Охота на Орфея

Глава 1

КОЗА

История вторая

Охота на Орфея

У стойки собралась солидная толпа, словно кто-то рассказывает нечто интересное, или же кого-то собираются бить. А может быть, то и другое одновременно.

Заметной агрессивности собравшиеся не проявляли, и Серж пришёл к выводу, что пока слушают. Но и второй вариант окончательно отбрасывать не стоило. Одного неосторожного слова неразличимого за стеной спин и частоколом голов рассказчика может оказаться вполне достаточно.

Слушатели взорвались дружным хохотом и принялись расходиться, утирая выступившие от смеха слёзы и похлопывая друг друга по плечам.

«Драки не будет», - понял Серж, внимательнее приглядываясь к оставленному в гордом одиночестве помрачневшему рассказчику. Волосы цвета снега – до плеч. Глаза цвета льда – в ополовиненный стакан. Тонкие бледные пальцы бегают по стеклянным граням, словно перебирая невидимые струны на несуществующих ладах. Кажется, стоит вслушаться – и различишь мелодию.

Тягучую, мрачную, странную, страшную…

Серж мотнул головой, отгоняя наваждение, и решительно направился к беловолосому.

- Что ты им такого смешного рассказал? – спросил, без спросу усаживаясь на соседний с «музыкантом» табурет.

- Я просто спросил, где ворота здешнего Ада.

- А оно тебе надо? – пытливо вглядываясь в лицо собеседника, спросил Серж.

- Мне – надо, - твёрдо ответил беловолосый.

Пальцы извлекли из стакана очередной «аккорд» и резко опрокинули прозрачное, как слеза, содержимое в глотку «музыканта».

Серж невольно закашлялся.

Беловолосый даже не поморщился.

***

- Я всё ещё пытаюсь Её спасти, - откровенничал Феор, вертя в руке только что вновь опустевший гранёный «инструмент».

- А это – вместо анестезии? – предположил Серж, кивая на менее чем на четверть заполненную бутыль.

- Ага, - пьяно улыбнулся собеседник. – Вместная анестезия. А есть ещё «вобщая». Когда врач говорит пациенту: «Вообще-то это не больно…» - и режет по живому.

Серж сочувственно хохотнул. Феор, если верить его рассказу, был врачом. Даже потрёпанный диплом показал в подтверждение. А потом (не после того, как продемонстрировал Сержу диплом, а после того, как, этот диплом получив, стал хирургом) встретил Её. Нет, рука не дрогнула. Просто руками там уже ничего сделать было нельзя. Но он пытался. Даже когда вся их бригада, сочувственно вздыхая и переглядываясь, отошла от операционного стола – он продолжал бороться с Её смертью за Её жизнь. И с товарищами своими боролся, когда его оттаскивали от тела. И со сторожем морга, когда тот не хотел его пропустить…

- Там оказался вход, представляешь? – легко перейдя с внимательным слушателем на «ты», продолжал Феор. – Прямо там, в морге… Открывается дверь, входят эти, говорят мне: «Мы за Ней». А у меня инструменты с собой. Скальпель… Оказалось, родственники. За телом пришли, стервятники! Я не отдал… Меня в тюрьму. Их там много собралось, я не справился со всеми. Не только полиция и родные. Я видел других – их никто кроме меня не видел. И не слышал никто, как один из этих других мне шепнул: «Приходи к воротам Ада».

Идти не пришлось. Доставили – с надлежащими почестями, под конвоем. Осудили. Посадили. И Феор нашёл свой Ад – и первые Ворота. Потому как пережил такое, после чего, вроде бы, уже и не жизнь… Тогда-то и распахнулись ему Врата.

- Ты ещё слушаешь, Серж? Интересно тебе? Интересный ты… Да ладно! Должен же я кому-то всё рассказать…

Он шёл очень долго – всё время вперёд и прямо. А когда тоннель окончился, и в глаза ударил свет, он вновь увидел Её. Такую же прекрасную, какой он увидел Её впервые, когда в ней ещё теплилась жизнь, за которую он так упорно боролся.

- Они сказали, что я могу вывести Её. Единственное условие – не оборачиваться…

- А ты?

Он обернулся. Нет, не так. В тот, самый первый раз, не чувствуя подвоха, он, радостный, повернулся и поспешил обратно к Воротам, через которые вошёл.

- Я ошибся, понимаешь? Я повернул обратно – то есть фактически обернулся. Я же не знал, что всё уже началось, что условие уже поставлено…

Эти Ворота захлопнулись за его спиной. В его камере уже сидел другой, поднявший дикий крик, увидев вернувшегося хозяина своего «жилища» на ближайшие несколько лет.

***

- Ты поможешь мне? – заплетающимся языком спросил Феор, сжимая кулак на горлышке опустевшей бутыли, что-то мрачно загудевшей в ответ на его движение.

- Если это в моих силах, - осторожно пообещал Серж.

