Рассыпанные звёзды или история необычного каштана

Глава 1

Где-то на просторах степей уже десятки лет стоит небольшой посёлок. Со всех сторон его окружают поля с самыми разнообразными культурами, которые разделялись многокилометровыми лесными посадками, потому, если посмотреть на всю округу с вершины телефонной вышки, это чем-то напомнит сотканное из разных лоскутов покрывало. Внутри посёлка расположилась администрация, школа, общественная столовая, которая по вечерам пятницы преобразовывалась в клуб, и большая баня, построенная на средства местных жителей. На самой окраине расположились несколько озёр, на одном из которых жители обустроили пляж. Другие же полюбились рыбакам за необычных размеров рыбу и хороший улов. Местные души не чаяли в своём доме, потому, благодаря усердной работе фермерских хозяйств, о посёлке были наслышаны даже в ближайшем крупном городе, хоть до него и было ехать около трёх часов со всеми возможными превышениями скорости.

В одном из домов, который стоит на границе между посёлком и первыми полями подсолнуха, живёт своей беззаботной жизнью девочка по имени Анна. Живёт она вместе со всей своей большой семьёй: мамой, папой, старшим братом и бабушкой.

Матушка её работает в местной администрации, а по вечерам занимается домашним хозяйством. Аня очень любит помогать маме с делами, особенно если они связаны с курами, кроликами или цыплятами. Кур она гоняет, чтобы они были в хорошей форме, а кроликов гладит, чтобы шерсть была мягче. С цыплятами она старается вести себя по-матерински, по крайней мере настолько, насколько она это понимает.

Мама Ани была единственным человеком в семье с образованием выше средней школы. Они вместе с отцом поступили в политехнический колледж, где их и свела судьба. На первом курсе начали встречаться. На втором отец бросил это дело и вернулся в посёлок. Матушка доучилась до конца и переехала к отцу, где они, спустя недолгое время, сыграли свадьбу. Хоть она и была не местной, её приняли очень тепло и по родному. Поначалу она только помогала по хозяйству, а как освоилась - устроилась на работу, где смогла по-настоящему проявить себя. Благодаря ей в посёлке появились пляж, детские площадки и даже футбольное поле за школой. Через несколько лет уже никто и не вспоминал о том, что она родилась в городе.

Отца с пелёнок воспитывали стать фермером, а он особо и не противился. Правда, был один случай, про который он изредка вспоминает после пары стаканов домашнего самогона. Аня впервые услышала эту историю, когда ей шёл шестой год. Отец тогда сильно напился, посадил её к себе на шею, и они пошли вместе гулять по полям. В какой-то момент он остановился и попросил Аню посмотреть на небо.

- Однажды я сбежал из дома. Бежал невесть куда, лишь бы подальше от этого места и особенно от твоего деда.

Тогда мне было лет эдак шестнадцать и всё казалось таким напускным, несправедливым, словно весь мир играет по чему- то плохо написанному сценарию. В особенности это казалось по отношению ко мне - простому пацану, которому на могиле написано родиться и умереть в одном месте. В школе тройки, в голове только ветер, поля и мысли о хозяйстве. Ещё я первый раз выпил тогда, поэтому язык развязался и все мысли вытекли наружу. Мой отец без лишних церемоний достал ремень, а я бросился в открытое окно и дал дёру по направлению в поля. Не знаю уж, сколько мне удалось пробежать, но огни посёлка более не тревожили и единственным моим спутником была полная Луна в безоблачных небесах.

Стоило мне осознать, что меня здесь уже никто не найдёт, как ноги подкосились и я рухнул наземь. Измазанные в земле, стопы горели, лёгкие жадно глотали воздух, будто он может резко закончиться, а сердце разрывало грудную клетку. Именно тогда, находясь на грани своих возможностей, мне первый раз довелось любоваться звёздами. Твоему отцу не хочется, чтобы ты сбегала из дома в слезах, поэтому прошу, дорогая моя, смотри и внимательно слушай звуки своего сердца.

Аня тогда смотрела в небо как никогда ранее в своей жизни. Пролитой краской тянулась наша галактика, вокруг которой рассыпались мириады самых разных звёзд. Пока одни мерцали, другие монотонно светили холодным светом; пока одни образовывали причудливые фигуры, другие странствовали по необъятной вселенной; пока одни дарили жизнь, другие жестоко её забирали. То ночное полотно навсегда отпечаталось в её памяти, став одним из тех воспоминаний, за которые цепляются в самые тёмные времена.

- Тогда я понял, почему и дед, и прадед решили остаться здесь. Когда вернулся под утро, мой отец сидел и ждал меня на скамейке. Он посмотрел мне в глаза и просто улыбнулся.

- Так дедушка хороший был? - спросила Аня.

- Очень хороший.

Старший брат повторял судьбу отца, только сбегал из дома намного чаще и по менее прозаичным причинам: то уйдёт гулять с друзьями пить пиво, то просидит всю ночь на озере, погружённый в свои мысли, то просто пропадёт на рыбалке на несколько дней. Родители хотели, чтобы он пошёл получать образование, но ему это было настолько не интересно, что в девятом классе он на уроках практически не появлялся. Как только школа закончилась, он спокойно выдохнул и начал помогать отцу по хозяйству. Когда его спрашивали, почему он до этого он не проявлял к этому никакого интереса, он всегда отвечал следующее:

- Мне и так всю жизнь работать, зачем на это молодость разменивать.

В свободное время он занимался самогоноварением и к двадцати годам про его «Сотку с лимоном» ходили слухи по всем соседним деревням. Сам он хоть и любил выпить, но старался сильно этим не увлекаться, потому что это и работе мешало, и перспектива проснуться в куче навоза, как это было с одним из местных, немного пугала его.

Бабушка Ани считалась в деревне самой мудрой и начитанной женщиной. Дед, в своё время, всякий раз, когда ездил в город, привозил ей книги, которые она с жадностью читала от корки до корки. А когда они заканчивались, перечитывала заново.

