Повествования хандры

Глава 1

Одним промозглым, зимним вечером, скорее ночью, но всё же вечером. Сидел у окна одинокий Манул. Он думал над несправедливостью бытия, над жизнью внеземных цивилизаций, над природой своих лапок и над тем, почему с ними так мало получается делать. Ему надоело есть и спать, спать и есть, даже сбрасывание предметов в целях исследования гравитации не приносило былых эмоций. Коробка надоела, а гирлянду не включали уже второй год.

Об этом думал уже немолодой, если не сказать "Старый" манул. Он сидел у окна, смотрел на вьюгу. Ему нравилось смотреть на вьюгу, это одна из немногих вещей, которые ему нравились. Он мог часами смотреть на зимнюю вьюгу, не важно где он находился, ну улице или же в доме, за окном. Он мог наблюдать за нескончаемым кружением снега, следить за бушующем ветром слушая его вой.

Манулу нравилась зима, нравился снег, особенно хрустящий под лапками снег. Хруст снега радовал его слух и вселял хорошее настроение. А большие сугробы - это вообще сказка на неопределённое количество дней, всё зависело от размеров сугроба. Манул любил рыться в снегу, поэтому из просто больших сугробов он делал изрытые длинными тоннелями большие сугробы. Он рыл туннели по несколько дней, а то и недель. Ему нравилось этим заниматься. Он не грустил когда тоннели обваливались во внутрь, он разрывал образовавшийся завал и продолжал рыть новые ходы. Когда он заканчивал копать, он обходил всю территорию раскопок и любовался своей работой. После осмотра и любования начиналось самое весёлое - разрушение этого всего. Да да, манул разрушал труд лапок своих. Он прекрасно понимал, что рано или поздно его работа всё равно сломается, либо сама, либо с чьей-либо помощью. Поэтому он начинал самостоятельно носиться по всем выкопанным ходам попутно руша стены и потолок, периодически проваливаясь в пол. Манулу было весело и жизнерадостно.

Но это происходит слишком редко и является лишь редкими лучами пробивающимися сквозь тучи меланхолии и скуки. Зимой есть холодные, тёмные метели, которые могут продолжаться до нескольких недель. Во время метелей по улице не погуляешь. Точнее погулять можно, но не слишком долго, ибо холодно. Вой этих метелей и вьюг пробирает до самых складок подкожного жирка.

Зимой вешают гирлянды. Синие, красные, зелёные и всякие разные огоньки пляшут по окнам и стенам. Можно вечно наблюдать за огнём... за огнём светящейся гирлянды.. Манул мог впадать в апатию и наблюдать за тем, как горит гирлянда до нескольких дней. Он не чувствовал голода и жажды, он просто смотрит на гирлянду и думает свои мысли. Ему может быть плохо, ему могут не нравится свои мысли, но он будет их думать, прогонять по мозгам из раза в раз, передумывая по десятку раз одну и ту же фразу или момент жизни. Он может перестать воспринимать окружающую действительность, звуки, картинку перед глазами, пол, на котором он находится, он может полностью погрузиться в свои меланхолические думы. Краем разума он будет понимать, чем он занимается, что это не хорошо, но он хочет продолжать погружение в пучину своих мыслей. Из раза в раз одно и тоже. Манул умеет грустить, но не так как это делают окружающие, он делает это по своему. Манул грустит душой, чувствами и эмоциями, а не действиями окружающих, он грустит собой полностью погружаясь в апатию, грусть и меланхолию. Ему помогает в этом музыка.

Хандра всегда подступает неожиданно. Вот ты, вроде, рад, занимаешься интересным тебе занятием, играешь, смотришь в стену, рассматриваешь стенку дивана седьмой час подряд, в общем занимаешься активным и очень захватывающим делом, а уже буквально через пару минут ты закончил дело и не знаешь чем себя занять, ведь что-то надоело, что-то не хочется, где-то ты зашёл в тупик и не можешь продвинуться дальше, от чего у тебя стресс и апатия. Некоторые вещи перестают быть важными, надоедают, а занятся новыми, опять же, нет желания, ведь что-то внутри тебя останавливает и не позволяет сделать это.

Манул часто сталкиваелся с этим, поэтому они знал, как ему поступить.