Плесень

Глава 1

Плесень

Белый, крашеный потолок с неровными бороздками, оставленными чьим-то небрежным шпателем. Громоздкая люстра с широким, цветастым абажуром и до тошноты неуместными висюльками в стиле позднего ренессанса. Андрей смотрел на них каждый будний вечер, когда валился с ног, приходя с завода в свою старую однокомнатную «хрущевку». Иногда на него находило непреодолимое желание взять и выдрать проклятую люстру, оставив только лампу накаливания на черном шнуре проводки. Но непроходимая усталость и апатия не пускали его даже перевесить оконную штору, как следует. Вот и теперь уличный фонарь у самого окна квартиры заглядывал прямо Андрею в комнату, освещая длинной полосой часть неровного потолка.

Оз лежал на подоконнике неподвижно, грациозно вытянув лапу. И почему у котов никогда не бывает проблем со сном? Андрей вздохнул и закрыл глаза. Что-то было не так. Это чувство сначала, как червячок, медленно подергивалось у него в голове, все нарастая и увеличиваясь в размерах, пока не превратилось в целую колонию муравьев, бегающих прямо по обнаженному мозгу. Он снова открыл глаза. Пятно. Темное пятно на потолке над карнизом. Вот что было не так. Свет от фонаря хорошо его освещал. Маленькое, почти незаметное, похожее на темную дырку в потолке. Андрею вдруг пришла глупая мысль, что кто-то сверху просверлил ее, пока он был на работе, и сейчас распластался на полу своей квартиры, разглядывая, как он лежит у себя в кровати и смотрит в потолок. Глупость. Андрей встал и прошел на крохотную кухню, чтобы налить себе воды. По пути он зашел в туалет и снова лег в кровать. Точка все еще была на своем месте. Андрей закрыл глаза, силясь уснуть, но назойливые мысли-муравьи все копошились под черепом, щекоча открытые нервные окончания бесчисленными лапками и усиками. Андрей резко поднялся, взял на кухне губку, встал ногами на кровать и одним движением стер надоедливое пятно. Потолок снова был белым, такой же неровный и без всяких пятен. Он уснул.

Прозвенел будильник на телефоне. Андрей сразу выключил его привычным движением и положил рядом с собой. Он давно научился обходиться без него. Андрей просыпался каждый день без десяти пять, ровно за десять минут до того, как прозвучит будильник. За столько времени работа на заводе стала для него частью неотъемлемого ритуала под названием жизнь. Он медленно открыл глаза и с ужасом соскочил с кровати. Огромный паук, растопырив свои черные ноги, прилип к потолку точно над ним, как раз в том месте, где вчера Андрей видел черную точку. Паук не двигался, и Андрей был готов поклясться, что видел тонкие волоски на его теле. Отвращение к паукам и его собратьям по конечностям он приобрел еще с детства, после того, как один случай навсегда укоренил этот страх в его памяти. Как-то, во время их детских прогулок по «заброшкам» Андрей задел головой густые ветви каштана, которые спускались низко, почти к самой земле у одной из разрушенных стен. Паук повис на паутине, зацепившись за его волосы и быстро, словно по канату, перебирая своими отвратительными лапками, начал взбираться по ней, прямо Андрею на голову. Он уже тогда недолюбливал этих тварей, поэтому руками трогать паука не решался. Андрей замер в страхе, наблюдая, как паук оказывается все ближе к его лицу и наверно бы умер на месте от ужаса, если бы злодей не был раздавлен резким взмахом ноги старшего брата.

Так идти на работу нельзя. Андрей был готов поспорить, что, вернись он вечером, этой твари уже не будет на своем месте и придется искать его по всей квартире, а найти ночью у себя в кровати. Его передернуло. Андрей прошел в ванную, открутил от швабры ручку, вернулся в комнату и отодвинул кровать, чтобы чудовище, если что, упало на пол, где он сможет его прикончить. Оз путался у хозяина под ногами и мяукал, ожидая грядущего сражения. Андрей встал на стул и уже собирался поразить своего врага, словно копьем, когда заметил, что перед ним вовсе не паук. Андрей присмотрелся лучше и разглядел обычную плесень. Она разрослась по потолку, распустив отростки в стороны, словно лапы. Андрей поморщился, думая, откуда она могла взяться, ведь он всегда был очень чистоплотным и аккуратным человеком. Еще его покойная матушка привила ему эти качества. Он посмотрел на часы. Разбираться уже было поздно. Андрей решил, что должно быть, соседи сверху залили чем-то пол, а страдает теперь он. Задумав, как вернется, основательно все почистить и поговорить с соседями, Андрей взял рабочую сумку и вышел из дома. На завтрак времени уже не оставалось, автобус уходил в полшестого.

