Поход выходного дня и Кот Шрёдингера.

Глава 1

Постарайтесь понять,

Александр Иванович,

что не существует

единственного для всех будущего.

Их много, и каждый ваш поступок

творит какое-нибудь из них...

(Стругацкие, Понедельник начинается в субботу)

Вся история, описанная в этом рассказе, является чистой правдой.Во всяком случае, я это точно знаю.А кто-то, может, подумает, что я чего-то тут присочинил.Но ведь «правда» у каждого может быть своя, как сказал однажды мой друг Костя: «Мы, даже прямо сейчас глядя на этот костёр, видим совершенно разное».

Итак, сегодня четверг, 28 сентября 1989 года.Я пришёл домой с работы и думаю о том, что как-то скучно всё.Просто так ничего не делать, а ведь скоро нам всем, кому в армию, кому работать, в общем, что-то в жизни налаживать.И пару лет как минимум с друзьями друг друга не увидим.А что там потом будет, это вообще неизвестно.

Я прошёлся по квартире, посмотрел, кто чем из семьи занят. Мама в кухне жарит картошку для всех на ужин, на плите чайник кипятится. Отец валяется на диване в зале, пялится в телевизор, сестра в своей комнате. В принципе, всё хорошо, семья дома, всё как всегда.Но всё же скучно.А приключения они сами не придут и не скажут: «Здрасьте, получите, пожалуйста, хороших и интересных впечатлений прямо на дом».Хах, это вряд ли. Хотя, если только по телевизору какой-то интересный фильм покажут.Ну, например, один из моих любимых фильмов – «Дети капитана Гранта», снятый по одноимённой книге, приключенческому роману французского писателя Жюля Верна. Но нет, ведь такие фильмы показывают, как правило, по выходным, а сегодня четверг. Пойду-ка я лучше к друзьям, может, вместе что-то придумаем и отправимся ещё в какой-то поход. Ну, конечно, в том случае, если мне удастся их в этом убедить.Всё же лето закончилось, на дворе осень, но разве это когда-то кого-то останавливало?

Каждая осень почему-то навевает мне романтику, даже тогда, когда лужи уже сковало осенним ледком, листья на деревьях желтеют, а по утрам всё темнее и холоднее, меня тянет на всякую романтику. Да и просто сбежать в лес, на реку или озеро, где свободно дышится холодным, зато свежим и чистым воздухом.

Даже когда мы ещё учились в училище при заводе, то в солнечные октябрьские дни мы с друзьями из группы, почти на каждой большой перемене, бежали через дорогу от завода.Там, среди камышей, много больших луж, схваченных льдом, и мы катались там по льду с разбега, да так, чтобы перекатиться через всю лужу от берега до берега.Инередко кто-то из нас даже проваливался под лёд, но лужи неглубокие, а главное — это было так здорово!

Костя, правда сказать, в этом никогда не участвовал, а один наш одногруппник, как-то посмотрев на нас, даже сказал: «Вы что, дети?». Но нет, друзья, мы не дети, мы любим волю и безбашенность.Да и не мы это бегаем через лужи, это наши души веселятся вовсю, а для души возраст разве имеет значение?

А вот если у такого человека спросить: «А ты что, взрослый?», а спустя годы спросить: «А сейчас ты стал взрослым? А сейчас ты всегда поступаешь как взрослый, зрелый человек?».Нет, друзья, такие люди никогда не были и не стали взрослыми, не повзрослели в самом плохом смысле.Они не умели никогда радоваться как дети, но и взрослыми не стали.Как были мальчиками и девочками, подростками, так ими и остались, но это их личное дело и нас не касается.

Я обуваюсь и выхожу из дома. Зайду сейчас за моим другом Серёгой Портнягиным, он уже тоже, наверняка, дома.Пойдём вместе к нашему другу Косте, а если и он дома, то, может, вместе что-то придумаем.Вот так спонтанно соберёмся и в путь. Согласитесь, ведь вы и сами это тоже очень любите: вот так быстро собраться и в отпуск, в путь, навстречу новым впечатлениям.

И вот я стучусь в дверь к Серёге, он сразу открывает.

– О! Саня, привет! Проходи, будем чай пить. – Привет, Серёга! Рад тебя видеть.

Я разуваюсь и прохожу. Серёга наливает чай, на столе пряники, конфеты, хлеб, масло. Мы пьём чай и болтаем о разном.

– Слушай, Серёга. А что, если нам прямо вот на этих выходных выдвинуться в поход? А? На Бердь! Ведь скоро зима, а так хочется ещё разок с друзьями выбраться на природу – костерок, котелок на нём и тишина.

Серёга задумался. Посмотрел в окно. Похоже, что ему тоже сидеть дома возле бабули не очень-то улыбается. Похоже, он уже думает, что взять с собой в поход.

– Взять минимум вещей, с такими компактными, утянутыми рюкзаками? – Да, точно. Поход выходного дня. А то, когда ещё сможем выбраться, неизвестно. – Было бы здорово! – согласился Серёга. – Зайдём к Костяну, может, он тоже совершенно свободен, как говорится. – Да, сейчас пойдём к Косте, конечно, надо всех позвать, кто сможет, – согласился Серёга.

Мы допиваем чай и выходим из дома. Костя тоже дома, слушает музыку, курит и ремонтирует какой-то кассетный магнитофон.

– О! Привет, мужики! – поздоровался Костя. – Рад видеть! – Привет! Что за кассетный магнитофон у тебя, опять какой-то новый? – Да это не мой, на ремонт принесли, плёнку жуёт. Я посмотрел, а тут тонвал и прижимной ролик менять нужно, а где его взять, запчастей нету, ничего не могу сделать. Отдам хозяину, скажу: если тонвал найдёт, я поменяю.

И тут мы с Серёгой выложили ему план похода на выходные. Ну, а Костя всегда за любой кипиш, кроме голодовки. Он, хотя и самый рассудительный из нас, но тоже может отправиться в путь в любой момент, в неизвестность. Всё-таки у меня самые лучшие в мире друзья.

Итак, сегодня уже готовим снарягу, а завтра выдвигаемся в путь. Главное — взять тёплые вещи, а за продуктами мы с Серёгой прямо сейчас, по пути домой, зайдём в магазин-стекляшку, купим консервы, хлеб, чай и суповые пакеты.

Глава 2

Я пошёл вдоль стены.

Я ничему не удивлялся.

Мне было просто очень интересно.

(Стругацкие, Понедельник начинается в субботу)

Сегодня пятница, и уже семь вечера, но мы как можно быстрее выдвигаемся из посёлка, чтобы знакомых не встретить, особенно девчонок. А то ведь не поймут, куда это мы в таком виде, да ещё с рюкзаками.А хотя пофиг, стеснительность для слабаков.

Но всё же мы спешим, нужно сегодня добраться до места ночёвки.Не знаем, где будем ночевать, где-то в лесу, желательно на реке. Мы прошли через луга, потом мост через Шипуниху и пошли по дороге. Мимо проезжал бортовой грузовик, а Серёга взял да и махнул ему. И кто же мог ожидать, что грузовик взял вправо на обочину и остановился? Мы удивлённо переглянулись: ехать или нет?Я махнул рукой, мол: «Поехали!» — и мы побежали к машине. Костя с Серёгой запрыгнули в кабину, а я с рюкзаками — в кузов.Как только машина тронулась, прикурил сигаретку и развалился на рюкзаках.

Не знаю точно, сколько мы проехали, но вот машина остановилась, Костя с Серёгой выбрались из кабины. Я подал им рюкзаки и тоже выпрыгнул на пыльную обочину. Сказали водителю спасибо, и он, медленно набирая скорость, скрылся вдали.

