Пещера

Глава 1

Долгое время я думал о том рассказывать кому-то эту историю или нет. Мне казалось, что люди посчитают меня сумасшедшим на фоне произошедших событий и закроют куда подальше. Но я, пожалуй, рискну.

Думаю, начать стоит с того, что два года назад мой младший брат пропал без вести. Он и компания его близких друзей отправились в путешествие дикарями в горы. Они любили такое, залезть куда-то, а потом с максимальными приключениями выбираться оттуда — новые незабываемые эмоции… Хотя, наверное, это было у него в крови, ведь и я и наши родители, пока были живы тоже были заядлыми путешественниками-экстремалами.

Накануне своего исчезновения брат отправил мне свое последнее сообщение. Он говорил, что они нашли некую "древнюю" пещеру и собираются спуститься в нее, фото входа прилагалось. Я написал ему быть осторожней, но это моё сообщение уже не было прочитано.

Что же там случилось? Точно не известно. Никто из присутствовавших там людей, так и не смог ответить: куда пропал мой брат и почему они бросили его там на погибель. По правде говоря, двое из 5 вернувшихся больше вообще не разговаривали, ещё один парень полностью поседел и у него наступал приступ паники если разговор заходил о событиях тех дней, а его лучший друг переехал в какую-то всеми забытую деревню, сразу, как его выписали из больницы после тяжёлого ранения, спустя неделю после возвращения. Единственная, кто пытался пролить свет на события того дня была девушка брата. По ее словам, они порядка 3 часов пробирались узкими извилистыми тропами, опускаясь все глубже и глубже в непроглядный мрак, пока не спустились в настоящий ад. И в этом самом месте, обитающее там существо, наказало их за вторжение. Никто ничего не успел понять, как в полной тишине Дима внезапно был сильно ранен и кровь, брызнувшая из его руки эхом плюхнулись на стены.

Началась паника. Тени прыгали по стенам, от дребезжания фонариков в руках. Бежать. Бегите! Эхом стояло в узких тропах этой пещеры. Свет фонариков прыгал по стенам, смешивая тени с абсолютным мраком. Затем моего брата, что-то повалило на пол и утащило с собой в пустоту. Все как можно скорее кинулись прочь, еще несколько метров, казалось, будто из самих стен доносился его отчаянный крик.

Никто до конца не помнил, как выбрался наружу. Оказавшись в лесу, все продолжили бежать, бросив почти все свои вещи там.

Самым странным для меня в ее рассказе было то, что она не просто вспоминала и переживала все близко к сердцу, нет, она продолжала испытывать тот непреодолимый ужас и продолжала бежать в том самом лесу неведомо от кого.

В общем ясно было одно, моего брата утащило некое существо, которое и стало причиной его смерти. Но я из тех людей, которые не верят в слова и если нет тела, значит мой брат пусть и с крошечной вероятностью, но может быть живым.

Пытаясь выудить хоть крупинки информации от ребят, я не прекращал разыскивать Диму. Отчего-то мне казалось, что найти его это чуть ли не первоочередная задача всей моей жизни. И что ж я это сделал.

На дворе стояло жаркое лето. Я под спасительной прохладой кондиционера мчался в машине в деревушку под названием “Сосенки”. Ну как мчался, пол дороги мне это конечно удавалось, а дальше я медленно полз по всем ямам и ухабам. Деревушка не была такой же милой, как ее название (хотя и правда находилась в сосновом бору).

Поросшие высоченными соснами поодаль друг от друга стояли старые, порой покренившиеся деревянные домики То тут то там вдоль дороги бегали еще молодые утки и курицы, заставляющие меня замедлиться еще сильнее. Скандалов из-за наезда на кого-то из них мне точно было не нужно. Завидев первого человека, я несказанно обрадовался и заглушив мотор выскочил из машины. Пожилая женщина смотрела на меня с некой предосторогой и даже с первого раза сделала вид, что не услышала, как я к ней обратился. Я спросил у нее о Диме, где найти и все такое. На это она осмотрелась по сторонам и заинтересовано спросила зачем я его ищу, не хочу ли увезти куда.

Подобный вопрос заставил меня задуматься над дальнейшим ответом. Если я скажу, что мы давние приятели, будет ли это для нее аргументом? Или же она сбежит? Отчего она так заволновалась, услышав о нем… Пришлось немного приврать. Я сказал, что разыскиваю его так как он является важным свидетелем по одному делу. Я в голове прокрутил тысячи диалогов копов, приезжающих на место преступления в сериалах (хоть где-то мне это пригодилось). Та с пониманием закивала головой и переспросила: преступник? Было жаль ее разочаровывать, но и наговаривать на Диму было как-то неуместно, ему ведь тут ещё жить. Убедив ее, что он всего лишь свидетель, женщина скорчила гримасу полную разочарования. Не скрывая своего безразличия, она махнула в сторону и сказала искать его дом на окраине деревни. Поблагодарив ее за ответ, протянул ей символические деньги, но она скривилась еще сильней, плюнула мне под ноги и скрылась за калиткой своих ворот. А можно ли было удивиться ещё сильнее, чем я это уже сделал? Что Дима делает, что у него такая дурная слава? Я-то отлично его знаю, славный парнишка. Заводной, образованный, всегда знающий, чего хочет. С моим братом они дружили с самого детского сада и были не разлей вода. А так как они почти всегда тусили у нас, так я успел с ним раззнакомиться. Так неужели тот случай и его превратил в другого человека?

Я накручивал себя все больше и больше, медленно шагая по извилистой улочке вверх по дороге. В сознание меня вернула коза, заблеявшая прямо передо мной. От испуга я сделал шаг назад и осмотрелся. Козы обступали меня со всех сторон. Притопывая, опуская головы к низу они всем своим видом показывали, что мне лучше катиться восвояси, но… Я не за этим тащился в эти, так сказать, дальние дали, чтобы вернуться домой ни с чем. Пытаясь не обращать на них внимания, я медленно направился к дому.

— Туда лучше не ходить, — позади послышался старческий голос, и я обернулся.

— Почему? — я почему-то ожидал услышать, что-то похожее на: "Эта земля проклята, дом проклят, и мы все умрем", но…

— Хозяина дома сейчас нет, нечего тут шастать. Вдруг ты вор какой.

— Я его приятель, приехал навестить…

— Приятель? - он задумчиво почесал подбородок. - Слабо верится. Но все равно, как я сказал, его нет.

— А когда он будет? Я приехал издалека и не хотелось бы уезжать не повидавшись.

