По одной

Глава 1

- Вить, ты серьёзно, что ли? – никак не унимался Дима. – Всего по одной. Ведь не просто же так, а за здоровье именинника.

- Мы с тобой вчера, именинничек, за тебя столько выпили, что никакого здоровья не хватит, а мне скоро домой ехать. По сумеркам придётся переться. И так ненавижу это время, так ещё и после «по одной», нет уж, увольте, - не соглашался на уговоры Витя.

- Ой, ты прям, как баба, - Дима махнул рукой в сторону друга, - это когда будет? Через пять часов? Успокойся уже и выпей с другом.

- Только по одной? – после непродолжительного раздумья всё-таки уточнил Витя.

- Вот это разговор, - сразу повеселел вчерашний именинник, - конечно, по одной, тебе же ещё за руль садиться.

Он разлил прозрачную жидкость по рюмкам. Друзья, чокнувшись, выпили.

- Как ты всё ещё на этом жутком драндулете катаешься? – даже не поморщившись после опрокинутой рюмки, спросил Дима.

- Отлично! Это же Лэнд Ровер! Он и меня, и тебя, и твою японскую хренотень переживёт, - без агрессии, но твёрдо ответил Витя.

- Ты тише, тише, англичанин. Митсубисю не трогай. Это твой таран сделан для работы и грязи, а мою – создавали для любви и восторга.

Витя рассмеялся, но не отступал:

- Как ты вообще на ней здесь передвигаешься? Тут же нормальных дорог всего парочка, остальное – какие-то случайно расширенные пешеходные тропы.

- Аккуратненько, Витёк, аккуратненько. Вы на своих внедорожниках не пойми куда заезжаете, а потом за трактором ножками топаете. А мы – только по знакомым местам, но всегда за рулём.

- А вам с «пузотёрками» трактор и помочь-то ничем не сможет. Чуть что, - Витя визгливым голосом прокричал, - «Помогите-помогите! Где здесь эвакуатор?».

- Мы просто не заезжаем туда, где можем не проехать. Это называется – аккуратное вождение. Я уже говорил. Но что толку тебе объяснять. Ты чуть увидел что-то похожее на дорогу и гашетку в пол! Ну что, давай ещё по одной, за наших железных коней?

- Ну, давай, но только по одной, - как будто неохотно согласился Витя.

***

- Ты как, нормально? – Дима стоял рядом с водительской дверью внедорожника и с опаской поглядывал на Витю через опущенное стекло.

- Да, всё отлично. Только сумерки эти…

- А что тебе сумерки? Не темно же ещё.

- Так в том и проблема – вроде и не темно, но солнце не светит. Цвета меняются, короче, неудобно мне ехать в это время.

- Так, может, посидишь ещё у меня? Или, вообще, завтра выезжай.

- Нет уж, спасибо. Даже сейчас на въезде в город придётся постоять. А с утра минимум полчаса потрачу на пробку, - не согласился с другом Витя.

- Ну, смотри сам. Ладно, братан, давай! Ни гвоздя, ни жезла.

Друзья пожали руки через открытое окно.

Виктор завёл машину и неспешно поехал.

Ехать предстояло недалеко. Он порылся в подлокотнике, достал упаковку с жевательной резинкой, закинул в рот одну подушечку. Включил магнитолу. Радио зашипело.

- Как они тут живут в своей деревне, - беззлобно буркнул Виктор, переключая музыку на usb-носитель, и расслабился, наслаждаясь роком и свободной дорогой.

Перед заездом на мост через Оку в очередной раз запели AC/DCсвою длиннющую «Highway to Hell». Виктор потянулся к магнитоле, чтобы переключить на следующий трек, но машина немного подскочила на стыках, и указательный палец больно ткнулся в приборную панель.

- Ай, блин, - он одернул руку и снова попытался переключить песню, но в этот раз, глядя, куда нажимает.

Трек сменился на менее надоевшую «FeelAgain» от OneRepublic. Удовлетворённый Виктор поднял глаза на дорогу и вскрикнул:

- Ты куда!? – Он резко выжал педаль тормоза и повернул руль влево. Посреди дороги стоял человек.

Машину занесло, тормоза заскрипели, а резина завизжала. Последовал глухой звук удара.

После полной остановки автомобиля Виктор осмотрел салон, заглянул в зеркала заднего вида, но ничего не увидел. Только сейчас до сознания дошло, что, во-первых, он не пристегнул ремень безопасности, а, во-вторых, он кого-то сбил. Виктор похолодел. Не заглушив мотор, он вышел из машины.

- Эй, ты где?