Казалось, в этом городе дождь идет бесконечно. Андрей накинул капюшон и зашагал по мокрому двору, старательно обходя лужи. Не смотря на промозглую погоду, он любил это время. Идти пустыми дворами к остановке автобуса в полном одиночестве. Вокруг еще не было мамаш с их горластыми детьми, не видно было даже местных алкашей, которые, когда не глянешь, занимали одну из лавочек на игровой площадке. Иногда встречались только дворники, но их Андрей почти не замечал. Они были такими же тенями в сумраке, как и он, неосязаемыми фигурами, без пристанища в опустевшем городе. Не людьми, а лишь отпечатками живых людей. Это время было только его и те семь минут, которые Андрей тратил на путь, давали ему намного больше, чем работа или часы, проведенные наедине с темными мыслями в квартире. Тут Андрей чувствовал движение и ему не хотелось останавливаться. Хотелось просто идти все дальше и дальше, пока не покажутся лесополоса и вспаханные поля, пахнущие удобрениями.

Показалась остановка с людьми, жмущимися под ее, очень уж коротким, козырьком. В их лица Андрей никогда не всматривался, а если бы и всмотрелся, ни за что бы не запомнил. Настолько они были одинаковые и серые, будто с пустыми глазницами. Подъехал автобус. Люди стали медленно заползать внутрь, стараясь как можно меньше находиться под дождем. Андрей, как всегда, зашел последним и, как обычно, встал лицом к окну, держась за металлический поручень. Бабка, что сидела справа от него, по обыкновению смерила его неодобрительным взглядом. За столько времени можно было и выучить, как Андрей выглядит. Они встречались в этом автобусе уже не меньше двух лет, а она все так же подозрительно на него смотрела. С седыми волосами, выбившимися из-под жуткого фиолетового берета, все в том же сером плаще и неизменным пакетом в руках, на котором был изображен логотип какой-то, уже давно исчезнувшей компании из девяностых. За два года можно было и сумку купить. Андрей отвернулся к окну и смотрел, как автобус плывет по мутной воде. Проезжает грязные обочины улиц, возвышающиеся над ними пустые окна пятиэтажек и мигающие желтым светофоры. Вскоре автобус выехал на шоссе и показался промышленный район. Андрей вышел на конечной еще с несколькими людьми.

В столовой он встретил Вову. Хороший, работящий парень. Его можно было назвать трудягой, если бы не сильное пристрастие к спиртному. Светлые волосы, голубые глаза и неизменная улыбка. Сегодня он был особенно весел.

- Андрюха, а мне прибавку дали.

- Поздравляю. Только смотри, не пропей все сразу.

- Да нет, ты что, - Вова замялся и нервным движением сдвинул шапку на лоб. - Расскажи лучше, у тебя то все нормально?

- Лучше не бывает, - ответил Андрей. Он знал, что парень интересуется искренне. Вова раньше часто помогал им с Катей. Андрей до сих пор был должен ему за лечение, но Вова был парень добрый, все понимал и, наверно, даже его жалел. Слишком жалел. Оза он же им и подарил. Пришел мокрый и немного пьяный к ним на новоселье, говорит:

- Встречайте гостя! Первым в дом должен войти кот, - и протягивает Кате шерстяной комок, завернутый в полотенце. – Настоящий перс! – торжественно возвестил он.

Глупость несусветная. И раздобыл же где-то он этого котенка, даже, говорил, денег заплатил, дурак. Катька, конечно, была в восторге. Она всегда любила животных, в особенности кошек. А еще она любила орхидеи, белые. В уголках глаз защипало, и Андрей отвернулся к стеклянному прилавку, сделав вид, что выбирает себе салат.

- Слушай, Андрюха, у тебя точно все в порядке? А то выглядишь не очень.

- Да все нормально, что ты, как моя матушка. Соседи сверху затопили, вот и не спал полночи.

- Аааа, - тупо протянул Вова. - Ты им это. Скажи, что ущерб будут платить, сразу утихомирятся.

- Ага.

В конце смены бригадир объявил, что к завершению года их ждет сокращение зарплаты. Мужики возмущались, кто-то спрашивал, почему им это бригадир сообщает, а не начальник. Ясное дело, почему. Боится в глаза смотреть. Да и не важно. На еду ему хватит, а что еще нужно?

