Проклятье Старухи

Глава 1

Рассказ.

Егор смачно плюнул под ноги. - Старая кляча! Ведьма! - последнее слово Егор выкрикнул в сторону дома, из двора которого сейчас вышел. Невольно испугавшись, Егор рванул в сторону и как назло зацепился за гвоздь, торчащий из калитки, и разорвал штанину, при этом не удержавшись, растянулся на пыльной тропе. - Ууу! Старая вешалка! - Егор взвыл от досады, - не успел отойти, а уже напакостила! Егор похромал к своим, на ходу отряхиваясь. Доковылял до поворота, обернулся и помахал кулаком старухе, что стояла у калитки, из которой парень недавно выскочил. Старуха лишь плюнула в его сторону, да взмахнула рукой.

Егор свернул, там за углом его ждали такие же приятели. - Не дала! - Выдохнул он. - Зажопила ведьма! - Произнёс Егор и поморщился. Головная боль усиливалась. Вчерашние посиделки давали о себе знать. Приятели расчитывали взять в долг литр самогону, вылечить свой позорный недуг, да не судьба. Гриша посмотрел на Ивана, первёл взгляд на Егора, досадливо засопел, и буркнул себе под нос - Лады, ребят. Попробую у жены хоть сколько вытащить. Не вмочь уже терпеть. - Друзья благодарно затараторили. Григорий же заспешил к своему дому, покашливая в кулак. Вскоре он скрылся за одним из заборов.

- Как состояние? - Спросил Егор. - Друг лишь зашёлся в приступе кашля. Отдышавшись, полез в карман, откуда выудил обрывок газеты, да пакетик с табаком. Свернул самокрутку, чиркнул спичкой - прикурил. Сизый неприятный дымок от тлевшей газеты защекотал ноздри. - Оставишь? - Егор жадно посмотрел на самокрутку. - Я совсем пустой, все бычки-чинарики вчера ещё скурил. Иван согласно кивнул головой. Посматривая в сторону ушедшего Григория - он хотел попытатся стащить у сварливой жены пару купюр, Ваня протянул остаток самокрутки Егору - Кури! Парень жадно затянулся, не спеша выпуская дым. Прошло несколько долгих тяжёлых минут ожидания. -Да что он там застрял-то! - Егор смачно выругался. - Тут и так тошно! - Похоже его жена всё-таки спалила, да и заперла. Коли смог взять, давно бы уже прибежал - жена-то в огороде с самого утра.

Иван совсем уж смурной толкнул Егора, да хлопнул по рукам, на вопросительный взгляд друга. - Пойду, нечего ждать. Бесполезно. - Егор с досады отвернулся и резко зашагал к себе в хату. Зашёл к себе в заросший сорняками огород, и присел на старый начавший сыпаться трухой пень, разглядывая порванную ткань штанов - заштопать или и так сойдёт? Продать нечего, если только продавленный диван, на который и клопы даже не позарятся. Егор вдруг хлопнул себя по лбу. - Етита твою мать! Вспомнил! - Егор резво вскочил, разворачиваясь в сторону входной двери в дом, но тут же подвернулся и всем телом как куль грохнулся о землю. - Ааа! Старая кашёлка! - Прокляла что ли, сука! - Егор от обиды чуть не зарыдал - в который уже раз за день так шлёпнулся. Вроде и не больно, но обидно! Парень вспомнил о старой заначке, про которую успешно на пару месяцев забыл. Тогда он ещё подрабатывал на шабашке, и сумел припрятать несколько заветных бумажек на, как говориться, “потом”. В результате успешного “обмывания” заработанных денег, из памяти начисто стёрло этот эпизод. Видимо, организм, страдающий похмельем решил не изнурять себя и услужливо подсунул в мозг этот момент. Егор кряхтя, как старый плотник дед Ефимыч, поднялся, держась за стену и отправился за заначкой. Зашёл на кухню, смутно надеясь, что в один из дней попоек его не обчистили свои же дружки, наклонился к плите, попутно слегка, не больно ударившись об угол. Пошарив рукой, и постоянно морщась от усилившейся головной боли, вседствии удара и наклона оной, Егор вытащил стопку пыльных тарелок.