— Если вы приятели, то странно, что ты не знаешь, что летом его никогда не бывает дома. Днём он еще появляется, то тут, то там его встречаешь, но вечером… Черт знает, куда он пропадает.

— А сегодня вы его случайно не видели?

— Нет, — решительно ответил он и я неосознанно скривил рот в гримасе некого разочарования. — Можешь так не убиваться. Не знаю, зачем он тебе нужен, но полагаю, что ты найдешь его в поле. Трактора у дома нет, поэтому скорее всего он там. Оно в той стороне, - он махнул рукой и вместе с козами продолжил свой путь.

Вот это у них тут навигация — махнул рукой и иди с богом: дойдешь хорошо, не дойдешь, ну что поделаешь, тебе же сказали куда идти. Я провел их взглядом словно оцепеневший, даже простое спасибо ответить не смог. Почему он усомнился в том, что я могу быть его приятелем. Почему и он и та женщина так скептично к нему относятся. Я так давно хотел встретиться с Димой, но эти места и люди нагоняли на меня необъяснимое чувство тревоги. Словно они знали что-то, о чем мне лучше было никогда не узнавать…

Вернувшись к машине, я поехал в сторону указанную местным стариком. Остановившись в тени огромного старого дуба, перед моим взором расстилалось огромное поле кукурузы. Жара здесь стояла неимоверная, в деревне она ощущалась не так явно, отчего мне хотелось поскорее отыскать Диму и укрыться хоть в небольшой тени. Найти трактор в еще молодых невысоких зеленых стеблях было проще простого. Но вот от чего-то самого Димы видно не было. Я быстрым шагом направился к трактору. Никого. Я вновь осмотрелся по сторонам — бескрайние и безжизненные просторы зеленых рядов кукурузы. Обернувшись, чтобы вернуться к машине я подпрыгнул на месте еле сдержав вопль, застрявший в моем горле.

Прямо передо мной стоял мужчина. Он был смуглый, с густой черной бородой. На голове была надета соломенная шляпа с широкими полями, что тщательно скрывала его лицо (хотя видеть его было не обязательно, ведь прожигающий, немного враждебный взгляд ощущался и так). Он был в хорошей физической форме и казалось, что сейчас выхватит откуда-то лопату и снесет мне голову.

— Что нужно? — спросил он хрипловатым голосом. Он дернул рукой и я, бросив на нее быстрый взгляд заметил жуткий шрам. На его предплечье буквально не хватало половины плоти, отчего оно было сильно деформировано. Я вспомнил историю о ранении Димы в той пещере и неуверенно спросил, не веря своим глазам.

— Дима это ты? — он слегка приподнял поля своей шляпы, открывая мне свое лицо, усеянное мелкими шрамами. Его взгляд не излучал радушия, но в нем где-то отдаленно я и правда видел прошлого его…

— Нашел все-таки. И зачем притащился? Будешь меня упрекать в том, что произошло или может хочется чего более кровожадного?

— Нет, — заметно, что жизнь и без меня ему уже очень сильно наподдала, раз он в свои 27 выглядит на все 40, да и этот шрам… Он просто бы не сумел помочь. — Я хотел бы от тебя услышать о том, что случилось два года назад в той пещере, — услышав о пещере, он изменился в лице и голос его захрипел пуще прежнего.

— Мне не хотелось бы говорить об этом.

— Я все понимаю…

— Да ни черта ты не понимаешь! То место, то существо… Это не то, что можно понять! Оно не из нашего мира.

— Что ты хочешь этим сказать?

— То, что сказал.

— Дима, я разве о многом прошу? В память о нем… Я должен знать.

— Ты ведь не отцепишься от меня?

— Нет.

— Хм, ладно. Но не сегодня, — он взглянул на солнце палящее прямо над нами. — Я расскажу тебе все, чтобы ты больше меня не донимал. Это не быстрый разговор, а вечером у меня свои дела.

— Спасибо, — на это он лишь недовольно фыркнул. По всей видимости и правда для них всех даже вспоминать об этом месте непросто. — Ты не подскажешь где я могу остановиться до завтра? К тебе в гости я не стану напрашиваться.

— Поезжай к нашему председателю. Он мужик вредный, но дашь ему денег, и он непременно поможет, — сказав, где его найти он вернулся к своей работе, а я побрел к машине.

С каждым шагом, я все отчетливее слышал, как колотится моё сердце. “Оно не из нашего мира” - вновь и вновь гудело у меня в ушах. И предвкушение того, что уже скоро я узнаю больше о произошедшем в тот день, заставляло забывать дышать.

Подъехав к офису председателя, я даже удивился, ведь по меркам всей деревни, здесь было довольно оживленно.

Неподалеку от входа стояло двое пожилых мужчин, которые на весь двор вели разговор. Я невольно стал его свидетелем (так как это просто невозможно было не слышать).

— Слыхал, у Митрича вчера опять коза пропала, — сказал один.

— Да ладно? Это уже какая пятая?

— Седьмая за два года! А сколько птицы пропало так это и не сосчитать.

— Да, что там твои птицы, они мелкие, вон у Ольки на прошлой неделе корову сперли.

— И никто не слышал?

— Нет, хотя кровищи в хлеву было выше крыши. Поди псих какой.

— Думаешь из местных?

— У меня есть одна мыслишка, — они бросили на меня подозрительные взгляды и в три секунды осмотрели с головы до ног, пока я проходил мимо.

— Нужно будет понаблюдать и возможно пару-тройку ловушек поставить…

Разговор оставался позади меня, но из головы пока не шел. Два года, где-то столько же времени прошло с тех пор, как Дима здесь поселился. Так неужто ли эти местные подозревают его? Да на кой черт ему сдалось воровать их скот…

Войдя внутрь здания меня встретила женщина, с максимальным пафосом сидящая и что-то набирающая на своем допотопном ПК. Взглянув на ее прическу, мне показалось, что сейчас оттуда на меня выскочит какая-то птица, от этого было забавно. Пока я к ней не обратился, она даже не смотрела на меня, да и потом сделала такое лицо, будто я ей денег должен. Объяснив зачем пришел, она хмыкнула и сказала, что раз я не записался, то нечего мне тут слоняться. Но небольшое денежное пожертвование, ее смягчило и она так радушно меня принимала, как родного. Женщина не просто махнула на дверь, как тут у них заведено, нет. Она вскочила из-за стола, чуть его тем самым не перевернув, схватила под руку и потащила за собой. В мгновение ока я уже стоял в кабинете, застеленном коврами, с огромным дубовым столом и не менее огромным мужчиной за ним. Он сидел в дешевом костюмчике и подписывал какие-то бумаги. Я поздоровался, и он на миг приподнял на меня взгляд, который быстро опустил на стол. Какие же здесь все приветливые, я был просто шокирован. Для такой крошечной и убогой деревни, руководство здесь было явно слишком высокомерным и напыщенным. Что ж я за свои 30 с небольшим лет, живя в столице уже успел повидать немало таких вот чиновников, поэтому подошел к делу со всей ответственностью.