Еще полчаса на автобусе и Андрей снова у дверей своей квартиры поворачивает ключ в замке. Оз сразу закрутился под ногами, норовя выскочить. И что он там делать будет, если ему наконец это удастся, не понятно. Он же кот домашний, не выживет. Андрей прошел в комнату и невольно содрогнулся. Плесень увеличилась в два раза и уже покрывала часть стены.

- Что за чертовщина.

Андрей сразу налил в ведро побольше хлорки, взял швабру и принялся за дело. Через десять минут потолок был идеально чист. Довольный работой, он покормил Оза, принял душ и лег спать. Конечно, громкое слово для бодрствования с закрытыми глазами. Под утро ему снилась Катя. Она сидела на краю кровати и гладила Андрея по руке. Оз лежал рядом. Катя тянулась к нему, словно хотела погладить, но почему-то не могла дотянуться и все улыбалась. Андрей положил руку ей на колени и сон прервался. Слезы, подступив к самому горлу, с силой вырвались наружу. Он плакал безудержно, сотрясаясь при каждом вздохе, пока Оз не стал громко мяукать, переживая за хозяина. Андрей повернулся и посмотрел на кота. Тот резко умолк и молча, сосредоточенно разглядывал потолок прямо над его головой. Андрей тоже поднял взгляд. Снова пятно. Такое же черное, махровое и на том же месте, только уже заметно больше первого. Он соскочил с кровати и снова принялся его оттирать. Встав на стул, Андрей внимательно осмотрел весь потолок. Все было чисто. Не было разводов или мокрых пятен. Должно быть, вода скапливалась над перекрытием в какой-нибудь полости. Он оставил Озу еды, взял сумку и заспешил на автобус.

Надоедливая бабка с пакетом снова на него неотрывно пялилась. Хотелось развернуться и сказать ей что-то грубое, но Андрей сдержался.

- Нужен разводной.

- Что?

- Ключ разводной, говорю, нужен. А у тебя в руках рожковый, - Вова смотрел на друга со смесью жалости и тревоги.

- А… Да, я что-то заработался, - рассеянно произнес Андрей.

- Оно и видно. Слушай, Андрюх, ты бы отдохнул, что ли, месяц. Выглядишь еще хуже, чем вчера.

- Нет, - резко ответил Андрей. – Мне нельзя.

- Как это нельзя? – удивился Вова.

- Да… знаешь, у меня все в порядке, правда, - Андрей понял, что сказал лишнего. Последнее время его друг стал слишком уж участливым. - Я хочу еще этот месяц отработать, премию получить, - соврал он.

Про премию было конечно правда, но вот только ему было все равно. Единственное, что Андрею было нельзя - это останавливаться. Если сейчас он перестанет работать, вряд ли вообще сможет заставить себя встать с кровати. С того рокового дня Андрей жил по инерции и сейчас совершал все необходимые действия только потому, что ее сила еще действовала.

Видя то, как недоверчиво друг на него смотрит, он изобразил улыбку. - Да правда, все нормально. Просто опять плохо спал из-за соседей сверху, - произнес Андрей, снова приступив к работе.

- Продолжают гадить? Так давай сегодня к ним вместе зайдем. Или хочешь, у меня знакомый есть, мент, он сразу к ним подход отыщет.

- Не нужно. Я просто еще сам к ним не заходил. Времени не было.

Вова снова посмотрел на него недоверчиво:

- Ну ладно, как знаешь.

В автобусе какой-то здоровенный мужик отдавил ему ногу, пока Андрей пытался пропустить женщину с ребенком дальше в салон, и даже не извинился. В подобные моменты в нем вскипала такая ярость, что хотелось просто выпустить ее наружу и не думать о последствиях. Андрей стоял и смотрел на небритую рожу мужика и думал о том, что, если заедет ему в челюсть прямо сейчас, тот рухнет, как мешок картошки и даже не поймет, кто и за что его ударил. Ярость тут же смыло, словно холодной волной. Усталый вид мужика, почти такая же оранжевая спецовка, как и на Андрее, выдавали в нем только сильно уставшего человека. А не извинился он не потому, что скотина, а лишь потому, что разум его уже настолько пропитался тревогами и дымом от заводов, что все сложней становится воспринимать окружающий мир и видеть в нем людей.

