Невыдуманные истории

А я еду за туманом

«А я еду, а я еду за туманом».

Зазвенел телефон. Света подбежала к сотовому.

- Алло? Это кто? ,

- Это я, Оля из Усть-Илимска.

- Оленька, как я рада тебя слышать!

- Как ты поживаешь? Как твоё здоровье?

- Ничего, а ты? Да... В общем ничего... Живая.. . Света, приезжай к нам в Усть-

Илимск в гости. Мы с Мишей сейчас одни. Будем счастливы с тобой встретиться.

- Я может, в июне смогу приехать.

- Ой, здорово! Приезжай в июне.

- Ну ладно. До свиданья. Передавай привет Мише.

- До встречи.

Светлана разволновалась, услышав, родной грудной голос. Она потушила свет и

пошла в кухню, мыть посуду.

Воспоминания нахлынули на неё сразу. С Олей она познакомилась во дворе. Ря-

дом с её домом были качели. Днём на них качалась детвора, а в сумерках - молодёжь.

У этих качелей и познакомились. Оказывается, они учились в одной школе в парал-

лельных классах. И подружились. Характерами они были совсем разными. Тихая и за-

стенчивая Оля, не блистала знаниями в школе. Хорошенькая, с милой славной улыб-

кой она напоминала лакомую булочку. Но Светлану привлекали в ней - её доброта и

не по годам взрослая житейская мудрость. И тактичность. С ней невозможно было по-

ссориться... Мягкая и тактичная она давала Светлане советы, сдерживая её романти-

ческие порывы.

Светлана же внешне была худая, спортивная, с накачанными в спорте ногами.

Обаятельная и романтичная с короткой мальчишеской стрижкой. Она умела зажигать

всех вокруг своим оптимизмом и темпераментом. В детстве Светлана была худенькой и бледной малышкой. Детские болезни преследовали её одна за другой. Бабушка уговаривала родителей Светы, покрестить её в церкви. Но в то время процветала антирелигиозная пропаганда. В классе у Светы училась девочка, на шее которой заметили крестик, когда она переодевалась на физкультуре. Доложили директору. Утром на школьной линейке эту девочку отругали и исключили из пионеров. Из-за пропусков уроков у Светланы в 3-ем классе стали появляться двойки. И тогда мама её обратилась к двум верующим старушкам, которые жили по соседству. Те нашли крёстную маму для девочки. С вечера Свету увезли к будущей крёстной, у неё девочка и переночевала. Была зима. Свету разбудили рано утром до рассвета и повели в храм. Всё казалось странным и фантастичным. А вскоре мама привела дочку в спортивную школу. И что помогло спорт или крещение? Но болезни прекратились совсем. Может светлые силы взяли её под свою защиту?

Занимаясь гимнастикой, беговыми лыжами, греблей на байдарках Светлана, готовила себя к подвигу. А сможет она, как супруги Черские, в глухой тайге тащить в рюкзаках образцы камней? Открывать на Чукотке кимберлитовые трубки с алмазами? Шагать через пустыню Гоби в Монголии с Пржевальским? Знания ей давались легко. Дети любили её и выбрали своим комсомольским вожаком. Книги открывали ей двери в мир. Вот она путешествует вокруг света на чешских автомобилях, вместе с Ганзелкой и Зимкундом, а вот пробирается через густые джунгли Африки и изучает цокающий «птичий язык» низкорослых пигмеев. Живёт на горе Килиманджаро среди стаи обезьян вместе с английской девушкой - зоологом. Дороги манили её, будоражили, звали в запредельную даль.

Цель и мечта её был космос. Для этого требовалось закончить университет, стать экзобиологом. И поскольку на Земле уже всё было открыто – полететь на Марс.

В момент, когда Света познакомилась с Олей – дома у неё было всё плохо. Родители умерли один за другим. А жила она со старшим братом. Он недавно вернулся из тюрьмы. И хотя попал он туда по глупости, но срок всё же схлопотал. Семь месяцев заключения сломали его психику. Да ещё и тяжёлое детство с отчимом. За любую провинность он получал ремня, к тому же неродной отец постоянно попрекал его куском хлеба. Убегая от наказания, брат прятался в овраге, а Света приносила ему туда бутерброды и варёные яйца. Двенадцатилетний подросток плакал, растирая слёзы кулаком, и приговаривал: «Вот убегу, убегу совсем и найду родного отца. И буду жить с ним»...

Всё это сформировало в нём множество комплексов. Сейчас он женился и в семье

один за другим родились трое детей. Он был хозяин в доме. Родителей не было, а он

превратился в домашнего деспота. Часто напивался и избивал свою жену. Света не

могла равнодушно на это смотреть. Всегда заступалась, а он переключал свои кулаки

на неё. В школу она приходила с подбитым глазом и вся в синяках. А ещё был один

резон выжить её из дома. Света занимала целую комнату, а в другой комнате они юти-

лись впятером. Чтобы ускорить процесс, её отлучили от стола.

- У тебя есть пенсия за отца - вот и живи на неё.

Разве неопытная в жизни школьница могла распределить 45 рублей пенсии и на

еду и на одежду? Она постоянно голодала. Оля тащила её к себе домой и в тайне, пока

родители на работе, наливала ей тарелку пустых щей и отрезала толстый ломоть хле-

ба.Подруга спасала её от голода. Последнюю пенсию она растягивала, как могла. Оля тай

ком от родителей насыпала ей в авоську сырую картошку. Денег на масло у Светы не

было и она просто отваривала её и ела с хлебом, который ей тоже совала подружка.

Иногда она ходила в гости к другой своей любимой подружке - Насте, своей одно-

класснице. Настя жила в своём доме с садом. У неё были родители, младший брат и

больная бабушка. Работал только отец, мама ухаживала за больной бабушкой и шила

платья своим соседям и родственникам. Она была портнихой. Настина мама усажива-

ла сиротку за стол и сытно кормила. А к чаю подавала пирог с повидлом из садовых

яблок. Да ещё с собой заворачивала большой кусок пирога.

Настя была преданной подругой. Они обе со Светланой были лучшими ученицами

класса. Мальчики их не интересовали. Однажды Светлана с Настей, гуляя по парку,

замерзли и забрели погреться в местный клуб. Там проходил вечер, посвящённый

Шекспиру. Они смотрели сцены из «Ромео и Джульеты», а потом началась викторина.

- «Давай подсядем поближе, предложила Светлана. Я хорошо знаю Шекспира. Прочитала все его тома».

Она стала поднимать руку и отвечать на вопросы. Ей очень хотелось покрасоваться

перед любимой подружкой. Первый приз она выиграла легко и получила томик избранных произведений Шекспира и мягкую игрушку. Шекспира она подарила Насте,

а мягкую игрушку отдала своим племянникам.

Посмотрев фильм «А я шагаю по Москве», Света загорелась полететь в Москву, но

ни одна, а всем классом. Настя поддержала её идею. Свете удалось убедить и директо-

ра и завуча, и всех учителей школы, в необходимости соревнования между девятыми

классами. Учебный год соревнуемся, а приз победителю - поездка в Москву на летних

каникулах. Директор школы был спокойный солидный мужчина, с добрым и мудрым

взглядом. Он договорился в ГОРОНО о поездке. И началось. Кто больше соберёт ма-

кулатуры? Ставились баллы. Кто больше соберёт металлолома? Ставились баллы. Кто

выиграет в спортивных школьных соревнованиях? Основные претенденты были 9А и

9Б. Страсти разгорались. В 9Б половина класса были рослые спортивные юноши. Они

и прыгали выше, и бегали быстрее. В 9А было всего четверо низкорослых щупленьких

юношей, но они взяли другим. Сшили красивую спортивную форму. За неё прибавили

баллов. За прогулы на уроках баллы снимались. За двойки - баллы снимались. Света и

Настя оставались после уроков и занимались со слабыми учениками. Дисциплина на

уроках тоже учитывалась. Все ходили весёлые и загадочные. Перед окончанием этого

учебного года Светлана договорилась с прорабом о расчистке подвала многоэтажного

дома за деньги. Дети выносили старые трубы, обломки кирпичей, лопатами счищали

грязь с бетонного пола. На свою первую в жизни получку, Света купила фотоаппарат

«Весна» И фотокассеты. Победил класс 9А. От Ульяновска до Москвы лёту был один час. Поселили их недалеко от Измайловского парка в общежитии Высшего технического училища имени Баумана. Учителя с девчонками рассекали по магазинам. А у Светы и Насти не было ни денег, ни желания на покупки. Они вдвоём ехали на ВДНХ. Восхищались ин-

тересными экспонатами в павильонах, тайком воровали яблоки и груши на отдалён-

ных аллеях. Тут же, у озера с лебедями, съедали эти фрукты. Мчались в музей

им.Пушкина. Свету смущали полуголые статуи на мраморной лестнице, а картины

импрессионистов она фотографировала. Особенно ей нравился Клод Моне, а полотна

Гогена вызывали у неё отвращение. В Третьяковскую галерею они ходили всем клас-

сом. «Троица Андрея Рублёва изумила её. Света стояла как завороженная, уже все де-

ти перешли в другой зал, а она всё стояла не в силах оторвать свой взгляд от струяще-

гося изнутри золотистого света, исходящего от огромной, в человеческий рост, иконы,

впечатляющая была картина Иванова «Явление Христа народу». Запомнились полотна

Поленова - их земляка и В.Серова. Репродукция с его «Девушки, освещённой солн-

цем» висела у неё дома над письменным столом.

А девчонки всё рассекали по магазинам. Казалось, кошельки у них были бездонны-

ми. А вечером школьницы распаковывали коробки и хвастались покупками. В один из

последних дней Света с Настей помчались на Воробьёвы горы. Их приняли за абиту-

риентов и легко впустили в университет. На лифте они поднялись на 17-ый этаж и лю-

бовались оттуда Москвой. Возвращались они потрясённые. Моросил легкий дождь.

Девчонки плакали от счастья. Слёзы на щеках смешивались с дождём. Мы поступим в

университет! Мы как Вавилов и Ландау посвятим себя науке!

Подражая Валентине Терешковой, Света с Настей записались в ДОСААФ. Вместе ездили на прыжки с парашютом. На третьем прыжке у них было задание: спускаясь на основном парашюте, открыть в воздухе запасной и спуститься на землю на двух парашютах. Девчонок парашютисток ставили впереди курсантов десантников, чтобы глядя на спортсменок, парни меньше боялись. Когда основной парашют раскрылся, Светлана огляделась, успокоилась и рванула кольцо запасного. Падение на двух парашютах более медленное и впечатление от полёта над землей сказочное. Внизу проплывали зелёные квадратики полей, кучерявые островки перелесков и виднелось вдали огромное голубое Куйбышевское водохранилище. Сердце девушки трепетало от восторга, но вдруг откуда-то сбоку налетел сильный ветер. Её и Настю потащило к Волге. Толи от волнения, толи от восторга у Светы случился сильный понос. Девушки ещё не имели опыта, маневрирования стропами и ветром их отнесло очень далеко - на самый берег Волги. Чуть в воду не попали. Приземлились. Настя бежит к ней на встречу. Плачет от счастья, бросается на шею обнимать и целовать. А от Светы вонища... Какой стыд!

- Не подходи ко мне! У меня ЧП - понос»!

Подруга мигом сообразила, стала собирать её парашют и прикрыла собой, пока

Светлана снимала штаны, скидывала грязные рейтузы и обтиралась. Только она успе-

ла натянуть снова штаны, подъехали инструктора.

- Вы живы? Руки, ноги не переломали? Как мы за вас переволновались! Думали унесёт вас на Волгу.

Воспоминания прервались.

Светлана домыла посуду. Она никогда не употребляла «ФЭРИ» и другие моющие

вещества. Света была морским микробиологом и представляла сложную экосистему

моря. Ей было жаль морских обитателей: от микроводорослей и морских бактерий до

ракообразных н рыб. Морские жители вынуждены глотать отравленную воду и про-

пускать её сквозь себя. Открыв дверь, она выпустила кота на прогулку, затем открыла

окно и насыпала жаренных семечек в кормушку для синички.

Покончив с кухонными делами, она села кроить распашонки для внучки.

Воспоминания вновь овладели ею.

Настенька участвовала и в другом приключении Светы. Летом они сидели на бе-

регу Волги и любовались солнечной дорожкой на воде.

- «Ты знаешь, моя мама в 17 лет переплывала Волгу. Правда тогда Волга была намно

го уже, потому что не было Куйбышевской ГЭС и Куйбышевского водохранилища. Мне тоже 17 лет. Спорим, что я тоже переплыву Волгу»? - спросила Света.

- «Да ты что?»

- «Ты только одежду перевези мне на тот берег. Не голой же мне возвращаться назад. И вот ключи от дома, забери», - говорила Света, сбрасывая на ходу одежду и протягивая связку ключей.

- «Спорим то, на что!» - спросила Настя

- «На шоколадку», - ответила Света и бросилась в воду.

Настя растерялась. С каждой минутой голова её подружки удалялась всё дальше и

дальше. Чёрной точкой колыхалась среди волн. Она посчитала мелочь в карманах: ту-

да хватает, а обратно на двоих нет. Бросилась к отдыхающим. Стала объяснять ситуа-

цию и просить мелочь.

- «Там у меня подруга поплыла на тот берег», - чуть не плакала Настя. Поверить не

поверили, но мелочь на проезд дали. Ещё она выпросила у пацанов фонарик. И пошла

на остановку автобуса, чтобы переехать через железнодорожный мост. Светлана плы-

ла параллельно мосту. Приближаться к опорам его было опасно. Часовые, караулив-

шие стратегически важный объект, могли застрелить её.

- «Главное - спокойствие», - уговаривала себя Светлана. Под ней глубина была

неимоверная: - несколько пароходов можно было поставить друг на друга. Отдыхала

она на спине широко раскинув в стороны руки и зажмурив глаза. Всего несколько ми-

нут... и опять брасом рассекала тёплые ласковые воды. А берег был всё ещё далеко...

Еле виден... Только бы успеть до заката. Спокойствие... Самое главное не впасть в

панику... Что произойдёт раньше: - солнце зайдет или она достигнет земли?, уже в

сумерках, приближаясь к берегу, она заметила огонёк фонаря. Поплыла на него. По-

друга бросилась к ней, плача и смеясь, с фонарем в руках.

- «Ты знаешь, сколько ты плыла»? - приговаривала Настя, растирая полотенцем её

озябшее тело.

- «Сколько»?

- «Три с половиной часа! Боже, что я только не пережила! Я уже не надеялась увидеть тебя живой».

Разве молодость верит в смерть? Их смерть где-то далеко-далеко. В тридевятом

царстве, тридесятом государстве.

- «С тебя шоколадка», - устало улыбнулась Света.

Какие замечательные у неё были подруги! Умная, сердечная Настя с большими ка-

рими глазами и белоснежной скромной улыбкой. С ней Света обсуждала открытия фи-

зиков-атомщиков. Движение пи-мезонов и загадочных нейтрино, легко пронзающих

Землю и Космос.

Но что-то надо было делать. На что-то решаться. Брат со Светой не разговаривал.

Если поступить учиться и жить на стипендию, то где же ей жить? Приближалось во-

семьнадцатилетие. В марте ей перестанут платить пенсию за отца. А конец обучения в

школе - в июне.

Качаясь на качелях вечером после тренировок и уроков, Ольга со Светой любова-

лись на звёзды. Пели любимые песни «Я лечу, лечу, лечу над Землёй, Я пою, пою, пою

милый мой», «Нагадал мне попугай счастья по билетику». .. Девчонки мечтали о

любви и о звёздах. «Хороший друг - лучше плохого брата» - гласит абазинская народ-

ная пословица.

- «Я захватила тебе бутерброды», - сказала Оля. - «Голодная небось? Вот ещё кусочки сахара. Давай поедем куда-нибудь далеко-далеко, строить новый город», - предложила

она - «Поработаем там 2 года, а потом поступим учиться».

- «А куда? Давай на Чукотку. Как в песне - «А я бросаю камушки с крутого берега пролива Лаперуза»

-«Давай».

Девчонки разглядывали карты, спрашивали в железнодорожной кассе стоимость

проезда.

- «Нет, до Чукотки мы не дотянем. Туда не идут поезда. А на самолёте дорого».

- «А давай доедем туда куда денег хватит. Например, в Усть-Илимск - на Ангару. За-

работаем там на билет и полетим дальше», - сказала Ольга

- «Усть-Илимск? А почему Усть-Илимск»? - поинтересовалась Света.

