"Пограничное"

Глава 1

Акт 1

Был уже поздний вечер. За окном шёл дождь. В ресторане была неповторимая атмосфера ночного заведения: уютные люстры освещали помещение, создавая приятную атмосферу, единственный пианист в центре зала из последних сил отыгрывал свои сто шестьдесят рублей в час, его музыку дополняли стуки капель дождя об окна. Cтолики пустовали, ведь посетителей оставалось мало, официанты убирали посуду, желая быстрее закрыть смену и отправится домой. Все было очень спокойным и неторопливым. Из большого окна пробивался свет уличного столба, освещавший одинокого мужчину у бара. Свет предательски демонстрировал его щетину, синяки под глазами и мятую рубашку, но темные джинсы с полицейской кобурой и бардовые ботинки держались молодцом, выглядя очень элегантно и уместно. Какой уже день Леонид здесь культурно, отдыхает известно лишь бармену, и лишь он может ответить, действительно ли культурно.

- А он и говорит: «Юнга, я люблю тебя» - резким хохотом разразился Леонид, а бармен неловко улыбался, протирая бокал. Ламповую атмосферу заведения чуток потревожила неловкость – Эх, сука, ничего ты не понимаешь – Леонид неспешно потянулся и зевнул, после чего вновь оперся на стойку – А вот Лене нравился этот анекдот, ржали как ебаные кони с ней – он издал уже негромкий смешок, после чего поднял стакан и сказал - Слушай, давай выпьем за... за успешное, благодаря ЛП, раскрытие очередного дела.

- Простите, при всем уважении, но я на работе – вежливо ответил бармен, протирающий бокалы по новому кругу

- Да и хуй с ним, я заплачу

- Не положено – настаивал несостоявшийся собутыльник Леонида.

- Блять, вот умеешь ты настроение испортить – произнёс мужчина и сделал глоток. Он немного пролил на себя алкоголь, его белая, мятая рубашка обрела свело-жёлтый оттенок. Бармен, будто ожидая этого, подал ему тряпку. Леонид поблагодарил его, начав рывками протирать одежду. Теперь его светло-желтое пятно подчеркивал серые разводы уже на безнадежно мятой рубашке.

- Да в принципе и похуй – сказал мужчина, возвращая своему слушателю тряпку – Не к бабе же мне идти.

- А как же жена? – бросил бармен, указывая глазами на кольцо Леонида на правой руке.

Леонид резко поднял голову, посмотрев на него взглядом хищника, который вот-вот распотрошит жертву. - А чего тебе так нахуй интересно чьё это кольцо? Проницательный дохуя что ли?

- Да нет, я просто спросил – неуверенно ответил бармен.

- Нет уж отвечай, любознательный мудила – Леонид достал пистолет и наставил на бармена. Тот испугался и поднял руки. Охрана предательски покинула свое рабочие место, решив отойти в уборную или покурить – Я тебе щас нахуй голову отстрелю и будет у меня два раскрытых дела за неделю – Бармен начал молить его о пощаде, глазами пытаясь найти в зале помощь. Но сотрудники, увидевшие это, сделали вид, что ничего не происходит и оставили его один на один с детективом. Пианист, который все видел, прекратил играть и убежал на улицу.

- Пожалуйста, не надо – продолжал молить бармен

Леонид немного замешкался.

- Бутылку Макаллана двенадцатилетнего – приказал раздраженный Леонид. Бармен быстро открыл холодильник за стойкой, достал бутылку и отдал угрожавшему.

- Ублюдок – произнёс детектив, убирая пистолет и бутылку. Он встал со стула, забрал пальто и покинул милое заведение.

На улице была кромешная темнота, только фонарные столбы слегка освещали старинную улицу и подворотни, за которыми были слышны голоса, смех и гудешь. Леонид вздохнул и направился вдоль моста. Перед ним открылся прекрасный вид на центр города с его домами, считавшимися объектами культурного наследия, такие же милые заведения, парки и пустые дороги. Ему было плевать на это, он восхищался этим, будто хотел угодить кому-то, хотя рядом не было никого.

- Ну и отлично посидели. За неделю уже третья, хорошо живем, да Лёня? Да, Лёня, ты молодец – поговорим с сам собой, детектив довольно достал завоеванный Макаллан и тут же приступил пить. После затяжного глотка, в висках резко почувствовалась такая боль, что Леонид упал. Он упал прямо в лужу, нервно засмеялся, попытался подняться, но передумал, облокотившись на скамейку позади него. Его улыбка моментально пропала, лицо стало опустошённым, взгляд бегал по вокруг открывшимся перед ним пейзажем, собирая капли дождя, будто пытался что-то отыскать, но не знал, что и как. Его покой нарушила мелодия из сумки, так приевшаяся к слуху, автоматически вызывавшая неприязнь. Звонок. Он знал, кто ему звонит и зачем. Леонид, выпивший, но понимал, что нужно ответить, хотя ему так не хотелось. Витёк. Его рука поднесла телефон и приняла вызов

