Rainbow beams diarrhea

Глава 1

204Д.М был творческим мальчиком из Мариуполя. Он обучался вокалу в музыкальном училище. На заднем дворе которого , символично, любили распивать дешёвый портвейн я, Пушистый и Хэнк. Это было эпичное знакомство.

Д.М был из семьи среднего достатка. В этой семье не было пидоров, только мама и любящая бабушка. Пидрилой был дядя Д.М. Жирный грек, хозяин мясного контейнера. Он очень любил своего племянника. Племянник тоже уважал дядю - это было такое отвратительное пиршество уродской любви в стиле ВИА оргазм Нострадамуса.

На период 09-го года Виталик был эмо, типичным, но всегда в сопровождении гламурных, и вечно огребающих петухов.

В ту пору мы тогда еще не подсели на наркотики, и очень любили пойло,а этот самый Д.М постоянно тяготел к дружбе с Хэнк, Хэнк топила за правых. Змей уроборос охуевает от таких контрастов.

Время шло, эмо педик пропал с радаров, но вернулся в 13-м, уже будучи в стадии перехода на темную сторону транс-industry. То есть стал жрать гормоны, и всячески убивать в себе мужскую часть. А ещё, он преуспел по части быдло эскорта по мариупольски. Это когда жирные, женатые, мужики вызывают себе девочку с членом, дабы та постигла их анус радостями тайных желаний.

Но не будем о гнойных саунах. В Мариуполе вообще много чего происходит после заката.

На период 13-го мы не достигли ни хрена. Пушистый заканчивал универ, а я понял,что в Мариуполе никому и нахрен не нужен психолог. Работать на заводе было в падлу, из социальной службы меня выгнали за пьянство. Прикинув все шансы, и чтоб семья не совокупляла мозги-пошел торговать сантехникой в "Эпицентр".

Но это история не про то, а про сумрачный гений jvh. В 2013-м синтетические наркотики гармонично влились в наш быт.

Тот злоебучий вечер застиг меня полным отсутствием всего. Аналогично бедным на ресурсы оказался Пушистый. У нас не было бухла, не было веществ, было только стремление. От алкогольной наркотической голодухи мы стали бродить по дворам, в надежде найти каких то знакомых или товарищей, что угостят нас синькой, или просто подгонят веществ. Ни хрена. Тогда по закладкам не продавали, а обширными связями барыг я ещё не оброс, а за "так" нам наркоты никто не продал-бы.

Шел второй час отвратительного, трезвого гуляния.Дворы были пусты, а люди смотрели на нас как на говно в проруби.Один мужик с румяной мордой даже предложил нам пойти на завод.

Смеркалось. Ржавое облако исчезло в клубах заводских горизонтов. Печаль теребила сердце- день прошел а мы так и не упоролись. Пушистый вздохнул, я заметил что время молиться Люциферу- авось он пошлет нам благие дары. Говнаризм нулевых ещё бурлил в крови. Пушистый на это снисходительно возразил, что суть мира находится в руках у Вадима Зеланда.

Ответвление:

"Пушистый образца 13-го свято верил , что сочетание вегетарианства, духовных практик, и чтения книг Вадима Зеланда убережет его от пристрастия к наркотикам, повышению дозы, и моральной деградации. Как следствие: Обьебался трижды."

Я возразил Пушистому, что автор книг для блядей силиконовых знает только одну суть,-суть бабок, а их у нас ни хрена нет. Ещё и дождь начал накрапывать. Вечер все больше сгустился над нашей вынужденной трезвостью.

Чтобы совсем не загрустить я провожал взглядом счастливые фигуры пьяных мариупольцев. Пока не увидел среди них одну, очень знакомую. Фигура виляла бёдрами, неся на вытянутой руке маленькую сумочку, а в другой тонкую сигарету. За ней тащился увесистый мужик с атшбным пакетом. Молниеносно сложились пазлы.

Вот же она-наша надежда на помешательство этого вечера. Парадоксально, но наша радость торча, здесь и сейчас зависит от жертвы изнасилования, которая в отличии от нас- счастлива. Пушистый сразу включил свое обаяние, он раскинул объятия и позвал нашего Виталия по его тематическому имени,- Жанннаа! Д.М любил Агузарову, говорил под ее песни произошел его первый, вынужденный половой акт с дядюшкой.

Тень сменила движение в сторону нас,подошла,- оказалось что трап изрядно под градусом, на шее виднелись отметины словно его душили, он выпал рядом с нами ойкнул, от впившейся в жопу занозы, рядом с ним попробовал сесть пыхтящий детина, в кульке у него что-то позванивало. Трап вальяжно махнул в нашу сторону.

-Пааш, налей мальчикам коньяку.

"Бог есть" Подумал Пушистый.

