Отродье

Глава 1

Во все века, что человек на земле пребывал. Он умирал. Такова уж судьба всего сущего в этом мире. Этот закон, над которым не может быть властен никто, даже самый почтеннейший рыцарь. Всё, потому что грешность человечья выходит из границ. Всё, потому что не достоин жить больше положенного любой живой организм. И такова судьба богатства в Божественной игре. Пусть жизнь дана, но ты всегда убит, иль пал в грехе.

Мысли потоком пролетали в голове, что не понимала никакой речи. Будто за неё кто-то выразил этот монолог в пустоту. Тяжёло прошагивая каждый шаг, по окровавленному пути шёл немой, оглушённый чужими мыслями, пустой и в то же время полный дум – Отродье. Он сам дал себе имя на непонятном мычание "страдалец, мученик, жертвенник судьбы", но все эти смыслы вели к одному – Отродье. Чужак грешного мира, обитающий в непонятной субстанции, что каждую минуту пополняется новым трупом. Даже сейчас он нёс чей-то труп, на изуродованной тяжёлой работой спине.

За что постигла его кара? Доподлинно неизвестно, но немой проживает здесь с самого зарождения сущего и не чувствует ничего. Такова истинность пустоты, что терзает его муками. Но ему не ощутить этой боли в груди, он существо, что никак не умирает, потому его некому спасти из плена адских мук. Он волочит по земле чьё-то тело, снова его глаза больше похожие на два костра пылают. Не потому что ему нравится то, что он делает, хотя безусловно, он привык. А, потому что он не имеет понятия сострадания, того чувства, что возвышает человека над всем остальным миром. Отродье не способен возвыситься, не способен уловить даже смысла первородного и чистого человеческого чувства.

Здесь нет никого, кто его презирает, но увы нет и тех, кто сочувствует. Возможно бы, в нём пробудилось чувство, если он знал значение жалости. Но только давно отсыревшие в крови кости наполняют этот мир, больше похожий на чистилище.

Немой сделал усилие и опрокинул очередное тело в кучу подобных ему. Застывшее чувство ужаса в каждом из них выражалось в опухнувших изломанных лицах. С многих уже сползла кожа и мускулы. Только кости проложенные вдоль тропы, исчисляемые в миллиардах, оставались неподвижны.

Никто из живых людей невозможен в этом месте, как невозможен пёстрый полевой цветок в глубине пустыни. Отродье, возможно, и не осознавал своего желания, но когда-то давно он мечтал о человеке. Не таком, что подкидывала ему жизнь, а о живом. О человеке чувственном, поражающем столь простое воображение сущности.

Вновь мычание больше походившее на плачь ребёнка отражалось эхом по всему простору. Он один, совсем один в этой пустоте. Он один должен выполнять работу, которую взвалили на него. Лишь инстинктами понимая свою никчёмность. Вот каков Отродье, вот каков Бог в гневе по отношению к своим созданиям, вот каков строй мира для него одного. И всё это небесная кара, случившаясь в одночасье, и не заканчивающаяся никогда более.

Он закрыл глаза, чтобы на миг перестать видеть красные от уродства лица. Достаточно было всего лишь мига, чтобы услышать мягкий женский стон, доносившийся из пустоты. "Это сон" табличкой пронеслось в мыслях. "Это сон" мысль чуждая в подобном мире, ибо немой не мог спать, был лишён возможности на что-либо, кроме работы. "Это сон" фраза, что заставила открыть глаза сущность и задёргаться в жестокой лихорадке. Человек... Это человек... Не мёртвый...

Тело свело судорогами, глаза заморгали, но он не почувствовал ничего болезненного, кроме чего-то внутреннего. Словно в жароварне, в нём сейчас плавилось сердце. Символ его жизни пылал так ярко, чтобы умереть в тот же миг. Он воссиял ярче звезды, всего на секунду, от осознания, что он не единственный в этой пустоте.

Отродье умер, обманувшись иллюзией стона.

Отродье умер, поверив, что он не один.

Отродье умер...