Подмена

Глава 1

Обычный солнечный день, казалось бы, что может пойти не так? Я проснулась и уже нужно было собираться в школу. Чистка зубов, сбор школьной сумки и завтрак. Я была одета в строгую юбку карандаш с блузкой с коротким рукавом. На ногах были балетки, которые были ей уже малы, но других не было. Выйдя из дома, я направилась в школу.

Десятый класс - время подготовки к ЕГЭ. В школе уже начали тыркать дополнительными занятиями и подготовкой к главному экзамену. Я не хотела продолжать учиться до одиннадцатого класса, но после девятого просто не смогла поступить в колледж, поэтому я надеюсь что после десятого все получится и не придется сдавать ЕГЭ.

По пути я заметила красивую брош, которая лежала прям на дороге, скорее всего ее кто-то обронил и уже не вернется за ней, поэтому она взяла её в руки, чтобы рассмотреть поближе. Красивая брошка сплетенная из бисера пчелка. Смахнула с неё пыль и прикрепила на свою блузку. Нечего пропадать такому добру.

Успела ровно во время ко звонку. Я разложила учебник и тетрадь по математике, погрузившись в телефон, ожидая урока.

- Привет, как ты успела так быстро подняться? Ты же за мной шла, - удивилась моя подруга Валя.

Она была одета в серый сарафан и белые колготки, а волосы были сплетены в две косички.

- Привет. Ты наверное обозналась, я уже как минут пять сижу тут,- в непонятках замешкалась я.

- Странно, я была уверена что это ты. Ну ладно, может действительно показалось,- она выдержала паузу, осматривая меня, пока её взгляд не вонзился на мою обновку,- о, новая брошка?

- А? Да, нашла сегодня на улице.

- А ты не боишься, что она проклята? - с легкой усмешкой спросила Валя.

- Да ну тебя, бред какой то, вещица то хорошая, нечего ей пропадать,- успела сказать я, как прозвенел звонок.

Прошли уроки, все уже направились к дому, как и мы с Валей. Валя - моя лучшая подруга, мы сидим вместе на уроках, а она отличница. Что касается моих оценок, я даже не ударница, ну я и не жалуюсь. Благо от меня не требуют хороших оценок.

Большую часть пути мы разделяли с Валей, поэтому идти было не скучно. На полпути мы заметили красноволосую девушку, которая была одета так же как и я.

- Наверное утрос я увидела её,- Валя показала вперед прямо на ту девушку,- и волосы у нее тоже красные, как и у тебя.

- А кто она? Не видела раньше её в деревне,- да, мы жили в деревне, где почти все друг друга знают, поэтому появление новой ученицы не могло пройти мимо нас.

- Не знаю, может подойдем и спросим?

Мы прибавили ходу. Девушка завернула за угол, но когда мы дошли до того угла - девушки уже не было. Она будто испарилась.

- Странно, ей некуда было деться,- удивилась я.

- Ладно, может в следующий раз еще увидим.

Смирившись с пропавшей особой, мы пошли дальше, продолжая поддерживать диалог.

Дома я переоделась в домашнюю одежду и улеглась на диване, в общем-то день прошел как обычно, я просто задротила в компик.

Настало время ночи и нужно было готовиться ко сну. Я пришла в ванную и пришла в негодование. Моя зубная щетка была уже кем то использована, хотя дома никого не было. Не придав этому значения, я обдала щетку кипятком на всякий случай и принялась чистить зубы. С мочалкой было тоже самое.

Выйдя из горячего душа, я пошла в свою комнату, где как обычно было темно. Как только я вошла увидела чей-то силуэт, сидящий за моим креслом. Я не на шутку напугалась, но стоило мне моргнуть - как силуэт пропал. Я потёрла глаза. Ну и покажется мне порой. Стало как то не по себе. Невольно я вспомнила ту брош и слова Вали про проклятье, но посмеялась над этим и пошла к компьютеру, чтобы его выключить.

И так настало утро. Я проснулась, умылась и снова собралась в школу. Брош я так же нацепила на блузку. В этот раз я надела волнистую юбку, под хорошее настроение. Совершив все утренние ритуалы, я пошла в школу.

