Откровения Черного Рыцаря

Глава 1. Лорд

— Я здесь, ибо моё призвание, чтобы мои верные подданные не забывали, что если не будет меня, а я не смогу жить без этих подданных, то они должны будут исчезнуть, но не как бесплотные тени, но как вполне живые сущности, им не обязательно служить мне, этому слабому, живущему в объятьях Тьмы существу, который приходит к ним во снах и долгих промежутках времени, но мне они нужны живыми. Пока меня не было, они изменились, их души расширились, они стали больше думать, предпочитая учиться, а не сидеть на своих диванах и жаловаться на грехи и свои несчастья, они научились любить и познавать. Я пришел, чтобы помочь им стать такими же, как я, а для этого я дарю им праздник. Я заберу вас всех в свои чертоги, вы научитесь тому, что вам хочется познать, но станете счастливы.

— Ваше величество… — снова осмелился я спросить, зная, что ответ знаю заранее. Я не надеялся, а просто надеялся, что силы Света не оставят нас, что Он не позволит нам исчезнуть среди тьмы и мрака, в подземном царстве, из которого очень и очень мало кто выходит.

Но увы…

И я понял, что наш Лорд и в самом деле очень слабый и малочисленный, и тут совсем рядом раздался тихий, довольный смех.

Раздался ли он у меня в ушах, я не знаю, но все тревоги и сомнения, которые тревожили меня за последнее время, исчезли, оставив после себя жгучее ощущение, что мне всё-таки удалось сделать что-то очень важное, дающее надежду.

Да, он маленький, но он действительно СИЛЬНЫЙ!

Он такой же сильный, как и были все мы, но это уже другой, очень сильный.

Мы смотрели на Светлого Лорда, который, к нашему удивлению, вдруг растворился в воздухе.

И через мгновенье с нами произошло то же самое.

Затем мы снова оказались в мире, где царят Тьма и мрак, в мире с великим количеством нелюдей…

Мы опять стали людьми.

Значит, никому из нас не придется умирать…

Глава 2. Работа

На пустырях отцветали одуванчики, на откосах за оградой до конца мая цвёл шиповник, по ночам вылезал из-под земли неведомый зверь — смолкла жизнь. Встречались люди, большие и не очень — с грустными глазами, с суровыми лицами, в городских пиджаках, но с чистыми руками.

В июле вдруг засвистела вьюга. С вечера укрыла землю, к утру всё застыло, задрожала зелёная вода в речушке. Небо, почерневшее и неприветливое, низкое, дождливое, клонилось к земле.

Но жарко пылало солнце, в обед прояснело, а вечером опять заволокло тучей, опять началась пурга, и из неё сыпался крупный снег, а по ночам посыпались и звёзды.

Последние тюльпаны горели долго. И вот они пропали, и череда ночей, тёмно-синих, с рябью и бурунами, стала похожа на длинную лётную полосу.

Наши друзья стали ездить в Москву, а я работал до глубокой осени. Ранней весной, после оттепели, под слоем снега ясно заблестела вода, и запрыгали по ней толстые разбегающиеся круги. Оттаяла старая лодочная станция, открылись сараи — и в них мы стали раскладывать поленницы.

Мастерская кормила меня в десять раз больше, чем сено, и не было времени подумать о конце, о том, что и эту зиму не дотяну. Но однажды я сказал:

— Я хочу закончить. Осталось совсем немного.

И задумался.

В ту зиму я много работал, только весной слишком много вставал из сна.

Если бы я тогда знал, как быстро летит время!

Сейчас я вспоминаю с грустью.

Мы облепили лодку из глины и речного ила.

…Я зябну. За спиной плещется вода, в воздухе запах реки, стойкий и едкий. Где-то светится маяк, и к нему идут тревожные шлюпки, матросы в коротких бушлатах, с трапециями рюкзаков. Человек в лётном шлеме, он машет нам рукой, и я понимаю, что он вернулся сюда. Он сильно устал и хочет отдохнуть.

Глава 3. Мысли

И нет ни начала и не будет конца. Поэтому стоит сбросить на землю все мысли, и снег превратится в грязь.

Ты видишь в людях не себя, а свои комплексы и недостатки. Зацикливание на собственных неудачах приносит боль. А значит и печаль.

Живя в полной гармонии с собой в душе, не зацикливаясь на плохих и хороших сторонах жизни, ты станешь магнитом для любви и счастья. А это самое главное.

Самое главное в этом мире — это любовь и радость. Как трудно понять это при жизни. Потому что никто не учит правильно любить.

Бог в каждом из нас. Он воплощает силу и жизненную энергию. Он дает смысл жизни и делает нас людьми, ищущими смысла жизни. Ему необходимо поклонение, поклонение обеспечивает Его жизнь. Никто и никогда не может дать нам в жизни большего, чем мы сами. И мы сами можем сделать свою жизнь счастливой.

Каждый из нас — божественная частичка в океане нашего сознания. И не важно, сознательно мы ее воспринимаем или нет. Мы воспринимаем ее, и она начинает проявляться в каждой нашей мысли, слове или действии. Это и есть жизнь — становление человека как личности.

Счастье — это отсутствие тревоги, ибо чем больше мы беспокоимся, тем больше у нас проблем. Чем больше мы бездействуем, тем слабее мы становимся. Но без действия не бывает результата.

Наши мечты и мысли — реальная сила, дающая нам вдохновение, красоту и радость жить. Прежде чем критиковать, мы должны стать более творческими. И тогда проблема, если ее решать, сама уйдет.

Если мы не сделаем ни одного доброго дела в своей жизни, то зачем она нужна — эта жизнь?