На левой обочине трава была примята, он бросился туда. За кромкой дороги, в кювете, лежал человек. Даже в сумерках можно было рассмотреть насколько ужасно он выглядел: левое плечо и левая нога неестественно изогнуты, рубашка порвана и залита кровью, левая бровь рассечена до кости, и глаз под ней совершенно не виден из-за непрекращающегося кровотечения, нос практически лежит на щеке, нижняя челюсть явно сломана, на губах пенятся красные пузыри.

- Ты живой? – Виктор задал вопрос и сначала испугался своего голоса, необычно высокого, а затем осознал, насколько идиотский вопрос он только что задал.

Лежащий на траве мужчина, издал булькающий звук, как будто пытался что-то сказать, а сразу после этого – прохрипел. Изо его рта активнее потекла кровь. Он со свистом вдохнул, а затем затих, уставившись немигающим взглядом единственного открытого глаза прямо в лицо Виктора.

- Вот же хрень! – Виктор поднялся в полный рост, осмотрелся по сторонам: машин не было. Он ещё раз бросил взгляд на мужчину, потом на свой внедорожник, перекрывший всю дорогу. После чего бросил:

- Извини, мужик, - и побежал к автомобилю.

Виктор сел за руль, включил передачу, выровнял машину и поехал в сторону дома. Руки ещё дрожали, а дыхание было прерывистым.

- Нет, ну, а что я мог сделать? – будто оправдываясь перед кем-то, громко произнёс Виктор. – Он умер уже. А мне, - затем тише, - ещё жить и жить.

До дома оставалось меньше двадцати минут.

Виктор припарковал автомобиль, прижавшись правым бортом к стене соседнего дома. Благо это место сейчас пустовало. Затем внимательно осмотрел салон, заметив, что снова забыл пристегнуться.

Зайдя в квартиру, Виктор сразу направился в ванную и тщательно, несколько раз, помыл руки с мылом. Затем подумал, что надо бы перекусить, но сразу за этой мыслью пришло лёгкое чувство тошноты. Тишина спальни оглушала. Он включил телевизор, и брутальный голос героя очередного безымянного российского сериала заполнил спальню.

Виктор разделся и лёг на кровать. Спать не хотелось, руки уже перестали дрожать, а вот сердце всё ещё полностью не успокоилось.

Однако уже через несколько минут веки стали тяжёлыми, он выключил телевизор и почти мгновенно уснул.

Булькающий звук с последующим хрипом вырвал Витю из тяжёлого сна. Он сразу открыл глаза, уставившись в то место, откуда доносился звук. В дверном проёме стоял Он.

Свет от уличного фонаря, пробивающийся через незавешенное окно позволил разобрать не все черты, но увиденного было достаточно: это был тот самый труп. Залитый кровью глаз, сломанный нос, искривлённые, словно в немой усмешке, губы, вывернутое плечо. Грязная одежда, будто он полз по земле от самого места аварии. Явно сломанная нога, на которую покойник уверенно опирался.

Витя вскрикнул и сел, подтянув ноги. Быстро включил лампу, стоявшую на прикроватной тумбочке, снова посмотрел на дверной проём. Там никого не было.

Сердце пыталось раздробить грудную клетку. Руки дрожали так сильно, будто он провёл на морозе минимум полчаса. Витя боялся моргать. Вдруг труп снова появится.

Витя медленно поднялся с кровати и сразу запрыгнул обратно.

- А вдруг, - Витя начал было говорить, но от звука голоса стало только страшнее, он не стал заканчивать фразу вслух, подумав: «а вдруг Это подо мной?»

Витя наклонился и резко заглянул под кровать. Пусто.

Он снова поднялся на ноги и пошёл по квартире, включая свет в каждой комнате. Никого.

Витя сел на стул в кухне и попытался налить воды из-под крана. Руки дрожали настолько, что сначала не получалось подставить стакан под струю, а когда это удалось сделать – вода начала расплёскиваться. Он, наконец, смог попить. Но ощущение жуткого ни с чем несравнимого страха всё ещё не проходило.

Витя вернулся в спальню и взглянул на часы. Прошло всего пара часов после того, как он приехал домой.

«Ну, я же не виноват, - он ходил по квартире, обдумывая, что делать дальше, - мужик сам выскочил на середину дороги. Да и сумерки эти дебильные! Блин, я же говорил Димону! Так, а что сейчас можно сделать? Ничего никому не сказать – это первый вариант. Но вдруг кто-нибудь заметит следы на машине. Да и кровь там, по-любому, есть. На сервисе могут что-нибудь заподозрить. Вызовут ментов и всё! Скрылся с места ДТП».

