Последняя шутка старого клоуна

Глава 1

Геннадий Андреевич, нахохлившись, сидел на скамейке и растерянно сжимал в руках копию приказа об увольнении. Вокруг него шумел дождь, промозглый осенний ветер трепал непокрытые седые волосы, но он застыл на месте, словно человек, который забыл, как встать на ноги. Глаза старого артиста беспомощно блуждали по безжалостным строкам, пытаясь увидеть среди них какое то спасительное чудо, но ничего не находили.

Театр сменил владельца, и новый хозяин по его собственным словам "не был намерен заниматься благотворительностью по отношению ко всяким заслуженным клоунам". И то, что этого клоуна обожали дети и взрослые, уже не играло никакой роли.

- Это не очень смешная шутка, - жалобно произнёс в пустоту Геннадий Андреевич и отложил зловредную бумагу в сторону. Он привык относится с иронией к ударам судьбы, но сегодня, кажется, она нанесла ему слишком болезненную пощёчину. А дождь вокруг всё лил и лил, и в этой сплошной стене воды уволенный клоун почувствовал себя удивительно одиноким, отрезанным от других людей и больше никому не нужным.

Внезапно рядом со скамейкой появился незнакомец. Он выплыл из дождевых капель решительно и вальяжно, как акула-лонгиманус, ищущая добычу в толще океана. Несмотря на ливень, дорогое тёмное пальто незнакомца имело идеальный вид, будто вода не смела касаться его одежды. Окинув Геннадия Андреевича пристальным и цепким взглядом, незнакомец сел рядом на скамейку.

- Печально видеть, как низко теперь ценят талант лицедейства! - произнёс он сухо и отстранённо, с еле уловимым акцентом.

- Простите? Я Вас знаю? - обернулся к неожиданному собеседнику Геннадий Андреевич, близоруко сощурив глаза.

- Нет! - отрезал незнакомец - но я знаю Вас. Мой наниматель устраивает званый вечер, и ему нужен шут. Талантливый шут, который рассмешит самую взыскательную публику.

Пока Геннадий Андреевич думал, обижаться ли ему на слово "шут" или списать это на недостаточное понимание незнакомцем нюансов языка, тот быстро протянул ему договор, тщательно укрытый прозрачным конвертом. Артист непроизвольно скосил глаза вниз, и его сердце выпрыгнуло от вида круглой суммы, обещанной за его услуги.

- Имея такие деньги, можно не бояться потерять работу в захудалом театре, - ехидно произнёс незнакомец.

- А что конкретно нужно будет делать? - после долгого раздумья произнёс Геннадий Андреевич, изучивший условия и решивший не упускать счастливый шанс.

- О! Вы согласились. Это замечательно! - с энтузиазмом произнёс таинственный собеседник - но все детали только на месте! Поверьте, ничего сложного! Пройдёмте в машину.

Геннадий Андреевич последовал за незнакомцем и сел в приземистую чёрную иномарку. Взревел двигатель, и автомобиль тёмным вихрем понёсся сквозь дождь. Старый клоун смотрел в окно и старательно отгонял от себя непрошенную тревогу, а машина всё ехала и ехала. Поворот сменялся поворотом, на улице стремительно темнело, а они всё мчались в сплошном дождевом потоке.

Наконец тормоза взвизгнули, и автомобиль остановился у старинного здания. Геннадию Андреевичу этот дом показался неуютным и пугающим - угрюмые серые стены, маленькие окна, похожие на бойницы, барельеф в виде оскалившейся горгульи, каменные лица на фронтоне, искажённые гримасами боли или гнева.

- Не стоит тратить время, глазея на статуи! - раздражённо поторопил его незнакомец - пройдёмте же скорее. Мой князь уже ждёт Вас.

- Князь? Неужели сам Рюрик? - неловко пошутил Геннадий Андреевич, переступая порог.