Когда Андрей подошел к двери в квартиру, то понял, что не хочет открывать дверь. Он и раньше часто делал усилие, чтобы вновь и вновь возвращаться сюда. Теперь же ему вовсе не хотелось этого делать. Почему-то пришли мысли о плесени. Андрей сделал усилие и повернул ключ. Замок щелкнул два раза. Оз сразу кинулся к ногам, отчаянно мяукая. Не снимая обуви, Андрей сразу прошел в комнату и взглянул на потолок. Снова паук. Теперь уже намного больше. Одна из его лап заползла на стену и пустила еще несколько, таких же тоненьких лапок-отростков. Зрелище не из приятных. Похоже на выступающие из-под кожи вены. В груди снова вскипела ярость. Андрей вышел из квартиры и направился на пятый этаж. Без труда вычислив квартиру соседей сверху и презрев звонок, он грубо забарабанил в металлическую дверь. Тишина. Он ударил еще несколько раз. Молчание. За дверью соседней квартиры послышались шаркающие шаги. Звук открывающегося засова и на лестничную клетку выглянуло испуганное, одутловатое, с красными водянистыми глазами, лицо пожилой женщины. Она сначала начала озираться по сторонам, очевидно, в поисках сообщников Андрея, а когда поняла, что он один и похоже, признав в нем соседа снизу, вышла из квартиры. На женщине был цветастый халат, какой обычно носят все бабули, и домашние тапочки.

- Вам кого? – произнесла она тихо, словно боялась разбудить спящего ребенка.

- Мне нужны хозяева сто второй. Они меня заливают. У меня плесень по всему потолку уже пошла, - гневно начал Андрей.

- Как заливают? – испуганно повторила женщина. – Они ж два месяца, как уехали.

- Так что, там никого нет? – еще больше возмутился он.

- Я захожу. Раз в два дня, цветы полить.

- Так у вас есть ключ? – он уже начал раздражаться. – Так чего вы стоите, открывайте!

- Да, сейчас, сейчас, - женщина заспешила обратно и закрыла дверь.

Через пару минут она вышла с внушительной связкой ключей и уже в более воинственном настроении.

- Я туда вчера заходила, все сухо было. Я же только цветы поливаю и все, - она наконец нашла нужный ключ, и они вошли.

- Внутрь я вас не пущу, не имею права, - важно сказала она. – Постойте здесь, а я все проверю.

Андрей стоял, сунув руки в карманы рабочих штанов, злость постепенно угасала. Еще его смутили слова женщины о том, что она вчера заходила в квартиру. Плесень появилась на день раньше. Когда женщина наконец закончила обход, то ничего не обнаружила. По настоятельным просьбам Андрея она заглянула даже под ковер в комнате, но там тоже было сухо. Откуда взяться воде в комнате, еще и под ковром?

- Значит, проблема то у вас в квартире, - ехидно заметила она. – Я-то тут за всем слежу, как нужно.

Когда он спускался к себе в квартиру, женщина провожала его подозрительным взглядом. Наверно подумала, что он пьет или наркоман какой-нибудь. Ну и черт с ней, старая карга.

Андрей сходил в хозяйственный магазин за хлоркой, взял еще пару моющих средств и купил новую швабру. Придя домой, он сотворил из всего этого адскую смесь и принялся снова отмывать отвратительную плесень. Когда дело было сделано, Андрей поужинал и без задних ног завалился спать. Впервые за долгое время он спал крепко, совсем без снов и даже умудрился проспать до будильника. Открыв глаза, Андрей с облегчением не заметил никаких точек на потолке и, позавтракав, ушел на работу.

Работалось ему в этот день тоже намного легче. Вернулась прежняя сосредоточенность и даже Вова заметил улучшение.

- Разобрался с соседями, - ответил ему Андрей.

Слукавил конечно. Но рассказывать о том, что он уже три дня боролся с плесенью на потолке, а виноватые во всем соседи сверху и вовсе там не живут, ему не хотелось.

Возвращаясь домой, он и думать забыл об этой мерзости на потолке, когда вошел в квартиру, Оз радостно выбежал ему навстречу, ища ласки. Андрей заглянул в комнату. Потолок был все так же чист. Он облегченно вздохнул, поужинал и принял душ. Настроение улучшилось, и Андрей даже решил спуститься в магазин за любимым лакомством Оза. Он ведь не сразу полюбил этого рыжего бездельника. Поначалу Оз был любимцем Кати, а теперь только кот ему и остался. В этом был и свой плюс. В самое тяжелое время ему хотя бы было о ком заботиться. Это помогло не сорваться.