Войдя в класс,я обнаружила что на моём месте уже кто-то сидит, присмотревшись я увидела... Себя? Я уверена что это я, но я здесь, я стою у входа в класс. Тут же я агрессивно пошла к этой красноволосой особе, но стоило мне её взять за плечо,как она испарилась. Неужели все это видели? Как все к этому отнесутся? Эта ситуация оказалась проигнорированной, как будто ничего и не было. Неужели это я схожу с ума? Я села на своё место, собираясь с мыслями. Вчера мы так же видели какую то девушку, а это значит её вижу не только я.

В остальном такой же обычный день снова подошел к концу. Все было как обычно, но что за приколы с красноволосой девушкой?

На следующее утро я почувствовала себя неважно и осталась дома. В итоге поднялась температура и я провела весь день в постели. На удивление мне никто не писал и не спрашивал ничего по поводу моего отсутствия.

Я написала Вале чтобы спросить домашку, на что получила удивленное "ты же все записывала". Как так если меня не было... Я встала и достала дневник. И правда вся домашка была записана, но я ничего не записывала. Это была не я. С этим необходимо разобраться. С другой стороны, это получается кто то ходил за меня в школу? Может это не так уж и плохо...

В ближайшую неделю я пролежала на больничном и я даже насладилась этой спокойной неделей без ранних подъемов в школу.

Собралась и пошла в школу. Ничего необычного, но стоило мне войти в класс, как я увидела на своём месте себя. Опять.

- Нет, ну это уже кража личности,- возмутилась я и подошла к своей парте.

- Тебе здесь нет места,- Девушка посмотрела прямо мне в глаза, от чего меня пробрала дрожь.

Она пропала.

- Как дела? Как провела выходные? Получилось слепить фигурку? - Валя, сидящая рядом, как буд-то ничего и не заметила, посмотрела на меня.

- Что? какая фигурка? Меня не было неделю, потому что я болела,- возмутилась я.

- Болела? Я не заметила чтобы ты болела, всю неделю ты ходила в школу. Что за шутки у тебя?

- Кажется у меня крадут личность,- заявила я, присев на своё место.

Валя смотрела на меня так, будто я сошла с ума.

— Ты что, в самом деле? — Она нахмурилась и потянулась ко мне, положив ладонь мне на лоб. — Температуры вроде нет… Может, тебе ещё отлежаться?

Я резко отстранилась.

— Я не бредила! Я неделю не выходила из дома! — Мои пальцы сжали край парты так, что побелели костяшки. — Ты что, правда не видела, как… как она только что сидела здесь?

— Кто? — Валя огляделась. — Тут никого не было.

Я зажмурилась. Может, и правда галлюцинации? Но брошка… Я дотронулась до пчелки из бисера. Она была холодной, будто кусочек льда.

— Ладно, — прошептала я. — Наверное, мне и правда надо отдохнуть.

Но внутри всё сжималось от страха.

После уроков я не пошла домой, а свернула к старому дому на окраине деревни. Там жила баба Нюра — местная знахарка, к которой ходили за травами и советами. Если кто и знал про проклятые вещи, так это она.

Дверь скрипнула, когда я вошла. В доме пахло сушёными травами и воском. Баба Нюра сидела за столом, разбирая какие-то корешки.

— Чего пришла, красна девица? — хрипло спросила она, даже не поднимая головы.

— Мне кажется, я… надела проклятую вещь.

Старуха медленно подняла на меня глаза.

— Покажи.

Я сняла брошку и протянула ей. Баба Нюра взяла её, повертела в пальцах, потом резко швырнула на стол, будто обожглась.

— Откуда это?

— Нашла на дороге.

— Дура! — прошипела старуха. — Это подклад. Чужую беду на себя взяла!

— Ч-что?

— Кто-то бросил эту вещь, чтобы избавиться от нечисти. А ты подняла — теперь она к тебе привязалась.

— Кто… кто она?

Баба Нюра наклонилась ближе.

— Тень. Двойник. Тот, кто хочет занять твоё место.

Ночью я лежала без сна, вглядываясь в потолок. Баба Нюра сказала, что избавиться от двойника можно, только если найти того, кто сделал подклад, и заставить его забрать проклятие. Но как?

Вдруг в комнате стало холодно. Я потянулась за одеялом, но тут услышала лёгкий шорох.

Кто-то был в комнате.

Я медленно повернула голову.