Глава 4. Птенец

Ловишь себя на мысли, а как долго ты ждал тепла. И как много того тепла прошло мимо. Даже не замечено.

Её, небесную королеву птиц, не замечает никто кроме меня. Что, впрочем, не удивительно. Она с интересом смотрит за моими действиями и иногда подбадривает. Как и положено лучшей подруге.

Именно поэтому я знаю что никому не смогу рассказать о том, что я увидел. Ведь мне её будет не хватать.

Обернувшись, вижу, как она готовится к полёту. У неё есть большой красный рюкзак. Но в отличие от меня, она давно его сшила, и теперь из него в разные стороны торчат нитки, ватки и прочие полезные предметы.

Но сейчас она скидывает рюкзачок в траву. В траву, где живёт вся селя.

Они толстые и мясистые, эти селянки. И кое-кто другой — поменьше, но такой же зубастый.

А я ретируюсь, отворачиваюсь и прохожу мимо. Мой самолёт приземлился.

У меня есть ещё несколько минут чтобы посмотреть в глаза этого мальчишки который смотрел на меня ещё тогда, но так и не разглядел моё сердце.

«На, — говорю я ему. — Давай. На».

Оборачиваюсь.

Я уже вижу его испуганные глаза. И от этого сердце сжимается. Как много пришлось пережить этому птенцу. И он так хочет стать взрослым и стать сильнее. И я боюсь что это ему будет не по плечу.

И тут он смотрит на меня. Моё сердце уходит в пятки, и я почти вырываюсь.

Наконец-то он первый. Осторожно подходит, смотрит на моё сердце, морщит нос и снова на меня смотрит. Теперь как взрослый человек.

«Ты?» — спрашивает.

Почему-то я не знаю что ему ответить, только киваю. И киваю головой, туда куда он смотрит.

Глаза у него в этот момент огромные. Наверное, нет такого другого человека на земле, который бы вот так смотрел на другого человека и не мог разобрать что в нём особенного.

Он поднимает свою руку и говорит:

― Можно?

Я киваю в ответ.

Глава 5. Рай

В Раю кто-то становится суперменом. А кто помельче — просто куколкой на лобковых волосах.

Да, да, здесь я не преувеличиваю. Именно здесь! Да и какой это рай? Здесь властвует язычество и невежество. И только Библия, как маленький стабилизатор ситуации, удерживала до сих пор всю эту архаику на одном месте.

А самые выносливые способны побить рекорд выносливости. Лишь бы хватило сил. Время года одно и тоже, а от этого зависит и состояние и настроение. Время жизни всегда одно и то же.

Трясогузка в воздухе летит, словно не птица, а самолёт в воздухе. Она вся сверкает и переливами красок переливается в лучах солнца. Бежит зверь, запыхавшись по тропинке в лесу, и радует глаз. Настроение чудесное. Лето и у людей, такое же. Теплынь и пригревает.

Птица, живущая высоко в горах, пролетает над мелочью. Внизу щебечут и шумно приветствуют её маленькие птички и поджидают под деревьями. И вот она несётся над ними, и они трепещут и замирают в восторге. Они разлетаются с шумом во все стороны и внимательно слушают по ветру. Осторожно ступают лапками по траве, не боясь наступить на кого-нибудь. Птица летит над горами и небо чертит. Солнце ласково согревает, сливает небо с ними. А они прыгают и радуются. Голуби воркуют, они здесь тоже, как и их собратья тоже часть этого большого мира.

А в Райском городе каждая улица имеет своё лицо и характер. Места на улице для пешеходов, автомобилей и велосипедистов. И люди в нём живут тоже свои, с другим характером. В дождливый и тёмный день, солнце уходит за тучи, дождь льёт и улицы погружаются в темноту. Жуть! Выходят на улицы все и идут по домам. Улицы, конечно, освещают.

Раньше в Раю, когда деревья большими были, всё было ровно и гладко, тогда дорожки были широкие и было просторно. И фонари горели. А сейчас уже дома выросли не малые, улицы стали маленькие, и фонарей нет, а бордюры высокие какие стали. А светофоры, которые были, тоже исчезли. Но и никто не нарушает правил дорожного движения теперь.

На автобусной остановке, на лавочке мужчина дремлет... Подъехал автобус. Зашёл он в автобус и опять прилёг. Смотрит на людей, а они сидят и смотрят на него. Не дремлет он, а прикрыв глаза думает о чём-то. Не закрывайте глаза и вы, и вы всё увидите.

Глава 6. Маша

Всегда есть возможность вернуться, в ад, пройтись по краю, в ракетах, взрывами. Разрывать всем вместе память о себе. Это жизнь? Ведь нам, поверь, давно открыли двери. Подтолкнут и тут же уведут... Здравствуй, станция "Вечность"! Здравствуй!..

Я проснулся от того, что в комнате кто-то был. Я обернулся. Это была Маша! Я услышал, как она плачет. Я встал и подошёл к ней. Мне было ее жалко. И тут я вспомнил, что точно так же она плакала, когда я уходил от нее.

Я всегда говорил ей, что люблю ее. Но я был уставший и хотел спать. И я обнял Машу. Я очень сильно прижал ее к себе. И моя рука случайно оказалась на ее груди, как будто я только что очнулся от сна. Она повернулась ко мне и поцеловала меня в щеку. Я понял, что она хочет, чтобы я пошел с ней. Я поцеловал ее и повернулся. Я немного помедлил, а потом сказал: "Маша, пойдем со мной".

Маша посмотрела на меня удивленным взглядом и ничего не ответила.

"Я серьезно!" — сказал я.