- Вот же хрень! – высказался он вслух. Затем остановился и задумался.

«Но сейчас-то эта несчастная пара рюмок полностью выветрилась. А в остальном-то я кругом прав. Так что есть ещё и второй вариант. Скажу: “вот, только что сбил, он сам выскочил”, то есть, как и было на самом деле. Составят протокол. Да, сбил, но не виноват. А там уже всё нормально будет. Ведь если спалят, что сбежал, не оказав помощь – это же всё, тюрьма».

Он ещё раз всё обдумал. Оделся. И вышел из квартиры.

Машина, как обычно, завелась легко и уверенно. Витя пристегнул ремень безопасности и без лишней спешки поехал в сторону места ДТП.

Подъезжая к мосту, Витя осознал, что не помнит, где именно это произошло:

«И с какой стороны моста? Вот же хрень! Всего пару часов назад же было».

Он притормозил и поехал медленнее, внимательно осматривая обочину. Машина слегка подпрыгнула на стыках, и Витя немного ускорился, проехал ещё несколько десятков метров:

- Точно! После, но с той стороны!

Он хотел развернуться, но сплошная линия разметки не позволяла этого сделать, а нарушать ПДД сейчас совсем не хотелось.

Витя проехал ещё пару сотен метров, развернул машину и ускорился. Как только передние колёса заехали на первый стык моста, в голове возникло воспоминание о минувших событиях.

А сразу после этого сзади послышался булькающий звук, переходящий в хрип. Витя почувствовал озноб, пробежавший по всему телу, руки сразу похолодели, и он взглянул в зеркало заднего вида. Там сидел труп. Единственный глаз смотрел Вите точно в затылок, из носа и рассечённой брови непрекращающейся струёй текла густая тёмная кровь, лицо было перекошено и походило на криво натянутую резиновую маску.

Витя не мог отвести глаз от этой уродливого подобия лица. Совершенно неподвижный мгновение назад, труп повернул голову и посмотрел в зеркало, а после этого резко ухватился руками за спинки передних кресел.

Витя дёрнул руль влево, как будто пытаясь увернуть машину от существа, с которым находился в одном салоне. Автомобиль занесло, и он, не сбавляя скорости, заскочил на отбойник, как на трамплин, после чего перелетел перила моста передними колёсами, но зацепился задними и «въехал» в реку бампером.

При входе машины в воду Витю резко дернуло, и он ударился лицом об руль, потеряв ориентацию в пространстве. Попытался открыть дверь, но она не поддавалась. И тут он почувствовал, что его душат. Паника сковала и без того неподатливые руки. Вода через дверцу багажника активно лилась в салон, фары погасли, и вокруг ничего не было видно. Ему даже не удавалось посмотреть в лицо трупа, который душил его с заднего сиденья. Витя ещё немного подёргал ручку двери, но потом недостаток кислорода на фоне учащённого сердцебиения сделал своё дело, и он потерял сознание, так и не поняв, что его душил всего лишь натянувшийся под весом тела ремень безопасности.

***

Капитан Епифанцев вышел из пассажирской двери патрульной машины и осмотрелся. Солнце ещё не поднялось из-за горизонта, но вокруг уже немного посветлело. Он подошёл к отбойнику и взглянул на погнутые перила. Рядом стояла «Скорая помощь», и ожидалось прибытие крана, необходимого для того, чтобы достать машину из реки.

Епифанцев взмахом руки поздоровался с водителем скорой, тот коротко кивнул в ответ.

Капитан повернулся к водительскому окну патрульной машины:

- Чё сидишь, вылезай. Первое ДТП, значит?

Младший лейтенант Никита Демидов, сидевший за рулём, кивнул и уточнил:

- А люстру оставлять?

- Да, на мосту же стоим. Плюс, тут место нехорошее, так что пусть видно будет. Выходи.

Водитель вышел из машины.

- Что значит, «нехорошее»?

- Да бьются тут все постоянно. И бывает, с летальным исходом. Ну, что скажешь? – спросил молодого коллегу капитан, доставая планшет с листами и ручкой.

- Автомобиль потерпевшего упал в воду, видимо, водитель не справился с управлением, переехал через отбойник и слетел в реку, - поспешно ответил Демидов.

- Ещё что-нибудь? - Епифанцев задавал вопросы, уже зарисовывая что-то на листе бумаги.

- Ну, вот тут тормозной путь. Наверное, водитель попытался затормозить, но не успел, - неуверенно протянул младший лейтенант.

- Уверен?

- В чём?

- Что это тормозной путь?