В углу, у зеркала, стояла она. Та самая девушка — точная моя копия. Она смотрела на меня без выражения, а потом… улыбнулась.

— Ты больше не нужна, — прошептала она моим голосом.

Я вскрикнула и включила свет.

Комната была пуста.

Но в зеркале, всего на секунду, я увидела её — своё отражение, которое смотрело на меня и смеялось.

Я дрожащими руками разложила на полу перед собой предметы, которые дала баба Нюра:

Свечу из чёрного воска (старуха сказала, что её делали в полночь на кладбище).Горсть соли, смешанной с землёй с перекрёстка.Нож (не кухонный, а охотничий — одолжила у соседа под предлогом похода в лес).Клочок бумаги с моим именем, написанным кровью.Да, кровь была моей. Баба Нюра велела уколоть палец и капнуть на бумагу, чтобы «привязать заклинание к душе».

Я зажгла свечу. Пламя вспыхнуло зелёным, потом стало обычным, но от него не шло тепла — только лёгкий запах гнили.

— «Тень, я зову тебя по имени — моему имени. Выходи на зов», — прошептала я, как учила старуха.

Комната погрузилась в тишину. Даже часы в коридоре перестали тикать.

И тогда… зеркало запотело.

Я медленно подняла голову.

Там, в глубине стекла, стояла она. Моя копия. Но теперь её глаза были полностью чёрными, а на губах — красные подтёки, будто она только что пила вино. Или кровь.

— «Ты не должна была этого делать», — сказала она. Её голос звучал как мой, но с хрипотцой, будто кто-то скребёт ногтями по стеклу.

Я сглотнула.

— «Уходи. Ты не я. Ты не имеешь права быть мной», — прошептала я, сжимая нож.

Она рассмеялась.

— «А кто сказал, что ты — это ты?»

Зеркало треснуло.

В тот же миг я бросила соль в сторону отражения и прошептала последние слова заклинания:

— «Возвращайся в тьму, откуда пришла!»

Свеча погасла.

В комнате воцарилась кромешная тьма.

Я зажмурилась, ожидая… чего? Когтей в спине? Холодных пальцев на шее?

Но ничего не произошло.

Я осторожно открыла глаза.

В комнате было пусто. Зеркало — целое. Свеча догорала, оставляя после себя едкий дым.

Получилось?

Я глубоко вздохнула и потянулась к свету.

И тут…

Моя рука прошла сквозь выключатель.

Я застыла.

Попробовала ещё раз. Пальцы не ощущали предметов.

Я подбежала к зеркалу.

Отражалась только пустая комната.

Где-то за дверью раздался смех.

Её смех.

Я попыталась схватить дверную ручку — но мои пальцы прошли сквозь металл. Я больше не могла касаться ничего в этом мире.

Значит, теперь я призрак?

Сердце бешено колотилось, хотя я не была уверена, есть ли у меня теперь сердце вообще. Но я должна была найти Валю. Если кто и мог мне помочь, так это она.

Я бросилась сквозь стену — и очутилась на улице. Это было… странно. Никакого сопротивления, только лёгкое ощущение холода, будто прошла сквозь ледяной туман.

Деревня была тихой. Улицы пустовали — слишком поздно для прогулок, слишком рано для первых подъёмов. Но в одном окне горел свет.

Дом Вали.

Я подплыла (да, теперь я скорее плыла, чем шла) к её окну и заглянула внутрь.

Валя сидела за столом, уткнувшись в телефон. Рядом с ней…

Сидела я.

Точнее, она. Та, что украла моё тело.

Моя (её?) рука лежала на плече Вали, а та улыбалась в ответ. Они болтали, как будто ничего не произошло.

Я закричала — но звука не было. Бросилась к окну, била по стеклу — но мои удары не оставляли даже следа.

Валя вдруг вздрогнула и посмотрела прямо на меня.

— Ты что-то слышала? — спросила не-я.

— Мне показалось… — Валя нахмурилась. — Будто кто-то смотрит.

Она встала и подошла к окну. Наши взгляды встретились.

Она меня видела.

— Л… Лера? — её голос дрогнул.

Не-я резко подняла голову.

— Что?

— Там… там ты.

Я видела, как лицо двойника исказилось яростью. Она вскочила и рывком дёрнула штору, закрывая окно.