- «Песня есть такая у Пахмутовой: «Усть-Илимск -две зелёных звезды в облаках, и костёр, и тоска в его рыжих глазах».

- «Сколько стоит туда билет? У нас хватит денег? Мне брат отдал мамину швейную

машинку». - «Это твоё наследство, а мне облигации», - поделил он».

- «Машинку можно продать. Не потащим же мы её с собой».

- «Я поговорю с соседкой. Ей нужна машинка».

- «А мне обещали в школе выделить помощь в 45 рублей. Я на эти деньги сошью себе выпускное платье. А потом продам, а деньги на дорогу», - добавила Света.

- «Правильно, я видела красивый полупрозрачный капрон и голубой атлас на под-

клад».

- «Мне моя соседка сошьёт».

Платье получилось чудесное. Кареглазая юная девушка, выглядела в нем как

нежная фея. Соседка швея с сироты не взяла ни копейки, всю выпускную ночь Свет-

лана и Настя гуляли взявшись за руки. Они прощались. А встретиться им предстоит в

будущем через 25 лет.

- «А давай сходим завтра на городские танцы. Я там никогда не была», - предложила

Света.

- «Давай. Только ты надень это красивое платье. Оно тебе очень идёт».

Вечером на танцах, её сразу же заметил, высокий веснусчатый парень. Света все

танцы танцевала с ним. Домой возвращались втроём. Сперва проводили Настю, а по-

том долго стояли у подъезда Светы. Виктор, так звали её нового знакомого, только что

пришёл с армии и собирался устраиваться на завод.

- «Учиться буду на вечернем отделении. А у тебя какие планы?» - спросил он, загля-

дывая в грустные глаза девушки.

- «Не знаю ещё точно. Погляди на небо. Вон созвездие Кассиопеи, а этот ромбик из

звёзд - созвездие Дельфина», - ушла от ответа Света.

Виктору очень хотелось поцеловать девушку. Но он боялся оборвать ту нежную ни-

точку, что протянулась между ними.

- «Ты придёшь завтра на танцы? Обещаешь»?

- «Конечно», - соврала девушка. - «Приду обязательно».

- «Тогда, до завтра», - махнул ей рукой Виктор.

Рано утром Светлана была уже на рынке. Её выпускное платье быстро купили.

Вместе с подружкой, света отправилась за билетами на вокзал. Потом она весь день

собиралась в дорогу. Когда вещи были сложены, Света отложила чемодан и вышла из

подъезда, чтобы попрощаться с городом и полюбоваться на звёзды. Было уже темно.

От дерева отделился парень и подошёл к ней. Это был Виктор.

- «Ты, почему не пришла»?

Светлане стало стыдно за свои обещания.

- «Ты прости меня, я завтра утром уезжаю в тайгу на комсомольскую стройку».

- «А куда»?

- «Строить Усть-Илимскую ГЭС».

- «Поедешь одна»?

- «Нет, с подругой».

- «А писать будешь».

- «Как приеду, напишу. Давай адрес». - Светлана вынесла из дому карандаш и бумагу.

Записала адрес, своего нового друга.

- «А я стихи пишу. Вчера написал стихи о тебе».

- «Прочитай», - попросила Света.

- «Я потом, в письме напишу тебе», - засмущался Виктор.

Был тёплый июньский вечер. Пахло распустившимися молодыми листьями. Виктор

накинул на неё пиджак и они сидели на скамейке, прижавшись друг к другу. Может это и была её судьба? Кто знает, может, и не надо было никуда уезжать... Наутро, неожиданно к поезду пришли провожать Светлану её брат с женой. Денег они не дали ни копейки, зато подарили будильник. Поезд тронулся и они поехали. Счастливые улыбки не сходили с лиц подружек. Когда в конце дня будильник зазвенел в чемодане, девчонки от неожиданности расхохотались, Глядя на них, засмеялись и соседи. Потом заглянули пассажиры из соседнего купе и тоже расхохотались. Вскоре весь вагон грохотал от хохота: смеялась проводница, пришедшая за стаканами из-под чая, смеялась лотошница, развозившая пирожки - все хохотали с большим удовольствием. А когда успокоились, пожилая женщина сказала: «Молодость»... И мужчина из соседнего купе, глядя на девочек, сказал: - «Ласточки вы наши»... Олина мама, наложила им полную сумку домашней стряпни. В конце 2-го дня пути, девушки пошли в вагон-ресторан. Цены там были астрономические. Они заказали по тарелке борща, а хлеб на столах был бесплатным. Больше в ресторан они не ходили.

Покупали на остановках горячие пирожки и картошку у бабушек. Время летело стре-

мительно. Только что они любовались пограничным столбом между Европой и Азией,

а вот уже и дымные трубы Челябинска. Одна женщина из Братска уговаривала их не

ехать в Усть-Илимск, а остановиться у них в городе.

- «Усть-Илимска ещё нет. Там стоят только вагончики и палатка. А у нас в Братске

вам сразу дадут общежитие, да и рабочих рук у нас тоже не хватает», - убеждала жен-

щина, понравившихся ей девушек.

- «Нет, мы едем в Усть-Илимск». — Подружки были непреклонны.

Дальше пересадка была в Братске. Там их заприметил рыжий детина под два метра высотой.

- «Вы куда, девчонки»? — спросил он.

- «В Усть-Илимск. Но ж/д дороги туда нет. Она только начала строится».

- «Вам надо брать билет до станции Хребтовая. Я тоже туда еду».

- «Поезд придёт поздно. Я вас провожу».

По приезду подхватил их чемоданы и повёл к палатке девчат. Постучал. Ему

открыла заспанная девушка,

- «Чего тебе?»

- «Привёз вам пополнение».

- «Не надо! У нас и так 8 человек в палатке», - запротестовала девушка,

- «А куда же их»?

Двое, озябших, испуганных цыпленка выглядывали из-за спины великана. Девушке

стало жалко подружек.

- «Ладно уж, входите. Где 8, там 10 поместятся». - Их уложили на одной кровати.

Утром Светлана высунулась из под одеяла. Молодые женщины сидели нога на ногу

и картинно пускали колечки из дыма.

- «Девушки, а зачем вы курите? Это чтоб комары не кусали»? - спросили наивно Светлана

Громкий хохот был ей ответом.

Живем в комарином краю

По пямяти

Нарисовала вас, -

И наша юность

Оживает снова

Пусть новые знакомые

Сейчас

Не старую увидят -

Молодую

(Ван Вэй VII век)

«Мы живем в комарином краю»

Июнь месяц. Свету и Ольгу направили в тайгу. Требовалось вырубить просеку для будущей железной дороги на Усть-Илим.

Первые несколько дней были трудными. Взрослые мужики валили березы и сосны бензопилами. Женщины и юноши залазили верхом на деревья и обрубали сучья. Тащили обрубленное в кучу и сжигали в костре. Обрубали верхушки спиленных деревьев и меслкий кустарник подлеска. Почему-то сильно билось сердце и не хватало воздуха.

«Ты, как?» - спрашивала Ольга Свету.«Трудно дышать, скоро перекур? А ты как?» - отвечала Света. «Я ничего, терпи, скоро отдых», - отзывалась подруга..

Время тянулось медленно-медленно… Но через неделю Света втянулась в работу и стало легче. Вскоре их отправили в командировку на небольшую станцию Призыв ремонтировать участок железной дороги. Приехали. Нигде ни души. Ребята-плотники быстро отремонтировали бывший барак для заключенных. Сделали крыльцо, вставили окна и двери. Правая половина барака была для девушек, а левая для парней. Образовали 2 бригады. Более взрослые и опытные парни ремонтировали мост и туннель. А бывшие школьники утрамбовывали балласт под шпалы. Бригадиром у них был бывший уголовник. Руководил он, поливая девчат отборным матом. Дал девушкам тяжелые подбойки, которые были им по плечо и весом в несколько десятков килограмм. Включал их в розетку и они вибрировали как отбойные молотки. Требовалось не только удерживать эти тяжелые махины в руках, но и работать ими - уплотнять гравий под шпалы.

Рельсы рихтовали ломами и забивали железные костыли огромными молотками. Их бригадир впервые в жизни был «начальником» и ему это очень нравилось. Но девчонки были такие слабые и нежные … Трое юношей были казахи - вчерашние школьники. Им было по 17 лет. Три друга: Серке, Айт-Пай и Нурылбек. Они хорошо говорили по-русски. Их сразу переименовали для удобства в Сережу, Алешу и Пашу. Паша был смертельно болен туберкулезом в открытой форме. Он с детства лежал в больнице. Но ему очень хотелось посмотреть жизнь вне больницы. И он уговорил своих друзей на побег. Медицинскую комиссию в тайге не проходили и брали на работу всех, кто хотел. Но долго Нурылбек не выдержал. И неделю не проработал. Свалился в постель и стал кашлять и харкать кровью. Светлана приходила его навестить. Включала ему на проигрывателе Чайковского, Баха и Моцарта. Читала ему стихи и рассказывала интересные истории. Держался Нурылбек мужественно. Никогда не жаловался. И только улыбался виноватой улыбкой. Вскоре его переправили в больницу, где через месяц он умер. Айт-Пай был молчаливым красивым юношей с черными волосами и прекрасными зелеными глазами. Он был, по внешности скорее похож на уйгура, чем на казаха. А Серке был типичный казах, но удивительно обаятельный и разговорчивый. Он мечтал после армии выучиться на дипломата и посвятить свою жизнь борьбе за мир. Народ в бараке был самый разный. Две девушки из Ангарска были старше Светланы и Оли на 2 года - «Валя, а почему у тебя зубы вставные?» - спросила Ольга у одной из них. И девушка рассказала им свою историю.

Пошла она с подружкой в ресторан. Заказала чай с лимоном. За столом познакомилась с мужчиной. Он спрашивает Валю: - «Что тебе заказать? Шампанское хочешь?» - «Хочу».

Выпили шампанское, закусили шоколадом. - «А еще хочешь шампанское?», - спросил мужчина.

«Хочу».«Пойдем в номер, у меня там бутылка есть».Пошла глупая девчонка к нему в номер. Выпили его шампанское, закусили шоколадом.

«Ты меня любишь?» - спрашивает мужик.«Нет»«Неет…? Ты меня любишь?» - повторяет он вопрос.«Нет», уверенно отвечает девушка.«А шампаское любила пить?», - разъярился мужик, да как развернется, да как даст ей кулаком по лицу, так и выбил у нее все передние зубы.«Пришлось вставлять искусственные, Но, я, на всю свою жизнь запомнила, как пить «на халяву» шампанское», - закончила свой рассказ Валентина.

Другая девушка приехала, чтобы скрыться от надоедливого ухажера уголовника. Девушки были симпатичные и быстро нашли себе бойфрэндов. Ольга же ни с кем не знакомилась. В 16 лет она вышла замуж. Была свадьба и её молодой муж ушел в армию. Оля училась в вечерней школе и жила у свекрови. Но свекровь стала «доставать» ее придирками. Ольга и года не выдержала у нее и вернулась в родной дом. Как жить? Вернется ее муж и будут они жить в частном доме с ненавистной свекровью? Олина семья живет в малосемейке в одной комнатке впятером. Вот она и приняла мудрое решение уехать на Комсомольскую стройку, куда после армии может приехать и ее любимый. И будет у них семья не зависимая от родителей. Поэтому она ни с кем из парней не знакомилась, а писала своему мужу в армию нежные ласковые письма. И с тревогой ждала его ответа. Света же любила всех и никого в частности. Она ходила со счастливыми распахнутыми глазами. Счастье и радость переполняли её до краев. Невозможно было влюбиться в эту романтическую пацанку, потому что Света парила где-то высоко над облаками и от нее не исходило ни одного флюида сексуальности. Светлане нравились два молодых друга. Они говорили о себе, что они профессиональные воры - форточники. Ребята играли на гитаре и пели блатные песни: «Как по тундре, по железной дороге вот, мчится поезд Воркута - Ленинград».

Света часами слушала их песни сидя перед ними на корточках. А они, чтобы не обидеть девушку, пропускали из песен матерные слова.

Плотник Рома прочитал Светлане наизусть целую поэму Е. Евтушенко «Братская ГЭС». Света очень удивилась но и только. На нее даже пытались и спорить, но неизменно проигрывали, потому что она не замечала ни чьих ухаживаний. И бедным спорщикам приходилось покупать проспоренный ящик водки. Вскоре приехали еще девушки после школы. Из Челябинска две и и з Иркутска 3 девушки. Их разместили в палатках рядом с бараком.

Девушки очень хорошие. Тоже знали много стихов Римы Казаковой, Е Евтушенко иЭдуарда Асадова.

Иногда ребята и девушки в выходные дни брали продукты и шли на речку с ночевкой. Там они готовили суп с тушенкой и до глубокой ночи жгли костер, пели песни под гитару и читали стихи. А потом забирались в палатку и засыпали под ласковый всплеск таёжной реки.

Работа была очень тяжелая. Девочки плакали, но не могли работать по другому. Бригадир, бывший рецидивист по кличке «Беда», обильно поливал их матом. Светлана терпела. Даже виду не подавала что ей тоже тяжело. И она понимала девочек, потому что Света спортсменка и у нее накачены мышцы многолетними тренировками.

А подружки её не спортсменки и более слабые для тяжелого физического труда.

Во время работы тяжелый вибратор трясся в руках. Взрослые говорили, то девушкам вредно с ним работать. Предупреждали, что они могут потерять способность рожать.

Света, сцепив зубы, работала и вытирала пот пополам с едким рипудином и мелкой мошкой, залепляющей глаза.

«Тебя никто не держит тут, можешь уехать в любое время. Ты закаляла волю в спорте, вот и терпи трудности», - твердила она сама себе. На руках у нее появились пузыри от мозолей. Они лопнули и появились кровавые мозоли. После работы девушки шли к крохотной речушке под мостом. Были они одни. Раздевались догола и с удовольствием плескались в чистой прозрачной воде, смывая с себя пыль, пот и остатки репудина - средства от комаров.

Однажды, мимо по дороге - метрах в 250 от них остановился грузовик. Водитель звонко загудел, любуясь голыми девушками. Раздался дикий визг ошалелых девчонок. Света уже одела трусы и прикрывала только груди руками, а девчата сгрудились в кучу, и, как испуганные страусы, закрыли руками глаза и выставили наружу свои мокрые попы. Вдоволь нахохотавшись, водитель поехал дальше.

Но молодость брала свое. На работу они чуть свет ехали с песнями. Девчата пели: «я верю друзья караваны ракет, домчат нас вперед от звезды до звезды, на пыльных тропинках далеких планет, останутся наши следы». К ним приезжали корреспонденты с радио». - А где вы еще были?, - пытали девушки журналистов. - «На Сургуте были?» - «Как там? И где труднее?» А хотите мы споем нашу бригадную песню: Живем в комарином краю и лучшей судьбы не хотим, мы любим палатку свою - родную сестру бригантин…».

Ладони у Светы загноились. Кровь и гной выделялись с её рук. Пришлось ездить в Коршуновку на перевязки. Поезда на их станции не останавливались, а только замедляли ход. Света быстро научилась запрыгивать на ходу на ступеньки товарного вагона и ехать в тамбуре до большого леспромхоза, где был медицинский пункт. Обратно не было попутного поезда и она шла пешком одна несколько часов по шпалам, на всю тайгу распевая песни. Её слушали только птицы и зайцы.

Наконец Ольге пришел ответ из армии. Её муж писал, что она поехала в тайгу искать мужиков и сексуальных приключений и раз выпорхнула птичка из клетки - то она ему уже не нужна. Огромное горе навалилось на Олю. Она плакала по ночам и возненавидела всех мужчин на свете. Однажды, когда они работали как обычно, вдруг налетела туча и пошел густой холодный ливень. Из их бригады Миша в тот день был в одной футболке. Он вмиг продрог и у него зуб на зуб не попадал. Участливая Ольга сняла с себя куртку и накинула её на Мишу.

- «Одень, а то простудишься» - ласково добавила она.