- Мой род древнее вашего Рюрика, - раздался холодный и удивительно сильный голос откуда то из глубины здания.

Навстречу застывшему на месте артисту из полумрака обширной залы вышел таинственный заказчик. Холодные глаза быстро окинули растерянного клоуна. Затем бледное, похожее на загробную маску лицо повернулось к благоговейно застывшему владельцу машины.

- Ты ознакомил его с ролью? - осведомился хозяин дома.

- Нет, нет, мой князь! - прозвучал быстрый ответ - я решил, что будет лучше сделать это на месте. Если это ошибка, готов понести наказание!

Полускрытый в тенях силуэт милостиво махнул рукой.

- Действуй! - дал отмашку хозяин дома и неторопливо ушёл вглубь залы, скрывшись во мгле.

Незнакомец тут же развил бурную деятельность. Сопроводив Геннадия Андреевича в освещённую (хотя и довольно тускло) комнату, он вскоре вернулся с ворохом реквизита и бумажными листами.

- Ряса священника? - с удивлением произнёс артист, рассмотрев один из свёртков.

- О да! - подтвердил незнакомец, кинул свёртки на стол и довольно потёр руки - мой князь любит постановки на мистические и религиозные темы. Изучите сценарий, и вам всё станет понятно.

Геннадий Андреевич начал читать. Вскоре ему стало понятно, что вкус у его заказчика действительно незаурядный и, можно даже сказать, специфический. По сюжету сценария безумный и злоупотребляющий горячительными напитками поп, везде подозревающий козни демонов и колдунов, попадает в дом к гостеприимному аристократу. Заподозрив его в связях с нечистой силой, поп пытается провести сеанс экзорцизма, но заплетающийся язык приводит к тому, что вместо слов молитвы он несёт полную околесицу. Финал оканчивается тем, что поп окончательно сходит с ума, кричит о каких то выдуманных жертвах, бьётся в конвульсиях и падает на пол, окончательно сражённый винными парами.

- Вы уверены, что людям это понравится? - робко поинтересовался Геннадий Андреевич, которому сценарий показался удивительно вульгарным, грубым и абсолютно не смешным.

- Публика будет в восторге! - заверил его незнакомец - это тонкие ценители, свободные личности, им нравится подобная ирония. Если же вы боитесь, что к вам предъявит претензии кто то со стороны, то об этом, тем более, переживать не следует. Это будет закрытое мероприятие, только для своих.

Геннадий Андреевич честно хотел отказаться. В глубине души он уже начал жалеть о том, что опрометчиво согласился на внезапное предложение. Но, тем не менее, промолчал. Почему - он и сам не знал. Возможно, виной была жгучая обида на театр и стремление доказать самому себе, что его талант ценен где то помимо места, из которого его выгнали. Возможно, причинами были планы, которые уже начали роиться в его голове - о том, как он сделает ремонт, обновит старый гардероб, поможет сестре, регулярно занимающей у него в долг - планы, каждый из которых нуждался в деньгах. А возможно его просто обезоружил какой то таинственный блеск в глазах незнакомца, отнимающий всякую волю к сопротивлению. Так или иначе, Геннадий Андреевич промолчал, и это молчание было истолковано как согласие.

- Учите роль, мероприятие будет уже этой ночью! - бросил ему незнакомец и торопливо вышел из комнаты.

И Геннадий Андреевич остался наедине с тусклым светом запылённой ржавой лампы.

_______________

Ровно в полночь его повели в залу. Путаясь в длинной рясе и ощущая на груди тяжесть старинного креста, пожилой артист неловко спустился вниз по лестнице. Внизу его встретил уже привычный полумрак, и лишь редкие факелы выхватывали из окружающего пространства очертания диковинных статуй и старинных картин. Подходя к зале, Геннадий Андреевич услышал приглушённые голоса и удивился тому, как их много.

- Вас уже ждут! - раздался низкий голос хозяина дома.

Геннадий Андреевич съёжился и переступил порог.