– Ну, что, идёмте, – Костя взвалил рюкзак на спину и поправил лямки, – надо до темноты найти место для ночёвки. – А где мы вообще? – огляделся я вокруг. – А какая разница? – спросил Костя. – Мы тут, – уточнил Серёга. – Резонно, – согласился я.

А вообще, нам сейчас не так важно, где мы находимся. Мы ведь как раз отправились посмотреть новые, незнакомые места, увидеть что-то интересное за эти выходные. Бердь где-то по левую сторону от дороги, а значит, туда мы и направимся.А вот сколько идти до Берди, это нам неизвестно: может, десять, а может, двадцать километров.В процессе похода узнаем.

Костя достал папиросу, прикурил, и мы двинулись. Шли через лес часа полтора.Уже стало темнеть, и мы вдруг вышли к ручью, сразу за которым круто вверх поднимается высокая, монолитная скала.

– Вообще-то странно, откуда ж тут горы взялись?! – удивился Костя, глядя вверх и доставая очередную папиросу, постукивая ею о пачку так, чтобы табак лишний высыпался. – До Салаира-то ещё очень далеко. – Я не знаю, – ответил я. – Да и по карте я тут никаких гор не видел. Завтра разберёмся. – Да ладно, какая разница, прикольно ведь, – сбросил рюкзак Серёга и осмотрелся.

Ответить было нечего. Никто из нас не знал, что это за место, да и вроде ничего такого тут не должно быть. Ну вот они и приключения, и интересные места начинаются. Сегодня тут, у ручья, и делаем привал на ночёвку. Вода есть: чай вскипятить, умыться с утра, да и просто руки помыть. А завтра уже перейдём ручей, поднимемся вверх по этой скале, посмотрим, что там за ней. Может, обрыв, а может, ещё скала. Загадка — это интересно. Устраиваемся на ночёвку среди кустарника. Высоких деревьев тут нет, придётся за дровами прогуляться до березняка. Развели костёр. С дороги уже есть охота, но всё же консервы пока не будем открывать, варим суп из суповых пакетов. Соорудили навес из полиэтилена на всякий случай: от дождя или от утренней росы закроет нас. Вечер проводим у костра, разговариваем, пьём чай, потом, когда совсем стемнело, спать. Ночью было очень холодно, по очереди подбрасывали дров в костёр. Хорошо, что с вечера притащили брёвнышко берёзовое и дровишек. Утро выдалось тихое, безветренное и тёплое, хотя и пасмурно, но погода нам отлично подходит. После завтрака собрали рюкзаки, делаем пару фото у ручья, легко переходим ручей и смотрим вверх, на круто уходящую в небо скалу.

– Ну что, поднимаемся? – Конечно! – сказал Серёга и, не раздумывая, пошёл вперёд.

Подъём оказался несложным. Двигаясь траверсами, обходя крупные валуны, где-то придерживаясь за скалу, где-то за крупные выступы, мы довольно быстро поднялись наверх. Наверху ничего примечательного не оказалось: просто равнина, а вдали стеной начинается берёзовый лес. Неподалёку зачем-то кто-то бросил годный ещё экскаватор. Осмотрели экскаватор, забрались даже внутрь.Непонятно, для чего он тут и когда его оставили.

Костя подошёл к обрыву посмотреть сверху на местность. Я тоже подошёл посмотреть. Видно далеко: леса, луга. А вот ручей совсем незаметен.Он и так-то небольшой, а сверху так совсем не разглядеть его.

Задерживаться не стали, а сразу двинули вперёд, через лес по направлению к реке Бердь. Шли не сказать чтобы долго и вдруг вышли к Берди на высокий обрывистый берег. Постояли, посмотрели вперёд – красота! И очень здорово снова оказаться на берегу этой древней и удивительной реки. Мне в голову пришла идея, которую я тут же высказал:

– А может, нам попробовать на другой берег перейти? – предложил я. – Тут, скорее всего, неглубоко, можно просто вброд перейти реку, вот только одно но: вода может быть очень холодной. – Придётся разуваться, – задумался Костя. – Тут глубина будет всяко выше колена, а дальше, да, мелко, может получиться. Мы спустились к реке. Я потрогал воду и произнёс мысли вслух: – Вода очень холодная. Не знаю даже, может, и не получится перейти. – Давайте я попробую, – сказал Серёга и начал стягивать сапоги и снимать комбез. Мы с Костей пока просто наблюдали, а Серёга взвалил рюкзак на плечи, сапоги в руки, комбез сверху на шею повесил. Спустился в воду. – Уххх! Холодная! Ну я пошёл.

И вот он пошёл, потом ещё пошёл, потом снова пошёл и перешёл. А за ним уже и Костя снял сапоги, комбинезон и тоже перешёл. Ну, а мне деваться некуда, придётся переходить. Вода оказалась ещё более ледяная, чем я себе представлял. Я стараюсь идти как можно быстрее, но ноги ломит от ледяной воды, да так ужасно, что они теряют чувствительность.

Не понимаю, как Костя и Серёга перешли. Я уже пожалел, что предложил эту затею — перейти реку вброд, но мне в любом случае назад никак нельзя.Я стиснул зубы и стараюсь идти как можно быстрее, а время кажется, растянулось на очень долго.Но вот наконец, кажется, становится мельче.Я ускоряюсь, и как только выскочил на песок, быстро сажусь на рюкзак и пытаюсь руками хоть немножко согреть ноги. Потом как можно быстрее надеваю комбез и сапоги.Надо как-то разогреть ноги: делаю приседания, прыжки и немножко пробежаться. Странно, но похоже, что Серёга и Костя таких проблем не испытывают.

А я устроил пробежку по песку, чтобы разогреться.

Пока я разогреваюсь, Костя предложил поисследовать местность. На этом берегу мы никогда не бывали, да и вряд ли ещё когда-то будем.

– Предлагаю углубиться в лес. Пройдём через заросли и прямо в том направлении, – показал Костя направление перпендикулярно реке. – Хотя бы недалеко, просто посмотрим, что там дальше, а потом назад.

Мы взяли рюкзаки и стали продираться сквозь кустарник. Сначала было сложно пройти – густые заросли, потом пошла просто трава, но высокая, хотя уже и засохшая. Передвигаться не слишком сложно, и мы пошли. А примерно через двадцать минут, Серёга, который шёл впереди, заметил:

– О, смотрите! А тут ещё какая-то река впереди. Другая какая-то, что ли? – Да, прикольно! Но, скорее всего, это снова Бердь, – предположил Костя. – Но немного странная какая-то. – Ага. Больше на озеро похоже. – А знаете, я знаю, что это такое, – сказал я. – Это старое русло Берди – старица. Вода тут не течёт совсем, но воды больше, чем в реке, и, смотрите, она вся травой и камышом заросшая. Мы как-то рыбачили на такой с отцом, поэтому я знаю, как выглядит старое русло.

– Да, реально на вытянутое озеро больше похоже, чем на реку, – согласился Костя.