- Мне надо выйти…

- Туалет там, - встрял в их разговор бармен, услышавший последние слова Феора, указывая направление. Беловолосый собеседник Сержа кивнул, но в указанном направлении направиться не поспешил.

- Мне надо, чтобы прямо, - наклоняясь к плечу Сержа, прошептал он. – Только вперёд и прямо, не оборачиваясь. Я вошёл через дверь, значит дальше – туда…

Серж мысленно провёл линию от двери, расположенной точно за спиной его собеседника, до него самого – и дальше. Дальше был вход в кухню.

«Ну, хоть стену проламывать не придётся», - с облегчением подумал сотрудник КОЗА, продумывая план дальнейших действий. Предстояло преодолеть стойку, неминуемое сопротивление бармена, а там уже разбираться на месте. Если на кухне нет отдельного входа, придётся, похоже, преодолевать стену.

- Я умею, - заверил Феор, внимательно следивший за мыслью собеседника, развиваемой, как оказалось, вслух. Бармен тоже был весь внимание, но решительных мер пока не предпринимал, полагая происходящее пьяным бредом. – Сквозь стены умею, - продолжал Феор, соскальзывая с высокого табурета и умудряясь удержать равновесие. – Там обязательно будут воротца. Маленькие, но я знаю, как их находить…

Серж умоляюще, как ему казалось, глянул на бармена, призывая того проявить благоразумие и пропустить клиента в кухню. Во избежание…

Тот не внял и, похоже, что-то нажал под стойкой, потому что рядом возник огромный вышибала. Бармен кивнул верзиле на шатающегося Феора.

- Ну-ка, посмотри на меня, блондинчик… - тяжелая длань опустилась на плечо беловолосому и начала его разворачивать на сто восемьдесят.

- Не оборачиваться, - обречённо произнёс Феор и, не глядя, ударил бутылкой…

***

Вперёд и прямо. Они прорвались. С боем, но без потерь.

В кухне оказалась задняя дверь. Стену проламывать не пришлось.

- Вперёд и прямо! – крикнул Феор и повис на Серже.

Бежать сквозь ночь с бесчувственным телом на плечах – развлечение довольно экстремальное, особенно принимая во внимание висящую на пятках погоню.

Оторвались. Преследователи не могли даже представить, что жертвы их двинутся прямо, не предпринимая попыток замести следы. Это их и спасло. Не важно, кого именно – преследователей или преследуемых.

- Стой! – выдохнул Феор, тяжело оседая на землю. – Здесь!

Серж невидяще уставился прямо перед собой и на всякий случай достал визитку, сообщающую всякому прочитавшему, что податель сего является сотрудником Комитета Защиты Аномалий.

А потом он увидел Ворота, приняв их сначала за пьяный бред. Широкие створки распахнулись, приглашая, а в проёме стояли Другие.

- Я иду, - поднимаясь, прохрипел Феор и двинулся к Воротам.

- Помнишь? – спросил у него один из Других. – Не оборачиваясь!

- Вперёд и прямо… - заплетающимся языком пробормотал Феор, заплетающимися же ногами переступая «порог».

Створки схлопнулись.

Серж беспомощно захлопал глазами.

Ворота, Другие, Феор – всё пропало.

Оставалось предположение, что всё случившееся было не более чем наваждением… Но чтобы проверить его, надлежало вернуться в разгромленный кабак, чего делать сейчас не стоило.

***

- Где он выйдет?! – рявкнул на присланного на помощь аналитика Серж.

- Где, где… - буркнул себе под нос, на котором красовались очки в круглой оправе, аналитик – молодой парень, не особенно верящий в существование аномалий, защищать которые призван их Комитет. – Точка входа здесь?

- Да!

- Направление движения?

- Проведи прямую от того бара, - махнув рукой назад, елейным голосом произнёс Серж, - к этой самой «точке входа». Где он выйдет, если продолжит следовать вперёд и прямо?

Аналитик распахнул нот-бук, вывел на монитор местный ландшафт, и, рисуя несусветно длинные формулы, забубнил что-то про «искривление поверхности», «длину окружности земного шара», «угол вхождения» и прочие подобные глупости.

- Ну? – грозно поторопил Серж, заметив, что аналитик покончил с расчетами.

- Если понимать его «вперёд и прямо» буквально, - вновь выводя на монитор карту, начал очкарик, двигая указательным пальцем над рисунком, - то возможные выходы здесь, здесь и здесь. То есть, вот эта вот низина, это плато и вот эти скалы. А здесь наша воображаемая прямая выходит и уходит прочь, чтобы никогда больше не вернуться… А с чего вы вообще взяли?..

Серж уже не слушал аналитика, размышляя как быстрее добраться до ближайшей из обозначенных тем точек.

- Мне нужен самолёт, - пришел он к неутешительному выводу.

- Всем нужен самолёт, - поддержал аналитик.