В последние годы она не покидала пределы участка - ноги начинали болеть уже спустя полчаса в вертикальном положении. Однако ей этого хватало, чтобы день за днём проводить один древний ритуал: на закате под дубом, который был её ровесником, она оставляла блюдце с угощениями. Это могли быть конфеты, пирожки и порой даже фрукты. На утро угощений уже не было, но вместо них на блюдце в любое время года лежал один каштан. Его бабушка закапывала в саду под другими деревьями, иногда доходила до цветника и сажала там. Самым тяжёлым было проводить этот ритуал зимой, когда земля была подобна камню. Тогда она брала с собой большой чайник, очищала снег где-нибудь недалеко от дуба и обдавала землю кипятком, после чего вскапывала лопаткой ямку и клала туда каштан. Все в доме пытались ей помочь, но любые попытки она пресекала на корню.

- Это моя прямая обязанность. «Не мешайте», — говорила бабушка предельно серьёзно.

Когда Ане шёл восьмой год, бабушка серьёзно захворала и уже не могла покинуть пределы дома. В день, когда она впервые не смогла встать с кровати, она подозвала свою внучку и шёпотом рассказала про необычный ритуал.

- Это очень важно для всех наших жителей. Сделай это во благо нашего будущего. «Пожалуйста», — сказала бабушка и уснула.

Аня, взволнованная такой просьбой, подошла к делу со всей серьёзностью. Тогда на улице стояла холодная осень, поэтому, надев свою тёплую кофту, которая ей досталась от брата, она вышла на улицу с тарелкой яблок, которые матушка планировала перевести на повидло к зиме. Аня решила, что раз ей доверили такое важное дело, то стоит начать с чего-то более вкусного, чем конфеты или пряники из ближайшей палатки. Она поставила блюдце, разложила на нём холодные яблоки, сложила руки в молитве и произнесла:

- Меня зовут Аня и какое-то время я буду проводить ритуал вместо бабушки. Прошу, примите эти угощения и даруйте нам ваше благословение …

Её окружали деревья, листва которых уже приобрела оттенок закатного солнца. Единичные облака, похожие на кораблики, бороздили необъятные простора неба, наслаждаясь последними лучами Солнца. Девочка закончила ритуал и под дуновения осеннего ветра пошла домой, надеясь, что она всё сделала правильно.

Она проснулась с первым возгласом петуха. Обычное воскресное утро, которое впервые вызвало у Ани такое волнение в груди, было погружено в лёгкий туман. За окном моросил дождь, а капли с крыши отбивали привычный ритм по её подоконнику. Девочка, спешно накинув на себя разбросанную вчера одежду, побежала к дубу. Стоило её увидеть каштан на блюдце, как на глаза навернулись слёзы. Ещё никогда прежде она не испытывала такой радости. Она сразу взяла каштан и пошла к ближайшей яблоне. Взяв садовую лопатку, она вскопала небольшую ямку, положила туда каштан и, снова произнеся молитву, спрятала его под землёй. Когда бабушка проснулась, она сразу рассказала ей про успех в их общем деле.

- Молодец, - сказала бабушка, гладя её по голове. - Я всегда знала, что на тебя можно положиться. У меня на полке припрятаны конфеты, давай скушаем их, чтобы отметить такое событие.

Аня достала конфеты, заварила чай с малиновым вареньем и принесла его в комнату бабушки, где они ещё долго сидели и разговаривали, отгоняя горячим напитком проникающую в дом осень.

С тех пор Аня каждый день проводила ритуал, после этого заваривала чай и шла рассказывать бабушке, какие сегодня угощения она положила на тарелку. На каникулах и в выходные дни они могли болтать часами напролёт. Бабушка рассказывала разные истории со своей молодости, делилась житейской мудростью, а стоило им устать говорить - играли в карты и шахматы. Домашнюю работу, которую задавали в школе, Аня делала в комнате бабушки, а та с радостью ей помогала в сложных вопросах, особенно когда дело касалось математики.

Свой десятый день рождения Аня провела в больнице. Бабушке стало совсем плохо и её забрала скорая. Стояло жаркое лето, и девочка, в ожидании заката, сидела под дубом, пытаясь найти утешение в шелесте листьев и обжигающем степном ветре. Стоило солнцу коснуться горизонта, Аня сразу провела ритуал и побежала в больницу. Бабушка спала под капельницей, поэтому она поставила рядом стул и стала ждать, когда та проснётся. В третьем часу ночи, который считался временем королей и различной нечисти, бабушка наконец открыла глаза. Она увидела сидящую рядом Аню, которая уже спала одним глазом и прикладывала все усилия, чтобы окончательно не погрузиться в объятия Морфея.

- Какая же ты у меня хорошая, - сказала бабушка, погладив Аню по голове. Девочка хоть и смогла открыть оба глаза, но сознание её стояло на границе между реальностью и сном. - Спасибо тебе, что оставалась рядом до самого конца. Я очень рада, что последние годы мы провели вместе. Ты помогла мне вспомнить все самые светлые моменты моей жизни, и затмила собой всю ту тьму, которую она принесла. Спасибо тебе, дорогая моя Аня. А теперь, спи спокойно…

На утро врачи констатировали смерть бабушки. Она спокойно ушла во сне, приняв свою судьбу с чистой совестью. Аня прорыдала весь день и в какой-то момент даже забыла про ритуал, но стоило жаркому летнему вечеру тихо постучаться в окно, как она, собрав все силы в руки, принялась за дело.

Родители решили сделать в комнате бабушки библиотеку, поставили туда пару кресел и установили электрический камин для создания более уютной атмосферы. Летние ночи, пусть и короткие, растягивались для Ани на многие часы, которые она проводила за книгами, открывавшие перед ней самые необычайные миры, в которых уже успела побывать её бабушка. Она испытывала искреннее чувство радости, когда шла по тропе историй, протоптанную за много лет до её рождения. Иногда к Ане присоединялся отец, которому полюбились детективы, вечерами с ней сидела мама, читавшая современные любовные романы, а по выходным захаживал брат с небольшим перегаром и читал комиксы на своём планшете. Хоть это иногда и раздражало, но Аня была искренне всем им благодарна.

Глава 2

Минул август. Ночь всё больше отбирала власть у дня, как и холод прогонял успевшую надоесть жару, обещая в этом году принести самые настоящие сибирские морозы. Одним таким утром, когда приближение зимы ощущалось всеми жителями посёлка, на блюдце вместе с привычным каштаном появилась пожелтевший от старости лист бумаги, на котором неряшливым подчерком было написано:

«Если хочешь увидеться с бабушкой - скушай каштан перед сном.»