Я буквально в одно предложение уместил свою проблему, а затем положил перед ним несколько купюр. Он прикрыл их кипой своих бумаг и сложив руки пристально на меня взглянул, показывая свою вовлеченность. И я повторил свою просьбу — мне было нужно место для ночлега. Тот несколько минут подумал, что-то полистал и затем поднялся из-за стола. Приобняв меня за плечо, он повел меня в сторону двери.

Миновав приемную, он быстро отдал своей помощнице указания о том, что в течение получаса его на месте не будет.

Он поинтересовался есть ли у меня машина, и я кивнул в ее сторону. Он закивал головой и сказал, что мне будет лучше оставить ее здесь. По его словам, тот дом никем не охраняется и нет гарантий, что она будет стоять на месте если я оставлю ее без присмотра. Лично мне показалось, что он просто прикинул, что обратно прийдется идти пешком, вот и придумал такое. Впрочем, спорить я не стал: здесь, так здесь, надежней, так надежней. Взяв свои вещи, мы сели в его старенькую побитую жизнью машину и медленно двинулись по кривой дороге, постреливая шишками из-под колес.

Мы тянулись минут 15, время, которые лично мне казалось вечностью, ведь председатель решил поболтать и без умолку задавал мне вопросы. Когда он услышал, что я приехал к Диме, слегка удивился и стал по тише. Тогда уже вопросы стал задавать я, как давно он приехал, чем занимается, с кем общается. Тот немного подумав сказал, что приехал Дима 2 года назад (эти данные не были новыми), он похвалил его и сказал, что за короткое время он освоил сельское хозяйство, поэтому помогает в полях, которые и держат их на плаву, а также иногда помогает людям со скотом, кому пасет, кому закалывает. Лично он был им доволен, несмотря на некоторые странности. Странность была по сути одна, он куда-то пропадал по ночам с конца июня до начала августа. И абсолютно никто не знал, где его искать, после захода солнца.

И правда это немного странно, учитывая, что эта деревня полностью окружена лесом с одной стороны и полями с другой, здесь просто некуда сбегать. Хотя, для меня узнать, что деревня с населением в 9 человек (не считая председателя и Димы) существует в наши дни, было еще более странным.

Оставшись наедине с собой, я вошел в дом, грустно осмотрелся и даже не рискнул где-то присесть. Открыв окна и двери, чтобы как следует проветрить, я отыскал более-менее чистую тряпку и вытер пыль со стола, стула и занялся местом, где мне предстояло спать. Я конечно не рассчитывал на номер Люкс, но все же и накренившийся дом мне не представлялся. Поэтому я очень радовался, что прихватил с собой спальный мешок.

Выпив кофе, который за столько времени благополучно застыл в моем термосе, я вышел на улицу и осмотрелся. Солнце уже пряталось за острыми верхушками сосен позади моего дома. Недолго думая я решил пойти прогуляться по лесу, пока совсем не стемнело. Там было так тихо, что отчетливо слышалось, как скрипят деревья от порывов ветерка, птицы допевали свои песни, готовясь ко сну, так хорошо, но отчего-то казалось, что за мной кто-то следит. Пройдя несколько метров, я заметил, что деревья здесь сильно изувечены, казалось, что в них били топорами, ломали, а часть просто вырывали с корнями. Четыре рваные полосы, оставленные на деревьях, явно не были похожи на следы оставленные человеком. Ну или насколько должен быть криворуким человек, оставивший все это. Может отметины оставил какой-то зверь? Пока я думал об этом, следуя тропой из изувеченных деревьев, на земле, что была полностью поросшая мхом, я заметил шерсть и капли крови, въевшиеся в кору и листья у самой земли. Может это делает тот, кто ворует скот у местных? Где-то вдалеке послышался холодящий душу рев и птицы взлетели с веток. Мои ноги словно приросли к земле, я хотел развернуться, но все еще стоял и прислушивался, к этому скрипу, к этим умолкающим звукам жизни. Вдруг позади меня громко каркая с ветки сорвались два ворона, и я так сильно испугался, что хотел было бежать вперед, как вдруг, кто-то резким и очень быстрым движением вколотил топор в дерево прямо перед моим лицом. От жути я оступился и повалился на землю. Перед собой я увидел какого-то деда, он вытянул свой топор из дерева и перекинув его через плечо обратился ко мне.

— Эй, приятель, тебе лучше возвращаться. Или ты смерти ищешь? Вечером в этот лес, лучше не заходить.

— Кто вы такой?

— Живу я тут, не переживай ты так.

— Прямо здесь в лесу? — сердце в груди бешено колотилось, и я пытался в полумраке получше разглядеть своего внезапного собеседника, но не выходило.

— Я смотрю сильно тебя напугал, — он крепко обхватил мою руку и в один рывок поставил на ноги. — Не тут, а в деревне. Все свои вопросы, оставь на потом, а сейчас давай быстро убираться отсюда.

Мы быстрым шагом принялись выходить из леса, настороженные крики птиц, отдаленный гул и треск веток, заставляли меня вертеть головой и всматриваться в уже совсем темные заросли. Среди деревьев я заметил, как сверкнули два огромных кроваво-красных глаза и это нечто заревев, продолжило свой путь. Я и не знал, что забрел так далеко и, пожалуй, если бы не этот человек, обратной дороги самостоятельно мог бы и не найти.

Он довел меня до дома и огляделся.

— Закройся в доме и не выходи оттуда до рассвета, - сказал он и хотел было уходить.

— Что это было? Это медведь?

— Нет, это что-то крупнее медведя и в разы сильнее его.

— Вы видели его?

— Да, однажды. К счастью, солнце начало всходить, и оно сбежало, но, если бы мы встретились ночью, думаю, мы бы с тобой уже не разговаривали. Я тебя кстати здесь раньше не видел, ты как тут вообще оказался?

— К приятелю приехал.

— И что же не остался у него? Хотя погодь, это к Димке что ли? — я кивнул, — Тогда все ясно. Так ладно, забирай свои вещи и пошли. Думаю, у тебя там даже чаю не выпить.