"Слава Сатане" Подумал Я.

Дешевый коньяк придавал вечеру особое очарование. Офигенно быть пьяным нахаляву..

Наш дружеский трап делился опытом прожитого вечера, оказалось устал от общества женатого чувака. Этот Паша оказался рыночным торговцем, ему понравился мой пирсинг, он спросил у трапа, а в теме ли я? На что трап сказал,- У него ВИЧ. У меня не было ВИЧ, но я мысленно поблагодарил Д.М за такую заботу. Рыночник Паша сочувственно закивал, и налил мне ещё. А потом ему позвонила жена, в трубке слышались ещё и детские голоса. Он откланялся, оставив нам пакет, в пакете была бутылка водки, начатый коньяк,и шесть головок сыра, а еще теплая кола. Д.М тогда часто отоваривался спайсухой, говорил она помогает при нежелательной депрессии. Он немедленно выпил и предложил бухнуть на пляже. Тут-то Пушистый и выудил из складок полевых штанов баночку из под аспирина. Да не простую- а щедро утрамбованную спайсом.

-Берег для особого случая?

-Типа…

Спустя минуту, согревая маргинальные души коньяком и теплой колой, мы трое шли в сторону городского пляжа. Пролетали машины, люди, бактерии. Мне нравилась жизнь Мариуполя, в ней на тебя всем плевать, как бы ты не выглядел. Вокзал полный скучающих хачей с накрахмаленной заводскими выхлопами кожей, стайки бомжей копошились в урнах, играючи наполняя свои мешки для снеди, пыхтящий мент дрейфовал мимо расстегивая на ходу ремень.

Темнота летнего зноя наполнялась чавканьем, пердежом и смешками. Лето на Мариупольском пляже- лето для людей.

Мы все дальше тащили телеса, туда, где морской берег впивался в черные камни, и ржавые гаражи, там слышался смех, были видны куски пьяных тел, и все неистово возрадовались, непонятно почему.

Только потом, когда глаза привыкли к темноте я понял причину радости.Все вокруг были дружелюбны, мои пластиковые стаканы тонули в разнообразных напитках, а голова в комплиментах. Одна проблема была- я решил развеять тьму праведным светом фонарика в своем телефоне. Увиденное мне не понравилось- нас окружали кривые, худые, мятые, жирные, и откровенно карикатурные люди. Может виной всему был спайс, а может дивный китайский jvh реально даровал мне истинное зрение. Больше всего эта коалиция тел напоминала уродливую, застрявшую во времени тусу из 2008-го, только истлевшую и законсервированную во времени.

Чтобы хоть как-то смыслить увиденное я щедро сыпанул ещё спайсухи, затянулся,и выдохнул целый ворох своих демонов в знойную ночь.

Рядом кто-то зашевелился, и начал втягивать этот дым, с аппетитом причмокивая.

В голове моей тем временем уже скакали ядерные клоуны, и горели церкви.

-Ты кто? Спросил я у безликой тени.

Белый парик всколыхнулся от хохота.

-А кем ты хочешь чтоб я был?

-Пушистыыый. Мне стало страшно.

Но Пушистый чувствовал себя хорошо. Его мало что совокупляло, он не страдал вопросами эксплуатации собственных дурных мыслей, а просто оставлял их на усмотрение Большему. Сейчас он стоял на маленьком отшибе созерцая это сплетение тел, и как-то ехидно, но, с большим пониманием анализировал происходящее.

Под всеобщий гул одобрения он скинул с себя шмотки, швырнул их мне в харю, и булькнул в воду.

"В этом, пока что не запятнанном мире Валера Пушистый погрузил свое тело в воды Азовского моря. Он радостно плескался, словно кит радуясь житейской гармонии, волны ночного прибоя, ласкали его кожу, он чувствовал себя совершенным творением вселенной. Первый раз пазлы завещанного Зеландом толкования даровали нашему Пушистику полную свободу, он хохотал, и звёзды отзывались ему.

Но, не стоит гневить вселенную, не стоить курить китайский спайс на городском пляже. Ведь если ты дрочишь на около-буддистские дали,- будь готов ответить, и тут не поможет даже вышеупомянутый Зеланд.

Пока Валера гармонировал с миром- огромный, двухсот килограммовый гомосек Зузу ласкал его купания голодным взглядом, он спикировал в воду, поранив брюхо о жирные камни. Цель гомо-бурдюка была одна- вскрыть сфинктер Пушистого в мутной мариупольской воде. Под крики чаек, и пьяные завывания трапов."

Я видел как северная вода смыкается над Пушистым, видел как туша жирного пидора дрейфует на волнах, с писклявым хохотом подплывая к моему другу. Было в пору заорать "nooo", но лучшие традиции голливудских боевиков не стоило зашкварить, ибо,-зашкварены тут были только мы. Судя по всему.