Девочка была очень взволнована и все уроки проплавала в своих мыслях. Подруги звали её поиграть после уроков, но она, в очередной раз сославшись на дела по дому, скорее покинула школу. Её одноклассниц не особо радовала вечная занятость Ани, которая даже на каникулах гуляла с ними всего несколько раз, но поделать с этим ничего не могли. Порой они даже завидовали тому, что у Ани есть какое-то важное дело, которое она не готова променять ни на веселье, ни на что-либо другое. Правда, такие мысли посещали их только перед сном, а на утро от них не оставалось и следа.

Наконец пришла долгожданная ночь. Родители уже спали, а брат играл в компьютерные игры на пару с бутылкой настойки по новому рецепту. Выключив свет, Аня погрузила комнату в полный мрак, создав атмосферу таинственности. Девочка села на кровать и раскрыла столовую салфетку, в котором хранился её билетик для встречи с бабушкой. Сердце трепетало в предвкушении. Не мешкая, она взяла каштан, заранее очищенный на кухне, и откусила от него половину. Никогда прежде в жизни Аня не кушала каштаны, поэтому её поразила сладость и сочность этого необычного плода, и она даже не заметила, как вторая половина пропала с салфетки.

Немного расстроившись, что угощение закончилось так быстро, девочка попила воды и легла спать. Обычно ей хватало нескольких минут, чтобы погрузиться в глубокий сон, но волнение её не отпускало, потому она решила крепко сомкнуть глаза и думала об овцах, которые раз за разом перепрыгивают через невысокую ограду.

В комнате становилось всё холоднее, поэтому Аня спрятала голову под одеяло. Однако температура продолжала падать, как если бы кто-то забыл закрыть окно в самую длинную зимнюю ночь. Девочка, свернувшись в клубок, непрерывно дрожала. Неизвестность же уже не будоражила, как это было совсем недавно, а теперь уже окутывала Аню первобытным страхом. По её щекам текли слёзы, от которых становилось только холоднее, а горло сжимал комок, не позволяющий выдавить хотя бы какой- то звук. Холодная пелена проникла в её мысли и даже овцам, за которыми наблюдала Аня, стало очень холодно.

Сама того не заметив, она оказалась в чистом поле, покрытое до самого горизонта холодными снегами. Ветер пронизывает её маленькое тело до костей, но она старается со всей силы его убедить, что в ней уже не осталось тепла, которое можно унести. Одним ухом она вдруг улавливает звук колокольчика. Слабый, очень далёкий, но его звон не позволяет ей окончательно закрыть глаза и стать единым с окружающей её белой пеленой. Она внимательно прислушивается к нему и постепенно он становится всё отчётливее. Вместе с приближающемся звуком она чувствует, как ей наконец становится немного теплее. Аня смотрит в сторону исходящего звона и видит большую чёрную овцу, в глазах которой горит необычное фиолетовое пламя. За ней идёт целое стадо, но другие овцы обычные, с белой шерстью, за которыми девочка так пристально наблюдала этой ночью. Под ногами вожака снег испаряется, а ветер будто обходит его стороной. Он целенаправленно идёт в сторону девочки, она это прекрасно понимает, но никакого страха перед ним не испытывает, ведь сейчас он помогает ей спастись от холода, а значит он - друг.

Чёрная овца подошла в плотную к Ане и пристально посмотрела ей в глаза. К тому моменту холодное оцепенение пропало и, хоть и не без труда, она смогла поднять голову и ответить на взгляд вожака. Овцы же, следующие за ним, начали обступать Аню со всех сторон, делясь теплом, которые они смогли собрать за время этой долгой дороги. Сам вожак, будто в чём-то убедившись, лизнул девочку по лицу, отчего то словно загорелось, и Аня поняла, на сколько же ей на самом деле было холодно. Он подошёл к ней вполтную, прилёг и девочка наконец смогла поднять оледеневшие руки и обняла вожака, стараясь как можно сильнее закопаться в его горячей шерсти.

Когда Ане начало становиться жарко, она резким движением сбросила с себя одеяло и оглянулась вокруг. Она была в своей комнате и видела привычные очертания, но вокруг властвовала абсолютная темнота. Только из прорези штор доносился лёгкий свет. Аня аккуратно встала с кровати, боясь провалиться в темноту пола, и, нащупывая каждый шаг, двинулась в сторону окна. Стоило девочке прикоснуться к шторе, как она незамедлительно одёрнула её в сторону. Перед её глазами открылось перенесённое на землю звёздное небо. Хоть за окном и царствовала тьма, но благодаря рассыпанным тут и там звёздам, Аня смогла разглядеть яблочное дерево, растущее слева от окна, отцовский гараж, идущую к нему дорожку и даже очертания калитки. Аня сразу вспомнила, как отец впервые отвёл её в поле и показал самое настоящее звёздное небо, ведь прямо сейчас оно находилось на расстоянии вытянутой руки.

Девочка поняла, что она попала в мир, где сможет найти бабушку. Не в силах сопротивляться, она открыла окно, вылезла из своей комнаты и босыми ногами аккуратно наступила на землю, которая оказалась мягкой и слегка тёплой. Она шла в сторону калитки, пытаясь не наступать на звёзды, но всё же умудрилась споткнуться об водопроводную трубу, оставленную отцом рядом с гаражом. Аня упала на небольшое звёздное скопление, но ничего необычного не почувствовала, только если это место было чуть теплее. В этот момент она ощутила себя ребёнком, которой на своём горьком опыте познаёт землю под ногами.

Поднявшись, девочка прошла немного дальше и когда до калитки оставалось всего ничего, присела перед цветочном клумбой, где ярких звёзд было не так уж много. Она пристально вглядывалась в небольшой тёмный участок, а затем рукой зачерпнула оттуда земли, поднесла его к глазам и начала аккуратно рассыпать. В падающей земле было несчётное число совсем маленьких огоньков, которые изо всех сил старались светиться, но темнота земли была сильнее, от того, хоть и ненадолго, но этим падением Аня позволила им засиять.