Маша только покачала головой.

"Нам надо поговорить! Посмотри на меня! Я тебя люблю!" — почти кричал я.

Я взял ее за руку и потянул за собой. Но она не двигалась.

"Ты не можешь так просто отпустить меня! Мы ведь любим друг друга! Ты и я! Или мы вместе только потому, что это удобно? Ты ведь могла бы быть со мной в любое время!" — говорил я.

"Что будет со мной, если я скажу, что я тебя люблю? Ведь это будет ложью! Ты ведь не хочешь этого, не так ли? Ты сама говорила мне, что любишь меня и ничего для меня не хочешь! Почему мы не можем быть вместе?" — недоумевал я.

Она подняла на меня глаза и ответила: "Я не знаю. Мне это не понятно... Я не могу объяснить тебе... Но я люблю тебя".

Я посмотрел на нее и увидел, что у нее под глазами синие круги, что и у меня тоже. Как будто все это было очень давно. Я почувствовал, как ее сердце пронзает боль. Я подумал, как ей было нелегко... и еще ей было страшно...

Глава 7. Игрок

Она верила ему, она была ведомой. Как все.

Она была счастлива в ту минуту, когда он её поцеловал. Счастлива от того, что она стала частью чего-то большого, нужного, ценного, как и он сам.

— Я могу и не вернуться, — он почти произнес это вслух.

Он был счастлив от того что сейчас ей было хорошо. Только здесь и сейчас.

— Какие у тебя смешные усы, — сказала она прижавшись к ним щекой.

Пожилой мужчина в очках, который сидел на веранде, услышав её слова, повернулся. Оглядел её с ног до головы. На его лице появилась усмешка. Он ждал.

Другого мужчину она тоже помнила. Из второго лета её жизни в этой деревне.

После этой встречи из её жизни ушло лето. Но тут же, должно быть, родились воспоминания о нём.

Ей хотелось понять, как они встретились.

Ведь это очень важно. Спустя столько лет.

Случайные строчки из случайного письма и так красиво уложились в голове.

Но при этом снова и снова повторялась мысль: "Не хотелось бы этого, но почему-то пишу. Значит, нужно. Значит что-то еще у меня осталось".

Вспомнилось о бородке, которую он отрастил, когда они не были женаты. Правда, его модная бородка так же быстро начала ему надоедать. И он снова отрастил усы.

Она нашла его на центральной улице деревни по голосу. Это был светловолосый мужчина средних лет в выцветшем свитере и с худым лицом. Усы торчали во все стороны. Голос был глухой и как-то смешно шепелявил. Это и правда была та самая "махровая" деревенская версия Семена Семеновича Горбункова из к/ф "Бриллиантовая рука", только без одной передышки на "лысину".

Он представил ей свою новую жену, пожилую на вид женщину, но средних лет, которая уже до этой встречи её знала. В отличие от внешности, у жены был молодой голос, и очень приятная улыбка.

Напившись водки, он, как обычно, предложил сыграть карты. С очень честными намерениями.

Вообще-то в этом доме играл только он. Но он действительно любил играть.

Глава 8. Программа

«Закон один для всех. Это не закон. Это судьба. Нас всех ждут приключения. И чем дольше мы идем в этом направлении, тем больше приключений открывается перед нами...»

На этом я заканчиваю свой рассказ и начинаю медитировать.

И, кажется, я набрел на контакт с кем-то, кто способен менять законы мироздания. Токтарат же, не зная этой истины, пытается вернуть меня. Чей путь он избрал? Зная конечный пункт, то, чем он займется, очень сложно предсказать.

Введите содержимое врезки.

Избранный путь.

Что будет мне предсказано? Какая судьба меня ожидает?

Ветер, казалось бы, лишенный смысла, создал мир. Большой мир, который еще не начался.

Ветру есть чем заняться. Он не может отойти от места своего рождения. Он снова и снова создает новые циклы. Он создает мир, он создает себя.

Я встану и пойду. Куда? Я не знаю. Наверное, туда, где меня встретят те, к кому я иду. Кто они? Полиморфы? Бессмертные? Мудрецы? О каком результате говорят они?

Впрочем, в принципе я могу ошибаться, но все равно должен идти в этом месте. Иначе я погибну.

Да, так и есть. Конец. Теперь моя жизнь не имеет смысла.

Прямо перед мною скалился вход в пещеру, за которым скрывалось нечто.

Щелк! Ты победил. Это программа.

Но что она? В чем ее суть? К чему это приведет? Какое место займет этот мир?

И ведь это будет не худшее из мест, где может оказаться человек, только что принявший решение.

Первое, что мне сейчас нужно, это отдохнуть. Я решил идти по пути потерь. И я уже почти сделал это.

Эти занятия, которые я придумал для себя, нужно сохранить, но нужно их видоизменить, чтобы они были понятны всем.

И я уже знаю, каким образом это сделать.

Эта задача мне по силам.

Осталось ее решить.

Не знаю, как ты, но я не понимаю этой ситуации. Во время медитации я чувствую, что что-то изменилось. Что я должен сделать?

Но если ты не понимаешь этого, как я должен это сделать? Как изменить твою судьбу? Ты можешь это решить.

Глава 9. Питер

Люди Питера, пока они картонные, пока они в пределах. И багово-золотой город тебя не подведёт вместе с этими людьми.

А что же в Питере? Почему его дух так перетянут? Это люди Питера, но я могу приехать и посидеть с ними наедине. В Питере со мной случится странное и сразу станет ясно, что он наш с вами, как ни крути. Но Питер другой, и люди в городе на Неве совершенно особые. Он другой больше, чем Питер вообще.