Войдя в дом, я забрал у порога свои вещи и последовал за своим новым знакомым, который несмотря на то, что безумно меня напугал, был самым общительным из всех, кто повстречался мне за день. Его дом находился за два от того, куда поселили меня. За забором нас встречали две огромные овчарки, лай которых было слышно еще на подходе. Первым к ним ступил мой спаситель — Сергей. Завидев его собаки сразу поутихли и стали жаться к его ногам, он махнул рукой, и я вошел следом. Собаки посмотрели на меня, но даже с места не сдвинулись. Мы вошли в дом и попали на кухню, где Сергей, как радушный хозяин сразу же включил небольшую газовую плиточку на которой стоял чайник. Только после этого он зажег свет и пригласил меня сесть за стол. Все здесь выглядело таким древним, это в некоторой мере, казалось мне диковинным. Стол и лавки из срубов деревьев, холодильник времен революции, странная раковина, заставляющая усомнится, что в доме есть водопровод. Я рассматривал все вокруг, а Сергей пока рассказывал о себе: что он родился в этой деревне и с рассказов своей прабабки помнит истории о том, как когда-то это было процветающее место, с сотней жителей, где каждый разводил скот, собирал урожаи и чувствовал себя уверенно в завтрашнем дне. Но так как новые поколения стремились вырваться из такой жизни и жить в городах, все начало медленно приходить в упадок. Он был пятым и последним поколением своей семьи (так как детей у него не было), живших в этом месте. Он вздохнул с неким облегчением говоря об этом, ведь его и правда радовало то, что никому больше не придется здесь жить. Хотя скорее всего его дети явно бы уехали из этих мест при первой же возможности и никто не стал бы их за это осуждать.

Предаваясь воспоминаниями, он загремел посудой и быстро развернувшись, поставил на стол чашки с ароматным чаем.

—Это чай из шишек, он поможет восстановиться и набраться сил. Заваривал по бабушкиному рецепту, думаю ты там в своем городе такого и не пробовал, — я поблагодарил и не раздумывая сделал глоток. Что ж я немного кривил душой, ведь “там в своем городе”, я пару раз заказывал себе чай из шишек, но… Он и правда и близко не лежал с тем, что сейчас горячей струйкой наполнял меня изнутри.

— И правда очень вкусно. Спасибо. В дверь заскреблись собаки, тихо поскуливая.

Сергей поспешил открыть, и они заскочив внутрь скрутились калачиками у его стула.

— Я думал они у вас за сторожевых.

— Так и есть, но им страшно, они чувствуют присутствие зверя, так зачем мне их нервировать? К тому же я не хочу, чтобы оно их утащило.

— Это вы намекаете на пропажу скота у местных?

— Откуда ты знаешь?

— Слышал сегодня у офиса вашего председателя.

— Все ясно. Да, ты прав. Многих оно утащило, тихо так, никто даже не заметил. Да и следов никаких не осталось. Вон в лесу живого места нет, все переломано, а как ворует, так аккуратно.

— Так может быть это не одно и то же существо? Возможно ворует человек? И просто удачно совпало, что в лесах бродит это самое нечто.

— Я все же не думаю, что это так.

— Но почему? Может быть кто-то ворует, отводит туда и кормит зверя? Намеренно, — Сергей на мои вопросы, ничего не стал отвечать, просто гладил своих псов, не сводя с них взгляда. Отчего-то мне показалось, что знает он гораздо больше, чем говорит. — Могу я у вас про Диму пораспрашивать? — спросил я, сделав еще несколько глотков.

— Валяй.

— Он рассказывал когда-то о своем прошлом?

— Конечно рассказывал. О том откуда приехал, где учился, про семью чуток рассказывал.

— А он называл какую-то причину для своего переезда?

— Хм, — он потер подбородок, — Не припомню. Он вообще не очень-то разговорчивый, - не очень-то разговорчивый?! Иронично. Раньше Дима был самым общительным и разговорчивым человеком, которого я знал. Впрочем, встретившись с ним лично, я уже не очень удивлен этому. Он и правда кажется совсем другим, совершенно незнакомым мне человеком. — А, что он что-то натворил, ты поэтому здесь?

— Нет, он ничего не сделал. Просто до переезда сюда, он с друзьями был в горах, мой брат так и не вернулся оттуда. Мне хотелось бы узнать больше о том, что произошло.

— О таком, он точно не говорил, я бы запомнил. Ты ж говоришь, что были еще ребята с ними, почему у них не узнать?

— Я пытался. Хотел бы узнать все версии, — я немного сьюлил, ведь правда показалась мне немного неправдоподобной, а мешать Диминой дальнейшей жизни мне бы не хотелось.

— Ясно-ясно.

— Вы главное не подумайте, его вины в произошедшем нет никакой.

— Да я и не думал. Хотя это бы многое объяснило.

— Например?

— Хотя бы то, что молодой, перспективный человек поселился здесь, в богом забытом месте.

— Мне кажется, вы чего-то недоговариваете.

— Кто знает. Но повторюсь, ничего такого я не думаю. Как он поселился здесь, мы много времени проводили вместе. Я всему его учил, мы вместе ходили на охоту и рыбалку, зимой он даже жил у меня, так как в его доме печь уже совсем износилась и не греет. Поэтому свое представление о нем я сложил, и никто не сможет его изменить.

— Рад это слышать. Мне не хотелось бы как-то влиять на его жизнь здесь. Расспрошу его и уеду.

— Тогда думаю тебе лучше поужинать и ложится, а то он встает в 5 утра, и не знаю, захочет ли он тебя долго ждать, ведь дел в поле сейчас невпроворот.

— Спасибо.

Хозяин дома принялся разогревать имеющуюся у него кашу, к которой он отрезал мне добрый ломоть хлеба. Наевшись, я умылся и расстелив мешок на полу кухни лег спать. Сон никак не шел, дом скрипел и не получалось расслабиться. Услышав шаги, я чуть привстал и увидел Сергея.

— Я тут подумал, и решил, что ты все же должен кое-что узнать, — сказал он, опускаясь на скамейку.