Решили тут сделать привал и отдохнуть немножко: сняли рюкзаки, начали доставать провизию для перекуса — пару консервов, хлеб. А поскольку расположились мы прямо под кустом боярышника, усыпанного спелыми оранжевыми ягодами, то стали рвать ягоды и жевать их.Хоть в этих ягодах почти одни только косточки мелкие, но всё же какие-то витамины и вкусно. А я рассказал про старицу:

– Мы, когда рыбачили на старице, не знаю, где это находилось, но далеко очень, на мотоцикле ехали часов шесть, там и люди-то редко бывают. Так вот, мы там с моим другом с нашего двора, с Андрюхой из третьего подъезда, поехали вечером на лодке обследовать старицу, далеко заплыли, вдруг смотрим: среди кувшинок из воды торчит пупырчатая спина какой-то рептилии, ну не крокодила, но каймана или аллигатора точно.Как заорём: «Крокодил!» — и на вёсла налегать со всей силы оттуда. Потом отплыли уже подальше, думаем: «Не, ну какой тут крокодил, не может этого быть». Поплыли обратно посмотреть, что же это такое. Как выяснилось, это корень кувшинки, а точнее, кувшинки жёлтой, или кубышка, ещё называют. У кувшинки корневище жёлто-зелёное, горизонтальное, толстое, мясистое, толщиной 3–10 см, покрыто ромбовидно-округлыми рубцами от опавших листьев.Ну, а это корневище было совсем старое и огромное, толщиной сантиметров двадцать не меньше. Поддели веслом рассмотреть, и ведь понимаем уже, что это корень, но жутко всё равно, на крокодила похоже. Такая вот история. Эти корневища используют как лекарственное растение, а ещё их едят бобры, лоси, ещё какие-то животные.Вот только надо помнить, что в сыром виде корневища для человека ядовиты, хотя говорят, что съедобны, если их отварить в солёной воде, но я бы не рискнул. А поджаренные семена из кубышек вроде бы употребляли раньше как суррогат кофе, но эта информация не проверенная. – Так, может, это и есть та самая Старица? – Не знаю, вполне возможно. Помню, что рыбы много, здоровенные такие рыбины, красивые тёмно-золотистые, мы их называли сазаны, но точное название я не знаю, уха из них очень вкусная, наваристая. – Да, интересно.

Мы перекурили и снова выдвинулись в путь. Пошли вдоль старицы, потом по направлению к Берди, а как снова вышли на берег реки, пошли вниз по течению, подыскивая хорошее место для привала и ночёвки. Не знаю, сколько километров мы прошли, но действительно попалось неплохое место: под обрывистым берегом мысок такой хороший, много сухих веток на дрова, и от ветра хорошо защищено. Решили тут и расположиться, и сразу подготовить место ночёвки. Я натянул полиэтиленовую плёнку от дождя в виде навеса над спальным местом, Костя с Серёгой сложили костёр, только разжигать пока не стали, разожжём попозже, как стемнеет. И вот рюкзаки закинули под полиэтилен, а сами поднялись наверх, на берег и углубились в лес, решив немножко обследовать местность вокруг.

Глава 3

– Ты теперь всё можешь.

Это Научно-исследовательский институт

Чародейства и Волшебства…

Ну, что же ты стал? Загоняй машину!

– Куда? – спросил я.

– Ну неужели ты не видишь?

И я увидел…

(Стругацкие, Понедельник начинается в субботу)

Я захватил с собой радиоприёмник: по дороге включим музыку, чтобы и веселее, и чтобы с медведем каким не столкнуться в лесу.Обычно дикие животные, заслышав человека, стараются уйти подальше, а вот неожиданная встреча ничего хорошего не сулит. Своего радиоприёмника у меня нету, поэтому перед походом я зашёл к нашему другу Серёге Антошину. Сам он не смог пойти с нами, но я одолжил у него вот этот радиоприёмник.

Транзисторный радиоприёмник с часами и таймером «Сигнал-402» Каменск-Уральского приборостроительного завода, на транзисторах МП35Б. Хорош тем, что работает от аккумулятора.Может, конечно, работать и от батарейки «Крона», но «Крона»недёшево стоит, а разряжается довольно быстро, а вот аккумулятор отлично держит заряд. Ну и Серёга его как раз подзарядил перед тем, как мне выдать. Радиоприёмник имеет внутреннюю магнитную антенну и разъём для наушников, да и просто круто выглядит. Вот только цена – 65 рублей, это ж половина зарплаты!Да и в магазине такой редко можно встретить, большая часть приёмников "Сигнал" уходит на экспорт, потому что пользуется спросом за рубежом, причём не только в соцстранах. Весьма удачная разработка наших инженеров и дизайнеров.

Но вернёмся к походу. Отошли от берега не так много, может, минут десять-двадцать шли.Нам попалась поляна, на которой когда-то велась вырубка деревьев, скорее всего, валили берёзы на дрова. Ветки сложены в несколько кучек, так и лежат после вырубки. От поляны начинается дорога, по ней-то мы и пошли на разведку, куда приведёт. Впереди показалась деревня и мостик через ручей. Ну, раз деревня, то думаем, зайдём в магазин, хлеба свежего, деревенского купим. Спросили у какой-то женщины, которая занималась своими делами в огороде, как деревня называется и где тут магазин находится. Оказалось, что магазин уже закрыт давно, но она сама вынесла нам из дома булку свежего хлеба и молоко. Сказала: «Берите, люди добрые, и не думайте». Кстати сказать, тут практически в каждой деревне отзывчивые люди, и молоком нас домашним неоднократно угощали, а денег никогда не берут, даже слышать об этом не хотят. А деревня оказалась – Харино.

По данным "Списка населенных мест Сибирского края" (Новосибирск, 1928) село (деревня) Харино на речке Елбаш основана в 1700 году. В конце 19 - начале 20 века входила в состав Легостаевской волости Барнаульского уезда Томской губернии. На 1928 г. село Харино Легостаевского района Новосибирского округа Сибирского края насчитывало 153 дворов, 746 жителей (по национальности - преимущественно русские). В 1933 в Харино создан колхоз «Пахарь, вперед» под председательством Якова Яковлевича Крюкли. В 1957 году колхоз «Пахарь вперед» вошел в состав колхоза имени «XX Партсъезда» (село Усть-Чём). Сейчас деревня Харино - в Усть-Чёмском сельсовете Искитимского района Новосибирской области. (https://kraeved.lib.tomsk.ru/page/885?nom=4854)

Как говорится: "Дают — бери! "Мы взяли хлеб, молоко, поблагодарили хозяйку и выдвинулись в обратный путь. Идём потихоньку, разговариваем, перешли ручей, а точнее речку Елбаш, идём по лесной дороге. Идём довольно долго. Вдруг я обратил внимание на одну странность, которую мы почему-то сразу не заметили: мы идём уже не по дороге, а просто по лесу.

– Стоп. Слушайте, а где дорога-то?Мы ж уже по лесу идём. – Опа! А действительно, дороги нет. Как такое произошло, что сошли и не заметили?

Непонятно, как мы сошли с дороги, даже не заметив этого. Но постараемся пойти обратно и поискать. Мы повернули назад, рассредоточились и пошли зигзагами, чтобы не пропустить дорогу.

Смеркалось…

Нашли дорогу быстро и пошли теперь вперёд, уже по дороге. Идём долго, разговариваем, а никакой вырубки, от которой мы путь свой начали, и в помине нету.

– Слушайте, что-то мы слишком долго уже идём, похоже, что направление неверное, – предположил я. – Давайте назад поворачивать, к деревне, а то темнеет уже? – А ведь правда, долго идём, мы в тот раз так долго не шли, – согласился Серёга. – Не тот путь, не та дорога.