Если бы жил в Питере...

Если бы я был в Питере хоть раз...

То понимал, что живя в Питере ловишь себя на мысли, что питерские люди сильно отличаются от московских, что сами они особенные, что они необыкновенные. Они меняются как люди-корабли, глядя на особенности друг друга. И всё равно их глаза остаются прежними, а не меняются со временем. Они красивые и гармоничные, и с ними можно было бы только смириться. Их красота холодная и рождает тоску.

В Питере своя красота. И она очень особенная и поэтому свойственная только ему. Она и красота, и черти-те что, и квантовая физика.

Как вы уже догадались, это моя любимая точка там где я не бывал никогда, что в Большом Гостином Дворе, где я мог бы пройти через толпы людей. Здесь к тебе сразу поворачиваются красивые люди, и хорошо видно, как они смотрят.

Я всегда думаю, что уж у них-то точно так же, как у меня. У меня в Москве. Вот они всё-таки смотрят друг на друга. Даже если в этот момент мир рушится.

Это место силы, а оно всегда бывает из таких, где сила может быть силой, а может ею и не быть.

И не важно, что эта сила не даёт чувствовать и не даёт видеть. Достаточно и того, что она есть. И она позволяет обойтись без друзей, без семьи, без своего любимого дивана, без радио, без мелатонина, без чая, без чтения книг, без хорошего кино.

Глава 10. Энби

Лето почти прошло бездарно. Почти прошло... Почти бездарно... Не удалось посетить Юпитер, а до Тартаруса и тем более не добраться. Боги сходят с ума, люди не хотят с ними разговаривать.

А кому сейчас легко?

Женщины много курят, но лучше занимались бы сексом. Бандиты стали шейхами, президенты крупных держав им в подметки не годятся. Вроде бы все хорошо, но глобально плохо. Жара, духота, испорченный воздух.

В это время полубог Энби смотрел на погруженную в ночную мглу Игру двух миров. А в этом мире, в десяти километрах от него, был дождь. Он шел практически горизонтально на черном, как масляная краска, небе. У дождя была странная особенность. Тонкие струйки воды били по плоским глиняным черепицам, находящимся на одном уровне с поверхностью земли. Когда дождь, струящийся горизонтально, бил по черепицам не вертикальной струей, капли отскакивали от них, не падая на землю. А если дождь падал вертикально, вверх, то вдребезги разбивался о небо. В этом мире шел дождь.

В том его мире, где тоже шел дождь, от него во все стороны летели брызги. Но не вниз... Отдельные крупные капли дождя ложились на плоскую крышу дома, на крышу повозки, на соломенную крышу палатки. Капли стекали по черепице и падали вниз. Может быть, их не было на всей крыше, но весь дом был накрыт водой, в которой тонули, исчезая, все остальные капельки. Хотя нет. Не вся крыша была покрыта водой. Справа и слева от плоской крыши начинались крыши других строений, из черепиц которых тоже капало вниз. Слева стояла баня. А справа возвышался храм, у стен которого были две ванны, в которых плескались служители и служительницы храма. И те, и другие не могли видеть друг друга. Но почему-то их это совершенно не волновало.

У Энби создалось впечатление, что и здесь, и в том его, другом, мире, дождь, вопреки смыслу происходящего, не падал вверх, а скатывался за горизонт и там исчезал.

Все это было понятно. Энби, вопреки привитой с детства вере, понимал, что все в этом его мире прекрасно, все правильно, все замечательно, но почему- то обстоятельства складывались так, что это понимание происходило не с ним, а с другим человеком.

***

А кому сейчас легко?

В глазах Энби опять потемнело. В виски хлынула кровь. Эти переходы между мирами не даются так просто. Вот и Рингус, который был рядом с ним, чертыхнулся сквозь сжатые зубы, не смотря на то, что полубогам строжайше запрещено чертыхаться, но не материться.

Куда бы не сунулся - везде какой-нибудь сумасшедший дядя пристает со своими идиотскими вопросами. Вот и сейчас. Прямо в машине. Где мы оказались после перехода.

Забыл сказать, что это был минивэн-ровер. Неужели нельзя перевозить пассажиров в машинах классом выше? О, я бы нашел, чем оплатить этот небогатый сервис!

На выходе из машины мы опять испытали неожиданное препятствие - ко мне ли, или Рингусу, зачем-то полезла какая-то толстая тётенька, опираясь на мою служебную книгу. Пришлось рыкнуть на неё матом... А она, вместо того, чтобы выслушать назидательную речь о ничтожности человеческого разума и необходимости скромно и терпимо относиться к немощи бессловесной твари, залепила мне в ответ какое-то вроде: "ты, мужик, не рычи, а то оштрафую за парковку на инвалидной коляске", что и было проделано ею.

Даже Рингус опешил и растерялся, проблеяв ей что-то типа: «- Извините, вы не подскажете, как пройти в Эрмитаж?» И это вместо того, чтобы просто в приказном тоне прочитать ей лекцию о бытие божьем.

Заметив нашу загипнотизированность, толстуха поняла, что ошиблась, и что с нами лучше не связываться. Увидев мою служебную книжку и, не взглянув даже на обложку, она молча показала пальцем в сторону библиотеки.

Библиотека была огромная. Книги и брошюры лежали всюду. Я постоянно натыкался на них. Множество бесценных и так любимых людьми книг было сложено вперемешку с никому не нужными. Чуть в стороне от общих свалок стояли с десяток полок, на которых красовались - где золотом, где коричневым, где слегка размалеванным - библиографические описания книг.