Утром я проснулся оттого, что на меня сверху что-то давило. Оказалось, что обе овчарки решили лечь прямо на меня. Ну что же лучшего места для сна и правда тут было не найти… Выбравшись из их “плена”, я попытался высвободить свой мешок, но неудачно. Сергей вновь выручил меня появившись на пороге и скомандовав им, цитирую, “выметаться” на улицу. Собаки повскакивали и я, быстро открыв им дверь выпустил во двор. Скрутив мешок, я переоделся и после утренних процедур, поблагодарив от души хозяина дома, отправился за своей машиной. Что ж ехали мы до этого дома явно дольше, чем можно было пройти пешком. Убрав с лобового стекла нападавшие за ночь иголки и листья, я спрятал свои вещи и поехал к Диме.

Он сидел на срубе у ворот дома, по всей видимости ожидая меня. Выглядел он крайне уставшим, словно всю ночь вагоны разгружал... Поздоровавшись, он поднялся и даже пожал мою руку, хотя я уже приготовился, как неловко буду ей махать в воздухе, когда он ее проигнорирует.

Его дом не отличался роскошными условиями. Все было таким же древним, слегка искривленным и жутко пыльным. Наверное, поэтому Дима предложил выйти на улицу в нечто напоминающее беседку. Я не стал отказываться. Так как было рано, в воздухе еще витала прохлада, начинали щебетать птицы, и сладковатый запах цветов и влажной земли создавали приятную атмосферу. А когда передо мной появилась еще и чашка горячего кофе — это утро уже претендовало на звание лучшего.

Дима садясь напротив, положил рядом с собой на столе свой смартфон и пачку сигарет.

— Не уверен, что мой рассказ хоть чем-то тебе поможет, но раз ты проделал весь этот путь, то я обо всем расскажу и покажу.

— Спасибо тебе, — на это он недовольно хмыкнул и начал свой рассказ.

— Два года назад, мы компанией из 6 человек отправились дикарями на 5 дней в горы. Думаю это ты отлично помнишь, ведь самолично тогда привез нас с твоим братом на вокзал и проводил в путь. Путешествие началось отлично, все были в прекрасном настроении, никто ни на что не жаловался, да и погода обещала быть то, что нужно. Приехав на место, мы еще порядка 5 часов тряслись по извилистым полуразрушенным дорогам, пока нас не высадили у начала нашего маршрута. Перекусив и закупившись водой, мы отправились покорять горы, — сказав это он повернул ко мне телефон показывая их совместное фото сделанное на дороге, окруженной лесом. Все смеются, обнимаются, они и правда очень долго ждали этой поездки. — Это было не первое наше подобное путешествие, поэтому мы хорошо ориентировались в знаках оставленных на деревьях, отметили на картах родники, чтобы не умереть от жажды и по возможности придерживались туристических маршрутов. Где-то к часам 5 вечера, мы уже добрались до запланированного места ночевки. Пока парни устанавливали палатки, девушки что-то готовили на костре. Подкрепившись, мы попивали какао, играли на гитаре, грелись друг о друга и наблюдали прекрасные виды гор, укутывающихся в густые облака на фоне безграничного звездного неба, — Дима перелистнул несколько фотографий и вновь повернул экран ко мне. Кадр был очень темным, видно было только свет от костра и довольные лица моего брата и его девушки, укутанных в один плед. — Проснулись мы очень рано, я специально установил будильник на полпятого утра, чтобы можно было понаблюдать за восходом солнца. Но все немного пошло не по плану. Небо было затянуто тучами, а горы были укутаны густым туманом. Казалось, что наше пристанище это единственный клочок цивилизации в этом молочно-белом мире. Собрав наш лагерь и повесив его на плечи, двинулись в путь. Мы собирали грибы, которые потом становились нашим ужином, поедали ягоды, и весело поднимались все выше и выше в горы по каменным тропам, через горные речки. В тот момент ценнее селфи, чем с вершины у нас еще не было. Мы были измотаны, замерзли, но несказанно счастливы, как и десятки людей, которые вместе с нами достигли своей цели, - и я вновь стал свидетелем этого события, запечатленного на фотографии. В капюшонах, во влажной одежде, грязные, но довольные, а позади них неописуемой красоты виды. - Не могло обойтись без курьезов и во время спуска нас застал сильный ливень, мы старались максимально быстро спуститься к деревьям, чтобы переждать там или хотя бы держаться за них во время спуска, так как в считанные минуты наша тропа превращалась в каменно-грязевую скользкую дорогу, по которой просто невозможно было идти.

Я добрался туда первым, затем ловил девчонок, и после вместе мы затащили к нам всех остальных. Так как дождь не прекращался, мы решили двигаться не вниз, а в сторону. Во-первых, нам это было не принципиально, а во-вторых, там был густой лес, в котором казалось возможным укрыться. Мы около получаса шли вперед, как вдруг кто-то заметил впереди вход в пещеру. Кажется, все не раздумывая побежали туда. Вход был довольно узким, весь покрытый мхом и корнями деревьев, но внутри проход становился намного шире, и мы вшестером там без проблем поместились. Пока кто-то разводил костер из сухих веток и шишек, что нашлись в пещере, я принялся рассматривать наше укрытие. Стены были покрыты странными геометрическими рисунками, изображениями прежде невиданных животных. Я удивился ведь куда больше я ожидал увидеть привычные “Здесь был” или нецензурные высказывания. Я сделал несколько снимков, - он показал их мне. И правда эти рисунки выглядели странно. Они укрывали стены снизу и продолжались даже на потолке. - Мы тогда все поухали и поахали, увидев это, а твой брат пока все осматривал, нашел в стене небольшую нишу, за которой скрывался ход вниз. Несколько часов мы спорили, ругались, махали друг на друга руками, ведь все парни хотели спуститься и поглядеть, что же там внизу, а девочки, говорили, что все фильмы ужасов именно так и начинаются и идти неведомо куда и неведомо зачем - глупо. Это и правда оказалось глупым и на следующий день мы в этом убедились. В пещере мы не ночевали, как только дождь закончился мы поднялись немного повыше, чтобы связаться с родными, так как связь в горах — слабое место, там решили свой лагерь и разбить. Следующее утро началось со споров и уговоров никуда не ходить. По итогу только я да твой брат норовили спуститься вниз. Так как отпускать нас одних никто не захотел мы потащили всех за собой. Ведь переубедить нас отказаться от приключения века никто не мог…