Когда Андрей решил ложиться спать, то задумал сменить постельное белье, вспомнив, как вчера вечером оттирал ту гадость в непосредственной близости от кровати. Хотя он ее и предварительно отодвинул подальше, сменить белье все же было делом не лишним. Андрей достал из шкафа новую простыню и принялся застилать кровать. Когда он подтыкал ее под матрас около стены, рука неожиданно наткнулась на что-то мягкое и махровое. Андрей в ужасе отдернул руку. Черная паучья нога торчала из-под кровати, захватывая часть стены. Он с отвращением отодвинул кровать на середину комнаты. Плесень занимала почти весь пол под кроватью. Она заползла длинными отростками на стену и тянулась махровым поясом по плинтусу, почти к самой двери в комнату. Андрей кинулся в ванную, вылил в ведро все моющие, что у него были, перевязал лицо полотенцем и вступил в битву с отвратительной субстанцией, захватившей его квартиру. Оз, найдя хозяина в таком воинственном расположении, забился на кухне в угол между мойкой и стиральной машиной, и не показывался все сражение. Андрей тер около часа, выливая все больше хлорки и моющих, но плесень не поддавалась. Так хорошо смываемая раньше, теперь она словно въелась в стены и пол. Ему удалось очистить только часть стены и плинтус. От испарений химикатов у него закружилась голова и Андрей вышел на балкон. Он сдернул с лица полотенце и открыл все окна в квартире. Вдруг отчаянно захотелось курить. Андрей бросил это пагубное занятие, когда Кати не стало. Ему казалось как-то неправильно травить себя тем, что вызывает роковую болезнь, которая убила его жену. Накинув куртку, он вышел во двор. Холодный ночной воздух немного прочистил голову. Андрей глубоко вдохнул и прошелся до местного ларька с сигаретами. По дороге обратно он выкурил всего полсигареты и выбросил всю пачку в урну у подъезда. Вкус показался ему отвратительно вязким и горьким, словно вдыхаешь пары мазута. Андрей объяснил это себе тем, что попросту отвык от табака за эти два года. На самом же деле причина была в том, что каждый раз, как он вдыхал дым, перед глазами стояла черная махровая плесень.

Он поднялся в квартиру и запер дверь. Поставил кровать на другое место, у противоположной стены. Андрей повернулся на бок и старался не смотреть в ту сторону, где чернело пятно. Видения пришли не сразу, сном это было сложно назвать. Ощущая себя в трансе, он со стороны наблюдал за своей прошлой жизнью. Мог видеть все годы, месяцы и недели, что прожил. Видел Андрей и самого себя сейчас, лежащего на кровати, напротив мерзкого, чернеющего пятна. Ему казалось, оно росло. Он слышал, как оно увеличивалось в размерах, как его отростки медленно ползли по стенам, охватывая все большую площадь, опутывали квартиру и его разум. А плесень будто дышала, как живой организм, становилась больше и сильней. Нашептывала ему что-то, старалась подчинить себе, завладеть им.

Андрей проснулся от громкого мяуканья. Оз запрыгнул ему на ноги, прохаживаясь взад и вперед, стараясь разбудить хозяина. Андрей посмотрел на стену. Вся она сплошь покрылась отростками. Плесень разрослась настолько, что теперь подбиралась по полу к его кровати, а часть на потолке почти добралась до ненавистной ему люстры. Он с отвращением смотрел на это нечто, к горлу подступила тошнота.

- Что происходит?

Андрей покормил Оза и выскочил на улицу. Взять с собой кота он не мог. На работе его было не оставить. Андрей решил вызвать санитарную службу, как только вернется. В автобусе он заметил, что та бабка, которая пялилась на него эти два года, не пропуская и дня, теперь не сидит на своем обычном месте. Теперь ее место занимала хорошенькая, миловидная девушка. Андрей бы и хотел думать, что она просто осталась с внуками или уехала куда, но он знал правду. Смерть была неизбежной чертой любого существования. Весь остальной путь до работы перед глазами стояла его квартира, которую захватывала жуткая субстанция. На работе все валилось из рук. Он несколько раз грубо нарушил технику безопасности, даже не заметив этого. А к концу рабочего дня уже ловил на себе косые взгляды коллег. Но в голове крутилась только одна мысль. Чем ближе конец смены, тем страшнее ему становится. Заметив Вову у погрузочной площадки, Андрей все же решился попросить.

- Привет. Слушай, я тут ремонт дома затеял, - начал он неловко. – И он слегка затянулся. Ты вроде сейчас один живешь?

