Нина между адом и раем

Глава 1

Он ей сразу не понравился.

– Я пришёл, чтобы убить тебя, – произнёс он с порога, и так началось их знакомство.

Высокий статный мужчина, воин. По-скандинавски харизматичное лицо, голубые глаза, вьющиеся волосы до плеч. На плечах – чёрная накидка, застёгнутая у шеи; вместо пуговицы – брошь в виде рыцарского щита. Настоящего щита он не носил, зато ножны с торчащей рукояткой длинного меча свободно висели на поясе. Чёрным поясом разделялся костюм грязно-серого цвета: русская рубашка вверху, французские кальсоны внизу. На ногах – сапоги, очень похожие на обувь профессиональных альпинистов.

– Меня зовут Азрил, – добавил он.

– А меня…

– Нина. Нина Подгорная, 7 лет.

– Правильно.

Нина жила на границе хабаровского края, с отцом и старшей сестрой. Их небольшой двухкомнатный дом был одним из самых старых в посёлке. Мама Нины бывала здесь только летом: олимпийская чемпионка Алевтина Подгорная выступала за сборную России по биатлону.

– Ты одна? – спросил Азрил.

– Да.

Почему она открыла дверь незнакомцу?

– Ты меня впустишь?

– Заходите.

Теперь он сидел в древнем дедушкином кресле напротив неё. Ножны своим нижним концом касались пола. Его ясный взгляд… Нина видела такие же глаза у бездарных, но смазливых актёров. Она сидела напротив Азрила, положа ногу на ногу, и почти не боялась. Она была пока спокойной, лишь двумя пальцами правой руки теребила уголок платьица.

– Я ангел, моё имя Азрил. Я здесь, чтобы убить тебя, но прежде хочу рассказать, почему я здесь.

Его голос не дребезжал, а лился. Ни нотки сомнения. Красивый голос…

– Рассказывай…

Нина тяжело вздохнула. Она ждала чего-то подобного, наверно, с самого рождения.

– Ты необычная девочка. Очень необычная. Другая бы на твоём месте плакала и умоляла отпустить.

– А вы меня разве держите? – Нина пожала плечами.

Азрил на секунду отвёл глаза.

Обычная девочка, ростом чуть пониже сверстниц. Волосы чуть более бледные, глаза чуть менее голубые. Мягкие черты чуткого, ясного лица. Детский крестик на шее и самодельный нефритовый браслет на правой руке.

– Ты ждала меня, да?

Нина кивнула.

Что ж, так будет ещё легче. Тот редкий случай, когда жертва должна узнать о предстоящей казни, будучи в своём теле, всего лишь пятый в карьере Азрила. И поэтому пятый раз он является в плотный мир, надев физическую оболочку.

– Я расскажу тебе о добре и зле, – продолжил он. – Понятия добра и зла, которыми пользуетесь вы, сильно отличаются от того, что есть на самом деле.

Нина снова кивнула.

– В частности, большинство людей уверены, что боль, страдания и смерть – это зло. А значит, войны и убийства – тоже зло. Но это не так. Так же, как и понятия о добре: щедрость, честность, даже любовь не раз и не два в истории людей приводили к большим проблемам. И я не говорю о ложной любви, которая является причиной, например, религиозных войн. Я говорю о том, что дары, которые вы называете дарами Волхвов, порой серьёзно отягощают жизнь как дарителя, так и того, кто эти дары принимает.

Азрил посмотрел на реакцию Нины: понимает ли? Нина покачивала ногой и подпирала подбородок рукой, глядя на разводы от пролитого молока на деревянном полу.

– Убийство тебя – величайшее добро, которое необходимо совершить сейчас, чтобы предотвратить ряд тяжёлых последствий для большого количества людей. Обычно я убиваю, ничего не сообщая жертвам: они просто погибают в результате несчастных случаев. Но ты, Нина, особая девочка, и мне поручили рассказать тебе об этом. Твоя смерть и быстрое перерождение принесут намного большее благо для Земли, нежели твоя дальнейшая жизнь в этом теле, в этом месте, в это время. Надеюсь, что ты меня поняла правильно. Да?

Нина хмыкнула и подняла голову. Её грустные глаза застенчиво засветились.

– Неужели я возглавлю сопротивление и буду сражаться против роботов-терминаторов?

– Нет.

– А может, я сама решу, когда мне жить, а когда умирать?

– Ты уже решила, поэтому я здесь. Объяснить?

