По ту сторону грез

На пороге

Есть сказки, которые не кончаются и прорастают сквозь столетия в сердцах людей, подстраиваясь под времена и нравы. Они живут в песнях и мифах, в книгах и картинах, в театрах и кинозалах, в подкастах, стримах и даже настольных играх.

Человек не может без сказки, и, не увлекаясь ничем, не впитывая никакое искусство, он все же закрывает глаза и мечтает, погружаясь в мир, придуманный задолго до его рождения.

Дети знают, как сделать этот мир доступным и осязаемым. До определенного возраста они умеют путешествовать в реальность, невозможную и такую настоящую. Взрослые же безнадежно теряют драгоценный дар, меняя его на подобие жизни.

Самое забавное и грустное заключается в том, что нет никаких секретов, дорога в сказки доступна абсолютно всем, а не кому-то избранному. Все ключи под носом, и мы чуть ли не каждый день прикасаемся к ним через такие знакомые и все новые истории, через сны и фантазии. Но нет, далеко не каждый решается расстаться с привычным взглядом на вещи и нырнуть в кроличью нору.

Что пугает тебя, дорогой читатель? Потеря разума и смысла? Душевная болезнь? Непонимание окружающих?

Не спеши ухмыляться и отворачиваться от возможности увидеть настоящий мир во всем его богатстве. Не нужно выбирать или-или. Есть вполне безопасный способ, не выбивающий опору из-под ног и не требующий приема никаких веществ. В твоей душе уже есть все, что нужно.

Чувствуешь этот предательский едва заметный холодный комочек внутри? Удалось ли заметить, каким тихим стало твое дыхание? А этот вдох поглубже? Ты уже чувствуешь эту обескураживающую тревогу, как ни загоняй ее поглубже сглатываниями. Ты уже замечаешь, что знаешь гораздо больше, чем думаешь.

А теперь забудь обо всем прочитанном и иди спать. Доброй ночи и сладких снов, увидимся по ту сторону грез...

Песок времени

Читаешь? Хорошо.

Теперь окинь мысленным взором пространство вокруг себя и представь, как тают стены, люди и предметы в зоне видимости. Их нет - ты в пустыне.

И это не медитация, не фантазии, не психологические техники. Пустыня вокруг реальна, и, возможно, это вообще единственная реальность, доступная тебе прямо сейчас. Почувствуй одиночество под палящим всевидящим оком Солнца, проникающим в самую душу, этот скрип на зубах, этот знойный ветер.

Скрипит и попадает в глаза вроде бы обыкновенный песок, но он ведь всегда не совсем то, чем кажется. Сейчас каждая крупица - унесшееся в прошлое мгновение. И то, в котором у тебя в руках оказался телефон, и то, в которое ты прочитаешь эти слова... В минуте 60 секунд, в часе - 3600, в дне - 86400... А сколько их было в твоей жизни?

Каждая песчинка, какую ни возьми, мерцает крохотной жемчужинкой или кристаллом под Солнцем, заключает в себе целый мир, но ужасно мала для любования всласть. А все вместе - песок, золотисто-серый и все-таки невзрачный.

Возьми горсточку с прошлой недели, пропусти сквозь пальцы, и все, что тебе останется - легкое прикосновение к коже, слишком неуловимое, чтобы им насладиться вдосталь.

Хорошо детям: их песочница еще мала и щедро сдабривается животворящей влагой слез. Они-то могут и куличи лепить, и замки строить, и тоннели рыть.

А мы-то взрослые, мы-то знаем, что это просто песок, и все пирожки и дворцы ненастоящие. Мы изобретаем сахар для выпечки, цемент для фундамента, планы для будущего, игнорируя тот простой факт, что все самое сладкое и прочное появляется каждой новой песчинкой у нас на ладони прямо сейчас.

Прямо сейчас остановись, не стряхивай эти крупицы с рук. Ты еще отольешь из них стекло, создашь витражи и скульптуры, откроешь окна и придумаешь колбы для опытов. Но прямо сейчас сожми руку в кулак, закрой глаза и возвращайся в свой мир, медленно реконструируя данность. И чувствуй.

Каждая новая секунда по-прежнему появляется в твоей ладони, и в твоей власти впитать всю ее красоту. Смотри, слушай, дыши, осязай... Голоса, машины, зацветающие деревья, майские жуки, закат и прохлада, влага дождя, вкус шоколадки (или что там у тебя есть съедобного?)

Твоя картинка живет и меняется. Раз - встретились глазами с прохожим. Два - где-то застонала открывающаяся форточка. Три - дворовые коты затеяли драку... Отмечай каждую мелочь

Ну как, чувствуешь, как замедлилось время?

Тень

Призрачные тени липнут к каждому укромному уголку в комнате. Не включай в этих сумерках свет.

Кто из нас в детстве не слышал тихие шорохи у оконной рамы, поскрип половиц под крадущимся неведомым существом или сухой царапающий звук, шелестящий по стенам соседних комнат? Кто вам чудился в щели под дверью, или в бездонной пропасти за шкафом, или под кроватью, когда надо было во что бы то ни стало заснуть?

Хотя.. как же тут заснешь, когда любое твое неловкое движение может спровоцировать монстра на нападение, и при этом предательски чешется плечо или коленка.