Трясущейся рукой перевернул верхние тарелки и на нижней увидел то, от чего его губы расплылись в довольной и ехидной улыбке! - На самой нижней тарелке лежали сложенные пополам четыре купюры, достоинством по сто рублей каждая. - А! Эх, я как! - Парня переполняли эмоции, отчего он не находил слов. Бодро поднявшись, и слегка меняя траекторию для головы, чтобы вновь не удариться, он пустился в пляс, похлопывая по бокам ладонями рук, с зажатыми в них деньгами, от радости и предвкушения избавления от мучавших его недугов, он и забыл про свои неудачи сегодняшнего утра.

- Ванька! Вань! - Егор пулей добежал к приятелю, зажав купюры в кулаке, не вынимая оного из кармана олимпийки. Иван выглянул в окно, показал жестом, мол типа я сейчас, и скрылся в глубине дома. - Чего орёшь? - хмуро поинтересовался подошедший товарищ по болезни. - У меня ничего не нарисовалось, не придумалось, пусто, как мышь хвостом смахнула! - Гля! Чего есть! - Егор осторожно, будто главное сокровище мира показал ему купюры, медленно разжимая пальцы - Иваново лицо мгновенно разгладилось, а спина выпрямилась - Откуда?

- Пошли, быстрее, потом расскажу! К ведьме не пойдём, ну её! Ты к Упырихе вхож? - Конечно вхож! - Ваня просиял. - Ну так чего резину тянешь, айда уже! Бодрой походкой парни засеменили к заветному дому продавщицы самогона - Упырихе, прозванной так за склочность характера и тучность организма. Иван прошёл к дому, и отворив дверь звучно крикнул во тьму коридора - Тёть Кать! - Чего тебе, окаянный! - Баба Катя тут же нарисовалась в проёме. - Дык, это, того самого, надо! Иван подбоченился. - Покрепче, тёть Кать!

- Того самого просить у девок будешь!

- Ну вы же меня поняли, тёть Кать!

- Бадью с помоями утащи во-он туды, тогда и подойдёшь! И спросишь как следует! - Баба Катя была непреклонна, тем более рук по хозяйству не хватало, а тут такой молодец нарисовался!

Иван позвал Егора подсобить, и вдвоём не сильно расплескав тяжёлую бадью, выполнили требование. Упыриха принимала работу, не спуская с них взгляда, рядом стояла банка с мужицким напитком, да нехитрая деревенская снедь в газетном кульке - когда собрать успела? Потные и раскрасневшиеся друзья-приятели от непривычки несмело подошли. - Мы всё, тёть Кать! Иван отдувался.

- Да вижу, что всё! Наплескали только ироды! По самую тропку и разлили! Как теперь ходить? Да и в грядку к огурцам плеснули! - Не зря бабку прозвали Упырихой подумал Егор. Плеснули-то маленько, а крику как-будто всю бадью перевернули в грядку с огурцами. - Да чтоб тебе эти огурцы поперёк жопы встали! - Неожиданно зло сказал он вслух. Упыриха осеклась - ей то уже давно так никто не хамил. Иван не растерялся, схватил банку и снедь, да рванул прочь с огорода, всед за Егором, который после своих вырвавшихся слов, зная последствия, побежал первым. Упыриха ещё не отошла от такой наглости, когда парни уже выскочили из её владений. Опомнившись, старуха принялась вопить на полдеревни, да причитать - про двух иродов, что обокрали (Егор денег-то не успел ей отдать), да испортили кривыми руками такой чудесный урожай.

Убежав из деревни, парни пошли к речке - Посидеть в теньке и уже как можно скорее подлечиться. - Нифига ты её обложил! - Иван стоял довольный. - Не хрен вопить, тут и так хреново, ещё она на мозги капает! - Егор улыбнулся - ты наливай давай! Эх, теперь ещё одна точка для меня закрылась!

-Не кисни, братан! Сам знаешь, сколько этих точек у нас по деревне! Считай каждый дом! Всё готово! - Ваня протянул стакан, наполовину заполненный желанным нектаром. Егор выпил, отдал стакан, взял варёную картофелину, круто посолил и откусил. Следом отправил четвертинку свежего огурца, из-за которого всё так нехорошо получилось. - Ммм! Егор от удовольствия промычал, не находя слов. Иван повторил в точности эту процедуру. Неловко замолчали, Иван разлил ещё по одной. - Покурим после второй! Егор молча согласился. Выпили.

