О проклятиях

Глава 1

Сегодня мне пришлось умереть пятнадцать раз.

Несколькими разными способами, но разница невелика. Такова моя работа, ничего необычного. Заказ выполнен успешно в соответствии с договором. Я профессионал, это всем известно.

Их было пятнадцать заговорщиков, революционеров что вздумали свергнуть благословенную династию. Им это удалось, к их несчастью. Жалкие людишки, певцы свободы! Какие возвышенные устремления, лозунги, солидный респектабельный вид и полный бардак в головах, а теперь – и в стране. И почему из века в век люди ищут свободу во вне, упорно запирая себя изнутри?

Они мучились. Легкая смерть здесь не по чину. Люди слишком быстро все забывают. Память как у рыбок, едва хватает на свой век, если повезет. А следующее поколение спокойно лезет на те же грабли. Как легко они забыли, отмахнулись в угоду своим желаниям, о значении слов, о том откуда они изначально. Разве «благословенный» - просто красивое слово? Это, если хотите, программа, определяющая реальность в масштабе своего правового поля. А где благословение – там и проклятие. Дуальность, две стороны одной медали, чтоб ее.

Проклятия – это по моей части. Мелочевкой давно не занимаюсь, только крупными заказами. Могу нежно вытрясти душу из тела, так чтоб надолго запомнилось. Эффектный, красивый конец, почти искусство. И не говорите, что смерть некрасива! Здесь сюжетов так много, можно бесконечно фантазировать, ибо уход из жизни так же славен и велик, как приход в нее. Просто люди об этом мало говорят - боятся, будто от одного упоминания сразу умрут. Однако, страх только подстегивает интерес. Как показатель, все мировые произведения завязаны на смерти (и любви). Особенно, если это героическая смерть, или смерть влюбленных. А сколько в истории устраивалось шоу из смерти, будь то казни или гладиаторские бои. Не стоит недооценивать.

У меня легкая рука, я знаю что делать, все останутся довольны, напишут пьесы или повести в назидание потомкам. Я умею вдохновлять своими методами. Таких специалистов наперечет. Вы уже захотели купить мои услуги? Аха-ха-ха, да, воспевать себя - мое неотъемлемое право и удовольствие.

Первый из них просто упал с лестницы. Вот такой банальный минимализм. С красивой лестницы, пышной, высокой и каменной – чтоб наверняка. Играла шумная вечеринка, а он вышел подышать в сад. Или наоборот, потравить дыхание сигаретой? Не суть, его никто не услышал и не вспомнил о нем до утра. А утром, хладный труп в нелепой позе - славная садовая статуя, обагренная красным. Потом сказали, перепил наверное, вот и упал неудачно.

Второй ехал в поезде. Ночь, романтично стучат рельсы, не спится. Как удачно попалась женщина, сойдет для дорожного приключения: светлые кудри, крепкая задница, а как дышит волнительно под платьем. Нет, раздеваться не будем, можно просто прижать хорошенько в темноте. Вот так, и еще. Какие упругие бедра! Он Великий человек! Да, все отлично, просто супер, что-то голова закружилась – пойду умоюсь. Черт, может давление, я ж еще не старый! Но и не мальчик. Надо все-таки больше спать. Отчего такой сквозняк, окно открыто? Как вагон шатает…Свист ветра в ушах..

О, какой удивительный случай! Выпал из окна поезда! Газеты в восторге! Неделю все судачили, все-таки не последний человек на политической арене. Было ли это покушение или самоубийство? Загадочная история осталась в веках. Впрочем, для кого-то это было рядовое происшествие, каждый день их сотни, давно не будоражат, можно допить кофе и сложить газету.

Вы уже поняли, что я не совсем человек? Точнее, в каком-то из измерений вполне человек, но здесь я на службе. О да, на службе у смерти. И я переживаю ровно все, что чувствует человек в свой смертный час, с одной лишь существенной разницей: точно знаю, что осталось немного потерпеть и все закончится. Я предвкушаю смерть как освобождение. Люди же, в основном пребывают в неведении, цепляются за жизнь, вместо того чтобы облегчить свои страдания принятием. Ну что ж, такова их судьба.

По воле заказчика, каждого из заговорщиков оставляю в этом мире. Весьма непростой трюк: схватить душу за шкирку в момент выхода и привязать. Я вижу, как мои ногти удлиняются, теперь они больше напоминают когти хищной птицы. Ах да, я же и есть птица, временами. Зато очень удобно охотиться, ловить как на крючок. И вот я уже криво улыбаюсь навстречу свежеиспеченному призраку. Он плавно выплывает и зависает рядом, на некотором расстоянии от земли. Сумрачно-прозрачен и спокоен.