- А что же ещё? – удивился Демидов.

- Например, следы протектора от заноса автомобиля при резком повороте.

- Блин, ну да, может быть.

- А почему я так решил? – не прекращал свой допрос капитан, не отрываясь от зарисовки.

- Потому что машине потребовалась бы высокая скорость для преодоления отбойника, а значит, она не тормозила, раз смогла преодолеть его? – больше спросил, чем ответил Демидов.

- Нет. - Капитан оторвался от листа бумаги и показал его младшему лейтенанту. – Потому что машина вошла в воду вниз капотом, а значит, она была перпендикулярна мосту в момент вылета. Следовательно – ей нужно было развернуться ещё в момент движения по нему.

На расчерченном листе была зарисована вся описанная капитаном ситуация: мост, полосы движения, отбойник, перила и машина в двух местах: на мосту и сбоку от него.

- А с чего Вы взяли, что она вошла в воду вниз капотом? – уточнил младший лейтенант.

- Посмотри вниз, что там видно? – Епифанцев отошёл в сторону, пропуская коллегу. Тот приблизился к отбойнику и пригляделся.

- Колесо? – не уверенно спросил он.

- Именно. Это запаска. На дверце багажника. А значит, машина стоит на переднем бампере. Ну, или на «кенгурятнике», следовательно – вошла в воду в таком же виде. Вопросы?

- Пока нет, - младший лейтенант явно был поражён дедуктивными способностями старшего коллеги и с восхищением всматривался то в запасное колесо, то в лист бумаги.

Из-за поворота выехал автомобиль с краном-манипулятором.

- Мне отъехать?

- Да, давай. Развернись и стань с той стороны моста.

Демидов сел за руль, проехал вперёд до завершения сплошной линии разметки, там развернулся и неспешно покатил обратно. Внимание младшего лейтенанта привлёк след тормозного пути, а в этот раз – это наверняка был именно он, проходящий посередине дороги. Он ещё снизил скорость, проследил взглядом за предполагаемым маршрутом автомобиля при торможении и заметил примятые кусты в кювете.

- Ну, что там ещё? - Недовольно проговорил Епифанцев, заметив, что его молодой коллега остановился и вышел из машины за пару сотен метров от него. - Что ты там забыл?

- Да тут хрень какая-то, - младший лейтенант подошёл к краю дороги и посмотрел в кювет, - твою мать!

Он отпрыгнул назад. Затем снова глянул вниз и повернулся к старшему своего экипажа.

- Товарищ капитан, тут, кажется, труп, - громко доложил Демидов.

Епифанцев пошёл к младшему лейтенанту, на ходу обдумывая, как можно законными методами наказать коллегу за тупые шутки.

- Где? – спросил он, подойдя достаточно близко.

- Да вот же, - ответил слегка побледневший Демидов, указывая в сторону обочины.

Епифанцев проследил взглядом за его рукой и дёрнулся от неожиданности.

В кювете лежал труп. Засохшая кровь бордовой коркой закрыла половину его лица. Но было понятно, что перед полицейскими жертва автокатастрофы: нос на щеке, нижняя челюсть вывихнута, левые плечо и нога сломаны, одежда разорвана. Единственный открытый глаз немигающим взглядом уставился в постепенно окрашивающееся в розовый цвет небо.

Со стороны моста послышался грохот. Полицейские одновременно обернулись.

Кран поставил тёмный внедорожник, с которого ручьями лилась вода, на землю. На задней правой пассажирской двери виднелась вмятина, а её стекло покрылось трещинами.

- А вот и виновник нашёлся, - последовала очередь умозаключения младшего лейтенанта.

- Это как ты догадался? - без тени иронии уточнил Епифанцев.

- Ну, бритва Оккама.

- Чё? - Удивился капитан. - Какая бритва?

- Оккама – это методологический принцип. Если есть простое объяснение – оно верно.

- Охренеть! – Епифанцев с нескрываемым сарказмом обратился к коллеге. – Зачем нам все эти расследования, доказательства, очные ставки, ведь бритва Демидова «на раз» определяет верные утверждения?

- Ну, там не так всё просто, - с обидой в голосе произнёс младший лейтенант.

- Конечно, не просто. Может твоя бритва заодно объяснит, почему автомобиль, который, по её мнению, сбил данного пешехода, упал с моста, двигаясь в сторону этого самого человека и не доехав до него около двухсот метров? Или водитель сбил мужика, развернулся, отъехал на полкилометра назад, снова повернул назад, разогнался и сиганул с моста?