Девочка подошла к калитке, открыла задвижку и покинула пределы участка. Она не знала, куда ей нужно идти, поэтому решила прогуляться по деревне. Аня вышла на просёлочную дорогу, с которой открывался вид на поля и увиденное окончательно убедило её в том, что сейчас она очень далеко от привычного ей дома. Перед её глазами от края до края, а оттуда до самого горизонта тянулась уложенная на землю часть Млечного Пути, который она привыкла видеть на небосводе. Тогда же она решила посмотреть на небо и какое же было удивление увидеть там ночные фонари своего родного посёлка, которые заняли место звёзд.

Аня шла вдоль дороги, не уставая любоваться окружающим её звёздным морем. Просёлочная дорога закончилась и её место занял асфальт с развилкой. Аня не задумываясь повернула направо, направляясь в центр посёлка. С левой стороны тянулись молодые трёхэтажные дома с квартирами, между которыми прятались огороды и детские площадки, справа же стояли обычные деревенские домики и разные палатки со всем необходимым, которые держали местные жители. Вскоре на глаза показалась площадь с фонтаном, которая стояла перед администрацией, а за ней тянулась узкая дорога, окружённая деревянными домами первых поселенцев. На повороте, который вёл в сторону большого шоссе, нашлась всеми любимая столовая. Это было первое здание, из которого доносился яркий свет и были даже слышны какие-то звуки, отдалённо напоминающие голоса, что очень удивило Аню, ведь она только сейчас осознала, что вокруг до этого была абсолютная тишина. Даже её шаги были слишком тихие, чтобы обратить на них внимание. Понимая, что больше ей деваться некуда, девочка направилась прямиком в столовую.

За дверью её встретил ослепительно яркий свет и гвалт самых разных голосов. Помещение оказалось в десятки раз больше, чем его помнила Аня, от того она растерялась и замерла в проходе, пытаясь привыкнуть ко всему этому хаосу.

Напротив входа в обе стороны растянулся бар, за котором не было ни одного свободного места. В основном за стойкой сидели молодые мужчины, но было несколько пар девушек, которым на вид недавно исполнилось двадцать лет, и они наконец вышли в свет. Мужчины, преимущественно, носили однотонные костюмы, так что отличить их друг от друга можно было только по наличию галстука или бабочки, а также различных аксессуаров, в частности часов. Одни предпочитали наручные механические часы, другие выражали почтение классике и носили карманные. Девушки же были одеты в вечерние платья самых разных цветов, хотя находились и любительницы более спокойных тёмных оттенков. Однако всех присутствующих объединяло одно - у них у всех были белые, слегка прозрачные волосы, пусть и с разными причёсками.

По левую сторону от входа были расставлены столы, рассчитанные на четверых людей, но многие не стеснялись объединять их в один большой стол и устраивать настоящий пир, играя в карты, шахматы, морской бой и другие настольные игры, названия которых Аня даже не знала.

На другой стороне была расположена небольшая сцена с микрофоном, перед которым гордо стоял виниловый проигрывать и крутил пластинку с поп-музыкой восьмидесятых. Кто-то отдавался танцам, другие сидели вдоль стенки, о чём-то весело болтая и раскладывая пасьянс.

Аня набралась смелости и полностью зашла в помещение. Дверь позади неё захлопнулась, словно оповещая всех вокруг о прибытии гостя. Реакция не заставила себя долго ждать и вскоре все взгляды были прикованы к девочке с тёмными, как ночь волосами, на которых тоже виднелись звёзды. Приёмник затих и все с интересом наблюдали за Аней, появление которой вызывало слишком много вопросов, от того никто не мог и проронить ни слова, пока из-за ближайшего к выходу стола не встала девушка с длинными распущенными волосами. Она подошла к Ане, аккуратно присела на против неё и положила руку на щёку, отчего на глазах у девочки навернулись слёзы.

- Бабушка, - сказала Аня, хлюпая носом, — вот я и добралась!

- Добро пожаловать, моя дорогая.

После этих слов девочка рывком бросилась бабушке на шею, и столовая на некоторое время была заполнена обычным плачем ребёнка, которому пришлось пройти не самый лёгкий путь, чтобы сюда попасть. В обычной жизни Аня ни за что бы не признала в ней свою бабушку, но здесь, стоило аромату свежих каштанов коснуться её носика, как она сразу смогла понять, кто на самом деле эта, словно сошедшая с картины, девушка.

Бабушка проводила Аню за небольшой столик под интересующие взгляды всех присутствующих.

- Так теперь этим будет заниматься ребёнок?

- А мы точно можем ей доверять?

- Это что, пора собираться?

До ушей девочки доносились не самые приятные изречения, однако самые плохие она так и не услышала, потому что никто не мог себе позволить подобных вольностей по отношению к новому проводнику. Хотя даже те, кто смог проронить неаккуратные слова по отношению к Ане, прекрасно понимали, что в них нет никакой силы и ничего им решать не дано, кроме одного: уйти на другую сторону или остаться в этом месте, которое застряло между до и после. Бабушка Ани это прекрасно понимала, но сейчас было не время устраивать разборки, всё-таки её внучку сочли достойной того, чтобы стать посредником между двумя мирами, а сам факт присутствия здесь Ани перечёркивал все возникающие недовольства.

Девочку усадили за стол и налили горячего какао. На противоположной стороне столовой вновь заиграла музыка, и постепенно в ритме джаза всё возвращалось на свои места.

- Я очень рада, что ты смогла добраться сюда в целости и сохранности. Мне до сих пор вспоминается та холодная ночь, когда я впервые скушала каштан. Вон смотри, от одной мысли по коже мурашки пробежали.

Аня взглянула на бабушкины руки, которые слегка дрожали, а затем на лицо. Перед ней сидела девушка, которая годилась ей в старшие сёстры. На ней не было никакого макияжа, а волосы впитали в себя всю белизну первых снегов, отчего та становилась только красивее.

- Бабушка, а зачем меня сюда позвали? - спросила Аня, сделав глоток согревающего напитка. — Это ведь была не ты?

- Конечно нет, дорогая. Я бы ни за что не стала подвергать тебя тому испытанию, которое ты сегодня прошла. Для связи миров вполне достаточно просто выполнять ритуал.

- А можешь тогда рассказать, зачем всё это нужно?

- Хорошо, слушай внимательно и согревайся.

Со всех сторон начали пододвигаться стулья, чтобы как можно лучше послушать историю посёлка.

