Осторожно! Фея

Глава 1

По дороге домой я взял оставленную кем-то в метро брошюру о феях и прочитал ее от корки до корки. Автор, знавший тему не понаслышке, подробно описывал в ней огромное разнообразие фей: зубных, возмездия, грез, зверей, объятий, желаний – и это был лишь неполный их список.

«Вот бы фею желаний встретить, — подумал я, войдя в квартиру, — уж я бы знал, о чем ее просить». Не прошло и минуты, раздался дверной звонок. Открыл. За порогом стоит незнакомый парень.

— Явился по вашему зову, — заявил он, расплываясь в улыбке.

— Ошиблись, — буркнул я, собираясь закрыть дверь.

— Вы хотели встретить фею желаний, вот я перед вами.

— Вы шутите? Вы же мужчина!

— Я понимаю вас: веками складывалось стереотипное мнение, что фея обязательно должна быть дамой, но нас тоже коснулись веяния о гендерном равенстве – я один из первых фей мужского пола. Да других и нет – все на вызовах.

— Ну, проходите.

Я недоверчиво окинул его взглядом. Среднего телосложения, одет в приличные джинсы и майку, легкая небритость и небольшие усы создают эффект продуманной небрежности, скорее, рассчитанный на женщин, чем на мужчин.

— По преданиям, у вас должны быть крылья, — усомнился я.

— Пожалуйста, — на секунду за его плечами мелькнули аккуратные крылышки, — это просто дань традициям.

— А волшебная палочка?

— Выдали, а как же. Показать?

— Ладно, верю. Я могу пожелать что угодно?

— Да, можете, но не уверен, что смогу исполнить. Понимаете, я прослушал только начальный курс по «Исполнению желаний». Но зато я прошел полный курс обучения по «Зубному» предмету и получил аттестат по «Зверям».

— Ладно, студент, хватит болтать, я хочу много денег.

— Напечатать вам денег – значит нарушить закон, но я могу сделать для вас что-нибудь такое, что не будет ущемлять интересы других. Например, сделать вам абсолютный слух или прекрасное оперное сопрано, но учиться петь придется самому.

— Ты издеваешься? — вскипел я, — сопрано – женский голос!

— Понимаете, я специализировался на стандартных женских мечтах, таких, как найти хорошего непьющего мужа, например. Кстати, не только женщины, но и мужчины в странах свободной демократии активно интересуются. Не желаете?

— Неет!!!

— Жаль. Кстати, я с утра сдал зачет по курсу объятий. Может, обнимемся?

— С женщинами иди обнимайся. Лучше нарасти мне мускулатуру, как у Шварцнегера.

— Я эту тему еще не проходил. Хотите, наращу бедра и титьки, как у Мерилин Монро? Будет очень красиво!

— Себе нарасти, дурак!

— Может, губы надуть? Сейчас модно. Или красивое лицо, как у Мерилин Монро?

— Убирайся со своей Монро, чтобы я тебя больше не видел!

— Пожелайте хоть что-нибудь! Мне же выговор влепят!

— Ладно, пойдем в бар, прочистим мозги, может, на свежую голову что-нибудь придумаем.

— Мне пить нельзя. Нам запрещено.

— Ну и катись, студент недоучка, без тебя обойдусь.

— Хорошо, пойдем, но я буду пить только сок.

Кто бы знал, чем кончится моя добрая шутка, когда в баре для поднятия тонуса я подмешал ему в сок немного рома. Он сразу опьянел и стал приставать к дамам. Может, все бы и обошлось, но одна из них оказалась женщиной местного авторитета. Как и следовало ожидать, нас выперли на улицу, где уже поджидали шестеро амбалов. Пока я отбивался от двоих, остальные насели на фею, и я уже думал, что они сделают из него отбивную, но ошибся.

Сначала я не понял причину истошных криков от них, и лишь когда собравшиеся зеваки вдруг шарахнулись от него, как от чумы, все стало ясно, и я расхохотался. Пьяный фея, отмахиваясь от амбалов, стал, беспорядочно применять все свои умения на всех, кто попадался под руку.

— Урою, — кричал один из нападавших, придерживая свои огромные, как арбуз, титьки, — сделай, как было.

— Бляааа ..., — разглядывал другой амбал в лопнувших штанах свой гигантский голый зад.

У двоих выросли козлиные ноги, и те с леденящими душу криками ускакали куда-то вдаль. Подъехавшие на шум полицейские очумело вертели головами и отчаянно пытались понять одновременно кричавших со всех сторон «все знающих» и «все видевших» очевидцев.

Наконец, когда до них дошло не понимание, а объединенная версия произошедших событий, стало совсем плохо. Не фее. Полицейским. По роду деятельности они обязаны были прекратить нарушение общественного порядка, но вид горевавших амбалов сдержал их намерение упаковать виновника: своя жопа важнее и ближе к телу.

Единственным участником драки, к которому они рискнули бы приложить всю суровость и беспощадность закона, оставался я.

— Этот с вами? — показал на спящего фею капитан.

— Ну, да, — сознался я: не люблю врать, даже полиции.

— Кто он?

— Фея.

— Не говорите чушь! Фей не бывает!

— Можете полюбоваться.

В это время подъехала вторая полицейская машина.

— Вот, изловили, — подтолкнул сбежавших козлоногих сержант.

— Его работа? — кивнул он на фею.

— Спросите у него.

— Да что вы его слушаете, — крикнул, подступая ко мне, козлоногий, — колдуны они, их надо облить святой водой и обмазать чесноком.

— Отвали, козел, — огрызнулся я.

— Что же делать? — спросил капитан. — Не могу же я закрыть его за колдовство. Да меня засмеют! Если все это выплывет наружу, достанется всем. Лучше бы он проснулся и вернул все, как было.

— Ладно, попробую разбудить, и пусть эти упросят его простить, может, прокатит.

— Христом богом прошу, — бросился, ко мне козлоногий, — уговори, все, что хочешь, сделаем.

К счастью, пока суть да дело, фея протрезвел и, проснувшись, исправил все, что успел натворить, но на беду, кто-то из полицейских проболтался жене про чудака, воплощавшего женские мечты.

— И ты молчал? — прожгла его взглядом женщина. — Не прощу.

Расстались друзьями, фея обещал навещать и делиться новостями из их заоблачной конторы. Все бы хорошо, но наутро, возле моего дома столпилась толпа женщин, которую возглавляли жены полицейских.

«Сделайте нам красиво, — скандировали они перед подъездом, — все простим».