– Объясни, пожалуйста. А то мои родственники меня не поймут.

– Вы, люди, в поисках смысла жизни дошли до того, что смерть физического тела считаете выбором души. На самом деле, вы ничего не решаете: решаем мы. Но чтобы вам было комфортнее, мы энергетически подпитываем вашу идею о личном выборе, даже если это выбор жить или умирать.

Азрил, будто бы извиняясь, слегка развёл руками. Нина встала со стула и, покусывая указательный палец, зашагала по комнате: сперва к одной стене, затем к другой.

– Ты ангел, да?

– Да.

– Ангел, убивающий по приказу?

– Что-то типа того. И да, совсем забыл сказать. В вашей концепции добра и зла существо под названием Бог Всемогущий часто выступает на стороне зла: он наказывает людей. Так вот, на самом деле это не наказание. Тебя убивают не потому, что ты перед кем-то провинилась.

– А что я сделала? – Нина напряжённо думала, и воздух вокруг неё, казалось, электризовался.

– Пока ничего, однако ты сделаешь. Своими благими намерениями ты погубишь сотни невинных людей. Это случится через 15 лет.

– Не понимаю. Как я могу кого-то погубить, если ничего не решаю? Ты только что это сказал.

– Всё верно. Мы решили оставить этих людей в живых. Поэтому убиваем тебя.

Азрил слегка привстал, и его рука сделала движение в сторону рукояти меча. И в этот момент стены дома задрожали, а голову Нины пронзила острая боль. Она схватилась за спинку стула, чтобы не упасть.

Азрил поднялся во весь рост, положил руку на меч и напрягся. Несколько книг упали с книжных полок, посуда в шкафах задребезжала, а в воздухе запахло озоном. Азрил выдохнул и будто бы кивнул самому себе:

– Ты не можешь без эффектных появлений, да!

Нина опустилась на пол и беспомощно схватилась за голову, пытаясь закрыть уши ладонями. Азрил медлил, хотя мог за два шага достичь девочки и прикончить её одним ударом.

Посреди комнаты материализовалось облако чёрного дыма. За несколько секунд оно рассеялось, и взору присутствующих предстал бородатый дедушка восточных кровей, в белой рубашке до колен и с куфией на голове.

– Амдускиас, какого дьявола ты здесь? – Азрил всё ещё сжимал рукоять меча, не вытаскивая его.

– Я хочу тебе помешать, – ответил дедушка голосом, от которого Нина практически сразу пришла в себя.

– Мама! – она привстала, волнительно распахнув глаза, но увидела только двух мужчин.

– Нина, осторожно! Стой где стоишь! – Азрил выдвинул левую руку вперёд ладонью к Нине. – Это демон, он может говорить любыми голосами и принимать любой облик.

– Ты прав, – согласился дедушка.

На секунду чёрный дым вернулся, скрыв его облик, но также быстро исчез. Теперь перед Ниной стояла мама: Алевтина Подгорная, в синем лыжном костюме, тёплой шапочке и с винтовкой на спине. К счастью, без лыж.

– Здравствуй, – мама протянула руки к дочке и присела на корточки. – Иди ко мне, я тебя защищу.

Нина сделала шаг навстречу, будто бы загипнотизированная.

– Кончай, демон, трюковать! Я не шучу! – и Азрил обнажил белый сверкающий меч.

Амдускиас в виде биатлонистки резко обернулся, и его снова поглотил чёрный дым. Через пару обращений – сперва в ворона, а затем в Нину, он застыл в облике Азрила с аналогичным мечом в руках.

– Против себя пошёл, ангел? – спросил Амдускиас его голосом.

– Нина, не обращай внимания. Демоны не имеют собственного лица! – Азрил говорил, направляя меч на противника, который зеркалил все его действия. – Вот тебе доказательство того, что зло стремиться сделать благой поступок и спасти твою жизнь. Теперь ты мне веришь?

Девочка медленно приходила в себя и аккуратно села обратно на стул, который отодвинула подальше от двух вооружённых гостей. Шум в ушах и боль отступали. Возвращалось ясное видение.

– Что за цирк вы тут устроили? – обратила она на себя внимание.

Азрил, которого назвали демоном, развернулся к ней и спрятал меч в ножнах. Азрил, который назвал себя ангелом, не опустил меча. Облик обращённого Азрила слегка колебался, будто голограмма.