- Не вопрос, заезжай, - даже не дал ему изложить свою просьбу Вова. – Я всегда тебе рад. С Оксанкой мы так и не сошлись, так что я один.

- Спасибо, это только на день. Завтра я уже смогу там жить.

- Это все из-за этих проклятых соседей, да?

- Да нет… - протянул Андрей. – Это я решил стены покрасить, но немного не рассчитал.

- Ладно, значит сначала заедем к тебе?

- Нет, сразу к тебе. Я ночь так обойдусь, мне ничего не нужно.

Вова ничего не ответил, но снова посмотрел на друга подозрительно.

На следующее утро Андрей сразу поехал на квартиру. Как только он приблизился к подъезду, его окутал ужас. Необъяснимое чувство страха с каждым шагом по лестнице пожирало его заживо. Пока он поворачивал ключ в замке, пока открывал дверь. С самого порога Андрей почувствовал запах. Сырой, горький, пахло словно мхом на болоте. Дверь в комнату была закрыта. Оза нигде не было видно. Он повернул ручку и почувствовал сопротивление. Что-то подпирало дверь с обратной стороны. Андрей сделал усилие и она поддалась. Раздался противный, хлюпающий звук. Дверь с обратной стороны покрывала плесень. Теперь уже не черного, а зеленого оттенка. Она разрослась настолько, что захватила и противоположную стену тоже. Андрей в ужасе смотрел на свою комнату, теперь похожую на древнюю заросшую гробницу из фильмов про Индиану Джонса. Тут он заметил лежащего на полу в центре комнаты Оза. Рыжая шерсть кота потускнела, а в позе больше не было привычной грациозности. Андрей кинулся к нему, но тут же отшатнулся. Все тело Оза опутывали отвратительные отростки, они обернулись вокруг его лап и шеи, перекрывая морду. Отростки входили в пасть и выходили из глазниц кота. Андрей обошел тело и его тут же вырвало. Придя в себя, он нашел под ванной резиновые перчатки и убрал тело в мешок для мусора. Уложив Оза в коробку, Андрей вынес его на улицу, на ближайшую стройку.

Нужно что-то предпринять. В квартире находиться было нельзя. Андрей лихорадочно перебирал в голове варианты. Можно было продать квартиру, но кто купит такое? Здравомыслящему человеку захочется ее только сжечь, но точно не жить там. Он направился в сторону парка, решив, что будет ходить по городу, покуда не найдет решение, но обратно не вернется. Завтра была не его смена и у него должен был быть выходной. Андрей может вызвать санитарную службу или кого-нибудь еще, сможет как-то решить проблему. Он дошел до центральной площади и сел на скамейку. Зазвонил телефон. Это был Вова. Удивительно, но Андрей испытал облегчение. Сейчас ему было приятно услышать голос живого, здравомыслящего человека.

- Ты сегодня на смену не вышел. Решил позвонить, узнать, может помощь нужна.

- Все в порядке. Но помощь мне действительно нужна.

В трубке наступило короткое молчание.

- Так что, мне приехать?

- Да, если можешь.

- Может какие инструменты захватить? Ну там, если нужно. Я могу…

- Нет, не нужно. Просто приезжай, я при встрече все расскажу.

Послышались короткие гудки. Андрей не сомневался, что друг приедет. Вова и так последнее время слишком сильно о нем переживал. Решение все рассказать Вове пришло само собой. В конце концов, ему нужно было с кем-то поделиться, чтобы не сойти с ума. События последней недели полностью выбили Андрея из реальности, постоянные недосыпы и тяжелый график, сделали его похожим на куклу чревовещателя, с впалыми глазами и белым, похудевшим лицом. Теперь он не мог сказать даже самому себе, что в нем реально, а что нет. Но эта плесень у него в квартире, она точно была реальна. Она убила Оза, а это не могло быть просто сном. Андрей встал со скамейки и направился в сторону дома. Он не смог заставить себя подняться в квартиру и решил подождать друга у подъезда. Андрей смотрел на обшарпанные ступени и вспоминал, как они с Катей, спустя месяц после новоселья, купили холодильник. Холодильник был небольшой, а денег в то время у них было совсем мало, и чтобы сэкономить, они решили оплатить только машину, без грузчиков. Андрей хорошо помнил, как они стояли у этого подъезда и в полной растерянности смотрели на холодильник, оказавшийся совершенно неподъемным. Тогда на выручку пришел Вова. Он приехал всего спустя двадцать минут, хотя был на другом конце города, и они втроем кое-как смогли поднять холодильник на четвертый этаж. Погруженный в эти не очень веселые, но согревающие воспоминания, Андрей заметил Вову, который уже шел к нему навстречу. Неизменная красная куртка, шапка набекрень, из-под которой выбиваются светлые волосы. Прошло всего десять минут, а он уже шагал ему на выручку. Как его друг так быстро перемещался по городу, всегда оставалось для Андрея загадкой. Он протянул ему руку.