Иван достал свои приспособления, профессионально свернул сигарету и передал другу - пусть курит. - С тобой сегодня ничего такого неприятного не происходило? - Решился спросить Егор после затяжки. - Ну, типа, не падал, не оступался без повода? - Егор посмотрел в упор на друга.

- Такого не припомню, но вот пёс мой сегодня ни с того ни с сего меня облаял. С утра самого, когда до ветру пошёл. - Сказал Иван, пыхтя сигаркой между предложениями. Егор задумался, затянулся - в рот попал кусок табака, быстро разнеся горечь во рту, сплюнул тягучей слюной. - Разливай ещё по одной! Выпьем, да кое что скажу, может быть и блажь всё это. - Егор отвернулся и поплевал три раза через левое плечо. Принял стакан, опрокинул в себя, протянул руку за закуской, выбирая чем занюхать, то ли луком, то ли огурцом, и вдруг попрехнулся, закашлялся. - Ты чего? - Иван тут же похлопал товарища по спине. - Да вот, как вспомнил эту старую падаль, так сразу поперхнулся! Егор наконец-то откашлялся, докурил, выкинув окурок в воду. Он уже изрядно захмелел, ведь нынешняя добыча вылилась на “старые дрожжи”, плотно удабриваясь. Друг Иван и тот, даже сидя немного пошатывался.

- Слушай, чего скажу! Сегодня с самого утра не заладилось. Утром встал - пошёл воды попить, так запнулся тапком и полетел на пол. - Хмель позволял разговориться, - На кухне зачерпнул ковшом воды, да так неловко за рукоять схватился, что чуть не половину на себя опрокинул! Собрался позже к вам идти, - с Гришкой встретиться вначале. Присел на табурет да потянулся за обувью - и что ты думаешь? - Спросил Егор собутыльника. - Упал? - спросил Ваня, подозревая именно такую картину. - Естественно! - Громко объявил Егор, - причём растянулся-то я во весь рост! Это с табурета! Непруха с самого утра! Да ты дальше-то слушай! - распалялся он, видя как Иван начал поглощать закуску, отвлекаясь. Опьянение вызвало жор, что выдавало себя громким урчаньем желудка, поэтому Ваня решил немного, что называется “приморить червячка”. Иван угумкнул, переключая внимание на собеседника.

- Пошли мы вместе к ведьме старой, к Таранихе, в долг взять значит. Ну ты помнишь, я ей ещё за старый долг не расплатился, думал пронесёт, разжалобиться старая карга, пожалеет. Может и плеснула бы стакан, да только она так заупрямилась, не дам и всё! - говорит. А меня такое зло резко взяло, ну хоть мне бы налила, на ход ноги! Ну вот я и резко от злобы перед рожею ейной и ударил по косяку кулаком, да так смачно получилось, что вылетела старая пыль из обивки, да ей прямо в харю! Тараниха вся исплевалась, да рассвирипела - хрен говорит ты теперь ходить будешь после этого! Хоть весь разбейся! - Ну тут конечно и я вспылил, плюнул ей в рожу, обозвав ведьмой, да бежать! Остальное вы сами видели - как за гвоздь зацепился и растянулся на тропе после этого. Егор выговорившись повеселел - самогон раздобрел, снял страхи и злость.

- Зря, конечно ты с плевком-то! - Иван неодобрительно посмотрел на друга. - То, что кулаком жахнул, это простительно, в сердцах ведь! Может поворчала бы Тараниха, да вынесла бутылку. А тут вон как обернулось! Нехорошо, очень нехорошо! - Покачал головой Ваня. - Ты же наверное слышал, как бабы наши шепчутся: мол, ведается она с нечистым, что, мол ведьма она. Сам знаешь, Тараниха-то получше знахарки нашей, Бабы Софьи скотину на ноги поднимает! Зря, кончно ты с ней так. - Иван искренне пожалел друга.

- Вань, да сам знаю, что зря! Вот не знаю, что так на меня нашло, с кулаком-то я согласен, простительно. А вот с плевком оказия вышла, не простит старая мне этот поступок! - Поливай лучше! Утро вечера мудренее, схожу завтра к ней, покаюсь. Должна уж простить! Часть долга верну, деньги-то Упырихе которые, я лучше ведьме отдам, а с Бабой Катей уж потом разберусь. - Иван согласно закивал - Верное решение, дружище! Держи посудину!