- Для начала я объясню, что это за место, насколько это получится. Кто-то называет его «Междумирье», другие «Уже после, но ещё не до». Есть и более простые названия: «Последняя столовая», «Бар на границе». Я же называю это место «Звёздной изнанкой».

— Это ведь из-за звёзд, которые лежат на земле?

- Именно так. Если внимательно присмотреться, здешние звёзды повторяют рисунок звёздного неба, которое виднеется из нашего посёлка.

— Это очень красиво!

- Согласна, - сказала бабушка, улыбаясь. - Все люди вокруг нас - старые жители нашего посёлка, которые уже давно скончались, но судьба позволила им пожить в своём любимом посёлке ещё какое-то время, которое они уже сами для себя определяют.

«Хотя некоторые уже здесь слишком долго» - добавила рассказчица про себя.

- Ого! Значит и дедушка здесь?

- Нет, он уже очень давно покинул это место, как и твои прадедушка, прабабушка и так далее.

- Почему же?

- Так сложилось, что последние несколько поколений обязанность проводника передавалась в нашей семье из поколения в поколение. Ещё ни разу не было случая, чтобы хозяин этого места отказался принимать выбранного наследника, поэтому наша семья несёт на себе такое важное бремя. От того у нас было много времени, чтобы проститься, передать какие-то знания и высказать то, что нельзя было сказать там.

- А хозяин ведь... Та чёрная овца?

- Да, он уже многие столетия живёт на наших лугах, и именно он и создал это место, чтобы у людей была возможность отдохнуть перед новым началом.

- Получается, хозяин очень добрый?

- Кто знает, в нашем случае у монеты две стороны, а какие были у него истинные намерения - нам не понять. Всё-таки - мы простые люди, куда нам до этих существ.

- Да...

Разговор на какой-то время прервался, и окружающие зеваки вернулись на свои места, продолжая играть в игры, пить и о чём-то спорить. Аня молча сидела, перебирая свои волосы, пока бабушка подбирала слова.

- У проводника есть одна малоприятная обязанность: в ночь после смерти человека, он должен выискивать его душу в окрестностях и приводить в столовую. На самом деле меня очень сильно удивляет, что многие просыпаются не в своей кровати, а где-нибудь в поле, на сеновале, а твой дед и вовсе проснулся в фонтане. Говорил, что в последние моменты ему стало слишком жарко и он захотел погрузиться в прохладную ванну.

- Так и что же, мне тоже придётся искать их?

- Нет. Я сама возьмусь за это, а ты лучше продолжай жить обычной жизнью, выполняя ритуал. И запомни самое важное, дорогая моя: одна ночь здесь - один день там.

- Что? Что это значит?

- Каждая ночь, которую ты здесь проведёшь, пойдёт в счёт твоей жизни, и она станет на один день короче. Так что прошу тебя, пожалуйста, не приходи сюда часто. Пообещай мне.

- Обещаю.

Бабушка положила Ане руку на плечо и по-доброму улыбнулась. Она понимала, что поступила очень плохо по отношению к своей внучке, связав её ритуалом, но ей искренне хотелось, чтобы те, кто здесь уже очень давно, наконец освободились от оков родного посёлка и отправились в новый мир «После». Поэтому она не уйдёт до тех пор, пока не искоренит поселившейся в этой столовой страх перед будущем.

Аня ещё долго говорила с бабушкой, но уже на более отвлечённые темы. Ей было очень радостно видеть , как бабушка быстро говорит, много жестикулирует и рассказывает так увлечённо, что все вокруг слушают её с удовольствием, о чём бы та не говорила. К разговору постепенно подключались и другие жители посёлка, попутно снабжая новую проводницу сладостями и горячими напитками. Хоть и первое впечатление Ани было о них не самое хорошее, но она постепенно начала проникаться чувствами к старым жителям.

Девочка не замечала бегущего времени, пока кукушка не выпрыгнула из настенных часов, оповещая о том, что проводнику пора возвращаться в свой мир.

- Пойдём, я провожу тебя, - сказала бабушка.

- Обязательно приходи ещё, здесь порой так не хватает свежей крови! - сказал мужичок, который при жизни был пастухом.

- Не пугай ребёнка, идиот! - прокричал ему в ответ один из старых владельцев молочного ларька.

- Спасибо вам большое! - сказала Аня. - Я обязательно загляну к вам ещё, здесь очень весело!

Последнее заявление девочки вызывало у бабушки чувство светлой грусти.

Они шли, взявшись за руки, в немой тишине, окружённой галактиками. Обе считали, что сегодня было сказано достаточно слов, но в конце, когда Аня уже влезала в своё окно, бабушка ей сказала:

- Не бойся будущего, Анют. Не думай о прошлом, ведь оно уходит всегда. Настоящее – главное твоё сокровище, им и старайся жить. Спокойной ночи.

- Хорошо, я постараюсь. Спокойной ночи …

Глава 3

Годы и месяцы шли своей чередой. По началу Аня приходила на «Звёздную изнанку» раз в несколько месяцев, но промежуток между походами всё уменьшался по мере её взросления. Во времена старшей школы она наведывалась туда почти каждую неделю, ведь с каждым годом Аня всё больше и больше осознавала ответственность, которая лежала на ней, как на «проводнике». И как бы она не любила встречаться с бабушкой, с которой она могла поделиться любым своим переживанием, любой незначительной новостью, но ей всё таки хотелось помочь ей избавить от такого тяжёлого бремени, которому она уже посвятила немалую часть своей жизни, и которое теперь вовсе растянулось в нескончаемый поток времени.

Матушка, стоило Ане поступить в старшую школу, начала возлагать на неё большие надежды: поднимала тему поступления в институт, дальнейшей успешной карьере, говорила о том, как любимая дочь найдёт прекрасного мужа и уже мечтала о том, как будет воспитывать внуков или внучек. Чем больше она про это думала, тем больше убеждалась в том, что это самый лучший способ к счастью для её дочери. Она начала ругать Аню за плохие оценки, пристально следила за тем, чем она занимается после уроков и, если ей что-то не нравилось, открыто про это говорила. Отца беспокоила такая одержимость матери жизнью их дочери, но старший брат с каждым днём спивался всё больше и больше и, возможно, мать просто старалась хоть как-то отыграться на дочери. Так он и решил думать, потому особо не вмешивался.