Теперь нам придётся пойти обратно и поискать нужную нам. Мы развернулись и пошли в обратную сторону. Только вот выведем ли теперь к деревне — это вопрос, но там увидим. Идём по дороге опять же довольно долго, но вот всё же вышли обратно к деревне, к тому самому месту, к тому самому мостику, по которому переходили через ручей. – Сто процентов я уверен, что это то самое место, – произнёс Серёга. – Вот и мостик пешеходный, по нему мы переходили. А вон я узнаю эти кустарники. – Ну что, тогда снова идём и ищем наши ориентиры: во-первых, место вырубки, во-вторых, другие ориентиры. Ну, может, кто-то из нас бычок какой где-то бросил или веточку какую сломал, или ещё что-то, – предложил Костя. – И будем внимательно смотреть, чтобы развилку не пропустить. – Надо просто правее держаться, если развилка будет, и нормально. – И мы пошли.

Сильно смеркалось...

Итак, снова идём по дороге, только теперь особенно внимательно следим, чтобы не свернуть куда-то не туда и не пропустить развилку и наш ориентир. А через какое-то время Костя заметил:

– Да тут дорога-то, в принципе, одна, и вообще никаких свёртков нет. – Ну да. Как по мне, так мы вот по ней и пришли в деревню. – Да, согласен, дорога та же, – кивнул Костя. И мы продолжили путь.

Но вот какое дело: пока шли, никакой вырубки, от которой мы начали путь, мы не встретили, и впереди ничего такого нету, а дорога постепенно просто исчезла и всё, сошла на нет, так, как будто вот до определённого места ездили, а дальше нет. Исчезает дорога — и всё. Что за напасть? И ведь у нас вроде был такой хороший ориентир — вырубка, пеньки там, ветки, сложенные кучками. Как такое можно пройти мимо и что могло пойти не так?

– Ну всё, блин, пришли! Мы же только что шли вот по этой же вроде дороге, а ей конца и края не было, – удивляется Костя. – Вот скажите мне, как так может быть, что дорога просто исчезает и всё? Вот она есть, а вот её уже нету. И дальше лес просто. – Бред какой-то, что-то тут не так! – я достал пачку сигарет, вытащил сигаретку и протянул пачку Косте. – Но вот что именно не так, я пока не понимаю. Мы только что шли по этой дороге и очень долго шли, а сейчас пятнадцать минут ходу – и дорога исчезает. Как так?

Костя тоже достал сигарету, вернул мне пачку и вытащил коробок спичек из кармана. Чиркнул спичкой, мы прикурили. Постояли, подумали. – Слушайте, это уже какая-то загадка, а не просто трое туристов сбились с дороги, – размышлял я вслух. – Поэтому для изучения загадки предлагаю научный, системный подход: проведём ещё один эксперимент – вернёмся назад прямо в саму деревню, а не просто до ручья, а потом уже оттуда попробуем ещё раз поискать нужный нам путь. Не может быть, чтобы мы не смогли разобраться в ситуации. – Разумно. Давайте только перекурим спокойно, – сказал Костя, присаживаясь на траву. – Только бы теперь к деревне выйти, а то фиг знает, может, это теперь уже опять не та дорога. – Да-а… – согласился Серёга. – Я уже ничему не удивлюсь.

Поскольку у нас с собой есть хлеб и молоко из деревни, мы решили перекусить заодно, пока отдыхаем. Съели хлеб, выпили молоко, а потом вернулись обратно в деревню Харино.

– Вот прямо тут мы фото делали, – произнёс Серёга. – Да. А вон там дальше и здание клуба. Даже вот сейчас кажется, что всё же так просто, как тут можно заблудиться и не найти дорогу к рюкзакам, а вот по факту почему-то не получается. Чудно! – Ну что, тогда разворачиваемся, что ли, и снова идём искать нужное нам место? – посмотрел назад Костя. – Начинаем наш научный эксперимент! Всем готовность номер один. Поехали.

Итак, снова двинулись в путь, в поисках утерянного пути, наших рюкзаков и нашего места ночёвки.

– А вы заметили, что в деревне как-то безлюдно очень и мрачновато всё? – заметил Серёга. – Я ещё в первый раз обратил внимание. Понятно, что люди делами своими занимаются, и всё равно: коровы не ходят, собаки не лают, дымком от печек не пахнет.Что за странность такая? Хотя бы баня-то должна где-то топиться. – Ну… окраина, а в самой деревне, может, жизнь кипит, – Костя пожал плечами. – Но так-то да, тоже странность.

Стемнело…

Идём и ещё раз внимательно осматриваем путь, и всё вроде подтверждается: мы пришли именно этой дорогой, да и она тут в принципе одна, и никаких свёртков нет. Внимательно смотрим во все стороны, но всюду лишь сплошная стена леса, а дорога опять закончилась ничем, просто сошла на нет, так как будто тут дальше никто и не ездил, но и вырубки нету. Прошли ещё вперёд – ничего, сделали круг – ничего. Эксперимент провалился, потомучто совсем стало темно, а мы так ничего и не выяснили, не смогли выяснить, что тут происходит с этими дорогами: то они есть, а то их нету, и куда нам идти, и где рюкзаки свои искать – не понимаем. Тогда я предложил простое и очевидное: – Предлагаю уже не выяснять, что тут не так с этой дорогой, а просто пройти немножко назад и рвануть прямиком через лес, в сторону Берди, река же примерно в том направлении, – показал я направление. – Значит, мы рано или поздно всё-таки выйдем к Берди, а там и рюкзаки уже будем искать.

Так мы и поступили. Я включил радио, поймал волну с бодрой такой музыкой. Свернули с дороги и двинули по лесу. На деле всё оказалось непросто: лес тут очень суровый, густо заросший, по прямой не пройти, много поваленных старых деревьев в два обхвата толщиной, очень высокая засохшая трава, а местами густой кустарник. Наступила ночь, видимость совсем никакая, да ещё и сильно похолодало.

– Сейчас бы чайку горячего! – заметил Серёга. – А у меня там в рюкзаке ещё и баночка варенья есть. – Серёга, ты что, в поход варенье взял? – спросил Костя. – Так у меня же вчера день рождения был. – Вот так вот! – удивились мы с Костей. – Ну тогда поздравляем тебя, дорогой друг Серёга, хотя и обстоятельства не очень подходящие! А ты что вчера-то не сказал? – Ну забыл, какая разница, вот сегодня говорю. Обстоятельства нормальные, а у меня там не только маленькая баночка варенья, там ещё фляжечка специальная есть, день рождения отметить, по чуть-чуть, хоть и в походе, а отметить надо.

И вот мы бредём в потёмках по ночному дремучему лесу, где деревья — настоящие гиганты в два-три обхвата, и кроны их теряются где-то в высоте, в ночном небе, как секвойи. Ночью в неизвестном месте в лесу и так жутковато, и не видно почти ничего, а тут ещё вдруг, ни с того ни с сего, в радиоприёмнике музыка обрывается, и он как захрипит, да так жутко, причём раза в три громче, чем музыка играла.У меня аж волосы на голове дыбом встали от такого жуткого, громкого треска в динамике. Мы остановились и обалдело посмотрели друг на друга. Я быстро выключил приёмник.

– Что за жуть, блин! Что это с приёмником случилось? – посмотрел я на Костю и Серёгу.

Но они оба тоже пребывали слегка в шоке.

– Может, на этой волне вещание закончилось? – сделал предположение Серёга. – Давайте поищу другую волну. – Я снова включил приёмник и покрутил все настройки. Во всех диапазонах приёмник не ловил совершенно ничего, кроме этого треска. – А вот это уже странно! Что-то же он должен ловить, – почесал лоб Костя. Комары, надо сказать, уже довольно сильно доставали. – Сегодня вообще всё странно! – огляделся вокруг Серёга. – Я уже не уверен, что мы вообще куда-то придём сегодня.