Одинокое сердце Михаила растаяло от этой неожиданной ласки. Приехал он из Узбекистана. Еще в детстве подростком он сбежал из дома и бродил с геологами по пустыне. Однажды, паук кара-курт укусил их толстого повара, тот вмиг осунулся, похудел и через несколько дней умер. Когда Михаила геологи послали с поручением в ближайший населенный пункт, то он присел отдохнуть на придорожный камень. В то время его укусил кара-курт. Мишу затрясло и у него поднялась высокая температура. Он тут же потерял силы и пополз. К тому же припекало пустынное солнце и у него закончилась вода во фляге. Временами он терял сознание и лежал как мертвый у песчаной дороги. Его подобрали люди уже у аула. Три месяца он провалялся в госпитале, но выжил.

Сухонький и жилистый, он был очень выносливым и сильным. Миша стал ухаживать за Ольгой. А она ненавидела всех мужчин. И никому не верила. В их станционном буфете продавали водку, шоколадки «Аленка» и сигареты. Парни по выходным покупали водку, сигареты и вместо цветов - шоколадки для девушек. Девчонки собирали «Аленушек» от поклонников.

Их бригадир "Беда" пригласил Свету в лес за черникой и голубикой . Сказал, что знает ягодные место. Ягод оказалось действительно много. Она собирала то чернику на карликовых темно-зеленых кустиках , то нежную, лопающихся в девичьи руках голубику. Глаза "Беды" хищно блестели. - "Ты никому не говори где мы были. Пусть это будет нашим с тобой секретом", - страстно шептал тридцатилетний мужик. Света поняла его замысел, но виду не подала. Спокойно и вежливо она отвечала ему. И не посмел он изнасиловать её. В подругу Ольгу умудрился влюбиться одноглазый сороколетний рецидивист . Он писал ей стихи и повсюду преследовал её своими ухаживаниями. Однажды, напившись, он полез в драку с ножом на Михаила. Их еле разняли. Тогда на выходных Света, Оля, Миша и друзья казахи уезжали на два дня в Братск. Останавливались в дешевой гостинице и днем ходили по магазинам. Покупали кеды, лыжные костюмы и посещали кинотеатр. Света и Оля сложились и купили транзитный приёмник на батарейках, чтобы слушать после работы музыку. Иногда, когда они возвращались из Братска, пьянка ещё продолжалась, и тогда Света брала фонарик, карту звездного неба и уходила подальше от барака. Раскинув руки она лежала на спине и вглядывалась в раскинутое над ней звёздное небо. - "Вон млечный путь, вон созвездие Дельфина, а это Большая и Малая медведицы". Так она разучивала незнакомые созвездия. Кругом в траве стрекотали кузнечики и пряно пахло травой и цветами. Однажды, после такой поездки на выходных Света и Оля, вернувшись в барак, узнали что одноглазого Жору убили пьяные собутыльники. И девушки вздохнули облегчённо. Вскоре к ним в бригаду поступил студент из города Бобруйска. Высокий молчаливый белорус по кличке 'Бусел', что означает аист. Студент с 3го курса Минского университета Фёдор, так звали юношу, поразил романтическое сердце Светы. Он как бы шагнул из её студенческого будущего. Водку и вино он не пил, чем тоже завоевал её уважение. Но романа у них не получилось. Хотя Светлана и нравилась Фёдору, но он не делал никаких попыток ухаживать за ней.

«Как проверить парня?» - обсуждали девушки.

«Надо его напоить! Но Фёдор не пьет. Тогда сильно разозлить его - довести до белого каления. Они принялись за дело. Стали дразнить его. Привязали за шнурки к его кровати кед.

«У тебя фамилия Кед. но ты без пары. Вот тебе в пару супруженицу». Нарисовали аиста. У тебя прозвище «Бусел» - вот тебе в подружки аистиха. Под конец даже обсыпали его зубным порошком. Но вызвать его гнев или хотя бы раздражение так и не смогли. Потом, через 5 лет, Света и Федор встретятся в городе Томске в студенческом городке. Будут поддерживать дружеские отношения. И Света позовет Федора на свою студенческую свадьбу. Федор пригласит белоснежную невесту на танец и неожиданно расплачется.

- «Почему ты выходишь замуж за другого? Ты моя невеста. И должна выйти замуж за меня…»

Из под очков были видны обиженные серые глаза в слезах. И это ужасно удивило Светлану.

- «Но почему же ты никогда не делал попыток ухаживать за мной? Как я могла догадаться о твоих чувствах?»

Больше они никогда не виделись. Светлана закончила университет и уехала с мужем на Дальний Восток. А Федор закончил институт электроники и вернулся в Белоруссию.

Октябрь месяц. Начались холода. И они вернулись на станцию Хрептовую. Парни живут в большой утепленной палатке. Посреди множества кроватей с сетками стоит железная печка.

Девушки живут рядом - в вагончике. Света спит на верхней полке, а Оля на нижней. Всю ночь требуется подкидывать топливо в железную печурку, отапливающую вагончик. Дежурили по очереди. Три часа спит одна девушка, а другая подкидывает дрова в буржуйку, затем меняются. Часто девушек выручает друг Ольги - Михаил.

Жалея девушек, он всю ночь дежурит за обоих. Когда он сам спит? Один Бог знает. ..

Когда на железной дороге требуется разгрузить гальку или щебень, в расписании между поездами дают «окно». Обычно - это несколько часов ночью. Бригадир Роман стучит в дверь вагончика.

- «Поднимайтесь, дали «окно» на 3 часа. Сегодня наша очередь разгружать вагоны». Оля со Светой мгновенно соскакивают с полок, натягивают на себя лыжные спортивные костюмы, надевают носки и кеды. Михаил тоже спешит к вагонам. Парни подают руки девушкам. Помогают вскарабкаться наверх. Всем раздают совковые лопаты. Время пошло …

- Ты зачем пришла? У тебя же больничный … Твои руки еще не зажили …

- А как вы тут без меня? Да я забинтовала ладони, - отвечает Света.

Совковой лопатой набирает щебенку. Чуть-чуть приседает, опирается черенком о коленку, и - перекидывает через борт. Работают 7 человек на вагон.

- «Ничего, глаза боятся, а руки делают», успокаивает себя Светлана, улыбаясь подруге.

- «Быстрее, быстрее», - подбадривает бригадир - «Не теряйте ритма».

Светлана старается дышать равномерно. Работать спокойно без рывков. В соседнем вагоне работает другая бригада. Они невольно переглядываются и стараются не отставать друг от друга. Уже ноет спина, устают руки, а разгружено всего треть вагона. Голос бригадира:

- «Час и 20 минут. Еще подналяжем, а то не успеем». Света широко расставляет ноги. Каждая лопата с щебенкой неимоверно тяжелая, но опираясь черенком на ногу, действует как рычагом. Подъем, рычаг, бросок …

Подьем, рычаг, бросок … Разговаривать невозможно. Требуется беречь дыхание.

«Перекур» - объявляет бригадир. Света разгибается - осталось разгружать половину вагона. Темно и жарко. Девушки расстегивают кофточки. Смотрят друг на друга. Парни улыбаются.

«Смотрите, а соседи больше нас разгрузили!»«Продолжаем» - командует бригадир. Как тяжело начинать работать после отдыха. Снова Света расставлять ноги, как моряк на корабле. Лопаты врезаются в щебенку. Подьем, рычаг, бросок …

Подъем, рычаг, бросок … Постепенно светлеет. Накрапывает мелкий дождь. Подъем, рычаг, бросок … Куча щебня постепенно тает.

- «Молодцы, молодцы, осталось полчаса, так держать», - подбадривает Роман. Блестят черные глаза Сереги казаха; Оля надвинула косынку на лоб; Света поправляет верхонки на руках; Долговязый Федор сосредоточенно смотрит в сторону тайги.

Подъем, рычаг, бросок … Подъем, рычаг, бросок … Мокрый дождик уже струится по разгоряченным лицам. Михаил оттирает капли дождя с запыленного лба. Наступает второе дыхание. Как при забеге на 300 метров. Рывок, бросок, еще рывок - железные лопаты сталкиваются.

Подбирают последние крошки.

- «Ура! Мы успели!». Все улыбаются и глядят на соседей. А те еще работают. Все грязные и мокрые. Хохочут толкают друг друга. У Светы черный ус, у Миши грязный лоб. Все счастливые и довольные. 6 часов утра. До подъема можно поспать еще 2 часа.

«Можете опоздать на просеку на 1 час», - разрешает бригадир.

Парни спрыгивают. Подставляют руки - принимают девчонок. Скорее завалиться спать. В вагончике холодно. Умываются и засыпают не раздеваясь.

Через полгода работы Серке - Сереже пришла повестка в армию. Ольга и Света провожали его на поезд. На прощание сунули ему в руки подарок.

- «Не разворачивай. Развернешь. когда поезд тронется», - попросили они.

В свертке был их любимый транзисторный приёмник.

Светлана переехала в Усть-Илимск. Там уже не было палаток и вагрнчиков. Были новенькие, только что отстроенные общежития. В их комнате было шесть коек. Девчата работали помощницами геодезиста, точковщицами и поварихами. Точковщицы, от слова точка, стояли зимой в толстых овечьих шубах и валенках и ставили точки на каждый рейс краза или камаза, привозивших щебень или землю на отсыпку дорог. Водители прекрасно зарабатывали. И были выгодными женихами. В бардачке машины у них всегда была шоколадка для точковщицы, отмечающей его рейсы. Шофера ухаживали за девушками и уговаривали их.

- « Ну поставь еще одну точечку. Ну что тебе стоит? Никто и не узнает…» А это значит лишний рейс.

Многие их этих девчонок выходили замуж за водителей. В отделе кадров Светлане предложили работать точковщицей. Но она возмутилась.

- «Мне, стоять целый день и ставить точки? Да как вы могли мне предложить такое! Я строила железную дорогу, а вы мне предлагаете такое!»

- «Но у нас нет железных дорог. В бригаду лесорубов пойдешь?» - предложил начальник.

- «Пойду», Света уже была знакома с этой работо й.

Оля писала Свете со станции Хребтовая: - откуда вели на Усть-Илим железную дорогу.

- «Беду уволили за грубость и маты. У нас бригадиром теперь Роман. Однажды ребята собрались в вагончике, выпили для храбрости и пошли делать предложение полюбившимся девчонкам. Трое девушек согласились выйти замуж. Миша пошел ко мне. Вскоре мы все расписались и сделали одну свадебную вечеринку. Мы скоро приедем с Мишей к тебе. Я теперь ношу его фамилию».

Но раньше её приехала другая её подружка, Нина, вся в слезах. Её угораздило влюбиться в красавца гитариста - Артура, бабника и сердцееда.

- «Угли камина горят как рубины. Из молодого, красивого, стройного, стал я больным и хромым стариком», - манерно пел сердцеед томно закатывая глаза. Из-за неразделенной любви Нина и приехала. Она устроилась в бригаду лесорубов и работала со Светой.

Вместе они вспоминали своих друзей и знакомых. Воры-рецидивисты потихоньку уволились и уехали. Друзей детдомовцев призвали в армию. Один из них на службе добрый, веснушчатый Вася застрелился, стоя в карауле возле знамени, а другой его друг - Анатолий дослужился до конца срока и поехал к Челябинской красавице Людмиле и её мужу. Они помогли ему устроиться на работу и стали ему вместо доброй родни.

Вскоре приехали к Светлане с Хребтовой еще две девушки. Устроились работать в её бригаду. Ольга с Мишей устроились работать на отделку домов.

Зимой на Ангаре мороз 43-45 С. В 43С - металл становиться хрупким и ни машины, ни трактора из гаража не выходят. А людей освобождают от работе при температуре 45С. Поэтому шагать на просеку приходиться пешком. В сапогах с портянками, ватных штанах и телогрейке Света была защищена от холода. Только дышать было трудно. Теплый воздух изо рта вылетал и сразу же застывал льдинками. Льдинки тихонько перезванивались во время ходьбы, а брови и ресницы были опушенные белым инеем, как у снегурочки. Идти по тайге приходилось больше часа. Когда ресницы смерзались приходилось снимать теплую рукавицу и оттаивать ресницы пальцами. На просеку приходили все. Прогульщиков не было. Быстро разводили костер и начинали работать. Когда машешь топором, обрубая ветки, холод не страшен. На лиственнице девчата отколупывали живицу - смолу, которую жевали как жвачку.

Зимой рано темнеет. Машины на обратный проезд тоже не было. Поэтому заканчивать работу приходилось раньше, чтобы до дома дотопать засветло.

В обед всю бригаду везли в только что отстроенную столовую на берегу Ангары. Тут же находилась контора начальства. В столовую приезжали все бригады. Кормили очень вкусно и сытно. Света здоровалась с друзьями из других бригад, тут были крановщики, водители и механизаторы. В столовой шумно и весело. После обеда грузовик отвозил бригаду на просеку. Бригадир обливал полу-потухший костер соляркой, подбрасывал чурки. Минут 20 Света и вся бригада отдыхала у костра. Парни травили анекдоты. Девчата смотрели на огонь и улыбались. Затем мужчины брали бензопилы и шли валить деревья. С ними помощники, которые длинными жердями придерживали огромные сосны, чтобы они падали в нужном направлении.

Затем к поваленным деревьям шли сучкорубы. Опять визжали пилы, стучали топора, весело кипела работа. К дому ездили на грузовике. Света и девушки пели песни. Усталые и счастливые приезжали в общежитие. Быстро растапливали печку, готовили ужин. Оля приехала беременная. Поэтому надо было строить времянку. Миша приглядел у строящейся пожарки хорошие доски. Ночью, часов в 12, Ольга, Света и Михаил шли воровать. Доски длинные. Впереди Миша, позади Света, а Оля посередине. Взяли доску и пошли с фонариком. За несколько ночей натаскали досок на времянку. Миша после работы и в выходные строил дом. Света купила бутылку спирта и договорилась с водителем грузовика привезти с пилорамы целый кузов опилок. опилки засыпали между стенами. Утеплились. Провели свет. Поставили железную буржуйку. Спали сперва на полу, а позже Миша соорудил кровати.

Летом приехал стройотряд юношей из Тульского педагогического института. На танцах крутили шейк и парами сходились в танго. Свету пригласил на танго черноглазый кучерявый, словно Пушкин, студент в белом свитере. Домой он проводил её до времянки, где Светлана жила вместе с Ольгой и её мужем. Так и подружились. Студентам поручили самую грязную и мало-оплачиваемую работу - рытьё каналов. Встречались Света и Никита в беседке. Он приносил ей её любимые болгарские сигареты, но сам не курил. Читал ей стихи и наизусть рассказывал отрывки из произведений Толстова. Они были ровесники. Гуляя по берегу Ангары, они как дети, держались за руки. Слушать его было очень интересно. Они заходили на полуостров Лосинный, садились на поваленное дерево и любовались стремительным течением реки. Вода в Ангаре, несмотря на лето, была ледяная. На мысу острова рыбаки ловили хариусов. Несмотря на тяжелую работу, Света и Никита встречались почти каждый день. На прощание Никита, проводив её до дому, целовал в щёчку. И потом они целый год переписывались. А на следующие лето он приехал опять со своим стройотрядом.

Летом на просеке лесорубов мучили комары. Не столько комары, сколько гнус - мелкая въедливая мошкара. Она забивалась за воротник, проникала под накомарник, въедалась в веки и шею. Работать в накомарнике было жарко и неудобно. Тогда решили работать с 3х часов ночи. Грузовик в это время не ездил и Света пробиралась на просеку ночью пешим ходом. С фонариком. Работали до наступления жары. Шли домой и отсыпались.

На следующий год в мае досрочно перекрыли Ангару. Рабочие получили премии и награды. Устроили в столовой на берегу реки шикарный банкет. Но в ту же ночь разыгралась буря и все перекрытие снесло вниз по реке.

Пришлось вновь отсыпать перекрытие, но уже выше в 4 раза. Осушили котлован. Света перешла работать в комсомолько-молодёжную бригаду, которая готовила дно для будущей ГЭС.

Съезжались специалисты с Красноярской, Дивногорской и Саяно-Шушенской ГЭС. Организовали соревнование между бригадой комсомольцев и коммунистов; Работа была тяжелая. Долбали ломами пустоты в гранитной основе будущей ГЭС. Приходили взрывники. Закладывали взрывчатку. Взрывали. А рабочие потом собирали тяжелые гранитные осколки и стаскивали в кучи.

Газеты подняли шумиху по поводу соревнования. Напечатали в «Правде» портрет бригадира коммунистов. Его узнала по газете его 1-ая жена на Украине.

Рассказала, что во время Великой Отечественной. Он был полицаем и расстреливал людей непокорных фашистам. А потом скрылся в Сибири. Жалко было его двух дочек - школьниц. Такого позора они не заслужили.