- Чего тут стоишь? - спросил Вова настороженно.

- Слушай, прежде чем мы войдем, я хочу тебя предупредить. То, что ты там увидишь, тебе не понравится.

- Андрюха, ты меня пугаешь. Что с тобой происходит? – он нахмурился.

- Не важно, сам все увидишь. Иди первым, - он протянул ему ключ.

Вова взял ключ, и они стали подниматься по лестнице. Когда они подошли к квартире, у Андрея затряслись руки, он сунул их в карманы, чтобы это было не так заметно. Вова несколькими уверенными движениями повернул ключ в замке и открыл дверь. Тут же пахнуло сыростью.

- Господи, да ты был прав. Эти уроды тебя точно заливают. Запах, как в подвале.

Они вошли в квартиру, и Вова начал разуваться.

- Не снимай, заходи так.

Друг нахмурился еще сильней, но послушался.

- Туда, - Андрей показал на дверь в комнату.

Вова открыл дверь, и они увидели комнату. Абсолютно чистые стены, без единого пятнышка. Не застеленная кровать у дальней стены, открытый настежь балкон. Ничто не выдавало недавнего присутствия жуткой плесени, кроме запаха сырости, который теперь ощущался еще сильней.

- Даа, ты прав, - протянул Вова. - Источник явно где-то в этой комнате. Я даже сейчас чувствую этот запах. Хотя окно нараспашку.

Андрей онемел от потрясения. Как такое возможно? Только что его квартира была похожа на непроходимые джунгли, а теперь не было даже того маленького пятна на потолке. Он, не веря глазам, медленно прошел на середину комнаты, ожидая, что это иллюзия и сейчас он снова увидит настоящую жуткую картину. Но стены оставались такими же чистыми и только ужасный, приторный запах витал в воздухе.

- Если хочешь, я могу остаться, и мы попытаемся выявить источник сырости, - обратился к нему друг.

Андрей посмотрел на него безумным, невидящим взглядом.

- Ты шкаф отодвигал? Андрей… Андрей!

- Что?

- Да что с тобой такое? Я спрашиваю, ты шкаф отодвигал?

- Д-да, да, отодвигал, там сухо.

- Ну тогда я даже не знаю… Может еще раз поднимемся к соседям? Возможно, у них источник, а к тебе заносит…

- Нет, спасибо, Вова. Что-то голова разболелась. У меня завтра выходной, так что я сам все посмотрю и разберусь.

- Уверен? Ну ладно, если выяснишь причину, звони, помогу.

- Конечно.

Андрей проводил друга до дверей, но когда Вова уже вышел за порог, вдруг повернулся и снова сказал:

- Я вижу, что у тебя что-то не так. С тобой творится неладное, но ты не хочешь мне говорить, - в его голосе звучала обида. – Посмотри в зеркало, ты даже внешне совсем другой стал. И сюда ты меня позвал не просто, ведь так?

Андрей молчал.

- Я ж всегда вам помогал, тебе и… - он осекся. – В общем, мой телефон ты знаешь, - он развернулся и не оборачиваясь спустился на улицу.

Андрей снова остался наедине с собой и этой проклятой квартирой. Он понимал, что обидел друга, но что он мог? Если бы Андрей рассказал ему правду, тот точно посчитал бы, что он в итоге сошел с ума. Тело Оза могло бы послужить доказательством, но если «оно» бесследно исчезло со всех стен квартиры, то и на нем наверняка не осталось следов. А тогда Вова, и того хуже, может подумать, что Андрей сам убил кота. Нет, какими бы они друзьями не были, говорить ему было нельзя. Андрей прошел на кухню и под ноги ему попалась миска Оза. Пустая, она одиноко валялась на полу, как молчаливое напоминание. Он рухнул на пол и слезы полились по его щекам, он плакал навзрыд, пока снова не почувствовал сильный запах сырости. Шатаясь, Андрей поднялся на ноги и проковылял в комнату. Стену снова покрывало паучье пятно, теперь оно росло прямо у него на глазах, уже совершенно не скрывая своих намерений. Он прошел к кровати, лег и его сознание на время отключилось.