И уже приключения становятся весьма зловещими.

– А может, с приёмником что-то случилось? А? Ну, сломалось что-то в нём? – покрутил я приёмник, рассматривая его с разных сторон. – Не, вряд ли, – не согласился Костя. – Это либо вещание прекратилось, хотя какие-то ночные программы должны быть, а ещё больше похоже, будто глушилку какую-то мощную включили неподалёку, или просто какой-то мощный сигнал неизвестного происхождения, дающий такие громкие помехи. Может, аномалия какая, а может, ещё что-то. Неизвестно. – Да уж, загадка, – произнёс я.

Мы двинулись дальше. Радиоприёмник теперь был выключен, и лес стал ещё более мрачным, но мы просто разговаривали, чтобы хоть как-то отвлечься.

И как будто происходящего уже мало: видим впереди, среди деревьев, у самой земли клубится какой-то очень густой туман, такое плотное жёлтое облако, и ведь прямо путь нам перегораживает, что не обойти никак. Такая протяжённая, хотя и неширокая вроде, полоса очень тяжёлого и очень густого жёлтого тумана, но перепрыгнуть не перепрыгнешь и обойти не обойдёшь.

Мы остановились. Вот теперь по-настоящему страшно.

– Так, всё! – твёрдо сказал Серёга. – Я туда не пойду! Что это за туман там, это же вообще жуть! Пойдёмте лучше обратно в деревню, там и переночуем. Я серьёзно!

– Вообще-то мне тоже туда не хочется, да и в деревню не хочется, – сказал Костя. – Я тут как раз на днях прочитал книгу "Пикник на обочине" Стругацких, и мне теперь всё тут напоминает об этой загадочной книге.

– Попробовать обойти, что ли? – почесал я репу. – Хотя, я, наверное, попробую подойти ближе. А то ведь так и не узнаем, что это за облако жёлтое, а очень хочется, хотя и надо признать, что страшно. – И я, несмотря на то, что Костя с Серёгой меня отговаривали, пошёл вперёд, а чтобы не так страшно было, стараюсь что-то говорить. – А знаете, я недавно прочитал фантастическую повесть "Понедельник начинается в субботу", поэтому мне не так страшно. А кстати, Костян, я же у тебя брал эту книгу. Ты ведь мне и сказал про неё, а раньше я даже и не слышал, что есть удивительная и необыкновенная книга, а там ещё про бойцовских котов рассказ.

Я иду потихоньку вперёд, к этому жёлтому туману, а Костя с Серёгой стоят на месте. Чем ближе я подхожу, тем от страха мне становится жарче. Да что же это такое! В темноте плохо видно, придётся подойти совсем близко.

– Ну что там, Саня? Как ты? – Чем ближе, тем страшнее! Пока не пойму, что это, но подхожу ближе. – Может, назад, пока не поздно?Вдруг ядовитое или ещё что. Может, тут какие учения военных, а мы просто не в курсе, да мало ли что ещё. Опасно! – Да, опасно. И всё же я осторожно дойду до него.

Я подошёл совсем вплотную к туманному, густому облаку и вдруг понял, что это такое на самом деле. Страх у меня сразу исчез, а я зашёл прямо в это облако.

– Хах! Ребята, идите сюда, – говорю я Косте и Серёге. – Саня, осторожнее, ты же прямо в туман этот зашёл! – Никакое это не облако и не туман. Это просто сухая жёлтая трава вроде тростника. Тут низинка типа болотца, вот и заросло тростником низеньким, а сейчас осень, тростник высох, стал жёлтым, почти белым на фоне чёрного леса, в темноте кажется, что туман.

Я сорвал пучок травы и пошёл назад, показал Косте и Серёге. После этого они потихоньку подошли ближе к этому туману.

– Блин, точно, трава и кочки. Это же и правда типа болотца, только высохло. Уфффф, – выдохнул Костя. – Ё-моё, точно! А со стороны так жутко смотрится. – Хорошо, что разведали, что это за явление такое, а то так бы и думали неизвестно что, – сказал я, шагая по кочкам. – Вот так и появляются всякие легенды, – кивнул Костя. – Ага, – согласился я. – Если бы такое увидели мои одноклассники, когда мы учились классе в третьем, то на весь учебный год хватило бы обсуждений и сочинения небылиц, как в этом облаке исчезали люди, или как оттуда кто-нибудь появлялся, или, например, человек исчезал, а потом его пожёванного выбрасывало быс другой стороны.

– Да, точно! И это ещё были бы самые безобидные выдумки, – засмеялся Серёга.

Мы пересекли полосу засохшего болотца и снова шли по тёмному лесу.

– Слушайте, мужики! Я вот думаю, что всё не так просто с этим туманом, ведь это же своеобразный «Кот Шрёдингера». – Костя даже остановился на месте, так сильно его поразила эта идея. – Вот смотрите, пока мы не подошли и не стали наблюдателями, то, согласно квантовой теории, этот туман мог находиться сразу в нескольких состояниях одновременно, любых.Ну, например, туман, в котором исчезают люди, или туман, из которого неизвестно кто появляется, который жуёт людей и выплёвывает их с другой стороны, или, как в нашем случае, просто болотце с этой жёлтой сухой травой, ну и ещё, я не знаю, чем. – Суперпозиция! – уточнил я. – Поэтому мы и не могли понять, что это такое, пока не подошли вплотную? – Верно! – поднял указательный палец вверх Костя. – Больше того, он же, этот туман, если считать, что в макромире работают те же законы, что и в квантовом, согласно суперпозиции, может ещё и одновременно находиться в совершенно разных местах. А отсюда и теория о том, что люди могут пропадать в этом тумане. Ну, т.е. туман одновременно и здесь, и в другом месте находится, а значит, человек в него тут входит, а выходит уже где-то там, неизвестно где, а тут его уже нет. – Да, точно, к примеру, человек зашёл в туман с закрытыми глазами, а потому не стал наблюдателем, волновая функция не коллапсировала и квантовая система не приняла одно из состояний, а, следовательно, туман продолжал находиться в разных местах одновременно? – Именно!

– Но всё же, как по-твоему, человек переместился в другое место? И кстати, не забывай, что суперпозиция не относится к макромиру, а только к мельчайшим порциям энергии (квантам), которые, правда, в некоторых случаях являются и частицами, например, фотон.Хотя сам Шрёдингер как раз подвергал критике такую общепринятую интерпретацию, в которой в микромире возможна суперпозиция, а в макромире нет. И он-то как раз придумал эксперимент «Кот Шрёдингера».Он как бы говорил этим:«Что же это, товарищи физики, у вас получается кот в ящике одновременно и жив, и мёртв?Но это же абсурд!А значит, что-то мы тут с вами не до конца понимаем и не можем объяснить.Давайте думать и искать ответы».

– А вот что я отвечу на это: многомировая интерпретация, – многозначительно произнёс Костя. – Знаете ли вы, что некий физик Хью Эверетт ещё в 1957 году, то есть давно, предложил объяснение этого? Суперпозиция кванта не исчезает при измерении, а продолжает существовать, но в параллельной вселенной… То есть каждый раз, когда мы открываем коробку с котом Шрёдингера, то есть проводим наблюдение системы, мы фактически создаём новую вселенную, где система находится в новом состоянии. А? Как вам такое?

– Ты хочешь сказать, что кот одновременно жив и мёртв, только он одновременно находится в разных вселенных? А человек, зашедший в наш туман Шрёдингера, исчезает тут, но оказывается в другой вселенной?