– Я успел вовремя, – произнёс Амдускиас голосом Алевтины. – Этот убийца почти убедил тебя в том, что он ангел. Что он тебе наплёл, моя дорогая?

Пытаясь абстрагироваться от голоса матери, льющегося изо рта большого мужчины, Нина ответила:

– Он сказал, что моя смерть будет благом для всех.

– Ну понятно, – Амдускиас повернулся к Азрилу. – Ты видишь её ауру?

– Ещё как, – Азрил тоже убрал оружие.

– Девочка, ты знаешь, что у тебя прозрачная аура? И ты знаешь, что это значит?

Нина снова поместила указательный палец между зубов. Так ей легче думалось. Вернее, так легче было отдаться озарению. И папа, и старшая сестра Маша постоянно твердили, что с ней это случается: ребёнок в таком возрасте не может иметь собственные мысли той глубины, что порой изрекала Нина.

– Я вам обоим не доверяю, – сказала она. – Но готова выслушать все аргументы за и против. Только прошу, как вас там. Уважаемый демон, пожалуйста, не говорите голосом моей мамы. Это нечестно.

– Она права, это нечестно, – впервые улыбнулся Азрил.

– Хорошо, – Амдускиас заговорил по-английски голосом Мерилин Монро и за мгновение чёрного дыма превратился в певицу. – Так честнее?

– Yes of course, – согласилась Нина.

– У тебя прозрачная аура, – повторил Амдускиас. – В вашем земном мире детей с такой аурой называют хрустальными. Они обладают рядом свойств детей с фиолетовой аурой, которых вы называете Индиго, и мудростью детей с радужной аурой, которым вы ещё не придумали название. Хрустальные дети – гении, мудрецы, учителя, изобретатели, музыканты. Ты знаешь, кем был твой папа?

– Почему был? – не поняла Нина.

– Эй, – перебил Азрил. – Может не стоит об этом говорить?

– Ты всё равно убьёшь её, пусть знает правду, – Амдускиас слегка зашипел и на миг расплылся в воздухе, после чего снова обрёл плотную форму. – Твой папа – северный душитель. Об этом знает только твоя мать, и, кстати, Алевтина Подгорная – пятнадцатая инкарнация Ахиллеса.

– Что за бред? – Нина едва не прикусила палец и с неподдельным любопытством уставилась на заговорившую по-русски Мерилин.

– Бред нёс вот этот бескрылый благодетель, – Амдускиас кивнул в сторону Азрила. – А я говорю правду.

– Мой отец архитектор. И его зовут Михаил, – Нина перевела взгляд на Азрила, который лишь скептически хмурил брови.

– Твоего отца зовут Александр Киров. Он переспал с твоей матерью во время спортивных соревнований. Отца твоей сестры зовут Звонимир Гус, это спортсмен из Словении и первый гражданский муж твоей мамы. Михаил – второй муж твоей мамы, они встречались в то время, и он думает, что ты его дочь.

Амдускиас встряхнулся, и из чёрного дыма вышел молодой долговязый очкарик, добавивший собственным голосом:

– Вот так он выглядел, твой отец, на момент секса с твоей мамой. Секс был добровольным, а душителем этот человек стал спустя полгода.

– И ты ему веришь? – вышел вперёд Азрил, отодвигая очкарика. – Веришь лепету этого бездарного актёра? Веришь, что вот этот студент из медучилища – известный северный душитель по прозвищу Рыбак?

Нина отвернулась от всех и подошла к окну. Смутное отражение в стекле, напряжённое детское лицо и нежелание ничего понимать. Она коснулась жёлтой шторины и почувствовала, что закипает: это не контролировалось даже теми силами, представители которых находились за спиной.

Иногда она видела свою ауру. Иногда – ауры других людей. Она что-то чувствовала. Эти двое были как минимум странными: белая аура Азрила периодически пропадала, а Амдускиас вместе с телами людей нахлобучивал и их тонкий план.

Сейчас она сойдёт с ума. Или проснётся.

– Азрил – истребитель хрустальных детей. Их контора выслеживает чистые души и посылает на Землю убийц. Если бы они не находились под нашей защитой…

– Кто ты? – перебила Нина. – Если этот ненастоящий ангел – убийца, то ты…

– Демон-хранитель, – Амдускиас снова перешёл на голос Алевтины, оставаясь в облике очкарика.