Три года работы в тайге пролетели как в сказке. Несмотря на тяжелый физический труд, Света с туристами в выходные дни уходила в глубь тайги к охотничим избушкам. Особенно ей запомнилось, как она с Олей и друзьями сплавлялась по Ангаре на плоту от Ершовских столбов. Как уже на закате она смотрела с высоких скал вниз на глухую тайгу и на стремительную непокорную реку.

Этим летом трое парней один за другим сделали ей предложение. Но заводить семью Светлана не собиралась. Впереди у нее был университет. Она мечтала выучиться на экзобиолога и изучать жизнь на Марсе.

Война и дети

ВОЙНА И ДЕТИ

Мою подружку Наташу, привез её муж – моряк из Ленинграда в Находку. А затем сюда переехали и её брат и мама – Вера Тимофеевна.

Недавно Вера Тимофеевна рассказала о своем детстве, о немецкой оккупации, о годах, которые врезались в её память на всю жизнь.

Отец Верочки Тимофей Никифорович участвовал в Финской войне. За доблесть и отвагу был награждён орденами и медалями. Вернувшись в родное село в Псковской области, он стал работать в колхозе. Его назначили председателем.

Мама Верочки Акулина Гавриловна работала в колхозе зоотехником.

Когда фашисты напали на Советский Союз, старшему брату Николаю было 16 лет, сёстрам Марии и Жене было 9 и 7 лет. А Верочка была самая маленькая – ей только что исполнилось 5 лет.

Отца по возрасту в армию не призвали, но он сразу же ушёл в лес к партизанам. Однажды, когда советские войска отступили, к маме на ферму прибежал соседский мальчишка Федька. Он шепнул на ушко ей, что прибыл из леса дядя Тимофей и срочно зовёт её в дом. Тимофей сообщил жене, что через несколько часов немцы будут в их селе. Уже был занят город Псков.

Срочно собрали девочек, взяли всю скотину и переправили к бабушке с дедушкой, которые жили на другом краю села. А сами родители и старший сын Николай поспешили к лесу к партизанам.

Но не успели они уйти. Неожиданно, откуда не возьмись, застрекотали мотоциклы и фашисты окружили их. Родителей арестовали и привезли обратно в село. Немцы спросили односельчан: «Кто это?». – «Это председатель колхоза», - услужливо ответил им Сенька – уголовник. Тогда фашисты собрали всех людей из села и объявили уголовника Сеньку старостой. А арестованных отца, маму и старшего брата публично расстреляли. Дом родителей сожгли.

Бабушка, видя всё это, упала без памяти в обморок и её односельчане еле-еле откачали. У дедушки случился нервный тик и он стал заикаться. Дома он выстругал три гроба. И ночью забрал с площади тела дочки, зятя и внука. На кладбище он вырыл могилу и тайком похоронил их. На 9-й день, после поминок, дедушка лег и умер. Не перенёс он гибели любимой доченьки. Бабушка Мария осталась одна с тремя внучками. Девочки очень скучали по родителям. Они не видели расстрела и спрашивали бабушку куда делись их мама и папа.

- «Их забрали фашисты», - отвечала бабушка.

-«Зачем они забрали мою маму?» - плакала Верочка

Бабушка была верующая. Целыми часами молилась она на коленях перед образом «Божьей матери» и просила у неё сил, чтобы перенести эти тяжёлые испытания и уберечь внучек от беды. Самой ей совсем не хотелось жить. Но три пары детских глаз доверчиво смотрели на неё и она понимала, что не имела права на свою смерть.

Эти фашисты вскоре укатили из села, а вместо них прибыли другие немцы и поселились надолго.

Бабушка Мария с внучатами жила на отшибе села, около леса. Однажды она решила заколоть кабанчика и для этого пригласила мужика. Время было лихое. И на всякий случай, посоленное мясо она положила на дно бочки. Сверху прикрыла брезентом и поставила в бочку таз. Туда Мария положила квашенную капусту и спустила в погреб. Вдруг прибегает Федька – друг Машеньки. Федька сказал, что мужик, который резал кабанчика, проговорился старосте. И теперь Сенька – уголовник, спешит сюда с двумя фашистами. Бабушка попросила мальчика увести коня подальше в лес и привязать его.

- «А можно Машенька пойдёт со мной?» - спросил Федька.

- «Возьми всех девочек и спрячьтесь в лесу», - ответила бабушка.

Нагрянули немцы. Староста с автоматом подступил к бабушке: «Говори, старая ведьма, куда спрятала мясо кабанчика?»

Немцы всё обыскала – заглянули в бочку с капустой, но мясо так и не нашли. Сенька наставил автомат на пожилую женщину, но она упала без чувств. Тогда они вывели корову, переловили кур и ушли. Прибежали девочки. Стали брызгать водой в лицо бабушке, тормошить её. Верочка ревела во весь голос. И бабушка очнулась. Пошла в лес. Привела коня.

- «Надо бежать отсюда. Они не оставят нас в покое», - сказала она внучатам.

Она сняла со стены икону и бережно завернула её в покрывало. Покидали в телегу всё необходимое и тронулись в путь через болото. Они ехали в ту деревню, где бабушка жила до замужества. Там была у неё родня.

Село то было глухое – среди болот и немцы не могли туда добраться.

Был август месяц. Когда конь притомился, встали отдохнуть. Верочка выглянула из-под тулупа и увидела красную ягодку. Она потянулась за ней и выпала из телеги.

- За одной ягодкой – другая, а там третья, так она уползла на болото. Когда хватились сестры, а малышки нет. Как они испугались… Кричали, аукали, искали её везде. Неужели она утонула в болотах? И только к ночи нашли её спящей под кустом, всю перемазанную клюквой. Наутро они прибыли в село. Их покормили и дали отдохнуть. девочек разобрали селяне. Девятилетнюю Машеньку взяла к себе одинокая женщина. её мужа и сыновей призвали в армию. Маша пасла корову, ухаживала за живностью во дворе, полола огород и пряла козью шерсть. Женечку взяла к себе её крестная. Девочка тоже во всем помогала своей хозяйке. А бабушку с Верочкой поселили во времянке. Это деревянная избушка из досок с железной печкой «буржуйкой». Они побирались. Иногда Машенька и Женя приносили им хлеб и кружку молока; иногда добрые соседи приносили им картошку и муку.

Фашисты так и не появились в селе, расположенном в лесу среди болот и топей.

Партизаны часто заглядывали. Мылись в бане, запасались провизией, залечивали раны.

Когда война подходила к концу, бабушка Мария, забрала внучек и они вернулись в то село, откуда сбежали. В село Москвилино. Но дом их был сожжён и огород весь зарос. Пришёл Федька, помог раскопать огород. Соседи поделились семенами.

Федька подрос и возмужал за 5 лет войны. Он рассказал, что был связным у партизан. Однажды, когда фашисты собрали в селе молодёжь, чтобы угнать их в Германию, Федька незаметно ускользнул в лес и оповестил партизан. И уже при подходе к железнодорожной станции, где подростков должны были погрузить в вагоны, партизаны напали на немцев и отбили молодёжь. Фёдор показал сожжённую хату их любимой учительницы. Она активно помогала партизанам. Собирала еду и одежду для них. Сенька-уголовник пронюхал про её связи с партизанами и доложил немцам. Фашисты расстреляли её и убили девушку, которая с криками, бросилась на защиту учительницы.

Пострадали ещё несколько семей, которые были связаны с партизанами. Их расстреляли, а дома сожгли. Но, несмотря на это сельчане не переставали помогать партизанам.

В полицаи ушёл, к немцам в услужение, парень из эстонской семьи, недавно переехавшей в их село. В конце войны эстонца – полицая арестовали и судили советским судом. А Сенька-уголовник, их староста, в конце войны, неожиданно исчез неизвестно куда.

Всё это они узнали от их друга Федьки.

Когда беглянки вернулись в родную деревню, соседи подали бабушке стопку писем от её старшейдочери Палагеи из Сибири. Ещё до войны она вышла замуж за служивого солдата Григория. После демобилизации он увёз Палагею в глухое село Сухострелово Новосибирской области. И не было там ни больницы, ни школы. А были, недалеко от них- в 16 километрах, шахты. Там и стал работать Григорий. А Палагея управлялась с хозяйством дома. Со временем у них появилось пятеро детишек. Старшей девочкой была Фрося. Она и писала эти письма своей бабушке. Мария помнила эту девочку по несчастному случаю.

Однажды, Фрося, её брат Иван и их Отец запасали дрова в тайге. Иван рубил сухостой, а Фрося подбирала сучья. Топор соскочил из рук парнишки и упал прямо на спину сестрёнке. Из раны хлынула кровь. Отец скинул брюки, разорвал кальсоны на полосы и дрожащими руками перевязал доченьку. Кровь удалось остановить. Бережно подняв её на руки, Григорий перенёс Фросю на телегу. До больницы от них было слишком далеко. И он повёз её в свою деревню. Бабка Ульяна лечила Фросю таёжными травами и мазями. Видимо, она «в рубашке родилась». Рана у Фроси затянулась и она выздоровела.

Фрося писала бабушке, что их отца – Григория, призвали на фронт и она жаловалась на то как они голодали. Девочка описывала как она с братом Иваном с баночкой червей убегала на речку или озеро, где было много рыбы. Фрося сачком ловила бабочек, отрывала у них крылышки и на эту наживку хорошо клевали ерши и синявки. Иван брал более крупный крючок и на него нанизывал малявок. Теперь на них ловилась крупная рыба. Иван и Фрося разрывали их пополам и съедали сырыми. Немного насытившись, остальную рыбу несли домой и варили уху для всей семьи. Так и спасались от голода.

В другом письме Фрося писала о том, что в их село привезли ленинградцев. Их распределили по дворам. Фросиной семье достались два человека. Людей сгрузили с машины как дрова. Положили во дворе и велели выхаживать. Эвакуированные блокадники от слабости не могли ни ходить, ни сидеть. Их поили и кормили из ложечки. И хотя сами сельчане были полуголодные, но чужих людей не оставили в беде. вех ленинградцев выходили. И не один из них не умер.

В следующем письме Фрося писала о том, что работала в шахте. Мужчины воевали на фронте, а уголь добывали подростки. Однажды, писала внучка, её и шестерых девочек завалило породой. Фрося сидела под землёй двое суток, пока их не откопали. Она писала, что ей совсем не было страшно – только очень хотелось пить. После этого её мама Палагея не отпустила Фросю на шахту. А работать она стала на минном заводе в Новосибирске.

В последнем своём письме Фрося сообщала, что их отец вернулся с войны весь израненный. Одна пуля попала Григорию прямо в грудь. И в госпитале ему отрезали правое легкое. Работать в шахте он не мог. И всё время сильно кашлял. Однако махорку курить так и не бросил. Чтобы прокормить семью Григорий стал катать валенки для всей деревни.

-«Да, нелегко было и детям и взрослым в войну. Что в тылу, что в оккупации» - подумала бабушка Мария. - «Хата сгорела, скота нет и как же ей прокормить троих внучат?»

В это время советские органы стали собирать сирот по всем сёлам. Бабушка была уже очень больная и не могла прокормить внучек. Она отдала их в детский дом. Сестрёнки держались там друг за друга. После окончания семи классов, они поступили в училище на цветоводов. Потом работали в Днепропетровске. Озеленяли город. Женя уехала в Ленинград и работала на строительстве домов. Там она и получила квартиру. Федька после армии приехал к Марии. Они поженились. Так детская дружба перешла в большую любовь. Вера тоже вышла замуж и в 1961 году переехала к сестре в Ленинград. Устроилась работать официанткой в ресторане, а вечером училась в институте пищевой промышленности. Стала директором ресторана.

В 1969 году очень славилось строительство Усть-Илимской ГЭС на Ангаре. О нём часто писали в газетах, говорили по радио и показывали по телевиденью. В один из кадров случайно попал бывший староста села Москвилино Сенька-уголовник. Он работал и жил под чужой фамилией. Это был уже сорокапятилетний мужик, хорошо приспособившийся к Советской власти. У него была семья и дети, но он был по-прежнему большим матершинником . Его арестовали и он понёс наказание за все свои злодеяния. Благодарные селяне поставили памятник жертвам фашистов. Когда Вера Тимофеевна была в родном селе, то видела фамилии своих родителей на этом памятнике.

А что же стало с сибирской внучкой?

Фрося завербовалась на Дальний Восток и на рыболовном судне побывала во многих странах. Однажды в советском посольстве в Чили её команда встретилась с Валентиной Терешковой. И вместе сфотографировались.

Обе внучки прожили хорошую трудовую жизнь и сейчас окружены заботой своих детей, внуков и правнуков. Но почему не берут их ни болезни, ни старость? Может потому, что там – на небесах, за них молится их заботливая бабушка Мария…

Подобных историй очень много в жизни нашего народа, пережившего страшную Великую Отечественную войну. И в эти страшные годы советским людям важно было не просто выжить, а ещё и остаться людьми с добрым и отзывчивым сердцем.

Вера – официантка

Автор Юрченко Людмила Ефимовна

Григорий (фронтовик) отец Фроси

Экипаж рыболовного судна «ПРОМЫСЛОВИК» в Советском посольстве в Чили.

В центре Валентина Терешкова.Фрося – стоит во 2 ряду первая с права.

Два берега

Ева и Дмитрий

Бабушку мою звали Евдокией, хотя чаще называли Евой. Это была синеокая красавица с русой косой. Первая во всем - и в работе, и в веселье. Вышла она замуж за односельчанина Дмитрия. Тот страшно ревновал её. Когда она весело плясала, распевая частушки, все взоры мужиков, подогретых самогонкой, устремлялись на неё. Стоило кому - нибудь из них взять её за руку, как Дмитрий лез в драку. Ева выдергивала мужа из кучи-малы, и они бежали чужими огородами, перепрыгивая через плетни. За ними мчались свирепые псы и пьяные мужики с жердями в руках. Так заканчивался почти каждый праздник.

Жили они в деревне недалеко от Ульяновска. Держали корову, лошадь, свиней, кур. Родили семерых детей.

Не ты, так тебя

В эпоху раскулачивания Дмитрий, считавшийся середняком, был членом сельского совета. Приехал к ним из центра оперуполномоченный по фамилии Кибитка. Он предложил на сельском совете раскулачить соседа Дмитрия.

Он не кулак, - сказал Дмитрий. - У него нет работников. И полна хата детей, как и у меня.

Не пойдешь его раскулачивать, раскулачим тебя, - стукнул кулаком по столу Кибитка.

Дмитрий в ярости выскочил из помещения, хлопнув дверью.

Уложив детей, Дмитрий и Евдокия не спали всю ночь. Они молились и думали. Думали о своей жизни и о своём будущем. Евдокия поддержала своего мужа и никогда потом об этом не жалела.

За окном светало. Рябина красными гроздьями, заглядывала в окно. Розовые мальвы, покачивали головками. Наконец они увидели, что к их дому идут люди, с пустыми телегами — раскулачивать семью и арестовывать хозяина.

Дмитрий выпрыгнул в заднее окно и огородами сбежал в лес. Потом тайком подался в город к знакомому односельчанину. А в доме его происходило вот что. Дети плакали и просили не грабить их. Евдокия встала на колени перед Кибиткой, но тот был неумолим. Его подручные взломали амбар и выгребли все зерно, увели корову, лошадь, прихватили всю живность.

Бегство от голода

В городе Дмитрий устроился на завод подмастерьем. Ему разрешили привезти жену и детей. Выделили комнату в рабочем бараке. А в это время в Поволжье наступил голод. Мать Евы брала внуков и водила их по деревням, прося милостыню. Где давали сухарики и объедки, а где и собак спускали. Еды не хватало. Пекли лепешки из лебеды. Один из детей умер. Тогда старая бабушка стала отдавать свою пайку хлеба детям. Сама стала пухнуть от голода и умерла.Дмитрий и Ева ничем не могли помочь семье и были в отчаянии.

В это время Сталин разрешил селиться всем желающим на Дальнем Востоке. Дмитрий и Ева забрали детей и переехали. Они поселились в деревне недалеко от Благовещенска. Вырыли себе землянку. Там и зазимовали. Топили “по-черному” - дым от печки выходил их дверей.