Спускаясь мы договорились, что если все будет плохо, страшно или еще как, то мы сразу же вернемся. Это условие всех устроило и мы, вооружившись перочинными ножиками, веревками и конечно же фонариками начали спускаться. Каменные природные ступеньки, были покрыты мхом, и нога при неверном наступе норовила соскользнуть. Мы шли очень медленно, ступая друг за другом. Кто-то позади все шептался о том, что ему все это не нравится, опять были сравнения с фильмами и т.д. Где-то через полчаса мы остановились в небольшом расширении, чтобы попить воды и немного отдохнуть. Девочки уже начали более активно капризничать и упрашивать вернутся, но на удивление, хоть мы и договаривались, что прислушаемся к большинству, продолжили свой путь. Так как я шел первым, то пристально осматривал все вокруг. Даже в этом узком туннеле все стены были покрыты какими-то узорами, символами, а под самым потолком временами тихо попискивая спали летучие мыши. Прошло еще полчаса, и мы вновь остановились. Ноги уже начинали гудеть от усталости, а конца края этим ступеням видно не было. Честно говоря, я уже сам был готов разворачиваться, но твой брат настоял на том, чтобы мы шли дальше. Он сказал, что мы проделали такой путь, потратили столько времени, так может нам осталось всего 5 метров до того, как найти нечто невероятное… Так и случилось, еще через час пути. Ступеньки закончились, и мы оказались в широкой галерее настолько мрачной, что даже свет наших фонариков не помогал. Там внизу было безумно холодно и влажно. Я шел и думал лишь о том, что люди постоянно спускаются в пещеры, изучают их и никаких глупых мистических случаев ни разу не случалось, но отчего-то все крепче и крепче сжимал фонарик и нож, который держал наготове. Мы прошли метров 20 от ступенек, а девочки взвизгивали от каждого шороха. Несколько летучих мышей полетело на них, я повернулся на всеобщий гомон, как вдруг что-то резко ударило меня по руке и откинуло к стене. Боль сковала меня, я чувствовал, как кровь просто фонтаном бьет из открытой раны на моей руке. Я закричал всем бежать, сам мысленно готовясь остаться в этой пещере и дальше истекать кровью. В этом мраке вместе с нами было что-то еще. Оно ловко уворачивалось от света, и все, что удавалось разглядеть так это его длинную мерзкую тень. Кто-то подставил мне плечо и крепко затянув веревку выше моей раны, прижал какой-то кусок ткани. Все старались плотно держать фонарики и осторожно отходить к лестнице, как вдруг твой брат внезапно упал и это “нечто” утащило его с собой. Его вопль все отдалялся и отдалялся от нас, а мы уже летели вверх по ступенькам. Я из последних сил просил вернуться за ним, просил, но из-за потери крови, я даже не помню, как мы выбрались оттуда. В этом узком тоннеле, все были легкой добычей и, наверное, это чудо, что мы выжили. Хотя какой ценой… Очнулся я в больнице через несколько дней после случившегося. Когда пришел в себя я некоторое время вообще ничего не помнил, мне казалось, что я поскользнулся на ступеньках и по всей видимости очень сильно ударился головой, но затем, когда рука стала ныть, я обо всем вспомнил. Жуткие крики, шорохи, боль, все это… Внутри себя я чувствовал какие-то перемены и мне было просто невыносимым находится в социуме, встречаться со своими друзьями, встретиться с тобой. Я чувствую свою вину в произошедшем…

— Ты ведь так пострадал, глядя на твой шрам, я могу представить, что произошло… В этом нет твоей вины. Я знаю заядлость своего брата, и верю тому, что продолжать ваш путь эта была его инициатива. Спасибо, что поделился со мной, — на это он вновь что-то неразборчиво хмыкнул себе под нос и спросил:

— И зачем тебе было так важно узнать обо всем? Стало легче?

— Ты довольно подробно обрисовал, где эта пещера находится, поэтому...

— Стой, — он ударил кулаком по столу, — Только не говори, что собираешься туда спуститься?!

— Теперь точно собираюсь.

— Ты что чокнутый и не слышал, о чем я тебе рассказывал?

— Слышал. Но мой брат в той пещере.

— Я в шоке, ты это видишь? Точно видишь? — он приподнял свою руку, — Это оно меня еле коснулось! Если бы ему удалось выжить, ты не думаешь, что он бы непременно выбрался наружу?

— А что, если он не может вернуться.

— Что ты имеешь в виду?

— Знаешь, — я на мгновение запнулся, вспоминая ночное откровение Сергея. Он пришел ко мне, решив рассказать, что видел однажды в лесу. “Увидев, как Дима отправился на закате в лес, я побежал за ним, думая, что он не знает о существовании опасного зверя. И как только солнце село, его тело стало меняться, кожа покрылась густым темным мехом, глаза налились кровью, а из пасти доносился животный рык. Я наблюдал за всем из кустов не дыша, надеясь, что он не заметит меня. Он творил безумства явно о которых с утра мог и не догадываться, так как вел себя, как обычный человек. Это происходит с ним только летом, и то не все время. В холодную пору он жил со мной, я точно знаю, о чем говорю. Ты можешь посчитать, что я спятил, но я говорю то, что видел и только тебе я могу рассказать об этом и тебе решать, как быть с этой информацией. Жители деревни не должны об этом знать. Они явно догадываются, но наверняка не знают”. Мне не хотелось подставлять Сергея, поэтому пришлось на ходу придумывать свой ответ, — Я пробыл в этой деревушке всего один день и несмотря на то, что жителей тут раз два и обчелся, сплетни распространяются очень быстро. Все всё друг о друге знают, кто, когда где дыхнул, но никто не знает куда ты пропадаешь по ночам, но в то же время все говорят о жутком чудище, орудующем в лесу и ворующем скот вот уже два года. Совпадения конечно бывают, но не такие. История, что произошла с вами в той пещере тоже не натягивается ни на одну голову, но я верю, что у всех вас не могло случиться коллективного помешательства. Поэтому и в то, что эта твоя рана могла привести к последствиям — тоже верю.

— Бред.

— Если так, то куда ты пропадаешь?

— Это не твое дело.

— Так может разрешишь сегодня остаться у тебя на ночь? Нет? Я сегодня же уеду и больше никогда сюда не вернусь, так зачем скрывать? Впрочем, твое молчание говорит о многом.

— Ты вообще себя слышишь? Мне кажется ты помешался после гибели брата.

— Как знать. То, что случилось и правда было тяжело принять. И, пожалуй, впервые за всю жизнь я был счастлив, что родители не дожили до этого дня и им не пришлось слушать все это и страдать. Но после твоего рассказа у меня все же есть крошечная надежда.

— Делай что хочешь, а сейчас убирайся отсюда. И больше никогда не ищи меня.

— Мне жаль, что с тобой такое случилось. Надеюсь это пройдет, и ты сможешь жить спокойно, — я положил руку ему на плече и на мгновение задержавшись покинул двор.