Впрочем, посмотрев на обложки книг, я увидел, что в этой библиотеке тоже полно ссылок на Эрмитаж. Я уже почти отчаялся - но тут я увидел в одной книге закладку. Это была подсказка. И не одна.

Вдруг Рингус меня тронул за плечо и показал каким-то двусмысленным взглядом, вращая глазами, в бок.

Некий черноволосый мужчина в очках с толстыми стеклами сидел на полу в темном углу. При виде нас он поднялся и молча отошел в сторону. Ни слова приветствия. Обычно так молча сходят в могилу. Обычно все так молча и умирают.

А рядом на плетеном стуле сидел еще один тип. Курильщик.

Глава 11. Бабы

Звездолёт и бабы...

«А кто сказал, что на звездолёте должно быть пусто? Там обязательно должны быть бабы. А баба, она же баба и есть. Ну и еще три четверти мужика. Вот, собственно, почти исчерпывающий состав звездолета. Все остальное – фантазии или имитация, кому как нравится.»

- О господи, как красиво запоем написал этот идиот. Я, конечно, не поклонник космо- творчества, но как красиво пишут о космосе и его покорении...

Но о чем это я. Тут вообще одни бабы должны быть кругом. И вот я, как баран, стою в порту космодрома и любуюсь... Бабами. И пока не найду среди них свою половинку и не узнаю, кто с кем, я буду смотреть и смотреть. А что, цветы оборвали, стулья попрятали, а я все смотрю и смотрю. Головой о стену...

А потом, когда я этой головой найду свою половиночку, стану искать кого-нибудь ещё. Вот уж точно, в каждом человеке – по половинке, так же, как и в каждой бабке по семечкам. Буду поднимать себе настроение.

Ладно, давай проверим, как дело обстоит на самом деле... Есть ли бабы в каждом звездолёте.

Мы взошли на ближайший корабль, и я в первый момент подумал, что космо-яхта класса «С» – это именно то, что мне нужно. Сейчас ребята откроют ангар, выпустят шлюпку, и мы взлетим не хуже звёздного крейсер класса «Туристик», чтобы отправиться за отдыхом и приключениями... С бабами...

***

На борту космо-яхты было удивительно тихо и чисто. Здесь явно не было лишней суеты, громких разговоров и пустопорожней болтовни. Гостеприимно горели лампы освещения, возле одних из них кто-то сидел, поджав ноги по-турецки, что-то ковыряя в проводах настенной панельки. Скорее всего, а это был он, техник-универсал из обслуживающего персонала. Время от времени он прерывал свои занятия и поднимал голову, словно пытаясь увидеть удаляющуюся палубу космостанции «Нежная Звезда» и солнечное сплетение того, что вихрями окружали её. Впрочем, на самом-то деле – он думал о своем самом лучшем в жизни куске шашлыка из настоящего мяса, которое попробовал тут на станции. В отличие от суррогатной пищи из синтезатора, еды из настоящих продуктов в космосе почти не было.

Медлительная ходьба по коридорам и переходам корабля действовала на меня усыпляюще. Единственное, что тревожило, это было полное отсутствие запаха или каких-нибудь намеков на него.

Кроме нас на борту космо-яхты был ещё только один человек... Капитан и владелец этого судна в одном лице. Он сидел в одной из ниш общей столовой, положив ноги на стол, и с аппетитом поедал блюдо с паштетом. Его красное лоснящееся лицо было сосредоточенным, брови сосредоточенно нахмурены. Пухлый указательный палец периодически смахивал с подбородка крошки не существующей еды. Казалось, он и не смотрит в нашу сторону, но я точно знал, что в данный момент он мысленно смотрит на нас так, как тот самый техник-универсал смотрел на кусочек настоящего свиного мяса на станции. Капитан так сосредоточенно смотрел на свой паштет из пищевого синтезатора, что даже казалось не заметил меня, когда я подошел к его столу и уселся в свободное кресло в нише.

Издалека я не мог рассмотреть, на чем же он в этот момент сосредоточенно смотрит. Все внимание, как казалось, было отдано процессу поглощения пищи, а в его глазах горел такой свирепый огонек, что хотелось немедленно встать и уйти, так и не успев ничего рассмотреть.

Капитан был похож на глубоко несчастного человека. Трудно представить, какая чудовищная тоска могла бы охватить его, тем более, что он делал такое привычное для него и необходимое дело. Вдруг, он достал из кармана огрызок какой-то еды, посмотрел на него со вздохом и сказал, в целом ни к кому не обращаясь:

А баб, тут, отродясь не было.

Глава 12. Бездна

Боюсь за то, что я тебе по нравлюсь, и ты жить без меня не сможешь. – Он улыбнулся. — Потому что если ты меня поцелуешь, то я этого не выдержу.

– Я тебя поцелую?! – выдохнула она. – Кажется, я пошутила, если что.

– Нужно было сказать «Ну и что!», – сказал он и притянул ее к себе. Ее губы были горячими и жадными. Он крепко обнял ее. Она прижалась к его груди. Их легкое движение повергло в панику стоявшую рядом семью Фитцжеральдов, которые переглянулись, и взрослые возмущенно заворчали, а их дети с восторгом запищали, пока Этан и Ира не оказались в лифте.

Когда двери закрылись, Ира раскрылась в объятьях, бросив вожделенный взгляд на него, и принялась целовать своего кумира - мужа и отца их ребенка, демона Этана.

– Я приручил тебя, – пробормотал демон Этан .

***

Прошла уже почти неделя, а от Ирины по-прежнему не было новостей. Как она могла так долго отсутствовать? В голове Саша вообразила её разбивающейся головой о мост. Глаза девушки засияли так ярко, что она выпалила вслух:

- Ира!