А потом мы растем и смелеем настолько, чтобы со шваброй в руках преодолеть смертельный путь до туалета в полночь. А потом начинаем любить эту тьму с ее волнующими фантомами близости и бесчисленными звездами на тоскующем небе, пьянеем от свободы и раскрепощенности, от риска и безрассудства, прорывающихся сквозь скучные маски приличных нас именно с наступлением ночи.

Немного погодя снова начинаем бояться: всех этих безумных невменяемых бродяг, отравляющих свою кровь и сознание эликсирами беспамятства. Порой боимся за себя, устало плетясь с рабских галер до гостеприимной квартиры-коробочки с электрическими лампами. Порой - за близких.

А после становится безразлично. В больших городах тьма измельчала до уровня гетто и безлюдных подворотен. Машины защищают нас своей полупластмассовой броней, помогая без потерь преодолевать пространства контрастных теней, хотя все еще не гарантируют полную безопасность. Бессонница начисто лишает всякой чувствительности и разве что позволяет необузданной творческой энергии воплощаться в образные и материальные формы, несущие пользу и красоту в этот призрачный мир...

И только немногим удается вернуться к той изначальной Тьме, перехватывающей горло своей ледяной лапой... Помню лес и ручей в горах, помню беспечность и фонарики на телефонах, громкий разговор...

Одного мгновения хватило, чтобы остановиться и животным чутьем ощутить, что граница привычного мира пройдена - мы вышли за околицу деревни. Вокруг - кромешная чернота, в которой должны бы быть сосны, ведь именно так подсказывала память. Луч фонарика освещал только клочок земли у ног, но дальше - вязкая и густая Тьма.

Внезапно спустившийся туман, хлынувший плотными облаками сверху с тропы, оказался потрясающим спецэффектом, пробуждающим ужас, а мелькнувшие метрах в тридцати блестки чьих-то зрачков, отражающих наши телефоны, заставили замереть на месте.

Я отказывалась поверить в реальность происходящего, сделала пару шагов вперед, подсвечивая тропу, чтобы убедиться - показалось, можно идти дальше. Не тут-то было: два огонька вспыхнули и замерли в клубящемся тумане еще ближе, слишком высоко над землей, чтобы принадлежать кошке или лисице, и начали медленно двигаться...

До сих пор жалею, что поддалась панике и не пошла навстречу страху. Позже местный пастух рассказал, что это могла быть одна из коров на вольном выпасе... А тогда мы развернулись и старались не бежать, но отступать быстро, постоянно мониторя тропу за нами и прислушиваясь к звукам леса: как назло очень громко и звонко журчал горный ручей, мешая уловить хоть что-нибудь еще. По пути в дом уже в самой деревне мы встретили пса и посветили бедолаге в морду, чтобы убедиться, что его глаза не отражают свет так же ярко, как те, что нам привиделись.

Такой, казалось бы, глупый случай под стать впечатлительной барышне все-таки заставил вспомнить то первобытное уважение к Тени, таящей в себе и красоту, и опасность. В оставшиеся ночи в горах я еще блуждала в одиночестве по берегу реки, чтобы освоиться в жутковатой мгле под гроздьями звезд, нависающих словно на ниточках над самой макушкой. Но так больше и не рискнула соваться в лес после захода солнца.

Звёзды

После грозы сумерки наполнились влагой, и наступающая ясная ночь белесым одеялом укутала улицы. Настало время окунуться в звездное море, раскинувшееся над пустырем.

Вдох-выдох-вдох... И каждый раз приходится выдыхать и отпускать на волю все преходящее. Однако, и здесь есть хитрость.

Вдох-выдох, тело сжимается, будто пружина, а затем резкое движение вверх, моментально превращающееся в прыжок с трамплина в сверкающую пустоту.

Они всегда на своих местах, эти крошечные сияющие сферы, хранящие целые миры. Тот, кто придумал, что звезды - это далекие планеты или сгустки газа и плазмы, никогда по-настоящему и не путешествовал по этому бескрайнему морю памяти и грез.

Я бережно беру в ладони одну из них, и в ответ мне светло улыбаются двое молодых и счастливых людей, уже вкусивших первые бессонные ночи у колыбели. Замечаю еще один, в котором крепкая, но уже с первой сединой женщина достает из тканой сумки разрезанные на четвертинки огурцы, черный хлеб и спичечный коробок с солью. С моста речка видна далеко, а по другую сторону по железнодорожной переправе несется поезд из Горького. "Смотри! Смотри! А мне! А мне!" - перекрикивают друг друга сестры...

А вот тускло мерцает сфера со школьных танцев. В углу темно, но зато хорошо видно диджея-одиннадцатиклассника за компьютером, принесенным в зал из кабинета информатики. Вот досада, он никогда не отрывается от экрана. Зато и горечи стыда и отвержения можно не бояться.

Звезды в этом море рождаются и не гаснут, покуда бьется сердце и не подводит разум. Бесчисленные встречи здесь не заканчиваются расставанием, потому что я всегда могу нырнуть в это завораживающее пространство и соприкоснуться с кем-то заново. Здесь есть место для каждого, его достаточно, а свет, который питает сферы - не что иное, как любовь.

Постойте-ка, вот еще один шар, большой, весомый. Он приятной тяжестью ютится в ладонях и излучает тепло. Я волнуюсь и не спешу заглянуть туда, он так давно покоился в уголке, но я не забывала о нем ни на минуту.

Всматриваюсь... А здесь ты. Ну привет, как ты? Знаешь, я помню о тебе, бережно храню в самой глубине сердца. Не забывай меня тоже, пожалуйста. Ладно?