Егор с удовольствие выпил, и занюхал луком. А дальше-то не дорассказал! Закусывая промямлил Егор. - Мы же как пошли, Григория ждать, но не дождались, и мы разошлись по домам. Сел я значит на пне, что за крыльцом, на заднем дворе и задумался, как дальше быть. Тут-то и вспомнил о заначке, про которую и думать забыл! Встал, разворачиваться начал, чтобы в хату пройти, да снова всем телом об землю грохнулся! Ну а дальше, как обнаружил денежку, то к тебе побежал, дальше уж сам знаешь!

- Во дела! - Удивлённо произнёс Иван, прожёвывая. - Пойдём по хатам, что ли? А то сейчас так развезёт, что дойти не сможем. Егор согласно кивнул, и оба парня, поддерживая друг друга направились в дереню по домам - отсыпаться. Егор дорогой всё пытался спеть, но язык уже достаточно заплетался, и бросив это бесполезное занятие молча побрёл к себе. Проходя заплетающимся шагом мимо поперечной улицы, где жила Тараниха, вдруг с удивлением увидел её саму. Стояла старуха у свой калитки, пристально смотря на достаточно пьяного Егора, что-то теребя в руках. Её сморщенные губы шевелились - то ли старая ведьма жевала беззубым ртом, то ли слала на него проклятья. Егор плюнул в её сторону и решительно зашагал нетвёрдой походкой домой.

Завалившись в хату, подпер дверь жердью. - Ну, ведьма старая! Я хату твою вместе с тобой спалю! Ишь, удумала проклятья насылать! - Ругался Егор. Испил воды, да и завалился на диван, сотрясая стены старой хаты громким, пьяным храпом.

***

Проснулся от громкого стука в окно. Встал, вполголоса бормоча ругательства, прошёл до окна, посмотрел кто его так жестоко разбудил. На улице стояла баба Софья, нетерпеливо перебирая подол передника. Распахнул окно: - Чего тебе? - Егор не выспался, был хмур и раздражителен. - Всё храпака даёшь, пьянь! - Бабка Софья ругалась. - Протри зенки, да харю умой! Дружбан твой, Гришка сегодня утром преставился!

- Да иди ты! - От удивления Егор аж присел, отшатнувшись. - Ты, это, не стой под окном, в хату зайди, расскажи подробнее! - И Егор бросился открывать дверь. Баба Софья зашла, брезгливо оглядела жилище, присела на табурет, смахнув с него мелкий мусор. - Так вот, вы своей шайкой-то поутру к Таранихе ходили? - Насупилась бабка. - Ну да, самогону хотели взять в долг, - в ответ насупился Егор, протирая глаза. - Не дала она, вот мы и разошлись. - Ага, зато со своим дружбаном вторым, с Ванькой знатно упоролись! Вся деревня уже знает как вы вдвоём Упы… - она осеклась, продолжила - бабу Катю обчистили!

- Не мне вас судить, сорванцов, но когда Григорий-то ушёл к себе, - баба Софья посмотрела на него строго, видимо догадываясь зачем Гриша пошёл в дом, - то вот какая история приключилась: - Гришка хотел заначку жены потрясти, вам да себе на похмелку, а заначка знаешь где была? - Резко спросила бабка. - Егор отрицательно покачал головой, внимательно слушая рассказ. - В старом шкафу, напротив печки, - продолжила баба Софья. - Видимо пошатнулся Григорий, али споткнулся, не знаю, это догадки. Так вот, видимо уцепился, чтобы не упасть за дверцу-то, а она не выдержала, оторвалась. - Рядом с телом валялась - пояснила она. Вот Гришка с размаху и приложился теменем об порог, да шкаф на него. Переломало, Гришку-то, - всхлипнула старуха. - Он-то, когда башкой приложился, и отошёл, шкаф-то его уже убиенного поломал!

- Да шкаф-то тот ведь хрен сдвинешь! Как он мог на него свалиться! Его впятером еле отодвинешь! Я знаю, помогали мы как-то Грише его передвигать! - Егор протрезвел.