Демидов потупил взор. Но спустя несколько секунд поднял глаза:

- А может он вернулся, - он немного замялся, - на место преступления, знаете?

- И сиганул с моста? – снова повторил капитан.

- Может, это… совесть замучала.

- Ты сам-то в этот бред веришь?

- Не особо, - промямлил младший лейтенант.

- Вот и я не особо. Ладно, пойдём звать медиков, им тут неожиданная работка прилетела.

Наконец, все обязательные процедуры были завершены. Тело из машины достали, врач «Скорой» констатировал смерть двух мужчин: и водителя, и пешехода. После чего обоих увезли на специально вызванных машинах подрядной организации. Дежурство полицейских уже закончилось, но по неписанному правилу экипаж, занявшийся происшествием, не сменялся до завершения всех формальностей.

Полицейские забрали приписные документы на эвакуируемый транспорт и пошли к своей машине, которая так и стояла возле места обнаружения трупа.

- И как тебе первое ДТП? – с вымученной улыбкой спросил капитан.

- Так себе, честно говоря, - устало произнёс Демидов.

Они сели в автомобиль и пристегнули ремни безопасности.

- Ладно, двинули, - скомандовал Епифанцев.

Младший лейтенант включил первую передачу и поехал к мосту.

- Нам в другую сторону.

- Так развернуться надо, а тут сплошная.

- Ааа, - протянул капитан, - ну ладно, отличник, разворачивайся. Ты как вообще, держишься ещё? Не отключишься за рулём?

- Вроде держусь, - улыбнулся в ответ Демидов.

Он преодолел мост, доехал до прерывистой белой линии на асфальте, включил сигнал поворота, развернул автомобиль, затем немного ускорился.

Колёса ударили по стыкам.

Младший лейтенант ещё раз посмотрел на помятые перила, а затем услышал сзади неприятный булькающий и сразу за ним – хрипящий звук. Он посмотрел в зеркало. На заднем сиденье сидел мужчина. Нет, не мужчина, а его труп. Тот самый, которого Демидов нашёл сегодня утром в кювете. Это был именно он: то же изуродованное лицо, залитое кровью, которая почему-то всё ещё продолжала течь, то же вывернутое плечо, тот же немигающий взгляд одного открытого, но оттого не менее мёртвого глаза. Демидов неотрывно смотрел в лицо сидящего на заднем сиденье машины трупа. Неожиданно тот резким движением схватился за передние кресла служебного автомобиля.

Демидов, испугавшись, дернул руль вправо, затем влево и только через несколько движений всё-таки сумел выровнять машину.

- Ты что творишь? – взревел с пассажирского кресла капитан, поворачиваясь в сторону водителя и упираясь руками в приборную панель, а затем уже намного спокойнее – Что с тобой?

Младший лейтенант белый, как мел, включил сигнал поворота и остановился у обочины. Он отнял руки от руля – они сильно тряслись.

Епифанцев дотронулся до плеча Демидова, тот дернулся так сильно, что ударился плечом в водительскую дверь, но, как будто, даже не заметил этого. Затем повернулся и посмотрел на капитана полными ужаса глазами:

- Он на заднем сиденье! – дрожащим голосом произнёс младший лейтенант.

Епифанцев взглянул назад – там было пусто.

- Кто?

- Труп из кювета.

Капитан внимательно посмотрел на молодого коллегу.

- Давай выйдем, Никит, подышим немного, хорошо?

- Я не хочу выходить.

- Надо выйти, Никита, давай, открывай дверь.

Демидов не с первой попытки, но всё-таки открыл дверь и вышел из машины.

- Садись на моё место.

Епифанцев занял кресло водителя, немного отодвинулся назад, поправил зеркало заднего вида. И повернулся к Демидову:

- Ты просто переутомился, Никит. Надо отдохнуть. Первое ДТП, и сразу два трупа. А второго ещё и сам нашёл. Да и сумерки эти дебильные. Неудивительно, что небольшой нервный срыв словил.

- Он там реально был, товарищ капитан, - лицо младшего лейтенанта постепенно вновь приобретало оттенок живого человека.

- Я верю. Слушай, а давай сейчас я тебя завезу домой, ты переоденешься, а затем поедем, посидим где-нибудь. Думаю, сегодня даже выпить можно. Как думаешь? А? По одной?

Демидов, уже немного отошедший от потрясения, повернулся и посмотрел на капитана.

- Только по одной? – после непродолжительного раздумья всё-таки уточнил он.

- Вот это разговор, - улыбнулся Епифанцев и включил первую передачу, - конечно, по одной, тебе же завтра ещё на дежурство заступать, а значит, и за руль садиться.