Спасительная икона

Дмитрий со старшими сыновьями Григорием и Николаем строил дом. Те были очень разные. Григорий - атеист, комсомолец, ворошиловский стрелок, а скромный тихий Николай верил в Бога. Они часто отчаянно спорили на этот счет. Однажды Григория выбрали в сельсовет. Он пришел в хату, собрал все иконы, разрубил и сжег. А Николай ругался: “Тебе что они мешали? Это ведь твоя мать их повесила”.

Только семья обустроилась, завели хозяйство и огород, началась Великая Отечественная война. Когда сыновья уходили на войну, Ева взяла крохотный образок Божией Матери и зашила его в пояс брюк Николаю.

- Будешь менять брюки - перешивай образок. И никогда не расставайся с ним, - наказывала Ева.

Он так и сделал. Служил он в авиации и был. как заколдованный. К примеру, самолет падает, весь экипаж гибнет, а он один остается в живых. Бывала взвод перебирается через болото, и слева и справа бойцы тонут в трясине, а перед ним как будто кто-то впереди кочки расставляет. И он по ним выбирается из гиблого места.

После войны вернулся Николай домой живой и невредимый лишь с легким ранением, а Григорий, что иконы рубил и жег, как ушел на войну - так и сгинул. Даже похоронки не прислали. Пропал без вести. В конце войны забрали в армию сына Виктора. По дороге на фронт налетели истребители и разбомбили их эшелон. Виктора ранило в руку. Лечился он в госпитале на Дальнем Востоке. Получив несколько дней отпуска, он побежал к своей любимой Сонечке. Объятья, поцелуи, радостный смех: - “Я сейчас мигом. К маме покажусь и обратно”. - “ Иди”, разомкнула объятия девушка. И решила прибраться. Была весна. Соня мыла окна и пела от счастья. То и дело она выглядывала в окно - ждала любимого и вдруг, Соня оступилась и головой вниз - с пятого этажа. Сколько было горя! Сердечная рана Виктора так и не зажила. До конца жизни он оставался одиноким “бобылём”. А Николай жил он не плохо. На Пасху его жена пекла пряники и раскладывала их по огромным тазам. - “Меня в войну Бог от смерти спас”, - говорил Николай - “Я хочу на Пасху отблагодарить Его. Открывай жена ворота, пусть чужие ребятишки угощаются”. И налетала бедная ребятня-безотцовщина на даровое угощение. И с удовольствием уплетала вкусные пряники.

На волосок от смерти

После смерти мужа Дмитрия Евдокия продала дом и всю скотину и переехала жить к дочери Саше. Зять Ефим не возражал. Во время войны он служил в авиации. Участвовал в боях с японцами, был несколько раз награжден. После разгрома Кван- тунской армии офицерам разрешили выписать к себе в Корею жен и детей. Ефим вызвал Сашеньку, на тот момент беременную. Советские войска стояли в Корее, в городе Канка, в городе где я и родилась в 1948 году. А через год советские войска были выведены из Северной Кореи. И мама с грудной девочкой вернулась в Россию. Ефим был лётчиком. Самолеты были примитивными и часто ломались. Однажды, когда летчик и штурман летали над тайгой мотор самолета забарахлил и они спланировали на поляну рядом с болотом. Пока ремонтировали свой Ан-2, жили там. Тяжёлые испарения от болот подорвали их здоровье. У Ефима начался ревматизм и его перевели в интендантские войска на Дальнем Востоке. В тех местах было полно уголовников - и уже отсидевших, и даже беглых. Мама вспоминала две истории, когда лишь чудом осталась в живых.

Однажды Ефим и Саша бродили в тайге у Синих гор в поисках кедровых орехов и заблудились. Неожиданно они вышли на огромную поляну. Посреди неё горел костер. Рядом с ним сидели беглые заключенные. Они готовили еду и сушили портянки. Супруги страшно испугались. А зеки схватили их и стали допрашивать.

Kтo вы такие и что тут делаете? - спросил их огромный мужик, заросший щетиной.

Мы заблудились. Потеряли дорогу и не знаем, куда нам идти. - пролепетали они пересохшими губами.

- Дайте слово, что никому не скажете о нас

Никому не скажем, - пообещал Ефим.

Идите вот по этой тропинке до реки. Затем вниз по течению, и выберетесь на дорогу.

Уходили они на ватных ногах, держась за руки, и ждали выстрела или ножа в спину, но все обошлось. Пожалели их беглые каторжники.

А вот второй случай. Саша работала в военной части бухгалтером. Однажды она получила в банке деньги на зарплату офицерам. Она возвращалась верхом на коне из города Бикин. Вдруг в сумерках на лесной дороге её окружили люди - судя по одежде, беглые арестанты. Сашенька вгляделась в их лица и увидела среди них знакомого. Это был заключенный из соседнего лагеря. Художник в клубе, он с разрешения начальства подрабатывал тем, что писал портреты гарнизонным офицерам. Однажды ему позировали и Ефим с Сашей. Мама вмиг сообразила, что делать.

- Что же мы своих грабим? - спросила она портретных дел мастера.

Тот растерялся.

- Отставить. - сказал беглый художник своим товарищам. — Это -своя.

И разбойники расступились. Хотя если бы знали, сколько денег лежит в сумке, наверняка убили бы маму.

После демобилизации, когда Никита Сергеевич Хрущев стал сокращать армию, семья уехала на Волгу. А бабушка Ева купила дом в Хабаровске и жила там с младшим сыном. Из пяти сыновей после страшной войны у Евы остались в живых только двое. А остальных троих она ждала всю свою жизнь, надеялась увидеть, но так и не дождалась. В конце жизни она огородничала, выращивала огурцы и очень вкусные дыни. Нянчила внуков. Она умерла в возрасте 78 лет.

Мария и Андрей

Другая моя бабушка Мария, чистокровная украинка, жила в глухом бедном селе Новосибирской области. Её предков сослали сюда ещё при Александре II. В те времена в армию забирали на 25 лет, и, когда, мой прадед отслужив положенный срок, вернулся в родное село, земли для него не оказалось. За то, что самовольно отрезал у барина землю, и попал он в Сибирь.

Местность ту населяли тогда ссыльные поляки, немцы и украинцы, радио в селе говорило на четырёх языках. Черноглазая дивчина всё заглядывалась на усатого синеглазого казака Андрея — так и стали они семьёй. Андрей построил дом для многочисленного семейства — десять детей у них родилось, а выжило всего шесть. «Бог дал, Бог взял», — говорили тогда крестьянки. Андрей и Машенька были неграмотные, но верующие. В заброшенном селе не было ни школы, ни больницы. Дети ходили учиться в соседнюю деревню — по очереди, ведь на двоих приходились одни валенки. С трудом окончили всего 4 класса. Несмотря на бедность, бабушка Мария приютила у себя ещё и сиротку, вырастила её.

Во время Великой Отечественной на фронт ушли трое её сыновей.

Старший Фёдор попал в Освенцим. Спасла его полячка Марыся из вольнонаёмных, поставлявших в лагерь продукты: влюбилась и устроила ему побег. С ним увязались ещё трое заключённых, их изловили и расстреляли, а Фёдора, рискуя жизнью, Марыся прятала всю войну. После войны плакала, уговаривала не возвращаться в Россию. И было у них как в песне: «Милая моя, взял бы я тебя, но там, в краю далёком, есть у меня жена». Да, в Ташкенте его ждала семья, двое детишек.

Вернулся он к ним живой и здоровый, но до конца дней тосковал по своей преданной полячке.

Второго сына Марии, Ефима, послали лётчиком на Дальний Восток — охранять восточные рубежи. Он воевал за освобождение Кореи, дослужился до капитана. У него была любимая жена и пятеро детей.

Самого младшего сына бабушки, Матвея, призвали в конце войны в Мурманск. Там он полюбил карело - финку Хильду, местную красавицу. Она родила ему двоих сыновей и дочь Полину. К сожалению; бесплодная та оказалась. Мужа искать поехала на Север, встретила там мужчину старше себя, очаровала его. Но жизнь не складывалась — он мечтал о детях. Хильда посоветовала дочери прикинуться беременной, а рожать поехать в Нижний Новгород. Полненькой Полине сделать это было нетрудно. Она сговорилась с беременной студенткой, что та отдаст ей своего ребёнка, и с подаренным новорождённым сыном вернулась к мужу. Тот и об обмане не узнал, но семья их так и не склеилась. Полина была ленивая и избалованная, да и к чужому сыну чувств не питала. Разошлись, Полина подала на алименты, оставила Ванечку родителям, а сама уехала в город-курорт Одессу. И всю жизнь не работала — «северные» алименты позволяли вести праздную жизнь. А Матвей с Хильдой полюбили Ванечку и воспитали как родного внука.

Дочки бабушки Марии, мои тётушки, повыходили замуж. Старшая за шахтёра: никогда ей и работать не пришлось, заработка мужа хватало, а на войну шахтёров не забирали — уцелел.

Средняя дочь Настенька работала библиотекарем, замуж вышла за красивого, высокого поляка, доброго и спокойного, жили с бабушкой Марией.

Младшая уехала на Украину — у них был богатый дом в селе, корова, гуси, утки, куры, свиньи, огромный огород и сад — по плетню вились три сорта винограда, прямо на голову падали грецкие орехи, а в палисаднике от сладости лопались сахарные абрикосы... Муж её сильно хромал, на войну его тоже не взяли. Работал почтальоном, на велосипеде развозил почту; пьяным упадёт вместе с велосипедом на дорогу и спит в луже, машины его объезжают.

«Бог пьяниц любит, Бог пьяниц бережёт» — приговаривала тётя Надя, подбирая мужа с дороги.

Приёмная сиротка вышла за лесоруба из богатого леспромхоза и тоже не работала — вела своё хозяйство.

Умерла бабушка Мария в 99 лет, в том же селе, где и родилась, — за всю жизнь нигде не бывала.

Когда мне было 16, я поехала в Сибирь познакомиться с 92-летней бабушкой Марией. Она всё ещё управлялась на кухне. Кормила меня украинским борщом, угощала вкусными коржами с маком и поила парным молоком

У какой же из моих бабушек была более счастливая судьба? Об этом часто я думаю. И понимаю — и той, и другой сполна горя досталось, но ведь и радости у каждой свои были. Как же причудливы всё-таки наши линии жизни!

Еще раз про любовь

Еще раз про любовь

В нашем городе одна улица названа именем Владимира Клавдиевич Арсеньева - знаменитого путешественника и замечательного писателя. В Приморье на Дальнем Востоке находится город Арсеньев. А в Находке на улице Лесная 40 живут потомки В.К. Арсеньева. Мои сыновья купили домик на этой улице и я часто навещала их.

Тётя Катя и её муж Игорь Владимирович Арсеньев держали корову, а я покупала у них молоко для своих внуков. Это были открытые, добрые люди. Налив парное молоко в трёхлитровую банку, тётя Катя приглашала меня в избу и показывала альбомы с фотографиями. Она много рассказывала о семье Арсеньевых. Однажды она пожаловалась, что у её внука Данилки трудности с английским языком. Я взялась помочь ему и целый год давала ему уроки. Так я подружилась с бабой Катей. Всё горело в её руках. Она собирала папоротник и солила его в бочках, она косила траву на сено для коровы, без устали работала в огороде, варила варенье. Её муж - Игорь Владимирович, родной внук знаменитого писателя. Он часто болел. У него было слабое сердце. Оба они были на пенсии. Родителей часто навещала их дочь красавица Елена. Вместе с мужем они помогали старикам по хозяйству, а внук Данилка все лето проводил у бабушки. Сейчас уже нет в живых ни бабы Кати, ни ее мужа Игоря, да и Даниил с братом Михаилом уже стали взрослыми. А мне захотелось поделиться рассказами бабы Кати о семье Арсеньевым с читателями любимого журнала.

Владимир Клавдиевич Арсеньев был потомственным военным. Когда он служил в должности подпоручика в польском городке Ломже, ему было 25 лет. Там он познакомился с юной красавицей Анютой. Едва ей исполнилось восемнадцать лет, они поженились. Владимир мечтал о дальних странах. Он зачитывался книгой Н.М. Пржевальского “Путешествие по Уссурийскому краю”, и делился Аннушкой своими планами переехать на Дальний Восток. А через 3 года он наконец-то добился перевода в г. Владивосток. В это время у них родился сын. Анна не знала более дорогого и любимого имени и назвала его Владимиром. Она не побоялась дальней поездки через всю Россию и с грудным малышом поехала к мужу во Владивосток. Затем его переводят в Хабаровск.

С 1906 года у В.К. Арсеньева начались длительные экспедиции по дебрям и лесам Дальнего Востока. Исследовательские маршруты Владимира стирали белые пятна на картах. Он изучал природу, климат, места, пригодные для заселения историю и этнографию местных народов. Искусанный комарами, пропахший дымом от привальных костров, он неустанно пробивался по буреломным зарослям Уссурийской тайги. И не раз переправлялся через разлившиеся после проливных дождей реки. Дома его ждала верная и любящая жена Аннушка. 22 года она разделяла все тяготы жизни своего мужа. Помогала ему в сборах перед экспедициями, а по его возвращении из похода обнимала Владимира Клавдиевич, усталого, валившегося с ног, и тут же разбирала собранное им материалы и готовила экспозиции и гербарила для музеев. Аннушка была на восемь лет младше мужа. И была для него и другом, и любимой, и помощницей. Своего сына Володю он приучал любить природу, показывал ему места древних поселений, а однажды, в 15 лет, взял его с собой в поход на целых полгода на озеро Эворон. В 1919 году, уже прославленного писателя, пригласили преподавать в Дальневосточный университет. И семья его переезжает во Владивосток. Там он активно сотрудничает с краеведческим музеем. И там же он знакомится с 17 летней Маргаритой, страстной его поклонницей. Сын Володя учится в реальном училище. А его отец в зените славы. Его простыми и увлекательными книгами зачитывается весь мир. Его этнографические работы печатают в научных журналах. Его книга “Дерсу Узала” читается чуть ли не в каждой семье. Ему уже 48 лет, и он очарован юной поклонницей. Маргарита на 2 года младше его сына. Владимир Клавдиевич разводится с Анной и заключает второй брак с Маргаритой Соловьевой - дочкой генерала. И у них через год рождается дочь Наташа.

Но в это неспокойное для России время, в 1919 году, прямо из училища сына Володю призывают в армию Колчака. Где он во Владивостоке полгода верно служит. Затем уже в 1920 году он переходит в Народную армию, но в ожесточенных боях с японскими войсками в апреле месяце, он попадает в плен к японцам. Его едва не расстреливают, но через две недели плена он освобожден партизанами. Затем Володя поступает учиться в Дальневосточный горный институт. Но в 1928 году его отчисляют с третьего курса из-за того, что его отец служил офицеров в Царской армии. Сын Владимир устраивается работать на лесоповал.

1930 год. Тучи сгущаются над Владимиров Клавдиевичом. Многие друзья и соратники знаменитого путешественника уже арестованы и расстреляны. Он спешно собирается в новую дальнюю экспедицию, стараясь убежать от страшной действительности, но не успевает. Его арестовывают. Нельзя было объявить всемирно известного писателя ни шпионом, ни врагом народа. Его просто расстреливают и официально объявляют, что Владимир Клавдиевич Арсеньев скоропостижно умер от воспаления легких. В августе 1930 года у его гроба встречаются и обнимаются в слезах его 1-ая и 2-ая жена. Через 7 лет расстреливают Маргариту - 2-ю жену Арсеньева, как дочь царского генерала. Ее дочери Наташе было 16 лет, когда расстреляли ее маму. Психика девушки надломилась и она возненавидела советскую власть. Попала в тюрьму, потом семьи не завела и рано умерла.

А что же стало с первой женой В. К. Арсеньева? Она работала кассиром, счетоводом, буфетчицей и жила с сыном Володей и его семьей. Он уже женился, и его жена Клавдия родила ему троих детей: Игоря, Юрия и Вадима. Владимир Владимирович ударно работает в лесоустроительных организациях. И его от лесного хозяйства посылают учиться в Ленинград в лесную академию. Но, чекисты не дремали. Они выяснили, что Владимир Владимирович был в плену у японцев две недели. А это 1939. Японцы строят укрепления у границ СССР на Дальнем Востоке. И в любую минуту готовы напасть на Россию. Вместо приглашения на учебу, Владимиру и его семье пришло предписание в короткий срок покинуть Дальний Восток. И они переехали в Челябинск. Клавдия Арсеньева, - жена Владимира, сильно заболела и была прикована к постели. Он работает в садовом хозяйстве и страстно влюбляется в родственницу жены - Елизавету Николаевну Валегову. Он хочет развестись и жениться на любимой женщине. Но его мать, - Анна Константиновна, стеной встала на его пути. Она взяла с него клятву: пока она живая, пока жива его жена, он не разведется и не бросит свою больную супругу. И они спешно переезжают на Алтай.

