— Воды… — завыла я, уткнувшись лицом дно ванны.

Мои ногти стали длиннее и, как будто, острее. Там, где пальцы касались эмали, оставались глубокие борозды.

Тело свело судорогой и выгнуло дугой. Я перестала чувствовать ноги. Как бы я отчаянно ни пыталась, у меня не получалось их выпрямить. Кости ныли, суставы выкручивало с пугающим щелкающим звуком.

— Дайте мне воды! — я забилась в конвульсиях.

Выбраться из ванны самостоятельно я была уже не в силах.

В момент, когда сознание, не выдерживающее агонии, было готово покинуть меня, где-то в ржавых недрах дома что-то булькнуло. Сначала робко, потом с нарастающим гулом. Я не просто слышала движение воды — я чувствовала её приближение каждой клеткой своего тела. Зов. Древний, властный. Она будто пела в трубах, и этот звук был для меня слаще любой музыки.

Спасительная влага была всё ближе и ближе. Лишь с третьей попытки я смогла схватиться за вентиль и повернуть его. Сначала из крана вырвался сноп ржавых брызг, прошедшийся по моему лицу дробью, а затем хлынула она — вода, ледяная... живая.

Я перестала слушать разум, твердивший, что это всё не по настоящему, что попросту сходила с ума. Подставив лицо под струю, я начала жадно глотать её, но этого оказалось мало. Пришлось заткнуть слив.

Треск. Джинсы, которые всё еще были на мне, расходились по швам.

Живительная влага наполняла ванну, и с каждым сантиметром поднимающегося уровня я чувствовала, как мне становится лучше, возвращаются силы. А в тот момент, когда она коснулась чешуи, боль сменилась экстазом.

Мои ноги… они больше не были ногами. Отодвинув обрывки ткани, я увидела, как они срастаются, как вокруг них кожа становясь плотной переливающейся. Меня должна была накрыть паника или истерика, но я чувствовала лишь спокойствие. Уверена, сейчас со мной происходит именно то, что должно.

Вода наполнила ванну до краёв, и я погрузилась в нее с головой. На шее появились тонкие, пульсирующие разрезы. Жабры. Впервые за этот месяц сделала по- настоящему глубокий вдох.

Счастье, эйфория. Я наслаждалась каждым мгновеньем, не думая о будущем. И о том, что вода… переливалась через край ванны, просачивалась под дверь, растекалась по коридору.

Внезапно во входную дверь постучали. Громко, настойчиво.

– Хозяйка! Это сантехник, вы нас вызывали. У вас там что теперь, потоп? Соседи снизу жалуются, что с потолка капает! – пытался докричаться до меня мужчина.

Я вынырнула и замерла. Я не могла выйти, не в таком виде. Мой хвост — мощный, тяжелый, покрытый изумрудной чешуей — ударил по воде, подняв фонтан брызг.

– Я вас слышу, девушка! – продолжал сантехник. – Я сейчас с полицией приду и замок вскрою!

Что ж, приходите, заходите... Заодно и проверим, насколько процентов человек состоит из воды.