Но в последний момент Валя протянула руку — и пальцы её слегка дрогнули в воздухе, будто наткнулись на что-то невидимое.

На меня.

Я рванула прочь от дома Вали, даже не пытаясь больше привлечь её внимание. Если двойник уже заметала следы, то Валя скоро поверит, что я — это она. А значит, помощи ждать неоткуда.

Баба Нюра — последняя надежда.

Я пронеслась сквозь стены и заборы, не чувствуя усталости, только леденящий страх, что уже слишком поздно. Дом старухи стоял тёмным и безмолвным, но я нырнула внутрь, не раздумывая.

Внутри пахло травами и чем-то кислым — будто испорченным мёдом. Баба Нюра сидела за столом, но теперь её поза была неестественно напряжённой, а пальцы сжимали край стола так, что побелели костяшки.

— Пришла… — прошипела она, не поворачивая головы.

Я замерла.

— Ты… ты меня видишь?

Старуха медленно подняла глаза — и в них не было белков. Только чёрные, как смоль, зрачки, заполнившие всё пространство.

— Вижу. Но уже поздно.

— Что?! Нет, ты же знала, что этот ритуал…

— Я знала, что он заберёт тебя. — Она усмехнулась, и её губы растянулись слишком широко. — Но не знала, что она придёт за мной сразу после.

Лёд пробежал по спине.

— Кто… "она"?

В ответ баба Нюра резко дёрнула воротник рубахи вниз — и я вскрикнула.

На её шее лежала чёрная метка — будто ожог в форме руки. Пальцы впились в кожу, а под ними шевелилось что-то тёмное, будто черви под плёнкой.

— Она не просто тень. — Баба Нюра закашлялась, и изо рта брызнула чёрная жижа. — Она древняя. Та, что крадёт лица. Та, что живёт в зеркалах.

Я отпрянула.

— Как её остановить?!

Старуха судорожно дёрнулась и упала со стула, забившись в тихом припадке. Её тело выгибалось, а изо рта лилась та же тьма.

И вдруг…

Она замерла.

А потом медленно поднялась — но это была уже не баба Нюра.

Её движения стали пластичными, неестественно точными. Она выпрямилась, встряхнула головой — и повернулась ко мне.

Её глаза снова были нормальными.

Но улыбка…

Улыбка была её.

— Ну что, Лерочка… — голос старухи звучал чужим, слишком молодым. — Теперь у нас есть время поговорить.

Я не отступила, хотя каждая клетка моего призрачного существа кричала бежать.

— Чего ты хочешь? — мой голос прозвучал тихо, но в нем не дрогнуло ни одной ноты.

Баба Нюра — нет, не она — медленно провела языком по зубам, словно пробуя на вкус новое тело.

— Ты прямолинейна. Мне это нравится. — Голос старухи звучал слишком сладко, как густой мед с примесью яда. — Я хочу то, что забрала у тебя. Твою жизнь. Твое тело. Твои дни.

— Но почему? — Я сжала невидимые кулаки. Даже духи могут злиться. — Почему именно я?

Тень в теле старухи рассмеялась — звук, от которого по коже побежали мурашки.

— Ты подняла брошь. Ты приняла дар. Разве не очевидно? — Она шагнула ближе, и я почувствовала холод, исходящий от нее. — Кто-то хотел избавиться от меня… но ты оказалась достаточно глупа, чтобы подобрать.

Я застыла. Значит, все так и было — проклятая вещь, подклад…

— Но ты уже забрала мое тело. — Я посмотрела ей в глаза. — Зачем тогда гнаться за мной?

Тень наклонила голову, будто разглядывая интересную букашку.

— Потому что ты все еще здесь. Пока твоя душа не ушла — я не смогу полностью стать тобой. — Она усмехнулась. — Но я могу предложить тебе сделку.

Сердце (если оно у меня еще было) екнуло.

— Какую?

— Ты добровольно отдаешь мне свое имя, свое прошлое, свои воспоминания… а я отпускаю тебя. — Она распахнула руки, будто предлагая объятья. — Ты станешь призраком, но свободным. Не привязанным к этому месту. Не обреченным смотреть, как я живу твоей жизнью.

Губы ее растянулись в улыбке.

— Иначе…

Она рывком шагнула вперед, и вдруг ее рука вонзилась мне в грудь — я почувствовала это!