Андрею снились голоса, они говорили ему о жизни и смерти, он видел лицо Кати. Теперь у нее на руках сидел Оз, она нежно гладила его по рыжей шерсти и улыбалась.

- Ты сильно устал, – произнесла она. – Тебе нужно отдохнуть.

- Нет, я совсем не устал. Я хочу только, чтобы ты не уходила. Побудь со мной еще, я так скучаю. Ты не представляешь, какую муку я испытываю, проживая изо дня в день без тебя.

- Я знаю, любимый, знаю. Помнишь нашу первую встречу?

- Конечно, я помню.

- А я забыла, - улыбка на ее лице угасла. – Я начинаю забывать, Андрей. – Я боюсь, что могу забыть твое имя и тогда не смогу приходить к тебе.

Андрея охватил ужас, ужас того, что он может снова ее потерять.

- Ничего, - отвечал он, плача, - Я расскажу тебе, и ты не забудешь. Помнишь, я подарил тебе цветы? Целый букет и они вдруг оказались твоими любимыми.

- Что это были за цветы? - она снова улыбалась.

- Орхидеи.

Улыбка исчезла. Лицо Кати вдруг начало меркнуть, затем резко потемнело, исказилось и начало превращаться в эту жуткую плесень. Ее отростки подбирались к нему все ближе и ближе, опутывали ноги, скользили по телу к самому лицу. Андрей в поту вскочил с кровати. С улицы, через щель в шторе светил все тот же фонарь, заливая комнату желтым светом.

Плесень на стене в три раза увеличилась в размерах, она походила на плющ, который обвивает изъеденную временем стену старой церкви. Он слышал, как она росла, как снова ползла к его кровати. Мерзкий запах заполнил всю комнату, стало трудно дышать. Андрей в ярости кинулся на кухню и включил газ. Он вырвал газетный лист, скрутил в трубочку и поджег о конфорку. С огнем он снова вошел в комнату и уже хотел совершить задуманное, как вдруг замер. Воздух резко изменился, запах сырости пропал. Теперь в комнате пахло чем-то свежим, почти хвойным. Сильный лесной аромат заполнил всю квартиру. На стенах теперь виднелись не уродливые черно-зеленые пятна плесени, а виноградные лозы. Они свисали с люстры, источая прекрасный аромат. Крупные широкие зеленые листья теперь покрывали его постель. Он словно оказался в чудесном, сказочном лесу и слышал пение райских птиц. Самодельный факел выпал из его руки и потух. Перед ним на стене, прямо над кроватью появился крупный, белый бутон. Он поднимался все выше, расправляя свой тонкий стебель вверх, словно тянулся к солнцу. Андрей сделал к нему шаг, и тот начал раскрываться. Белые лепестки самой крупной орхидеи, что он когда-либо видел, тянулись к нему навстречу. Андрей начал понимать, что происходит. Это нечто играло на его чувствах. Всеми силами оно не давало ему очнуться от мрака, укутывая пеленой апатии и отчаяния. Оно не давало ему спать, не давало курить, лишило всего, что успокоило бы его состояние и всего, что было ему так дорого, что еще могло удержать его в этом мире, лишая даже шанса на дальнейшее существование. Оно узнавало его страхи и желания и делало все, чтобы он не мог сопротивляться. Что ж, когда-то это должно было кончиться. Андрей подошел еще ближе и цветок распустился полностью, обнажая розовое нутро. Он дотронулся до него ладонью, не в силах удержаться, в это же мгновение лепестки по бокам раскрылись, словно змеиный капюшон.

***

После выходных Андрей не вышел на работу. Вова сразу понял, что случилось худшее. Он обратился к своему знакомому из полиции и убедил, чтобы тот отправил по адресу наряд. Ему пришлось немного приврать на счет состояния своего друга, но в ином случае ему бы просто отказали. Когда пожарные вскрыли дверь, из квартиры тут же пахнуло свежестью. Совершенно не тот запах, что он ощущал при прошлом визите.

- Он что, тут какие-то аромасвечи жег? – спросил один из полицейских.

Они сначала прошли на кухню, там горела зажженная конфорка. Затем осмотрели комнату, где и обнаружили тело. Андрей лежал на полу, словно спал. Глаза его были закрыты, а лицо казалось безмятежным. Вова не произнес ни слова, с печалью глядя на тело друга. Послышался только возглас одного из полицейских:

- Ничего себе, таких больших орхидей я в жизни не видел.