- Саша? - раздался ее уверенный голос в голове.

Она была жива! Не только для богов, но и для людей. Она обязательно найдется. И она снова будет с ними... Полубог Энби ей обещал, хоть Рингус его и отговаривал, заявив что им нельзя вмешиваться в человеческий план бытия без предписания 01-737-73 дробь 777 за подписью Верховного. И ещё чего-то долго бубнил, что на кой им служебные книжки, если каждый будет вот так запросто вмешиваться в планы бытия.

***

Дети, из номера напротив, с любопытством следили из коридора, когда Ирина и Этан вышли поболтать в общий зал отеля, вместе с дочкой. Их дочка Джэми так быстро выросла до размеров непоседливого детского карапуза... Что наводило на определенные мысли о всякой чертовщине.

***

Бездна...

«Бездна... Она всматривается так, как заглядывали в тайные уголки души те, кто был в аду не на самом дне и, казалось, видел, что там творилось. Мир, увиденный в аду, выглядел таким же, как и в мире вокруг. Мрачно-пустым и унылым. Но какие бы мрачные дела не творились в земной реальности, где бы они ни разворачивались, эти дела не будут так ужасны, как то, что творилось в бездне. Мрак и ужас не вечны, а потому и адское дно погружается в светлое, словно во мраке зажигается свет. Правильно ли это?»

Бездна... Раненый демон из последних сил вырвался из бездны.

***

Этот план бытия. Человечески мир. Санкт-Петербург.

Этан очнулся на операционном столе.

В этот раз я вырвался из нашего мира, и в этот раз я был весь в крови. Да, нужно было обладать действительно сверх нечеловеческой силой, чтобы разорвать мне глотку и напиться из её.

У меня в голове беспрерывно работала мысль: «Я должен отвоевать её, пока меня не убили!» — и я ужасно злился от этой мысли.

Врач-полудемон делал мне очередную инъекцию — что-то из крови какой-то гигантской вампирши миров третьего плана, и я беспомощно смотрел ему в глаза. Он что-нибудь сделает наконец?! Он видит, что я не могу даже пошевелиться и чувствует, как бьётся моё сердце?!

— Как ты? — спросил он меня тихо.

— Я не… — попытался сказать я.

Он успокаивающе улыбнулся, сверкнув белоснежной эмалью, оскалившись рядом острых клыков, и сделал мне укол, в результате которого я уже уснул.

И мне снова снился кошмар. Я был в каком-то мрачном помещении и смотрел на нашу с Ириной дочь, но она была не молодой и не старой, она была просто красивой девушкой. Она улыбалась мне, смотрела на меня. И рядом с ней тоже был я, но этот сон мне очень сильно не нравился.

Я не понимал смысла этого сна и от этого было ещё страшнее, ещё невыносимее и ещё несноснее. Я не хотел, чтобы дочери и Ирине было плохо.

Я попробовал заглянуть за горизонт будущего плана бытия. Они с дочерью были в каком то мрачном, не приятном для меня месте. Но меня в этой обстановке не было, я был на Тартарусе. Там были люди, красивые и обычные, но взгляд их был холодный, как у существ бездны. Среди них была и моя мать-демоница. Как и почему она там оказалась, не знаю.

Ирина. Дочь. Я не чувствовал их ни в одном из доступных мне планов бытия. Такое было не возможно!

Или?... Возможно, если они были в бездне.

Глава 13. Королева

Можно молча смотреть на всё это, как на галактическое обрушение, как на спиральные туманности, как в заповеднике орнитологов, где «белые птицы — охранители тайн земных». Но можно бежать, рассекая светом, вспыхивая, рассеиваясь и направляя его на саму себя. И тогда все восхождения и падения в собственных глазах, поступки и проступки превращаются в мираж, внушающие умиление своей недостижимостью.

Эти очарования проходят, как туман. Там в аэропорте, в попытке увидеть в окне, в иллюминаторе самолета, что то ещё, как кроме ничего и света фонарей, я горько упрекнула себя — за отсвет на стекле лица Пилота. И за то, что не научилась улыбаться, как он.

Визит к врачу: пометки, отметки, запомнившиеся словоформы, которые приводят в трепет. Врач без ног, без глаз, две руки держатся за сердце и в глазах стоят слезы. По-солдатски скорбит, что он весь в проводах. Как на сцене, где между ней и зрителями остается лишь один свободный, некто знающий, ощущающий: Её.

Я не знаю, как вышло, что на этой узкой кровати все выглядит не так, как у всех. В некрасивых стенах больничных палат на красивых ветках раскидистых деревьев сверкает такая радость, как будто они выросли в этом чудесном месте и на себе чувствуют и бездонную глубину и загробную тишину.

Здесь же, в больнице на костылях, я преисполнена дружелюбной добросердечности — стараюсь быть такой для всех. Требую, чтобы меня любили, а не боялись — такой смелой я буду всегда и в болезни, и в смерти, и пока меня не отзовут на Небеса.

Мне нельзя жить в больничной палате: заходить в клетки и вольеры, где толпами носились кошки и, которые убоявшись меня, прятались в тени процедурных. Но, напротив, я могу жить на свободе: смеяться, издавать звуки, проявлять чудеса изобретательности и, как я это могу - радовать людей.

Небесная королева птиц сидела, рассматривая картинки обоев... Прошло много дней, и, лишь когда бумага забилась пылью, она обратила свой взгляд на море.