Боль.

Настоящую, жгучую, как будто она рвет мою душу на части.

— Иначе я разорву тебя и сама возьму то, что мне нужно.

Я притворно опустила голову, изображая покорность.

— Хорошо… я согласна.

Глаза Тени вспыхнули — в них мелькнуло торжество хищника, который наконец-то загнал добычу в угол.

— Умная девочка. — Она вытянула руку, и в ладони материализовался черный свиток, обвитый лентой из теней. — Произнеси свое имя и скажи: «Я отдаю тебе всё, что было мной».

Я сделала вид, что колеблюсь, затем медленно потянулась к свитку…

И в последний момент рванула руку в сторону — прямо к пучку сухих трав на столе!

Баба Нюра всегда держала полынь и чертополох — растения, прогоняющие нечисть.

Мои пальцы схватили пучок… и прошли сквозь него.

Я не могла коснуться ничего в этом мире!

Тень разразилась хриплым смехом.

— Жалкая попытка. — Она сжала свиток, и тот рассыпался пеплом. — Ты думала, я поверю, что ты сдалась?

Я отпрянула.План провалился.

Но вдруг…

Дверь в избу с грохотом распахнулась!

На пороге стояла Валя — бледная, с расширенными глазами, в одной руке зажат нож, в другой — зеркальце в серебряной оправе.

— Лера, беги! — закричала она.

Тень в теле бабы Нюры резко обернулась — и зашипела, как разъяренная кошка.

— Как ты нашла это место?!

Валя не ответила. Вместо этого она резко подняла зеркало — и направила его на старуху.

Отражение в нем было не её.

В зеркале баба Нюра была мертва — глаза остекленелые, кожа синяя, а изо рта стекала черная жижа.

Настоящая баба Нюра умерла, когда Тень вошла в её тело.

И зеркало это показало.

Тень взвыла от ярости — её форма заколебалась, будто теряя силу.

— Лера, сейчас! — Валя швырнула нож в мою сторону.

Я инстинктивно потянулась к нему…

И поймала.

Моя рука была твердой.

Я снова могла касаться мира.

Нож в моей руке горел, будто раскаленный, но я не чувствовала боли — только ярость, кипящую в жилах. Она украла мою жизнь. Она убила бабу Нюру. Она должна исчезнуть.

Тень оправилась от шока и бросилась на меня, ее пальцы вытянулись в острые когти, а рот расползся до ушей, обнажая ряды иглоподобных зубов.

— Ты никогда не победишь! — ее голос разорвался на сотню шепотов, заполняя избу.

Я не ответила. Вместо этого ринýлась вперед — и вонзила нож ей в грудь.

Клинок вошел слишком легко, будто резал воду.

Тень застыла.

Потом засмеялась.

— Глупая… — Она схватила меня за горло, ее пальцы впились в кожу, но я больше не была призраком. Я чувствовала каждое касание.Каждую каплю боли.

— Обычным железом нельзя убить меня…

Но тут Валя крикнула:

— Лера, зеркало!

Я увидела его на полу — оно лежало отражающей стороной вверх, и в нем…

В нем Тень не было.

Там была только я.

Настоящая.

С ножом в руке.

И вдруг я поняла.

Она — мое отражение.

А значит…

Я вырвалась из ее хватки и с размаху ударила ножом по зеркалу.

Стекло треснуло.

Тень взвыла — но не от боли, а от ужаса.

— Нет!

Трещина разделила ее пополам — лицо, тело, руки — все раскалывалось, как разбитое стекло.

— Ты… не могла… знать… — ее голос рассыпался.

Я вдохнула — и ударила снова.

Зеркало разлетелось на осколки.

Тень вскрикнула в последний раз — и распалась, превратившись в черный дым, который растворился в воздухе.

Тишина.

Я посмотрела на свои руки — они снова стали плотными, настоящими.

Я вернулась.

Но цена оказалась высокой.

Эпилог

Через неделю мы похоронили бабу Нюру.

Валя никому не рассказала, что видела меня-призрака. Да и кто бы поверил?

А брошку мы сожгли на перекрестке, посыпав солью.

Но иногда…

Иногда я ловлю себя на том, что избегаю зеркал.

На всякий случай.

Потому что я точно знаю —

Тени не умирают.

Они просто ждут.