– Выходит, что так! – Да уж. Всё страньше и страньше. Хорошо, что хоть сегодня, при наблюдении этой суперпозиции тумана, мы стали частью той системы, в которой туман принял состояние обычного болотца с сухой травой. Может, в этом и состоит принцип неопределённости Гейзенберга: если мы точно можем измерить один параметр, то как наблюдатели оказываемся в какой-то одной системе, её частью, а следовательно, другие параметры измерить уже никак не сможем. Они же, может, вообще в другой вселенной проявляются, ну, точнее, в другой системе. И поэтому другие свойства тумана мы никогда не узнаем. – Да! И это к лучшему! – Согласен! А всё-таки многомировая интерпретация лично мне как-то не очень – жутковато. Но реальность точно меняется. Что же до квантовой механики, мне гораздо понятнее, что квантовый мир (т.е. микромир) сильно отличается от привычного нам мира, и поэтому к квантовому миру нельзя применить законы привычной нам классической физики, потому что в микромире квантов другие правила, другие законы физики, и точка. И не важно почему, и никто не знает почему. И к макромиру не применимы законы микромира, но это не точно. Так что вопрос, по сути, остаётся открытым, или, точнее, можно сказать, эта тайна пока закрыта от людей. – Да уж, блин! И мы ведь сегодня вроде и грибов никаких не ели, а такое насочиняли, пока идём по лесу. – Дык, это нас и спасло. Но это не точно.

– А я вот слушаю вас обоих. Так, по-моему, вы сегодня оба только грибы и ели, – выдал Серёга. – Нее…! – протянул Костя. – Просто молоко из-под бешеной коровы попалось! Мы с Костяном загнулись со смеху, а Серёга покрутил пальцем у виска. Наш друг бывает очень серьёзен и доводов не приемлет. – Серёга, относись проще. Как утверждает Льюис Кэрролл, серьёзное отношение к чему бы то ни было в этом мире является роковой ошибкой, ну, кроме самой жизни. – А я бы ещё добавил известную вам фразу: «Серьёзное лицо — это ещё не признак ума, господа. Все величайшие глупости на Земле делались именно с этим выражением».

Но Серёга уже не слушал, он ткнул пальцем вперёд:

– Смотрите, а вот и река! – Точно, вон он, обрыв, а под ним наша плёнка полиэтиленовая и рюкзаки под ней. Мы подошли вплотную и спрыгнули с обрыва на небольшой мыс, на котором оставили свои вещи. – Так! – осмотрел я местность. – Рюкзаки на месте, как мы их и оставили. Отлично! – Серёга, а где, говоришь, у тебя эта специальная фляжка для дня рождения? – Сейчас достану! – потёр руки Серёга. – Ага, не зря ты вчера забыл про неё. Сегодня нужнее.

Быстро развели костёр — он ведь уже был сложен заранее, поставили котелок на огонь, будем еду готовить, а то уже так есть охота, особенно горяченького похлебать на холоде очень хорошо. С костром стало сразу теплее и уютнее. Приготовили всё и сели ужинать возле костра. Поели и завалились спать: усталость уже взяла своё, лично я заснул быстро. Ночью, правда, было холодно, я просыпался, ворочался, но снова засыпал. Хорошо, что мы на ночь в костёр дров накидали и положили брёвнышко.

*Эрвин Александр Шрёдингер (1887–1961) – выдающийся австрийский физик-теоретик, один из основоположников квантовой механики. За работу по волновой механике в 1933 году он удостоился Нобелевской премии. Член Австрийской академии наук (1956г). Член Академии наук СССР (1934г).

*Кот Шрёдингера –мысленный эксперимент, предложенный Шрёдингером в 1935 году при обсуждении физического смысла волновой функции. В ходе эксперимента возникает суперпозиция живого и мёртвого кота, т.е. получается, что кот запертый в коробке и которого мы не видим может быть одновременно и жив, и мёртв, что выглядит абсурдно с точки зрения здравого смысла. Тем самым Шрёдингер неоднократно подвергал критике общепринятую интерпретацию квантовой механики.

* Принципом неопределенности Гейзенберга – Квантовая механика, в отличие от классической, предсказывает вероятности, а не определенные значения величин, это связано с принципом неопределенности Гейзенберга, который гласит, что невозможно одновременно точно измерить координату и импульс частицы.

*Суперпозиция. Принцип Квантовой суперпозиции – квантовая система может находиться в нескольких состояниях и даже в нескольких местах одновременно, пока не происходит измерение кем либо, ну точнее человеком конечно. Другими словами, квантовая система (квант, частица) может существовать во всех возможных состояниях, которые ей доступны, до тех пор, пока на неё не воздействуют, а если хоть как-то воздействуют, то она переходит в одно определенное состояние.

*Квантовая система одной частицы – это физическая система, описываемая законами квантовой механики, в которой рассматривается поведение одной частицы.

*Элементарные частицы и кванты – это разные, но взаимосвязанные понятия в физике. Элементарные частицы - это фундаментальные, неделимые частицы, из которых состоит вещество и которые описываются квантовой теорией поля. Квант - это минимальная неделимая порция энергии, которую может излучать или поглощать физическая система. Другими словами, элементарные частицы могут быть "квантами" определенных полей (например, фотон).

*Корпускулярно волновой дуализм и квантовая суперпозиция –

это разные, но взаимосвязанные понятия в физике. Корпускулярно-волновой дуализм описывает свойства элементарных частиц, например, электрона или фотона как частица-волна, а при определённых измерениях ведёт себя или, как только частица или, как только волна. Квантовая суперпозиция описывает состояние квантовой системы, когда она находится в нескольких состояниях одновременно (Например, координат и импульсов, и прочих состояниях, описываемых уравнениями) и это до того момента как произойдёт измерение, после которого система «выбирает» одно из этих состояний.

Глава 4

Никому в голову не приходит,

что между известными фактами

и каким-то новым явлением

может лежать море неизвестного,

и тогда мы объявляем новое явление

сверхъестественным и, следовательно,

невозможным.

(Стругацкие, Понедельник начинается в субботу)

Утром разожгли костёр, поставили кипятиться чай, а готовить пока ещё лень. Попили чаю. Я взобрался на бревно, которое нависает над берегом с обрыва, прикурил сигарету.Сверху хороший обзор на реку. Хотя и осень, и краски блёклые, и даже листвы на деревьях почти не осталось, но я тут отдыхаю по-настоящему. Как по мне, тут на природе, на реке Бердь и сейчас очень даже красиво. Несмотря на холод, хочется тут ещё подольше оставаться, не на месте сидеть, конечно, это скучно, а двигаться куда-нибудь. Я задумался о том, как нам переправиться на другой берег. Переходить вброд, как вчера, мне больше не хочется, да и нет тут брода рядом.

– Слушайте, как нам обратно сегодня переправиться? – обратился я к Косте с Серёгой. – Я в воду больше не полезу, и не уговаривайте.Вчера-то вода холодная была, что чуть ноги не свело, а сегодня с утра вообще холодрыга, не вода, а лёд, наверное. – Я вот тоже об этом думаю, – посмотрел на меня Костя. – Моста-то поблизости нет, надо как-то решать, что делать. – Может, вернёмся обратно, туда, где вчера переходили? А больше никак, или вниз по течению нужно идти, поискать подходящее место для брода, – сказал Серёга. – Не-е, как хотите, но я в воду сегодня ни ногой, – ответил я. – Но есть предложение. А не построить ли нам плот, небольшой совсем, чтобы только переправиться на тот берег хватило? Тут в лесу полно старых стволов деревьев, типа такого, на котором я сейчас сижу.Они сухие и слегка трухлявые, поэтому лёгкие, и плавучесть должна быть хорошей.