Подходя к машине, я услышал, как чашки с грохотом разбились о стену дома. Выходит, все это было правдой. Что ж неудивительно, мой пазл тоже складывался в этом направлении: спрятался в богом забытом месте, живет отшельником, выглядит потрепанным и измученным, пропадает по ночам, ворует скот, чтобы питаться. Прокручивая это в голове, мчась по дороге обратно домой, я диву давался, что все это реальность, а не сон. Оставалось дело за малым — найти эту треклятую пещеру и спустится в нее.

Вечером того же дня, по приезду домой, я вновь отправился в путь, захватив пару вещей, которые могли бы мне пригодиться. Дорога была изматывающей, я несколько часов поспал в машине на обочине и залив в себя кофе на заправке, продолжил приближаться к месту назначения.

К горам я подъехал, так близко, как только мог. Оставив машину, я взял рюкзак с веревкой, сигнальной ракетой, мачете, и всякой прочей мелочью и отправился по маршруту подъема к вершине. С Диминого рассказа следовало, что спускаясь, их застал ливень и они двигались не по тропе, а к деревьям, и углубившись в лес нашли вход в пещеру.

Легкая усталость давала о себе знать и подъем вверх был труднее обычного. Несколько раз я останавливался, чтобы отдохнуть и утолить жажду и где-то на середине пути, когда солнце уже начало прятаться за горы, понял, что пора разбивать “лагерь”. Поставив палатку, чуть поодаль от маршрута, и пожевывая злаковый батончик, я думал о том, не слишком ли быстро решился на все это. Два года ожиданий, построения каких-то планов, я в мельчайших подробностях представлял, как встречусь с Димой, и вот я уже сижу тут, неподалеку от того самого места, которое так жаждал найти.

Всю ночь я так и не сомкнул глаз, сидел укутавшись в плед и не сводил взгляда со звездного неба. Как же красиво.

Рано утром, как только взошло солнце, я продолжил путь, пробираясь через густой туман. Видимость была очень плохой — ничего дальше вытянутой руки видно не было. Чтобы не описывать еще три дня моих идентично безрезультатных поисков, скажу просто, что я был близок к тому, чтобы сдаться, ведь вновь появилось странное ощущение, что за мной кто-то следит, такое же, как было в “Сосенках”. Мерзкое чувство. Из-за него по ночам любой шорох, треск ветки или даже завывание ветерка не давали мне уснуть. Но мое упорство все же было вознаграждено и причем совершенно случайно. Блуждая по лесу, я заметил, что под кучей листьев в грязи лежит что-то большое. Потыкав в это “нечто” палкой, я осознал, что это походный рюкзак. Бирка на нем сохранилась и оказалось, что это рюкзак одного из приятелей моего брата. Это могло означать только одно — я был близок.

В скором времени я нашел и его рюкзак. Вещи уже были не пригодными, так как под действием природных условий и времени, в большинстве своем сгнили. Аккуратно положив его на место, я поднялся на ноги и не поверил своим глазам. Вот же он, узкий проход, укрытый мхом и корягами, все точно так же, как и на той фотографии (я специально сравнил то, что было передо мной со снимком, присланным мне однажды). Я склонился перед входом обхватив свои колени, словно благодаря судьбу, что все-таки довела меня. Переведя дыхание, я достал фонарик и мачете, после чего закинул свой рюкзак обратно за плечи и пристегнув его на груди, просочился в пещеру.

Что ж здесь и правда было довольно просторно. Направив фонарик на стену, я увидел те самые рисунки, о которых мне рассказывал Дима. Без сомнения, они здесь были оставлены не просто так и возможно даже имели какой-то смысл, но разгадывать его не входило в мои планы. Найдя ступеньки, я сделал глубокий вздох и стал спускаться.

Сердце с каждым шагом просто выпрыгивало из груди. Вонь, исходящая из самых глубин, дурманила голову, а проход казалось с каждым метром становился все уже и уже. Не знаю, сколько времени я уже шел, но казалось, что прошла целая вечность. Под потолком запищали летучие мыши, подняв голову я чуть приподнял фонарик и они, слетев со своих мест полетели прямо в меня. В миг перед тем, как я отправился в свободное падение, передо мной открылся рисунок на потолке, который тщательно охраняли летучие мыши. “Зверь” - успел подумать я, а затем все погрузилось в полнейший мрак.

Когда я открыл глаза, осознавал, что лежу на холодной мокрой каменной кладке. Голова трещала будто по ней молотком ударили. Было трудно дышать, и первые пару минут, пока я пытался настроить свое зрение (у меня все просто плыло перед глазами), я вообще не был уверен в том, что могу двигаться. Как долго я тут лежу? Я заметил, что мой фонарик валяется на расстоянии вытянутой руки от меня и благо все еще работал. Я застонал и слегка повернул голову, вглядываясь в темноту галереи, которая не исчезла бы включи здесь прожектор, что уже говорить о крошечном фонарике. Голова запульсировала и каким-то образом сумев прикоснутся к ней, я осознал, что кто-то наложил на голову повязку.

— Не двигайся, — послышалось справа от меня. Схватив фонарик, я посветил в сторону голоса. На ступеньках кто-то сидел. Его глаза хищно сверкнули, и он поспешил подняться на ноги. Тогда-то я осознал, кто стал моим спасителем.

— Дима? — несмотря на очевидный шрам на руке, он был гладко выбрит и выглядел гораздо моложе и живее, чем пару дней назад. Да даже голос его звучал иначе. Не побоюсь этого слова, как раньше.

— Вот ты засранец, я совершенно не собирался спускаться сюда, — фыркнул он, разминая спину.

— Тогда почему?

— Потому что твоего брата на моей совести будет достаточно. Если бы я знал к чему приведет мой рассказ, уж поверь и слова бы тебе не сказал. Или отправил бы тебя куда подальше, увлекательное путешествие, прочистило бы твои мозги.

— Но…

— Что за “но”? Ты можешь встать? Тебе нужно отсюда убираться и как можно скорее.

— А ты?

— Я пока не могу этого сделать.

— Что ты имеешь в виду, я без тебя не пойду, — я присел, а тело просто гудело, но вроде бы чудом все кости уцелели.

— Ты неподвижно пролежал здесь 4 часа, я уже думал, что и не очнешься. На дворе сейчас ночь, поэтому ты пойдешь один.

