Один шаг

Глава 1

Пару лет назад он начал появляться в моих снах. Сначала далеким размазанным пятном, которое с каждым разом становилось все больше и ближе, пока однажды не сформировалось в неясный силуэт мужчины. Шаг за шагом он приближался ко мне. Шесть месяцев назад я смогла рассмотреть его более пристально.

Он был одет в белесые голубые джинсы с белой футболкой и белую же кожаную куртку. Пепельные волосы слегка завивались и свободно падали на лоб. Голубые глаза хранили какое-то печальное знание. Стоило заглянуть в них, как я поняла, что моя жизнь отныне — прямая дорога.

Я начала ловить себя на том, что стараюсь раньше уйти лечь спать. Дневной сон стал нормой жизни. Я убегала в свои сновидения. Убегала к нему. Но никак не могла приблизиться сама.

Когда я делала шаг навстречу, он отдалялся ровно на этот шаг, а его лицо озарялось улыбкой. Казалось, в этой улыбке неразрывно смешались горечь с облегчением. Я не могла его окликнуть — голос сразу пропадал.

Однажды я не выдержала и со всех ног побежала к нему. Но, как часто бывает во снах, сколько бы ни старалась, оставалась на месте. Тот мой отчаянный срыв увеличил пропасть между нами.

Я поняла, что могу только ждать. И терпеливо выжидала. Проживала свои разные сны, постоянно ощущая его присутствие и наблюдая за ним краешком глаза.

Каким бы ни был сюжет моего сновидения, это не изменяло скорости его передвижения. Она была мучительно-медленной. Изматывающей. Доводящей до исступления.

Впрочем, когда я оставила свои попытки приблизиться к нему, расстояние между нами неуклонно стало уменьшаться.

И все же окружающие меня сновидения сказывались на нем. Когда мне снилось детство или, например, что я стала принцессой, его лицо светлело, глаза ярко блестели, а мое сердце пело. Когда я проваливалась в кошмары, в удушающую серость тревоги и безысходности, он бледнел, отчаянно сжимая руки в кулаки.

Настал день, когда между нами осталось всего шагов двадцать. Я хотела окликнуть его, но голос все также не слушался. Подняла было ногу, чтобы двинуться навстречу, и в нерешительности замерла. Он едва заметно покачал головой. С тех пор я не обращала внимания на безумные сюжеты, которые разворачивали вокруг мои сны, я просто смотрела, как он продвигается ко мне, а он смотрел на меня.

Над его верхней губой, слева в уголке, оказался маленький шрам, словно царапка от когтей кошки. А над левой бровью — триада небольших родинок, образовавших неправильный треугольник. За его спиной будто что-то тянулось, если хорошо прислушаться можно было уловить неясный шелест.

С каждым днем его взгляд становился ближе. Я все отчетливее видела, как в нем мешались печаль с невыносимой нежностью. Я с трудом просыпалась и возвращалась в реальный мир. Жила на автомате. Все мысли были заняты моим белоснежным ангелом из сна. Да, я решила, что он — ангел. Кто ещё мог быть столь прекрасен?

Сегодня расстояние между нами исчезло.

Он стоял совсем рядом. Его пепельные кудряшки, подхваченные легким ветром, касались моего лба. Голубой туман его взгляда, казалось, лишал движения. Я забыла, что нужно дышать.

Мой ангел поднял свою руку и невесомо поправил прядь волос, упавшую на мои глаза.

— Привет, — только и сказал он.

Сердце забилось так часто, словно превратилось в маленькую взлетающую колибри. По телу разлилась мучительно-сладкая боль, будто в кожу впивалась колючая проволока, обвивающая нас все теснее. Я молчала, не в силах разомкнуть губы.

— Прости, — тихо произнес он. — Прости за все.

— За что? — прохрипела я.

Нестерпимо захотелось снять груз с его души — ангелам положено быть легкими!

— Я дважды подвел тебя…

Он отвел глаза в сторону.

Я осторожно дернула его за рукав куртки, боясь прикоснуться к коже, чтобы ненароком не проснуться.

— Ты ни в чем не виноват, — уверенно сказала я.

Он легко провел костяшкой пальцев по моей щеке.

Кажется, в этот момент я умерла.

— Я недостоин тебя, — вздохнул он. — Сначала попал в ту дурацкую аварию и не смог дожить до нашей встречи, — он зло отбросил кудряшку со своего лба. — А теперь слишком быстро дошел до тебя.

— Это было совсем не быстро! — обиженно возразила я.

Он горько усмехнулся:

— Нет, это было чертовски быстро. Но ты так ярко горела, так сильно тянулась ко мне. Я не мог… — он оборвал себя, прикусив губу. Нахмурился. Несмело продолжил: — Я не смог захотеть замедлиться достаточно, чтобы дать тебе время.

— Время для чего?

— Для жизни.

Он тяжело вздохнул, его челюсть на секунду сжалась, очертив строгую линию скул.

— Но я дам тебе выбор. Ты можешь отречься от меня.

В глубине его глаз мелькнула боль, которую он тут же стер, но она успела липким туманом осесть внутрь меня.

Я поежилась. Набрала полную грудь воздуха, чтобы вложить в свое «нет» всю бессмысленность существования без него. Он приложил указательный палец к моим губам, и я обмякла, с молчаливой мольбой глядя на него.

Голос его дрогнул, когда он начал говорить:

— Не спеши. Послушай. Я был предназначен тебе судьбой, — мои глаза сверкнули восторгом. Он нежно провел пальцем по контуру моих губ, со вздохом убрал руку от моего лица. — Но я не справился. Я не дошел до тебя при жизни, а после смерти не смог обрести крылья Чистого.

Я недоуменно подняла свои брови. Он зажмурился, скрывая свою внутреннюю борьбу. Не открывая глаз, глухо объяснил:

— Я не смог вести достойную жизнь без тебя. Наша встреча должна была изменить меня, но я умер. И после смерти стал Падшим, — он замолчал. Открыл глаза, поднял руку, желая взять мою ладонь, но безвольно опустил ее, так и не коснувшись меня.

Кусая губы, я держала рвущееся наружу признание. Давала ему возможность сказать все, что его мучит.

— Ты все еще предназначена мне, но я не хочу обрекать тебя на жизнь около самой Преисподней.

Его взгляд стал острым, словно ломаный снежный наст:

— Ты не заслужила этого! И если откажешься от меня, то сможешь прожить достойную долгую жизнь, выбрать кого-то иного себе в спутники, а после — стать Чистой.

— Без тебя? — выдохнула я.

— Без меня, — эхом подтвердил он. — Так лучше. Ты заслуживаешь лучшего. А я… Я не такой.

— И что же мне нужно сделать?

Он смотрел так, будто пытаясь запомнить каждую черточку моего лица. Потом прошептал:

— Просто проснись сейчас.

Я вглядывалась в его голубые глаза и ощущала внутри себя покой, тишину. Мягко улыбнувшись, ответила:

— Я не могу проснуться.

Мгновение непонимания. Замешательства. И вспышка: ужас осознания.

Смело подняв свою руку, я ласково погладила его по щеке, стряхивая его вину. Ведь в том, что произошло, ее не было.

Он осторожно обнял меня за талию, притянул ближе, прижимая к сердцу. За его спиной развернулись большие черные крылья и словно коконом укрыли меня.