- Алло, Аристов, привет – послышался знакомый голос -Ты чего так долго не брал? Впрочем, не важно. Я звоню сказать тебе, что ты в край ахуел, родной мой. На работу кое-как ходишь, на расследования огромный болт забил, подозреваемых меньше и меньше, жертв больше, да и ладно эти сроки, мне людей жалко, которые пропали, может с ними что случилось, ты как никто знаешь, чем это может закончиться. Ладно, прости. Я понимаю, конечно, там семейные проблемы, но, мать твою, две потасовки в ночных барах, Лёня. И это за три дня. Одно вообще с избиением. Тебе вбухают двести восемьдесят шестую, сто двенадцатую и еще по накатанной и все – у тебя реальный и приличный срок. Не могу я так больше, мне придется тебя уволить, завтра сдай доки и оружие. Прощу тебя, прекращай бухать и драться, ты уже сорокалетний мужик. Ты вообще слушаешь меня? Алло?

Леонид выслушал каждое слово Титова. Где-то он понимал, что поступает неправильно, ведет себя как мразь, что изнутри уничтожает себя и скоро обретёт мучительный конец. Но ему было плевать. Совсем. И он не мог с этим ничего поделать.

- Лёня, алло?

- Вить, я все слышал – неестественно пробормотал Леонид

- Ты пьяный что ли?

- Нет, все хорошо. Завтра сдам доки и ствол. Прощай

- Постой, Лень, ты... – Леонид сбросил звонок. На него неожиданно накатила волна отчаяния с безысходностью. Его мысли проходили сквозь затуманенный алкоголем разум: «Витя прав. Что ты делаешь? Ей бы не понравилось, да и уволят, что делать тогда? Также бухать? Так я загнусь». Но на все рациональные доводы, отставной детектив не хотел искать ответы, пытаясь вновь затуманить разум и наслаждаться прекрасным видом улицы. И тут он понял, что искал так отчаянно и не понимая зачем и что. Улица. Здесь Леонид был, только с Леной. Еще по юности, он встречал её у вуза и вместе они шли в кафе, на месте которого сейчас офис неизвестной ему кампании. Они любили сидеть там, он всегда пил кофе молоком и тремя кубиками сахара, а Лена любила смотреть как после глотка у него оставались кофейные усы, и после её дружелюбной насмешки, он всегда пафосно говорил: «Лен, ну хватит, не смешно»

- Когда это было? – задался вопросом Лёня, все также облокотившись на скамью – Точно, я тогда заканчивал школу полиции. Она на мой выпуск единственная пришла поздравить меня, родителям-то, выбор профессии не нравился. Лена тогда так мной гордилась, вся сияла, будто сама там отучилась добрые шесть лет. Речь мне такую произнесла, что чуть как девка не расплакался. Не думал тогда, что настолько много для неё значу. Мы как раз после и пошли в то кафе, я был в форме, а она в милом платье и джинсовой – Глаза Леонида слегка намокли, признавать этот факт он отказывался.

После чего достал из внутреннего кармана пальто фото с того выпуска. На нем Леонид высокий, серьёзный человек, гордо называвший себя тогда «полицейский», и Ленок – белокурая красавица. Струи дождя подпортили фотографию, сделав снимок мокрым и мягким. Он достал пистолет, которым ранее чуть не пристрелил бармена, который ничего ему плохого не сделал. От этой мысли ему стало еще паршивее, и Леонид навёл к все еще побаливающему виску пистолет. Ему казалось, что это верное решение, только так его сознание обретет покой.

- Будет обидно, если такой очаровательный вид на дождливую улицу города, будет испорчен трупом отчаявшегося и подавленного человека. Согласны, детектив?

Загадочный голос прозвучал слева от Леонида. Он опустил пистолет и посмотрел в источник звука. На лавке сидел старик. Его лицо любопытно рассматривало местность, видно, что он получает от этого удовольствие. Незнакомец был странно одет: старинная шинель темно-зеленого цвета немного сковывала его тело, будто причиняя легкий дискомфорт. На голове была того же цвета шляпа, подходящая ему только по цвету, а рядом с ним был старинный подсвечник, на котором, несмотря на дождь, ярко горели огоньки.

- Как ты здесь оказался? – словно на автомате произнёс Леонид, поднимаясь на ноги.

- Совершенно случайно – ответил незнакомец

Леонид был озадачен. Этот человек казался ему подозрительным, его манеры и движения казались ему неестественными. Он держал пистолет наготове.

- Не еби мне мозги, чудик. Отвечай на вопрос – Леонид направил на него оружие – Я не слышал, как ты подкрался, что тебе надо ночью на пустой улице? Спиздить чет хотел или ебнуть меня?

Незнакомец положил ногу на ногу и это казалось невозможным, его шинель попросту тесная для такого. Его пальцы образовали треугольник, на правой руке была грязная перчатка, вроде бы, тоже желтого цвета.

- Детектив, позвольте представится. Я – Писатель. В вашем обыденном понимании у меня нет цели, но, если попробовать найти самое подходящие объяснение моего пребывания рядом с вами, то это творческое наблюдение.