Началась Великая Отечественная война. 10 сентября 1941 года Владимир Владимирович был призван на фронт. Шли годы. Но не угасала его любовь к уральской родственнице. На войне, в невыносимых условиях он помнит её глаза и в перерыве между боямипишет ей нежные письма. В 1942 году его освобождают из армии по состоянию здоровья. Но уже через полгода он добровольцам уходит на фронт. Воевал он в противотанковой батарее. И только после тяжелых ранений в 1943 возвратился домой. А как же жила в это время его семья? Уже немолодая 60-летняя бабушка Анна Константиновна взвалила на себя заботу о внуках и больной невестке. Жили они в захолустье. Не было в их поселке ни школы, ни больницы. Лекарственными травами отпаивала она прикованную к постелю свою невестку Клавдию, которая преодолевая свои болезни и слабость, работала в огороде и выращивает картофель и овощи для семьи. Каких только блюд не изобретала бабушка, чтобы накормить внуков в голодные военные годы. Только благодаря стойкости и мужеству этой необыкновенной женщины выжили Юрий, Игорь и Вадим - внуки знаменитого писателя. Вечерами бабушка с внуками читает интересные книги, помогает им в обучении. Воспитывает в них благородство и доброту. Но жажда знаний не оставляет её сына Владимира. Уже после войны, в возрасте 55 лет, он заочно оканчивает Бийский лесной техникум по специальности лесовод.

В 1957 году Союз писателей СССР ходатайствует о семье Арсеньевых. Большим тиражом издаются книгу его отца и повесть “Дерсу Узала” читают чуть ли не в каждой семье. В 1959 году Владимир Владимирович получает разрешение вернуться на Дальний Восток. После многих лет поезд мчит его к родным местам. Вот и Находка, Амурский залив, сердце радостно бьется и хочется петь. Волны бьются о берег. На горизонте белый пароход и чайки. Закупив снаряжения и продукты, он на несколько дней уходит в тайгу, наслаждаясь один на один природой. И даже здесь, подкидывая хворост в костер, он вспоминает свою любимую Елизавету. Слушая нежное уханье филина, вглядываясь в серебряную россыпь млечного пути, он все равно не может забыть её образ. После войны много осталось вдов и незамужних девиц. Но на всю жизнь он сохранил в своем сердце всю любовь и все время посылал свои письма на Урал. В этом году он страивается старшим лесничим в Находкинский лесхоз, на гонорар от издательства книг его отца, он строит небольшой дом и провозит свою семью в Находку. Владимир активно участвует в общественной жизни города. Избирается депутатом городского совета. Его мама - Анна Константиновна, только в 77 лет получает 1-ую пенсию. Осенью 1962 года умерла его жена Клавдия Григорьевна, а через год в 1963 году в возрасте 84 лет умерла и его мать - Анна (1-ая жена В.К. Арсеньева). Все, он освобожден от своей клятвы. Его дети Юрий, Игорь и Вадим давно взрослые люди. Он женится на Елизавете Валеговой в возрасте 63 лет, уезжает в Челябинск и проживает в счастливом браке 24 года.

Високосный год

Високосный год.

Моя приятельница недавно зашла ко мне и сказала: «Високосный год, год Обезьяны… А я прожила его тихо и мирно – ничего плохого не случилось». Итолько она похвасталась мне, взяла свою внучку из садика и пошла в Зоопарк. Зоопарк был уже закрыт. Сунула она денежку на бутылку «Столичной» сторожу и то их впустил. Не успела она оглянуться, как внучка, как угорелая помчалась к клеткам с обезьянами. Одна обезьяна соскочила с ветки дерева и рванулась к решётке. Просунула лапу сквозь решётки, уцепила девочку за щеку и вырвала клок щеки, едва не задев глаз внучки. Пришлось зашивать щеку у хирурга. И на щеке остался шрам.

- «А у меня», - поделилась другая моя соседка, - «тоже в конце года Обезьяны был неприятный случай. Пришла я с работы голодная, усталая. Бросила крабы в кастрюлю с водой и спустилась на улицу вынести мусор. И вот этот полный пакет с мусором вдруг разорвался у меня в руках и весь мусор вывалился прямо перед крыльцом на глазах соседей. Я спешно стала собирать мусор в остатки пакета. Сгребла всё и выбросила в мусорный бак. Поднимаясь в квартиру, я обнаружила, что в этой суете потеряла ключи от своей квартиры и от машины. А кастрюля с водой и крабами кипела на плите без хозяйки. Я опять спустилась на лифте. Уже зашло солнце. Я стала лазить по земле в поисках ключей. Вот и соседи подключились ко мне. Мы обследовали каждый дециметр земли перед домом и наконец я пошла к мусорному ящику. Одна из соседок сказала, что она уже перебрала мой пакет с мусором и не нашла там моих ключей. Мне пришлось перевернуть полный ящик мусора. Перебирала я его уже при свете луны и на самом дне бака нашла свою связку ключей. Как они туда провалились? Когда язабежала домой, – плита раскалилась до красна, а кастрюля припаялась к плите. Хорошо ещё, что не случилось пожара».

- «Всё это невинные штучки», - возразила я. – «В 2000 году я была на новоселье у брата моей подруги. Я помогала делать закуски и салаты. Владимир – её брат, был моряком. Он встретил и полюбил женщину с двумя детьми. Но он жил со своей матерью, а его любимая в малосемейке. Два года он ходил в моря, привозил из Японии машины и продавал. И строил двухэтажный коттедж. Вся команда его парохода весело плясала на новоселье. В его комнате на стене висела большая икона Николая Угодника – покровителя моряков. Назавтра их пароход уходил в море. Владимиру нужно было отдавать долги за строительство. И он взял у людей деньги на три машины. Судно, на котором была команда моряков, было старое. Механическая часть парохода была изношена. Кроме того хозяева удешевили ремонт – обшивку судна сделали тоньше, чем положено. Был сильный перегруз судна. Везли круглый лес в Японию. И пассажиров тоже было сверх нормы. Перегруженный пароход шёл тяжело и медленно. В каютах спали мертвецки пьяные, после весёлых проводов пассажиры. При шторме брёвна раскатались и пробили обшивку судна в нескольких местах. Этот факт установила комиссия.

Когда начался шторм, и судно сильно накренилось, пассажиры стали расхватывать спасательные костюмы. Спасательных средств не хватало. Пьяные в каютах так и не проснулись. Другие люди, кому не достались оранжевые костюмы, прыгали в воду. Они были затянуты переворачивающимся судном или умерли от переохлаждения.

Владимиру всё же достался спасательный костюм, но он стал запихивать в штаны пачки долларов, которые он вёз с собой в Японию на покупку трёх машин. Другие пассажиры делали тоже самое. Когда они попрыгали в воду, штаны с бумажными деньгами стали как поплавки. Перевернувшись вниз головой и вверх ногами, моряки мгновенно захлёбывались. Почему же ему не помог Николай Угодник – икона на стене? Видимо, это была дань моде, а сам Владимир был неверующим и никогда не молился. А в критический момент он думал не о спасении жизни, а о спасении денег. Потому, видимо, он и не обратился к Святому с просьбой о помощи. Сорок семь моряков с этого судна погибли. Чёрный траур опустился над Находкой. В Рыбный порт привозили и складывали рядами трупыутонувших, на опознание. А хозяйку судна застрелили безутешныеродственники, погибших моряков. Выходит ненадолго она пережила, утонувших на её судне. И похоронена она на одном с ними кладбище.

А как славно плясала и веселилась команда парохода на новоселье, перед выходом в море. «Воистину – человек полагает, а господь располагает».

Так, кто же был виноват в этой катастрофе? Хозяева судна, которые хотели побыстрее получить прибыль, или високосный год

дядя Саркиз

Дядя Саркиз

В декабре 1988 года страшное бедствие обрушилось на Армению. Сильное землетрясение разрушило два города: Спитак и Ленинокан. Брат моей подруги ездил из Ульяновска на их восстановление. Уцелевшим людям предлагалось жильё в любом городе СССР. Наш город Находка, солнечный и тёплый на берегу Японского моря. И многие из пострадавших выбрали Находку.

Не бойся

Поселили их в новом только что отстроенном квартале. Тогда я и познакомилась с дядей Саркизом. Он открыл небольшую мастерскую по ремонту обуви. А я носила ему сандалии и туфли моих детей. Небольшого роста, наполовину седой он трудился над чужой обувью целыми днями. Мне было интересно узнать о том, как он спасся. Я стала расспрашивать его. И дядя Саркиз рассказал мне историю спасения его семьи.

- «Я был комсомольцем и конечно, неверующим. Когда пошёл в армию, меня призвали в десантные войска. Во время прыжков из самолета, мой парашют не раскрылся – потому что запутались стропы. Я понял, что разобьюсь. С огромной скоростью я мчался с высоты 800 метров к земле. И заорал, что есть мочи: «Господи, Господи, спаси меня». И услышал над ухом: «Да спасу я тебя, не бойся». И тут я вижу летит другой парашютист и хватает мои стропы рукой. Так моё стремительное падение к земле приостановилось. Приземлились мы вдвоём на одном парашюте. Правда, я ногу вывихнул, но остался жив. С тех пор я стал ходить в церковь.

И тут началось ...

После армии я женился. И жена Милена родила мне двоих девочек. Я работал сапожником, а жена вела хозяйство и воспитывала детей. Жили мы в пятиэтажном доме. В тот роковой день девочки ушли в школу. Одна дочка училась во 2-м классе, а другая – в 5-м. Мы с женой были дома – у меня был от пуск. И вдруг, я ужасно захотел закурить, а сигареты кончились. Тогда я пошёл за куревом в киоск. Как только я вышел, то вспомнил, что забыл кошелек. Жена на балконе вешала бельё. Я крикнул ей, чтобы она бросила мне кошелёк. Но она почему то спустилась в подъезд, чтобы отдать мне деньги. И только она подошла ко мне, тут и началось… Земля начала ходить под нами волнами. Мы с женой упали в песочницу. А вся земля вокруг тряслась, только наша песочница, словно заколдованная, была спокойна. Дома, как карточные, складывались и рушились. Их осколки прыгали и летели во все стороны. Огромные куски бетона и кирпича долетали до нас. Мы словно были заключены под стеклянный колпак. Когда трясти перестало, мы вскочили и посмотрели друг на друга. На наших головах были пряди седых волос. Опомнившись от стресса, мы поспешили к школе, навстречу нам плача, взявшись за руки, бежали наши дочки. За их спиной лежала в руинах ихняя школа. Девочки позже рассказывали. У младшей Лилит в школе вдруг поднялась высокая температура и учительница поручила старшей сестре увести малышку домой. Только они вышли, температура у Лилит упала. Мариам, так зовут старшую девочку, очень не хотелось пропускать контрольную по математике, потому она с младшей сестрой вернулась обратно в школу. Но температура у Лилит опять поднялась. Девочка стала красная от жара. Пощупав её лоб, учительница велела им немедленно идти домой. – «А контрольную потом напишешь», - добавила она. Едва девочки вышли из школы и чуть-чуть отошли, как школа рухнула.

Я была поражена его рассказом. И потом я часто встречала Саркиса в православном храме. Он обычно вставал на колени и молился.

Студент-заочник

Было чудо и в нашей семье. Когда я работала преподавателем английского языка, нам часто задерживали зарплату. А моидочка и сын учились в колледже. Мы жили очень бедно. Денег тогда ни на что не хватало. Однажды ночью мне не спалось. Я взяла икону Николая Угодника, положила её на колени и, глядя ему в глаза, пожаловалась: - «Знаешь Николай угодник, совсем тяжело у нас с деньгами. У дочки капронки порвались и не на что их купит. И ходит она пешком в колледж, потому что нет у неё денег на проездной билет. И едим мы одну картошку без хлеба. Хоть бы какой заочник появился! Я бы сделала ему контрольную работу и тем самым заработала бы немного денег…».

Легла я спать. А утром, только я проснулась – прозвенел звонок телефона.

- Алло, слушаю вас. Что вы хотели?

- Вы делаете контрольные по английскому языку заочникам?

- Да делаю, приезжайте. Запишите адрес.

Через 20 минут ко мне зашёл мужчина средних лет. Серьёзный такой, вальяжный – лет 35. В кожаной куртке с дорогой папкой в руках – похожий на «нового русского». Протянул мне бумаги и методичку по контрольной.

- Мне срочно надо. Вот мой телефон. Как сделаете, позвоните.

- Хорошо, - согласилась я, обрадовано. И тут же засела за контрольную.

Пришла дочка из колледжа и помогла мне. Она на компьютере сделала перевод слов и напечатала. Я позвонила. Наш клиент быстро пришёл, молча взял готовую контрольную и протянул деньги. Только закрылась дверь, мы с дочкой запрыгали от восторга.

- Возьми деньги и купи себе и брату проездные билеты, а эти деньгитебе на капронки. И сбегай в магазин. Купи хлеба и масла растительного.

Лишь через несколько дней я снова взглянула на икону. И узнала в ней моего недавнего студента – заочника.

Молитесь за врагов своих

В нашем доме, по соседству жила Наталья Борисовна. Наши дети учились в одном классе и очень тесно дружили. Просто неразлучными были.

Я решила познакомиться с семьёй друга моего сына Ромки. Оказалось, что мы с Борисовной землячки. Я приехала из Ульяновска, а она училась в Казани – на Волге. Закончила университет и получила диплом учителя немецкого языка. Но в последнее время ей ужасно не везло. И в делах и в здоровье. В добавок девушка была беременная, а любимый её бросил.Подруга Наташи предложила ей сходить к гадалке. Но сколько они не приходили к дому ворожеи, никак не могли её застать. Однажды девушки перехватили гадалку прямо у калитки, но та защелкнула дверцу калитки прямо перед их носом и отбежала на крыльцо своего дома. Крикнула оттуда Наташе: «Не приходи ко мне! Черт стоит за твоей спиной! Уезжай из Казани! Не будет тебе тут счастья».

Задумались подружки: Куда поехать Наташе? У Дворца культуры на стенде висела огромная карта Советского Союза. Наташа сказала: «Я сейчас ткну пальцем в карту. Куда попаду, туда и поеду». Она завязала глаза, повернулась спиной к карте и подруга три раза её повернула. Наташа ткнула пальцем в карту и попала в Находку. Значит там её судьба. В Находке её встретили с распростёртыми объятиями. Учителей иностранного языка в городе не хватало. Как молодому специалисту и матери одиночке ей сразу же выделили малосемейку, место в яслях, а потом и в садике ей тоже обеспечили место.

Ей очень понравилась Находка. Свободный и трудолюбивый город на берегу Тихого океана. Рыбаки и торговые моряки ходили на пароходах ко всем континентам. День и ночь скрипели лебёдки башенных кранов всех пяти портов города. А прекрасные бухты с целебной морской водой, от которой раны и царапины заживали после 2-3 купаний в тёплом, ласковом море.

Как мудрую и спокойную девушку, Наталью выдвинули от школы в присяжные. Ей понравилась работа в Суде и она поступила заочно учиться на юридический факультет. Потом стала заместителем прокурора по административным делам.

Эдик – сынок её, подрос и она отвела его в спортивную школу в секцию борьбы. Тренер Эдика работал слесарем на кораблестроительном заводе и как, своё «хобби» тренировал ребятишек на стадионе. Он сразу же влюбился в милую женщину с добрыми весёлыми глазами. Они поженились, у них родилась дочь. И всю жизнь прожили,душа в душу, в счастливом браке. Оба увлекались дачей и любили отдыхать на берегу озера или моря с удочкой. Борисовна была специалистом старой закалки и взяток она не брала. Её уважали в городе. А единственно, где она использовала свои связи и знакомства – устроила мужа на рейс парохода в Японию. Откуда он приехал с новеньким джипом, который здорово им пригодился при поездках на дачу и на море. Жили они скромно и без излишеств. У Борисовны было больное сердце. Перед операцией Борисовна ездила в Симферополь и молилась перед мощами Святого Луки. Просила удачной операции. Оперировали её в Новосибирске. Наталья Борисовна рассказывала мне, что во время операции её душа вышла изтела и находилась под потолком, наблюдала за врачами. Слышала и помнила всё, что они говорили. Потом когда она очнулась от наркоза, то пересказала врачам всё, что видела и слышала в операционной. Операция прошла успешно и вскоре она опять вернулась на любимую работу.