- Мне откуда знать! - Затарахтела старуха, - побегу я, своих дел полным-полно, да теперя ещё эта напасть. Помочь ведь надо будет! И бабка Софья проворно выбежала из дома, оставив Егора наедине с самим собой. - Во дела! - Егор не поверил в произошедшее. - Пойду сам разузнаю, вначале к Ваньке, а там вдвоём дойдём уже. Егор обулся, уснул он в одежде, поэтому не пришлось одеваться, и побежал к другу.

- Здаров, а я к тебе! - Иван шёл навстречу, - сейчас баба Софья прибегала, говорит, что Гриша утром помер. - Ваня опустил грустные глаза. - Да знаю, знахарка эта только что у меня была, - выпалил Егор, - вот я к тебе сразу и рванул. - Пошли, что ли, сами правду узнаем.

***

Во дворе и в доме почти собралась вся деревня. Приятели протолкнулись к дому, зашли в комнату. Местный участковый - Захар Моисеевич, - заканчивал писанину. - Вас позже допрошу, не до вас пока что, - сказал он, увидев наших героев,- далеко не уходите. Егор стрельнул сигарету, сел у окна на лавку и прикурил. Иван присел рядом. - Такие вот, брат, дела… - Егор выдохнул. - Пойдём, потолкуем, - позвал он друга. Парни встали, и отошли подальше от любопытных глаз и ушей. - Слушай внимательно! - Егор зашептал со злостью, - эта старая калоша похоже нам поднасрать решила. Знаю, что моих рук это дело, но Гришаню довести до смерти - это слишком. Тебя похоже не тронула, ты ей ничего плохого не делал. А вот я да Гриша часто брали в долг, да возвращали редко. Тем более утром я ей такое натворил, во век не простит. Прокляла она меня, да Гришку. - Иван слушал внимательно, не перебивая. Он был вполне серьёзен. - Надо остановить эту старую калошу, и так уже далеко заплыла. Есть идея одна: - ближе к трём утра все крепко спать будут, да и светать в это время только начнёт. Есть у меня литра полтора - два в банке растворителя поплам со спиртом: - с шабашки одной спёр, думал смогу одно от другого отделить. Вот не вышел из меня химик, хоть и служил в РХБЗ войсках! Банка та, так и осталась у меня в сарае пылиться, может и пригодиться когда. Вот и пригодилась, родимая. Этой ночью полью ей стены с углами, пусть пылает в огне, ведьма! Иначе меня со света белого сведёт! Неизвестно, тебя зацепила она, или нет. Но действовать нужно как можно быстрее.

Егор выговорившись посмотрел на подельника - согласен ли тот. Иван глаза не отводил, молча смолил самокрутку. Молча же протянул руку с открытой ладонью - и Егор своей ладонью сверху хлопнул, соглашаясь со сказанным. Иван потянул Егора за рукав - отойди подальше с глаз. Сели за деревом, росшим неподалёку, чтобы их не было видно. Иван протянул бутылку, выудив её из-за пазухи: - помянем Гришаню, и первым пролив несколько капель на землю, молча приложился к горлышку. Егор так же сделал несколько больших глотков, утёр губы рукавом, у втянул носом воздух - закусить было нечем. Разошлись уже впотьмах, дав перед этим показания участковому, который не особо придирался к товарищам. Егор словно в прострации добрёл до хаты, нашёл в сарае банку с горючим раствором, перелил в тут же рядом стоявшую канистру. Ушёл к себе, сел на диван и горько расплакался. Время прошло незаметно, - за окном небо начало медленно сереть, обозначая наступающее утро. Взял в руку приготовленную канистру, собираясь встать, как вдруг хотел сделать шаг - упал. Егор зарычал - не проведёшь, старая карга! Сожгу тебя нахрен, чтоб честных людей больше не губила! Он встал, ноги держали. Попробовал шагнуть - снова упал. Проклятье старухи начало действовать в полную силу. Егор попытался ещё раз - не смог, снова упал. Взвыв от бессилья, схватил канистру рукой и пополз. Понял, что старуха не даст ему осуществить задуманное. Так ползком и отправился в сторону её дома.