Поток сознания прервал истерический крик, и все тут же смолкло, из черных вод Азовского моря поднимался Пушистый, он был доволен. Жирного педрилы не наблюдалось.

-А этот? Тут я увидел, даже в темноте, кровь на руках друга.

-Ушел к Посейдону.. его слова прервало рыдание сзади. Жирный карабкался по камням одновременно стараясь придерживать собственную тушу и разбитую харю.

Меня от этого высадило на истерический ржач.

-ВЫ КТО БЛЯДЬ?!?? Заорали где-то сверху.

Свет мощного фонаря прорезал петушиную мглу. На скале стоял мужик сошедший из произведений Лавкрафта, он выглядел как Моисей на последней стадии цирроза печени, закутанный в измазанную говном тужурку, его волосы развевались на ветру, а в другой руке он держал кусок арматуры. Всю богомерзкую толпу он освещал допотопным фонарем.

Валера не растерялся, вежливо поклонился хозяину здешних угодий и спросил,

-А с какой целью интересуетесь?

Абориген не оценил вопроса, он ловко соскочил с камней, и оказался рядом с нами.

-Я тут живу.

Как истинный пособник дела Вадима Зеланда Пушистый понимающе закивал, он посмотрел на пидорский движ, потом на каноничного мариупольского бомжа, и понял- единственный праведный человек на этом пляже это этот самый бомж.

Наши мысли в этот момент сошлись, я пошарил глазами по камням, и увидел аккуратно сложные шмотки, очки и барсетку. Это все было жирного типа. Сгреб вещи в охапку, и отдал бомжу.

-Вам нужнее.

-Спасибо хлопцы, есть курить?

-Есть, но тебе не понравится. Я засыпал ещё одну горстку спайса в трубку, и зделал тягу.

-Где…мои…вещи…

Жирный делал паузы между словами, и больше всего меня бесило, что делал он это для поддержания драматизма. Рядом с "жертвой" Пушистого произвола сидела пара таких же мерзких девиц лет за сорок. Полночный крик чайки и ветер морского покоя подсказал мне что делать.

-Отец, дай сюда. Я выхватил у бомжа обрез арматуры, взобрался на камень, и со всей дури метнул этот импровизированный гарпун в самую пучину окаянных исчадий. Мое копье угодило в челюсть девушке, она зарыдала, а жирный педик снова оживился.

-Хде..мои..вещи…

-Темка, Валера смотрел на меня той самой улыбкой в которой читался извечный вопрос,- На хера я тусуюсь с этим гоанарем?,-Валим на район. Больше добавить было нечего. Схватив пакет с бухлом мы рванули в ночь.

Район как обычно встретил нас молчаливыми гигантами котельных, и зоркими огнями хрущёвок. Там мы выпали на теннисном столике, и заговорили о жизни. Верне говорил я.

-Чувак, скоро мне 23-ри, и мне кажется, что работа это херь, а мы с тобой живём в какой-то жопе. Ну типа,- мы только что тусили хер знает с кем, и вообще, я не понимаю как на нас так обрушилось..

-Что тебе непонятно? Валера снова включил актуальную опцию вселенских знаний.- Ты искал бухло, и просил о нем мир, вот мир тебе и дал его, ты искал уопроться, вот мир тебе и дал упороться, вселенная даёт, если попросить.

-Тогда какого хрена появился жирный пидор и бомж?

Пушистый затянулся и передал мне трубку.

-Маятники чувак.

-Это типа астральные заднеприводные сигналы.

-Угу, крадут позитив.

-Ну а мы тогда кто?

Валера многозначительно посмотрел мне в глаза набивая трубку новой порцией спайсухи.

-Не еби вселенной мозг, Тёма.

The end.

Каноническое завершение:

На Стоп-Кадре застывшего лета мы ничем не выделяется на фоне месива мариупольской тусовки.

Валера, который верит в успешность духовных практик, через два года его сердце треснет, и путь моральной деградации утонет в литрах торговой марки Тетерев. А там и первый заезд на дурдом, и знакомство с варщиком амфетамина, и метадон по скидке.

Трапы свалили в 14-м, на прощание мы с Пушистым сожалели только о том что не обнесли хату одного из них, там был шикарный хрустальный бонг, он ещё долго на покоя не давал.

Визжащего пидора порезали футбольные фанаты, это было в 16-м, кажется незадолго до этого я продал им грамм сомнительного качества. После толстяк свалил в Киев. Там по слухам ему порвали жопу бутылкой. Он умер не приходя в сознание. Бутират и мефедрон.

Я к своему, иногда, сожалению, выжил, и превратился в живую копилку историй мариупольских обрыганов, чему рад. Остальные могут сходить на хер.