Однажды я прибежала к ней взволнованная. По телевизору выступала пожилая женщина из Аргентины. Ей было 98 лет и она занималась йогой. Она посоветовала зрителям,каждый день просить в молитве к богу: много любви, добра и милосердия, а врагам своим ещё больше добра, любви и милосердия.- «За что врагам, такая награда? Они, сволочи, меня ненавидят, а я должна за них молиться Богу»? – подумала я.

- «Давайте попробуем так молиться», - всё же предложила я Борисовне.

- «Давай», - согласилась она.

И вскоре, произошло чудо.

У меня на работе, сложились тяжёлые отношения с моей коллегой. Мы 2 года не разговаривали друг с другом. Звали мою коллегу Ольга Афанасьевна. Еду я на работу и вдруг, на остановке она подходит сама ко мне и превая здоровается.

- «Светлана Ефимовна, я знаю, что вы любите цветы. Уменя есть красивые фиалки, прямо для вас. Хотите, я принесу вам»?

Я от неожиданности онемела. В растерянности, я не знала, что ответить. Но это ещё не всё. На утренней пятиминутке в офисе Ольга Афанасьевна стала при всех хвалить мою работу. Тут уж все мои коллеги, зная нашу вражду, несказанно удивились.

- «У меня тоже чудо», - откликнулась в ответ Наталья Борисовна. – «Однажды, произошла судебная ошибка, и я засудила невинного человека. А он возненавидел меня. И вот, вчера, раздаётся звонок по телефону.

- «Наталья Борисовна, как вы себя чувствуете»? – звонит он. – «Могу я вам чем-нибудь помочь? Мне очень хочется сделать вам что-нибудь хорошее».

- «Спасибо, ответила я. У меня всё хорошо. Всего вам хорошего». – Положила я трубку телефона и села. Меня прошиб пот…, сказала Наталья Борисовна.

А я вспомнила лакскую пословицу: То, чего не достанешь копьем, достанется добрым словом».

Родник

«Если глаза затуманились влагою,

Из родника поплещи на глаза

Можешь поплакать, спокойно поплакать

Кто разберет, где слеза, где вода».

Иеромонах Роман

РОДНИК

Есть в нашем крае удивительный остров. Он уникален вдвойне. Как природный заповедник и как исторический памятник средневековья.

Впервые Света была там с сыном Романом. Ромке тогда только что исполнилось шестнадцать лет. Вмести с ним Света на катере отправились в Преображение. Там они отыскали катер геодезистов.

- «Отвезите нас на остров Петрова, на нём в древности был город Солнца. Мы давно мечтали там побывать. Мы поищем на острове защитный вал вокруг городища. Если вал существует, значит и город Солнца не сказка. Я Вам «Портвейна» купила», - сунула Света бутылку в руки моряка.

- «Я знаю остров Петрова. Он не далеко. Но я могу отвезти вас только до обеда, если меня хватится мой командир, то меня уволят».

- «Мы мигом. Только вал найдём и обратно».

- «Хорошо. Полезайте в катер». Из рубки катера выглянула девушка. – «Это моя сестра», - уточнил моряк. – «Она поедет с нами».

Через пол часа они были на острове. Нашли тропинку и пошли по ней. Роман полез наверх гребня, а Светлана побрела по долине и вступила в тисовую рощу. Огромные столетние гиганты с гладкими стволами были обвиты толстыми змеями актимидий. На этих лианах можно было качаться как на качелях. Кроны тисов были высоко-высоко. Смыкаясь в вышине, они закрывали солнце. Света шагала по мягкой хвое, как по ковру. Потом она отклонилась влево и попала в кедрач. Смолистые кедровые шишки валялись у неё под ногами. Сумки у Светланы не было. Поэтому она подняла подол платья и стала складывать туда шишки. Зацокала белка, плавно перелетая с ветки на ветку. Тут спустился с горы Роман.

- Смотри, сколько я шишек набрала. Жалко, что мы пакет не взяли. Ну что, есть там вал?

- Нет, там обрыв в море.

- Поищем в низине.

- Вот, вот он вал. Иди сюда, мама.

Роман был опытный археолог. С шестого класса он со своим братом Степаном,участвовал в разных археологических экспедициях Приморского края. Роман гордо шагал по широкому валу на самом берегу моря. Они присели на камень. Напротив них, лимонник протягивал им свои красные гроздья.

- «Вот смотри. Эти глыбы – остатки древней дороги. На ней могли разъехаться две телеги и соединяла она остров с материком. С этого острова отправлялись делегации в Японию. Об этом есть записи в японских летописях. Представляешь? Древняя Киевская Русь на Западе и одновременно здесь на Востоке государство Бохай. Оно существовало по девятый век и занимало всё Приморье и Маньджурию. А на юге доходило до Корейского княжества Когурё. В делегации на Японию входили поэты, музыканты и певцы. Они везли в подарок японскому императору соболиные меха, кедровые орехи, мёд и драгоценные каменья. Там проходили состязания поэтов и певцов. Музыканты ставили хрустальный сосуд, который лопался при очень высоком пении».

- «Мама, а помнишь легенду о кровопролитной войне в Сучанской долине? Тогда многие городища были разрушены. А реки были красные от крови. Тогда предводитель Сучана, который затеял эту войну за прекрасную царевну, спустился к морю и на судне сбежал в неизвестном направлении. Может с этого острова»?

- «Вполне может быть».

Их заметилморяк с катера. Он ловил рыбу, а девушка готовила уху.

- «Ну что, нашли вал»?

- «Нашли».

Солнце золотыми бликами отражалось в море, яркими красками переливалось в разноцветной листве и счастливыми зайчиками он прыгало в их душах.

- «Как хорошо! Какое это чудо – остров Петрова»… - Света поделилась орехами, а хозяин катера угостил их ухой, а «Портвейн» они выпили вместе.

Прошло десять лет. Света с младшими детьми едет вновь на остров Петрова. Туристов из литературного клуба «Элегия», возглавляет Станислав Кабелев.

Через окно микроавтобуса Светлана смотрит на знакомые места. Но слёзы наворачиваются на её глаза и она ничего не видит. Сын её Стёпка сейчас в Чечне. Октябрь месяц. На Кавказе сейчас тепло. Степан охраняет полуразрушенное здание полевого госпиталя в городе Гудермесе. Это Всероссийский центр медицины катастроф «Защита». В 6 часов утра со стороны ущелья начинается стрельба. Потом её слышно и железнодорожного вокзала и затем – у кирпичного завода. С рассветом всё стихает. В госпитале работают знаменитые светила медицины из Москвы, Воронежа и Смоленска.

Чеченцы коварный народ. Днём чеченский милиционер готовит к отправке из Гудермеса колонну грузовиков, а ночью устанавливает фугасы на дороге, чтобы взорвать их. И сам же он нечаянно подрывается. Чеченского милиционера привозят в госпиталь. Воистину «не рой яму другому, сам в неё попадёшь». Врачи живут в палатках. И оперируют тоже в палатке. С Аргунского ущелья приехала чеченка с больным ребёнком. Говорит, что там у них непрерывные бои.

Но вернёмся в Приморье. Микроавтобус, в котором ехала Светлана с детьми, остановился в Золотой Долине. Парин выскочили покурить, а Света купила на базарчике пирожки и стакан семечек. Когда-то в царское время великий путешественник Пржевальский, здесь с главной трассы, повернул к морю. А сейчас эта старая дорога через Соломенный перевал разбита. И для транспорта непроходима.

Туристы двинулись дальше. В Перетино за деревней находится летний лагерь детского дома. Светлана приезжала сюда в гости к своим крестницам. Она привозила им конфеты и фрукты, а потом купалась с ними в реке Партизанской. В конце дня дети толпой провожали её на остановку автобуса. Экскурсоводы всегда рассказывают в этих местах о жестоких боях партизан с японскими захватчиками в Гражданскую войну. В Новицком дорога раздваивается. С грусть Светлана смотрит на бывший совхоз миллионер. В советское время здесь были обширные сады с яблонями и сливами. А все сопки были засажены абрикосами. Сейчас здесь полное запустение.

Через 50 километров от Находки туристы подъезжают к средневековому городищу в деревне Старая Николаевка. Все выходят из машин и микроавтобуса. Разминают ноги, закуривают. Дети туристов бегут по земляному валу. В октябре здесь нет змей, нет клещей, которых тут множество в летнее время. Вокруг земляного вала и сейчас тянется ров, наполненный водой. Это городище впервые обнаружил и описал известный историк Востока Кафаров. Здесь люди жили всегда, ещё со времён мамонтов. Археологи тут не ведут раскопок, потому что трактора перепахали все археологические слои. А любители здесь находят и каменные топоры и фрагменты сосудов Бохая. Тут же медные монеты джурдженей времён «Золотой империи». Пятнадцать лет назад рядом с городищем поселился скульптор Николай Горпенко. Он собирал свой частный музей. К боронам трактористов Горпенко прикреплял магниты. И они притягивали из земли, во время пахоты, наконечники копий, квадратные гвозди и железные стрелы. Он мечтал, как Шлиман раскопавший Трою, обогатиться и разбогатеть. Света тогда приезжала сюда с детьми. Входили они на средневековое городище через пролом в стене. Света собирала глот-боярку, ягоды которой осыпались на траву, а Никитка с другом Дениской собирали археологические находки. Вдруг, показался высокий красивый дядька с седой шевелюрой. Жадный до находок, он спешил отобрать у мальков всё, собранное на кукурузном поле. Пришлось выручать детей. Сейчас это только воспоминания. Позже в Сергеевке Николай Гарпенко поместил свой частный музей. Но во время «перестройки» музей оказался никому не нужен, а сам скульптор ослеп.

А сейчас Света не решилась перепрыгнуть через ручей. У неё на ногах были матерчатые кеды.

Размявшись немного и перекурив, туристы опять забрались в машины. С правой стороны дороги тянуться поля. Вдоль реки Водопадная видна причудливая система каналов. Наверное в советские времена здесь были рисовые чеки. А в советское время сюда приезжали по 5-6 автобусов для воскресного отдыха.

Едут дальше. В их микроавтобусе бывалый турист Николай рассказывает, как он ходил на гору Макариха.

- Представляете, продираюсь через заросли к сопке и вижу – накатанная дорога прямо на вершину к озеру. Это чёрные лесорубы отсыпали.

Света знакома с этой проблемой. Степан, когда работал в ГАИ, привёл к ней на репетиторство по английскому языку, своего коллегу из Врангеля. Огромный рыжий детина приходил к ней после ночной смены и засовывал голову под кран. Сполоснувшись холодной водой и разогнав сон, садился за занятия. Он учился заочно в институте и должен был сдавать экзамен по английскому языку. Со временем Света подружилась с Василием и он доверял ей свои семейные и сердечные тайны. Рассказал ей про своего отца, который купил себе огромный грузовик и возил на нём щебень и песок. Однажды в карьере, когда он курил рядом с машиной, экскаваторщик промахнулся и ковш со щебнем опустил прямо отцу на голову. Отца Василия отвезли на кладбище, а экскаваторщика посадили в тюрьму. Два брата осиротели. Грузовик они решили не продавать, а стали работать на нем по очереди. В летнее время Василий брал отпуск и «чёрным лесорубам» вывозил по ночам, ценные породы деревьев. Ясень, ильм, пихту, кедр он вёз в Рыбный порт. Там эти ценные породы складировали под низ, а сверху них берёзу и дуб, чтобы скрыть браконьерство. Так и грузили их на суда-лесовозы. За месяц отпуска он зарабатывал столько, сколько он не зарабатывал в ГАИ за целый год. Охранник в порту на проходной, проверил крановщика Николая, а тот громко ругался: - «Ну, что ты меня щупаешь? Ну, украл я гаек на 15 рублей. А что же ты, не проверяешь те суда с лесом, что воруют у страны миллионы»?

И ещё Василий, советовался со Светланой, как ему быстрее сделать карьеру.

- Может в Чечню поехать?

- Что ты, что ты, разве можно на чужой крови делать карьеру?... За всю жизнь не отмолишься.

Так Света отговорила, чужого сына от службы в Чечне, а своего просмотрела. Слёзы снова навернулись на глаза Светланы. А в это время на Кавказе двое военнослужащих в охране госпиталя закончили свою службу и на следующий день должны были улететь с Кавказа. Они решили пойти в посёлок и купить подарки для своих родственников. Напились на радостях, а утром их нашли в арыке с перерезанными горлами.

Машины с туристами в Приморье поднимаются по Бо перевалу. Проезжают красивейшее место Орёл. Слева две скалы, похожие на орла и орлицу. Когда-то здесь были деревянные домики и стояла база отдуха. Когда она пришла в запустение, местные жители разобрали на дрова. Из-за сказочной красоты этих мест на берегу реки Партизанской, Света привозила сюда гостей на 2-ой день свадьбы её старшего сына Степана.

А если идти вдоль ручья, направо от посёлка, то можно дойти до пасеки, за которой есть пещера. В этой пещере укрывались от непогоды древние люди. Опасное место. Сюда очень часто заходят тигры и задирают скот у людей.

Во Фроловке машины не останавливаются, хотя посёлок этот довольно большой. Во время Гражданской воны, тут был партизанский штаб у Лазо.

Где-то недалеко от этих мест находятся кратеры древних вулканов. Изливая лаву с шипением вулканы выплёвывали горячие бомбочки до 1,5 метров в диаметре. Сейчас школьники из Партизанска, выкапывают из вулканического туфа эти бомбочки. Расписывают их. А внутри видны красноватые агаты, медовые сердолики, голубые ониксы и прозрачные хрустали. Школьники в 1-ой школе, создали геологический музей, которому могут позавидовать музеи Екатеринбурга на Урале.

В Сергеевку машине не заезжают. Отсюда налево дорога уходит на Весёлый перевал. Но туристы поворачивают направо к Лазовскому перевалу. В этих местах очень хороший климат. В советские времена совхоз «Янтарный» специализировался на чёрной смородине и абрикосах. В литровых железных банках, выпускались недорогие консервированные абрикосы и сливы. А на сбор смородины приглашались жители Находки. Эти земли арендовали корейцы. Они выкорчевали плодовые деревья, а землю засадили соей.

Недалеко от Монакино, были обширные капустные поля. Сейчас они зарастают бурьяном и кустарником.

От Алексеевки туристы обычно уходили к пещерам «Белый дворец» и «Приморский великан». Посещали Алексеевские водопады.

Светлана опять задумалась о сыне. Как он там на Кавказе, в Чечне?

А в Гудермесе местные жители, предупредили охранников, что боевики готовятся на завтра напасть на их госпиталь. Им нужны медикаменты и врачи. Прислали на подкрепление ОМОН. Выдали приборы ночного видения. Атака боевиков, началась под утро. Слышались крики «Аллах акбар». Пули засвистели над головой. Роман упал на своей вышке и лёжа отстреливался. На соседней вышке застрелили часового. А у Романа пуля только царапнула ухо, видимо молитвы матери спасали его. ОМОН и СОБР сумели оттеснить боевиков к мосту, а потом в горы. Была заваруха и в Гудермесе, где четверо солдат погибло, а восемь были ранены и убиты несколько боевиков. Сильно пострадала медсестра Галя. У неё было пулевое ранение груди и осколочное в голову. Её положили в реанимацию.

Кортеж из машин, с туристами, остановился в начале перевала. Съехали с дороги. Разместились на небольшой поляне у ручья. Решили вскипятить чаю и перекусить. Развели костёр. Подкидывая ветки в огонь, Света вспоминала, как она со своей семьей приезжала сюда собирать маслят. Через дорогу на крутых скалах было много кедров. Но тут же грелись на нагретых, солнцем, камнях гроздья ядовитых змей: щитомордников и гадюк. Набегавшись по лесу, за грибами и лимонником они присели на брёвнышке у ручья. Вскоре приехала другая семья на легковушке и тут же, в нескольких шагах от Светы, нашли корень жень-шеня. Боже, сколько было у них восторгов… А у Светы досада – она собирала грибы в том же месте, а корень жень-шень не заметила.

В посёлке Лазо туристы заглянули к местному геологу, который показал им свою коллекцию камней. Его мама угостила всех домашними пирожками. Станислав Кабелев берёт разрешение у лесника на въезд в заповедный остров.