Костя с Серёгой быстро согласились, им тоже не хотелось куда-то идти с рюкзаками лишние километры, искать брод. Тем более построить плот — это же ещё одно приключение. И мы приступили. Для начала начали искать старые стволы деревьев в лесу поблизости и таскать их на берег. Трухлявые, но ещё прочные брёвна весят очень мало, мы легко их переносим, я один могу взять на плечо здоровенное на вид бревно и легко нести его, типа как Шварценеггер в фильме "Коммандо". В общем, процесс пошёл бодро и весело, хотя и не выспались сегодня.

– А вы же тут вчера говорили, что как Шрёдингеры можете быть и тут, и там, – посмеивается над нами Серёга. – Вот и оказались бы на том берегу. – Не как Шрёдингеры, а как квант энергии, да и то на практике это пока никто не применял, – поправил его Костя, но Серёга только посмеивался. – Ну как, энергия переместились бы, или у вас энергии не осталось совсем? – Ну так, вот и тратим уже энергию-то на перемещения, – показал на брёвна Костя. – Ну да, а потом как следует вкинем топлива в топку, чтобы энергию восстановить? – сказал я. – А что есть энергия? – философски заметил Костя. – Что вот вы, например, знаете об энергии? – Ну, не знаю, например, закон сохранения энергии, кинетическая энергия, – предположил Серёга.

– Согласно знаменитому уравнению Эйнштейна, энергия и масса эквивалентны и могут превращаться друг в друга: E=mc², – добавил я, то что вспомнил. – Хотя непосредственно это уравнение означает: энергия, обусловленная массой. – Правильно, – сказал Костя. – И я ничего не знаю. Я вот летом ездил в Новосибирск, к студентам в общагу, помните, мы по весне с ними сплавлялись по Берди, они на ПСН-е шли. – Конечно, помним. – Так вот, – продолжил Костя. – Я к тому, что анекдот там студенческий рассказали такой: «Профессор на экзамене по физике с иронией задаёт вопрос студенту: „Скажите, а что такое по-вашему энергия?“».Студент долго мучается, пыхтит, а потом говорит: «Профессор, я знал, честно знал, но забыл!».Профессор трагично объявляет всей аудитории: «Друзья, сегодня трагичный день для всей физики, оказывается, один человек в мире всё же знал, что такое энергия, но и он забыл!». – Аа… В этом смысле энергия. Да. А я вот, – глядя в небо, заметил Серёга, – прочитал где-то, не помню где, что материя – это энергия, структурированная информацией.

– А ведь это очень интересная теория, – поразился я своей мыслью. – Из этого можно сделать вывод, что, к примеру, изначально вся наша вселенная – это океан энергии, в котором мы и находимся.А для того, чтобы этот океан чем-то стал, Создатель структурировал эту энергию определённой информацией. После чего в пространстве, под воздействием неистощимого океана энергии, про который мы ничего не знаем, образовались элементарные частицы со строго заданными параметрами, из которых впоследствии появились звёзды, планеты и развился живой организм. Иначе откуда бы, например, фотон знал, какие у него должны быть характеристики: заряд, там, импульс и прочее, если бы не информация, которая его структурировала? – А эти частицы, получается, могут иметь разные свойства, сливаться и легко преобразовываться из одних частиц в другие, менять свойства и так далее, потому что они же не материальны.

– Ну да! А вот если с этой точки зрения рассматривать элементарные частицы, да или даже кванты, представим себе условно их, например, в виде гитарной струны, на которую мы смотрим вдоль, ну как бы с торца, и дёргаем струну, чтобы завибрировала, то струна так сильно вибрирует (я на своей гитаре это наблюдал не раз), что мы видим лишь размытое облачко, и невозможно точно сказать, где в этот момент струна, просто где-то тут. Как и в случае с частицами и квантами, их тоже нельзя увидеть и сказать: мол, вот она, частица.Нет, лишь область, где она находится,– облачко.Таким образом, получается, что наш мир состоит не из твёрдых каких-то частичек, а из тончайших вибраций самого пространства под воздействием океана энергии, которая, как известно, сохраняется в пределах нашей Вселенной и закончиться не может. Или, как говорят физики: наша Вселенная не то чтобы существует, а скорее проявляет тенденцию к существованию, – продолжил я свою мысль. – Кстати, фантасты давно придумали, что для перемещения людей и грузов нужны портальные арки, соединённые между собой пространственным коридором, ну типа сжатие пространства, а без портальных арок никак.Но это уже совсем другая история.

– А-а-а! Тогда, конечно, строим плот, – с поддельно серьёзным видом закивал Серёга. – А информация-то где находится? – спросил Костя.

– Не знаю. В информационном поле, пронизывающем это пространство и океан энергии насквозь, только нам его не увидеть и не потрогать. Вот, к примеру, вся информация о нашем походе тоже там записана. А записана она, не знаю чем – образами. – Это же какой объём информации! Представить невозможно, ну хотя и вселенная не маленькая, – заметил Серёга. – Да и, кроме того, вот у человека в голове столько ненужной информации, да что информации, я бы даже сказал, целая вселенная помещается. Даже можно сказать, что каждый человек – отдельная вселенная. – Хорошо, но это что же получается, – продолжил Костя. – Чтобы переместить какой-то отдельно взятый предмет на очень большое расстояние, достаточно передать на расстояние полную информацию о предмете, а уже в нужной точке его просто синтезировать из океана энергии нашей вселенной, которой вокруг полно, просто структурировав её полученной информацией. Да даже в этом случае получается, что можно хоть сколько угодно таких предметов создать. Нет, ну, конечно, источник питания всё равно нужен для устройства, которое, собственно, будет синтезировать, хотя если человек такое сможет делать силой мысли, то это вообще фантастика. – Выходит, мысли материальны, – продолжил я. – Только какая же сила мысли нужна для этого, чтобы материализовать их? Наверное, сила создателя. А может быть, можно обратиться к создателю, чтобы помог, или, не знаю, использовать какие-то встроенные функции вселенной? Ну, например, как вот я в своих электронных часах могу настраивать точность хода при помощи ЦНХ.Я же не знаю, что там реально внутри происходит, а только кнопки нажимаю по инструкции. – Кстати, – сказал Серёга, – а вы заметили, что уравнения классической механики и квантовой механики похожи? В обоих случаях масса, помноженная на квадрат скорости. Кинетическая Е = (m * v²) / 2, и для квантов E=mc². Значит, не так уж они отличаются, есть общее.

Тем временем мы уже достаточно брёвен натаскали. Труднее всего было вытащить их из-под слоя травы и очистить от остатков веток.

– Ну, что ж, поскольку синтезатора подходящих размеров у нас нет, давайте уже сами синтезировать наш плот, и одновременно он же будет нашим порталом на тот берег, – сделал вывод Костя. – Ну да, всё правильно: сначала мысль, а потом воплощение, – согласился я.

Когда плот был готов и рюкзаки собраны, Серёга предложил подняться наверх, на берег и сделать фото. Я его сфотографировал на фоне реки Бердь.

Плот получился небольшим и довольно неказистым, зато, когда его спустили на воду, оказалось, что он очень даже неплохо держится на плаву.Мы сложили на него рюкзаки и аккуратно разместились сами. Плот по-прежнему держится более-менее устойчиво. И тогда мы отталкиваемся от берега и отправляемся в плавание. Шестами направляем плот к другому берегу, а его потихоньку несёт течением, но это не проблема: у нас нет задачи бороться с течением. Минут через десять мы благополучно причалили плот к противоположному берегу. Я спрыгнул на берег.