В один день пришло последнее школьное лето.

Матушка немного успокоилась, давая дочери время отдохнуть и хорошенько подумать, а сама занялась навалившимися делами на работе и дома. Она подумывала, что стоит использовать хорошего друга Ани по имени Максим, который, начиная со средней школы, каждое лето проводил в их посёлке. У них со временем завязались весьма близкие отношения, но тот дал понять матери, что примет любой выбор Ани и будет поддерживать её до конца своих дней. Тогда мать решила не связываться лишний раз с этим идеалистом, а по вечерам сидела перед телевизором и мечтала, как отправит дочку в институт, как она будет жить в городе, повстречает образованного парня, а там свадьба, дети... Однако женщина не замечала, как постепенно она переставала видеть в мечтах свою дочь, занимая её место.

Брат, стоило температуре перевалить за 20, вышел из очередного запоя и снова начал помогать отцу, параллельно разрабатывая новые рецепты и улучшая метод перегонки, готовясь к следующему запою. Его такая жизнь вполне устраивала, а мнение других его интересовало меньше всего. Про то, что у него есть младшая сестра, он вспоминал только после пары стаканов. Иногда в пьяном угаре читал вместе с ней книги, играл в игры и старался быть хорошим старшим братом. Ане стало казаться, что в брате живёт два человека: один - вечно пьяный, весёлый и жизнерадостный, а второй - трезвый, грустный и с вечным похмельем.

Отец все годы усердно работал и прошедшей весной его выбрали новым главой посёлка. Обрадованный таким доверием, он сразу принялся за работу, вдохновляя окружающих работать так же усердно, как и он. Однако, только единицы знали, что глава семьи живёт сегодняшним днём, за что Аня его очень любила. В этом плане она точно пошла в отца: делает то, что нравится, отдаёт этому себя полностью и без остатка, добиваясь высоких результатов, хотя цель, естественно, была не в них.

Бабушка, как и обещала, частично выполняла роль проводника: выискивала души умерших односелян и провожала их к столовой, часами разговаривала с теми, кто уже очень давно на изнанке, пытаясь перебороть их страхи перед неизвестностью. Кто-то соглашался и уходил, а кто-то не желал её слушать и просто уходил в другой конец столовой. Но всё таки с каждым годом людей становилось всё меньше, в чём была и немалая заслуга Ани. Многие с восторгом слушали её истории про цветение яблони и вишни, про летние грозы, после которых окружающие запахи смешивались в будоражащий кровь коктейль, хотя особенно полюбились истории про яркие краски осени, которые в один день заканчивались первым снегом. Вспоминая подобные моменты из своей жизни, некоторые старые жители посёлка делились своими мыслями и чувствами с бабушкой, а она наставляла их мудростью и помогала решиться на последний шаг.

За всю жизнь про ритуал Аня рассказала только двум людям: своему отцу и другу Максу. Отец, видевший с какой серьёзностью говорит дочь, решился поверить в её слова. Он воспринял это с гордостью и просил передавать всем привет, а также большую благодарность за то, что все эти годы присматривали за дочерью. Макс же, которому было не привыкать сталкиваться с необычными явлениями, в первый день задал столько вопросов, что в пору было бы написать полноценную статью про «Звёздную изнанку».

- Лучше книжку, - сказала Аня, запивая многочасовой разговор берёзовым соком.

- Я тут написал одному своему другу, который разбирается во всех этих делах, его это заинтересовало не меньше. Предложил попробовать мне съесть каштан и посмотреть, что будет.

- Это что за друг такой, который тебе непрямым текстом смерти желает?

- Очень жадный исследователь, - ответил Макс, с ухмылкой вспоминая Джека. - Но я всё-таки очень плохо переношу холод, так что если я и напишу про это историю, то она будет только с твоих слов.

- Спасибо, Макс.

В тот момент парень осознал, насколько сильно ему нравится проводить время вместе с Аней: говорить о разных мелочах, гулять по просторным полям, играть в настольные игры и каждое лето строить новый шалаш. Тогда же он впервые увидел в ней не просто друга, а красивую девушку, и резким импульсом ему в голову пришла мысль, что он с радостью бы провёл с ней всю свою жизни. Нахлынувшее откровение загнало его в краску и остаток вечера они просидели молча на берегу озера, любуясь заходящим солнцем.

Он смог признаться в своих чувствах в июне последнего школьного лета, а Аня с радостью ответила на них взаимностью. До момента отъезда Макса в город, они успели обсудить много тем, доступные только влюблённым: куда они поедут путешествовать, какой бы хотели построить дом, потому что жить в квартире оба точно не хотели, что будут делать следующим летом и как им лучше вместе обустроить свою жизнь. Для Ани же мысли о каком-то ином будущем, кроме как в посёлке, были в новинку. В разговорах с Максом она не замечала, что ей придётся прекратить совершать ежедневный ритуал на день, может даже больше, а по вечерам, когда витала мечтах о такой жизни, осознавала свою безответственность, из-за чего ей становилось стыдно перед бабушкой.

Когда Максим уехал, мать с новой силой начала донимать Аню, используя притом Макса как дополнительный аргумент.

- Ты что же, хочешь парню жизнь загубить? Он почти всю жизнь в городе прожил, зачем ему наш посёлок? Голова у него на месте, он и в институт пойдёт, и работу найдёт, а если ты будешь здесь сидеть - то и невесту получше...

Аня сама не заметила, как ударила мать по щеке. Она устала от этих разговоров, от своих мыслей, которые почему-то унеслись в будущее и проживают две совершенно противоположные жизни.

- Неблагодарная т.…!

Аня выбежала из дома и побежала в сторону озера, не желая более слышать кого-либо в этом мире. Добежав до места, где они любили проводить время с Максом, она зашла в прохладную воду. Девушка глубоко дышала с ветром в унисон. На улице стояла ранняя осень, но с той ночи, когда она впервые сходила на изнанку, ей больше не было холодно даже в самые лютые морозы.