Глава 14. Время

Для того чтобы появилась возможность путешествовать во времени, необходимо изменить законы природы в противоположную сторону, а именно устранить беспорядок в расположении физических тел во Вселенной. Предположим, что если бы все тела разместили по своим местам, то вероятность любого события была бы постоянной. Например, события, которые повторяются с определенной частотой, можно было бы вычеркнуть и никогда не учитывать в работе машины времени.

Может ли быть такое, что наш мир один из видов фракталов, а времени не существует?

Ведь Вселенная намного больше и сложнее, чем мы её себе представляем, а каждый её атом может быть отдельным пространственно-временным миром.

А может ли быть, что у каждой из галактик (в каждой из которых сосредоточено более ста миллиардов звёзд) есть свой собственный сверхразум, который управляет всеми процессами в нём?

Однако сам Гравитационный Кокон тоже не создан из материи и энергии, а представляет собой искусственно созданный объект, входящий в систему галактик. Для того чтобы выйти за пределы кокона, нашему космическому кораблю пришлось бы совершить перелет через межгалактическое пространство, которое само по себе является пространственно временным полем. Остается предположить, что и наш мир расположен в одном из измерений этой системы, а точнее, что время растянуто в пространстве и сжато во времени в нашем измерении.

Если всё так, то все события, происходящие во Вселенной, не происходили в прошлом и будущем. Каждый раз во Вселенной происходили одни и те же процессы, но они развивались в одном направлении и имели одну и ту же причину. То есть Вселенная действительно один из многих параллельных миров, и тогда время это условная единица, которая является ничем иным как математической константой, выражающей длительность тех или иных процессов.

Разница между настоящим и прошлым заключается в том, что в настоящем мы можем контролировать то, каким образом мы двигаемся в прошлом. То же самое происходит и при переходе между измерениями. В реальном времени мы можем лишь управлять тем, в какой момент какой точки пространства и времени мы будем находиться в будущем. А в других измерениях мы можем самостоятельно решать, каким временным отрезком управлять.

Глава 15. Мальчик

Кин-Оди, пассажир-турист космо-яхты класса «С», скучающе разглядывал обстановку в кают-компании сидя на выдвижном стуле.

На стене возле другого прибора висел древний проектор, позволявший проецировать картинки с камер, установленных на стенах и потолке кают-компании космо-яхты.

Кодированный пульт управления, стоящий под экраном, позволял фиксировать, например, направление солнечно ветра в текущий момент, его силу, а также изображение пространства меняющегося в тот или иной момент времени при измерении расстояния от ближайшей звезды до внешней поверхности корпуса.

Стена напротив телевизора была завешана яркими картинами. Один из шедевров изображал Феникса, сидящего на вершине скалы, в дальнем углу плескалось море, а рядом с ним в воздухе парил имперский космо-крейсер.

Феникс был изображен на фоне корабля, который опускался в воду, а на берегу стоял мальчик с копьем в руках, испуганным взглядом смотревший на Феникса.

Картина эта была старым, очень старым шедевром, а мальчик на ней выглядел до боли знакомо. Всё выглядело так, будто, мальчик был у феникса под носом, под стеной скалы, а Феникс совершенно его не замечал,

Пассажир не мог понять, что же происходит на этой картине, и кто же это такой, стоящий под скалой с копьём в руке, наблюдающий за тем, как Феникс пытается остановить взмахом крыльев имперский корабль, нападающий с воздуха.

Словно почувствовав, что Кин-Оди на него смотрит, мальчик вдруг обернулся и уставился на него. Он стоял в полный рост, завернувшись в тунику. И что-то в нём снова напомнило о чём-то давно затерянном в подсознании...

Оди не знал, что и сказать... Он оглядел кают-компанию, но и там не нашел выход из этого положения. Вдруг он зачем-то громко засвистел и слегка изменил направление свиста, направив свист в сторону парня, как бы отделяя его от Феникса и корабля.

Мальчик ещё раз взглянув в сторону скалы, резко повернулся, и преодолев барьер картины запрыгнул к нему на колени.

- Здрасьте, - сказал он писклявым голоском протянув ладошку, - Меня зовут Ирраг-Мун.

Кин-Оди чуть не упал со стула. Он немедленно вскочил и, чуть не уронив мальчика на пол, стал трясти его руку.

Затем он выдал длинную тираду насчет перспективы, которую даёт свобода. Смотрел на него, и его губы расползались в подобие улыбки.

Остальные присутствующие, капитан и техник, до этого молчавшие, подскочили с мест и наперебой стали его спрашивать, как это могло произойти... Не помутились ли они рассудком... И что за чертовщина, в конце-концов, вообще происходит на космо-яхте.

Глава 16. Фракталы

Часть 1. Фракталы

2038 год. Наш мир один из видов фракталов, а времени не существует с тех пор, как я это понял... Да, я разбил теорию о времени когда-то очень давно, вернувшись в эту реальность спустя 500 миллионов лет, проведенных там. И открыл парадокс, что-то, что я назвал пространством-временем, всё-таки не имеет никаких измерений. Ну, или, в лучшем случае, не является трехмерной реальностью.

Я понял, это потому, что я не учитывал, что существуют и другие измерения, не трехмерные, или что у времени есть ограничения. Даже если и так, я не думал, что это будет кому-то интересно. Но позже, когда я разобрался с теорией относительности, я понял, что она, возможно, как-то вписывается в эту идею.

А теперь представьте, что вы сможете объяснить принцип действия квантового компьютера, взглянув на мою теорию. К чему это может привести? Вы сможете менять размерность пространства так, как вам нужно. Вы сможете изменять размерность времени так, что оно перестанет быть только движением. Но в то же время размерности пространства и времени при контакте с ними, как и сама система времени, будут оставаться неподвижными. В теории это может вызвать сильное изменение понятий: как законы физики будут тогда работать? К чему приведет изменение размеров микромира?