Ответ незнакомца напугал Леонида. Это его удивило, потому что ему не о чем было беспокоиться... наверное.

- В смысле творчески? Ты чё несешь, чудик?

- По прощу вас прекратить говорить оскорбления в мой адрес, я не приемлю этого – проговорил он это странным акцентом с ошибками в ударениях, как будто он был немым, но смог научиться разговаривать – У вас очень интересная судьба, Леонид Павлович.

Леонид Павлович был ошарашен. Его искрение удивление продемонстрировало лицо. Его сознание в ту же минуту полостью протрезвело. Сердце стало стучать быстрее, чем обычно, но он отказывался признавать страх и выстрелил в сторону

- Повторяю, писатель, блять. Отвечай кто ты и что хочешь или я тебе всажу пулю в лоб

- Очень жаль, что вы не учли мою просьбу. Елена, думаю, не одобрила ваше поведение

Леонид был одновременно и в замешательстве, и ярости. Откуда он знает про Лену?

- Поверьте мне – внезапно ответил Писатель на мысли собеседника – Я научился за время своей творческой деятельности подмечать детали, которые большинство людей не способны увидеть по причинам ограниченности сознания – неестественным движением он повернул голову на Леонида и улыбнулся пугающей и нечеловеческой улыбкой – И ваше сознание говорит мне, что вы убили Елену.

За столь короткий промежуток времени Леонид был напуган, зол и подавлен. Он будто перестал понимать, где реальность, а где воображение.

- Ты ебаный псих – крикнул бывший детектив и сделал серию выстрелов в Писателя. Сквозь его тело пролетели пули, моментально желтая шинель обрела кровавый оттенок. Дождь прекратился. Мужчина упал. Леонид опустил пистолет, сделал шаг назад и осознал произошедшие. Рука сама разжалось и оружие с треском упало на дорогу, Леонид рухнул на колени и схватился за голову.

- Что я наделал? – думал отставной детектив – Вот и настигла меня белая горячка. Зачем я это сделал? Что на меня нашло?

Леонид собрался с мыслями и подбежал к телу. Оно было изуродовано, будто его жестоко избили. Такого явно не могло появится от пуль. Кровь была странного цвета, не темно-красного, а гнилого-жёлтого. Послышались звуки сирены. Сюда ехали полицейские.

- Но почему так быстро? Кто-то вызвал из жильцов ближайших домов – мысли градом атаковали сознание Леонида – Да это физически невозможно.

Как вдруг рука трупа начала слегка покачиваться. Он наклонился к ней, но внезапно правая рука трупа схватила его за шиворот и поднесла к своему лицу

- Тебе не стоило поддаваться греху, детектив – проговорил воскресший писатель изуродованным голосом. А может он и не умирал? Писатель мощным толчком откинул Леонида на дорогу. Ему было страшно. Такой животный страх он не испытывал никогда. Его всего трясло: руки не слушались, мысли сменялись одна хуже другой, ноги подкашивались. Он не мог понять, что хочет этот монстр или человек, эта сущность. Неизвестность пугала отставного детектива. Попытка встать на ноги обернулась провалом. Внезапно рядом с ним проехала машина и краем двери задело его. Его немного подбросило, и он упал на другую сторону дороге. Было больно. Казалось, что у него перелом рёбер. Леонид облокотился руками на дорогу и попытался встать.

- Где мой пистолет? – промелькнула мысль – Нужно взять его

- Не это ищешь? – послышался знакомый голос, заставивший его тело покрыться мурашками

Леонид поднял голову. Он увидел, как недавно убитый им человек встал на ноги. Живой и невредимый. Поправив перчатку на правой руке, Писатель взял подсвечник и посветил прямо на Леонида.

- Вам страшно, Леонид Павлович? – прокричал Писатель старческим голосом – Ей тоже было страшно. Только познав истинный произведение искусства, вам удастся разрешить внутренний конфликт и очистить свою потерянную душу. Поверьте мне как опытному Писателю – он поднял голову и его лицо покрылось каплями сильного дождя – Ваш выход

Попытка встать оказалась провальной, Леонид ушиб ногу и каждая последующая рывок подняться на ноги давалось сложнее. Он был весь мокрый и напуганный. Впервые ужас затуманил его разум сильнее, чем алкоголь. Леонид сжал кулаки и закрыл глаза, мечтая, что это лишь сон или последствия Макаллана. Пугающий незнакомец поднял подсвечник и теплые огоньки тут же образовали языки страстного пламени. Руки Леонида, опиравшиеся дорогу, моментально провались во внезапно образовавшуюся брешь, будто иссушая его. Глаза видели сюрреалистичные образы людей, животных, монстров и всех сразу, они будто пытались ухватить его и затащить к себе. У одного это удалось и душа пойманного человека последовала за ним. Писатель улыбнулся, левой рукой поправил головной убор и задул свечи. Сухие дороги встречали свет мерцающих фонарей, а ночная улица в центре города находилась в гармонии с мертвой тишиной. Возможно, она и в правду была мёртвая.