Слёзы её спасут, не дадут взорваться. Но господи, так не хочется показывать им свою слабость. Она же сильная: она умеет читать мысли некоторых людей и одним взглядом поднимать лист бумаги на высоту пять сантиметров. Так не хочется быть слабой перед этими… чьи мысли ей совершенно недоступны. Кто же они?

Нина сглотнула тяжёлый ком и протёрла глаза. Азрил снова сел в кресло. Амдускиас в облике очкарика закурил невидимую сигарету прямо в комнате.

Вдруг из прихожей послышался шум какой-то возни, а затем девичий голос:

– Нина, ты дома?

Тут же большая деревянная дверь со скрипом приоткрылась, и коротко стриженая девочка-подросток просунула голову внутрь. Увидев двух незнакомцев, она испуганно встрепенулась и рванулась прочь.

– Маша, я здесь! – окрикнула Нина и подбежала к двери.

Однако сестры уже не было. Ни Азрил, ни Амдускиас никак не отреагировали на происшедшее, зато Нина, повернувшись к ним, сказала:

– Делайте быстрее своё дело и уходите.

Амдускиас как по команде обратился в иностранного рыцаря, закованного в железные доспехи. От звона металла заходили ходуном стены, а с полки упала очередная пара книг. Азрил снова выхватил меч и стал наступать.

– Прячься за моей спиной, – приказал рыцарь голосом Нининой учительницы.

– Не надо, Вера Ивановна. Я не нуждаюсь в твоей защите. Пусть он убивает, я не боюсь. Я не боюсь!!!

Последнюю фразу Нина провизжала так громко и тонко, что треснула стеклянная дверь шкафа с посудой. После чего Нина подошла к ноге рыцаря и заколотила по ней кулаками.

– Убирайся, убирайся, убирайся отсюда!!!

Она истерично орала и плакала, разбивая маленькие кулачки в кровь, однако Амдускиас не пошевелился ни на миллиметр.

И вдруг опора исчезла, и Нина заколотила в пустоту, а затем упала на пол. Мгновением раньше Азрил махнул своим белым мечом и молниеносно отсёк рыцарю голову. Никакие доспехи ему не помогли. Облачко чёрного дыма – всё, что осталось от защитника, да и оно развеялось за несколько секунд.

Нина сразу же пришла в себя, увидела вооружённого Азрила и, перебирая ногами и руками, инстинктивно отползла в угол, не сводя глаз с противника. Азрил сделал два шага в её сторону, держа меч остриём в пол. Он уже замахнулся. Нина встряхнула головой, гордо и грустно глядя в глаза смерти.

– Стой! Брось меч!

В дверях находилась Маша. В руках она сжимала охотничье ружьё и направляла его на Азрила.

– Маша, уходи! – крикнула Нина.

– Не трогай её, иначе я выстрелю! – остервенелый взгляд сестры доказывал её решительность.

– Ты не выстрелишь, – улыбнулся Азрил. – Убить человека непросто.

– Выстрелю и не промахнусь! Меня родители научили.

– Убивать? – хмыкнул Азрил. – Это вряд ли. Твой отец спортсмен, а вот отец твоей сестры – маньяк. Так что я, скорее, поверю, что она меня убьёт, а не ты.

Прогрохотал выстрел. Оглохнув от него и зажав уши, Нина вжалась в стену… но не от страха. Глаз она не закрыла ни на секунду и видела, как в теле Азрила появилась огромная дыра размером с футбольный мяч. Однако ни крови, ни прочих ужасов не было… Тело Азрила постояло секунды две на ногах, а затем… чёрный дым скрыл его от взора Нины. Когда дым рассеялся, Нина увидела только Машу, которая, сжав губы, срослась с ружьём и замерла, как истукан.

– Зачем ты убила его? Это был ангел! – опершись о стул, Нина привстала.

Маша продолжала стоять, не шевелясь. И тут до Нины донеслись знакомые голоса из прихожей. Незнамо почему, Нина пронеслась мимо Маши и, миновав дверь, очутилась прямо перед своим отцом, Михаилом. На его лице сиял страх. А за его спиной… кто-то прятался.

– Доченька! Что случилось?! Маша позвонила и сказала…

Маша выглянула из-за спины отца – такая же бледная и напуганная. Нина развернулась и мигом бросилась назад, в комнату. Она вбежала туда и встала посередине. И непривычно заозиралась, пытаясь найти следы присутствия хоть кого-нибудь.

Однако комната была пуста. Лишь облачко чёрного дыма быстро рассеивалось под потолком.