***

— Так вы расскажите?, — спросил профессор.

Я кивнул.

— На мой взгляд, это сделает открытие невероятным, — сказал он. — Безусловно, мы не думали, что сможем сделать такое открытие до сих пор, но теперь, когда вы сможете объяснить нам принцип работы квантового анализатора, это кажется мне существенным и реальным.

***

Часть 2. Путешественник

2035 год. Начало дня на Земле наступило рано, и я проснулся, когда свет начал пробиваться сквозь открытое окно моей комнаты. Я принял душ, оделся и присоединился к Райану и Элен, оживленно обсуждавших профессорскую газету. Как всегда, Райан был в своем обычном синем костюме.

— Не забудь включить телевизор. Мне нравится курс новостей.

Он уже переключился с энциклопедии на три научно-популярных фильма подряд.

Мы устроились на диване, и опять начался спор, который я отложил ради этого похода в кино.

День тянулся медленно. Наконец, в 16:30 я выключил телевизор. Райан, воспользовавшись передышкой, начал читать нам что-то из своих научных изысканий. Я прилег обратно на диван рядом с Элен. Прошла минута или две, и она, словно почувствовав что-то в воздухе, села.

Внезапно за окном донесся громкий крик. На другом конце улицы закричали в ответ.

Райан решил, что надо посмотреть, в чем там дело. Мы присоединились к нему. Нам пришлось прятаться и перебегать от дерева к дереву, для осторожности. Так мы продолжали путь в сторону криков, пока не увидели совершенно нагого мужчину.

Мы увидели его на другой стороне улицы. Мужчину, который, по всей видимости, безуспешно пытался убежать от двух других вооруженных мужчин. Один из них тащил голыша в сторону, о чем-то настойчиво спрашивая.

Нам стало очень любопытно. Мы приблизились, стараясь оставаться для них незамеченными. Но вдруг...

Голый мужчина резко повернулся и посмотрел на нас, в частности на меня. На щеке у него была длинная царапина, из которой сочилась кровь...

Элен приглушенно вскрикнула, переводя взгляд то на голыша, то на меня. Райан лихорадочно пытался достать мобильник, бормоча как безумец, без остановки повторяя: – это надо снять на видео, это надо снять на видео...

И только тут до меня дошло, что обнаженный и пораненный мужчина был как две капли похож на меня...

***

Часть 3. Машина

В 2023 году я был на конференции и мне повезло встретить кое-кого. Это был профессор Райан.

Я помню, он очень интересовался моей теорией, но был расстроен, что не может понять её должным образом.

Он говорил, что знает, что должен построить машину, которая будет работать по принципу моей теории, но не может решить, как её сделать.

За разговором с ним, я вдруг почувствовал на себе чей-то взгляд. Оборачиваюсь, смотрю, а рядом с нами стоит девушка и смотрит на меня так, словно действительно понимает мою теорию. В последствии так оно и оказалось. Её звали Элен.

Я тогда подумал: - "Эврика!", это правильный ответ! Эта девушка поможет сделать машину профессору.

Профессор выделил ей пару компьютеров из новейшей серии, на основе принципа действия квантового анализатора. Принцип которого он сам разработал, но толком до конца не понимал. Скажем так: это работало, давало результаты, но управлять им, а тем более повторять эти результаты, пока не удавалось.

А Элен всё поняла! И как работают принципы квантового анализатора, и как работает моя теория.

Она настроила компьютеры должным образом и стала им пользоваться для вычислений создания Машины профессора...

***

2046 год.

Это было просто невероятно!

Машина поняла принцип работы компьютеров на квантовом анализаторе, и смогла воспроизвести работу мозга человека, кванто-синхронизировав его в размерности пространства и времени. На практике это позволило человеку подключаться для управления Машиной, прямо отдавая команды из мозга, тем самым устранив любые помехи и погрешности во взаимодействии: передачи информации, пакетов данных, команд... искажения образов понимания!

Подсоединясь к Машине, я мог смотреть в кванто-мире на свои руки и видеть, как они перемещаются вдоль всех команд, а на экране появлялась физическая величина, соответствующая команде, которую я отправил. То есть всё, что я говорил, думал или делал, тут же обрабатывалось и мгновенно записывалось в память Машины.

Но учёные, и даже я, не могли понять до конца, как она его, принцип квантового анализатора, понимает. Например, как только я что-либо делал, что другим людям казалось очевидным, Машина автоматически отвечала, не просто интерпретируя действие оператора, и выдавая нужный результат, а моделируя возможность события с точностью до зептосекунды. А как известно, зептосекунда — это одна триллионная миллиардной секунды или десятичная точка, за которой следуют 20 нулей и единица! Кроме того, не было никаких программных признаков того, что программа Машины хоть что-нибудь делает...

Именно она помогала мне многое понять и информационно усвоить в мире, в её кванто-мире! И она продолжала делать это, демонстрируя нам свою невероятно быструю реакцию на мои команды.

Так был собран первый квантовый компьютер. Машина кванта.

***

2022 год. За 1 год до конференции. Москва. Где-то в кафе. Двое, друг другу незнакомцев, за одним столиком.

- Бред какой-то, – сказала девушка мужчине напротив. - Почему она его понимала?

Тогда я, другой я... Решил ей рассказать свою фрактальную теорию о времени, с некоторыми комментариями и пояснениями... Это была Элен, с которой нам ещё предстояло познакомиться в будущем. Относительно в недалёком будущем.

Ведь всё относительно... Фрактально.