Она пошла вдоль камышей, постепенно погружаясь в воду, а когда уровень достиг колена - она аккуратно раздвинула растения и начала пробираться уже сквозь них. Для удобства прохождения на дне была выстелена дорожка из сваленных кирпичей, но Ане всё равно пришлось быть предельно аккуратной, чтобы не окунуться в воду полностью. Вскоре растения закончились и перед девушкой открылась скрытая от многих глаз «гавань», про которую знала только она и Макс, который эту гавань и обустраивал последние пару лет. Со стороны посёлка её не найти, потому что её загораживал плотный ряд деревьев вперемешку с кустарниками, который так и норовили расцарапать лицо. Если же попытаться найти со стороны воды, то просто упрёшься в непроглядные заросли камыша, а лишний раз к ним никто подходить не хочет - рыба и без того нормально ловиться.

Аня с лёгкостью забралась на пирс и уселась на его краю, наслаждаясь закатным солнцем в таком желанном одиночестве. Она потрогала карман, убедившись, что взяла с собой каштан, затем достала его и съела без всяких сомнений. Вкус по-прежнему был сладкий и сочный, как и в первый раз. Девушка поднялась и направилась в небольшой шалаш, притаившейся на берегу. Внутри был самодельный стол, пара стульев, принесённых из дома, и какое-то подобие кровати, на которой вполне можно выспаться. Пока Аня думала, куда ложиться, её тело уже приняло горизонтальное положение на полу в самом центре шалаша. Подложив под голову набитую сеном наволочку, которую она в начале лета принесла из дома, девушка закрыла глаза и ждала, пока та сторона даст разрешение на её проход.

Звёздная изнанка встретила её такой же тишиной, как и всегда. Аня ещё какое-то время лежала на полу, отдыхая от той стороны. Здесь она может лежать сколько угодно, а мысль о том, что её никто не сможет потревожить даже при большом желании, вызывало у неё чувство ликования. Вскоре она поднялась и вышла наружу. В центре их гавани лежала небольшая галактика, которую Аня множество раз описывала Максу, а когда уставала от его непонимающего взгляда - делала зарисовку.

- А, так это Млечный Путь!

- Нет, он на полях.

- Андромеда?

- Она тоже.

- А что же?

- Не знаю! - сказала Аня и улыбнулась, показывая язык.

Она прошла по пирсу и наступила на рукав безымянной галактики, постепенно погружаясь в тёплую воду. Обратной дорогой девушка вышла в деревню и направилась в сторону столовой, откуда не переставая светились огни. Аня зашла и за ней привычно захлопнулась дверь.

- Добро пожаловать! Выпьешь сегодня чего?

- Давай чай, желательно покрепче.

- Понял, можешь садиться за любой свободный столик.

Аня оглянулась глазами и, в сравнении с первым её приходом, свободных столиков стало значительно больше. Она поискала глазами бабушку, но той не было видно.

- Эй, проводник ! - донеслось с края барной стойки. - Иди сюда, садись, я пойду на игры отвлекусь, а то надоело мне этот ваш чай улун пить.

- Спасибо. Хорошей игры.

- Ты сегодня не в настроении как-то, случилось чего?

- Кто знает.

- Понял. Ну отдыхай тогда!

Мужчина, слегка пошатываясь, ушёл в сторону игровой зоны. В то же время перед девушкой поставили чёрный чай, который больше напоминал первородную нефть, пачку сливок и сахарницу.

- Хорошего времени на нашей чудесной изнанке, - промурлыкал бармен.

- Кстати, всё хотела спросить.

- Что такое?

- Вы-то почему не уйдёте до сих пор? По вам не скажешь, что вы как-то боитесь неизвестности.

- Я очень благодарен твоей бабушке. При жизни мы были очень хорошими друзьями и она многое сделала для меня и моей семьи, поэтому если я и уйду, то только вместе с ней.

- Вы очень достойный человек.

- Благодарю.

Аня добавила в чай сливки, но тот почему-то белее не стал, скорее наоборот - приобрёл ещё больше чёрных оттенков. Сахар ситуацию только усугубил, как-будто этот мир сопротивляется появлению светлых оттенков. Девушка сделала глоток и, вполне довольная результатом, погрузилась в атмосферу столовой.

На сцену вышел женский хор, который адаптировал все популярные песни семидесятых-восьмидесятых под десять голосов. В одной из девушек Аня признала бабушку, помахала ей рукой и стала ждать окончания её выступления.

Одна песня заканчивалась и плавно перетекала в другую, как это бывало на виниловых пластинках. У кого-то они вызывали приятные воспоминания молодости, другие с горечью вспоминали свой упадок, а кто-то провожал под эти композиции последние годы своей жизни. Некоторые даже не слышали эти мелодии, но вместе со всеми придавались приятному чувству ностальгии по давно ушедшим годам жизни, которые уже никогда не вернуть.

Вскоре отзвучала последняя нота и все разошлись по своим обычным местам. Бабушка , вся запыхавшаяся, подсела к Ане на свободный стул и заказала фирменную настойку бармена, у которого старший брат Ани успел перенять основы их изготовления. Может именно это и подтолкнуло его на путь, с которого уже мало кто мог свернуть.

Опустошив гранёный стакан, как это бывало в молодости, бабушка взяла пачку салфеток и принялась складывать оригами.

- На тебе лица сегодня нет. Что случилось?

- Устала. Хочу заснуть и не просыпаться несколько лет, а когда открою глаза - понять, что все последние годы были не более, чем плохим сном. Хочу проснуться по-настоящему.

- Слышала я про таких людей. Они впадали в литургический сон, а когда открывали глаза, сходу заявляли: «Как же я рад вас всех увидеть! Жалко, что это наш последний день!»

- А что дальше?

- Дальше… Они просыпались на следующий день, и на следующий день, и так со временем осознавали, что жизнь их, оказывается, не закончилось, и что им придётся продолжать всё то, что они когда-то начали. – На столе появился журавлик, после чего бабушка стала складывать ему семью. - Одна мысль об этом съедала изнутри, поэтому большинство уходили из дома в поисках того самого смысла, который заставил их когда-то открыть глаза. Другие смирялись с жизнью и доживали свой век, но глаза их так и не загорались, как в момент пробуждения.

- Может им стоило бы воспользоваться таким моментом откровения и всё поменять?

- Кто знает. А что у тебя случилось?

- Жизнь.

- Ответ, достойный нового мудреца. Ты же теперь как-то так известна в посёлке?