- Моё преимущество перед всеми заключается в том, что мне самолёт дадут, - улыбнулся Серж, набирая телефон начальника отдела материального обеспечения.

- Это почему ещё? – упорствовал в своих заблуждениях очкарик.

- По первому требованию. Тебя же дали в помощь…

- Я лучше самолёта, - заверил аналитик.

Серж смерил аналитика взглядом и усмехнулся.

- Хорошо, полетим на тебе.

- Заказывайте самолёт, - вздохнув, сдался очкарик, виновато опуская глаза.

***

- А сколько вы тогда выпили? – спросил аналитик, мрачно наворачивая тушёнку из запасов, сделанных ими на случай долгого ожидания. – Может, показалось?..

- Недостаточно, - буркнул Серж, не отрывая взгляда от предполагаемой «точки выхода».

- Чего недостаточно? – удивился Ивэн – так звали заумного очкарика.

- Выпил недостаточно, - охотно пояснил Серж.

И, в подтверждение его слов, перед ними возникли Ворота. Створки бесшумно начали открываться, выпуская наружи пахнущую ледяным холодом тьму. Ивэн рукой, в которой сжимал банку с тушёнкой, пригладил вставшие дыбом волосы, не обращая внимания на стекающую за шиворот жижу.

Когда в распахнутом зёве Ворот возник человеческий силуэт, Серж бросился вперёд.

За спиной беловолосого, плотоядно улыбаясь, брела женщина-вамп, совершенная в своей красоте и смертельно опасная. Серж уже встречал таких по работе и имел опыт «общения», только не знал, откуда они берутся. Теперь всё стало ясно. Влюблённые дурачки сами выводят их на свет, так и не додумавшись оглянуться. Или не решившись. Они-то уверены, что спасают свою Любовь, Орфеи недоделанные…

- Зачем вам кол? – ахнул вслед Ивэн, разглядев, чем размахивает на бегу руководитель операции. Серж не стал оборачиваться. Вперёд и прямо…

- Комитет Защиты Аномалий! – кричал он, вместо какого-либо удостоверения демонстрируя осиновый кол. – Все назад!

Наверное, Феора смутило именно это «все». Он-то был уверен, что за ним следует только одно существо, и как-то не принял во внимание, что и сам может входить в число упомянутых Сержем «всех». И бывший доктор оглянулся, чтобы увидеть всех, кто следует за ним…

Он увидел оскаленные клыки разъярённого монстра, он даже понял, что его обманули, использовали, и сейчас убьют – но сделать ничего уже не успевал. И он, и вампиресса уже переступили «порог», и надобность в проводнике отпала, и бледные пальцы с чудовищными когтями уже впились ему в плечи, и…

И тогда Серж ударил. Он уже встречал таких по работе и имел опыт «общения».

***

- Но ты же уничтожил аномалию! – возмущался забавный во хмелю и излишне категоричный в своих суждениях аналитик Ивэн, после произошедшего разом уверовавший во всё, во что прежде не верил, не говоря уже о том, в чём сомневался. – Ты, сотрудник КОЗА, убил вампира! Как ты мог?!

- Мне пришлось выбирать, - признался Серж, оглядывая обоих собутыльников – Ивэна и Феора. – Или вампир, которых полным полно, или новый Орфей.

- Зря ты меня выбрал, - покраснел «новый Орфей». – Я разучился видеть Ворота. Только створки захлопнулись, выпустив меня и эту… И всё. Как отрезало. Так что никакая я больше не аномалия. Лучше б ты дал той твари меня порвать, инспектор. Была бы у тебя настоящая аномалия. С клыками.

- Вот именно, - поддакнул, икнув, Ивэн. – Такая женщина! И что, что с клыками? А правда, таких много? А где?..

- Где, где… - отмахнулся от очарованного убитой вампирессой аналитика Серж и сосредоточил внимание на Феоре. – При чём здесь Ворота, Орфей? – спросил он трезво и серьёзно.

- Ну, как… - растерялся беловолосый. – Уйти на тот свет – это ж аномалия? А я теперь разучился…

- На тот свет все умеют ходить, - заверил Серж. – Не сложнее, чем под себя, только не так противно самому. А другим всё равно тебя обмывать… Никакая это не аномалия. А вот это… - он протянул Феору стакан. – Сыграй-ка!

Бледные пальцы растерянного человека скользнули по граням, извлекая из тусклого стекла невероятную мелодию. Серж оборвал очередной аккорд, забрав у «музыканта» его «инструмент». И вложил в раскрытую ладонь камень – обычный булыжник, каких под ногами тысячи.

- Играй!

И пальцы огладили поверхность камня – и заставили петь. И снова, и снова – под изумлённый и восторженный мат юного аналитика.

- А ты говоришь – вампиры! Тоже мне – аномалия! – презрительно фыркнул Серж.

А камень пел в руках человека – и не было в этом мире песни удивительней или прекрасней.