А там, за порогом, неловкость и стыд покинули его. Он был клоуном, призвание которого - дарить смех. И он его дарил! Он неловко падал, изображая пьяного. Он тыкал пальцами в залу, выкрикивая смехотворные обвинения тонким надтреснутым голосом. Он, держа лист вверх ногами, читал слова шиворот-навыворот, а потом топал ногами и кричал, что ничего не получается. И публике нравилось. Неистовый и ничем не сдерживаемый смех прокатывался по тёмной зале, от края до края, и даже сам хозяин дома иногда прибавлял к всеобщему веселью свой холодный меланхоличный смешок.

Но почему то, хотя выступление шло как нельзя лучше, Геннадий Андреевич чувствовал, как его тело охватывает волна какого то дикого, совершенно первобытного и необъяснимого страха. И поняв причину, он похолодел - смех, который он слышал, был не человеческим. За тридцать лет работы старый артист успел послушать и гогот задиристых мальчишек, радующихся падению увальня-клоуна, и отрывистый лающий хохот местных "крутых", и язвительное фырканье коллег. Но ещё никогда и нигде он не ощущал такого невероятного злорадства и такой затаённой ненависти, ощущаемой в каждом звуке и каждом изгибе еле видимых во тьме улыбок.

Геннадий Андреевич остановился и всмотрелся в залу. Тени, как будто, стали гуще, а факелы погасли, но даже сквозь мглу он видел жадный блеск десятков уставившихся на него глаз.

- Почему ты перестал играть, шут? - прозвучал в возникшем молчании голос заказчика.

- Мой князь, кажется, он понял, - услышал Геннадий Андреевич ехидный голос своего былого сопровождающего.

- Понял? Тем лучше. Вы можете сбросить личины, почтенные гости! - проурчал хозяин дома. Бледная кожа на его лице потекла словно тушь, обнажая другие, намного более звероподобные очертания.

Тьма озарилась алым блеском хищных глаз. К ледяному смеху присоединился скрежет зубов и лязг когтей о дорогой паркет. Смутные тени перепончатых крыльев и шипов заплясали в багровом блеске, превращая всё в совсем уж безумную фантасмагорию.

- Приведите жертву! - рыкнул хозяин дома, и Геннадий Андреевич с ужасом услышал среди нечеловеческого гогота и лязга зубов слабый женский крик. В отчаянии он опустился на колени и заплакал, закрыв лицо руками, в безумной надежде на то, что это окажется кошмар, и он вот-вот проснётся. Но пробуждения не наступало.

- Играй, играй шут! - повторил его страшный наниматель, и зала подхватила этот крик, предвкушая продолжение веселья - исполняй свою роль, если хочешь остаться в живых!

Старый клоун неловко встал, пошатнувшись и вытерев слёзы. Пошарив руками, поднял листы и поправил старинный крест на груди.

- Я сыграю свою роль, - тихо сказал он и начал тихо произносить слова молитвы.

Почтенная публика затихла в предвкушении, ожидая очередного глумления. И взвыла то ли от ужаса, то ли от боли, как только услышала истинные, ничем не искажённые имена. Смех сменился проклятиями и угрозами, острые когти звенели и скребли стены, но старый артист продолжал упрямо играть свою роль. Клыки хозяина дома вонзились прямо в горло Геннадия Андреевича. Мучительная боль растеклась по шее, но старый клоун прохрипел последние слова и плюнул прямо в уродливую морду отвратительного чудовища. Раздался ужасающий вопль, и таинственный князь вместе со своими гостями рассыпались серым пеплом.

_______________

Когда, спустя некоторое время, наряд полиции приехал в заброшенный дом, он обнаружил там уже остывающее тело какого то старика и плачущую девушку, называющую убитого своим спасителем. В горле старика зияла глубокая рана, но на его лице была такая улыбка, как будто он рассказал свою самую смешную шутку.