- Мм, - протянула Аня, смотря на плавающую в стакане чёрную жижу. - Знаешь, я вспоминаю самые яркие моменты в своей жизни и все они, будто по заготовленному сценарию, вели меня к тому, где я сейчас оказалась. Вспоминаю своё детство, как отец впервые показал мне звёздное небо, как вечерами помогала матушке по хозяйству, как читала книги с братом и иногда помогала в его опасных экспериментах. Может я и не говорила так много, как от меня хотели, но всё то время меня сопровождала счастливая улыбка ребёнка, который был просто счастлив. Я была благодарна той жизни, которая мне досталась, потому я искренне боялась спугнуть счастье обычными разговорами. Потом я стала проводником и со временем ощутила ответственность, которую на меня возложил этот мир. То простое детское счастье угасало во времени, в сказанных словах, сделанных делах, и чем больше я погружалась в обычную жизнь, тем больше оно уходило от меня.

- Мы называем это взросление.

- А кому это вообще нужно тогда?! - крикнула Аня, ударив руками по столу. На её глазах появились слёзы. - Почему этот мир отнял у меня такое дорогое и приятное моему сердцу?!

- Ничего он у тебя не отбирал, моя дорогая. Люди ко всему привыкают, вот и ты привыкла к своему счастью.

- Привыкла?

- Да. И чем старше ты будешь становиться, тем больше будешь понимать, что такое состояние, которое ты смогла испытать в детстве — это самое настоящее чудо. От того будешь понемногу искать радость в мелочах: сегодня светит Солнце - слава Богу; цветы распустились раньше обычного - какая красота; признались в любви — вот оно, моё новое истинное счастье. Да?

Аня слегка покраснела и залпом опустошила кружку.

- Максим - хороший парень, не правда ли?

- Да. Не без странностей, конечно, но кто в наше время без них.

- Хочешь остаться с ним?

Девушка задумалась. Бармен налил бабушке ещё настойки, а Ане подал чай с долькой лимона.

- Я уже почти десять лет провожу ежедневный ритуал, который ты мне завещала делать. В дождь, снег, жару, слякоть - не важно. Ты когда-то сказала, что освободишь всех этих людей от той цепи, что их здесь удерживает, но прошло столько лет, а многие всё ещё здесь. Я решила тебе помочь и ты приняла мою помощь, но сколько это ещё будет продолжаться? Когда ты сможешь стать свободной?!

— Это моя вина, что я возложила на тебя всё это бремя. Я хотела, чтобы на мне ритуал и остановился, чтобы тебе не пришлось через всё это проходить…

- Я хочу, чтобы в моей жизни был какой-то смысл. Сейчас я не вижу его ни в чём другом, кроме как помочь тебе закончить твоё дело. Скажи, что для этого нужно?

- Ты уверена?

- Конечно.

- Тогда слушай. Есть ритуал, который позволит всем связанным с этим местом, отправиться на другую сторону, которую мы привыкли называть «после». Но для этого тебе надо будет вернуться обратно. Ты точно этого хочешь?

- Да. Я сделаю что угодно.

- Хорошо. На следующее утро возьми с блюдца каштан, но вместо того, чтобы сажать его - сожги. Тогда этот мир прекратит своё существование, а все те, кто связан с ним, спокойно его покинут.

- Получается, я тоже?

- Все мы.

Аня упёрлась взглядом в кружку. Ей понадобилось много времени, чтобы твёрдо для себя решить действовать до конца.

— Это не слишком жестоко? Всё-таки многие не хотят отсюда уходить.

- Давным-давно проводнику дали такую возможность и не просто так. Всё-таки не каждый на такое способен, для этого мало какого-то мимолётного порыва. Здесь нужно нечто большее, а именно то, что ты чувствуешь. Ты же желаешь нам настоящей свободы?

- Да...

— Значит действуй уверенно до самого конца и ни в коем случае не оглядывайся назад. Как бы тебя не ругали, в глубине души все мы тебе искренне благодарны. Ты провела с нами столько лет, что теперь мы можем доверить тебе такой выбор.

- Хорошо, бабуль. Я сделаю это.

Они ещё посидели какое-то время, затем Аня встала и обняла бабушку. Объятия их длились долго, ведь обе пытались донести в этом простом жесте все те эмоции, которые они испытали за долгие годы.

Бабушка проводила Аню до озера, и та молча ушла своей дорогой к шалашу. Стоило проводнику покинуть этот мир, как звёзды вокруг потухли и всё вокруг заволокла тьма. Бабушка сидела на берегу озера, вслушиваясь в мёртвую тишину. В какой- то момент со стороны озера послышался небольшой всплеск. Затем снова и снова, пока шаги не достигли песка, медленно приближаясь в сторону бабушки. В такой темноте нельзя было различить, что это было за существо, но она прекрасно знала, кто к ней пришёл.

- Всё-таки решилась? - спросил мужской голос, звучавший со всех сторон.

- Да. Я же тебе ещё много лет назад сказала, что сотру это место с лица земли.

- Но ты ведь знаешь, что я могу просто не выдавать ей каштан.

Что ты задумала?

- Хочу предложить тебе сделку.

- Интересно… Что же ты мне можешь предложить взамен?..

Наступившим утром Аня забрала каштан, взяла немного яблок из кладовки, где отец заботливо оставил ей ещё и бутерброды с небольшой запиской.

«Мать места не находит. Возвращайся скорее».

Аня добралась до шалаша, позавтракала и принялась смотреть на играющие волны. Проплывающие облака, с которыми играло солнце, отражались на водной глади. Листья деревьев приятно шелестели, постепенно приобретая золотистый оттенок, хотя некоторые уже давно налились алым цветом. Девушка смотрела на всё это и думала об отце, брате, матери, бабушке, жителях посёлка на обеих сторонах. Она думала о милом её сердцу Максе, с которым она больше никогда не увидится, и эта мысль давалась ей тяжелее всего, потому в порыве она достала каштан, положила в газету и подожгла. В полуденных лучах солнца сгорала вся её будущая жизнь, текли слёзы о потере того, чего так и не случилось в её жизни, и когда догорал последний листок, она наконец почувствовала, что же это такое - жить настоящим.

Девушка сидела на коленках, закрыв глаза и не замечая ничего вокруг. Пройдёт немало времени, когда Аня наконец заметит, что всё это время её кто-то аккуратно держит за руку, даруя тепло и вместе с ним – надежду.