– У-хх-у!!! У нас получилось! – воскликнул я. – Да, классно! Быстро переправились и без проблем. – Ага, это было интересно, – сказал Костя, передавая мне рюкзаки, пока Серёга держит плот, чтобы не уплыл.

Но вот и Костя спрыгнул на берег.Мы вытащили плот из воды, тут его и оставим. – Ну что, теперь давайте пообедаем как следует, а то с утра только чай попили, – предложил Серёга. – Есть уже очень хочется, да. Но сначала давайте поднимемся на берег, там наверху и подыщем подходящее место для обеда, – предложил я.

Мы взвалили рюкзаки, только поднялись наверх, и вот, пожалуйста: на берегу стоит столик, сколоченный из досок, и две скамейки рядом с ним, типа как в огороде. Столик тут, очевидно, построили уже очень давно, но он вполне крепкий, в хорошем состоянии, и никто тут не был давно, ни дороги, ни тропы никакой.

– Вот так сюрприз! Стол готов для нас. Тут и пообедаем с удобством, – потёр руки Серёга. – Кто бы знал, что тут такое удобное место, так и не переходили бы реку вчера, а сюда сразу пошли, – сказал я. – Но тогда и не было бы всех этих приключений, – возразил Костя. – Согласен, приключения получились интересные и весьма загадочные. – А вот, кстати, о приключениях, – высказал Серёга то, что каждый из нас думал. – Всё же, как так мы вчера не могли обратный путь найти и что с дорогой происходило?

– Лично я не понимаю, как такое возможно, – задумался Костя. – Но наверняка есть какое-то разумное объяснение. – Аа… Тогда, конечно,вопрос закрыт, – протянул Серёга. – Шутки шутками, но я реально не понимаю, что происходило, – произнёс я, переходя на шёпот. – Но знаете, тут больше всего подходит многомировая интерпретация, о которой ты, Костян, говорил вчера.

– Да уж, тут во что угодно можно поверить, – согласился Костя. – И даже в то, что мы каким-то непостижимым образом перемещались между вселенными, в которых дорога то есть, а то её нет.

– А знаете, я вот заметил, – произнёс я. – Мы все так устроены, что ну поудивлялись немножко, ну и всё, и пошли дальше, как говорится.Никто в обморок не падает от удивления, а всё потому, что мы открыты новому и готовы снова удивляться. – Ну так мы для этого сюда и пришли: за новыми впечатлениями и удивительным миром, – обвёл Костя рукой окружающую местность. – А кстати, Саня, проверь приёмник, ловит что-то или нет.

Мы тем временем расположились за столом, достали из рюкзаков всё, что есть съестного: пару штук консервов «Завтрак туриста», немножко хлеба, плавленый сырок на троих и немножко варенья, ещё осталось. Быстро собрали хворост и на месте старого и почти заросшего травой костровища развели огонь, чтобы вскипятить воды для чая да и с собой в дорогу во фляжку налить. Я включил приёмник и поймал радиостанцию. Оказалось, что приёмник полностью исправен и отлично работает.

Уничтожив оставшиеся запасы провизии, мы ещё немножко посидели за столиком, поговорили и выдвинулись в путь. Направление решили взять на Горловский карьер, чтобы оттуда на попутных доехать поближе к дому. Идти пришлось прямо по недавно вспаханному полю — это самый короткий путь, а пытаться обходить не вариант, так как это удлинит наш путь на много километров. Прошли, наверное, половину пути и расположились отдохнуть на небольшой копне соломы.

– Капец, как я устал! – проворчал я. – По перепаханному полю идти неимоверно тяжело, да ещё сапоги тяжеленные. Хочу себе ботинки, чтобы лёгкие, удобные, непромокаемые и сустав, чтобы хорошо фиксировали. – В сапогах всё же лучше, чем в кроссах. Представь, в них бы земли набилось, им бы конец пришёл. Хотя ботинки — это да, хорошо бы, – согласился Костя. – Но ещё больше хочу рюкзак хороший. Решено! После этого похода, если не найду где купить, то сделаю сам для себя рюкзак из какой-нибудь тонкой, лёгкой, но прочной ткани, типа парашютной. Чтобы и вместительность хорошая, и форму держал хорошо, и с поясным ремнём удобным. – Хороший рюкзак – это здорово! – согласился я. – Серёга, а ты что хочешь? – Не знаю, что я хочу, – Серёга тоже очень устал. – Хочу, чтобы сейчас прямо вот сюда машина подъехала и забрала нас. – Вот ты размечтался, но это невозможно.

В это время, не так далеко от нас, видимо по полевой дороге, проезжала двадцать первая Волга, пыля и громыхая самодельным прицепом. Серёга привстал и помахал водителю рукой, мол, давай сюда, к нам. А дальше произошло невозможное: водитель свернул в нашу сторону и прямо по пахоте поехал к нам.

– Обалдеть! – удивился я. – Серёга, как так, у тебя же день рождения не сегодня, а позавчера был, – не меньше всех удивился Костя. – А может, я это и загадал, – улыбнулся Серёга.

Водитель оказался наш ровесник, едет в какую-то деревню. Решил подвезти попутчиков. – Привет! – поздоровались мы с водителем. – Сможешь подбросить нас до Горловского разреза? – Привет, пацаны! Так я как раз туда и еду. Думал, вы охотники, я тут частенько охотников подвожу до карьера, а вот туристов тут впервые вижу. Закидывайте рюкзаки в багажник. – Благодетель! А лихо ты прямо по полю гоняешь! Как у братьев Стругацких:

"А какой смысл покупать машину,

чтобы разъезжать по асфальту?

Там, где асфальт, ничего интересного,

а где интересно, там нет асфальта."

– Машина отцовская, а я только по полям да грунтовкам и езжу, на трассу не выезжаю, пока прав нет. Сигаретки у вас не найдётся?

Я выдал ему несколько сигарет. Вот ведь какое дело: только что мы уставшие топали пешком, а вот уже едем на мягких диванах, а рюкзаки в багажнике. – Здорово ты нас выручил. Спасибо! А то по полю уже сил нет идти, а сегодня надо домой вернуться, – поблагодарил я нашего нового знакомого. – Одному скучно ехать, с компанией интереснее. Вы потом из карьера на попутных хотите? – Да, если возьмёт кто. – Конечно, возьмут, всегда берут попутчиков.Я вас подвезу к месту, где они останавливаются и отмечаются у диспетчера, там проще будет.

Так и получилось: мы пересели в самосвалы.Мы с Серёгой — в один, а Костя — в другой.Доехав почти до самой обогатительной фабрики, высадились на дороге.Потом немножко прошли пешком до остановки автобуса Искитим-Линёво и на автобусе уже доехали до посёлка.

Теперь идём пешком.Сначала дошли до Костиного дома, а дальше мы с Серёгой вдвоём — нам почти в одно место, живём рядом.

Но это, как обычно, ещё не конец истории, ведь я брал с собой фотоаппарат "Зенит", а значит, ещё проявить плёнку и напечатать фото.Там, хотя плёнка была уже по большей части заснята, но сколько-то кадров всё же было, и мы сделали несколько фото.

Эпилог

Вот такой вот поход выходного дня.Казалось бы, какие могут быть приключения и что может пойти не так?А вот, пожалуйста: приключения всегда бывают.Надо только быть готовым к ним, чтобы пережить их. Поход — это непросто. Как говорит народная пословица: идёшь в лес на день, припасов бери на неделю.

Александр Носков, 2025.

Фото можно посмотреть в дополнительных материалах к рассказу.