С другой стороны – они ведь сами рады, сами повязаны своими надеждами, чаяниями, планами, страхами. Сами с готовностью соглашаются, лишь бы не исчезать окончательно или что там за гранью, непонятно, но очень страшно. Они чувствуют легкость, думают, что избавились от страданий и тревог.

Моя армия призраков растет. Им еще невдомек, что придется пожинать плоды, наблюдать за результатами своих прижизненных действий. Смотреть, что будет с близкими, как страну раздирает хаос и прочие приятные и милые последствия революций. Смотреть, и ничего не в силах изменить. Таково их наказание, их проклятие. Знали бы они, на что шли!

Буря уже начинается, а заговорщики в моем списке еще остались. Они уже боятся, трепещут, чувствуют, что дело неладно. Но что они могут? Лишь принять свою участь. От смерти не спрячешься в доме, не сбежишь в другую страну. Но им это неизвестно. Они в страхе шарахаются друг от друга, подозревая всех и каждого, не имея зацепок и информации. Разделяются. А я уже рядом, смеюсь шепотом прямо в ухо, сладко обещаю конец.

До чего красива эта ночь! И мучительна, каждым выверенным действием. Но как сияют фонари и звезды! Свежая прохлада льется в темноте, заполненной уютными шорохами. Я стою на балконе, смотрю на улицу внизу: гуляют парочки, смеются, переговариваются вполголоса, у них свои тайны, они провозглашают жизнь и любовь. Луна к ним благосклонна: освещает путь и ласкает плечи, отражается в глазах, когда девушки запрокидывают головы. Как много в них жизни, страсти, мечтаний. Томный аромат ночных цветов.

Я со вздохом поворачиваюсь, неспеша прохожу в полумрак номера, где мой клиент развалился на постели. Сейчас я выгляжу как нежная девушка, с мягкими темными волосами, что волнами спадают до талии, и пышными ресницами, скрывающими усмешку. Короткое коктейльное платье бордового цвета переливается в свете луны, дрожит будто сейчас исчезнет, или это я исчезну – непременно, как только закончу дело. Какие длинные ноги, словно кроме них ничего больше нет, да еще на каблуках! И как девушки такое носят? В моей руке бокал, я доливаю его доверху, влага сочится через край и переливается, стекая по ладони до локтя, капает на пол. Кап..Полная чаша яда. Все для Вас, дорогой, самый изысканный конец.

Подношу к губам и провожу языком по краю бокала – дразню, показываю пример – бери, пей из моих рук, это великая честь. А потом мы будем умирать. Ты готов? Я-то всегда готова. Хотя нет, вру, к такому невозможно приготовиться. Сладкий яд, как газировка ударяет в нос, взрывается в голове фейерверком. Причудливые ощущения, правда? Я чувствую то же, что и ты. Все по справедливости, все заслуженно, пришло время. За моей спиной колышется эскорт из призраков. Маскируясь в ночных тенях, они придают действию некую театральность. Им бы хотелось предупредить товарища – не пей, это горький соблазн, смертельная ошибка! Но они молчат, все равно никто не услышит, ничего не поделаешь. И они ждут, когда возмездие свершится, когда они получат еще одного солдата в свои ряды, это тоже их нестерпимая мука - ожидание.

В этот раз придется потерпеть подольше, последний финал – самый красочный. Я уже чувствую, как скручивает внутренности и выворачивает их наизнанку. Длинная ночь, очень длинная. Слушаю музыку смерти. О, я умею слушать! А что еще остается, когда внутренние струны натянуты до предела и рвутся, когда кажется рухнуло все, крепость пала и в мире лишь дурная бесконечность боли. Какое счастье знать, что это пройдет. Еще чуть-чуть, чтоб уж до самого конца - и отпустит. Только полностью, качественно умерев, можно родиться вновь. Впрочем, этим моим клиентам грозит еще немалый срок.

Кончено. Мой яд не найдут никакие криминалисты, о подобных болезнях здесь тоже никто не слышал. Чистая смерть. Снова загадки и тайны. Но чего только не происходит с людьми! Особенно, с высокопоставленными людьми. Стоит ли удивляться. Ветер равнодушно колышет занавеску у раскрытого балкона.

Идеальное завершение миссии, и я с облегчением растворяюсь в лунном свете, ведь меня здесь никогда и не было…

Брезжит рассвет.