Едут дальше. За Кишенёвкой, Вячеслав Петров, вспомнил свои приключения в этом месте.

- «Возвращаюсь я с Беневского водопада и вдруг, моя тропинка выводит меня прямо на конопляное поле. Его охраняют бандиты. Они открыли стрельбу по мне. Еле ноги унес. Я никогда так быстро не бегал».

Машины останавливаются на трассе.

- «В чем дело»? – Это Вася, любитель-археолог, показывает всем, как дорога разрезала пополам, средневековое городище. Он вынимает кусочки керамики из отвала дороги. И прыгает по земляному валу, опоясывающему городище.

Не доезжая до Беневского, все машины съезжают с дороги. На поляне развели костер. Здесь они переночуют в палатках. Разбив походный лагерь, все молодые туристы и дети Светланы рванули по тропинке вдоль реки на Беневской водопад. Несколько немолодых женщин и Светлана остались у костра готовить борщ из тушонки. Света в сторонку и начала молиться за сына.

А в Чечне четверо ОМОНОВЦЕВ шли в Гудермес на дежурство и напоролись на фугас. Двоих сразу убило насмерть, а двоих тяжело раненных привезли в госпиталь с оторванной ногой.

В Приморской тайге темнеет быстро. Уже в сумерках пришла молодежь с водопада. Усталые и голодные. Со счастливыми лицами, они хлебали борщ и ели гречневую кашу. Делились впечатлениями о самом красивом водопаде Приморья.

Светлана с дочкой и троими сыновьями, ходила на Беневской водопад в конце марта. Были невесты сыновей и друзья их семьи. Их гидом был Петров Вячеслав. Когда они дошли по замёрзшей реке до водопада, то изумились, видя ледяное кружево из огромных сосулек, которое падало с горной кручи в снежную реку. Оно падало и не могло упасть, застыв в воздухе, нежным хрусталём. Воспоминания перешли в сон.

Утром подбросили дров, вскипятили чай и расселись по машинам. Вскоре повернули к морю. Местность была болотистая и безлюдная. Чахлые деревца торчали по краям разбитой, ухабистой дороги. Из-за плохой дороги ехали медленно. На берегу моря было солнечно и тепло. Погода была чудесная. Ни ветерка, ни волн – полный штиль. Туристов переправили на остров Петрова на двух лодках. Сперва все шли, за гидом, по высокому гребню, вокруг острова. Экскурсовод рассказывал об обычаях людей, населявших это остров, в средневековье. Потом спустились в Тиссовую рощу. Остановились у небольшого ручья, вытекающего из скалы.

- «Это ручей волшебный», сказал гид. – «Надо зачерпнуть воду, загадать желание и выпить её. Тогда всё просимое исполнится».

Дождавшись очереди, Света шагнула на мокрый камень в ручье, зачерпнула воду:

- «Господи, убереги моего сына в Чечне, чтобы вернулся живой и здоровый»!

Черный ворон

«Чёрный ворон – я не твой.»

- Ало, ало. Это ты мама? Да, я. А ты где? Всё ещё на Урале? - Да, я в Екатеринбурге. Как твоё здоровье? Таблетки пьёшь? - Да, пью. У меня сон улучшился и отёки под глазами прошли. - Чем ты занимаешься? - Перебираю свою библиотеку. - Книжки ремонтируешь? - Да, и телевизор смотрю. Вот только что была телепередача под названием «Опоздавшие на смерть.» Разные люди рассказывали свои истории. Вот, например, один мужчина опоздал на самолёт, а тот самолёт разбился. И был там его друг. С которым они хотели провести отпуск. В другом случае одна женщина подбегала к отходящему автобусу и двери захлопнулись перед её носом. Она стояла ошарашенная и смотрела ему вслед. Автобус проехал 200 метров и вдруг взорвался. Все пассажиры сгорели. - Ужасно. Ты такие передачи смотришь… Не удивительно, что потом у тебя плохой сон. - Ни в этом дело… Я тебе никогда не рассказывала, что и у меня был похожий случай? - Нет. Не рассказывала. - Ну, слушай. Мне было 25 лет. Я училась в университете в городе Томске. А муж мой только что получил диплом и уехал в город Юрга преподавать в колледже. Автобус ходил тогда только раз в сутки, и я в предварительной кассе брала билет на конец недели. В пятницу после занятий я садилась в автобус и через два часа была в объятьях любимого мужа. Ему там, как молодому специалисту, выделили жильё. Где он жил с 3-летним сыном. Я проводила с ними счастливые выходные и к понедельнику возвращалась в Томск. В ту пятницу нас задержали в университете на лабораторных занятиях. Я опаздывала и взяла и взяла такси. Билет на автобус был у меня в руках. А место было №1. Но я опоздала. Всего на 10-15 минут. Мой автобус ушёл… Я стояла и плакала. Дрожащими руками я размазывала слёзы по щекам и долго не могла успокоиться. Затем я подошла к кассе и купила новый билет на субботу. Через сутки я уже ехала в Юргу, а водитель мне рассказывал: «Вчера, в пятницу, шёл автобус по такому же маршруту. Он был полон пассажирами. Все места были заняты. Только место №1 – сразу за водителем, было свободно. ( «Это моё место»- подумала я). - беременная женщина побоялась растрястись на заднем сиденье – продолжал свой рассказ мой водитель. - Та женщина попросилась пересесть на свободное 1-ое место. Что случилось - трудно сказать. Может тот водитель заснул, или с сердцем у него стало плохо, но вылетел он на встречную полосу и столкнулся с камаз-ом. Погибли только двое: водитель и беременная женщина, которая сидела на 1-ом сиденье. Остальные пассажиры не пострадали. - Представляешь, дочка? Прошло уже 40 лет. У нас родились ещё 4 детей. А сейчас у меня 6 внуков и 2 правнука. А ведь никого из них не было бы на свете, если бы я тогда не опоздала на автобус. Всего на 10 минут… - Видимо ангел хранитель спас тебя, мама. - Может быть… Ну, ладно. Сейчас начнётся мой любимый сериал – 357 серия.

У костра

У костра

Август. Душно и жарко. Все кто не на работе, лежат на пляже. Я пристаю к своим сыновьям.

«Ну, почему мы еще не на море? Многие люди копят деньги по нескольку лет, чтобы отдохнуть на побережье. А отчаянные головы даже грабят банки, чтобы оказаться в объятиях ласковых волн. А вы?! Находите какие-то глупые отговорки, чтобы опять остаться дома. Имейте совесть», - ругалась я - «Хоть внуков пожалейте». Я их убедила. Побросали спальники и резиновую лодку в багажник. Едем … Бухта Тунгус - уютная и загадочная. Мужчины расставляют на песке палатки, а женщины вынимают закуски. Я сбросила халат и поспешила к воде. Ласковый наплыв волн перебирал и расчёсывал зелёные нити водорослей. Сегодня я заплыла далеко-далеко. Перевернулась на спину и, вглядываясь в бескрайнее синее небо, стала молиться. Благодарила Бога за прекрасное море, за чудную Землю, за то что Он создал такое Солнце и свет. Проплыла назад. Люди казались маленькими точечками на берегу. Сыновья уже собрали хворост и разожгли костер. Матвей взял пакеты и ушел за грибами.

Роман поставил мангал и стал нанизывать мясо на шампура. Мои невестки укладывали спальники в палатках, а внуки весело брызгались водой у берега.

Наконец и взрослые полезли в воду: шумно плескаясьони смыли с себя пот и грязь. И дневную усталость. Выгрузились рыбаки на берег. Дети побежали смотреть у них рыбу. Камбала и пеструшка живые плескались в ведрах рыбаков. Рядом с нами стоял по колено в воде мужчина со спинингом, нанизывал кусочки мидий на крючок и одна за другой выдергивал окуньков. Я купила у рыбаков несколько свежих рыбин. Роман завернул их в листья лопуха и испек на горячих углях. Старший внук Юрий надул резиновую лодку и катал детей по морю. Когда они снова присели к костру, моя дочь Кристина взяла булку хлеба и со своими племянницами поспешила на другой конец бухты, где купали в море лошадей. Детям очень нравилось угощать животных хлебом.

На обратном пути Кристина обнаружила черепки древних сосудов.

«Посмотрите», сказала она. «Это культура раковиных куч. Примерно второй век до новой эры. Тогда глиняные сосуды ленили вручную, а гончарного круга еще не изобрели». Мы молча разглядывали глиняные черепки, передавая их из рук в руки.

Матвей принес грибы и дикий виноград в пакете. А я собрала морской шиповник и мы забросили его в котелок с чаем. Прохладные вветер с моря ласково обвивал наши разгоряченные солнцем спины и нес запах йода и гниющих водрослей. Огромные чайки то и дело садились на воду и выхватывали зазевавшуюся рыбу из волн.

Дикие утки выныривали из воды то тут, то там, вот и солнце медленно скатилось за скалы. Из момедних палаток гремела музыка.

Вся наша компания отправилась спать. Мой внук - Ильюша попросил меня рассказать ему сказку. Удэгейская сказка была длинная-предлинная. Он быстро уснул, уснула и я под мерный накат морских волн.

Среди ночи я вдруг проснулась и выглянула из палатки. Спиной ко мне на бревнушке сидела Кристина. С ней у костра был наш родственник Николай. В темноте за палатками как неоновые искорки летали над кустами светлячки.

Николай, подбрасывая ветки в огонь, что-то рассказывал, а Кристина внимательно слушала.

«Однажды, когда мое судно стояло в Преображении», рассказывал Николай, «я решил пешком дойти до деревни Киевка. Там у меня была знакомая девушка. И заблудился. Плутал, плутал и выбился из сил. Очнулся - вижу впереди женщина в белом. Я за ней. Шел, шел и вышел на дорогу. А тут и попутка. Так я вернулся на судно. А женщина пропала.«Это был ваш ангел-хранитель», сказала Кристина.«Я тоже так думаю», ответил Николай. Я снова заснула. Проснулась под утро от того, что внук во сне стащил с меня одеяло. Мне захотелось взглянуть на звезды. Костер почти погас. Сунув потухающие головешки в не остывшие угли, я оживила его. Кругом была тишина. Все мирно спали. Из темноты послышались шаги. Мужчина с собакой подходил ко мне. Видимо, не только мне не спалось в эту ночь. Он присел к моему костру и я угостила его подогретым чаем.

Мы были как два пассажира в ночном купе. Мужчину звали Григорий. И он рассказал мне о своей жизни.

«После армии я остался в Приморье. Чтобы быстрее получить квартиру, я стал работать в ЖКО. Довольно быстро я получил жилье и женился на молодой кареглазой девушке. Как раз все советские структуры развалились в результате перестройки и у нас на руках оказалась огромная сумма денег. Мы поделили их. И ошалели. Молодые были. Я сразу же купил новенькую иномарку. И мы сняли квартиру, куда пригласили знакомых девушек. Мы бурно развлекались. Обнаженная Валентина танцевала на столе, а мы обливали ее шампанским. На следующий день она в восторге рассказывала о нашем веселом вечере. А работала она прачкой вместе с моей тещей. Конечно, моя молодая жена тут же фыркнула и разошлась со мной. Так распался мой первый брак, не успев начаться. Я женился на Валентине. Она родила мне сына. Но вскоре сбежала от меня с моряком из Одессы. После этого я долго не женился. Только через несколько лет я заключил свой третий брак. Жена у меня была серьезная, но ужасно ревнивая. Однажды, когда я не пришел ночевать, она сильно разозлилась. Поцарапала ножом всю мебель, вывезла из квартиры все что могла, а на пустой стене краской написала в гневе крупными буквами - «Будь ты проклят!». Как известно, человеческое проклятие сильнее Божьего и оно не замедлило осуществиться. Мне было скучно жить одному, и я пригласил к себе пожить своего сына-студента. Его мать Валентина как раз вышла снова замуж за нового любовника. Летом у сына были каникулы. Я держал мастерскую по ремонту машин. Устроил его к себе ремонтником. У меня работали ушлые парни. А сын мой был наивный и доверчивый. Ребята из мастерской дождались, когда я уеду по делам во Владивосток и напросились к моему сыну Дениске в гости. Там они напоили его до пьяна и стали избивать добиваясь шифра от сейфа. Били его, били и получили шифр. Выгребли оттуда все деньги, а Дениску отвезли на высокую сопку и сбросили оттуда на железнодорожные рельсы. Весь переломанный, он еще стонал, когда они спустились и добили его камнями. Нашли его путевые обходчики. Я стал добиваться расследования. Чтобы избежать наказания, парни втихаря раскрутили гайки на колесах моей машины. И я врезался прямо в бетонную стену. Когда я лежал в больнице весь переломанный, ко мне в палату пришла моя ревнивая жена и просила у меня прощения. Говорила, что когда писала на стене проклятие. то не думала, что так у меня все получиться». Калмыки говорят, что от человеческого языка трескается даже булыжник.

«Так вы, больше не женились?»- спросила я. - «Выхаживала меня моя первая жена. Она кормила меня с ложечки, потому что любила. Но стать моей женой опять она наотрез отказалась. Тех парней арестовали и посадили в тюрьму. Сейчас у меня двое детей школьников и новая жена», - ответил Григорий.Он замолчал. Тихо плескалось море. Рядом потрескивал костер.

«А вода теплая?», - спросил он.«Как парное «молоко»». - «Пойду искупаюсь. Счастливого вам отдыха»;И он ушел с собакой в темноту, словно сошел с ночного поезда. Мне не хотелось лезть в душную палатку и я расстелила брезент прямо на песке. Вынула плед из рюкзака и легла на спину, погрузившись глазами в ночные созвездия. Звездный купол раскинулся над моей головой. Небо очистилось и светлый туман Млечного пути засиял тепло и ярко. Огромный ковш Большой Медведицы сверкал над спящей бухтой. Все семь звёзд её виделись отчетливо, словно вытканные серебром на черном бархате полуночного неба. Но я была всё ещё под впечатлением рассказа моего ночного гостя.

Тут я вспомнила, что похожая история была и у моего сына. Ромка сдал свой последний экзамен в колледже и на радостях решил отметить это знаменательное событие со своим сокурстником. Сотовый у него разрядился и он не сумел предупредить свою жену. В ярости от ревности она металась по двору, а потом также написала на стене проклятие. В это же время Роман вышел на крыльцо покурить. И на него напали наркоманы. Когда его друг вышел, то увидел, что пятеро наркоманов сшибли с ног Романа и пинают его ногами. Испугался друг, сел в машину и уехал. Наркоманы сломали Ромке ребра, а когда он от боли потерял сознание, то раздели его до гола. И даже обручальное кольцо сдернули с пальца. Так и лежал он без сознания с сотрясением мозга в темном дворе раздетый в декабре месяце. И, конечно, замерз бы! Но незадолго до того я повесила Ромке на шею образок Божьей Матери. И видимо помогла ему Богородица. В 3 часа ночи во двор неожиданно въехала милицейская машина и осветила раздетого человека. Поняли что он еще дышит и увезли его в больницу. Просто удивительно, как родные и близкие люди в гневе произносят проклятия. Англичане говорят, что гнев - это кратковременное сумасшествие.

Чтобы отогнать от себя грустные воспоминания, я решила искупаться в море. Когда я поплыла в темноте. то от моих рук и ног. словно крупные алмазы, отделились светящиеся пузырьки. Это светились неоновым светом морские бактерии - динофлагеляты; Настоящее волшебство! Я засмеялась от счастья. Позже. уже засыпая, я считала падающие звезды и загадывала желания! Задремав под звуки накатывающих волн всем своим существом ощущала дыхание моря. Волны мощно шелестели по песку словно выдох и вдох. Посейдона.

Утром я выглянула из под пледа. Молочный туман нежным шарфом окутал плечи Тунгуса. Весь воздух был пропитан запахом йода, рыбы и гниющих водорослей. У костра сидели почти все мои спутники. Матвей уже наловил мидий и гребешков и теперь варил их в большом котле. Ольга и Роман делали бутерброды намазывая икру морских ежей на хлеб. Кристина разрезала для детей колбасу и они нанизывали её на палочки и поджаривали на костре. Увидев. что я проснулась, ко мне бросились все с расспросами.

- «А чем закончилась сказка? Что было дальше?». Оказывается, когда в палатке я рассказывала внуку удэгейскую сказку, её слышали все люди в соседних палатках. И заснули не дослушав её до конца.