— Подожди-подожди, ночь? Но ты ведь человек…

— Я тоже удивился, когда не обратился, — он посмотрел на свою руку, — Возможно виной тому действие пещеры или просто мы находимся так глубоко, что тут действуют свои законы, но сейчас я такой. Но поднимись мы хоть на 100 метров вверх, я не могу гарантировать твою безопасность.

— Тогда давай дождемся утра.

— Тоже вряд ли.

— Почему?

— Потому что я слышу, как оно скребется. Я не знаю почему оно не нападает, может его твое мачете напугало, — он поднял его со ступенек и помахал в воздухе, довольно улыбаясь. — Шутки шутками, но я определенно слышу его, и оно гораздо ближе, чем было раньше. Только этому созданию известно, что скрывается в той темноте и насколько длинные эти ходы. Мы не прошли и 50 метров в прошлый раз. Поэтому я настоятельно рекомендую тебе подниматься наверх, а я попытаюсь его задержать.

— Дима, мне твой план не нравится.

— Мало ли что кому не нравится. Ты или делаешь как я тебе говорю или мы здесь умрем. Потому что если я обращусь при тебе, то разбираться кто друг, а кто враг не стану.

— Я не хотел, чтобы так обернулось.

— Прекращай. Я бы на твоем месте, тоже выкинул бы что-то подобное. Вижу стоять ты все-таки можешь, — я кивнул, опершись рукой о стену, — Тогда вперед. И я тебя очень попрошу, больше не падай.

Дима дал мне свой выключенный фонарик и пропустил меня на ступеньки, а сам вышел вперед. Краем глаза в тусклом свете фонарика я заметил нечто быстро приближающееся к нам. Лысое, безобразное, с длинными конечностями и издающее тошнотворно мерзкий звук. Я кинулся бежать. Иногда опускаясь даже на четвереньки. Весь туннель наполнился громкими звериными воплями, я уже слышал их однажды — это был Дима.

Стены содрогались, вой стоял неимоверный. Мои руки и ноги немели, хотелось хоть на минутку остановится и передохнуть, но у меня не было этой минутки. Звуки сражения, что происходило внизу преследовали меня, наступали на пятки и казалось, обернись я хоть на миг, то увижу их кровожадные пасти тянущиеся ко мне. Время потеряло свой счет, я не понимал, бежал ли еще наверх или уже нет, по лицу вместе с каплями пота, я вытирал кровь, сочащуюся из раны на голове.

Внезапно смрад стал ослабевать, а в ушах гудело, будто в них попала вода. Еще пара ступенек и я оказался наверху, в спешке выходя через узкий проход, я зацепился о собственную ногу и упав откатился вниз. У меня не было сил подняться на ноги. Я лежал и смотрел на светлеющее над головой небо и жадно полной грудью наполнял себя свежим воздухом.

Когда я в следующий раз открыл глаза, солнце уже висело прямо над соснами. Я присел, опершись на дерево, очень хотелось пить, но мой рюкзак по всей видимости остался в пещере. Я взглянул на руки, они все были в крови, я сбил их пока бежал вверх, но даже не ощущал этого. Осторожно поднявшись, я увидел пещеру и от удивления, чуть вновь не оказался на земле.

— Нет... нет.... нет, — вырывалось у меня, пока я пытался подняться к проходу.

Место, которое еще несколько часов назад выпустило меня из ада, было завалено камнями. Как же Дима? Он же был там, неужели… Я схватился за голову, все опять плыло. Опустив взгляд на влажной земле, я заметил огромный звериный след. Его ли? Так значит он выбрался или же это чей-то другой?

Стоять здесь и глазеть, не было никакого смысла. Никто бы не ответил на мои вопросы. Найдя длинную палку и опершись на нее, я вышел на туристическую тропу. Тут же позади меня послышались крики и визги и обернувшись я увидел компанию туристов, следующих за своим проводником-экскурсоводом. Я завертел головой пытаясь понять, чего они испугались, а затем осознал, что испугались они именно меня. Весь в крови и грязи, в порванной одежде, то еще чудище.

Они посчитали, что я упал во время схождения и заблудился в лесу. Такой вариант мне вполне подходил, ведь тот, что был реальным им бы вряд ли пришелся бы по вкусу, а на то, чтобы придумать какой-то другой у меня просто не было сил. Меня напоили водой и помогли спуститься вниз, где меня уже ждала скорая.

В больнице я пробыл дней 5. Первые дни я практически не помню, так как находился в каком-то бреду. Вновь и вновь мне снилось, как я бегу по той лестнице, а затем все вокруг заваливало камнями. Когда я уже пришел в норму, то стал более осознанно думать обо всем произошедшем. Перед своим падением, картина, что я увидел на потолке пещеры, это был всего лишь фрагмент, но на ней точно был изображен зверь, сродни тому, в которого обращался Дима, и он стоял сверху на том мерзком создании. Значит ли это, что события сегодняшних дней уже происходили в прошлом или же это было будущее? Я склоняюсь к первому. Если так подумать, то Дима стал обращаться в зверя после того как его ранило то существо. Но разве в таком случае не должен ли был Дима превращаться в подобное существо, а не в кого-то напоминающего оборотня? Зачем ему обращать кого-то в своего противника… Нет, думаю, оно и не подозревало, какой эффект вызовет это ранение (хотя, как по мне оно вообще не относилось к разумным существам). Выходит, что клетки или даже частички плоти зверя, существовавшего ранее, хранились в его когтях и после того, как рука Димы была разорвана их плоть смешалась, тем самым породив нового зверя. Озвучь я это кому-то меня бы отправили в совсем другое заведение, однако эта моя “безумная” теория многое объясняла. Кроме этого она объясняла и судьбу моего брата. Теперь у меня не было сомнений в том, что с ним случилось после того, как существо утащило его за собой… Подводя итог, выходит, что какими-то неведомыми высшими силами всем нам было уготовано оказаться там, где мы оказались и все наши действия вели к тому, чтобы история повторилась...

Я сидел, обдумывая все это и слезы сами катились из глаз. Сейчас где-то в глубине души, смерть казалась мне гораздо лучшим исходом, чем превратиться в нечто подобное и я ощущал облегчение. Наверное, такое же облегчение, которое испытывал Дима, оставаясь там в пещере один на один с этим существом. Ведь там пусть и ненадолго, но он вновь стал самим собой.

Теперь все точно закончилось. Забыть события этих дней мне конечно никогда не удастся, но я постараюсь жить дальше. Помня о том, что мы далеко не единственные существа населяющие нашу планету и кто знает, возможно ваш сосед, коллега, знакомый или даже родной брат окажется кем-то иным… чем-то иным.