Ивана в обусловленном месте не оказалось. Егор плюнул, испугался, засранец! Лишь бы не накапал никому! Егор пополз дальше, деваться было некуда. Стоило поторопиться, пока не начала просыпаться деревня, иначе весь план рухнет к чертям собачьим. Упорно Егор продолжал своё движение, вот уже и перекрестье улиц, где утром его ждали друзья, пока он ходил к Таранихе за самогоном в долг. Подтягивался на локтях сам, и подтягивал канистру. Стараясь как можно тише, ненадолго прилёг, приводя дыханье в норму. Осторожно отворил калитку, припер её рядом лежащим камнем - чтобы не скрипела, и заполз во двор. Со злорадной усмешкой, приговаривая про себя: - и тебе сучья твоя порода достанется по заслугам! Егор облил крыльцо с дверью, прежде, примотав найденной тут же проволокой ручку двери к рядом торчащему гвоздю - чтобы злобная старуха не выскочила раньше времени. Аккуратно наплескал на карнизы и стены. Достал самокрутку - Иван оставил, прикурил, и отбросил спичку в лужицу горючего. Вспыхнуло весело, озаряя предутреннюю темень пляшущими огнями пожара. Егор резво пополз в укрытие, подальше, к речке. Следы затопчтут, сбегаясь на пожарище, а самому можно отвертеться: - мол, поминал друга, да и перепутал спьяну сторону к дому и свалился спать до утра.

Смотрел из укрытия как забегал народ с криком - Пожар! Видел как суетилась проснувшаяся деревня, но словно нехотя, не торопясь, создавая лишнюю суету. Всё таки все знали, что Тараниха была ведьмой. Могла и проклясть, поэтому шибко и не торопились, только орали да толкались. Егор вдруг почувствовал, что снова может ходить. - Околела, сгорела значит, душегубка старая, проклятая! Чуть не пустившись в пляс, Егор осторожно встал и попробовал шагнуть - ровненько, без падений, как и привык ходить с самого рождения! Округой, чтобы не заметили, крадучись вдоль заборов и изгородей пришёл к дому. С радостной улыбкой: - переборол, смог снять проклятье! А то, что старуху спалил - туда ей и дорога! Пожила уже своё, дай другим пожить. Небось на своём-то веку не мало кому пакости сотворила. Может кого даже и в могилу свела, как Гришаню. Всё ещё довольный, что обхитрил старую ведьму, Егор хотел сделать шаг, но попавший комочек твёрдой земли рассыпался под ногой, отчего ступня проскользнула, и перенесённый вес не на что было упереть. Егор со всего маху, словно дёрнули за ноги приложился лбом об порог. Раздался неприятный хруст, и Егор пару раз дёрнувшись, затих.

***

Да как же так, Захар Моисеевич! Как он помер-то! Я же своими глазами видела, как Ваня домой в калитку заходил! Ну, делами по дому занималась, отвернулась! Слышала только, как пёс наш что-то гавкнул, да Ванька ругнулся. Некогда было смотреть, да разбираться. Я-то уже опосля, утром глянула, а он лежит не шелохнётся. Дела сделала, да спать легла, думала, что Ванька-то уж давно в сенях спит. А пёс в конуру забился и поскуливает будто побитый…

Захар Моисеевич вытер пот со лба платком, попросил - Маруся, водички вынеси, пить захотелось. Жарко сегодня. Столько всего неожиданно свалилось на нашу деревню. Женщина метнулась к бочке, зачерпнула тут же висевшим рядом ковшом воды и принесла участковому. Захар Моисеевич неспешно попил, отдал остатки в руки Марусе. - Пёс ваш значит не любит пьяных, даже хозяина. - Моисеевич начал логически рассуждать. - Вот он и кинулся под ноги Ивану, учуял, что от него спиртным несёт. Иван и споткнулся, точнее пёс его с ног сбил, да так удачно, что сын ваш прямёхонко лбом и ударился об порог. Вот и сломал себе шею. Помер тут же. Участковый кряхтя приподнялся, пошёл к выходу, и вспомнив что-то важное, обернулся сказать. - Пожар вовремя потушили, да только Тараниха уже преставленная была. Видать ко двору пошла, да зацепилась старыми ногами за щель в полу. Вот. Тоже самое случилось. Упала, да головой об порог…

Конец.